Приговор № 1-133/2020 от 21 июля 2020 г. по делу № 1-133/2020

дело № 1 –133 / 2020

55RS007-01-2020-000531-25


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г.Омск 22 июля 2020 года

Центральный районный суд г.Омска в составе судьи Клостера Д.А., при секретаре Попковой А.О., с участием: государственных обвинителей Синицкой О.В., Метелевой Л.В., Вишнивецкой Я.В., подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Эстерлейн О.Ю., потерпевшего М., его представителя – адвоката Шлейермахера Б.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, <данные изъяты>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, при следующих обстоятельствах:

21.09.2019 около 18 часов 30 минут ФИО1, находясь тротуарной дорожке между домами № и № по <адрес> обороняясь от противоправных действий М., умышленно превышая пределы необходимой обороны, нанес последнему не менее 2-х ударов кулаком в область головы.

В результате преступных действий ФИО1 потерпевшему М. были причинены телесные повреждения в виде: закрытой черепно-мозговой травмы, сотрясения головного мозга, закрытого перелома передней и нижней стенок лобной пазухи слева, глазничной части лобной кости, кровоподтеков параорбитальных областей. Указанные повреждения квалифицируются как - тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Кроме того, ФИО1 причинил потерпевшему повреждение в виде ушибленной раны верхней губы, которое является легким вредом здоровью по признаку кратковременного расстройства его на срок до 3-х недель.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в инкриминируемом ему деянии не признал, пояснив, что он не нападал на потерпевшего, последний первым на него напал и нанес удар. Согласен с тем фактом, что именно от его действий М. был причинен тяжкий вред здоровью, однако он при этом никаких предметов не использовал, оборонялся от действий потерпевшего.

По существу дела ФИО1 указал, что 21.09.2019 около 18-00 часов между домами № и № по <адрес> он с супругой Б. выгуливал курей на придомовой территории. В это время на улицу вышел М. с собакой, которая накинулась на курей и разогнала их до <адрес> с супругой согнал курей вместе. Однако, через некоторое время М., имея возможность проследовать иным путем, вновь направился в их сторону, и собака снова накинулась на куриц. Тогда он «психанул», взял с земли деревянную палку и ударил ею собаку. В этот момент М. нанес ему один удар кулаком, с жатыми в руке ключами, в область левой брови. От удара у него образовалось рассечение и сильно пошла кровь. Он отбросил парку на землю и правой рукой стал вытирать кровь, а левой закрылся от М., вытянув кисть в горизонтальном положении. Тогда последний схватил его за мизинец и безымянный палец левой руки и с силой дёрнул (потянул) вниз, выворачивая пальцы, от чего он почувствовал сильную боль. После этого М. ударил его кулаком по уху, однако он успел уклониться и удар пришелся вскользь, каких-либо повреждений в области уха у него не осталось. Затем они схватили друг друга за грудки и обоюдно начали наносить удары кулаками по лицу. Количество нанесенных ударов он не считал, но полагает, что нанес М. не более 2-3 ударов кулаком по лицу. Затем он схватил М. за ремень, отбросил на землю и сел на того сверху в области груди, прижав руки к земле. В этот момент к ним подошел К., который разнял. М. поднялся и ушел домой. Все происходящее с дороги наблюдала его супруга Б.

В результате действий М. ему были причинены телесные повреждения в виде рассечения брови, сломанного пальца, снизилось зрение на левый глаз. Свою вину не признает, полагает, что действовал в рамках необходимой обороны. С какой силой наносил удары М., оценить не может, но не отрицает, что имеет определенную спортивную подготовку (в детстве занимался боксом, хоккеем и другими видами спорта). По его мнению, потерпевший в момент конфликта находился в состоянии алкогольного опьянения, так как он чувствовал от того запах алкоголя. Ранее с потерпевшим также возникали конфликтные ситуации, между ними сложились неприязненные отношения. При этом утверждает, что не имел возможности воздержаться от нанесения ударов потерпевшему, отступить либо отбежать в сторону после полученных телесных повреждений.

