Апелляционное определение № 33-3891/2026 от 15 апреля 2026 г.

Судья: Сальникова Е.Н. Дело № 33-3891/2026 (№ 2-46/2026)

Докладчик: Казачков В.В. УИД 42RS0017-01-2025-001522-31


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 апреля 2026 г. г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего Казачкова В.В.,

судей: Котляр Е.Ю., Бычковской И.С.,

при секретаре Клюевой В.А.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Казачкова В.В. гражданское дело по апелляционным жалобам представителя истца ФИО1 – ФИО2, представителя АНО «Регбийный клуб «Металлург» ФИО3 на решение Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка от 22 января 2026 г.,

по делу по иску ФИО1 к АНО «Регбийный клуб «Металлург» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсаций и морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к АНО «Регбийный клуб «Металлург» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсаций и морального вреда.

Требования мотивированы тем, что в ДД.ММ.ГГГГ истец заключил трудовой договор с АНО «Регбийный клуб «Металлург», занимал <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ истец был уволен в связи с сокращением штата работников организации в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

При заключении трудового договора стороны достигли соглашения о том, что заработная плата истца будет составлять не менее 100000 рублей ежемесячно.

С января 2024 стороны договорились о повышении заработной платы истца, которая будет составлять не менее 110 000 рублей ежемесячно.

ДД.ММ.ГГГГ на тренировке в АНО «Регбийный клуб «Металлург» ФИО1 получил травму, истцу был диагностирован <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ истцу проведено оперативное вмешательство «<данные изъяты>».

Истец находился на листке нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая, что травма была получена в рабочее время, истцом произведено начисление утраченного заработка за период временной нетрудоспособности.

Работодателем не в полном объеме была выплачена заработная плата за период с июля 2023 по июль 2024 и с марта 2025 по май 2025, в том числе с учетом того, что при заключении трудового договора стороны достигли соглашения о размере заработной платы не менее 100000 рублей ежемесячно, а с января 2024 - не менее 110000 рублей.

Так как истец был уволен в связи с сокращением штата работников организации в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, ответчик также должен выплатить истцу выходное пособие в размере среднемесячного заработка.

С учетом уточнения требований истец просил суд взыскать с ответчика:

- невыплаченную заработную плату в размере 537774,53 рублей;

- денежную компенсацию за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 293017,73 рублей за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ до момента вынесения решения суда и с момента вынесения решения суда до момента фактического исполнения обязательства;

- утраченный заработок в размере 456536,46 рублей;

- выходное пособие (выплата при увольнении) в размере 126977,33 рублей;

- денежную компенсацию за нарушение срока выплаты выходного пособия при увольнении, предусмотренную ст. 236 ТК РФ в размере 29234,42 рублей за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ до момента вынесения решения суда и с момента вынесения решения суда до момента фактического исполнения обязательства;

- компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 121343,32 рубля;

- денежную компенсацию за нарушение срока выплаты компенсации за неиспользованный отпуск, предусмотренную ст. 236 ТК РФ в размере 27937,28 рублей за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ до момента вынесения решения суда и с момента вынесения решения суда до момента фактического исполнения обязательства;

- компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей;

- судебные расходы на оплату юридических услуг в размере 50000 рублей.

Решением Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка от 22 января 2026 г. постановлено:

Исковые требования ФИО1 к АНО «Регбийный клуб «Металлург» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсаций и морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с АНО «Регбийный клуб «Металлург» в пользу ФИО1

- компенсацию в соответствии со ст. 236 ТК РФ за несвоевременно выплаченную заработную плату в размере 2867,36 руб.;

- задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 162561,59 руб.;

- компенсацию в соответствии со ст. 236 ТК РФ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 43387,63 руб. с продолжением начисления указанной компенсации на сумму задолженности в размере 162561,59 руб. с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического расчета включительно;

- доплату до среднего заработка за период временной нетрудоспособности в сумме 456536,46 руб.;

- выходное пособие в сумме 84561,76 руб.;

- компенсацию в соответствии со ст. 236 ТК РФ за невыплаченное выходное пособие за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 23564,53 руб., с продолжением начисления указанной компенсации на сумму задолженности в размере 84561,76 руб. с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического расчета включительно;

- компенсацию за неиспользованный отпуск 121343,32 руб.;

- компенсацию в соответствии со ст. 236 ТК РФ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 33814,34 руб. с продолжением начисления указанной компенсации на сумму задолженности в размере 121343,32 руб. с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического расчета включительно;

- компенсацию морального вреда 50000 руб. и судебные расходы в сумме 45000 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с АНО «Регбийный клуб «Металлург» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 26573 руб.

В апелляционной жалобе представитель истца просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Полагает, суд первой инстанции необоснованно включил в расчет выплаты с июля 2023 по сентябрь 2024, так как в указанный период истцу произведены выплаты за съем квартиры для проживания в г. Новокузнецке и компенсированы затраты на лечение, которые не относятся к заработной плате истца.

Считает, что включение судом указанных выплат в расчет привело к исключению данной суммы из общего размера задолженности по выплате заработной платы. Кроме того, включение судом указанных выплат привело к снижению размера неустойки за нарушение сроков выплаты заработной платы, предусмотренной ст. 236 ТК РФ.

