Решение № 2-1089/2025 2-1089/2025(2-8754/2024;)~М-7585/2024 2-8754/2024 М-7585/2024 от 22 октября 2025 г. по делу № 2-1089/2025

Дело № 2-1089/2025(20)

66RS0004-01-2024-012900-17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 октября 2025г. г. Екатеринбург

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга в составе

председательствующего судьи Серебренниковой О.Н.,

при секретаре Киселевой В.А.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к Государственному автономному учреждению здравоохранения <адрес> «Областная детская клиническая больница» о признании незаконными действий по снижению гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях труда в виде уменьшения продолжительности ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска и размера компенсационной выплаты, возложении обязанности восстановить гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда в прежнем объеме, возложении обязанности произвести перерасчет и выплату надбавки за работу во вредных условиях труда, признании права на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, возложении обязанности предоставить ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, взыскании компенсации за неиспользованный ежегодный дополнительный отпуск, процентов за задержку выплат, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 обратились в суд с иском (т.1 л.д.3-27) к ответчику Государственному автономному учреждению здравоохранения <адрес> «Областная детская клиническая больница», в котором с учетом окончательно сформированной позиции (т.1 л.д.227-230, т.5 л.д.1-6), просили:

- истец ФИО3: признать незаконными действия ответчика в части снижения гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях труда, а именно уменьшения размера надбавки (компенсационной) выплаты и уменьшения продолжительности дополнительного оплачиваемого отпуска за работу во вредных условиях труда; взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию за неиспользованные дни дополнительного отпуска в количестве 54 календарных дней за период с 01.10.2016г. по 30.08.2023г.в размере 93493,98руб.; возложить на ответчика обязанность произвести перерасчет и выплату в пользу истца надбавки (компенсационной выплаты) за работу во вредных условиях труда из расчета 15% от размера должностного оклада по занимаемой должности за период с 01.12.2015г. по 30.08.2023г.; возложить на ответчика обязанность восстановить истцу за работу во вредных условиях труда компенсационную выплату в размере 15 % от должностного оклада по занимаемой должности с 04.10.2023г.; признать за истцом ФИО3 с 04.10.2023г. право на дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда продолжительностью 14 календарных дней (12 рабочих дней), обязать ответчика предоставить истцу дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда за период с 04.10.2023г. по 03.10.2024г. продолжительностью 6 календарных дней; взыскать компенсацию морального вреда в размере 30000,00руб.

- истец ФИО4: признать незаконными действия ответчика в части снижения истцу гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях труда, а именно уменьшения размера надбавки (компенсационной) выплаты и уменьшения продолжительности дополнительного оплачиваемого отпуска за работу во вредных условиях труда; взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию за неиспользованные дни дополнительного отпуска в количестве 78 календарных дней за период с 03.01.2001г.по 21.07.2023г. в размере 140465,52 руб.; возложить на ответчика обязанность произвести перерасчет и выплату в пользу истца надбавки (компенсационной выплаты) за работу во вредных условиях труда из расчета 15% от размера должностного оклада по занимаемой должности за период с 03.01.2001г. по 21.07.2023г.; возложить на ответчика обязанность восстановить истцу за работу во вредных условиях труда компенсационную выплату в размере 15 % от должностного оклада по занимаемой должности с 01.09.2023г.; признать за истцом ФИО4 с 01.09.2023г. право на дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда продолжительностью 14 календарных дней (12 рабочих дней), обязать ответчика предоставить истцу дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда за период с 01.09.2023г. по 30.08.2024г. продолжительностью 6 календарных дней; взыскать компенсацию морального вреда в размере 30000,00руб.; взыскать с ответчика расходы по оформлению нотариальной доверенности в размере 2690,00руб.

- истец ФИО5: признать незаконными действия ответчика по не предоставлению истцу гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях труда, а именно надбавки (компенсационной выплаты) в размере 15 % от должностного оклада по занимаемой должности и дополнительного оплачиваемого отпуска за работу во вредных условиях труда продолжительностью 14 календарных (12 рабочих) дней; возложить на ответчика обязанность произвести перерасчет и выплату истцу за работу во вредных условиях труда компенсационной выплаты из расчета 15 % от должностного оклада по занимаемой должности с 08.12.2022г.; признать за истцом ФИО5 с 08.12.2022г. право на дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда продолжительностью 14 календарных (12 рабочих) дней и обязать ответчика предоставить истцу дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда за период с 08.12.2022г. по 07.2024г. в количестве 12 календарных дней; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 30000,00руб.; взыскать с ответчика судебные расходы по оформлению нотариальной доверенности в сумме 2690,00руб.

- истец ФИО6: признать незаконными действия ответчика в части не предоставления истцу гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях труда в полном объеме, а именно 15 % размера надбавки (компенсационной выплаты) от должностного оклада по занимаемой должности и дополнительного оплачиваемого отпуска за работу во вредных условиях труда продолжительностью 14 календарных (12 рабочих) дней; возложить на ответчика обязанность произвести перерасчет и выплату истцу надбавки (компенсационной выплаты) за работу во вредных условиях труда из расчета 15% от должностного оклада по занимаемой должности за период с 01.12.2015г. по 23.08.2024г. по основной должности, за период с 01.01.2020г. по 23.08.2024г.по должности, занимаемой на условиях совместительства; взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию за неиспользованный дополнительные отпуск за работу во вредных условиях труда за период с 18.11.2013г. по 23.08.2024г. в сумме 105587,02руб., за период с 01.01.2020г. по 23.08.2024г. по основной должности, в сумме 765,28руб. за период с 01.01.2020г. по 23.08.2024г. по трудовому договору по совместительству, проценты за задержку выплаты компенсации в размере 57798,93руб. за период с 24.08.2024г. по 06.10.2025г. с продолжением начисления процентов исходя из 1/150 от размера ключевой ставки ЦБ РФ на сумму основного долга 106352,30 руб., начиная с 07.10.2025г. по день фактической выплаты; взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда 30000,00руб.

Также ФИО3, ФИО4, ФИО5 просили взыскать в свою пользу судебные расходы по оплате юридических услуг представителя по 25000,00руб. (т.5 л.д.7).

