Решение № 2-433/2025 2-433/2025~М-316/2025 М-316/2025 от 3 августа 2025 г. по делу № 2-433/2025

66RS0033-01-2025-000710-49

Дело № 2-433/2025


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

04 августа 2025 года г. Краснотурьинск

Краснотурьинский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Коробач Е.В.,

при секретаре судебного заседания Васиной Н.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца – председателя первичной профсоюзной организации

Богословской ТЭЦ Свердловской областной организации общественной организации

«Всероссийской Электропрофсоюз» ФИО2,

представителей ответчика АО «РУСАЛ Урал» ФИО3, действующей на

основании доверенности от 26.09.2023 года, ФИО4, ФИО5,

действующих на основании доверенности от <дата обезличена>,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Первичной профсоюзной организации Богословской ТЭЦ Свердловской областной организации общественной организации «Всероссийский Электропрофсоюз», действующей в интересах ФИО1, к акционерному обществу «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий» об оспаривании установленной продолжительности дополнительного отпуска за вредные условия труда, признании незаконными пунктов дополнительных соглашений и приказов, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

председатель Первичной профсоюзной организации Богословской ТЭЦ Свердловской областной организации общественной организации «Всероссийский Электропрофсоюз» (далее по тексту – ППО Богословской ТЭЦ СвердлОО ВЭП) ФИО2, действуя в интересах ФИО1, обратился в Краснотурьинский городской суд с иском к акционерному обществу «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий» (далее по тексту – АО «РУСАЛ Урал») об оспаривании установленной продолжительности дополнительного отпуска за вредные условия труда, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указал, что ФИО1 с 22.08.2013 года состоит в трудовых отношениях с ответчиком АО «РУСАЛ Урал». 16.09.2015 года дополнительным соглашением к трудовому договору от 22.08.2013 года ФИО1 была установлена продолжительность дополнительного отпуска за вредные условия в размере 14 дней. При заключении в последующем дополнительных соглашений к трудовому договору ФИО1 продолжительность дополнительного отпуска за вредные условия труда была снижена до 7 дней. По мнению представителя истца, пересмотр предоставляемых компенсаций работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда возможен лишь по результатам специальной оценки условий труда в случае улучшения этих условий. Аппаратчикам - гидрометаллургам, работавшим в данной профессии до принятия Федерального закона №426-ФЗ от 28.12.2013 года, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется той же продолжительностью, которая была установлена по результатам аттестации рабочих мест, то есть в размере 14 дней. Данная продолжительность сохраняется в связи с тем, что результатами специальной оценки условий труда улучшение условий труда не определено, то есть условия труда остались прежними. Поскольку ФИО1 начал осуществлять трудовую деятельность у ответчика до принятия Федерального закона №426-ФЗ от 28.12.2013 года, то продолжительность его дополнительного отпуска за вредные условия труда не может быть снижена с 14 дней до 7 дней. Все меры, предпринятые с целью добиться от ответчика в досудебном порядке прекращения нарушения трудовых прав работника, оказались безуспешными. Представитель истца просит признать действия работодателя по снижению продолжительности дополнительного отпуска за вредные условия труда аппаратчику - гидрометаллургу ФИО1 с 14 дней до 07 дней незаконными, обязать ответчика восстановить в трудовом договоре с ФИО1 продолжительность дополнительного отпуска за вредные условия труда в размере 14 дней, обязать ответчика выплатить ФИО1 компенсацию за не предоставленные отпуска за вредные условия труда с 2018 года, обязать ответчика выплатить ФИО1 компенсацию морального вреда за нарушение его трудовых прав в размере 20 000 руб. (л.д. 4-9 т.1).

В ходе рассмотрения дела представитель истца председатель профкома ППО Богословской ТЭЦ СвердлОО ВЭП ФИО2 неоднократно уточнял исковые требования (ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ), в последней редакции от 05.06.2025 года просил суд признать незаконным пункт 5.2 дополнительного соглашения от 01.02.2018 года к трудовому договору №220 от 22.08.2013 года в части установления дополнительного отпуска за работу во вредных и (или) опасных условиях труда продолжительностью 7 календарных дней, признать незаконным второе дополнительное соглашение от 01.02.2018 года к трудовому договору №220 от 22.08.2013 года в части установления дополнительного отпуска за работу во вредных и (или) опасных условиях труда продолжительностью 7 календарных дней, признать незаконным п.5.2 дополнительного соглашения от 13.10.2023 года к трудовому договору №220 от 22.08.2013 года в части установления дополнительного отпуска за работу во вредных и (или) опасных условиях труда продолжительностью 7 календарных дней, признать незаконным приказ (распоряжение) №3424 от 05.09.2024 года и приказ (распоряжение) №760 от 12.05.2025 года о предоставлении отпуска ФИО1 в части установленной в них продолжительности дополнительного отпуска за вредные условия труда, обязать ответчика АО «РУСАЛ Урал» предоставить аппаратчику - гидрометаллургу ФИО1 с 06.10.2025 года не предоставленные дополнительные отпуска за вредные условия труда продолжительностью 7 дней каждый, а всего 14 календарных дней, взыскать с ответчика АО «РУСАЛ Урал» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за нарушение трудовых прав в размере 5 000 руб. (л.д. 84-86, 95-99 т.2).

