Апелляционное определение № 22-11671/2025 от 15 декабря 2025 г.

Судья Чередниченко П.С. Дело 22-11671/2025

УИД 50RS0048-01-2025-005904-77


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московская область 16 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Сеурко М.В.,

судей Курносовой Е.А., Шаталова А.А.,

при помощнике судьи Гуськове А.М.,

с участием:

прокурора Солонина А.Ф.,

осужденного ФИО1, в режиме видеоконференц-связи,

адвоката Павлова В.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Павлова В.Е. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Химкинского городского суда Московской области от 03 сентября 2025 года, которым

ФИО1, <данные изъяты> года рождения, уроженец <данные изъяты>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осужден по ч.2 ст.318 УК РФ к 2 годам лишения свободы, по ст.319 УК РФ к 300 часам обязательных работ.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения, п. «г» ч.1 ст.71 УК РФ окончательно назначено в виде лишения свободы сроком на 2 года 1 месяц с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении отменена, ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбытия наказания время запрета определенных действий с 27 февраля 2025 года до 22 мая 2025 года, а также время содержания под стражей с 25 февраля 2025 года по 26 февраля 2025 года, с 03 сентября 2025 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета, произведенного в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст.72 УК РФ.

Приговором суда разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Курносовой Е.А., изложившей краткое содержание приговора, существо апелляционной жалобы, объяснения адвоката Павлова В.Е. и осужденного ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение прокурора Солонина А.Ф. об оставлении без удовлетворения апелляционной жалобы,

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за применение насилия, опасного для здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, а также за публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей.

Преступления совершены при обстоятельствах, установленных судом, и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 свою вину инкриминируемых ему преступлениях признал частично, не оспаривая обстоятельств содеянного, настаивал на квалификации его действий по ч.1 ст.318 УК РФ, соглашаясь с квалификацией его действий по ст.319 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Павлов В.Е. в защиту осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, указывая на его незаконность, необоснованность и несправедливость. Указывает, что в приговоре суда не приведены показания потерпевшего О,, данные в ходе очной ставки и в судебном заседании, а также не отражена позиция потерпевшего к наказанию ФИО1 Отсутствуют в приговоре суда показания потерпевшей Ц, данные в ходе очной ставки, а также в ходе судебного следствия о сохранении обиды на ФИО1 Показания ФИО1 и потерпевшего О, данные в ходе очной ставки подтверждают версию осужденного о том, что он не видел и не мог видеть потерпевшую Ц,, что свидетельствует об отсутствии у него умысла на применение насилия в отношении потерпевшей Ц, В нарушение положений ст.307 УПК РФ и ст.14 УПК РФ, суд при описании просмотренной в судебном заседании видеозаписи указал о невозможности увидеть картину происходящего ввиду ограниченного обзора, что должно было трактоваться в пользу подсудимого. Показания потерпевшего Е:,, свидетелей Ш,, У,, заключения экспертов и иные исследованные судом доказательства не свидетельствуют о наличии умысла у ФИО1 на умышленное причинение насилия опасного для здоровья. Не нашли в приговоре отражения доказательства стороны защиты и показания ФИО1. Подробно излагая содержания показаний потерпевших Ц, и О,, содержание видеозаписей с названием «камера на выход» и «камера на ширму», автор жалобы настаивает, что действия ФИО1 были направлены исключительно в адрес О,, который проявил по отношению к ФИО1 провокацию и агрессию. Правомерной действий О, оставались без оценки суда. Порядок назначении экспертизы №2524201830 от 05 мая 2025 года был следователем нарушен. Обвиняемый и защитник не были ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы, чем было ограничено их право на внесение в постановление о назначении экспертизы дополнительных вопросов. Выводы суда в части указанных нарушений не объективны. Потерпевшая Ц, в ходе предварительного следствия меняла показания, при этом в судебном заседании пояснила, что ей возмещен моральный, физический и материальный вред, она получила компенсацию в размере 1 000 000 рублей, но обида на ФИО1 у нее осталась, что может способствовать искажению ей событий происходящего. ФИО1 признал вину в применении насилия не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти, в связи с исполнением им своих обязанностей, т.е. в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ, а также в совершении преступления, предусмотренного ст.319 УК РФ. Ввиду раскаяния и с целью заглаживания вреда добровольно возместил имущественный ущерб и моральный вред О, и Ц,, о чем имеются расписки, а также заявление Ц, о примирении с ФИО1 и отсутствии к нему претензий. Избранную меру пресечения ФИО1 не нарушал, а значит он не опасен для общества. Он имеет множество благодарностей, состоит в браке, положительно характеризуется по месту жительства, на учетах в профильных диспансерах не состоит, к уголовной ответственности не привлекался, трудоустроен, имеет на иждивении малолетнего ребенка и является единственным кормильцем в семье. Он раскаялся и принял меры к заглаживанию вреда и примирения. На его иждивении также находятся родители его и супруги, бабушка. С учетом допущенных судом нарушений просит отменить приговор суда, переквалифицировать действия ФИО1 с ч.2 ст.318 на ч.1 ст.318 УК РФ и вынести новый обвинительный приговор с назначением наказания, учитывая личность осужденного, влияния наказания на условия жизни его семьи и близких родственников, назначив условное наказание без реального отбывания наказания в виде лишения свободы.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участвующие в деле стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ, приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Рассмотрение уголовного дела судом имело место в соответствии с положениями глав 36 - 39 УПК РФ, определяющими общие условия судебного разбирательства, с обеспечением принципа состязательности и равноправия сторон, с обоснованием сделанных выводов собранными по делу доказательствами, проверенными на предмет их относимости и законности, оцененными каждое в отдельности и в сопоставлении друг с другом, признанными в совокупности достаточными для установления обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ. При этом суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273 - 291 УПК РФ. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные участниками процесса ходатайства, которые были рассмотрены судом в полном соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, по каждому из них судом вынесены соответствующие постановления с соблюдением требований ст. 256 УПК РФ, в которых приведены надлежащие мотивировки принятых решений: с учетом, представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости и возможности в производстве заявленных процессуальных действий с целью правильного разрешения дела и с учетом положений ст. 252 УПК РФ, и не выходят за рамки судебного усмотрения, применительно к нормам ст. ст. 7, 17 УПК РФ. Доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.ст. 74, 86 УПК РФ и сомнений в их достоверности не имеется.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Нарушений принципа состязательности сторон, предусмотренных положениями ст. 15 УПК РФ, необоснованных отказов в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Доказательства, приведенные в приговоре, были проверены в ходе судебного следствия, и суд дал им надлежащую оценку.

