Апелляционное постановление № 22-3044/2020 от 12 июля 2020 г. по делу № 1-3/2020

Судья Максимейко А.А.

Дело № 22-3044/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Новосибирск 13 июля 2020 года

Новосибирский областной суд в составе:

Председательствующего судьи

Самулина С.Н.,

при секретаре

ФИО1,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Новосибирской области

Дзюбы П.А.,

адвокатов

Брита Е.А.,

Борцова В.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, материалы уголовного дела по апелляционным жалобам адвоката Брита Е.А. и осужденного ФИО2 на приговор Купинского районного суда Новосибирской области от 29 января 2020 года, которым

ФИО2 ч, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года рождения в п.г.т. <адрес>, не судимый,

осужден по ч.2 ст.258 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься определенной деятельностью – охотой сроком на 1 год 6 месяцев; наказание в виде лишения свободы назначено условно с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей, указанных в приговоре;

ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в ф. <адрес>, не судимый,

осужден по ч.2 ст.258 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься определенной деятельностью – охотой сроком на 1 год 6 месяцев; наказание в виде лишения свободы назначено условно с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей, указанных в приговоре;

с осужденных ФИО2 и ФИО3 солидарно в счет возмещения материального ущерба в пользу Министерства природных ресурсов и экологии <адрес> 400 000 рублей;

сохранен арест, наложенный на имущество осужденных ФИО2 и ФИО3;

отменен арест на автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащий ФИО2;

вещественные доказательства – охотничье оружие «Сайга-М3», и автомобиль «Тойота Ленд Крузер» в соответствии с п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфискованы и обращены в доход государства, а также разрешен вопрос в отношении иных вещественных доказательств;

В отношении ФИО3 приговор участниками процесса не обжалован и пересматривается судом апелляционной инстанции в соответствии с ч.2 ст.389.19 УПК РФ.

установил:

ФИО2 признан виновным в незаконной охоте, совершенной группой лиц по предварительному сговору с применением механического транспортного средства на особо охраняемой природной территории, с причинением крупного ущерба.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес> при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

Вину ФИО2 не признал.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной), адвокат Брит Е.А. в интересах осужденного ФИО2, с приговором не согласен, просит его отменить и вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор.

Автор жалобы ссылается на наличие ряда процессуальных нарушений при выполнении следственных действий, которые защита в ходе судебного следствия просила признать недопустимыми доказательствами.

В частности, полагает недопустимым и подлежащим исключению из числа доказательств протоколов осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, ввиду того, что лицам, участвующим в следственном действии, не был разъяснен порядок его проведения, о чем свидетельствует отсутствие подписей участвующих лиц, отсутствие подписи понятого Э При этом отмечает, что в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, отсутствует указание на обнаружение охотничьего билета и разрешения <данные изъяты> на имя ФИО3 и не указаны основания их изъятия, а также не указано об изъятии карабина <данные изъяты> с десятью патронами и не указано, куда направлено изъятое.

Анализируя показания свидетелей Э и В, обращает внимание на то, что никто не видел факта обнаружения стреляной гильзы патрона, а металлоискатель, как используемое техническое средство, в протоколе осмотра места происшествия не указан, что также свидетельствует о недопустимости протокола осмотра места происшествия.

Оспаривает также данную судом оценку протокола осмотра туши косули от ДД.ММ.ГГГГ, полагая его недопустимым доказательством, указывая, что участвующим лицам не был разъяснен порядок его проведения, о чем свидетельствует отсутствие их подписей, при этом в протоколе отсутствует описание упаковки туши до проведения осмотра и после осмотра, не указано куда направлена осмотренная туша животного.

Автор жалобы обращает внимание на фальсификацию доказательств органами предварительного расследования, мотивируя тем, что кровь животного, обнаруженная ДД.ММ.ГГГГ при осмотре принадлежащего ФИО2 автомобиля «<данные изъяты>», образовалась в результате шприцевания, однако суд оставил без проверки его доводы, необоснованно отказав в проведении судебной-трасологической экспертизы для определения механизма образования следа крови.

