Апелляционное постановление № 22-1242/2025 от 7 октября 2025 г. по делу № 1-6/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кызыл 8 октября 2025 года

Верховный Суд Республики Тыва в составе:

председательствующего Тулуш А.М.,

при секретаре Хомушку Е.М.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы с дополнениями осужденного ФИО1, защитника Мунзука М.М., представление государственного обвинителя С. на приговор Кызылского районного суда Республики Тыва от 30 июня 2025 года, которым

ФИО2, **

осуждена по ч. 1 ст. 171.3 УК РФ к штрафу в размере 2 000 000 рублей, на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ с освобождением от наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности, по п. «а» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ с заменой лишения свободы принудительными работами сроком 1 год, с удержанием из заработной платы 15% в доход государства,

ФИО3, **

осуждена по п. «а» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей, предусмотренных ч.5 ст.73 УК РФ,

ФИО1, **

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы, в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ с заменой лишения свободы принудительными работами сроком 10 месяцев с удержанием из заработной платы 15% в доход государства.

Заслушав выступления осужденных ФИО2, ФИО3-Ч.А., ФИО1, защитников Мунзука М.М., Оюна Ч.Е., Бады-Хоо Ш.Д., поддержавших апелляционные жалобы и просивших приговор отменить, прокурора Шаравии Е.Ю., полагавшего приговор изменить по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 признана виновной и осуждена за закупку, хранение и перевозку спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии в случаях, если такая лицензия обязательна, в крупном размере, а также ФИО2, ФИО3 и ФИО1 признаны виновными и осуждены за закупку, хранение и перевозку спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии в случаях, если такая лицензия обязательна, организованной группой в крупном размере.

Преступление ими совершено в период ДД.ММ.ГГГГ на территории **, а также осужденной ФИО2 совершено преступление ДД.ММ.ГГГГ при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе с дополнением осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговор суда, указав, что выводы экспертизы, проведенной экспертом А., не могут быть признаны обоснованными, так как противоречит установленному порядку регулирования цен на спиртосодержащую жидкость и имеющимися ограничением на реализацию этилового спирта, изготовленного **. В то же время при проведении экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ эксперты Н. и К. верно руководствовались действовавшими нормативными актами, а именно, Приказом Минфина России № от ДД.ММ.ГГГГ, оснований сомневаться в обоснованности и достоверности выводов данной товароведческой экспертизы не имелось. Учитывая выводы экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, стоимость изъятой спиртосодержащей продукции по всем показателям не превышает ** рублей, следовательно, не образует крупный размер и не образуют состава преступления. Таким образом, согласно п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело подлежит прекращению с признанием за ним права на реабилитацию. Кроме того отсутствие доказательств, указывающих на наличие умысла на совершение преступления, предусмотренного п. «а» с.2 ст. 171.3 УК РФ, также влечет постановление оправдательного приговора.

В апелляционной жалобе защитник Мунзук М.М. выражает несогласие с приговором суда, указав, что судом не приняты во внимания показания осужденной ФИО2 о том, что этиловый спирт приобретала у Х., которая пояснила, что спирт нужно забрать в **. В суде Х. пояснила, что Хомушку купила спирт у нее, совместно они не покупали. Хомушку переложила свою часть спирта к себе в машину. В суде свидетель Ч. не подтвердил оглашенные показания и пояснил суду, что на предварительном следствии ему принесли готовый текст протокола, который он подписал. Осужденная ФИО3-Ч.А. показал, что не договаривалась с Хомушку совместно перевозить спирт. Полагает, что признак незаконного хранения вменен излишне, поскольку после приобретения спирта ФИО2 перевозила его в машине, что не может быть квалифицировано как хранение. Кроме того перевозка спирта организованной группой также не доказана, так как ФИО2 с первого допроса признавала вину в перевозке спирта самостоятельно, после приобретения у Х. она переложила спирт к себе в машину.

Согласно обвинительному заключению ФИО2 обвиняется в закупке и хранении и перевозке спиртосодержащей продукции. Однако согласно заключению экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, дано понятие спиртосодержащей жидкости. При этом эксперт дает расчет стоимости этилового спирта и контрафактной продукции, однако органами следствия осужденным не вменяется реализация контрафактной продукции. В обвинительном заключении не указано, к какому виду спиртосодержащей продукции относится изъятая у ФИО2 спиртосодержащая жидкость. Кроме того, стоимость спиртсодержащей жидкости определена с учетом акциза и НДС, которые применяются только для готовой продукции.