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования с учетом уточнений поддержал, пояснил, что 22.08.2013 года между АО «РУСАЛ Урал» и ним был заключен трудовой договор. В соответствии с указанным трудовым договором он был принят на должность грузчика 2 разряда в цех топливоподачи Теплоэнергоцентрали, где проработал до 2015 года. В указанный период работы в соответствии с трудовым договором ему предоставлялся дополнительный отпуск за вредные условия труда продолжительностью 7 дней. 16.03.2015 года на основании подписанного им дополнительного соглашения он переведен на должность котлочиста 3 разряда на участок по ремонту котельного оборудования цеха централизованного ремонта оборудования, а в последующем с 16.09.2015 года на должность аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда занятого на фильтрации участка сгущения и фильтрации цеха декомпозиции. С 16.03.2015 года ему был установлен основной отпуск продолжительностью 28 дней и дополнительный отпуск за вредные условия труда продолжительностью 14 дней. В октябре 2023 года им работодателю было подано заявление на перевод его с должности аппаратчика - гидрометаллурга, занятого на фильтрации на должность аппаратчика - гидрометаллурга, занятого на сгустителях, поскольку он намеревался сдать на 5 разряд, чтобы увеличилась заработная плата. 13.10.2023 года на основании поданного им заявления с ним было заключено дополнительное, в соответствии с которым он переведен на должность аппаратчика - гидрометаллурга, занятого на сгущении участка сгущения и фильтрации цеха декомпозиции. После перевода на указанную должность, то есть с 2023 года, продолжительность его дополнительного отпуска за вредные условия труда составила 7 дней. Считает, что данные действия работодателя нарушают его права, поскольку условия его труда и фактор вредности остались неизменными.

Поскольку в судебном заседании представителями ответчика произведен расчет дней дополнительного отпуска, количество которых он не дополучил, по состоянию на день рассмотрения дела по существу, данное количество составляет 11, 32 дня, он согласен с данным подсчетом, вместе с тем, полагает, что по состоянию на октябрь 2025 года количество дней дополнительного отпуска увеличиться.

Просит удовлетворить заявленные исковые требования с учетом уточнений в полном объеме. Признать незаконным пункт 5.2 дополнительного соглашения от 01.02.2018 года к трудовому договору №220 от 22.08.2013 года в части установления дополнительного отпуска за работу во вредных и (или) опасных условиях труда продолжительностью 7 календарных дней, признать незаконным второе дополнительное соглашение от 01.02.2018 года к трудовому договору №220 от 22.08.2013 года в части установления дополнительного отпуска за работу во вредных и (или) опасных условиях труда продолжительностью 7 календарных дней, признать незаконным п.5.2 дополнительного соглашения от 13.10.2023 года к трудовому договору №220 от 22.08.2013 года в части установления дополнительного отпуска за работу во вредных и (или) опасных условиях труда продолжительностью 7 календарных дней, признать незаконным приказ (распоряжение) №3424 от 05.09.2024 года и приказ (распоряжение) №760 от 12.05.2025 года о предоставлении отпуска ему в части установленной в них продолжительности дополнительного отпуска за вредные условия труда, обязать ответчика АО «РУСАЛ Урал» предоставить ему с 06.10.2025 года не предоставленные дополнительные отпуска за вредные условия труда продолжительностью 7 дней каждый, а всего 14 календарных дней, взыскать с ответчика АО «РУСАЛ Урал» в его пользу компенсацию морального вреда за нарушение трудовых прав в размере 5 000 руб.

Представитель истца председатель профкома ППО Богословской ТЭЦ СвердлОО ВЭП ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержал и пояснил, что полностью поддерживает доводы, изложенные в судебном заседании и в письменных пояснениях, не согласен с доводами ответчика (л.д. 4-9 т.1, 84-86, 87-89, 95-99 т.2).