У судебной коллегии отсутствуют основания не соглашаться с данной оценкой доказательств и выводами суда, поскольку достоверность и допустимость указанных в приговоре доказательств, сомнений не вызывает.

Вопреки доводам жалобы адвоката, в соответствии со ст.307 УПК РФ приговор в отношении ФИО1, содержит описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотива, цели и последствий преступления, при этом в приговоре перечислены доказательства и раскрыто их содержание, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, а также содержит мотивированные выводы о квалификации действий осужденного и назначении ему наказания.

Содержание показаний потерпевшего и свидетелей, осужденного, протоколов следственных действий, документов и иных доказательств, приведено в приговоре в необходимом объеме, с отражением тех сведений, которые имеют отношение к установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию, соответствуют показаниям, зафиксированным в протоколах судебного заседания.

С учетом положений ст. 252 УПК РФ, не выходя за объемы предъявленного осужденному обвинения, суд правильно установил фактические обстоятельства дела, и сделал обоснованный вывод о доказанности вины осужденного в совершении инкриминированных ему преступлений, на основе объективной и надлежащей оценки совокупности всех исследованных в судебном заседании достаточных доказательств, допустимость и достоверность которых, сомнений не вызывает.

Материалы дела, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, исследованы с достаточной полнотой и в дополнительной проверке не нуждаются.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 подтверждаются доказательствами, непосредственно и объективно исследованными в судебном заседании, проверенными и оцененными в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ.

Вывод суда о виновности осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния является обоснованным, соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам уголовного дела, подтвержден совокупностью доказательств, приведенных в приговоре, которые являются допустимыми и достаточными.

По преступлению, предусмотренному ч.2 ст.318 УК РФ:

- показаниями потерпевшей Ц,, согласно которым она 25 февраля 2025 года заступила на службу в зоне «Прилет» зеленого коридора терминала «С» международного аэропорта Шереметьево. Примерно в 19 часов 35 минут в зону «Прилет» зеленого коридора терминала «С» МАП Шереметьево проследовали граждане, в том числе мужчина с двумя тележками багажа и ручной кладью совместно с женщиной и маленьким ребенком. Инспектор Ш, спросил у ФИО1, откуда он прибыл и попросил поставить багаж на ленточный транспортер, на что тот отказался самостоятельно ставить багаж на ленту и безадресно, выражаясь нецензурной лексикой, сказал Ш,, чтобы тот сам поставил его багаж на ленту. Он высказывал свое недовольство, выражаясь при этом нецензурной бранью в адрес неопределенного круга лиц.

Через непродолжительное время, из кабинета вышел сотрудник таможенной службы Е:,, который сначала стал наблюдать за ФИО1, а чуть позже подошел к нему и высказал законное требование, направленное на прекращение использования последним высказываний нецензурной лексики, подкрепленное требованием прекращения нарушения общественного порядка. После озвучивания Е:, требования, ФИО1 не успокоился и продолжил высказываться грубой нецензурной бранью, проявляя недовольство, при этом требуя от сотрудников таможенной службы поставить его багаж своими силами.