В суда эксперт А. пояснила, расчет спиртосодержащей жидкости производился для юридических лиц, при этом для физических лиц методика расчета стоимости размера другая. Эксперт не ответил на вопрос о стоимости спиртосодержащей жидкости и этилового спирта, в связи с чем у стороны защиты имеются достаточные основания полагать, что эксперт не в полной мере обладает специальными познаниями для дачи обоснованного, законного и квалифицированного заключения.

Назначенная судом дополнительная судебно-товароведческая экспертиза установила стоимость ** этилового спирта, произведенного ** с учетом НДС и акцизов и без них в зависимости от наличия статуса индивидуального предпринимателя или юридического лица, а также без их учета для физических лиц. При таких обстоятельствах, полагает, что суд должен руководствоваться приказом Минфина России от ДД.ММ.ГГГГ № и установить стоимость ** этилового спирта изготовленного из ** без учета НДС и акцизов.

Кроме того, осужденной ФИО2 назначено наказание в виде принудительных работ, однако исправительный центр в республике для женщин отсутствует. Суд не рассмотрел вопрос о применении ст. 82 УК РФ, поскольку Хомушку **, является **, ранее не судима. Также судом не принято во внимание, что Хомушку **, ведет положительный образ жизни, положительно характеризуется по месту жительства, работы, **. Просит отменить приговор, оправдать Хомушку за отсутствием в ее действиях состава преступления.

В апелляционном представлении государственного обвинитель С. не оспариваются фактические обстоятельства дела, установленные судом, выводы суда о доказанности вины осуждённых в совершении инкриминируемых им деяний, при этом просит приговор суда изменить как несправедливый вследствие чрезмерной мягкости. Так судом при назначении наказания осужденным не учтены цели наказания, характер, степени общественной опасности и обстоятельств совершенного преступления, выводы суда о назначении наказания осужденным в виде принудительных работ и условного осуждения не способствует восстановлению социальной справедливости. Просит усилить назначенное осужденным наказание до реального лишения свободы.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, а также глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

В суде осужденная ФИО2 показала, что вину признает в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 171.3 УК РФ, а по п. «в» ч. 2 ст. 171. 3 УК РФ считает себя невиновной, поскольку организованной группы не было, она действовала только в своих интересах. В дальнейшем отказалась от дачи показаний в соответствии со ст. 51 Конституции РФ.

В суде осужденная ФИО3-Ч.А. признала вину частично и показала, что организованной группы не было, она перевозила спирт по просьбе ** Х., в ** ** поехали купить запчасти для автомобиля, цели приобретать спирт у них не было. В дальнейшем отказалась от дачи показаний в соответствии со ст. 51 Конституции РФ.

В суде осужденный ФИО1 показал, что он не был в курсе планов Х. и ее мужа, только после того, когда на дороге остановили их сотрудники полиции, понял, что Х. и Ч. использовали их в своих целях. В дальнейшем от дачи показаний отказался в соответствии со ст. 51 Конституции РФ.

Несмотря на частичное признание вины осужденными, выводы суда о виновности ФИО2, ФИО3 А-Ч.А., ФИО1 в закупке, хранении и перевозке спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии в случаях, если такая лицензия обязательна, организованной группой в крупном размере, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых в приговоре раскрыто. При этом каждое доказательство оценивалось судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора, как того требует ст. 88 УПК РФ. Мотивы принятого решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ.