В обоснование своих требований истцами указано, что они состоят (состояли) с ответчиком в трудовых отношениях. Истец ФИО3 работала у ответчика в следующих должностях: Фельдшер-лаборант – с 28.08.1984г., Старший лаборант – с 29.11.1985г., Фельдшер-лаборант - с 02.10.1998г., в Экспресс-лаборатории, далее, Медицинский технолог – с 01.09.2001г. в Лаборатории клинической биохимии и экспресс-диагностики, с 31.03.2003г. в Иммунологической лаборатории отдела иммунологии, с 02.02.2015г. по 30.08.2023г. – в Клинико-диагностической лаборатории. В настоящее время, с 04.10.2023г. работает в должности Медицинский технолог в Клинико-диагностической лаборатории. Истец ФИО7 работала с 11.08.1986г. в должности Фельдшер-лаборант в Биохимической лаборатории, с 16.10.1990г. в Лабратории гемостаза, с 02.02.2015г. по 21.07.2023г. в Клинико-диагностической лаборатории. В настоящее время с 01.09.2023г. работает в должности Фельдшер-лаборант в Клинико-диагностической лаборатории. Истец ФИО8 работала с 13.08.2003г. в должности Медицинский лабораторный техник в Лаборатории клинической биохимии и экспресс-диагностики, с 02.02.2015г. по 27.05.2021г. в Клинико-диагностической лаборатории. В настоящее время с 08.12.2022г. работает в должности Медицинский лабораторный техник в Клинико-диагностической лаборатории. Истец ФИО9 работала у ответчика с 18.11.2013г. в должности Медицинский лабораторный техник в Лаборатории клинической биохимии и экспресс-диагностики, с 02.02.2015г. по 23.08.2024г. работала в должности Медицинский лабораторный техник в Клинико-диагностической лаборатории.

Истцы указывают, что несмотря на работу в различных структурных подразделениях, которые впоследствии были присоединены к вновь созданной клинико-диагностической лаборатории на основании приказа главврача больницы №-п от 23.01.2015г., в трудовых книжках истцов от 02.02.2015г. имеются записи о перемещении в КДЛ, фактически рабочие места (кабинеты, рабочие столы, оборудование) истцов остались прежними, изменилось только наименование структурного подразделения, условия труда истцов являлись и являются вредными, в связи с чем, до определенного времени истцам выплачивалась надбавка (компенсационная выплата) 15 % к должностному окладу за работу во вредных условиях труда и предоставлялся дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 12 рабочих (календарных дней). Как следует из приведенной в иске таблицы и документов, предоставленных ответчиком по запросам истцов, с 01.12.2015г. изменился размер 15% надбавки (компенсационной) выплаты за работу во вредных условиях труда, ответчик стал выплачивать истцам фиксированную сумму 623,55 руб., соответствующую размеру надбавки на 01.12.2015г., не зависящую от роста должностного оклада; с 01.10.2016г. размер 15% надбавки (компенсационной выплаты), в том числе в виде фиксированной выплаты был снижен до 4% от размера должностного оклада, продолжительность дополнительного отпуска - до 7 календарных дней. Истцы считают снижение гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях труда незаконными. В соответствии с пунктом 174 Списка производств, цехов профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительных оплачиваемый отпуск и сокращенный рабочий день, утвержденного Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25.10.1974г. №, право на дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 12 рабочих дней имеют работники учреждений здравоохранения, относящиеся к среднему медицинскому персоналу. Должность фельдшер-лаборант (медицинский лабораторный техник) (истцы ФИО4, ФИО5, ФИО6) относится к среднему медицинскому персоналу в соответствии с п.2.3 Приложения № к постановлению Минтруда РФ от 27.08.1997г. № «О согласовании разрядов оплаты труда и тарифно-квалификационных характеристик по должностям работников здравоохранения РФ», Приложением № к Приказу Минздрава РФ от 24.04.2003г. № «О внесении изменений и дополнений в приказ Минздравоохранения РФ», Приказом Минздравсоцразвития РФ от 23.07.2010г. №н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих», раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения», пунктом 1.4. Приказа Минздрава РФ от 20.12.2012г. №н «Об утверждении Номенклатуры должностей медицинских работников и фармацевтических работников», пункт 9.29 Приказа Минздрава РФ от 02.05.2023г. №н «Об утверждении Номенклатуры должностей медицинских работников и фармацевтических работников». Следовательно, продолжительность дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда для истцов должна составлять 12 рабочих дней. Факт отнесения должности, занимаемой истцом ФИО3, - медицинский технолог к среднему медицинскому персоналу и работы во вредных условиях труда установлены вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 22.08.2012г. Карты аттестации рабочих мест истцов по их запросам ответчиком предоставлены не были, в связи с чем истцы делают вывод о их утрате и/или отсутствии. Как следует из информационных справок по дополнительным отпускам, предоставленных ответчиком по запросам истцов, начиная с 2002г. ответчик предоставляет дополнительные отпуска за работу во вредных условиях труда, исчисляя их продолжительность не в рабочих, а в календарных днях. В письме Минтруда и социального развития РФ от 01.02.2002г. №-ВВ даны разъяснения о необходимости перевода отпусков, предоставляемых в рабочих днях, в календарные дни согласно требованиям ст.120 ТК РФ. Частью 5 ст.139 ТК РФ для оплаты отпусков, продолжительность которых определяется не в календарных, а в рабочих днях, предусмотрен порядок расчета исходя из шестидневной рабочей недели. Таким образом, для перевода рабочих дней в календарные должна применяться следующая формула: 7 кал.д./6 раб. =1,2. Соответственно, 12 рабочих дней отпуска х1,2 = 14,4 (округляют до 14) календарных дней. Неправомерность действий ответчика по исчислению продолжительности дополнительных отпусков в календарных, а не в рабочих днях без прибавки дополнительно 2х дней подтверждена вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 22.08.2012г. по истцу ФИО10 Таким образом, за периоды 2002-2016г.г. при условии отработки истцами нормы рабочего времени во вредных условиях труда, истцами не было использовано ежегодно по 2 календарных дня отпуска. С 01.01.2014г. вступил в действие ФЗ «О специальной оценке условий труда», а также были внесены изменения в ст. 117 и ст. 147 ТК РФ. В соответствии с ч.3 ст.15 ФЗ от 28.12.2013г. № 421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в связи с принятием ФЗ «О специальной оценке условий труда» при реализации в соответствии с положениями ТК РФ в редакции ФЗ №- ФЗ в отношении работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных производственных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда), порядок и условия осуществления таких мер не могу быть ухудшены, а размеры снижены по сравнению с порядком, условиями и размерами фактически реализуемых в отношении указанных работников компенсационных мер по состоянию на день вступления в силу настоящего ФЗ при условии сохранения соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер. Из приведенной нормы следует, что для тех работников, которые работали до изменения правового регулирования, проведения специальной оценки условий труда, в части предоставления гарантий при работе во вредных условиях труда, предусмотрены дополнительные гарантии, в том числе в виде сохранения права на дополнительный отпуск той продолжительности, который ранее был им установлен в соответствии с условиями трудового договора, а также в части сохранения размера доплаты за работу во вредных условиях труда (данная правовая позиция выражена в определении Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 15.10.2020г. №, а также определении Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 18.06.2020г.№). Для реализации в отношении конкретного работника положений указанной нормы (запрет на ухудшение порядка и условий осуществления компенсационных мер, запрет на снижение размера компенсационных мер) необходимо наличие совокупности следующих юридически значимых обстоятельств:

1) занятость работника на работах с вредными и (или) опасными условиями труда

2) фактическая реализация работодателем в отношении работника по состоянию на день вступления в силу ФЗ от 28.12.2013г. № 421-ФЗ (01.01.2014г.) компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительности рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда

3) сохранение соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер (данная правовая позиция выражена в апелляционном определении Свердловского областного суда от 02.03.2021г. по делу № (33-1741/2021).

Факт работы истцов во вредных условиях труда подтверждается включением занимаемых истцами должностей в Список 1974г. Как следует из информационных справок по дополнительным отпускам, расчетных листков по заработной плате, всем истцам по состоянию на 01.01.2014г. ответчиком предоставлялись следующие гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда: 15 % надбавка (компенсационная выплата) от размера должностного оклада; 12 календарных дней (должно быть 12 рабочих или 14 календарных дней) дополнительного оплачиваемого отпуска. Условия труда истцов на рабочих местах не изменились: истцы работают с теми же реагентами и биологическим материалом, с использованием того же оборудования. Начиная с 01.01.2014г. никаких мероприятий по улучшению условий труда на рабочих местах истцов ответчиком не производилось. Следовательно, у истцов в силу прямого указания закона сохранилось право на получение гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях труда в том же объеме, какой реализовывался ответчиком в отношении каждого из истцов по состоянию на день вступления в силу ФЗ «О специальной оценке условий труда», то есть, на 01.01.2014г. При этом результаты СОУТ рабочих мест истцов юридического значения не имеют в отсутствие соблюдения условий ч.3 ст.15 ФЗ № 421-ФЗ от 28.12.2013г. и доказательств улучшения условий труда на рабочих местах. По запросам истцов ответчиком были выданы следующие карты СОУТ рабочих мест: рабочего места медицинского технолога (истец ФИО3): -№ от 12.10.2015г., итоговый класс (подкласс) условий труда определен 3.1., № от 26.12.2022г., итоговый класс (подкласс) условий труда определен 3.2.; рабочего места медицинского лабораторного техника КДЛ (истцы ФИО5, ФИО6, ФИО4): № от 14.11.2017г., итоговый класс (подкласс) условий труда определен 3.2., № от 26.12.2022г., итоговый класс (подкласс) условий труда определен 3.2. В соответствии с ч.4 ст.14 ФЗ от 28.12.2013г. № –ФЗ «О специальной оценке условий труда» (с изменениями и дополнениями) вредными условиями труда (3 класс) являются условия труда, при которых уровни воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов превышают уровни, установленные нормативами (гигиеническими нормативами) условий труда, в том числе подкласс 3.2 (вредные условия труда 2 степени) - условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых способны вызвать стойкие функциональные изменения в организме работника, приводящие к появлению и развитию начальных форм профессиональных заболеваний или профессиональных заболеваний легкой степени тяжести (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (пятнадцать и более лет). Между истцами ФИО4, ФИО3, ФИО6 и ответчиком были заключены 30.06.2021г. соглашения к трудовому договору на осуществление функциональных обязанностей в период работы с covid-19. Согласно п. 2 данного соглашения работнику поручается выполнение функций, направленной на проведение лабораторных исследований биологического материала пациентов с covid-19 и/или пневмониями средней степени тяжести и тяжелыми формами в условиях противоэпидемиологического режима. У истца ФИО4 на основании протокола заседания рабочей врачебной комиссии № от 16.03.2022г. был подтвержден страховой случай заражения covid-19 в связи с выполнением трудовых обязанностей. Из расчетных листков некоторых истцов следует, что они выполняли свои трудовые обязанности с ВИЧ-инфицированным материалом при проведении лабораторных исследований. Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от г. N4 утверждены Санитарные правила и нормы СанПиН 3.3686-21 "Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней" (зарегистрировано в Минюсте РФ Регистрационный N 62500, действуют с 01.09.2021г.). Согласно Приложению 1 кСП 3.3686-21 covid-19 и ВИЧ отнесены ко 2 группе ПБА по патогенности. Классификатором вредных и (или) опасных производственных факторов (Приложение № к Методике проведения СОУТ, утвержденной Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от г. N817н патогенные микроорганизмы II группа патогенности - возбудители высоконтагиозных эпидемических заболеваний человека- относятся к классу (подклассу) условий труда 3.3. По мнению истцов, право на дополнительный отпуск продолжительностью именно 12 рабочих дней, также предусмотрено п. 4.2. отраслевого соглашения на 2015-2017г.г. (утверждено 17.04.2015г.) ежегодные дополнительные отпуска предоставляются работникам учреждений <адрес>, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда в соответствии с приложением к коллективному договору, разработанному с учетом постановления Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 25.10.1974г. №/П-22. Соглашением от 11.04.2017г.№ отраслевое соглашение, заключенное на 2015-2017гг., продлено на 2017-2020г.<адрес> Отраслевого соглашения по государственным учреждениям <адрес>, находящимися в ведении Министерства здравоохранения <адрес> на 2021-2024годы (вступило в силу 17.11.2021г.), которым предусмотрено, что в случае установления по результатам СОУТ класса (подкласса) вредности 3.2. и более, а также если в учреждении не проведена СОУТ, для определения продолжительности дополнительного отпуска работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, необходимо применять Постановление Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 25.10.1974г. №/П-22 (в редакции 29.05.1991г.) «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на ежегодный оплачиваемый отпуск и сокращенный рабочий день» в части, не противоречащей действующему законодательству. Абзац 2 п. названного соглашения указывает, что при проведении СОУТ и отнесении условий труда на рабочих местах к вредным условиям (класс 3) и (или) опасным (класс 4) в соответствии с п.3 ст.15 ФЗ от 28.12.2013г. № 421-ФЗ работникам предоставляется дополнительный отпуск ранее установленной продолжительности. Истцы считают, что ответчиком дополнительные оплачиваемые отпуска за работу во вредных условиях труда за отработанные периоды были предоставлены меньшей продолжительности, чем положено. Истцы ФИО3, ФИО4, ФИО5 в настоящий момент продолжают трудовые отношения с ответчиком. Соответственно, их права на гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда могут быть восстановлены путем возложения на ответчика обязанности восстановить истцам с 01.12.2015г. надбавку (компенсационную) выплату за работу во вредных условиях труда в размере 15% от размера должностного оклада по занимаемой должности, с 01.10.2016г. дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда продолжительностью 12 рабочих дней. Истец ФИО6 прекратила трудовые отношения с ответчиком 23.08.2024г. В соответствии со статьей 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. Постановлением Конституционного суда РФ от 25.10.2018г. №-П сформулирована правовая позиция, согласно которой положения части 1 статьи 392 ТК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в систему действующего правового регулирования не ограничивают правом работника на получение при увольнении денежной компенсации за все неиспользованные отпуска и, если данная компенсация не была выплачена работодателем непосредственно при увольнении, не лишают работника права на ее взыскание в судебном порядке независимо от времени, прошедшего с момента окончания рабочего года, за который должен был быть предоставлен тот или иной неиспользованный (полностью или частично) отпуск, при условии обращения в суд соответствующими требованиями в пределах установленного законом срока, исчисляемого с момента прекращения трудового договора. В силу части 3 статьи 392 ТК РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении. Согласно п. 8 Инструкции о порядке применения Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день (утверждена постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от N 273/П-20 ), полный дополнительный отпуск согласно Списку предоставляется рабочим, инженерно-техническим работникам и служащим, если они в рабочем году фактически проработали в производствах, цехах, профессиях и должностях с вредными условиями труда не менее 11 месяцев. Ответчиком выплачена компенсация за 6 календарных дней, остаток составляет 4 календарных дня. Всего за период с 18.11.2013г. по 23.08.2024г. с учетом фактически отработанного времени истцу должна была быть выплачена компенсация за 83 календарных дня дополнительного оплачиваемого отпуска (по основной должности). По этому же истцу за период работы по совместительству количество дней отпуска составит всего 90 календарных дней. Из расчетного листка по заработной плате истца за август 2024г. следует, что ей выплачена компенсация за основной отпуск 4113,78руб. за 3 дня, следовательно, средний дневной заработок для выплаты компенсации за неиспользованный отпуск будет составлять 4113,78 руб./3 =1371,26 руб. за 90 дней календарного отпуска компенсация будет составлять123413,4 руб. Истец ФИО6 со ссылкой на ст.236 ТК РФ также исчисляет к взысканию с ответчика соответствующую компенсацию за задержку выплат. Все истцы также со ссылкой на ст.237 ТК РФ просят взыскать в их пользу компенсацию морального вреда по 30000,00руб.