Из представленных ответчиком документов усматривается, что дополнительный отпуск за вредные условия труда продолжительностью 14 календарных дней был установлен ФИО1 с сентября 2015 года и предоставлялся до 2023 года. В 2023 году с ФИО1 было заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым работнику предоставлен дополнительный отпуск за вредные условия труда продолжительностью только 7 дней. Считает действия ответчика по снижению ФИО1 продолжительности дополнительного отпуска за вредные условия труда с 13.10.2023 года незаконными и необоснованными. Класс условий труда аппаратчика - гидрометаллурга ФИО1, в соответствии с которым ему в 2015 году была установлена продолжительность дополнительного отпуска за вредные условия труда в размере 14 дней, не изменился. Аппаратчикам - гидрометаллургам, работавшим в данной профессии до принятия Федерального закона №426-ФЗ от 28.12.2013 года, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется той же продолжительностью, которая была установлена по результатам аттестации рабочих мест, то есть в размере 14 дней. Данная продолжительность сохраняется в связи с тем, что результатами специальной оценки условий труда улучшение условий труда не установлено, то есть условия труда остались прежними. Поскольку ФИО1 начал осуществлять трудовую деятельность у ответчика до принятия Федерального закона №426-ФЗ от 28.12.2013 года, то продолжительность его дополнительного отпуска за вредные условия труда не может быть снижена с 14 дней до 7 дней. Пересмотр предоставляемых компенсаций работникам, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, возможен лишь по результатам специальной оценки условий труда (далее СОУТ), подтверждающим улучшение условий труда. Кроме того, дополнительно указал, что считает незаконными пункты двух дополнительных соглашений от 01.02.2018 года и дополнительного соглашения от 13.10.2023 года, заключенных с ФИО1, в части установления дополнительного отпуска за работу во вредных и (или) опасных условиях труда продолжительностью 7 календарных дней. Так дополнительным соглашением от 01.02.2018 года изменился полностью текст трудового договора, заключенного с истцом. В этом дополнительном соглашении в п.5.2 изменяется условие о продолжительности дополнительного отпуска за работу во вредных и (или) опасных условиях труда. При этом в этот же день с ФИО1 заключено второе дополнительное соглашение, согласно которому работнику к установленным отпускам предоставляется дополнительный отпуск 7 дней не за условия труда, а с целью сохранения существующих условий трудового договора и только на период работы аппаратчиком - гидрометаллургом, занятым на фильтрации. Таким образом, фактически работодателем за вредные условия труда предоставлялся отпуск только в количестве 7 дней, а остальные 7 дней предоставляются уже не в зависимости от условий труда, подтвержденных СОУТ, а с целью сохранения существующих условий трудового договора. Подобные действия работодателя, по мнению представителя истца, являются нарушением ч. 2 ст. 9 ТК РФ, а значит, не подлежат применению. Пункт 5.2 дополнительного соглашения от 13.10.2023 года также считает незаконным, поскольку основанием для изменения продолжительности дополнительного отпуска за работу во вредных и (или) опасных условиях труда на 7 календарных дней, явился перевод ФИО1 с рабочего места аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда, занятого на фильтрации, на рабочее место аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда, занятого на сгущении, при этом ни в одном дополнительном соглашении при указании места работы не указано, занят работник при выполнении работы на фильтрации или на сгущении. До проведения первой СОУТ в РУСАЛ всем аппаратчикам - гидрометаллургам любого разряда, в том числе занятым на сгущении и на фильтрации, дополнительный отпуск за условия труда был установлен продолжительностью 14 дней. Проведенные после 2014 года «РУСАЛ Краснотурьинск» СОУТ не подтвердили изменений условий труда у аппаратчиков - гидрометаллургов, как занятых на фильтрации, так и на сгущении. Просит удовлетворить заявленные исковые требования с учетом уточнений в полном объеме.