Судом верно в основу приговора положены оглашенные показания свидетеля Х. о том, что они ФИО2 знакомы давно, обычно когда они планировали выезд в ** за очередной партией спирта, то она предварительно созванивалась с В,, договаривалась о встрече, о количестве бутылок, в ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 попросила встретиться, пояснила, что у нее спирт почти закончился, ей необходимо закупить спирт для дальнейшей продажи, так как приближается Новый год, тогда она ей предложила вместе приобрести в ** большую партию спирта и общими усилиями перевезти эту партию в ** для дальнейшей продажи мелким торговцам спирта, со слов ФИО2 она поняла, что на ее автомашине перевезти крупную партию спирта невозможно, для перевозки крупной партии необходима тщательная подготовка, транспортные средства, средства связи для общения между автомобилями во время перевозки, автомобиль, который будет двигаться впереди колонны со спиртом, обсудить способы объезда постов ДПС на пути перевозки, для чего они заранее создали группу и составили план, она привлекла в группу ** ФИО3 А-Ч.А. и ** ФИО1, которые, согласившись с ее планом, решили подзаработать денег на продаже спирта; оглашенными показаниями свидетеля Ч. о том, что перевозкой и дальнейшей продажей спирта они начали заниматься с ДД.ММ.ГГГГ, это был их дополнительный источник заработка, запланировав выезд в **, Х. предварительно созванивалась с В., договаривалась о встрече, о количестве бутылок, по приезде она звонила В., приезжали на оптовую базу по ** и парковались в определенном месте, В. приезжал на автомобиле, в котором были коробки со спиртом, отъезжали в безлюдное место, и загружали коробки со спиртом в автомобиль, после этого Х. рассчитывалась с ним, в ДД.ММ.ГГГГ Х. предложила съездить в **, так как необходимо до Нового года перевезти крупную партию спирта в целях дальнейшей продажи, с ними поехали ФИО2, которая также продает спирт на территории **, а также ФИО3 А-Ч.А. ** ФИО1 на трех автомобилях, в которые вместилось много коробок со спиртом; аналогичными оглашенными показаниями свидетеля М., который подтверждает добровольное участие осужденных в организованной группе, их совместных, согласованных действиях согласно заранее составленному плану, в соответствии с распределением ролей и личным вкладом каждого для достижения единой преступной цели, в том числе, по конспирации своей преступной деятельности, сокрытию предметов преступления, их единого корыстного умысла, направленного на незаконное получение преступного дохода от закупки, хранения и перевозки спиртсодержащей продукции без лицензии в крупном размере; а также оглашенными показаниями Э. о том, что ДД.ММ.ГГГГ он по просьбе женщины ** на своем тракторе перевез их груз за ** рублей, внутри картонных коробок находилось по 4 пластиковые бутылки с прозрачной жидкостью с запахом спирта, сначала они загрузили ** коробок со спиртом на тележку поверх загрузили сено, еще ** коробок со спиртом он повез вторым рейсом, объехал пост ** по грунтовой дороге, по приезду все ** коробок женщина и мужчина загрузили в микроавтобус, ему дали ** рублей; аналогичными оглашенными показаниями свидетелей О., Д. о том, что в ДД.ММ.ГГГГ ** ФИО2 попросила забрать с **, она приехала с супругом на автомобиле марки **, ФИО2 была ** М., когда возвращались в **, на мосту при въезде в город были остановлены патрулем ДПС; оглашенным показаниям свидетеля П. о том, что ДД.ММ.ГГГГ при несении службы совместно с инспектором ОР ДПС ГИБДД МВД по РТ Я., с ОМОН Росгвардии по РТ, с другим нарядом ДПС указание дежурного об отработке автомобилей на трассе Р-257 на 795 км., ими остановлен автомобиль ** с государственным регистрационным знаком ** рус под управлением ФИО1 без водительского удостоверения, в машине находилась собственник ФИО3-Ч.А., при досмотре автомобиля обнаружены ** картонных коробок, в которых находилось по 4 пластиковых бутылок объемом по ** литров каждая без этикеток, общий объем составлял ** литров, ФИО1 и ФИО3 А-Ч.А. доставлены в МО МВД России ** для разбирательства; оглашенными показаниями свидетеля Г. о том, что территории его дома обнаружил автомобиль **, примерно в 7 или 8 утра, к нему приехал участковый с другими сотрудниками полиции, которые с его разрешения и с его участием произвели осмотр и далее увезли автомобиль; оглашенными показаниями свидетеля Л. о том, что при несении службы поступило сообщение от ГИБДД МВД по РТ о необходимости проверки автомобиля ** государственным регистрационным знаком **, автомобиля ** государственным регистрационным знаком **, автомобиля ** государственным регистрационным знаком **, автопатрулем был остановлен автомобиль **, затем автомобиль **, автомобиль ** скрылся из виду, проехав предположительно в сторону **, выключив габаритные огни, в ходе поиска они заметили автомобиль **, которая также проследовала в сторону **, в ходе наблюдения автомобиль ** выехала на автодорогу ** и поехала в сторону **, в ходе проверки на заднем сиденье обнаружены лица, которые скрылись на автомобиле **, водитель и пассажир, которые были переданы оперуполномоченным МВД по Республике Тыва автомобиль ** обнаружен в **, в ограде дома, при осмотре прилегающей территории за ограждением обнаружено ** коробок со спиртосодержащей жидкостью в пластиковых бутылках объемом ** литров каждая, с общим объемом ** литров в количестве ** бутылок; аналогичными оглашенными показаниями свидетелей ОО., СС. о том, что ДД.ММ.ГГГГ в ** у них продавали медицинский спирт ** девушки по имени Х. и Ш., которые они оптом покупали в **, в ДД.ММ.ГГГГ Х. просила дать показания, объяснила, что ее при попытке перевезти крупную партию спирта задержали сотрудники полиции.