Судом первой инстанции не дана оценка пояснениям свидетеля РАВ. и президента клуба ПВГ которые подтвердили факт того, что со всеми <данные изъяты> ответчик заключал трудовые договоры на меньшую сумму заработной платы, с целью снижения размера налогов.

Ссылается на то, что для определения действительного заработка истца необходимо принимать сведения справки 2-НДФЛ за 2023, в которой отражена действительная заработная плата истца в размере 100000 рублей ежемесячно, на которую истец и рассчитывал при заключении трудового договора. В последующем размер заработной платы истца составлял 110000 рублей ежемесячно.

Также считает, что судом первой инстанции неверно дана оценка степени моральных и нравственных страданий истца, в частности длительность нарушения прав истца (полгода ответчик не выплачивал заработную плату).

Считает, что заявленный размер компенсации морального вреда в размере 100000 рублей отвечает принципу разумности и справедливости.

В апелляционной жалобе представитель ответчика просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований.

Указывает на то, что суд первой инстанции проигнорировал доводы ответчика о том, что ДД.ММ.ГГГГ являлся для истца выходным днем, что подтверждено табелем учета рабочего времени за июль 2024.

Следовательно, истец не мог получить травму в рабочее время при исполнении трудовых обязанностей ДД.ММ.ГГГГ, так как в этот день он не должен был находиться на рабочем месте.

Считает, что суд первой инстанции необоснованно отклонил ходатайство ответчика об исключении видеозаписи как допустимого доказательства по делу, поскольку видеозапись не позволяла идентифицировать дату события и самого пострадавшего; не установлено кем, когда и при каких обстоятельствах производилась указанная запись.

Судом первой инстанции необоснованно приняты во внимание показания свидетеля РАВ который заинтересован в исходе данного дела, поскольку сам является истцом по иску к АНО «РК «Металлург» по иному трудовому спору. Суд проигнорировал факт наличия корпоративного конфликта и заинтересованности свидетеля в исходе дела, положив его показания в основу решения, что противоречит принципу объективности и беспристрастности суда.

Также допрошенный со стороны ответчика свидетель ЗИВ (<данные изъяты>) не подтвердил, что на спорном видео изображен именно истец, и не смог идентифицировать дату события, что ставит под сомнение выводы суда первой инстанции.

Суд первой инстанции также не принял во внимание, что при первичном обращении за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ истца, врачом был зафиксирован характер травмы — «<данные изъяты>

Считает, что истцом не представлено доказательств того, что в момент предполагаемой травмы истец выполнял какое-либо задание работодателя.

Вывод суда первой инстанции о том, что ответчику было известно о «<данные изъяты>, основан на неверном толковании переписки, поскольку приобретение ответчиком авиабилета для поездки истца на плановую операцию в <адрес> свидетельствует лишь об осведомленности работодателя о факте болезни истца и о его желании оказать содействие. Однако данные обстоятельства не свидетельствуют о признании травмы истца производственной.

Также судом не принято во внимание то, что записи врача клуба о получении истцом травмы ДД.ММ.ГГГГ в медицинской документации ответчика отсутствуют.

Полагает что, взыскивая заработную плату истца после окончания больничного, суд первой инстанции пришел к неверному выводу о том, что истец не обеспечил работой по вине работодателя.

Указывает на то, что истец, будучи осведомленным о процедуре сокращения и имея на руках уведомления о сокращении в период с ДД.ММ.ГГГГ самовольно прекратил выход на работу, что является дисциплинарным проступком.

Вопреки выводам суда первой инстанции, ответчик ДД.ММ.ГГГГ предъявил истцу требование о предоставлении письменных объяснений о причинах отсутствия на работе. ДД.ММ.ГГГГ был составлен Акт № об отказе истца дать объяснения.

Суд первой инстанции без надлежащей оценки указанных доказательств, сделал ошибочный вывод о бездействии работодателя.

Также судом не приняты во внимание доводы ответчика о наличии переплаты истцу денежных средств и не учел, что ранее произведенные истцу выплаты, в том числе со счета бухгалтера, а также по приказам о единовременной поддержке, фактически покрывали все обязательства ответчика перед истцом.

Выплата ответчиком выходного пособия и компенсации за неиспользованный отпуск, произведенная истцу при увольнении, также не нашли своего отражения в расчетах суда, что привело к неосновательному обогащению истца за счет ответчика.

Поскольку основные требования истца о взыскании заработной платы и доплаты до среднего заработка являются необоснованным, производное требование о взыскании компенсации морального вреда также не подлежали удовлетворению.

Считает, что сам факт судебного разбирательства, при отсутствии доказательств вины работодателя не может служить безусловным основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

Относительно апелляционных жалоб возражения не приносились.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав представителя истца, настаивавшую на доводах своей апелляционной жалобы, возражавшую против доводов жалобы ответчика, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого решения по доводам апелляционных жалоб, как постановленного в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права и фактическими обстоятельствами дела.

Пунктом 4 части 1 статьи 24 Федерального закона от 4 декабря 2007 г. № 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» установлено, что спортсмены имеют право на заключение трудовых договоров в порядке, установленном трудовым законодательством.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений согласно статье 2 Трудового кодекса Российской Федерации относится в том числе сочетание государственного и договорного регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров (часть 1 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации).

Коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению (часть 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели (физические и юридические лица независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых и иных непосредственно связанных с ним отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Требования к содержанию трудового договора определены статьей 57 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой в трудовом договоре предусматриваются как обязательные его условия, так и другие (дополнительные) условия по соглашению сторон.

На основании части 5 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации по соглашению сторон в трудовой договор могут также включаться права и обязанности работника и работодателя, установленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, локальными нормативными актами, а также права и обязанности работника и работодателя, вытекающие из условий коллективного договора, соглашений. Невключение в трудовой договор каких-либо из указанных прав и (или) обязанностей работника и работодателя не может рассматриваться как отказ от реализации этих прав или исполнения этих обязанностей.

В статье 164 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие гарантий и компенсаций, предоставляемых работникам.

Гарантии - это средства, способы и условия, с помощью которых обеспечивается осуществление предоставленных работникам прав в области социально-трудовых отношений (часть 1 статьи 164 Трудового кодекса Российской Федерации).

Компенсации - это денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами (часть 2 статьи 164 Трудового кодекса Российской Федерации).

Помимо общих гарантий и компенсаций, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации (гарантии при приеме на работу, переводе на другую работу, по оплате труда и другие), работникам предоставляются гарантии и компенсации в других случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами (абзац десятый части 1 статьи 165 Трудового кодекса Российской Федерации).

Главой 54.1 Трудового кодекса Российской Федерации (статьи 348.1 - 348.13) определены особенности регулирования труда спортсменов и тренеров.

Положения названной главы регулируют трудовые отношения с работниками, трудовая функция которых состоит в подготовке к спортивным соревнованиям и участии в спортивных соревнованиях по определенному виду или видам спорта, а также с работниками, трудовая функция которых состоит в проведении со спортсменами тренировочных мероприятий и осуществлении руководства состязательной деятельностью спортсменов для достижения спортивных результатов (часть 1 статьи 348.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Особенности регулирования труда спортсменов, тренеров устанавливаются трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями, а также локальными нормативными актами, принимаемыми работодателями в соответствии с требованиями статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации с учетом норм, утвержденных общероссийскими спортивными федерациями, и мнения выборного органа первичной профсоюзной организации (часть 3 статьи 348.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 5 статьи 348.10 Трудового кодекса Российской Федерации коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовыми договорами могут предусматриваться условия о дополнительных гарантиях и компенсациях спортсменам, тренерам, в частности о социально-бытовом обслуживании, об обеспечении спортсмена, тренера и членов их семей жилым помещением на период действия трудового договора.

В абзаце первом пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 ноября 2015 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего труд спортсменов и тренеров» приведены разъяснения о том, что правовое регулирование трудовых отношений работников - спортсменов и тренеров осуществляется Трудовым кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 4 декабря 2007 г. № 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации», другими федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации, содержащими нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права, трудовыми договорами (статьи 5, 6, 8 - 10 Трудового кодекса Российской Федерации).

Федеральным законом от 4 декабря 2007 г. № 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации», другими федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации, содержащими нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права, трудовыми договорами (статьи 5, 6, 8 - 10 ТК РФ).

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между АНО «Регбийный клуб «Металлург» и ФИО1 был заключен трудовой договор, по условиям которого работодатель принял обязательства предоставить работнику работу в должности «<данные изъяты>», обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами РФ, содержащими нормы трудового права, и данным трудовым договором, а также своевременно и в полном объеме выплачивать работнику заработную плату, а Работник обязался лично добросовестно выполнять определенную настоящим Контрактом трудовую функцию, соблюдать законодательство РФ и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, Федеральный закон «О физической культуре и спорте в РФ», нормативные акты и решения Федерации регби России и Правила внутреннего трудового распорядка, действующие у Работодателя. Работа по Контракту является для работника основной (п.1.1, 1.3 трудового договора). Срок действия договора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Работнику установлен ежемесячный должностной оклад без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат в размере 53076 руб. (п. 7.1 договора). По решению работодателя работнику могла выплачиваться премия в размере 35386 руб. за достижение спортивных результатов в соответствии с положением о премировании. Работодатель праве устанавливать стимулирующие выплаты, доплаты и надбавки, и иные выплаты, размеры и порядок выплаты которых устанавливается дополнительным соглашением к договору и (или) локальными нормативными актами работодателя (п.7.2-7.3 договора).

Приказом о приеме работника на работу № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был принят в команду <данные изъяты> с тарифной ставкой (окладом) 53076 руб., надбавкой 30% районного коэффициента.

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору (контракту), по которому срок действия договора предусмотрен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а ежемесячный должностной оклад установлен 47745,36 руб., выплата премии по решению работодателя предусмотрена в сумме 31830 руб. 24 коп. Срок действия соглашения установлен с ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ заключено дополнительное соглашение между ФИО1 и АНО «Регбийный клуб «Металлург», предусматривающее срок действия трудового договора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно. Срок действия соглашения установлен с ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был уволен с ДД.ММ.ГГГГ по п. 2 ч.1 ст. 81 ТК РФ (в связи с сокращением штата работников).