Представитель ответчика АО «РУСАЛ Урал» ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, полностью поддерживает доводы, изложенные в судебном заседании и в письменных возражениях (л.д. 92-96 т.1, 93-94 т.2). В АО «РУСАЛ Краснотурьинск» продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска за работу с вредными и (или) опасными условиями труда устанавливается в штатном расписании в зависимости от результатов специальной оценки условий труда (далее СОУТ) в соответствии с ч. 2 ст. 117 ТК РФ: - при классе условий труда 3.2, 3.3 - 7 дней, - при классе условий труда 2 и 3.1 - 0 дней. Действующее законодательство РФ признает основанием для предоставления компенсаций работникам (в том числе дополнительного отпуска), занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, конкретные условия труда, определяемые по результатам СОУТ, а не включение профессии, должности в какой-либо список и перечень производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на соответствующие компенсации. Поскольку ни коллективным договором, ни трудовым договором не установлена продолжительность дополнительного оплачиваемого отпуска за работу с вредными и (или) опасными условиями труда более той, что определена в ч. 2 ст. 117 ТК РФ, на истца гарантии, предусмотренные ч. 3 ст. 15 Закона №421-ФЗ, не распространяются, и в силу ст. 117, ч. 1 ст. 423 ТК РФ не имеется оснований для признания незаконным условия дополнительных соглашений об установлении продолжительности дополнительного оплачиваемого отпуска за работу с вредными и (или) опасными условиями труда истцу в количестве 7 дней. ФИО1 принят на работу с 23.08.2013 года грузчиком 2 разряда на участок топливоподачи. При приеме на работу ему был установлен дополнительный отпуск за вредные условия труда в размере 7 дней. С 16.03.2015 года ФИО1 временно переведен котлочистом 3 разряда на участок по ремонту котельного оборудования, при переводе ему установлен дополнительный отпуск из расчета 14 календарных дней. С 16.09.2015 года переведен аппаратчиком - гидрометаллургом 4 разряда, занятым на фильтрации на участок сгущения и фильтрации цеха декомпозиции. При переводе ему был установлен дополнительный отпуск из расчета 14 дней. С 13.10.2023 года на основании личного заявления ФИО1 был переведен на этом же участке на другое рабочее место - аппаратчиком - гидрометаллургом 4 разряда, занятым на сгустителях. При переводе установлен дополнительный отпуск в размере 7 дней. Основанием для снижения продолжительности отпуска послужил перевод на другое рабочее место, на котором установлена продолжительность дополнительного отпуска 7 календарных дней для всех работников, кроме тех, кто работал на данном рабочем месте по состоянию на 28.12.2013 года. Поскольку ФИО1 с 13.10.2023 года переведен аппаратчиком - гидрометаллургом 4 разряда, занятым на сгустителях, и для него это другое рабочее место, то ему как вновь принятому (переведенному) работнику, предоставлены гарантии и компенсации для работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, по результатам СОУТ и на основании заключенных с работодателем дополнительных соглашений к трудовому договору с учетом положений коллективного договора «РУСАЛ Краснотурьинск» на 2023-2025 г.г. Кроме того, считает не соответствующим действительности довод представителя истца о том, что в условиях трудового договора истца нигде не указано на занятость работника именно на фильтрации или на сгущении, поскольку в дополнительном соглашении от 01.02.2018 года в п.1.5 указано, что условия труда на рабочем месте работника соответствуют классу/подклассу 3.2, установленному по результатам СОУТ карта СОУТ №1414266 от 30.12.2014 года, а именно это и указывает на рабочее место аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда, занятого на фильтрации. В дополнительном соглашении от 13.10.2023 года также указано, что условия труда на рабочем месте работника соответствуют классу/подклассу 3.2, установленному по результатам СОУТ карта СОУТ №1839290 от 24.05.2019, что соответствует рабочему месту аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда, занятого на сгущении. Также пояснила, что рабочие инструкции и инструкции по охране труда на рабочих местах аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда, занятого на фильтрации и аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда, занятого на сгущении - различны, что подтверждает, что это совершенно разные рабочие места, с различными обязанностями и различным обслуживаемым оборудованием. Также считает, что истцом пропущен срок для обращения в суд, предусмотренный ч. 1 ст. 392 ТК РФ. Истцом не указано, в чем именно состоят понесенные им физические и нравственные страдания, а также не представлено доказательств обоснованности размера взыскиваемой им денежной суммы в качестве компенсации морального вреда, во взаимосвязи с понесенными им физическими и нравственными страданиями.

Представители ответчика ФИО4, ФИО5 в судебном заседании поддержали позицию представителя ответчика ФИО3, дали пояснения по количеству дней дополнительного отпуска, предоставленных истцу ФИО1

Информация о времени и месте рассмотрения гражданского дела размещена на официальном сайте Краснотурьинского городского суда.

Выслушав истца, его представителя, представителей ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено право организаций, в случаях, предусмотренных законом, обращаться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц по их просьбе.