Выводы суда о виновности осужденной ФИО2 в закупке, хранении и перевозке спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии в случаях, если такая лицензия обязательна, в крупном размере, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых в приговоре раскрыто. При этом каждое доказательство оценивалось судом с точки зрения относимости, допустимости,

Так, судом верно в основу приговора положены показания самой ФИО2 из которых следует, что она признает вину в совершении преступления по ч. 1 ст. 171.3 УК РФ; аналогичными оглашенными показаниями свидетелей АС., АШ. из которых следует, что с ДД.ММ.ГГГГ они находился в суточном наряде на территории **, около 1 часа ночи оперуполномоченный ЧЧ. сообщил о необходимости проверки двух автомобилей, которые едут со стороны ** в ** марки **, принадлежащей Х. и **, принадлежащей ФИО2, в которых возможно нахождение незаконной спиртсодержащей продукции, ими была остановлена автомашина, принадлежащая ФИО2 в ходе проверки обнаружено множество картонных коробок, в которых находилось по ** пластиковых бутылки с характерным запахом спирта, ФИО2 доставлена в отдел для разбирательства.

Виновность осужденных ФИО2, ФИО3 А-Ч.А. и ФИО1 подтверждается исследованными в суде письменными доказательствами: протоколами осмотра мест происшествия, обыска, осмотра предметов, оперативно-розыскного мероприятия, заключениями экспертиз, ответом службы по лицензированию и надзору отельных видов деятельности Республики Тыва, ответом из **, показания экспертов А., К., подтвердивших выводы своих заключений, а также другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Показания свидетеля Ч., данные в ходе предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании, суд обоснованно признал достоверными и положил в основу обвинительного приговора, поскольку они получены с учетом требований УПК РФ, соответствуют обстоятельствам уголовного дела и полностью согласуются с другими доказательствами по делу. Правильность изложения своих показаний Ч. заверил своей подписью, собственноручно указав, что его показания записаны с его слов и им прочитаны. В связи с изложенным, доводы свидетеля о том, что он подписывал готовый текст протокола допросов несостоятельны. Ставить под сомнение показания свидетеля Ч. данные в ходе предварительного следствия, судом оснований не усмотрено.

В материалах дела отсутствуют и суду не представлено каких-либо данных, свидетельствующих о наличии оснований у свидетелей для оговора осужденных.

Вместе с тем, по смыслу положений ст. 56, п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, с учетом правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2004 года N 44-О, дознаватель, следователь, равно как и сотрудник, осуществляющий оперативное сопровождение дела, может быть допрошен в суде только по обстоятельствам проведения того или иного следственного или процессуального действия при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения показаний допрошенного лица. Поэтому показания этой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из бесед либо во время допроса с подозреваемым, обвиняемым в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности лица.

Между тем, как следует из приговора, в обоснование своих выводов о виновности ФИО2, ФИО4-Ч.А., ФИО1 суд сослался в приговоре на показания свидетелей АС., АШ. П., являющихся сотрудниками полиции, которые показали, что ФИО1 и ФИО2 поясняли им об обстоятельствах совершенного преступления.