После проверки багажа, она обратилась к ФИО1 с просьбой снять свой багаж с ленты, на что последний ответил отказом и продолжил выражаться нецензурной бранью. Багаж ФИО1 с ленты помог снять Н., который также подвез к ФИО1 тележки для дальнейшего удобства транспортировки багажа, однако последний стал проявлять ничем не подкрепленную агрессию, размахивал руками и безадресно выражался грубой нецензурной бранью, чем привлекал к себе внимание пассажиров. К ФИО1 решил подойти сотрудник ФТС России У,, который после небольшого диалога с ФИО1, отошел в сторону и стал разговаривать с кем-то по телефону.

В зоне «Прилет» зеленого коридора терминала «С» МАП Шереметьево появился сотрудник пограничного контроля О,, который подошел к ФИО1 и стал с ним о чем-то разговаривать. Она слышала, как ФИО1 продолжал выражаться грубой нецензурной бранью в отношении неопределенного круга лиц, в результате чего между О, и ФИО1 произошел словесный конфликт, который был связан с нежеланием ФИО1 выполнять какие-либо требования, озвученные ранее сотрудниками таможни.

ФИО1 в плотную подошел к О. и не реагируя на требования последнего по факту нарушения общественного порядка, уперся О. лбом в лоб, продолжая при этом использовать ненормативную лексику в адрес неопределенного круга лиц, в результате чего О, применил к ФИО1 физическую силу, сделав подсечку и положив ФИО1 на пол, пресекая тем самым его противоправные действия. Когда ФИО1 так резко подошел к О., то она подумала, что так ФИО1 готовится нанести удар. Позже, когда ФИО1 оказался на полу, стал оказывать активное сопротивление, в результате чего умышленно нанес один удар О. кулаком в область челюсти снизу. Применение физической силы со стороны О, было обоснованным, так как ФИО1 представлял угрозу для пассажиров и сотрудников, находящихся в зоне таможенного поста. Еще в самом начале его прибытия в зону таможенного контроля ему неоднократно делались замечания по поводу его поведения, однако все попытки его успокоить тот игнорировал.

После совершенного удара, О, продолжил пресекать противоправные действия ФИО1, удерживая последнего. После чего ФИО1 попытался повалить О,, однако последний совершил разворот и упал возле ширмы, расположенной около выхода из зоны таможенного контроля. В этот момент она, видя, что ФИО1 не успокаивается, подошла к О., чтобы ему помочь пресечь противоправные действия ФИО1 В момент, когда ФИО1 стал разворачиваться, она, находясь сзади ФИО1, стала пытаться удержать его сзади за туловище, чтобы предотвратить продолжение драки со О,, на что ФИО1 начал активно сопротивляться и оказался в положении лежа на полу. В этот момент, видя, что она стоит к нему лицом, наклонившись вниз, и пытается предотвратить его противоправные действия, ФИО1, понимая, что она пресекает его противоправные действия, умышленно нанес ей один удар ногой в область лица слева, от чего она испытала сильную физическую боль и нравственные страдания. Далее после того, как она получила удар, для пресечения указанных действий ФИО1 к ним подошел Е:,, который совместно с ней поднял ФИО1 и стал помогать «удерживать» последнего за плечи, отводя руки за спину. В этот момент ФИО1, находясь в агрессивном состоянии, представляющем опасность для пассажиров, будучи ограниченным в движении рук, стал размахивать ногами, пытаясь нанести ими удар О. Далее она удерживала в углу О,, а Е:, держал ФИО1 ФИО1 вел себя неадекватно, очень агрессивно, сложилось точное впечатление, что он находился в состоянии алкогольного опьянения.

После указанных событий, через непродолжительное время в зону таможенного контроля прибыл сотрудник СОООП ЛУ МВД России в аэропорту Шереметьево - Ж, Подойдя к ФИО1, Ж, сделал замечание по поводу его поведения. ФИО1, никак не отреагировав на законное замечание Ж,, стал публично, в присутствии гражданских лиц, высказываться в отношении сотрудника пограничного контроля О, грубой нецензурной бранью в неприличной форме, которые также были связаны с исполнением О, своих должностных обязанностей. Данные высказывания являлись унижающими честь и достоинство сотрудника пограничного контроля О, как представителя власти.

В ответ на высказанные оскорбления, Ж, было сделано повторное замечание ФИО1 по поводу противоправности его поведения, однако последний, будучи недовольным законными действиями сотрудника таможенного контроля Н. и сотрудника СОООП ЛУ МВД России в а/п Шереметьево Ж, стал высказываться в отношении последних грубой нецензурной бранью, переходя на личное оскорбление, препятствуя тем самым выполнению последними своих должностных обязанностей;

- показаниями потерпевшего О,, согласно которым он заступил на службу в зале «Прилет» зеленого коридора терминала «С» МАП. 25 февраля 2025 года У, сообщил ему о том, что в зоне таможенного контроля зеленого коридора находится неизвестный мужчина, который конфликтует с сотрудниками таможенной службы, выражаясь при этом нецензурной бранью.