Согласно статье 23 Федерального закона «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» №10–ФЗ от 12.01.1996 года (с последующими изменениями) в случаях нарушения законодательства о труде профсоюзы вправе по просьбе членов профсоюза, других работников, а также по собственной инициативе обращаться с заявлениями в защиту их трудовых прав в органы, рассматривающие трудовые споры.

Первичная профсоюзная организация Богословской ТЭЦ Свердловской областной организации общественной организации «Всероссийский Электропрофсоюз» зарегистрирована в качестве юридического лица, что подтверждается сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре юридических лиц и размещенными в информационно - телекоммуникационной сети «Интернет».

Истец ФИО1 является членом ППО Богословской ТЭЦ СвердлОО ВЭП, в связи с чем профсоюзная организация вправе обратиться в суд с названным иском (л.д.10 т.1).

Согласно ст. 1 Трудового Кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ТК РФ) целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Согласно ч. 1 ст. 9 ТК РФ в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.

В соответствии со ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В силу ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В свою очередь в силу ч. 1 ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу ст. 57 ТК РФ обязательными для включения в трудовой договор являются, в том числе и условия: режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте.

Согласно ст. 72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

Частями 1 и 2 ст. 74 ТК РФ установлено, что в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено данным кодексом.

В соответствии с ч. 8 ст. 74 ТК РФ изменения определенных сторонами условий трудового договора, вводимые в соответствии с настоящей статьей, не должны ухудшать положение работника по сравнению с установленным коллективным договором, соглашениями.

Из материалов дела следует, что 22.08.2013 года между ОАО «Сибирско-Уральская Алюминиевая компания» (в настоящее время АО «РУСАЛ Урал») (работодатель) и ФИО1 (работник) заключен трудовой договор №220, согласно которого с 23.08.2013 года истец принят на должность грузчика 2 разряда участка топливоподачи в цех топливоподачи Теплоэнергоцентрали (л.д.97-99 т.1).

В соответствии с условиями заключенного трудового договора работнику устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени 36 рабочих часов с выходными днями по графику (пункт 2.2); ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней; ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 7 календарных дней (п.7.1).

На основании дополнительного соглашения от 13.03.2015 года к трудовому договору от 22.08.2013 года ФИО1 переведен на должность котлочиста 3 разряда отделения по котлоочистным работам участка по ремонту котельного оборудования в цех централизованного ремонта оборудования Дирекции по обеспечению производства (л.д.106 т.1)

16.09.2015 года между ОАО «Сибирско-Уральская Алюминиевая компания» (в настоящее время АО «РУСАЛ Урал») (работодатель) и ФИО1 (работник) вновь заключено соглашение о внесении изменений в трудовой договор, в соответствии с которым изменен п. 1.1 трудового договора от 22.08.2013 года, ФИО1 принят на должность аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда на участок сгущения и фильтрации цеха декомпозиции Дирекции по глиноземному производству (л.д.109 т.1).

Данным соглашением от 16.09.2015 года о внесении изменений в трудовой договор №220 от 22.08.2013 года ФИО1 установлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней; ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за работу с вредными условиями труда продолжительностью 14 календарных дней (п.6)

01.02.2018 года между АО «РУСАЛ Урал» (работодатель) и ФИО1 (работник) вновь заключено соглашение к трудовому договору от 22.08.2013 года, в соответствии с которым текст трудового договора от 22.08.2013 года изложен в новой редакции, установлено, что условия труда на рабочем месте работника соответствуют классу/подклассу 3.2, установленному по результатам специальной оценки условий труда. Карта СОУТ №1414226 от 30.12.2014 года (л.д.123-129 т.1).

Данным дополнительным соглашением от 01.02.2018 года ФИО1 установлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней; ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за работу с вредными условиями труда продолжительностью 7 календарных дней (п.5.2).

На основании второго дополнительного соглашения от 01.02.2018 года к трудовому договору от 22.08.2013 года с целью сохранения существующих условий трудового договора в отношении продолжительности дополнительного отпуска к отпускам, указанным в п.5.2 трудового договора, работнику ФИО1 предоставлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 7 календарных дней (п.1). В соответствии с п. 2 данное соглашение распространяется на период работы в качестве аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда, занятого на фильтрации, участка сгущения и фильтрации цеха декомпозиции Дирекции по глиноземному производству.

В последующем, на основании дополнительного соглашения от 24.05.2019 года в пункт 1.5 трудового договора внесены изменения, в соответствии с которыми установлено, что условия труда на рабочем месте работника соответствуют классу/подклассу 3.2, установленному по результатам специальной оценки условий труда. Карта СОУТ №1839293 от 24.05.2019 года (л.д.116 т.1).