В своих уточнениях (т.1 л.д.227-230) истцы также указывают на то, что периоды работы истца ФИО3 в должности медицинского лабораторного техника КДЛ: 28.08.1984г. по 30.08.2023г., с 04.10.2023г.по настоящее время. Согласно расчету ответчика от 14.02.2025г., количество дней неиспользованного дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда за период с 01.10.2016г. по 30.08.2023г. в рабочих днях - 33 дня, в календарных днях - 45 дней. Приказом №-к от 25.08.2023г. трудовые отношения сторон были прекращены (как указывает ситец, для перерасчета пенсии). ПО мнению истца ФИО3, она несмотря на состоявшееся увольнение, и прием затем снова на работу, вправе требовать выплаты компенсации за неиспользованные дни дополнительного отпуска с 01.10.2016г. Размер компенсации за неиспользованные дни дополнительного отпуска за период с 01.10.2016г. по 30.08.2023г. составит 77911,65руб. (1731,37руб.х45 кал.дн.). Также ФИО3 указывает, что в трудовом договоре № от 04.10.2023г. гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда предусмотрены в виде компенсационной выплаты в размере 5% от должностного оклада и дополнительный отпуск продолжительностью 8 календарных дней. Данные условия трудового договора противоречат ч.3 ст.15 ФЗ №, предусматривающей сохранение гарантий и компенсаций работникам, работающим во вредных условиях труда, в размере, аналогичном предоставляемым гарантиям и компенсациям по состоянию на 01.01.2014г., а также отраслевому соглашению на 2021-2024г.г., предусматривающему продолжительность дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда в соответствии со Списком 1974г., то есть 12 рабочих дней (для занимаемой истцом должности). Восстановление нарушенных прав истца возможно путем возложения на ответчика обязанности восстановить истцу ФИО3 за работу во вредных условиях труда компенсационную выплату в размере 15 % от должностного оклада и дополнительный оплачиваемый отпуск 12 рабочих дней с 04.10.2023г.

Периоды работы истца ФИО4 в должности фельдшера-лаборанта КДЛ: с 03.01.2002г. по 21.07.2023г., и с 01.09.2023г. по настоящее время. Согласно расчету ответчика от 14.02.2025г., количество дней неиспользованного дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда за период с 03.01.2001г. по 21.07.2023г.: в рабочих днях -33 дня, в календарных днях- 78 дней. Приказом №-к от 17.07.2023г. трудовые отношения были прекращены (как указывает истец, для перерасчета пенсии). Истец ФИО4 также считает, что она вправе требовать выплаты компенсации за неиспользованные дни дополнительного отпуска и за более ранний период трудовых отношений, прекращенных в июле 2023г. Размер компенсации за неиспользованные дни дополнительного отпуска за период с 03.01.2001г. по 21.07.2023г. составит 140465,52 руб. (1800,84 руб.х78 кал.дн.). В трудовом договоре № от 01.09.2023г. гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда предусмотрены в виде компенсационной выплаты в размере 5% от должностного оклада и дополнительный отпуск продолжительностью 8 календарных дней. Данные условия трудового договора противоречат ч.3 ст.15 ФЗ №, предусматривающей сохранение гарантий и компенсаций работникам, работающим во вредных условиях труда, в размере, аналогичном предоставляемым гарантиям и компенсациям по состоянию на 01.01.2014г., а также отраслевому соглашению на 2021-2024г.г., предусматривающему продолжительность дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда в соответствии со Списком 1974г., то есть, 12 рабочих дней (для занимаемой истцом должности). Восстановление нарушенных прав истца возможно путем возложения на ответчика обязанности восстановить истцу ФИО4 за работу во вредных условиях труда компенсационную выплату в размере 15 % от должностного оклада и дополнительный оплачиваемый отпуск 12 рабочих дней с 01.09.2023г.