ДД.ММ.ГГГГ в период работы в АНО «Регбийный клуб «Металлург» в ходе тренировочного процесса ФИО1 получил спортивную травму: «<данные изъяты>».

В соответствии с первичным осмотром <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ ГАУЗ» истцу установлен диагноз: «<данные изъяты>

Согласно выписному эпикризу от ДД.ММ.ГГГГ АО «М» по результатам <данные изъяты> в связи с полученной травмой указано на то, что со слов пациента «…травма ДД.ММ.ГГГГ получена на <данные изъяты>» (т. 1 л.д. 163).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был нетрудоспособен, что подтверждается представленными в материалы дела копиями медицинской картой пациента, выписными эпикризами из истории болезни, осмотрами врача-<данные изъяты>, протоколам врачебной комиссии (т. 1 л.д. 192-193, 194, 198, 199, 200-203, 204, 205, 206, 207-208, 209, 210, 211, 212).

Факт получения травмы именно в период работы ФИО1 в АНО «Регбийный клуб «Металлург», истец подтверждает представленной в материалы дела видеозаписью тренировочного процесса внутри командной игры от ДД.ММ.ГГГГ, которая исследовалась судом первой инстанции в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, допрошенный судом первой инстанции в качестве свидетеля РАВ являющийся игроком клуба и присутствующий непосредственно при травмировании истца, подтвердил факт получения ФИО1 травмы ДД.ММ.ГГГГ, а также соответствие видеозаписи тренировочного процесса внутри командной игры событиям травмирования истца ДД.ММ.ГГГГ.

Суд первой инстанции, установив указанные обстоятельства, заслушав пояснения сторон и показания свидетелей, пришел к выводу о том, что повреждение здоровья ФИО1 произошло в связи со спортивной деятельностью в рамках выполнения возложенных на него трудовым договором обязанностей в АНО «Регбийный клуб «Металлург».

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции, поскольку он основан на правильно установленных обстоятельствах по делу, подтвержден исследованными в судебном заседании доказательствами.

Доводы апелляционной жалобы представителя ответчика о недопустимости представленной истцом видеозаписи и заинтересованность свидетеля в исходе дела, являлись предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно им отклонены.

Вопреки утверждению заявителя жалобы, представленные в материалы дела доказательства, в том числе видеозапись травмирования истца, в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации были исследованы судом и оценены с точки зрения их относимости, допустимости, достаточности и взаимосвязи в совокупности с другими доказательствами.

Ходатайство стороны ответчика о недопустимости видеозаписи в качестве доказательства по делу рассмотрено и разрешено судом в соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства с указанием мотивов, по которым оно отклонено, что отражено в протоколе судебного заседания суда первой инстанции от 18.11.2025 (статьи 166, 224, 229 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом в силу части 2 статьи 224 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации данное ходатайство правомерно разрешено судом без удаления в совещательную комнату и занесено в протокол судебного заседания (т. 2 л.д. 62).

В соответствии со статьей 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Положения статьи 67 и 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, наделяющие суд полномочиями оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, устанавливающие обязанность суда отражать в решении результаты оценки доказательств, приводить мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими, а также конкретизирующие понятие письменных доказательств, во взаимосвязи с другими предписаниями этого же Кодекса, в том числе закрепленными в части первой статьи 195, обязывающими суд принять законное и обоснованное решение, и в абзаце втором части первой статьи 327.1, обязывающими суд апелляционной инстанции исследовать имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства, являются процессуальными гарантиями реализации права на судебную защиту.

Предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. При этом доказательства по делу оцениваются судом не произвольно, а исходя из конституционного принципа подчинения судей только Конституции Российской Федерации и федеральному закону (статья 120 часть 1 Конституции Российской Федерации), получившего свое развитие в пункте 1 статьи 3 Закона Российской Федерации от 26.06.1992 № 3132-I «О статусе судей в Российской Федерации» и части первой статьи 11 ГПК РФ, по смыслу которых судья обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации, международные договоры Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы и иные нормативные правовые акты и только на их основе разрешать гражданские дела.

Судом первой инстанции также дана надлежащая оценка показаниям свидетелей в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, их заинтересованность в исходе разрешения спора из материалов дела не усматривается.

Суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований сомневаться в их достоверности, так как они согласуются с иными доказательствами по делу, не опровергаются иными доказательствами по делу.

Следовательно, не имеется оснований для повторного обсуждения вопроса о допустимости, относимости, достоверности и достаточности доказательств, положенных в основу решения суда, либо отвергнутых судом, включая те из них, на которые ссылается в своей жалобе представитель ответчика.

Разрешая требования истца о взыскании доплаты заработной платы до среднего заработка за период временной нетрудоспособности истца, суд первой инстанции, принимая во внимание условия трудового контракта ФИО1, расчетные листки, справки о доходах, платежные поручения, реестры переводов денежных средств, платежные ведомости, а также сведения произведенных истцу выплат О за период временной нетрудоспособности, пришел к выводу об удовлетворении требований истца, взыскав с АНО «Регбийный клуб «Металлург» в пользу ФИО1 456536,46 рублей.

Судебная коллегия также не находит оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции, так как письменными материалами дела подтверждается, что размер выплаченного пособия по временной нетрудоспособности ФИО1 был ниже среднего заработка истца.