Из карты специальной оценки условий труда по профессии аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда, занятого на фильтрации №1839293 от 24.05.2019 года (л.д.156-158 т.1) следует, что условия труда на данную дату определены как вредные (класс 3.2), указано на право на дополнительный отпуск по ст. 117 ТК РФ. С картой специальной оценки истец ознакомлен 05.06.2019.

13.10.2023 года, на основании личного заявления работника от 03.10.2025 года, с ФИО1 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 22.08.2013 года, в соответствии с которым ФИО1 переведен на должность аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда, занятого на сгустителях, участка сгущения и фильтрации цеха декомпозиции Дирекции по глиноземному производству. Условия труда на рабочем месте работника соответствуют классу/подклассу 3.2, установленному по результатам специальной оценки условий труда. Карта СОУТ №1839290 от 24.05.2019 года. ФИО1 установлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней; ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных и (или) опасных условиях труда (в соответствии со ст. 117ТК РФ) продолжительностью 7 календарных дней (п.5.2)

Из карты специальной оценки условий труда по профессии аппаратчика - гидрометаллурга 4 разряда, занятого на сгустителях №1839290 от 24.05.2019 года (л.д.152-154 т.1) следует, что условия труда на данную дату определены как вредные (класс 3.2), указано на право на дополнительный отпуск по ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации. С картой специальной оценки истец ознакомлен 13.10.2023 (л.д.155 т.1).

На основании дополнительного соглашения от 12.03.2025 года к трудовому договору от 22.08.2013 года ФИО1 переведен на должность аппаратчика - гидрометаллурга 5 разряда, занятого на сгустителях, участка сгущения и фильтрации цеха декомпозиции Дирекции по глиноземному производству. Условия труда на рабочем месте работника соответствуют классу/подклассу 3.2, установленному по результатам специальной оценки условий труда. Карта СОУТ №1839288 от 24.05.2019 года (л.д. 133-134 т.1)

В последующем, на основании дополнительного соглашения от 07.05.2024 года, установлено, что условия труда на рабочем месте работника соответствуют классу/подклассу 3.2, установленному по результатам специальной оценки условий труда. Карта СОУТ №1839288 от 07.05.2024 года (л.д.135 т.1).

Из карты специальной оценки условий труда по профессии аппаратчика - гидрометаллурга 5 разряда, занятого на сгустителях №1839288 от 07.05.2024 года (л.д.159-161 т.1) следует, что условия труда на данную дату определены как вредные (класс 3.2), указано на право на дополнительный отпуск по ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации. С картой специальной оценки истец ознакомлен 03.06.2024 (л.д.161 т.1).

Из материалов дела следует, что АО «РУСАЛ Урал» работнику ФИО1 с 16.03.2015 года до 13.10.2023 года ежегодно предоставлялся оплачиваемый отпуск продолжительностью 42 календарных дня, в том числе: 28 календарных дней ежегодного оплачиваемого отпуска + 14 календарных дней дополнительного оплачиваемого отпуска, как работнику, занятому на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (л.д.239,224-230,139-151 т.1).

Согласно, коллективному договору АО «РУСАЛ Урал», действующему в «РУСАЛ Краснотурьинск» на 2023-2025 г.г., зарегистрированному в государственном казенном учреждении Службы занятости населения Свердловской области «Краснотурьинский центр занятости» - 27.01.2023 года, работникам, условия труда на рабочих местах которых, по результатам специальной оценки отнесены к 3 классу вредных условий труда подклассов 3.2, 3.3, 3.4 (вредных условий труда 2,3 и 4 степени) либо опасным условиям труда (4 класс), предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве – 7 календарных дней (л.д.209-217 т.1)

Таким образом, материалами гражданского дела подтверждается и не оспаривается ФИО1, что работодатель, ежегодно с 2015 года до 13.10.2023 года предоставлял ему дополнительно к основному оплачиваемому отпуску 14 календарных дней дополнительного оплачиваемого отпуска, с 2023 года 7 календарных дней дополнительного оплачиваемого отпуска.

В силу ч. 1 ст. 115 ТК РФ ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

Положениями ст. 116 ТК РФ предусмотрено, что ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами (ч. 1).

Работодатели с учетом своих производственных и финансовых возможностей могут самостоятельно устанавливать дополнительные отпуска для работников, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом и иными федеральными законами. Порядок и условия предоставления этих отпусков определяются коллективными договорами или локальными нормативными актами, которые принимаются с учетом первичной профсоюзной организации (ч. 2).