Изначально он наблюдал за поведением ФИО1, а потом для обеспечения безопасности пассажиров и сотрудников таможни, находясь при исполнении своих служебных обязанностей, в форменной одежде сотрудников пограничной службы, сделал ФИО1 замечание и потребовал прекратить нарушать общественный порядок, однако на законные требования ФИО1 никак не отреагировал и продолжил нецензурно браниться, привлекая тем самым внимание других пассажиров. После чего он сделал ФИО1 повторное замечание и разъяснил, что если ФИО1 не успокоится, то им будут применены меры пресекающего характера.

ФИО1 резко уперся последнему лоб в лоб и продолжил нецензурно высказываться в адрес неопределенного круга лиц, нарушая тем самым общественный порядок. Когда ФИО1 подошел к нему вплотную, он подумал, что тот готовится нанести ему удар. Он применил в отношении последнего физическую силу: взял его за плечо и положил на пол. ФИО1 стал оказывать ему активное сопротивление: размахивал руками, ногами. Умышленно нанес ему один удар правой руки в область челюсти снизу. Далее сотрудник таможенной службы Ц, подошла на близкое расстояние к ФИО1, прося успокоиться, после чего наклонилась и попыталась удержать последнего за нижнюю часть туловища. Она стала держаться за ноги, так как ФИО1 стал активно размахивать руками и ногами. ФИО1, видя, что его пытаются успокоить сразу два сотрудника, умышленно нанес Ц, один удар ногой в область лица. После того как Ц, получила удар, для пресечения действий ФИО1, к ним подошел сотрудник таможенной службы Е:,, который вместе с Ц, поднял ФИО1 и стал удерживать последнего держа за плечи, отводя его руки за спину. ФИО1, находясь в агрессивном состоянии, представляющем опасность для пассажиров, будучи ограниченным в движении рук, стал размахивать ногами, пытаясь нанести ими удар, направленный в его сторону;

- показаниями свидетелей Е:,, Ш,, У,, которые аналогичны показаниям потерпевших Ц, и О,;

- показаниями свидетеля Ж,, согласно которым он 25 февраля 2025 года заступил на службу по охране общественного порядка в аэропорту Шереметьево в зоне «Вылет» терминала «В» по адресу: МО, г.о. Химки, в форменном обмундировании, также при нем находились специальные средства: наручники, радиостанция, индивидуальный видеорегистратор (дозор), табельное оружие. Примерно в 19 часов 40 минут он получил указание от старшего инспектора СОООП ЛУ МВД России в аэропорту Шереметьево З, проследовать в таможенную зону зеленого коридора терминала «С» МАП Шереметьево, где по предварительной информации находился пассажир с признаками опьянения. Прибыв, он увидел неизвестного мужчину - ФИО1, у которого имелись признаки опьянения: резкий запах алкоголя, агрессия, несвязная речь. ФИО1 безадресно выражался нецензурной бранью, чем нарушал общественный порядок. До момента его прихода в зону таможенного контроля сотрудники Е:, и О, неоднократно делали ФИО1 замечания по поводу его поведения, высказывая требования к прекращению нарушения последним общественного порядка, также ФИО1 в отношении представителей власти в лице О, и Ц, была применена физическая сила;

- а также письменными материалами дела: заключением эксперта № 2534200986 от 03 марта 2025 года, согласно выводам которого у ФИО2 имеется повреждение в виде поверхностной раны области внутренней поверхности нижней губы, которая могла образоваться в результате ударного воздействия твердого тупого предмета, индивидуальные особенности которого в описании повреждения не отображены, которое не было опасным для жизни, не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека; заключением эксперта № 2524201830 от 05 мая 2025 года, согласно выводам которого у Ц, имелись повреждения: закрытая черепно-мозговая травма: ссадины, гематома левой параорбитальной глазничной области, ссадины левой височной области, сотрясение головного мозга, которые могли образоваться в результате ударно-скользящего воздействия твердого тупого предмета, которые согласно п. 8.1 Приложения к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» № 194н от 24 апреля 2008 года, установлен легкий вред здоровью по признаку временной нетрудоспособности (кратковременного расстройства здоровья) продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно); протоколом осмотра места происшествия от 07 мая 2025 года, в ходе составления которого О, указал на место, где ФИО1 применил насилие в отношении него и потерпевшей Ц, Также О, указал на место, где ФИО1 публично оскорбил представителей власти в его лице и в лице Ж, и Е:,; протоколом осмотра предметов от 09.03.2025, в ходе составления которого был осмотрен СD-R диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения, установленных в зоне «Прилет» зеленого коридора терминала «С» МАП Шереметьево, а также видеозапись с индивидуального видеорегистратора «Дозор» № 0861 капитана полиции Ж,; протоколом очной ставки между обвиняемым ФИО1 и потерпевшим О,; протоколом очной ставки между обвиняемым ФИО1 и потерпевшей Ц,; листом расстановки должностных лиц таможенного поста Аэропорт Шереметьево (пассажирский) от 25 февраля 2025 года; приказом Шереметьевской таможни № 354-кс от 08.07.2024, согласно которому Ц, назначена на должность старшего инспектора отдела специальных таможенных процедур № 3 таможенного поста Аэропорт Шереметьево (пассажирский) Шереметьевской таможни с 12 июля 2024 года; должностной инструкцией старшего инспектора отдела специальных таможенных процедур № 3 таможенного поста Аэропорт Шереметьево (пассажирский) Шереметьевской таможни от 28 августа 2020 года; справкой от 17 марта 2025 года, согласно которой О,, приказом войсковой части 9596 № 161-ЛС от 26 августа 2021 года назначен контролером 1 категории 3 отделения пограничного контроля контрольно-пропускного пункта «Шереметьево - 2»; выпиской из Должностного регламента сотрудника, занимающего воинскую должность контролера 1 категории 3 отделения пограничного контроля в/ч 9596, утвержденного командиром в/ч 9596 31.03.2023 (инв. № 331 от 11.04.2023); протоколом об административном правонарушении № 119168827 от 26 февраля 2025 года, согласно которому в действиях ФИО1 усматриваются признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.21 КоАП РФ и постановлением по делу об административном правонарушении от 26 февраля 2025 года в отношении ФИО1; протоколом об административном задержании ШРМ АЗ 2025 от 25 февраля 2025 года, согласно которому ФИО1 доставлен в дежурную часть ЛУ МВД России в аэропорту Шереметьево и помещен в специальное помещение содержания задержанных лиц; вещественным доказательством – диском.