Потерпевший М. в суде пояснил, что с подсудимым он ранее был знаком, между ними сложились неприязненные отношения. 21.09.2019 он со своей собакой направился в магазин, в это время ФИО1 выгуливал на улице кур. Когда он проходил мимо, его собака распугала кур. Затем, возвращаясь с магазина, он увидел, как на него бежит ФИО1 с обрезком трубы длиной около 1 метра бело-голубого цвета, при этом нецензурно кричит, что: «сейчас ударит трубой». Он спросил у ФИО1: «за что ударишь?». Тогда последний нанес его собаке удар трубой по хребту, после чего нанес ему удар трубой по голове в область над левой бровью, отбросил трубу и затем стал избивать кулаками, при этом задирал одежду, чтобы он не мог сопротивляться. Всего ФИО1 нанес ему не менее десяти ударов. Когда он упал на землю, ФИО1 сел на него сверху, схватил за кисти рук и удерживал их, прижав к груди. Затем подошел их сосед К., сказал: «что вы делаете, успокойтесь» и ФИО1 прекратил свои действия. Предполагает, что когда оборонялся от нападения ФИО1, мог неумышленно вывернуть (сломать) тому палец, а повреждения у подсудимого в виде раны левой надбровной области, возможно, что образовались от элементов одежды. Была ли очевидцем данных событий Б. (сожительница подсудимого), он не знает, видел её только когда шел в магазин, когда возвращался обратно, её не заметил.

В дальнейшем он был госпитализирован, находился на лечении 12 дней. Считает, что подсудимый напал на него, так как его собака распугала кур, которых тот выгуливал на улице. Просит взыскать с подсудимого в счет компенсации морального вреда 1 млн. рублей.

По ходатайству защитника, в связи с наличием противоречий были оглашены показания потерпевшего, данные им 22.11.2019 в ходе предварительного следствия, из которых следует, что в момент конфликта с ФИО1 на улице он никого не видел, кроме свидетеля Б., которая в конфликт не вмешивалась. Также в показаниях потерпевшего, предмет, которым ему был нанесен удар, указывается как «металлическая труба» и «металлическая палка» (л.д. 87-90).

По имеющимся противоречиям потерпевший пояснил, что настаивает на том, что удар ему был нанесен именно металлической трубой, при этом он не видел рядом Б. в момент конфликта с подсудимым. Возможно, что следователь не точно отразил его показания.

В ходе очной ставки с подозреваемым ФИО1 потерпевший М. указал, что ФИО1 накинулся на него с металлической трубой, ударил его собаку, затем несколько раз ударил его кулаками и повалил на землю. После чего продолжал ударять кулаками (л.д. 99-101).

Относительно показаний, данных в ходе очной ставки, потерпевший пояснил, что были даны усеченные показания исходя из того, о чем его спрашивали. Почему в протоколе не указано о нанесенном ему ударе металлической трубой, он не знает. Так же после падения ФИО1 ему более ударов не наносил.

В ходе дополнительного допроса 13.01.2020 потерпевший М. указывал, что ФИО1 ударил его трубой в область головы слева. Затем, откинув трубу, стал наносить удары кулаками, держа его «за грудки». После этого ФИО1 схватил его сбоку за пояс штанов и «за грудки» и бросил от себя на землю, и сам упал на него сверху. Затем ФИО1 сел ему на живот и схватил (стал удерживать) за запястья. В этот момент он пытался высвободиться, стал выкручивать руки и возможно, что сломан подсудимому палец. Также потерпевший М. указал, что прямого удара в область левой брови ФИО1 он не наносил, но защищаясь от последнего «выбрасывал» свои руки вперед, и мог задеть бровь неумышленно (л.д. 131-134).

Оглашенные показания потерпевший в целом подтвердил, указав, что когда ФИО1 стал «махать кулаками», он стал «осаживаться», тот хватал его за ремень и ветровку, чтобы задрать одежду. Упал он уже сам, подсудимый на него не падал и не бросал на землю, в этой части следователем неправильно были отражены его показания в протоколе. Также в момент нанесения ударов кулаками подсудимый его «за грудки» не удерживал.

Из показаний свидетеля М. следует, что она является супругой потерпевшего. 21.09.2019 около 18.00 часов её супруг с собакой пошел в магазин. Примерно минут через 15 он вернулся домой, при этом у того все лицо было в крови (область носа, губ, уши), разорвана куртка. На её вопросы тот пояснил, что когда возвращался с магазина, их собака распугала курей ФИО1, за что последний ударил металлической трубой собаку, а затем его самого. Очевидцем конфликта она не была, об обстоятельствах произошедшего знает только со слов супруга.