С учетом вышеизложенного, показания свидетелей АС., АШ. П. относительно сведений, которые им стали известны от осужденных в отсутствие адвоката, на которые суд сослался в приговоре, в силу ст. 75 УПК РФ не могут быть использованы в качестве доказательства виновности осужденных и подлежат исключению из приговора.

Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора суд как на доказательства вины осужденных сослался на рапорт инспектора ОДПС ГИБДД МО МВД России ** АШ. от ДД.ММ.ГГГГ и рапорт ** МО МВД России ** КС. от ДД.ММ.ГГГГ.

По смыслу ст. 74 УПК РФ доказательствами, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, указанные документы не являются, а являются процессуальными документами, составленными должностным лицом - сотрудником полиции.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из приговора ссылки суда на показания АС., АШ. П. в части сведений, ставших им известных из пояснений осужденных, а также процессуальные документы как на доказательства виновности осужденных ФИО2, ФИО3-Ч.А., ФИО1 При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что исключение из числа доказательств не влияет на правильность выводов суда о виновности осужденных.

Доказательства, на основании которых суд пришел к выводу о виновности осужденных, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, нарушений, влекущих отмену приговора, по делу не допущено, при этом суд обоснованно признал в целом их относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности - достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Выводы суда относительно доказанности виновности осужденных в совершении преступления подробно изложены в приговоре.

Протоколы следственных действий были проверены судом первой инстанции на предмет их допустимости, при этом суд обоснованно исходил из того, что указанные следственные действия были проведены в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законом, в связи с чем, обоснованно положены в основу приговора наряду с другими вышеуказанными доказательствами.

Оперативно-розыскные мероприятия по делу проведены в соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», документы, отражающие их проведение, отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законом, приобщены к делу с соблюдением предусмотренной законом процедуры.

Вопреки доводам жалобы судебные экспертизы, заключения которых положены судом в основу приговора, проведены компетентными лицами, имеющими необходимую профессиональную подготовку и опыт работы, при этом экспертам разъяснялись их процессуальные права, и они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключения экспертов отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, их выводы являются обоснованными и соответствуют материалам дела.

Для правильной квалификации содеянного имеет значение именно рыночная стоимость изъятой спиртосодержащей продукции, которая установлена при проведении экспертного исследования. Суждения защитника о том, что стоимость спиртосодержащей продукции должна рассчитывается без учета НДС и акциза являются несостоятельными, так как нахождение спиртосодержащей продукции в незаконном обороте, что и обуславливает общественную опасность такого деяния, не лишает ее свойства иметь определенную рыночную стоимость, которая формируется исходя из спроса и предложения. Кроме того, судом установлено, что осужденные намеревались осуществлять розничную продажу этой спиртосодержащей продукции.

Доводы защитника о том, что в обвинительном заключении не указано к какому виду спиртосодержащей продукции относится изъятая продукция, несостоятельны, поскольку согласно заключению специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, исследуемые жидкости (объект № - № от ДД.ММ.ГГГГ; объекты №№ № от ДД.ММ.ГГГГ) являются спиртосодержащими, в них отсутствуют **, входящие в состав ** спиртов и микропримеси, характерные для этанола, изготовленного из **, а присутствуют **, характерные только для этилового спирта, изготовленного из **, что свидетельствует о том, что спиртсодержащие жидкости изготовлены из **.

Кроме того? согласно выводам заключения экспертизы №, проведенной экспертом А. рыночная стоимость с учетом акциза и НДС на ДД.ММ.ГГГГ спиртосодержащей жидкости, содержащихся в ** бутылках, с общим объемом ** куб.см., с объемной долей этилового спирта **% об. с преобладающей объемной долей этилового спирта **% об. составила ** рублей.

Вместе с тем, согласно выводам заключения экспертов № стоимость ** этилового спирта, произведенного из **, изъятого в ** бутылках с общим объемом ** литров, объемной долей этилового спирта **% об. по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с приказом Минфина РФ от 7 октября 2020 года с учетом НДС составляет ** рублей.