По преступлению, предусмотренному ст.319 УК РФ:

- оказаниями потерпевшего Ж,, согласно которым он 25 февраля 2025 года заступил на службу по охране общественного порядка в аэропорту Шереметьево в зоне «Вылет» терминала «В» по адресу: МО, г.о. Химки, в форменном обмундировании, также при нем находились специальные средства: наручники, радиостанция, индивидуальный видеорегистратор (дозор), табельное оружие. Он получил указание от старшего инспектора СОООП ЛУ МВД России в аэропорту Шереметьево капитана полиции З, проследовать в таможенную зону зеленого коридора терминала «С» МАП Шереметьево, где, по предварительной информации, находился пассажир с признаками опьянения. Там он увидел неизвестного ему ранее мужчину, у которого имелись признаки опьянения: резкий запах алкоголя, агрессия, несвязная речь. ФИО1 безадресно выражался нецензурной бранью, чем нарушал общественный порядок. До момента его прихода в зону таможенного контроля сотрудники Е:, и О, неоднократно делали ФИО1 замечания по поводу его поведения, высказывая требования к прекращению нарушения последним общественного порядка, также ФИО1 в отношении представителей власти в лице О, и Ц, была применена физическая сила.

Он сделал ФИО1 замечание по факту противоправности его поведения. На данное замечание ФИО1 никак не отреагировал и, будучи недовольным действиями сотрудника пограничного контроля стал публично, в присутствии гражданских лиц, высказываться в отношении О, грубой нецензурной бранью, связанной с исполнением последним своих должностных обязанностей. На попытки успокоить ФИО1 и пресечь его противоправные деяния, им было сделано повторное замечание, однако ФИО1 на него никак не отреагировал, стал размахивать руками, кричать, проявляя тем самым явное неуважение к сотрудникам. Через некоторое время, в ответ на высказанные оскорбления, им было сделано еще одно замечание ФИО1, однако последний, будучи недовольным законными действиями сотрудника таможенного контроля Е:, и его, публично, в присутствии гражданских лиц, стал высказываться в отношении Е:, и него, грубой нецензурной бранью, переходя на личное оскорбление, препятствуя тем самым выполнению ими своих должностных обязанностей, оскорбляя честь и достоинство как представителей власти. Свидетелем публичных оскорблений были гражданские лица, так, в частности, им стал сотрудник АО «МАШ» Д,, который проходил в это время по служебному коридору. Противоправное поведение ФИО1 продолжалось до момента прихода в зону таможенного контроля других сотрудников ЛУ МВД России в аэропорту Шереметьево, с которыми тот проследовал в отделение для составления протокола об административном правонарушении;

- показаниями потерпевшего Е:,, О,, свидетелей Ш,, У,, которые аналогичны показаниям потерпевшего Ж,;

- показаниями свидетеля Д,, согласно которым он 25 февраля 2025 года проходил по служебному коридору зоны «Прилет» зеленого коридора терминала «С» МАП Шереметьево, где увидел, как неизвестный ему ранее мужчина в грубой нецензурной форме, в присутствии гражданских лиц, высказывал в адрес сотрудников выражения, оскорбляющие их честь и достоинство. В последующем ему стало известно, что данными сотрудниками являются О,, Е:, и Ж,;

- показаниями специалиста К,, согласно которым в предъявленной ему видеозаписи от 25 февраля 2025 года с «Дозор» № 0861 инспектора Ж, содержатся негативные сведения о присутствующих представителях власти, их личных, деловых и моральных качествах. В целом, речь ФИО1 не соответствует нормам русского литературного языка, нарушает нормы культуры русской речи, нормы речевого этикета и нормы поведения в общественном месте.