Период работы истца ФИО5 в должности медицинского лабораторного техника КДЛ: с 08.12.2022г. по настоящее время. В трудовом договоре № от 08.12.2022г. гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда предусмотрены в виде компенсационной выплаты в размере 5% от должностного оклада и дополнительный отпуск продолжительностью 8 календарных дней. Данные условия трудового договора противоречат ч.3 ст.15 ФЗ №, предусматривающей сохранение гарантий и компенсаций работникам, работающим во вредных условиях труда, в размере, аналогичном предоставляемым гарантиям и компенсациям по состоянию на 01.01.2014г., а также отраслевому соглашению на 2021-2024г.г., предусматривающему продолжительность дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда в соответствии со Списком 1974г., то есть, 12 рабочих дней (для занимаемой истцом должности). Восстановление нарушенных прав истца возможно путем возложения на ответчика обязанности восстановить истцу ФИО5 за работу во вредных условиях труда компенсационную выплату в размере 15 % от должностного оклада и дополнительный оплачиваемый отпуск 12 рабочих дней с 08.12.2022г.

Период трудовых отношений истца ФИО6 по основной должности медицинский лабораторный техник КДЛ с 18.11.2013г. по 23.08.2024г., по аналогичной должности на условиях совместительства с 01.01.2020г. по 23.08.2024г. Истцом произведен расчет количества дней неиспользованного дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда, согласно которому количество дней неиспользованного отпуска составит: за период работы с 18.11.2013г. по 23.08.2024г. по трудовому договору № от 18.11.2013г. (основная должность): в рабочих днях- 60 дней (по расчету ответчика -45), в календарных днях - 71 день (по расчету ответчика - 69). Как следует из личной карточки истца, на основании приказа №-п от 18.11.2023г. истцу установлены условия работы сверх нормы 50%, что подтверждается и расчетными листками по заработной плате, из которых следует факт работы истца сверх установленной сокращенной нормы рабочего времени. Подробный анализ фактически отработанного истцом времени приведен в первоначальном исковом заявлении. С учетом этого обстоятельства, количество дней неиспользованного дополнительного отпуска составит: в рабочий днях- 66 дней, в календарных днях- 77 дней. За период работы с 01.01.2020г. по 23.08.2024г. по трудовому договору № от 01.01.2020г. (по совместительству), с учетом фактически отработанного времени, количество дней неиспользованного дополнительного отпуска составит: в рабочих днях - 8 дней, в календарных днях - 8 дней. По основной должности размер компенсации составит 97359,46руб. По должности на условиях совместительства размер компенсации составит 98124,74руб. Также истцом производится расчет процентов за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск по ст. 236 ТК РФ за период с . по 17.03.2025г., которые составят 27298.30 руб.

В уточнениях от 06.10.2025г. (т.5 л.д.1-6) истец ФИО3 указывает, что периоды ее работы в должности медицинского лабораторного техника КДЛ: 28.08.1984г. по 30.08.2023г. и с 04.10.2023г. по настоящее время. Количество дней не предоставленного дополнительного отпуска за период с 01.10.2016г. по 30.08.2023г. составит 54 календарных дня, сумма полагающейся истцу компенсации за неиспользованные дни отпуска составит 93493,98руб. Количество дней не предоставленного дополнительного отпуска по трудовому договору № от 04.10.2023г. составит 6 календарных дней.

Истец ФИО4 в этих же уточнениях к иску указывает, что за периоды ее работы в должности фельдшера-лаборанта КДЛ количество дней неиспользованного дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда за период с 03.01.2001г. по 21.07.2023г. составит в рабочих днях - 33 дня, в календарных днях - 78 дней. Приказом №-к от 17.07.2023г. трудовые отношения были прекращены. Следовательно, истец ФИО4 вправе требовать выплаты компенсации за неиспользованные дни дополнительного отпуска. Размер компенсации за неиспользованные дни дополнительного отпуска за период с 03.01.2001г. по 21.07.2023г. составит 140465,52руб. В трудовом договоре № от 01.09.2023г. гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда предусмотрены в виде компенсационной выплаты в размере 5% от должностного оклада и дополнительный отпуск продолжительностью 8 календарных дней. Данные условия трудового договора противоречат ч.3 ст.15 ФЗ №, предусматривающей сохранение гарантий и компенсаций работникам, работающим во вредных условиях труда, в размере, аналогичном предоставляемым гарантиям и компенсациям по состоянию на 01.01.2014г., а также отраслевому соглашению на 2021-2024г.г., предусматривающему продолжительность дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда в соответствии со Списком 1974г., то есть, 12 рабочих дней (для занимаемой истцом должности). Восстановление нарушенных прав истца возможно путем возложения на ответчика обязанности восстановить истцу ФИО4 за работу во вредных условиях труда компенсационную выплату в размере 15 % от должностного оклада и дополнительный оплачиваемый отпуск 12 рабочих дней с 01.09.2023г.

Истец ФИО5 в этих же уточнениях к иску указывает, что ее период работы в должности медицинского лабораторного техника КДЛ с 08.12.2022г. по настоящее время. В трудовом договоре № от 08.12.2022г. гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда предусмотрены в виде компенсационной выплаты в размере 5% от должностного оклада и дополнительный отпуск продолжительностью 8 календарных дней. Данные условия трудового договора противоречат ч.3 ст.15 ФЗ №, предусматривающей сохранение гарантий и компенсаций работникам, работающим во вредных условиях труда, в размере, аналогичном предоставляемым гарантиям и компенсациям по состоянию на 01.01.2014г. (истец состояла в трудовых отношениях с ответчиком в период с 13.08.2002г.по 27.05.2021г.), а также отраслевому соглашению на 2021-2024г.г., предусматривающему продолжительность дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда в соответствии со Списком 1974г., то есть 12 рабочих дней (для занимаемой истцом должности). Количество дней не предоставленного дополнительного отпуска за рабочий период с 08.12.2022г. по 07.12.2023г. 6 календарных дней, за рабочий период с 08.12.2023г. по 07.12.2024г. - 6 календарных дней.