Главой 54.1 Трудового кодекса Российской Федерации (статьи 348.1 - 348.13) определены особенности регулирования труда спортсменов и тренеров.

Положения названной главы регулируют трудовые отношения с работниками, трудовая функция которых состоит в подготовке к спортивным соревнованиям и участии в спортивных соревнованиях по определенному виду или видам спорта, а также с работниками, трудовая функция которых состоит в проведении со спортсменами тренировочных мероприятий и осуществлении руководства состязательной деятельностью спортсменов для достижения спортивных результатов (часть первая статьи 348.1 ТК РФ).

Однако в законодательстве (в частности, в ФЗ «О физической культуре и спорте в РФ») отсутствует четкое юридическое определение понятия «спортивная травма».

В п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №52 от 24.11.2015 г. разъяснено, что спортивной травмой является любое увечье или иное повреждение здоровья, связанное со спортивной деятельностью, если повлекшие повреждение здоровья действия осуществлялись спортсменом в рамках выполнения возложенных на него трудовым договором обязанностей по подготовке к спортивным соревнованиям и участию в спортивных соревнованиях. При этом временная нетрудоспособность спортсмена, вызванная спортивной травмой, может явиться результатом не только несчастного случая на производстве, но и профессионального заболевания (абзацы 10 и 11 статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»), явившихся следствием выполнения спортсменом своих обязанностей.

Частью третьей статьи 348.10 Трудового кодекса российской Федерации установлена обязанность работодателя в период временной нетрудоспособности спортсмена, вызванной спортивной травмой, полученной им при исполнении обязанностей по трудовому договору, за счет собственных средств производить ему доплату к пособию по временной нетрудоспособности до размера среднего заработка в случае, когда размер указанного пособия ниже среднего заработка спортсмена и разница между размером указанного пособия и размером среднего заработка не покрывается страховыми выплатами по дополнительному страхованию спортсмена, осуществляемому работодателем.

Условиями пункта 4.1.7 трудового контракта. заключенного между ФИО1 и АНО «Регбийный клуб «Металлург» предусмотрена обязанность работодателя в период временной нетрудоспособности работника, вызванной спортивной травмой, полученной им при исполнении обязанностей по трудовому договору, за счет собственных средств производить ему доплату к пособию по временной нетрудоспособности до размера среднего заработка в случае, когда размер указанного пособия ниже среднего заработка спортсмена и разница между размером указанного пособия и размером среднего заработка не покрывается страховыми выплатами по дополнительному страхованию спортсмена, осуществляемому работодателем (л.д. 23 т.1).

В силу части 3 статьи 348.10 Трудового кодекса Российской Федерации целевая направленность доплаты к пособию по временной нетрудоспособности заключается в установлении <данные изъяты> правовых гарантий на получение выплат не ниже его среднего заработка в период временной нетрудоспособности, вызванной спортивной травмой. Указанная доплата в данном случае подлежит определению как разница между размером среднего заработка и размером пособия по временной нетрудоспособности, на которое ФИО1 имеет право.

Общие требования относительно исчисления средней заработной платы установлены статьей 139 ТК РФ, в соответствии с которой для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных этим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления (часть 1); для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат (часть 2); при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (часть 3); особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть 7).

С 1 сентября 2025 г. вступило в силу Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2025 г. № 540 (далее - Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы), в соответствии с п. 2 которого для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат; подробный перечень таких выплат приведен в подпунктах «а»-»о» пункта 2 указанного Положения.

Руководствуясь приведенным правовым регулированием, суд первой инстанции верно исходил из расчетного периода ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, размера произведенных выплат 1480225,68 руб., количества рабочих дней в расчетном периоде 248 дней, определил средний дневной заработок ФИО1 в размере 5968,65 руб.

С учетом представленной ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу информации о произведенных ФИО1 выплатах по электронным листкам нетрудоспособности за 214 дней 437142,08 руб. и рассчитанного судом размера среднего дневного заработка 5968,65 руб. размер доплаты, подлежащей взысканию в пользу ФИО1 составил 840149,02 руб.

Кроме того, судом принимались во внимание произведенные работодателем единовременные выплаты ФИО1 в размере 50501 руб. за август 2024 и 42077,34 за сентябрь 2024, так как они являются выплатами, которые предусмотрены пунктом 4.1.7 трудового договора, а их перечисление подтверждено письменным материалами дела.

Поскольку ответчиком не представлено доказательств фактической выплаты истцу денежных средств на основании приказов № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 52796,50 руб., № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 48205,50 руб., № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 48205,50 руб., указанные суммы не были учтены при расчете доплаты заработной платы истца в период его нетрудоспособности.

Доводы апелляционной жалобы ответчика об отсутствии задолженности АНО «Регбийный клуб «Металлург» перед ФИО1, в связи с тем, что работодателем произведены выплаты в большем размере, чем указано в расчетных листках, и сложившаяся переплата учтена в счет произведенных начислений, являлись предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно им отклонены.

Судом первой инстанции верно указано на то, что данные выплаты не могут быть зачтены работодателем в счет оплаты труда и компенсаций на будущее время в силу требований действующего законодательства Российской Федерации.