Оценив проведённые судебные экспертизы, суд апелляционной инстанции полагает, что судом верно в основу приговора положена заключения экспертизы №, поскольку согласно заключению экспертов № стоимость ** этилового спирта, произведенного из **, превышает стоимость по предъявленному обвинению, что ухудшает положение осужденных и в силу ст.252 УПК РФ не подлежит пересмотру судом в сторону ухудшения.

Из протоколов судебного заседания следует, что судом первой инстанции дело рассмотрено в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, презумпции невиновности. Стороны не были ограничены в праве представления доказательств. Суд создал сторонам, в том числе стороне защиты, все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все представленные сторонами доказательства, признанные судом допустимыми, были исследованы в судебном заседании в полном объеме, и в приговоре им дана надлежащая оценка. Все ходатайства стороны защиты судом первой инстанции были разрешены в полном соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом ходатайств, судебной коллегией не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит, что, оценив все доказательства по делу в совокупности, суд обоснованно нашел их последовательными, категоричными, взаимно дополняющими друг друга как в основном, так и в деталях, не имеющих существенных противоречий, способных повлиять на выводы суда относительно юридически значимых обстоятельств уголовного дела.

Доводы жалобы осужденного ФИО1 о том, что он у него отсутствовал умысел на совершение преступления были тщательно и в полном объеме проверены судам, однако не нашли своего подтверждения и были признаны несостоятельными, поскольку опровергаются исследованными в суде доказательствами. Выводы по указанным доводам жалобы подробно изложены в приговоре, приведенные судом аргументы убедительны и сомнений в своей объективности и правильности не вызывают.

Таким образом, суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, оценив доказательства, имеющиеся в уголовном деле, пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО2 по ч. 1 ст. 171.3 УК РФ как закупка, хранение и перевозка спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии в случаях, если такая лицензия обязательна, в крупном размере, также о виновности ФИО2, ФИО3 А-Ч.А. и ФИО1 по п. «а» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, как закупка, хранение и перевозка спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии в случаях, если такая лицензия обязательна, совершенная организованной группой в крупном размере.

Судом верно определена общая стоимость изъятой спиртосодержащей продукции, которую осужденные закупили, хранили и перевозили, что согласно примечанию к ст. 171.3 УК РФ является крупным размером.

Доводы жалобы защитника Мунзука М.М. о том, что признака хранения в действиях осужденной ФИО2 не имеется, несостоятельны, поскольку как верно указано судом, количество приобретенной осужденными спиртосодержащей продукции, ее перемещение из **, и хранение в автомобилях с признаками конспирации с целью предотвращения его обнаружения по пути следования во время перевозки сотрудниками дорожно-патрульной службы, подтверждаются доказательствами по делу.

Наличие квалифицирующего признака, предусматривающего совершение преступления в составе организованной группы, в действиях ФИО2, ФИО3-Ч.А., ФИО1 мотивировано в приговоре с приведением доказательств, которые позволили суду сделать вывод об этом. Доводы стороны защиты об отсутствии признака организованной группы были предметом тщательной проверки суда первой инстанции, обоснованно отклонены с приведением в приговоре мотивов принятого решения, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается и находит указанные доводы жалобы несостоятельными, поскольку они противоречат материалам дела.

Выводы суда о совершении осужденными преступления в составе организованной группы в полной мере мотивированы в приговоре, установленные судом признаки, присущие данной форме соучастия, соответствуют требованиям ч.3 ст.35 УК РФ. Доводы стороны защиты и осужденных в этой части как не основанные на законе правильно отвергнуты судом.

Суд апелляционной инстанции полагает, что изложенные в жалобах доводы по своему существу сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Несогласие стороны защиты с оценкой, данной судом, не свидетельствует о необъективности выводов суда и не является основанием для отмены приговора в апелляционном порядке.

При назначении ФИО2, ФИО3-Ч.А., ФИО1 наказания суд, исходя из положений ст.60 УК РФ, учел обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденных, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление виновных и на условия жизни их семей.

Судом при назначении осужденной ФИО2 наказания по ч. 1 ст. 171 УК РФ отнесено полное признание вины в суде и на предварительном следствии, активное способствование расследованию преступления, выразившееся в даче правдивых показаний с самого начала следствия, по п. «а» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ отнесено частичное признание вины, положительная характеристика по месту работы, наличие **.