Свидетель К. в суде пояснил, что 21.09.2019 он проезжал на машине по <адрес> и увидел двух дерущихся человек. Когда к ним подошел, то ФИО1 сидел на М. и удерживал того за руки. Он взял ФИО1 за плечо, сказал: «Что вы делаете, соседи?». Тогда ФИО1 встал, и вслед за ним поднялся М., конфликт прекратился. Непосредственно очевидцем того, кто кому и сколько ударов нанес, он не наблюдал, каких-либо предметов он на земле не заметил, не обратил на это внимания. Со слов ФИО1 ему стало известно, что конфликт произошел из-за курей и собаки.

Свидетель Б. в суде пояснила, что она состоит в гражданском браке с подсудимым ФИО1, проживают совместно по адресу: <адрес>. 21.09.2019 около 18-00 часов они выгнали куриц на придомовую территорию между домами 48 и 50 по <адрес>. В это время вышел М. с собакой, которая кинулась на кур и разогнала их в сторону <адрес> соседи помогли собрать кур. Когда М. возвращался, ФИО1 сказал тому: «Вова, если твоя собака еще раз кинется на кур, я её ударю». Затем собака, как по команде, кидается на кур. Тогда ФИО1 взял с земли деревянную рейку и ударил ею собаку, и не успев разогнуться, получил удар от М. в бровь в область глаза, после чего сразу бросил рейку на землю. При этом в руке М. были ключи. У ФИО1 сильно стала литься кровь, он поднял руку, чтобы защититься от следующего удара. Тогда М. схватил его за пальцы руки и стал заламывать, «сильно вырвал руку», потянув вниз. После это те схватили друг друга за одежду, стали наносить друг другу удары кулаками по лицу. Точно назвать количество ударов затрудняется, поясняя: «количество ударов я не наблюдала, т.к. боюсь этого», но полагает, что ФИО1 нанес М. только два удара. В какой-то момент она уже увидела, как М. лежит на земле, сверху на нем сидел ФИО1 и удерживал тому руки, говоря: «Вова хватит». Потом приехал их сосед К., сказал: «Что вы делаете, соседи?», - похлопал ФИО1 по плечу, и тот встал. М. также встал, сказал: «Теперь я тебя уничтожу» и ушел домой. Вышеуказанный конфликт происходил между домами № и № по <адрес> за тротуарной дорожкой, где проходит водосток, примерно на расстоянии 1,5 - 2 метра от забора.

Эксперт Т. в судебном заседании пояснила, что при производстве судебно-медицинской экспертизы по определению степени тяжести вреда здоровью потерпевшего ФИО2 ею исследовалась КТ головного мозга с захватом шейного отдела позвоночника от 21.09.2019. На представленных томограммах были выявлены признаки закрытого перелома передней и нижней стенок лобной пазухи слева, глазничной части лобной кости, что является тяжких вредом здоровью (п. 6.1.2). Каких-либо сомнений при исследовании снимков компьютерной томографии у неё не возникало, в противном случае она бы привлекла дополнительно эксперта рентгенолога. Данное повреждение возникло от воздействия тупого твердого предмета с ограниченной контактной поверхностью, кокковыми могли быть кулак, обутая в обувь нога, а также металлическая труба и т.п. В результате перелома передней и нижней стенок лобной пазухи трещина ушла в основание черепа, поэтому причинен тяжкий вред здоровью потерпевшего.

Свидетель П. (оперуполномоченный ОУР ОП № 10 УМВД России по г.Омску) в суде пояснил, что по сообщению оператора «02» прибыл на место происшествия в район <адрес> в <адрес>. По прибытию на месте была опрошена супруга потерпевшего, которая пояснила о произошедшем конфликте между ФИО1 и М., а именно, о причинении телесного повреждения металлической трубой. Им были произведены поисковые мероприятия данного предмета в районе места происшествия и на удалении от него, однако данного предмета обнаружено не было.

Кроме того, в судебном заседании исследовались следующие письменные доказательства по делу:

- рапорт оперативного дежурного отдела полиции № 10 от 21.09.2019, согласно которого в 18 часов 57 минут от оператора «02» поступило сообщение, что по <адрес> у <адрес> мужчину избил известный. О происшествии сообщила М. (л.д. 5);

- заявление от ФИО1 от 21.09.2019, согласно которого он просит привлечь к ответственности М. по факту причинения телесных повреждений (л.д. 9);

- заявление М. от 21.09.2019, согласно которого он просит привлечь к уголовной ответственности ФИО1, который 21.09.2019 около 18-00 часов по адресу 5-я Ремесленная <адрес>, причинил ему телесные повреждения (л.д. 11);