Статья 117 ТК РФ в редакции Федерального закона от 30.06.2006 №90-ФЗ «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации, признании не действующими на территории Российской Федерации некоторых нормативных правовых актов СССР и утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», действовавшей с 06.10.2006 до 01.01.2014, предусматривала, что ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда: на подземных горных работах и открытых горных работах в разрезах и карьерах, в зонах радиоактивного заражения, на других работах, связанных с неблагоприятным воздействием на здоровье человека вредных физических, химических, биологических и иных факторов. Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, и условия его предоставления устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Данная норма подлежала применению во взаимосвязи с принятым в ее развитие постановлением Правительства Российской Федерации от 20.11.2008 №870, действовавшим с 06.12.2008 до 11.08.2014, п. 1 которого определял в качестве компенсаций, предоставляемых работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, по результатам аттестации рабочих мест сокращенную продолжительность рабочего времени - не более 36 часов в неделю в соответствии со ст. 92 ТК РФ, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск - не менее 7 календарных дней и повышение оплаты труда - не менее 4 процентов тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.

В соответствии с п. 2 указанного постановления Правительство Российской Федерации поручило Министерству здравоохранения и социального развития Российской Федерации в 6-месячный срок после вступления в силу данного постановления установить в зависимости от класса условий труда и с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, сокращенную продолжительность рабочего времени, минимальную продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, минимальный размер повышения оплаты труда, а также условия предоставления указанных компенсаций.

По смыслу приведенной редакции ст. 117 ТК РФ и постановления Правительства Российской Федерации от 20.11.2008 N 870, основанием для предоставления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска и, соответственно, компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, признаются конкретные условия труда, определяемые по результатам аттестации рабочих мест, а не включение профессии, должности в какой-либо список или перечень производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на соответствующие компенсации (данная правовая позиция содержится также в решении Верховного Суда Российской Федерации от 14.01.2013).

Порядок проведения аттестации рабочих мест по условиям труда, утвержденный Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 26.04.2011 N 342н, действовавший до 07.06.2014, устанавливал требования к проведению аттестации рабочих мест по условиям труда, оформлению и использованию результатов аттестации, предусматривая комплексную оценку условий труда на рабочем месте с учетом класса (подкласса) условий труда, установленного по результатам оценки соответствия условий труда гигиеническим нормативам.

В действующей редакции положения ст. 117 ТК РФ предусматривают, что ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда (ч. 1).

Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней (ч. 2).

Продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска конкретного работника устанавливается трудовым договором на основании отраслевого (межотраслевого) соглашения и коллективного договора с учетом результатов специальной оценки условий труда (ч. 3).

По смыслу приведенных редакций ст. 117 ТК РФ, основанием для предоставления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска и, соответственно, компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, признаются конкретные условия труда, определяемые по результатам аттестации рабочих мест (в настоящее время специальной оценки условий труда), а не включение профессии, должности в какой-либо список или перечень производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на соответствующие компенсации.

Положениями ст. 15 Федерального закона от 28.12.2013 №421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О специальной оценке условий труда» предусмотрено, что при реализации в отношении работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда), порядок и условия осуществления таких мер не могут быть ухудшены, а размеры снижены по сравнению с порядком, условиями и размерами фактически реализуемых в отношении указанных работников компенсационных мер по состоянию на день вступления в силу Федерального закона от 28.12.2013 №421-ФЗ при условии сохранения соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер (ч. 3 ст. 15 Федерального закона от 28.12.2013 №421-ФЗ).

Для реализации в отношении конкретного работника положений указанной нормы (запрет на ухудшение порядка и условий осуществления компенсационных мер, запрет на снижение размеров компенсационных мер) необходимо наличие совокупности следующих юридически значимых обстоятельств: 1) занятость работника на работах с вредными и (или) опасными условиями труда; 2) фактическая реализация работодателем в отношении работника по состоянию на день вступления в силу названного Федерального закона (01.01.2014) компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда); 3) сохранение соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Предусмотренные ч. 1 ст. 117 ТК РФ ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, относится к числу компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса, которые на основе результатов специальной оценки условий труда устанавливаются для лиц, осуществляющих трудовую деятельность во вредных и (или) опасных условиях, в качестве дополнительных гарантий.