Автор жалобы дает свою оценку заключению эксперта №, указывая, что данное доказательство является недопустимым, поскольку оно не отвечает требованиям УПК РФ и Федерального закона № 73 от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Отмечает, что в заключении отсутствуют указания на сведения об образовании, специальности, стаже работы экспертов, сведения о предупреждении всех экспертов об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, вопросы, поставленные перед экспертом; объекты исследований и материалы, представленные для производства судебной экспертизы, содержание и результаты исследований с указанием примененных методик, при этом в заключении не указано, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам он пришел. Кроме того, само описание повреждений не позволяет судить об их виде, характере, механизме образования, локализации. Поэтому считает невозможным утверждать, что орудием смерти косули является снаряд, выпущенный из карабина «<данные изъяты>» ФИО3

Кроме того, согласно доводам апелляционной жалобы, при производстве экспертизы были существенно нарушены права подозреваемых, предусмотренные ст.198 УПК РФ, поскольку с постановлением о назначении экспертизы подозреваемые были ознакомлены после ее производства. Дополнительные вопросы подозреваемыми не заявлены ввиду того, что в ходе производства судебно-ветеринарной экспертизы туша косули была уничтожена, также был уничтожен вырез шкуры с повреждением, поэтому отсутствие объектов исследования не предполагало производство дополнительных исследований, как по поставленным вопросам, так и по новым вопросам.

Анализируя показания свидетеля З, адвокат указывает, что она была опрошена в судебном заседании как эксперт, проводивший судебно-ветеринарную экспертизу, при этом автор жалобы считает, что проводить судебно-ветеринарную экспертизу <данные изъяты> не имела права.

Не соглашаясь с выводами судебно-баллистической экспертизы, полагает выводы эксперта В1 не объективными, так как эксперт не указывает на признаки огнестрельного ранения, в том числе и на наличие опаленности вокруг ранения.

Анализируя доказательства, и, давая им свою оценку, автор жалобы указывает на отсутствие доказательств причастности осужденных к причинению смерти двум косулям, поскольку нет второй туши, при этом выводы суда о наличии следов отстрела, падения косули, транспортировки туши косули, носят вероятностный характер, основаны на показаниях заинтересованных в исходе дела и имеющих неприязненные отношения свидетелей – сотрудников охраны животного мира.

Считает, что судом не установлено когда и при каких обстоятельствах произошел сговор между ФИО2 и ФИО3 на совершение незаконной охоты, при этом суд не принял во внимание показания осужденных ФИО2 и Качановского, отрицающих поиск, выслеживание, преследование и производство выстрелов в косулю, утверждавших, что ФИО2 вез Качановского к месту предполагаемой охоты на лисицу и зайца, при этом косуль не выслеживали, а лишь увидев раненую косулю, ФИО3 выйдя из автомобиля с оружием проследовал в лес за ней, чтобы посмотреть, что с ней. Поэтому считает, что не представлены доказательства использования автомобиля в целях совершения незаконной охоты.

Кроме того, согласно пояснениям свидетеля ФИО4 и данным видеозаписи, при преследовании ФИО4 ФИО2, автомобиль последнего не выпадал из поля видимости ФИО4, что опровергает выводы суда, о возможности ФИО2 скрываясь на автомобиле, остановить автомобиль, выйти из салона, открыть двери багажника, скинуть тушу убитой косули, закрыть двери багажника, вернуться в салон автомобиля и продолжить движение. Поэтому утверждает о необоснованном выводе суда о том, что ФИО2 транспортировал тушу косули в багажнике автомобиля.

Обращает внимание на то, что судом установлен факт незаконной охоты с помощью охотничьего гладкоствольного длинноствольного ружья модели <данные изъяты>, признанного по делу вещественным доказательством, при этом судом не принято во внимание то, что ружье модели «<данные изъяты> является нарезным, короткоствольным карабином.

При этом соглашаясь с тем, что изъятое у Качановского ружье модели <данные изъяты> имеет признаки отстрела, отмечает, что пуля от патрона к данному ружью обнаружена не была, а в магазине карабина были все десять патронов, что согласно доводам жалобы свидетельствует о не производстве выстрелов с данного карабина.

На приговор суда осужденным ФИО2 подана апелляционная жалоба, в которой он обращает внимание на противоречивость показаний свидетелей К2 и К1 материалам уголовного дела, которые не устранены в судебном заседании.

Автор жалобы указывает, что его вина не установлена, просит приговор отменить.

Осужденные ФИО3 и ФИО2 отказались от личного участия в суде апелляционной инстанции, о дне и часе слушания дела извещены в порядке, установленном ч.2 ст.389.11 УПК РФ.