В соответствии со статьями 21 и 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы, а работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка.

Согласно части 1 стать 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (части 1 и 2 статьи 135 ТК РФ).

Согласно статье 136 Трудового кодекса Российской Федерации при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника: о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период; о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику; о размерах и об основаниях произведенных удержаний; об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Форма расчетного листка утверждается работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 Трудового кодекса Российской Федерации для принятия локальных нормативных актов.

Суд первой инстанции, изучив представленные в материалы дела расчетные листки истца и суммы, указанные в них, установил факт их соответствия подаваемых сведений работодателем в Федеральную налоговую службу России, а также справке о доходах ФИО1 за 2023, 2024 годы.

Принимая во внимание, что пунктом 6.1.7 Правил внутреннего трудового распорядка АНО «РК «Металлург» предусмотрено, что работодатель обязан выплачивать заработную плату работникам до 30-го числа каждого месяца (аванс) и до 15-го числа заработную плату каждого месяца, суд пришел к выводу о нарушении ответчиком сроков расчетов с истцом по выплатам, так как работодателем производились выплаты ФИО1 произвольно.

В материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих основания для удержаний в соответствии со статьей 137 Трудового кодекса Российской Федерации из осуществленных истцу выплат в счет компенсаций, стороной ответчика таких доказательств не предоставлено.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что судом первой инстанции необоснованно не приняты во внимание произведенных ответчиком выплаты денежных средств, в частности перевод денежных средств со счета бухгалтера на счет истца, также являются несостоятельными.

Судом первой инстанции в ходе рассмотрения дела было с достоверностью установлено, что осуществлённые бухгалтером АНО «РК «Металлург» выплаты произведены в счет компенсации иных затрат ФИО1 и не были отражены в расчетных листках истца в качестве заработной платы или в качестве доплаты к пособию по временной нетрудоспособности, в связи с чем она не подлежали учету в качестве оплаты заработной платы истца на будущее время.

Таким образом, взыскание с АНО «Регбийный клуб «Металлург» в пользу ФИО1 денежных средств в размере 456536,46 руб. в качестве обязательств работодателя по доплате к пособию по временной нетрудоспособности до размера среднего заработка за счет собственных средств в период временной нетрудоспособности работника, вызванной <данные изъяты>, является верным.

Ссылка в жалобе истца на то, что включение выплат денежных средств иным работником АНО «РК «Металлург» после получения истцом травмы необоснованно включены судом в расчет доплаты к пособию по временной нетрудоспособности, также является несостоятельной, поскольку выплата денежных средств за август и сентябрь 2024, являются выплатами, предусмотренными пунктом 4.1.7 трудового договора, а также подтверждены сведениями ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу от ДД.ММ.ГГГГ.

В нарушение положений статьи 56 ГПК РФ стороны не представили иных доказательств подтверждающих, либо опровергающих выводы суда первой инстанции об оплате АНО «РК «Металлург» работнику ФИО1 денежных средств в расчет доплаты к пособию по временной нетрудоспособности до размера среднего заработка.

Таким образом, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований ставить под сомнение произведенный судом первой инстанции расчёт доплаты к пособию по временной нетрудоспособности истца за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Проверяя законность принятого решения суда в части взыскания с ответчика в пользу истца задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, судебная коллегия также не находит оснований не согласиться с выводом суда о частичном удовлетворении исковых требований истца, отклоняя в указанной части доводы апелляционных жалоб.

По условиям трудового договора работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной контрактом; рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям (п. 3.3.1-3.3.2 договора).

Трудовым договором (контрактом) истца предусмотрены обязанности работника, в том числе соблюдать спортивный режим, установленный работодателем, и выполнять планы подготовки к спортивным соревнованиям, тренировочные и соревновательные задания (п.3.1.1); неукоснительно выполнять тренировочные и соревновательные задания, определенные Главным тренером (тренерским составом) Клуба, в том числе соблюдать все инструкции и указания в отношении тактического плана на конкретную игру и т.д. (п. 3.1.5); участвовать в тренировочных мероприятиях и иных мероприятиях проводимых работодателем (п.3.1.6); соблюдать правила внутреннего трудового распорядка и иные локальные нормативные акты работодателя, непосредственно связанные с трудовой деятельностью (п.3.1.10); участвовать в восстановительных мероприятиях, организуемых Клубом для укрепления и повышения уровня физического здоровья (п. 3.1.15). Пунктом 10.1 трудового договора предусмотрено, что работодатель и работник несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение взятых на себя обязанностей, установленных настоящим контрактом, локальными нормативными актами Работодателя и законодательством РФ.

В п. 11.1 Правил внутреннего трудового распорядка АНО «РК «Металлург» (далее-Правила) отражено, что лица, которые виновны в нарушении норм трудового законодательства, могут быть привлечены к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом и иными федеральными законами. Работодатель вправе привлечь к дисциплинарной ответственности работника, который совершил дисциплинарный проступок, то есть за виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником своих трудовых обязанностей, в том числе нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, настоящих правил внутреннего трудового распорядка и иных локальных нормативных актов (п. 11.2 Правил). До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение, если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания (п. 11.2.4 Правил).