- а также письменными материалами дела: протоколом осмотра предметов от 09 марта 2025 года, согласно которому осмотрен СD-R диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения, установленных в зоне «Прилет» зеленого коридора терминала «С» МАП Шереметьево, а также видеозапись с индивидуального видеорегистратора «Дозор» № 0861 капитана полиции Ж,; листом расстановки должностных лиц таможенного поста Аэропорт Шереметьево (пассажирский) от 25 февраля 2025 года, согласно которому сотрудник Шереметьевской таможни Е:, находился на службе и при исполнении 25 февраля 2025 года; приказом Шереметьевской таможни № 812-к от 17 августа 2022 года, согласно которому Е:, назначен на должность ведущего инспектора отдела специальных таможенных процедур № 3 таможенного поста Аэропорт Шереметьево (пассажирский) Шереметьевской таможни; должностной инструкцией ведущего инспектора отдела специальных таможенных процедур № 3 таможенного поста Аэропорт Шереметьево (пассажирский) Шереметьевской таможни от 28 августа 2020 года; постовой ведомостью специализированного отдела по обеспечению общественного порядка (в перевозочном и технологическом секторах объектов транспортной инфраструктуры) на 25 февраля 2025 года; приказом ЛУ МВД России в аэропорту Шереметьево № 376 л/с от 12 ноября 2020 года, согласно которому Ж, назначен на должность инспектора специализированного отдела по обеспечению общественного порядка (в перевозочном и технологическом секторах объектов транспортной инфраструктуры) подразделения полиции по охране общественного порядка линейного управления; должностным регламентом (должностной инструкцией) инспектора специализированного отдела по обеспечению общественного порядка (в перевозочном и технологическом секторах объектов транспортной инфраструктуры) подразделения полиции по охране общественного порядка ЛУ МВД России в аэропорту Шереметьево УТ МВД России по ЦФО от 16 декабря 2022 года и иными доказательствами, приведенными в приговоре.

В соответствии с требованиями закона в приговоре раскрыто содержание указанных доказательств.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что совокупность собранных по делу доказательств является достаточной для признания ФИО1 виновным в совершении инкриминируемых ему преступлений.

Все доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.ст.74, 86 УПК РФ, оценены судом в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ, в приговоре содержится их всесторонний анализ, указанные доказательства суд обоснованно признал допустимыми, достоверными, относимыми и, в совокупности достаточными для признания доказанной вины ФИО1 в инкриминируемом преступлении, при этом, выводы суда мотивированы, в связи с чем, оснований для их пересмотра не имеется.

Правильность оценки доказательств, данной судом в приговоре, сомнений не вызывает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, исходя из совокупности собранных доказательств, судом правильно установлены фактические обстоятельства содеянного, значимые для разрешения дела по существу, и дана правильная юридическая оценка действиям осужденного ФИО1 в связи с чем, они правильно квалифицированы по ч.2 ст.318 УК РФ, как применение насилия, опасного для здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, а также по ст.319 УК РФ за публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей.

Доводы адвоката Павлова В.Е. и осужденного ФИО1 об отсутствии умысла на применение насилия к потерпевшей Ц, и нанесении ей удара ввиду случайного стечения обстоятельств, опровергается показаниями потерпевших и свидетелей, который показали, что ФИО1 ввиду несогласия с тем, что потерпевшая Ц, удерживала его за ноги, оказывая ей сопротивление, нанес последней умышленный удар ногой в область лица. До того как Ц, наклонилась к ФИО1 и стала его удерживать, она обращалась к нему с просьбой успокоится, что исключает версию стороны защиты о том, что она подошла к осужденному незаметно и он ее не видел.

Причиненные потерпевшим Ц, и О. телесные повреждения свидетельствуют о применение ФИО1 насилия, опасного для здоровья.

Предусмотренных ст. 75 УПК РФ оснований для признания доказательств недопустимыми, в том числе показания потерпевших и свидетелей, данных на стадии предварительного расследования, суд не установил, поскольку допрашиваемые лица предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, давали последовательные показания, которые согласуются как меду собой, так и с письменными материалами уголовного дела.

Судом исследованы и проверены показания свидетелей, путем сопоставления с иными доказательствами. При оглашении показаний потерпевших и свидетелей нарушений требований уголовно-процессуального закона не допущено.

Сведений, позволяющих прийти к выводу о заинтересованности потерпевших и свидетелей при даче показаний в отношении ФИО1, о наличии оснований для его оговора, существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности осужденного, а равно данных, свидетельствующих об искусственном создании доказательств обвинения, вопреки доводам защитника, не установлено. Мотивов, позволяющих не согласиться с оценкой данной судом, не установлено.

Каких-либо не устраненных судом существенных противоречий в показаниях потерпевших и свидетелей по обстоятельствам дела и сомнений в виновности ФИО1, требующих истолкования в его пользу, не имеется.