Судом при назначении осужденной ФИО3-Ч.А. наказания отнесены частичное признание вины в суде и на предварительном следствии, положительная характеристика, привлечение впервые к уголовной ответственности, наличие **.

При назначении осужденному ФИО1 наказания отнесены положительная характеристика, наличие **.

Каких-либо другие обстоятельства, влияющие на наказание, которые не были учтены судом первой инстанции, в апелляционных жалобах не приведены.

Обстоятельств, отягчающих наказание в отношении Хомушку III.А., ФИО3 А-Ч.А.. ФИО1 судом не усмотрено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Оснований для изменения категории преступления, исходя из фактических обстоятельств дела и личности осужденных, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ судом не усмотрено, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновных, их поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено, оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не имеется.

Суд, назначая наказание ФИО2 по ч. 1 ст. 171.3 УК РФ в виде штрафа, а также по п. «а» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ - в виде лишения свободы, не усмотрев оснований для применения ст. 73 УК РФ, подробно мотивировал свое решение, при этом учел конкретные обстоятельства дела, характер совершенных преступлений и их общественную опасность, принял во внимание влияние назначаемого наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее и другие обстоятельства.

Вместе с тем, по смыслу уголовного закона положения ч. 1 ст. 62 УК РФ применяются только в случае назначения наиболее строгого наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Наиболее строгим видом наказания, предусмотренным санкцией ч. 1 ст. 171.3 УК РФ, является лишение свободы, что исключает основания для применения правил ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания в виде штрафа.

При таких обстоятельствах подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора ошибочная ссылка на ч.1 ст.62 УК РФ при назначении ФИО2 наказания по ч. 1 ст. 171.3 УК РФ.

Суд обоснованно в соответствии с п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ освободил осужденную ФИО2 от отбывания наказания по ч. 1 ст. 171.3 УК РФ за истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

По смыслу закона, основанием предоставления отсрочки отбывания наказания является убеждение суда в правомерном поведении осужденной в период отсрочки и в возможности ее становления на путь исправления без изоляции от общества, в условиях занятости **. Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, данных о ее личности, оснований для применения положений ст. 82 УК РФ суд не усмотрел. Кроме того, само по себе наличие у ФИО2 ** детей не является безусловным основанием для предоставления отсрочки исполнения приговора.

Суд, назначая наказание ФИО3-Ч.А. в виде лишения свободы, подробно мотивировал свое решение, при этом учел конкретные обстоятельства дела, характер совершенного преступления и его общественную опасность, роль виновной в его совершении, принял во внимание влияние назначаемого наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи и другие обстоятельства и применил положения ст. 73 УК РФ, с возложением в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ обязанностей. Вопреки доводам представления правильность и обоснованность выводов суда в этой части сомнений не вызывает у суда апелляционной инстанции.

Суд, назначая наказание ФИО1 в виде лишения свободы, подробно мотивировал свое решение, при этом учел конкретные обстоятельства дела, характер совершенного преступлений и его общественную опасность, принял во внимание влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи и другие обстоятельства.

Вместе с тем суд также обоснованно усмотрел основания для замены назначенного наказания осужденным ФИО2 и ФИО1 в виде лишения свободы на принудительные работы посредством применения положений ст. 53.1 УК РФ и подробно мотивировал свои выводы в приговоре, с учетом наличия по делу совокупности смягчающих обстоятельств, данных о личности осужденных, установленных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности деяния совершенного преступления, а равно отсутствия по делу отягчающих обстоятельств.

Таким образом, назначенное осужденным наказание отвечает общим началам назначения наказания, является справедливым и соразмерным содеянному, в полном объеме согласуется с нормами уголовного закона, отвечает целям исправления осужденных и предупреждения совершения им новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма. В связи с этим оснований для усиления назначенного наказания по доводам апелляционного представления не имеется.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ч. ст. 308 УПК РФ, в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны, в том числе, фамилия, имя и отчество подсудимого.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 29 постановления пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года N 55 «О судебном приговоре», резолютивная часть обвинительного приговора должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений и неясностей при его исполнении.

Во время судебного разбирательства осужденная Хомушку поменяла имя с «Ш.» на «Ш2» (№), а также осужденный Оюн поменял имя с «Ч1.» на «Ч2» (№).