В суде апелляционной инстанции адвокаты Брит Е.А. и Борцов В.С. доводы апелляционных жалоб поддержали, просили приговор отменить.

Государственный обвинитель Дзюба П.А. предлагал приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

Заслушав участников судебного разбирательства, проверив материалы дела и обсудив доводы жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вопреки доводам жалоб, выводы суда о виновности осужденного ФИО2 в совершении преступления при обстоятельствах, установленных приговором, основаны на надлежаще исследованных в судебном заседании доказательствах, проверенных и оцененных с соблюдением требований ст.ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности достаточности для разрешения уголовного дела.

Содержание доказательств, в том числе показаний свидетелей, в приговоре раскрыто.

Суд в соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ мотивировал, почему принял одни и отверг другие доказательства; возникшие противоречия надлежаще выяснены и устранены.

У суда не было оснований сомневаться в достоверности проверенных в судебном заседании и приведенных в обоснование вины осужденных доказательств, в том числе:

-показаний представителя потерпевшего С1 об обстоятельствах обнаружения туши косули, отпечатка силуэта другой косули, крови и шерсти, следов обуви, следов транспортного средства, места выстрела, гильзы;

-показаний свидетелей К2, К1, А об обстоятельствах обнаружения факта незаконной охоты, места ее совершения, с указанием мест отстрела и мест падения животных и производстве сотрудниками предварительных следственных действий, зафиксированных в составленных с участием указанных свидетелей протоколах;

-показаний свидетеля Ф1, об обстоятельствах обнаружения факта незаконной охоты, и производстве предварительных следственных действий при обнаружении ДД.ММ.ГГГГ туши косули, при осмотре автомобиля ФИО2, обнаружения ДД.ММ.ГГГГ гильзы, места остановки автомобиля, ворса и крови, отпечатка туши косули около следов транспорта, следа обуви, пакета с находящимися в нем фонариками, ножом, перчатками;

-показаний свидетеля Ф, об обстоятельствах производства сотрудниками предварительных следственных действий по обнаружению следов косули, транспортного средства и обуви, гильзы, места стрельбы, места нахождения косули в момент выстрела, а также проведения обыска у Качановского, в ходе которого были изъяты пакеты с мясом темного цвета, а за забором ноги животного;

-показаний свидетеля П об обстоятельствах обнаружения автомобиля «<данные изъяты>», и его осмотра, а также участия его в качестве понятого при осмотре места происшествия, обнаружения туши косули, изъятии карабина с оптическим прицелом, принадлежащего Качановскому, обстоятельствах досмотра Качановского и ФИО2, и изъятии у них патронов;

-показаний свидетеля В1 об обстоятельствах проведения ДД.ММ.ГГГГ осмотра принадлежащего ФИО2 автомобиля «<данные изъяты>», обнаружения и изъятия туши косули, следа обуви, обнаружения места отстрела, изъятия ворса и крови, обнаружения и изъятия гильзы около следа транспортного средства, обнаружения следов транспортного средства, протаявшего снега в форме туши косули, места падения косули, следа обуви;

-показаний свидетеля Ч об обстоятельствах участия его в качестве понятого при проведении осмотра автомобиля <данные изъяты>», принадлежащего ФИО2, подтвердившего обнаружение на задней двери автомобиля и на арке пятен бурого цвета, а на бампере ворса;

-показаний Э, об обстоятельствах участия в качестве понятого при осмотре местности рядом с селом <данные изъяты>, подтвердившего обнаружение и изъятие карабина с оптическим прицелом, туши косули, гильзы, пакета, с находящимся в нем ножом и фонариком;

-показаний свидетеля З об обстоятельствах проведения исследования туши косули, которым установлено, что имеющееся ранение у животного представляло собой не сквозное отверстие с опалинами, но инородного предмета в полости косули обнаружено не было, при вскрытии туши косули было обнаружено повреждение легкого с правой стороны, повреждение ноги, туша косули утилизирована путем сжигания;

-показаний свидетелей Н и Ш1 о проведении мероприятий, направленных на охрану территории, где была осуществлена незаконная охота;

-показаний свидетеля Г1, пояснившего, что ДД.ММ.ГГГГ по просьбе Качановского проехал на своем автомобиле со стороны <адрес> в сторону <адрес> впереди автомобиля под управлением Л, и при обнаружении сотрудников охотнадзора сообщил об этом по телефону ФИО5;

- показаний свидетеля Л, о том, что отвозил ФИО3 в <адрес>, и в пути следования ФИО3 сказал, что он с ФИО2 попались с косулей в степи, что их поймали К2 и К1;

Вышеназванные показания представителя потерпевшего и указанных свидетелей стороны обвинения согласуются друг с другом, а также с иными доказательствами по уголовному делу, в частности:

-с протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ в ходе которого, в присутствии понятых П и Э, с участием К2, К1, Ф1 и специалиста В1, осмотрен участок местности расположенный в 5 км на юго-восток от <адрес>, на территории заказника «<данные изъяты>» в лесополосе, и изъяты туша дикой косули, оружие «<данные изъяты>», 10 патронов, извлеченные из магазина оружия, след обуви, след транспортного средства; в 3 км на юго-восток от <адрес> были обнаружены два транспортных средства: автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион и автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, в котором обнаружены 2 чехла от огнестрельного оружия;

-с протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого в присутствии понятого Э, с участием К2, К1, Ф, А, С1, Ф1, и специалиста В1, осмотрен участок местности, расположенный в 5 км на юго-восток от <адрес> на территории заказника «<данные изъяты>» на котором установлено наличие следов транспортного средства, следов косуль не менее чем от трех особей, ворса животного и пятен бурого цвета похожих на кровь, изъята гильза 223 Rem, место падения косули, туша которой была обнаружена и изъята ДД.ММ.ГГГГ, а также установлено наличие следов транспортного средства, места падения косули, следа обуви и того же транспортного средства, отпечатка туши косули, ворса животного, пятен бурого цвета, похожих на кровь, а также наличие следов другого транспортного средства, которые находились в непосредственной близости от силуэта косули; на расстоянии около 3-х метров от следа транспорта обнаружен пакет черного цвета, с находящимися в нем ножом в чехле, перчаткой, двумя фонариками, батарейкой; в месте обнаружения гильзы, и в месте падения косуль других следов транспортного средства не обнаружено;

-с протоколом осмотра транспортного средства «<данные изъяты>», принадлежащего ФИО2, в ходе которого при осмотре ДД.ММ.ГГГГ с участием понятых Ч, и Д и с участием специалиста В1 на задней правой дверке багажника, а также на стойке были обнаружены и изъяты: пятна бурого цвета, похожие на кровь;

-с протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в присутствии понятых К и Д1, с участием специалиста З осмотрена туша косули (мужская особь), в области грудного отдела обнаружено отверстие округлой формы, задняя нога повреждена;

-с протоколом обыска от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в присутствии понятых Г и Ш с участием ФИО3 произведен обыск в жилище и надворных постройках ФИО3, в ходе которого было изъято из холодильника в доме 2 пакета с фрагментами мышечной ткани животного, около забора дома было обнаружено и изъято 2 пакета с фрагментами мышечной ткани животного;

-с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому след обуви, изъятый ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия возле <адрес>, и след обуви, изъятый ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия возле <адрес> могли быть оставлены подошвой обуви на правую ногу ФИО3;

-с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, след транспортного средства, изъятый ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия возле <адрес> и представленный на экспертизу на изображении № (около обнаружения туши косули в лесном колке), а также следы транспортного средства, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия возле <адрес> и представленные на экспертизу на изображениях № (место обнаружения гильзы), №, № (рядом с местом падения косули и следами волочения в сторону следов транспортного средства), могли быть образованы протекторами шин колес установленных на автомобиль «<данные изъяты>», принадлежащего ФИО2;

-с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому следы транспортного средства, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия на участке местности осуществления незаконной охоты возле <адрес>, около отпечатка туши животного, в колее следов транспортного средства мог быть образован протекторами колес шин, установленных на автомобиле «<данные изъяты>», который находится в пользовании <данные изъяты>;

-с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому карабин «<данные изъяты>», изъятый при осмотре места происшествия у ФИО3, является самозарядным, охотничьим карабином «<данные изъяты>», <данные изъяты>, изъятом у Качановского;

-с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому из оружия «<данные изъяты> №, изъятого у Качановского, производился выстрел (выстрелы) после последней чистки;

-с иным документом - заключением № от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>;

-с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на вырезе шкуры животного, изъятого ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра лесного колка вблизи <адрес>, имеется одно сквозное огнестрельное повреждение, образованное за пределами факторов близкого выстрела;

-с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому вещество, изъятое ДД.ММ.ГГГГ, на месте падения животного, вещество, изъятое ДД.ММ.ГГГГ на месте предположительного сброса животного, вещество, изъятое в автомобиле ФИО2, является кровью, которая произошла от лося или близкородственного животного семейства Оленевых (олень, косуля);

-с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что объекты, похожие на волосы, представленные на исследование, являются волосами и происходят из волосяного покрова животного (-ых) отряда парнокопытные семейства оленевые; к семейству Оленевые относятся особи родов: лоси, настоящие олени, косули;

-с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому фрагменты мышечной ткани и фрагменты мышечной ткани (в постановлении субпродукты) изъятые из холодильника в доме ФИО3 и фрагменты мышечной ткани, изъятые около ограды дома ФИО3, представленные на исследование в четырех пакетах произошли от лося или близкородственного животного семейства Оленевые (олень, косуля);

-с детализацией соединений, из которой следует, что абонентские номера, зарегистрированные на Л и Г1, выходили в эфир друг с другом в ночное время ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно произведенному расчету ущерб от незаконной добычи двух особей косули на территории заказника «<адрес>, составляет <данные изъяты> рублей.

Данными доказательствами опровергаются доводы стороны защиты о непричастности ФИО2 к совершению преступления, за которое он осужден настоящим приговором.

Заявленные стороной защиты доводы, в том числе о непричастности осужденного к преступлению, а также направленные на оспаривание ряда доказательств, приведенных в жалобах, в целом аналогичны заявленным при рассмотрении дела по существу, были судом первой инстанции тщательно проверены, оценка им в приговоре дана надлежащая, с мотивированными выводами суда соглашается и суд апелляционной инстанции. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих признание приведенных судом в обоснование вины осужденных доказательств недопустимыми, не установлено. Оснований для переоценки мотивированных выводов суда, на что направлены доводы жалоб, не имеется.

Объективных оснований сомневаться в достоверности показаний представителя потерпевшего С1, свидетелей К2, К2, А, П, Ш1, Ф, Н, В1, Ф1, Ч, Э, З, Г1 на предварительном расследовании, чьи показания признаны достоверными и приведены в приговоре в обоснование вины осужденного, суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку они согласуются между собой, взаимодополняют друг друга. Поводов для оговора осужденного представителем потерпевшего, свидетелями, чьи показания приведены в обоснование выводов о виновности осужденного, не установлено, доводы апелляционных жалоб об этом, являются необоснованными, представленными материалами не подтверждены.

Существенных противоречий в показаниях свидетелей стороны обвинения, ставящих под сомнение сам факт совершения осужденным преступления, вопреки доводам жалоб, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Показания свидетеля Л в части того, что ДД.ММ.ГГГГ в ночное время в районе <адрес> он не был, с Г1 он не знаком, с ним не созванивался, были правильно оценены судом первой инстанции как недостоверные. Суд также указал, что показания Л вызваны желанием подтвердить позиции подсудимых Качановского и ФИО2, с которыми он находится в дружеских отношениях, а также в своих интересах, исключая свое участие в оказании какой-либо помощи подсудимым.

Также суд апелляционной инстанции не усматривает нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих признание недопустимыми протоколов осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.7-14, 20-33), протокола осмотра туши косули от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 46-47).

Следственные действия выполнялись с участием понятых, в том числе Э1, П, что они подтвердили в ходе судебного разбирательства, разъяснение понятым процессуальных прав подтверждается их подписями в протоколах. Другим участвующим лицам разъяснены порядок производства, имеются подписи участвующих лиц, в том числе эксперта (специалиста). Довод о том, что не указано об изъятии карабина «<данные изъяты>» с десятью патронами, является несостоятельным, поскольку протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ содержит сведения об обнаружении и изъятии указанного оружия. Вследствие чего суд правильно не нашел оснований для признания недопустимыми доказательствами и исключения из числа доказательств письменных доказательств, о недопустимости которых заявлено стороной защиты.

Учитывая сведения, отраженные в протоколах осмотра места происшествия, осмотра туши животного, в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, показания свидетелей, принимавших участие в их производстве, основания полагать, что на исследование была представлена иная туша дикой косули, отличная от обнаруженной ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют.

Вопреки доводам защиты, не имеется оснований ставить под сомнение достоверность сведений, содержащихся в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.51-52), согласно которому представленная на исследование туша животного является дикой косулей, причиной гибели животного послужило огнестрельное ранение, повлекшее повреждение мягкой мышечной ткани, легкого и кровеносных сосудов. Несмотря на то, что суд расценил указанное заключение по своему содержанию как иной документ, и не являющийся заключением эксперта, вопреки утверждениям защиты, в оспариваемом заключении изложены результаты проведенного исследования и сформулированы ответы на поставленные на разрешение вопросы. Следовательно, доводы защиты о признании заключения недопустимым доказательством, удовлетворению не подлежат. При этом сведения, содержащиеся в данном документе, согласуются с показаниями свидетеля З, согласно которым, в ДД.ММ.ГГГГ дознавателем представлена на исследование туша косули с повреждением в области груди; ранение представляло собой отверстие с опалинами, при этом ранение было не сквозное, но инородного предмета в полости косули обнаружено не было; при вскрытии туши косули было обнаружено повреждение легкого с правой стороны, повреждение ноги.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований сомневаться в допустимости иных заключений судебных экспертиз, в том числе заключения судебной баллистической экспертизы, на которые обращено внимание в апелляционной жалобе. Заключения судебных экспертиз подготовлены компетентными специалистами в соответствующей области знаний, научно обоснованы, не содержат каких-либо противоречий, поэтому доводы защиты, в том числе о предположительном характере выводов экспертов, заинтересованности экспертов, в том числе В1, удовлетворению не подлежат.

Согласно материалам уголовного дела, дознаватель в соответствии с требованиями ст. ст. 195, 198 УПК РФ ознакомил ФИО2, а также адвоката с постановлениями о назначении и заключениями судебных экспертиз. Несвоевременное ознакомление подозреваемого с постановлениями о назначении экспертиз не препятствовало стороне защиты в реализации своих прав, поэтому не влечет признание заключений проведенных по делу недопустимыми доказательствами.

Приведенные в жалобе защитника доводы об уничтожении после проведения исследования вещественных доказательств (туши косули, выреза шкуры), не свидетельствует о каком-либо существенном нарушении уголовно-процессуального закона.

Довод адвоката Брита Е.А. о том, что пуля от патрона к ружью модели «<данные изъяты>» изъятого у Качановского обнаружена не была, в магазине карабина были все десять патронов, не влияет на доказанность факта незаконной охоты, равно как и факта производства выстрелов из указанного оружия.

Поскольку, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из оружия «<данные изъяты> №, изъятого у Качановского, производился выстрел (выстрелы) после последней чистки, а согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, гильза, изъятая ДД.ММ.ГГГГ при осмотре места производства незаконной охоты, стреляна в вышеуказанном карабине «С».

Субъективное мнение адвоката о не производстве выстрелов с карабина «С», изъятого у Качановского, не опровергает выводы эксперта, а также не является основанием ставить их под сомнение.

Вопреки утверждениям в апелляционной жалобе, из материалов уголовного дела не усматривается обстоятельств, указывающих на чью-либо заинтересованность в осуществлении уголовного преследования осужденного ФИО2, как не усматривается данных о наличии у лиц, проводивших следственные и процессуальные действия на досудебной стадии производства по делу, необходимости для искусственного создания доказательств обвинения либо их фальсификации. Поэтому доводы автора жалобы об образовании в результате шприцевания крови животного в принадлежащем ФИО2 автомобиле «<данные изъяты>» - голословны.

Выводы суда о добыче в результате незаконной охоты двух косуль, вопреки утверждению адвоката Брита Е.А., в приговоре мотивированы и являются обоснованными.

При этом суд правильно учитывал не только показания представителя потерпевшего и свидетелей об обнаружении факта незаконной охоты, места ее совершения, с указанием мест отстрела и мест падения животных, но и протоколы осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому была обнаружена и изъята туша косули, от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на окраине лесного колка, где ранее была обнаружена туша косули, обнаружено место падения косули, изъяты ворс и кровь, от которого ведет след волочения к следам транспортного средства, образование которых, согласно заключению эксперта не исключено протекторами шин автомобиля «<данные изъяты>» принадлежащего ФИО2, рядом с тушей косули и местом падения со следом волочения обнаружены следы обуви, образование которых, согласно заключению эксперта, не исключается за счет обуви, принадлежащей Качановскому, протоколом обыска в доме и ограде дома Качановского, в ходе которого изъяты фрагменты мышечной ткани, которые согласно заключению эксперта произошли от лося или близкородственного животного семейства Оленевые (олень, косуля).

Довод адвоката о том, что свидетель ФИО4 во время преследования автомобиля под управлением ФИО2 наблюдал за автомобилем осужденного, и не увидел остановки автомобиля для выгрузки туши косули, не исключает совершение осужденным рассматриваемого преступления. Поскольку согласно показаниям свидетеля К1, ФИО2 на автомобиле сдал назад, объехал служебный автомобиль и стал скрываться, спустившись с гривы, он потерял ФИО2 из поля зрения, он завел служебный автомобиль, переехал через гриву, и только тогда увидел автомобиль ФИО2, который стал преследовать и в последующем догнал, перегородив ему путь.

Вопреки заявленным доводам, все представленные доказательства были исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ, в том числе и те на которые обращено внимание в жалобах. Приговор суда соответствует положениям главы 39 УПК РФ, в том числе ст.297 и ч.4 ст.302 УПК РФ, выводы суда о виновности осужденного ФИО2 основаны на совокупности исследованных в судебном заседании и надлежаще оцененных доказательств, совокупность которых достаточна для разрешения уголовного дела, установления виновности осужденного в совершенном им преступлении. Приведенные в приговоре доказательства взаимосвязаны, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства содеянного.

Отдавая предпочтение доказательствам, представленным стороной обвинения, суд первой инстанции в ходе судебного следствия должным образом исследовал, а также проверил и все доводы и представленные стороной защиты доказательства, на которые ссылаются авторы апелляционных жалоб, решение мотивировал, с чем суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться.

Доводы жалоб о многочисленных нарушениях требований уголовно- процессуального закона при производстве следственных действий, фальсификации доказательств являлись предметом тщательной проверки в суде первой инстанции, обоснованно отвергнуты как несоответствующие действительности и опровергающиеся исследованными в судебном заседании доказательствами. Нарушений требований процессуального закона, влекущих признание недопустимыми доказательствами, при производстве осмотров места происшествия, предметов, не установлено.

Доводы жалоб в целом направлены на иную оценку доказательств, для чего оснований не имеется; не содержат указания на обстоятельства, которые не были бы проверены судом первой инстанции, имели бы юридическое значение для вынесения судебного решения по существу, влияли на его обоснованность и законность, признаются несостоятельными и не служат основанием для отмены или изменения приговора.

Собственная оценка осужденным и адвокатом исследованных доказательств не подвергает сомнению правильность принятого судом решения.

Критическая оценка в приговоре доводов и доказательств стороны защиты, на что также обращается внимание в жалобах, не свидетельствует о нарушении судом права осужденного на защиту. Убедительное обоснование выводов о признании несостоятельными доводов осужденного и стороны защиты приведено судом первой инстанции в приговоре. Оснований не согласиться с принятым решением у суда апелляционной инстанции не имеется.

При этом данных, свидетельствующих о предвзятости, заинтересованности председательствовавшего по делу судьи в исходе дела, суд апелляционной инстанции не усматривает. Судом первой инстанции, в соответствии со ст.15 УПК РФ, были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, был соблюден принцип состязательности сторон, а также было обеспечено равенство прав сторон. Все представленные доказательства были исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ, а поступившие в ходе судебного разбирательства ходатайства, в том числе и те на которые обращено внимание в жалобах, надлежаще разрешены судом в соответствии с требованиями закона. Обвинительного уклона судом не допущено.

Выводы суда о квалификации действий осужденного мотивированы, соответствуют установленным обстоятельствам, подтверждены исследованными доказательствами, в том числе заключениями экспертов, основания для их переоценки отсутствуют.

Правовая оценка действий ФИО2 по ч. 2 ст. 258 УК РФ, как совершение незаконной охоты на особо охраняемой природной территории группой лиц по предварительному сговору, с применением механического транспортного средства, с причинением крупного ущерба, судом дана правильно.

При этом о наличии предварительного сговора свидетельствует тот факт, что действия осужденных были взаимосвязаны и дополняли друг друга при осуществлении поиска и добычи охотничьих ресурсов, а преступный результат наступил от одновременных совместных умышленных действий группы лиц при выполнении каждым из них объективной стороны преступления: ФИО3 производил выстрелы, а ФИО2 управлял автомобилем.