Вопреки доводам жалобы, у судебной коллегии нет оснований полагать, что в основу приговора не положены какие-либо доказательства, которые могли повлиять на его выводы. Суд постановил приговор на достаточной совокупности тех доказательств, которые изложены в приговоре.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что в материалах дела не имеется и в суд первой и апелляционной инстанции не представлено доказательств, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения, а также о каких-либо провокационных действиях сотрудников ЛУ МВД России в а/п Шереметьево, отряда пограничного контроля ФСБ России МАП Шереметьево и отдела специальных таможенных процедур № 3 таможенного поста Аэропорт Шереметьево (пассажирский) Шереметьевской таможни.

Вопреки доводам жалобы адвоката, действия представителей власти были законными, направлены на пресечение противоправного поведения ФИО1 и нарушения им общественного порядка, которое выражалось в высказывании последним грубой нецензурной брани, слов ненормативной лексики, бранных слов оскорбительного характера, направленных на унижение чести и достоинства представителей власти, затрагивающие их личностные качества и дискредитирующие звание представителя власти.

Вопреки утверждениям адвоката, показания ФИО1, потерпевших и свидетелей, приведены в приговоре, соответствуют их показаниям, изложенным в протоколах допроса и протоколах судебного заседания, искажений не содержат.

Протоколы следственных действий составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается подписями участвующих лиц, и содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, в связи с чем, суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, дав им в приговоре надлежащую оценку.

Экспертные исследования в проведенных по делу и положенных в основу приговора экспертиз, выполнены с соблюдением установленных законом норм, необходимых методов экспертных исследований, на основе имеющихся конкретных данных об обстоятельствах преступления, надлежащим образом зафиксированных и находящихся в материалах уголовного дела.

Заключения экспертов мотивированы, в них указано кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, даны обоснованные и объективные ответы на поставленные перед экспертом вопросы и сделаны соответствующие выводы.

Сами заключения составлены компетентными лицами, полно, грамотно, в соответствии с требованиями закона, с учетом достижений науки, они согласуются с содержащимися в уголовном деле доказательствами, при этом эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, а сама экспертиза назначена в рамках предварительного следствия, должностным лицом, в производстве которого находилось уголовное дело.

Нарушений требований УПК РФ при назначении и проведении экспертиз не допущено, в связи с чем, оснований для признания экспертных заключений недопустимым доказательством не имеется.

То обстоятельство, что в ходе предварительного расследования обвиняемый и адвокат были ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы после производства экспертизы, в рассматриваемом случае не влечет признание доказательства недопустимым, поскольку данных о наличии у защиты дополнительных вопросов либо отводов эксперту, не представлено.

Всесторонний анализ собранных по делу доказательств, полученных в установленном законом порядке, полно и объективно исследованных в судебном заседании, и получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, вопреки доводам апелляционных жалоб, содержащих лишь субъективные суждения относительно убедительности доказательств, приведенных в обоснование обвинения, и направленных на их фактическую переоценку, позволил суду правильно установить фактические обстоятельства дела, и сделать обоснованный вывод о виновности осужденных в совершении инкриминируемых деяний.

Суд первой инстанции в достаточной степени мотивировал, почему принимает во внимание одни доказательства и отвергает другие.

Судебной коллегией не установлено таких нарушений уголовно-процессуального закона в ходе следствия и при рассмотрении дела судом, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства.

Обвинительное заключение по делу соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, в нем приведено существо предъявленного обвинения, место и время совершения инкриминированных деяний, способ, мотив, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Предъявленное обвинение является конкретным и понятным, содержит в себе описание преступлений с указанием способа их совершения и иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п.п. 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, которые позволяли надлежащим образом квалифицировать содеянное в соответствии с частью и статьей УК РФ, предусматривающими ответственность за установленные преступления.

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований не согласиться с изложенной в приговоре мотивированной и обоснованной позицией суда первой инстанции относительно квалификации действий осужденного, оснований для иной квалификации действий ФИО1 судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционных жалоб о незаконности и необоснованности приговора, недоказанности вины осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния, предусмотренного ч.2 ст.318 УК РФ, несогласии с оценкой доказательств, их принятием и исследованием, по существу сводятся к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется. Несовпадение оценки доказательств, сделанной судом, с позицией осужденного и его защитника не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для вмешательства в судебное решение.

Вопреки утверждениям стороны защиты о неполноте и необъективности предварительного следствия и судебного разбирательства, материалы дела не содержат.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства при расследовании и рассмотрении дела, которые путем лишения либо ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства либо иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Согласно ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание. При этом учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Наказание осужденному ФИО1 назначено с соблюдением требований ст. ст. 6, 60 УК РФ, суд учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, конкретные обстоятельства дела, смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности осужденного, который на учете в ПНД и НД не состоит.