Судом первой инстанции было установлено, что после окончания больничного листа, ФИО1 должен был приступить к работе ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с имеющейся в материалах дела и не оспоренной ответчиком перепиской в мессенджере «<адрес>» между ФИО1 и СЕВ (бухгалтером клуба) ставился вопрос об увольнении истца, на которое он по собственному желанию был не согласен.

ДД.ММ.ГГГГ истцу было вручено уведомление о предстоящем увольнении по сокращению штата в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, при личном присутствии ФИО1, что подтверждается его личной подпись в уведомлении.

В соответствии с актами работодателя ФИО1 отсутствовал на рабочем месте от ДД.ММ.ГГГГ, для подписания актов об отсутствии на рабочем месте ФИО1 не явился.

При этом в материалы дела не представлено доказательств о предпринятых работодателем АНО «РК «Металлург» попытках ознакомить работника с актами и истребовать у ФИО1 объяснения о причинах его отсутствия на рабочем месте.

После вручения ФИО1 уведомления о предстоящем увольнении по сокращению штата ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ работодатель продолжил составлять акты об отсутствии на рабочем месте работника с ДД.ММ.ГГГГ по день увольнения.

Допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель со стороны ответчика ЗИВ ранее состоявший в трудовых отношениях с АНО «РК «Металлург» и являлся тренером по общей физической подготовке работников ответчика, затруднился дать пояснения относительно травмы ФИО1 и даты ее получения. Также не дал пояснений относительно обстоятельствах получения, ходе лечения и восстановительном процессе после травмы ФИО1 Подтвердил, что тренировки практически полгода ФИО1 не посещал.

Давая оценку пояснениям свидетеля ЗИВ учитывая, что они не содержат в себе четких и последовательных ответов, на поставленные судом вопросы, а также то, что пояснения свидетеля противоречат иным доказательствам, суд первой инстанции не принял их в качестве относимого и допустимого доказательства, с чем соглашается судебная коллегия.

Так, пояснения свидетеля ЗИВ о том, что тренер не несет ответственности за отсутствие работника на рабочем месте (тренировке), отслеживание за ходом лечения работника и прохождения им реабилитации, противоречат нормам трудового законодательства и локальным нормативным актам АНО «РК «Металлург», согласно которым здоровье игрока находится под особым контролем работодателя, также, как и за трудовым распорядком работника. При этом ЗИВ также указывал на то, что он, являясь тренером команды, после травмирования игроков должен был разработать план тренировки травмированного игрока, согласно полученным травмам.

Кроме того, судом первой инстанции было установлено, что ФИО1 постоянно поддерживал контакт с работниками клуба, что подтверждается перепиской, приобщенной к материалам дела, однако об обстоятельствах составления актов и отражении в табелях учета рабочего времени как «Н/Н» (невыясненная причина) ему было неизвестно.

На протяжении нескольких месяцев работодатель не предпринимал мер по выяснению причин отсутствия работника, продолжая в одностороннем порядке составлять акты и табели учета рабочего времени, указывая в табеле код «Н/Н» в отношении ФИО1, при этом предусмотренной трудовым договором работой не обеспечил.

Таким образом, доводы жалобы ответчика о том, что отсутствие работника на рабочем месте, оформленное в одностороннем порядке актами, является основанием для невыплаты заработной платы в соответствии со ст. 129 ТК РФ противоречит нормам действующего трудового законодательства, так как работодатель не предпринимая мер по выяснению причины отсутствия работника, не обязывал его дать объяснения по данному факту, не привлекал работника к дисциплинарной ответственности.

Вопреки доводам жалобы ответчика, суд первой инстанции также исследовал представленные АНО «РК «Металлург» табели учета рабочего времени и акты об отсутствии работника на рабочем месте, составленные в одностороннем порядке работниками клуба, которые не приняты были судом во внимание.

Указанные табели учета рабочего времени не могут служить доказательством отсутствия работника на рабочем месте, так как они составлены работодателем в одностороннем порядке, опровергаются совокупностью имеющихся в материалах дела доказательств.

Поскольку оценка доказательств является исключительной компетенцией суда первой инстанции, которая дана судом в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для переоценки письменных доказательств, поскольку пояснения свидетеля ЗИВ сведения табеля учета рабочего времени опровергаются совокупностью иных представленных в материалы дела доказательств.

Удовлетворяя требования истца о взыскании с ответчика заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 162 561,59 рублей, суд первой инстанции исходил из того, что истец не был обеспечен работой по вине работодателя, с чем также соглашается суд апелляционной инстанции.

Из пояснений директора и тренера АНО «РК «Металлург» следует, что ФИО1 не были даны конкретные служебные задания для осуществления работы в соответствии с трудовым контрактом спортсмена, сведения о конкретных планах, заданиях по тренировкам не доводились.

В нарушение с п ДД.ММ.ГГГГ контракта истца, ФИО1 не был установлен режим лечения, что предусмотрено его контрактом, ему не назначено прохождение лечебно-профилактических процедур по назначению медицинского персонала клуба, не разработана программа тренировок с учетом полученной им травмы.

Таким образом, работодатель, устранившийся от установления причин отсутствия работника на рабочем месте, не обеспечил его работой после окончания больничного в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем вывод суда первой инстанции о том, что указанный период подлежит оплате работодателем, является верным.

Проверив представленный истцом расчет заработной платы, произведенный исходя из ежемесячной заработной платы 110 000 руб., суд первой инстанции, не согласившись с ним и произвел самостоятельный расчет.

Учитывая условия трудового договора истца и дополнительного соглашения к нему, суд первой инстанции определил ко взысканию с АНО «РК «Металлург» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 162561,59 рублей.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции о взыскании с ответчика в пользу истца выходного пособия в размере 84561,76 рублей, а также компенсации за неиспользованный отпуск в размере 121343,32 руб., так как произведенный судом первой инстанции расчет соответствует условиям п. 6.2, 6.3 трудового договора (контракта) ФИО1, а также требованиям положений статей 114, 121, 122, 123, 127, 178, 348.10 Трудового кодекса Российской Федерации.

Применяя положения статьи 236 Трудового кодекса российской Федерации, принимая во внимание расчетные листки истца, сведения о произведенных ответчиком выплат истцу, а также то, что выплата заработной платы производилась АНО «РК «Металлург» без соблюдения сроков, предусмотренных локальными нормативными актами ответчика, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию за задержку заработной платы в размере 2867,36 рублей; денежную компенсацию, исчисленную из фактически не выплаченных в срок сумм заработной платы в размере 162561,59 руб. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 43 378,63 руб., с последующим начислением с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического расчета включительно; компенсацию за невыплату выходного пособия за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 23 564,53 руб. и далее с ДД.ММ.ГГГГ по день фактической выплаты; компенсацию за неиспользованный отпуск за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 33814,34 руб. и далее с ДД.ММ.ГГГГ по день фактичекской выплаты.

Поскольку произведенной судом первой инстанции расчет компенсаций за несвоевременную выплату ответчиком заработной платы и иных причитающихся истцу при увольнении выплат соответствует требованиям Трудового законодательства, сделан с учетом произведённых ответчиком выплат и согласуется с придавленными в материалы дела доказательствам, не содержит арифметических ошибок, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции.

Доводы жалобы истца о том, что при расчете причитающихся истцу к выплате сумм заработной платы и компенсаций суд первой инстанции не учел пояснения свидетеля РАВ о размере заработной платы истца, не принимаются судебной коллегией, поскольку оспариваемые истцом сведения о заработной плате не подтверждены доказательствами, отвечающими требованиям относимости и допустимости в рамках состязательного процесса в соответствии со ст. 56, 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

ФИО1 не представлено соответствующих бухгалтерских документов (расчетных листков, сведений о начислении заработной платы, выписок со счета), подтверждающих размер заработной платы, указанной им в исковом заявлении, а также в апелляционной жалобе.

При наличии в материалах дела письменных доказательств, подтверждающих согласованный сторонами размер заработной платы (трудового договора с указанием оклада, платежных ведомостей, справок о доходах истца), пояснения свидетеля РАВ не являются доказательством, подтверждающим размер заработной платы истца, отличный от согласованного в трудовом договоре размера.

Стороны свободны в заключении договора, истец вправе был выбирать место работы и уровень заработной платы соответственно своим зарплатным ожиданиям, а также был вправе отказаться от подписания контракта.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда, так как основные требования истца не подлежали удовлетворению, несостоятельны.

Удовлетворяя частично требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 50000 рублей, суд первой инстанции исходил из того, что в ходе рассмотрения дела факт нарушения трудовых прав истца нашел свое подтверждение.

Суд апелляционной не находит оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции, признавая доводы жалобы ответчика несостоятельными.

В силу положений ст. ст. 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателе лежит обязанность компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека, и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда») разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Суд первой инстанции, установив неправомерный характер действий работодателя и нарушение трудовых прав работника, исходя из положений Трудового кодекса Российской Федерации, признал, что истцу был причинен моральный вред, подлежащий возмещению ответчиком, определив размер компенсации морального вреда с учетом всех обстоятельств дела, с учетом тяжести причиненных потерпевшему нравственных страданий и индивидуальных особенностей личности, а также требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом, в мотивировочной части судебного решения приведены соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда.

По мнению судебной коллегии, компенсация морального вреда в сумме 50000 рублей определена судом с учетом обстоятельств дела, характера допущенного работодателем нарушения трудовых прав истца и длительности такого нарушения, значимости нарушенного права, размер компенсации морального вреда, определенный судом согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21, 53 Конституции Российской Федерации), принципами разумности и справедливости.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы выводов суда в указанной части не опровергают.

По существу доводы апелляционных жалоб сводятся к правовой позиции сторон, изложенной при рассмотрении дела в суде первой инстанции, выражают субъективную точку зрения о том, как должно быть рассмотрено настоящее дело, при этом доводы не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, с которыми соглашается судебная коллегия, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, в связи с чем не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

Вопреки доводам апелляционных жалоб истца и ответчика, суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, выводы суда не противоречат материалам дела, основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену либо изменение решения суда, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены решения суда первой инстанции не имеется.

Руководствуясь ч.1 ст. 327.1, ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка от 22 января 2026 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий: В.В. Казачков

Судьи: Е.Ю. Котляр

И.С. Бычковская

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 27.04.2026.