Истец ФИО6 в тех же уточнениях к иску указывает, что период ее трудовых отношений по основной должности медицинский лабораторный техник КДЛ с 18.11.2013г. по 23.08.2024г. По аналогичной должности на условиях совместительства с 01.01.2020г. по 23.08.2024г. Количество дней неиспользованного отпуска по расчету истца составит: за период работы с 18.11.2013г. по 23.08.2024г. по трудовому договору № от 18.11.2013г. (основная должность): в рабочих днях- 60 дней, в календарных днях - 71 день. Как следует из личной карточки истца, на основании приказа №-п от 18.11.2023г. истцу установлены условия работы сверх нормы 50%, что подтверждается и расчетными листками по заработной плате, из которых следует факт работы истца сверх установленной сокращенной нормы рабочего времени. Подробный анализ фактически отработанного истцом времени приведен в первоначально поданном исковом заявлении. С учетом этого, количество дней неиспользованного дополнительного отпуска составит: в рабочий днях - 66 дней, в календарных днях - 77 дней. За период работы с 01.01.2020г. по 23.08.2024г.по трудовому договору № от 01.01.2020г. (по совместительству), с учетом фактически отработанного времени, количество дней неиспользованного дополнительного отпуска составит: в рабочих днях - 8 дней, в календарных днях - 8 дней. Размер компенсации по основной должности составит (за отпуск в календарных днях) 105587,02руб. По должности на условиях совместительства - 765,28руб. Всего размер компенсации составит 106352,3 руб. Также истец производит расчет процентов за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск по ст. 236 ТК РФ за период с .по 06.10.2025г., и таковые составляют 57798,93 руб.

В дополнениях к позиции (т.5 л.д.23-24) истцы по вопросу приостановления действия отраслевого соглашения указали, что ответчиком в обоснование не применения п. Отраслевого соглашения на 2024-2027г.г. представлено решение от 01.09.2025г., согласно которому действие этого пункта временно приостановлено до 01.10.2026г. Истцы полагают, что данное решение не может быть принято в качестве доказательства и являться основанием для неприменения к спорным требованиям этого пункта. С учетом положений ст.48 ТК РФ, п.1.11 Отраслевого соглашения действие отраслевого соглашения может быть приостановлено на основании письменного обращения к сторонам соглашения работодателя и выборного органа первичной профсоюзной организации (иного представителя (представительного органа), избранного работниками. Как следует из решения от 01.09.2025г. стороны отраслевого соглашения на 2024-2027г.г. рассмотрели обращение ответчика от 11.08.2025г. о невозможности реализации п. Отраслевого соглашения по причинам экономического организационного характера и о временном приостановлении действия п.. По мнению истцов тем самым был нарушен установленный ст.48 ТК и п.1.11 Отраслевого соглашения порядок принятия решения о приостановлении его действия.

В судебное заседание истцы не явились, извещены, направили в суд своего представителя ФИО1, которая заявленные исковые требования поддержала по доводам и основаниям, изложенным в исках, дополнениях к ним. Также полагала, что срок исковой давности истцами не пропущен, поддержала доводы письменного отзыва по данному вопросу (т.2 л.д.23-24).

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала по доводам представленных суду возражений, просила в иске отказать в том числе и по причине пропуска истцами срока исковой давности (т.2 л.д.6-10, 52-55).

Представители третьих лиц в судебное заседание не явились, извещены, какой-либо позиции по делу не направили.

Выслушав представителей сторон, исследовав доводы иска, дополнений к нему, возражения ответчика, материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

На основании ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу ст.67 настоящего Кодекса суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Судом установлено, что ответчик Государственное автономное учреждение здравоохранения <адрес> «Областная детская клиническая больница» является действующим юридическим лицом, осуществляет деятельность в области здравоохранения.

Судом установлено, что истец ФИО10 28.08.1984г. была принята к ответчику на работу на должность фельдшер-лаборант, между сторонами заключен трудовой договор от 22.07.2015г. (т.1 л.д.12-13, т.2 л.д.56, т.5 л.д.136). 03.09.2001г. между сторонами заключен трудовой договор, на основании которого работник был принят на должность медицинский технолог в Лабораторию клинической биохимии и экспресс-диагностики (т.5 л.д.123), работнику была установлена надбавка за вредные условия труда в размере 15% и дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 12 рабочих (календарных) дней. Сторонами последовательно были заключены дополнительные соглашения к трудовому договору от 16.07.2010г., 30.11.2010г., 30.09.2014г., 27.11.2015г., 11.08.2016г., 11.2017г., 01.2018г., 18.06.2018г., 07.2019г., 02.04.2020г., 30.11.2020г. (т.5 л.д.124-135).

Действие трудового договора с ФИО3 было прекращено с 30.08.2023г. на основании приказа №-к от 25.08.2023г. по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ (т.1 л.д.133, т.2 л.д.57, т.5 л.д.137).

04.10.2023г. между ФИО3 и ответчиком был заключен трудовой договор №, в соответствии с которым работник был принят на должность медицинский технолог в Клинико-диагностическую лабораторию Отдел лабораторной диагностики (т.1 л.д.141-146, т.2 л.д.58, т.5 л.д.138-142). Тем самым, с указанного момента между сторонами возникли новые трудовые отношения. Указанным трудовым договором для работника была установлена выплата компенсационного характера медицинским работникам, занятым на работах с вредными и(или) опасными условиями труда, связанных с оказанием медицинской помощи, в размере 0,05% от оклада, в денежном выражении 660,00руб. Также работнику установлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 8 календарных дней на основании коллективного договора. Соглашениями сторон от 22.04.2024г., 20.08.2024г., 16.12.2024г., 14.03.2025г. (т.5 л.д.143-155) последовательно увеличивался размер должностного оклада работника и размер компенсационной выплаты. Дополнительным соглашением от 05.11.2024г. увеличена продолжительность дополнительного оплачиваемого отпуска до 11 календарных дней. ФИО3 продолжает трудовые отношения с ответчиком в рамках данного трудового договора.

Истец ФИО7 15.08.1986г. была принята к ответчику на работу на должность фельдшер-лаборант биохимической лаборатории, между сторонами заключен трудовой договор (т.2 л.д.61, т.5 л.д.103). Между сторонами последовательно были заключены дополнительные соглашения от 19.10.2010г., 16.10.2014г., 27..11.2015г., 04.2017г., 01.11.2017г., 09.01.2018г., 18.06.2018г., 01.10.2018г., 03.06.2019г., 02.04.2020г., 02.11.2020г., 15.02.2023г. (т.5 л.д.88-102).