Между тем суд, верно указав во вводной и мотивировав в описательно-мотивировочной части приговора изменения имен осужденных, в резолютивной части признал виновными ФИО2 и ФИО1, что подлежит изменению.

Кроме того, согласно ст. 60.3 УИК РФ срок принудительных работ исчисляется со дня прибытия осужденного в исправительный центр.

Суд, правильно исчислив начало срока наказания в виде принудительных работ со дня прибытия осужденного в исправительный центр, не учел, что к месту отбывания наказания в виде принудительных работ ФИО2 и ФИО1. постановлено следовать самостоятельно. С учетом указанного, подлежит исключению ошибочный зачет времени следования в исправительный центр в срок наказания.

Кроме того, судом неверно произведен зачет в срок отбытия принудительных работ периода содержания ФИО2 под стражей и под запретом определенных действий.

Так, время нахождения ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ под стражей в соответствии с ч. 3.3 ст. 72 УК РФ подлежит зачету в срок принудительных работ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

Кроме того, ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась под мерой пресечения в виде запрета определенных действий.

При этом, по смыслу положений ст. 72 УК РФ и прямого указания, содержащегося в п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ и п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ, периоды времени, в течение которых к обвиняемому применялась мера пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, засчитываются в срок содержания под стражей, и подлежат учету при исчислении общего срока содержания под стражей.

Запрет, предусмотренный п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, засчитывается в срок содержания под стражей из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей (п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ).

В свою очередь в соответствии с правилами исчисления сроков наказаний и зачета наказания, в случае назначения наказания в виде принудительных работ, время содержания под стражей засчитывается в срок принудительных работ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ (ч. 3 ст. 72 УК РФ).

Таким образом, исходя из приведенных норм уголовно-процессуального и уголовного законов в их взаимосвязи, мера пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, подлежит зачету в срок принудительных работ путем последовательного применения положений п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ и положений ч. 3 ст. 72 УК РФ, то есть, сначала в срок содержания под стражей, а затем - в срок принудительных работ.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции считает необходимым внести в приговор соответствующие изменения.

Решение о судьбе вещественного доказательства принято в соответствии с п.12 ч. 1 ст. 299 УПК РФ и ч. 3 ст. 81 УПК РФ, а именно: диски СД-Р с материалами ОРМ, с детализацией абонентского номера, конверт с диском приложения к заключению эксперта, материалы ОРМ подлежат хранению при деле; сняты ограничения по хранению с трактора, прицепа тракторного, автомобилей марки ** свидетельства о регистрации транспортных средств автомобилей марки ** сотовых телефонов, возвращенных владельцам; подлежат уничтожению ** пластиковых бутылок объемом по ** литров каждая с содержимым спиртосодержащей продукцией и ** пластмассовых канистр объемом ** литров каждый с содержимым спиртосодержащей продукцией.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кызылского районного суда Республики Тыва от 30 июня 2025 года в отношении ФИО2, ФИО3, ФИО1 изменить:

- исключить из числа доказательств по делу показания свидетелей АС., АШ. П., в части обстоятельств, ставших им известных из пояснений осужденных;

- исключить из числа доказательств виновности осужденных рапорты инспектора ОДПС ГИБДД МО МВД России ** АШ. от ДД.ММ.ГГГГ, ** МО МВД России ** КС, от ДД.ММ.ГГГГ;

- уточнить анкетные данные осужденного как ФИО1 вместо ошибочно указанных ФИО1;

- уточнить в резолютивной части анкетные данные осужденной как ФИО2 вместо ошибочно указанных ФИО2;

- исключить указание о применении положений ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания ФИО2 по ч. 1 ст. 171.3 УК РФ;

- исключить произведенный зачет в срок наказания времени следования осужденных ФИО2, ФИО1 в исправительный центр из расчета один день за один день принудительных работ;

- в соответствии с ч. 3.3 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ под стражей зачесть в срок принудительных работ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ; на основании п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ зачесть в срок содержания ФИО2 под стражей время запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей, подлежащего последовательному зачету в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы и представление - без удовлетворения.

Настоящее апелляционное решение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Кызылский районный суд Республики Тыва в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, то есть с 08 октября 2025 года.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий