Решение № 12-99/2025 7-12-99/2025 от 5 октября 2025 г. по делу № 12-99/2025

Судья Дашиева Д.Д. Дело №7-12-99/2025

(1-я инстанция №5-385/2025)

УИД75RS0001-02-2025-001485-18


РЕШЕНИЕ

по делу об административном правонарушении

г.Чита 6 октября 2025 г.

Судья Забайкальского краевого суда Шишкарева С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Центрального районного суда г.Читы от 26.06.2025 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), в отношении ГДА,

установил:

постановлением судьи Центрального районного суда г.Читы от 26.06.2025 ГДА признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.24 КоАП РФ, и подвергнут административному штрафу в размере 10000 рублей.

В жалобе, поданной в Забайкальский краевой суд в установленный ч.1 ст.30.3 КоАП РФ срок, и дополнениях к ней ФИО1 ставит вопрос об отмене постановления судьи, как незаконного, и прекращении производства по делу.

В письменных возражениях второй участник ДТП ФИО2 полагала жалобу не подлежащей удовлетворению.

В судебном заседании ФИО1 доводы жалобы с учетом дополнений поддержал, ФИО2 против её удовлетворения возражала, дав показания по обстоятельствам ДТП.

Несовершеннолетний потерпевший ГКД. и его законный представитель ГВВ а также защитник ФИО1 – Сараев Я.В. в судебное заседание не явились при надлежащем извещении. В соответствии с п.4 ч.2 ст.30.6 КоАП РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

В судебном заседании по обстоятельствам ДТП допрошен свидетель ПКГ, по обстоятельствам оформления ДТП – инспектор ДПС ВЕС

Заслушав участвующих лиц, показания свидетелей, изучив доводы жалобы и дополнений к ней, исследовав материалы дела, проверив дело в соответствии с требованиями ч.3 ст.30.6 КоАП РФ, прихожу к следующему.

Частью 2 ст.12.24 КоАП РФ (в редакции Федерального закона, действовавшего на момент совершения административного правонарушения), предусмотрена административная ответственность за нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

Согласно п.1.3 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее также - Правила дорожного движения, Правила), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В соответствии с п.1.5 Правил участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (п.10.1 Правил).

В силу п.13.9 Правил дорожного движения на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения.

Как установлено из материалов дела, 14.10.2024 в 20 часов 15 минут по адресу: <...> ФИО1, управляя транспортным средством «Хонда Одиссей» №), осуществляя движение по второстепенной дороге, при проезде перекрестка неравнозначных дорог в нарушение п.13.9 Правил не уступил дорогу автомобилю «Тойота Камри» №) под управлением ФИО2, осуществлявшему движение по главной дороге и пользовавшемуся преимущественным правом проезда перекрестка, допустив столкновение с данным автомобилем.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия (также по тексту – ДТП) пассажиру автомобиля «Хонда Одиссей» - несовершеннолетнему ГКД, <Дата> года рождения причинен поднадкостничный перелом в с/3 тела грудины без смещения костных отломков, которое согласно заключению эксперта ГУЗ «Забайкальское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № 113 от 21.01.2025 квалифицировано как повреждение, причинившее средней тяжести вред здоровью.

Факт имевшего место административного правонарушения и виновность ФИО1 в его совершении подтверждаются собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении от 03.03.2025 (л.д.1); письменными объяснениями ФИО1 от 14.10.2024, 15.10.2024 (л.д.14-15, 24); письменными объяснениями ГВВ от 15.10.2024 (пассажир ФИО1) (л.д.23); письменными объяснениями ФИО2 от 14.10.2024 (л.д.25) и ПКГ от 14.10.2024 (л.д.26); схемой ДТП, составленной инспектором ДПС ВЕС 14.10.2024 (л.д.27), приложением к справке о ДТП, отражающим перечень и локализацию повреждений обоих транспортных средств (л.д.20); заключением эксперта ГУЗ «Забайкальское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № 113 от 21.01.2025 о характере повреждения и степени тяжести вреда здоровью потерпевшего (л.д.32); представленным в дело фото- и видеоматериалом с места ДТП; проектом организации дорожного движения автомобильных дорог общего пользования, утвержденным постановлением администрации городского округа «Город Чита» №203 от 19.05.2020 (в части рассматриваемого участка дорог); иными материалами дела, оцененными по правилам ст.26.11 КоАП РФ.

Оценив имеющиеся в деле доказательства, судья районного суда пришел к обоснованному выводу о нарушении ФИО1 требований п.13.9 Правил дорожного движения и наличии причинной связи между данным нарушением и причинением потерпевшему средней тяжести вреда здоровью.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч.2 ст.12.24 КоАП РФ.

Доводы жалобы и дополнений к ней являются несостоятельными.

Из материалов дела не усматривается наличие каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи районного суда о наличии события административного правонарушения и доказанности вины ФИО1 в его совершении.

Вопреки доводам жалобы схема ДТП является надлежащими доказательством по делу, отражает схематичное изображение рассматриваемого перекрестка, дорожно-транспортной ситуации, необходимые параметры проезжей части, замеры, дорожные знаки, направление движения обоих автомобилей, место их столкновения, их расположение после столкновения, составлена прибывшим на место ДТП сотрудником полиции ФИО3 в присутствии водителя ФИО2, подписавшей данную схему без замечаний.

В судебном заседании ФИО3 пояснил, что схема составлена им в отсутствие водителя ФИО1, уехавшего с места ДТП с бригадой скорой медицинской помощи; объяснения у него отобраны сразу же после посещения им лечебного учреждения. На схеме ДТП ФИО3 зафиксированы произведенные замеры, расположение автомобилей после столкновения, сделана фотосъемка, фотоматериалы размещены в соответствующей базе Госавтоинспекции АИУС; автомобиль «Хонда Одиссей» стоял на дороге на четырех колесах, тормозного пути не было, данные о превышении скорости автомобилем «Тойота Камри» проверялись путем истребования сведений по линии центра автоматической фиксации административных правонарушений, не подтвердились.

То обстоятельство, что на схеме ДТП зафиксировано расположение автомобиля «Хонда Одиссей» на четырех колесах без учета его опрокидывания, не свидетельствует о некорректности данных схемы, поскольку, как следует из показаний ФИО1 в краевом суде, его автомобиль, опрокинувшийся на правый бок вследствие столкновения, во избежание возгорания был незамедлительно поставлен очевидцами на колеса без какого-либо смещения. В этой связи оснований полагать, что местоположение названного автомобиля, как и место столкновения, зафиксированы на схеме неверно, не имеется.

Ссылка в жалобе на то, что схема ДТП не является допустимым доказательством по делу, поскольку ФИО1 с ее содержанием не знакомился и не подписывал ее, равно как и то, что схема составлена в отсутствие понятых, подлежит отклонению, т.к. КоАП РФ не содержит регламентации составления данной схемы. Каких-либо данных, свидетельствующих о несоответствии схемы требованиям, установленным Приказом МВД России от 02.05.2023 №264 "Об утверждении Порядка осуществления надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения", материалы дела не содержат. Участие понятых, исходя из п.95 данного Порядка, не является обязательным, в нем указано, что содержание схемы может быть удостоверено подписью понятых (в случае их участия) либо с применением видеозаписи. Более того, названный приказ МВД России в части утверждения формы схемы совершения административного правонарушения носит лишь рекомендательный характер.

Сомнения в допустимости схемы в качестве доказательства отсутствуют, поскольку содержащиеся в ней сведения подтверждены инспектором ВЕС, вторым участником ДТП ФИО2, свидетелем ПКГ, соотносятся с фотоматериалом, выполненным инспектором ВЕС в соответствующих проекциях, фото- и видеоматериалом, представленными сторонами, проектом организации дорожного движения. Кроме того, данные схемы ДТП не противоречат данным схематичного изображения ДТП, представленного ФИО1 в краевой суд, где в целом направление движение обоих автомобилей, место их столкновения являются идентичными.

Не противоречат они и показаниям обоих водителей - участников ДТП и свидетелей ПКГ, ГВВ об обстоятельствах ДТП.

Так, согласно письменным объяснениям и показаниям ФИО1 при рассмотрении дела в районном и краевом суде, 14.10.2024 около 20 часов 00 минут он осуществлял движение по крайней левой полосе второстепенной дороги (ул.Советская), на перекрестке с ул.Магистральной, где установлен дорожный знак 2.4, ему нужно было повернуть налево. На перекрестке он остановился, автомобили встречного направления отсутствовали, имелся автомобиль, поворачивавший с ул.Магистральной на ул.Советскую, которому ФИО1 уступил дорогу; когда указанный автомобиль завершал свой маневр, ФИО1 начал движение налево, почти заехал на ул.Магистральную, однако тот внезапно остановился, и произошло столкновение с автомобилем «Тойота Камри», который ехал по своей крайней левой полосе и который ФИО1 не увидел. Удар пришелся в левую часть автомобиля «Хонда Одиссей», отчего он опрокинулся на правый бок, через несколько минут очевидцы поставили автомобиль на колеса.

Свидетель ГВВ (пассажир ФИО1) в письменных объяснениях от 15.10.2024 указала, что они следовали по ул.Советской, поворачивали налево на ул.Магистральную, где ехал автомобиль белого цвета на медленной скорости, они начали движение, как вдруг она увидела, что автомобиль «Тойота Камри» серого цвета обгоняет указанный автомобиль белого цвета, и произошло столкновение.

Водитель ФИО2 в письменных объяснениях и при рассмотрении дела в краевом суде показала, что при изложенных в материалах дела обстоятельствах она управляла автомобилем «Тойота Камри», ехала со скоростью не свыше 60 км/ч с включенным светом фар по главной дороге - ул.Магистральной прямо, в пределах крайней левой полосы. Проезжая часть данной дороги состоит из четырех полос (по две полосы в противоположных направлениях), дорожное покрытие было сухим. Перед автомобилем ФИО2 по крайней левой полосе двигалось в попутном направлении два автомобиля и один автомобиль – по крайне правой полосе, последний пропускал поворачивающий налево (на ул.Магистральную) автомобиль ФИО1, который она не увидела, поэтому не успела остановиться. Когда его увидела, попыталась применить экстренное торможение, однако избежать столкновения не удалось, оно произошло в пределах левой полосы. Удар пришелся в левую заднюю часть автомобиля ГДА, от удара автомобиль перевернуло на бок.

Аналогичное в ходе судебного разбирательства и при даче письменных объяснений сообщил свидетель ПКГ, который ехал в автомобиле ФИО2 на заднем пассажирском сидении.

Анализ вышеизложенных объяснений обоих участников ДТП и свидетелей позволяет прийти к выводу о том, что указанные ими сведения относительно расположения обоих автомобилей на проезжей части, направления их движения, места столкновения полностью соотносится с содержащимися в схеме ДТП сведениями.

Поэтому доводы ГДА и его защитника о том, что названная схема содержит недостоверные сведения в части траектории движения автомобилей, являются необоснованными, они материалами дела не подтверждены.

Указание в письменных объяснениях ГВВ на то, что автомобиль «Тойота Камри» обогнал автомобиль белого цвета, своего подтверждения не нашло, поскольку, как видно из показаний ФИО2, ПКГ автомобиль под управлением ФИО2 следовал по ул.Магистральной по крайней левой полосе, без перестроения на неё с крайней правой полосы, а автомобиль белого цвета, пропускавший автомобиль ФИО1, – по крайней правой полосе. Движение автомобиля ФИО2 по крайней левой полосе подтверждено и ФИО1 в краевом суде. Следовательно, в данном случае со стороны ФИО2 имел место не обгон, а опережение по соседней полосе транспортного средства, о котором ведет речь ГВВ

В целом доводы жалобы ФИО1 сводятся к недоказанности его вины в совершении административного правонарушения и наличия причинной связи между его действиями и наступившими последствиями, а также к тому, что к столкновению транспортных средств и причинению средней тяжести вреда здоровью потерпевшему привели действия водителя «Тойота Камри», выразившиеся в движении с большой скоростью, нарушении п.10.1 Правил и непринятии мер к торможению и остановке автомобиля, вследствие чего ФИО1 не успел завершить проезд перекрестка.

Данные доводы являются несостоятельными.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2019 № 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", при квалификации действий водителя по ч.2 ст.12.13 или ч.3 ст.12.14 КоАП РФ необходимо учитывать, что преимущественным признается право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (п. 1.2 Правил дорожного движения).

Водитель транспортного средства, движущегося в нарушение Правил по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Вопрос о наличии в данной дорожной ситуации у ФИО2, осуществлявшей движение по главной дороге, преимущественного права движения по отношению к транспортному средству под управлением ФИО1 и вопрос об обязанности последнего уступить ей дорогу, исследован судьей районного суда и при рассмотрении жалобы в краевом суде.

Дорожный знак 2.1 "Главная дорога" означает дорогу, на которой предоставлено право преимущественного проезда нерегулируемых перекрестков.

Дорожный знак 2.4 "Уступите дорогу" означает, что водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по пересекаемой дороге, а при наличии таблички 8.13 - по главной.

Требование уступить дорогу (не создавать помех) означает, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость (п.1.2 Правил).

Правила проезда нерегулируемых перекрестков закреплены, в том числе, в п.13.9 Правил дорожного движения, содержание которого приведено ранее.

В данном случае, как установлено из материалов дела, включая схему ДТП, проект организации дорожного движения, по ходу движения автомобиля «Тойота Камри» (ул.Магистральная) установлен дорожный знак 2.1, по ходу движения «Хонда Одиссей» (ул.Советская) - дорожный знак 2.4; перекресток Магистральная-Советская является нерегулируемым. Дорожное покрытие было сухим, что видно из показаний ФИО2, и соотносится с фотоматриалом. ФИО1, управлявший автомобилем «Хонда Одиссей», осуществлял движение по второстепенной дороге, ФИО2 – по главной, следовательно, ФИО2 обладала преимущественным правом проезда данного перекрестка, а ФИО1 в силу п.13.9 Правил и предписания дорожного знака 2.4 был обязан уступить ей дорогу в безусловном порядке.

При этом данных о том, что ФИО2 допустила то или иное нарушение Правил дорожного движения, исключавшее обязанность ФИО1 уступить ей дорогу, из материалов дела не установлено, исходя из ответа врио начальника ЦАФАП Госавтоинспекции УМВД России по Забайкальскому краю от 14.04.2025 – (л.д.78), постановление по факту превышения скоростного режима не выносилось.

Вопреки доводам жалобы каких-либо противоречий в показаниях ФИО2 не усматривается. Её показания стабильны, в том числе в части указания выбранного скоростного режима, во всех случаях она указывала, что он не превышал 60 км/ч.

Таким образом, не уступив дорогу ФИО2, пользовавшейся преимущественным правом проезда перекрестка, ФИО1 нарушил требования п.13.9 Правил, и, в первую очередь, именно это нарушение привело к столкновению транспортных средств, в результате которого несовершеннолетнему потерпевшему причинен средней тяжести вред здоровью.

Следовательно, действия ФИО1, нарушившего п.13.9 Правил, находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения средней тяжести вреда здоровью потерпевшему.

В этой связи ФИО1 привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч.2 ст.12.24 КоАП РФ, правомерно.

Ссылка заявителя жалобы на то, что автомобилем «Тойота Камри» управляла не ФИО2, а её супруг ПКГ, основана на предположениях, не подтвержденных материалами дела, к тому же опровергается материалами дела, включая показания данных лиц.

Доводы жалобы о том, что к столкновению транспортных средств привело движение ФИО2 с большой скоростью, несоблюдение ею требований п.10.1 Правил и неприменение экстренного торможения во избежание столкновения, не свидетельствуют о незаконности привлечения ФИО1 к административной ответственности по делу и не исключают его виновность в совершении рассматриваемого правонарушения, поскольку в данном случае ФИО1, следуя по второстепенной дороге, в любом случае был обязан уступить дорогу водителю ФИО2, не создавать опасность в её движении, и выполнение данной обязанности, являющейся первостепенной, не ставится в зависимость от выполнения (невыполнения) последней действий по предотвращению столкновения автомобилей, наличия или отсутствия у неё технической возможности к тому.

ФИО1 при проезде нерегулируемого перекрестка по второстепенной дороге был обязан проявить должную осмотрительность и внимательность, не создавать опасности в движении других участников дорожного движения, в том числе, ФИО2, пользовавшейся преимущественным правом проезда данного перекрестка, однако этого не выполнил.

Кроме того, доводы жалобы о нарушении ФИО2 Правил дорожного движения не могут быть приняты во внимание, поскольку согласно ст.25.1 КоАП РФ решение по делу об административном правонарушении выносятся исключительно в отношении лица, привлекаемого к административной ответственности, и не может содержать выводов о виновности иных лиц, поскольку иное означало бы выход за рамки установленного ст.26.1 данного Кодекса предмета доказывания по делу об административном правонарушении. С учетом изложенного при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении конкретного лица орган, должностное лицо или судья, в чьем производстве находится дело об административном правонарушении, не вправе давать правовую оценку действиям второго участника дорожно-транспортного происшествия, равно как и устанавливать чью-либо виновность в произошедшем дорожно-транспортном происшествии.

Аналогичный правовой подход приведен в постановлении судьи Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2024 №18-АД24-19-К4.

Довод заявителя жалобы о том, что автотехническая экспертиза по делу не проводилась, служить основанием для удовлетворения жалобы не может.

В силу требований ст.26.4 КоАП РФ экспертиза по делу об административном правонарушении назначается лишь в том случае, когда при его рассмотрении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле.

Вместе с тем, для установления виновности ФИО1 в нарушении п.13.9 Правил дорожного движения и совершении вмененного ему административного правонарушения, не требуется специальных познаний.

Совокупность представленных в дело доказательств, проанализированных выше, является достаточной для рассмотрения дела по существу и для вывода о виновности ФИО1 в совершении вмененного ему административного правонарушения, поэтому оснований для назначения автотехнической экспертизы как в ходе рассмотрения дела в районном суде, так и на стадии его рассмотрения в краевом суде, не имелось.

Несогласие ФИО1 с обжалуемым судебным актом и оценкой доказательств не является основанием к отмене постановления судьи.

Вопреки доводам жалобы каких-либо неустранимых сомнений в виновности ФИО1 не имеется.

Порядок и срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности соблюдены.

Составление протокола об административном правонарушении за пределами установленных ст.ст.28.5, 28.7 КоАП РФ (в редакции Федерального закона, действовавшего на момент совершения названного процессуального действия) сроков с учетом проведенного административного расследования, не служит основанием для признания данного протокола недопустимым доказательством, поскольку эти сроки не являются пресекательными.

Поскольку в рамках настоящего дела назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза на предмет определения степени тяжести вреда здоровью потерпевшего, выполнены иные процессуальные действия, регламентированные КоАП РФ, оснований полагать, что фактически административное расследование, назначенное определением должностного лица от 30.10.2024 (л.д.2), не проводилось, вопреки доводам жалобы не имеется.

Нарушения права ФИО1 на защиту не установлено. Как следует из материалов дела, при отобрании должностным лицом административного органа у ФИО1 первоначальных объяснений (л.д.24), ему разъяснены соответствующие процессуальные права, в том числе, предусмотренные ст.25.1 КоАП РФ, которой закреплено право пользоваться услугами защитника, о чем свидетельствует его подпись в соответствующей графе данных объяснений.

Разъяснены ФИО1 названные процессуальные права и при составлении протокола об административном правонарушении, что подтверждается его подписью в соответствующей графе протокола.

Сведений о том, что ФИО1 имел намерение реализовать свое право на защиту на соответствующих стадиях процесса, и в этом ему было отказано, материалы дела не содержат, в связи с чем указанные доводы жалобы носят надуманный характер.

Право ФИО1 на защиту при производстве по делу реализовано, о чем свидетельствует участие его защитника в ходе рассмотрения дела в районном суде и на стадии рассмотрения жалобы на постановление о назначении административного наказания в краевом суде.

Исходя из требований ст.24.1 КоАП РФ, при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные ст.26.1 данного Кодекса. Так, в силу требований ст.26.1 КоАП РФ установлены наличие события административного правонарушения, лицо, допустившее нарушение Правил дорожного движения, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Поэтому указанные в жалобе доводы о нарушениях принципов судопроизводства своего подтверждения не нашли.

Иные доводы поданной в краевой суд жалобы, имеющие правовое значение для дела, установленные обстоятельства и выводы о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.24 КоАП РФ, не опровергают и не ставят под сомнение законность обжалуемого акта.

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, не установлено.

Административное наказание назначено в пределах, установленных санкцией ч.2 ст.12.24 КоАП РФ (в редакции Федерального закона, действовавшего на дату совершения правонарушения), с соблюдением требований ст.ст.3.1, 4.1, 3.5 КоАП РФ, с учетом конкретных обстоятельств дела.

При таком положении оснований для удовлетворения жалобы и отмены постановления судьи не имеется.

В то же время имеется основание для изменения постановления судьи путем исключения из числа доказательств письменных объяснений ФИО4 от 14.10.2024, как полученных с нарушением ст.25.6 КоАП РФ в отсутствие подписки о предупреждении об административной ответственности по ст.17.9 КоАП РФ.

Руководствуясь ст.30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Центрального районного суда г.Читы от 26.06.2025 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.12.24 КоАП РФ, в отношении ФИО1 изменить, исключить из числа доказательств письменные объяснения ФИО4 от 14.10.2024.

В остальной части постановление судьи оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано (опротестовано) в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке ст.ст.30.12 - 30.14 КоАП РФ.

Судья С.А. Шишкарева