Данные условия трудового договора не противоречат требованиям трудового законодательства, в том числе статье 117 Трудового кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание, что ответчиком на основании проведенной аттестации рабочего места были установлены и впоследствии предоставлены гарантии и компенсации для работников, занятых на вредных и/или опасных работах с подклассом вредности 3.2, в том числе истцу ежегодно дополнительно к основному оплачиваемому отпуску предоставлялось 7 календарных дней дополнительного оплачиваемого отпуска, суд пришел к выводу, что факт совершения ответчиком каких-либо неправомерных действий в отношении ФИО1, нарушивших его трудовые права, не нашел своего подтверждения.

Поскольку ФИО1 с 13.10.2023 года переведен аппаратчиком - гидрометаллургом 4 разряда, занятым на сгустителях, для истца это другое рабочее место, в связи с чем, ФИО1 как вновь принятому (переведенному) работнику, предоставлены гарантии и компенсации для работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, по результатам СОУТ и на основании дополнительных соглашений к трудовому договору с учетом положений коллективного договора «РУСАЛ Краснотурьинск» на 2023-2025 г.г.

Кроме того, при определении продолжительности дополнительного отпуска работникам ответчик руководствовался списком профессий и должностей с вредными и тяжелыми условиями труда, работа по которым дает право на дополнительный отпуск, утвержденный генеральным директором АО «РУСАЛ Урал», с учетом мнения профкома, который утверждается ежегодно (л.д. 162-208 т.1).

Данный локальный акт истцом не оспаривался и не признан судом недействительным.

В связи с чем правовые основания для удовлетворения требований истца отсутствуют.

Кроме того, в ходе рассмотрения настоящего дела, представителем ответчика было заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности. Указанные доводы также были проверены в рамках рассмотрения дела и суд пришел к следующим выводам.

В ч. 1 ст. 392 Трудового Кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (ч. 2 ст. 392 Трудового Кодекса Российской Федерации).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (ч. 4 ст. 392 Трудового Кодекса Российской Федерации).

В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, исходя из содержания абз. 1 ч. 6 ст. 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также ч. 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Соответственно, ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, наделяющая суд правом восстанавливать пропущенные сроки для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, во взаимосвязи с частью первой той же статьи предусматривает, что суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, действует не произвольно, а проверяет и учитывает всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением трудового спора.

Как следует из материалов настоящего гражданского дела, истец оспаривает пункт 5.2 дополнительного соглашения от 01.02.2018 года к трудовому договору №220 от 22.08.2013 года, второе дополнительное соглашение от 01.02.2018 года к трудовому договору №220 от 22.08.2013 года, п.5.2 дополнительного соглашения от 13.10.2023 года к трудовому договору №220 от 22.08.2013 года, приказ (распоряжение) №3424 от 05.09.2024 года, при этом, в суд с указанным иском ФИО1 обратился 08.04.2025 года (л.д. 4 т.1), в профсоюзную организацию истец обратился 12.02.2025 года (л.д. 10 т.1), по вопросу предоставления документов к ответчику истец обратился 20.03.2025 года (л.д. 18 т.1), при этом, доказательств обращения истца до указанных дат ни к работодателю, ни в профсоюзную организацию, ни в другие органы, суду не предоставлено.

В судебном заседании истец и представитель истца пояснили, что они считают, что срок на обращение с иском в суд не пропущен, поскольку истец продолжает работать у ответчика.

Вместе с тем, истец ФИО1 знал о наличии оспариваемых дополнительных соглашений и приказов, был с ними ознакомлен в дату их подписания, возражений до даты подачи иска в суд не предоставлял.

В связи с указанным, суд полагает, что ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском с пропуском установленного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срока на обращение в суд. При этом уважительных причин, которые могли бы являться основанием для восстановления пропущенного срока, истцом и его представителем не приведено.

Таким образом, исходя из анализа указанных норм законодательства, учитывая имеющиеся в материалах дела доказательства, в их совокупности, требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194, 196 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении иска Первичной профсоюзной организации Богословской ТЭЦ Свердловской областной организации общественной организации «Всероссийский Электропрофсоюз», действующей в интересах ФИО1, к акционерному обществу «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий» об оспаривании установленной продолжительности дополнительного отпуска за вредные условия труда, признании незаконными пунктов дополнительных соглашений и приказов, взыскании компенсации морального вреда, отказать.

На решение может быть принесена апелляционная жалоба в течение одного месяца с даты изготовления мотивированного решения в Свердловский областной суд через Краснотурьинский городской суд Свердловской области.

Председательствующий: судья (подпись) Е.В. Коробач

Мотивированное решение изготовлено с использованием компьютерной техники 18.08.2025 года.