- акт судебно-медицинского освидетельствования № 10100 от 16.10.2019, согласно которого, у М. объективно установлено повреждение на верхней губе слева – вертикально расположен линейный соединительно-тканный рубец размером 1х0,3см. Со слов М.: «21.09.2019 около 19.00 часов известный бил руками, обрезком трубы по голове» (л.д. 23);

- протокол осмотра места происшествия от 24.09.2019, согласно которого, с участием свидетеля Б. была осмотрена прилегающая территория к дому № по <адрес> в <адрес>. Свидетель указала на место, где произошла драка. Рядом расположен палисадник, где она с ФИО1 пасла курей. С места происшествия ничего не изымалось, металлическая труба не обнаружена (л.д. 28-29);

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

- протокол осмотра места происшествия от 29.11.2019, согласно которого был осмотрен участок местности между домами 46-50 по <адрес> в <адрес>. С места происшествия ничего не изымалось, металлическая труба не обнаружена (л.д. 108-111);

- заключения специалиста-полиграфолога № 4 от 21.02.2020 и № 7 от 06.03.2020, представленные стороной защиты, из которых следует, что подсудимый ФИО1 проходил психофизиологическое исследование с использованием полиграфа. В результате исследования психофизиологических реакций специалист пришел к выводам о том, что существует высокая вероятность того: что ФИО1 не начинал драку с М., не наносил тому удар каким-либо предметом (в т.ч. обрезком трубы), при этом именно М. сломал левый мизинец ФИО1 и рассек левую бровь.

Выслушав подсудимого, защитника, позицию государственного обвинителя, потерпевшего и свидетелей, эксперта, изучив материалы дела, суд приходит к выводу, что вина подсудимого в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Сам факт причинения ФИО1 21.09.2019 телесных повреждений потерпевшему, повлекших тяжкий вред здоровью, помимо собственных показаний подсудимого, подтверждается вышеизложенными показаниями потерпевшего, свидетелей, письменными доказательствами по делу, а именно: заключением судебно-медицинской экспертизы, которой установлена тяжесть вреда здоровью, локализация и количество травмирующих воздействий.

Стороной защиты оспаривается применение подсудимым предмета, используемого в качестве оружия - металлической трубы, а также указывается на оборонительный характер действий подсудимого от нападения со стороны потерпевшего, при этом в отсутствие превышения пределов необходимой обороны.

Так подсудимый показал, что после того как он палкой ударил собаку М., тот ударил его кулаком в область левой брови (с жатыми в ней ключами) от чего образовалось рассечение и пошла кровь. Защищаясь от возможных повторных ударов, он выставил вперед руку. Тогда М. схватил его за пальцы левой руки и вывернул их, резко потянув вниз, от чего он почувствовал боль в мизинце. Только после следующего скользящего удара в ухо, он схватил потерпевшего за одежду, при этом потерпевший сделал тоже самое, и они стали друг другу наносить удары кулаками по лицу. Затем он повалил потерпевшего на землю, удерживал его руки, после чего их разнял свидетель К.

Указанную версию подсудимого фактически подтвердила свидетель Б., являвшаяся очевидцем произошедших событий, которая в судебном заседании в целом, по юридически значимым обстоятельствам, дала аналогичные показания, что и сам подсудимый. При этом результаты психофизиологических исследований с использованием полиграфа, представленные стороной защиты, в качестве доказательств судом не рассматриваются, в виду отсутствия научно обоснованных методик исследований, позволяющих сделать однозначный вывод о достоверности полученных результатов.

Допрошенный в суде свидетель К. пояснил, что он наблюдал завершение конфликта, когда подсудимый уже сидел на потерпевшем и удерживал его руки. Он просто подошел и разнял их.

Иных очевидцев произошедшего конфликта в ходе предварительного следствия установлено не было.

Свидетель М. видела только телесные повреждения, которые были получены потерпевшим М., и узнала об обстоятельствах получения травмы со слов последнего. Её показания о нанесении удара трубой, по сути являются производным доказательством от показаний самого потерпевшего, у которого имеются основания для оговора подсудимого в связи с возникшими длительными неприязненными отношениями между ними.

Свидетель П. (сотрудник полиции) выезжал на место преступления, проводил предварительной опрос свидетелей, подозреваемого ФИО1, осуществлял осмотр места происшествия и прилегающей территории с целью поиска возможного орудия преступления, которое им обнаружено не было. Показания данного свидетеля в части пояснений, данных ему подозреваемым ФИО1, судом во внимание не принимаются, так как не могут быть использованы в доказывании, поскольку положения ч. 5 ст. 246 и ч. 3 ст. 278 УПК РФ в системной связи с другими нормами уголовно-процессуального законодательства не дают оснований рассматривать их как позволяющие суду допрашивать сотрудников полиции о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым либо обвиняемым, и как допускающие возможность восстановления содержания этих показаний вопреки закрепленному правилу в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ. Вместе с тем положения закона не исключают возможность допроса сотрудников полиции по обстоятельствам производства следственных и иных процессуальных действий. В связи с этим, суд признает допустимыми и достоверными показания свидетеля П. только в части проведенного им осмотра места происшествия и не обнаружения предполагаемого орудия преступления, что так же согласуется с письменными доказательствами по делу – вышеуказанными протоколами осмотров места происшествия.

Потерпевший М. в суде пояснил, что на ФИО1 он не нападал, ударов тому не наносил, подсудимый нанес удар металлической трубой его собаке, после чего сразу же ударил этой же трубой его по лицу, а затем стал избивать кулаками, нанесения не менее 10 ударов по голове. Когда он упал на землю, ФИО1 сел на него сверху, схватил за кисти рук и удерживал, пока их не разнял свидетель К. При этом потерпевший высказал предположения, что когда оборонялся от нападения ФИО1 мог неумышленно вывернуть (сломать) тому палец, а повреждения у подсудимого в виде раны левой надбровной области возможно образовались от элементов одежды.

При этом суд обращает внимание на непоследовательность и противоречивость показаний потерпевшего в ходе предварительного следствия и в суде. Так М. указывал на предмет, которым ему был нанесен удар, обозначая его - как «металлическая труба» и «металлическая палка». При этом в ходе очной ставки с подозреваемым он вовсе не пояснял о нанесении ему удара каким-либо предметом. Также в ходе дополнительного допроса М. указывал, что когда ФИО1 сидел на нем и удерживал за кисти рук, он пытался высвободиться, стал выкручивать руки и возможно сломан подсудимому палец. Также потерпевший пояснял, что прямого удара в область левой брови ФИО1 он не наносил, но защищаясь от последнего «выбрасывал» свои руки вперед, и мог задеть бровь неумышленно, то есть не указывал на возможное причинение данного повреждения от предметов одежды.

Суд, оценивая показания потерпевшего в совокупности с иными доказательствами по делу, находит их недостоверными в части отсутствия первоначального нападения с его стороны на подсудимого, случайного нанесения телесных повреждений ФИО1 в виде перелома пальца и раны в левой надбровной области в ходе оборонительных действий от нападения последнего.

<данные изъяты>

При этом версия потерпевшего о выкручивании руки ФИО1 (от чего возможно сломался палец) в момент, когда последний сидел на нём и удерживал руки, а он пытался освободиться, опровергается показаниями незаинтересованного свидетеля К., который о каком-либо выкручивании рук подсудимого в этот момент не пояснял.

Кроме того, не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия показания потерпевшего в части нанесения ему удара металлической трубой. Указанное орудие преступления не было обнаружено как в ходе первоначальных поисковых мероприятий, проводимых сотрудником полиции П., так и в ходе последующих осмотров места происшествия. Из заключения судебно-медицинской экспертизы и пояснений эксперта Т. следует, что телесные повреждения у М. могли образоваться от воздействия тупого твердого предмета с ограниченной контактной поверхностью, которыми могли быть: кулак, нога в обуви, труба и т.п., что соответственно не опровергает показаний подсудимого о нанесении ударов потерпевшему исключительно кулаками.

Показания потерпевшего М. и показания его супруги М., которые по сути являются одним и тем же доказательством (производным от показаний потерпевшего, который об обстоятельствах дела мог сообщить неограниченному кругу лиц), не могут быть положены в основу приговора, как бесспорно подтверждающие виновность подсудимого в совершении преступления предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.

Таким образом, в ходе судебного следствия стороной обвинения не была опровергнута версия подсудимого о первоначальном нападении со стороны потерпевшего, оборонительном характере действий, в результате которых ему был причинен вред здоровью средней тяжести.

Однако, анализируя позицию потерпевшего и подсудимого, с учетом всей совокупности доказательств, суд считает, что ФИО1, нанося удары кулаком по лицу М., находился в состоянии превышения пределов необходимой обороны.

Согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, т.е. при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, т.е. умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

Уголовная ответственность за причинение вреда наступает для оборонявшегося лишь в случае превышения пределов необходимой обороны, то есть когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в ч. 2 ст. 37 УК РФ, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть.

В судебном заседании было установлено, что инициатором конфликта стал потерпевший М., который выгуливал собаку без намордника и поводка, при этом никак не отреагировал на первоначальное нападение его собаки на курей, принадлежащих ФИО1, и затем вновь проследовал в том же направлении, осознавая, что его собака снова может накинуться на данных кур. В результате этого, подсудимый ударил палкой собаку потерпевшего, на что последний нанес ФИО1 один удар в левую надбровную область и вывернул мизинец левой кисти путем чрезмерного вращения пальца вокруг собственной оси. В ответ на это подсудимый, осознавая, что является моложе по возрасту и физически превосходит потерпевшего, имея возможность иным способом защититься от нападения со стороны М. (отступить, либо оттолкнуть потерпевшего, так как они находились на улице на открытой местности), схватил его за одежду в области груди, удерживая, с силой нанес ему не менее двух ударов в область лица, при чем с усилием, достаточным для перелома передней и нижней стенок лобной пазухи слева, глазничной части лобной кости.

К показаниям подсудимого и его гражданской супруги Б. о последующем нанесении ударов со стороны потерпевшего (т.е. после выкручивания пальца руки, когда подсудимый схватил за одежду потерпевшего) суд относиться критически, считает их недостоверными, так как они объективными доказательствами – заключением судебно-медицинской экспертизы не подтверждены, связаны с желанием снизить меру ответственности за совершенное преступление.

По мнению суда, умышленные действия подсудимого (с учетом окружающей обстановки и физического превосходства над потерпевшим) в той ситуации являлись несоразмерными примененным к нему насилием, не создавшего опасности для его жизни, и явно не соответствовали характеру и опасности посягательства со стороны потерпевшего. При этом ФИО1 осознавал, что причиняет вред потерпевшему, который не был необходим для предотвращения или пресечения общественно опасного посягательства.

Таким образом, суд не находит оснований для квалификации действий подсудимого по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ и квалифицирует действия ФИО1 по ч. 1 ст. 114 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

При назначении вида и размера наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое отнесено законодателем к категории небольшой тяжести, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих вину обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

К обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО1, в соответствии со ст. 61 УК РФ суд относит: частичное признание вины в фактически совершенном преступлении (самого факта нанесения ударов потерпевшему).

Суд учитывает также данные о личности ФИО1, который впервые привлекается к уголовной ответственности, характеризуется в целом положительно, степень его социальной обустроенности, имеющуюся трудовую деятельность.

Учитывая изложенное, обстоятельства совершенного преступления, характер и общественную опасность содеянного, данные о личности подсудимого, а также принимая во внимание влияние наказания на возможность исправления подсудимого и на условия жизни его семьи, суд считает справедливым и необходимым для достижения цели исправления назначить подсудимому ФИО1 наказание в виде исправительных работ, полагая возможным исправление подсудимого без реального отбывания наказания с применением положений ст. 73 УК РФ.

Иные виды наказания в данной ситуации по делу, по мнению суда, не могут быть назначены, оснований для прекращения уголовного дела, применения положений ст. 64 УК РФ, суд не усматривает, так как применение указанных норм закона не будет способствовать достижению целей наказания, предусмотренных ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Исковые требования потерпевшего М. о взыскании морального вреда с подсудимого в размере 1 млн. рублей, в соответствии с положениями ст.ст. 151, 1099 и 1101 ГК РФ, подлежат частичному удовлетворению в сумме 100 тыс. рублей, с учетом его моральных и нравственных страданий, требований разумности и справедливости, а также имущественного положения осужденного. При этом размер возмещения данного вреда определен судом с учетом вины как причинителя вреда, так и потерпевшего, действиями которого было вызвано причинение вреда.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК РФ, за которое назначить наказание в виде 10 месяцев исправительных работ с удержанием из заработной платы осужденного в доход государства 10% заработка.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание считать условным с испытательным сроком 1 год.

Возложить на осужденного обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, регулярно являться в этот орган на регистрационные отметки один раз в месяц в дни и время им установленные.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – отменить по вступлению приговора в законную силу.

Гражданский иск потерпевшего М. – удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в пользу потерпевшего М. в качестве компенсации морального вреда - 100 000 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Омский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, через Центральный районный суд г.Омска. Разъяснить осужденному право ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья Д.А. Клостер