Также, судом учтены цели наказания, указанные в ст. 43 УК РФ, заключающиеся в восстановлении социальной справедливости, исправлении осужденного и предупреждении совершения им новых преступлений.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному ФИО1 суд признал частичное признание вины в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.318 УК РФ, полное признание вины в совершении преступления предусмотренного ст.319 УК РФ, и раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшим, добровольное возмещение вреда, причиненного преступлением – ч.2 ст.318 УК РФ, благотворительную деятельность, наличие благодарственных писем и малолетнего ребенка на иждивении.

Иных обстоятельств, не учтенных судом, и отнесенных ст. 61 УК РФ к смягчающим наказание, в материалах уголовного дела не имеется, и судебной коллегии не предоставлено.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о применении положений ч.1 ст.62 УК РФ по преступлению, предусмотренному ч.2 ст.318 УК РФ, поскольку судом первой инстанции установлено в действиях ФИО1 наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ (добровольное возмещение вреда, причиненного преступлением) и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание доводы адвоката о хорошем поведении ФИО1 по месту содержания и наличии благодарственного письма от Администрации ФКУ СИЗО-7 ГУФСИН России по г..Москве, однако данные обстоятельства не являются безусловными для смягчения назначенного наказания.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 судом не установлено.

С учетом всех обстоятельств, влияющих на определение вида наказания, суд первой инстанции сделал правильные выводы о том, что ФИО1 следует назначить наказание по ч.2 ст.318 УК РФ, связанное с реальным лишением свободы, а по ст.319 УК РФ в виде обязательных работ.

Решение суда о возможном исправлении осужденного только в условиях его изоляции от общества в приговоре мотивировано и с данным решением соглашается судебная коллегия.

Оснований для переоценки данных выводов суда первой инстанции не имеется, в виду отсутствия убедительных данных, позволяющих полагать, что не утрачена возможность исправления осужденного без их изоляции от общества.

Каких-либо сведений, свидетельствующих о невозможности отбывания осужденным наказания в виде лишения свободы по состоянию здоровья, у суда первой инстанции не имелось, и судебной коллегии не представлено.

Оснований для применения ст. 73 УК РФ суд обоснованно не нашел, сделав правильный вывод о том, что такое наказание не окажет на осужденного должного исправительного воздействия, не будет отвечать целям и задачам уголовного наказания, указанным в ч. 2 ст. 43 УК РФ, принципу справедливости.

Равно как и не видит поводов для изменения категории преступлений в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ. Решение суда о неприменении положений ч.6 ст.15 УК РФ является мотивированным, соответствует требованиям уголовного закона и не вызывает сомнения в своей обоснованности.

Судебная коллегия также не находит оснований для применения выше указанных статей, учитывая данные о личности осужденного, обстоятельства совершенных преступлений и отсутствие каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения осужденным преступлений, его поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности данных преступлений, а указанные выше смягчающие наказание обстоятельства и сообщение в суде апелляционной инстанции защитником как отдельно, так и в их совокупности, не являются исключительными.

Вид исправительного учреждения назначен осуждённому правомерно в соответствии с требованиями ст.58 УК РФ.

Вместе с тем, судебная коллегия отмечает, что запрет, предусмотренный п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, засчитывается в срок содержания под стражей из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей (п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ).

В соответствии с правилами исчисления сроков наказаний и зачета наказания, в случае назначения отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, время содержания под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима (п. "б" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ)

Таким образом, мера пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, засчитывается в срок лишения свободы путем последовательного применения положений п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ и положений ч. 3.1, 3.2 ст. 72 УК РФ, то есть сначала в срок содержания под стражей, а затем в срок лишения свободы, что не было принято во внимание судом первой инстанции.

Суд при произведении зачета избранной меры пресечения в виде запрета определенных действий с срок отбывания наказания руководствовался лишь положениями п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ.

В то время как при отсутствии надлежащего апелляционного повода судебная коллегия в соответствии с положениями ст. 389.24 УПК РФ не может ухудшить положение осужденного.

Вместе с тем, в резолютивной части приговора при назначении окончательного наказания по совокупности преступлений, суд при назначении наказания по ч.3 ст.69 УК РФ допустил ее изложение, не основанное на законе.

Данный недостаток приговора суд апелляционной инстанции полагает возможным устранить путем внесения соответствующего уточнения в резолютивную часть приговора, что не ухудшает положение осужденного, поскольку из приведенной в резолютивной части приговора формулировки при назначении окончательного наказания следует фактическое применение судом положений ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Химкинского городского суда Московской области от 03 сентября 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

- уточнить в резолютивной части приговора о назначении ФИО1 наказания по ч.3 ст.69 УК РФ, с учетом положений п. "г" ч. 1 ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно в виде 2 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Павлова В.Е. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам п.1 ч.1 и п.1 ч.2 ст. 401.3 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения путем подачи в суд первой инстанции кассационных жалоб, представления, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационных жалоб, принесения кассационного представления, осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий М.В. Сеурко

Судьи Е.А. Курносова

А.А. Шаталов