Суд апелляционной инстанции считает обоснованными выводы суда о наличии квалифицирующего признака незаконной охоты «с причинением крупного ущерба», исходя из количества и стоимости уничтоженных животных, их экологической ценности и значимости для конкретного места обитания, а также численности популяции этих животных, что подтверждается расчетом Министерства природных ресурсов и экологии <адрес>, произведенным в соответствии с методикой исчисления размера, причиненного охотничьим ресурсам.

Квалифицирующий признак совершения преступления «с применением механического транспортного средства» также нашел свое полное подтверждение в судебном заседании, поскольку осужденные использовали автомобиль для поиска животных и их выслеживания, непосредственно в процессе их добычи.

Согласно постановлению главы администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, государственный природный заказник «<данные изъяты>» <адрес>, является особо охраняемой природной территорией регионального значения, где запрещена охота.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, при рассмотрении дела полностью соблюдена процедура судопроизводства, общие условия судебного разбирательства и принципы уголовного судопроизводства, права осужденных не нарушены.

При назначении ФИО2 наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность осужденного, в том числе смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Данные о личности осужденного были в полном объеме исследованы и, наряду с установленными смягчающими наказание обстоятельствами, учтены в полной мере.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, не установлено.

Определяя вид назначенного наказания, суд решение мотивировал, при этом, учел фактические обстоятельства, данные о личности ФИО2, иные влияющие на назначение наказания обстоятельства.

Назначенное по ч.2 ст.258 УК РФ наказание соответствует санкции действующего закона на момент совершения преступления, соразмерно содеянному и личности осужденного, является справедливым, дополнительное наказание определено с учетом требований ч.3 ст.47 УК РФ, решение суда мотивировано.

Правильным находит суд апелляционной инстанции и решения суда об удовлетворении исковых требований и взыскании суммы причиненного ущерба с осужденного в солидарном порядке, а также о применении, на основании п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ, конфискации орудий и средства совершения преступления.

При таких обстоятельствах, доводы, приведенные осужденным ФИО2 и адвокатом Бритом Е.А. в апелляционных жалобах, не являются основанием для отмены приговора суда.

Между тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор изменить.

Как следует из протокола осмотра места происшествия, ДД.ММ.ГГГГ изъято оружие «<данные изъяты>», принадлежащее ФИО3; согласно разрешению <данные изъяты> № ФИО3 имеет право на хранение и ношение оружия «<данные изъяты>» <адрес><данные изъяты> №; в соответствии с заключением эксперта № карабин «<данные изъяты>», изъятый при осмотре места происшествия у ФИО3, является самозарядным, охотничьим карабином «<данные изъяты>», №, относится к категории охотничьего нарезного огнестрельного оружия, гильза, изъятая ДД.ММ.ГГГГ при осмотре места производства незаконной охоты, стреляна в вышеуказанном карабине «<данные изъяты>».

Поскольку иной карабин «<данные изъяты>» при незаконной охоте не использовался, обвинение в совершения преступления с применением иного карабина «<данные изъяты>» осужденным не предъявлялось и судом не устанавливалось, то в описательно-мотивировочной части приговора при изложении обстоятельств преступления необходимо уточнить, что имелось зарегистрированное на имя ФИО3 не охотничье гладкоствольное длинноствольное ружье модели «<данные изъяты>», а самозарядный охотничий карабин «<данные изъяты>».

Однако вносимое изменение в приговор не влияет на обоснованность выводов суда о доказанности вины осужденного ФИО2 в совершении указанного преступления, поскольку виновность с достаточной полнотой подтверждается доказательствами, приведенными судом в приговоре.

Нарушений уголовно-процессуального закона влекущих отмену приговора, либо внесение иных изменений, судом апелляционной инстанции не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Купинского районного суда Новосибирской области от 29 января 2020 года в отношении ФИО2 ча и ФИО3 изменить,

уточнить описательно-мотивировочную часть приговора при изложении обстоятельств преступления указанием на то, что имелось зарегистрированное на имя ФИО3 не охотничье гладкоствольное длинноствольное ружье модели «<данные изъяты>», а самозарядный охотничий карабин «<данные изъяты>».

В остальном приговор в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Брита Е.А. и осужденного ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции города Кемерово.

Судья С.Н. Самулин