Действие трудового договора с ФИО4 было прекращено с 21.07.2023г. на основании приказа №-к от 17.07.2023г. по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ (т.2 л.д.62, т.5 л.д.104).

01.09.2023г. между ФИО4 и ответчиком был заключен трудовой договор №, в соответствии с которым работник был принят на должность фельдшер-лаборант в Клинико-диагностическую лабораторию (т.2 л.д.63, т.5 л.д.105-109). Тем самым, с указанного момента между сторонами возникли новые трудовые отношения. Указанным трудовым договором для работника была установлена выплата компенсационного характера медицинским работникам, занятым на работах с вредными и(или) опасными условиями труда, связанных с оказанием медицинской помощи, в размере 0,05% от оклада, в денежном выражении 635,00руб. Также работнику установлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 8 календарных дней на основании коллективного договора. Дополнительным соглашением к этому трудовому договору от 22.04.2024г. помимо изменения размера должностного оклада, также была установлена выплата компенсационного характера медицинским работникам, занятым на работах с вредными и(или) опасными условиями труда, связанных с оказанием медицинской помощи, в размере 0,05% от оклада, в денежном выражении 1143,00руб. (т.5 л.д.110-113). Дополнительным соглашением к этому трудовому договору от 22.04.2024г., от 16.12.2024г. и от 14.03.2025г. помимо увеличения размера должностного оклада, также была установлена выплата компенсационного характера медицинским работникам, занятым на работах с вредными и(или) опасными условиями труда, связанных с оказанием медицинской помощи, в размере 0,05% от оклада, в денежном выражении соответственно: 1314,45руб., 1364,45руб. и 1639,45руб. (т.5 л.д.114-117, 119-122). Дополнительным соглашением к этому трудовому договору от 05.11.2024г. ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск работнику был установлен в количестве 11 календарных дней (т.5 л.д.118). ФИО4 продолжает трудовые отношения с ответчиком в рамках данного трудового договора.

Истец ФИО8 13.08.2003г. была принята к ответчику на работу на должность медицинский лабораторный техник, между сторонами заключен трудовой договор (т.2 л.д.64, т.5 л.д.54-56, 66). Работнику была установлена надбавка за вредные условия труда в размере 15% от оклада и дополнительный отпуск за вредные условия труда продолжительностью 12 календарных дней. Сторонами последовательно были заключены дополнительные соглашения к трудовому договору от 20.10.2010г., 15.10.2014г., 27.11.2015г., 01.11.2017г., 19.06.2018г., 01.10.2018г. (т.5 л.д.57-65), должностной функционал и место работы истца указанными соглашениями не изменялись.

Действие трудового договора со ФИО5 было прекращено с 27.05.2021г. на основании приказа №-к от 21.05.2021г. по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ (т.2 л.д.65, т.5 л.д.67).

08.12.2022г. между ФИО5 и ответчиком был заключен трудовой договор №, в соответствии с которым работник был принят на должность медицинский лабораторный техник в Клинико-диагностическую лабораторию (т.1 л.д.206-210, т.5 л.д.68-72). Тем самым, с указанного момента между сторонами возникли новые трудовые отношения. Указанным трудовым договором для работника была установлена выплата компенсационного характера медицинским работникам, занятым на работах с вредными и(или) опасными условиями труда, связанных с оказанием медицинской помощи, в размере 0,05% от оклада, в денежном выражении 635,00руб. Также работнику установлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 8 календарных дней на основании коллективного договора. Между сторонами 15.02.2023г. было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, в котором установили, что работнику подлежит к выплате выплата компенсационного характера в размере 5% от оклада (т.5 л.д.73). Также сторонами последовательно заключен еще ряд дополнительных соглашений от 21.03.2023г., 22.04.2024г., 20.08.2024г., 05.11.2024г., 16.12.2024г., 14.03.2025г. (т.5 л.д.74-83). Соглашением от 05.11.2024г. продолжительность дополнительного отпуска установлена в количестве 11 календарных дней. ФИО5 продолжает трудовые отношения с ответчиком в рамках данного трудового договора.

Между сторонами на период с 30.06.2023г. по 15.09.2023г., а также с 04.06.2024г. по 22.07.2024г. и с 12.08.2024г. по 31.08.2024г. был заключен трудовой договор на осуществление работы по той же должности на условиях внутреннего совместительства (т.2 л.д.66-71).

Истец ФИО9 на основании трудового договора № от 18.11.2013г. и приказа №-К от 18.11.2013г. была принята на должность медицинский лабораторный техник в Лабораторию клинической биохимии и экспресс-диагностики (т.1 л.д.158-161, т.2 л.д.72, т.5 л.д.33-36, 52). Указанным трудовым договором истцу была установлена выплата как работнику, занятому в подразделении с опасными для здоровья и тяжелыми условиями труда, в размере 0,15 % (623,55руб.). А также предоставлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 12 календарных дней на основании коллективного договора. Сторонами последовательно были заключены дополнительные соглашения к трудовому договору от 15.10.2014г., 27.11.2015г., 01.11.2017г., 09.01.2018г., 18.06.2018г., 01.10.2018г., 02.04.2020г., 02.11.2020г., 15.02.2023г., 22.04.2024г. (т.5 л.д.37-51), должностной функционал и место работы истца указанными соглашениями не изменялись.

Также ФИО6 работала у ответчика на условиях внутреннего совместительства по той же должности на основании трудового договора № от 01.01.2020г. (т.1 л.д.176-179, т.2 л.д.74). В соответствии с этим трудовым договором работнику была установлена выплата компенсационного характера медицинским работникам, занятым на работах с вредными и(или) опасными условиями труда, связанных с оказанием медицинской помощи, в размере 5% от оклада, в денежном выражении 508,00руб. Также работнику был предоставлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 7 календарных дней на основании коллективного договора.

Действие трудового договора с ФИО6 по основному месту работы было прекращено с 23.08.2024г. на основании приказа №-к от 15.08.2024г. по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ (т.1 л.д.172, т.2 л.д.73, т.5 л.д.53).

Действие трудового договора с ФИО6 на условиях внутреннего совместительства было прекращено также с 23.08.2024г. на основании приказа №-к от 15.08.2024г. по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ (т.1 л.д.172, т.2 л.д.75).

Рассматривая заявленные исковые требования, суд учитывает, что положениями статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав. Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

В соответствии со ст.15 настоящего Кодекса трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом (ст.16 ТК РФ).

В соответствии со ст.21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; отдых, обеспечиваемый установлением нормальной продолжительности рабочего времени, сокращенного рабочего времени для отдельных профессий и категорий работников, предоставлением еженедельных выходных дней, нерабочих праздничных дней, оплачиваемых ежегодных отпусков; защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами.

Согласно ст.22 настоящего Кодекса работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со ст.114 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней (ст.115 ТК РФ).

Согласно ст.116 настоящего Кодекса ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Работодатели с учетом своих производственных и финансовых возможностей могут самостоятельно устанавливать дополнительные отпуска для работников, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом и иными федеральными законами. Порядок и условия предоставления этих отпусков определяются коллективными договорами или локальными нормативными актами, которые принимаются с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации.

Статья 117 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда. Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней. Продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска конкретного работника устанавливается трудовым договором на основании отраслевого (межотраслевого) соглашения и коллективного договора с учетом результатов специальной оценки условий труда. На основании отраслевого (межотраслевого) соглашения и коллективных договоров, а также письменного согласия работника, оформленного путем заключения отдельного соглашения к трудовому договору, часть ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, которая превышает минимальную продолжительность данного отпуска, установленную частью второй настоящей статьи, может быть заменена отдельно устанавливаемой денежной компенсацией в порядке, в размерах и на условиях, которые установлены отраслевым (межотраслевым) соглашением и коллективными договорами.

Согласно ст. 120 Трудового кодекса Российской Федерации продолжительность ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков работников исчисляется в календарных днях и максимальным пределом не ограничивается. Нерабочие праздничные дни, приходящиеся на период ежегодного основного или ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, в число календарных дней отпуска не включаются. При исчислении общей продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска дополнительные оплачиваемые отпуска суммируются с ежегодным основным оплачиваемым отпуском.

В стаж работы, дающий право на ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, включается только фактически отработанное в соответствующих условиях время (ст.121 ТК РФ).

Статья 350 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает некоторые особенности регулирования труда медицинских работников. В частности, отдельным категориям медицинских работников может быть предоставлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск. Продолжительность дополнительного отпуска устанавливается Правительством Российской Федерации.

В соответствии со ст.209 настоящего Кодекса охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника. Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни воздействия таких факторов не превышают установленных нормативов. Вредный производственный фактор - фактор производственной среды или трудового процесса, воздействие которого может привести к профессиональному заболеванию работника.

В соответствии со ст.210 Трудового кодекса Российской Федерации основными направлениями государственной политики в области охраны труда в числе иных являются:

установление и совершенствование порядка проведения специальной оценки условий труда и экспертизы качества проведения специальной оценки условий труда;

установление гарантий и компенсаций за работу с вредными и (или) опасными условиями труда.

Согласно ст.129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии со ст.135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Локальные нормативные акты, устанавливающие системы оплаты труда, принимаются работодателем с учетом мнения представительного органа работников. Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами. Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со ст.147 Трудового кодекса Российской Федерации оплата труда работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, устанавливается в повышенном размере. Минимальный размер повышения оплаты труда работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, составляет 4 процента тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда. Конкретные размеры повышения оплаты труда устанавливаются работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов, либо коллективным договором, трудовым договором.

В силу ст.140 и 127 настоящего Кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. При увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации регламентирует возмещение морального вреда, причиненного работнику. Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Статья 423 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что впредь до приведения законов и иных нормативных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с настоящим Кодексом законы и иные правовые акты Российской Федерации, а также законодательные и иные нормативные правовые акты бывшего Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в пределах и порядке, которые предусмотрены Конституцией Российской Федерации, Постановлением Верховного Совета РСФСР от N 2014-1 "О ратификации Соглашения о создании Содружества Независимых Государств", применяются постольку, поскольку они не противоречат настоящему Кодексу. Изданные до введения в действие настоящего Кодекса нормативные правовые акты Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и применяемые на территории Российской Федерации постановления Правительства СССР по вопросам, которые в соответствии с настоящим Кодексом могут регулироваться только федеральными законами, действуют впредь до введения в действие соответствующих федеральных законов.

Суд с учетом указанных выше нормативных положений и представленных в дело доказательств, а также обстоятельств трудовых отношений сторон спора, рассматривая требования истцов ФИО3, ФИО4, ФИО5, суд соглашается со стороной ответчика в том, что требования данных истцов удовлетворению не подлежат.

Указанные истцы возникшие до 01.01.2014г. трудовые отношения расторгли с работодателем в установленном порядке по собственной инициативе в 2021г., 2023г. Произведенное увольнение ими не оспаривалось, тем самым, ранее возникшие трудовые отношения между этими истцами и ответчиком были прекращены в установленном порядке соответственно, прекратилось и предоставление гарантий и компенсаций, связанных с этими отношениями. Заключение ими вновь трудового договора, устанавливающего определенные гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда, соответствующие положениям коллективного договора, вопреки доводам истцов, не является продолжением предыдущих трудовых отношений, условия действующих трудовых договоров ими не оспорены, и в данном деле оснований для признания их недействующими по доводам иска суд не усматривает. По тем же основаниям не подлежат применению к данным истцам положения Отраслевых соглашений. По требованиям в рамках т.н. первого трудового договора этими истцами также пропущен срок исковой давности, установленный ст.392 Трудового кодекса РФ, который подлежит исчислению с дат их увольнения в 2021г. и 2023г., и который к моменту подачи иска 19.11.2024г. уже истек, о чем правомерно заявлено ответчиком. Оснований для восстановления данного срока суд не усматривает, доводы возражений стороны истцов по тому вопросу основаны на неверной оценке правовых последствий прекращения этими истцами трудовых отношений в 2021г и 2023г.

Тем самым, требования этих истцов о выплате им компенсации за неиспользованные дополнительные отпуска, признании за ними права на гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда в том же объеме, который предоставлялся ранее, и о возложении обязанности на ответчика восстановить такие гарантии, произвести перерасчеты и доплаты, компенсации, признании права на такие же гарантии в рамках ныне действующих трудовых договоров, с предоставлением их в том же объеме, а равно, связанные с ними о взыскании компенсации морального вреда, судебных издержек, являются необоснованными удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, суд полагает обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истца ФИО6 в силу следующего.

Как указано выше, истец ФИО6 была принята на работу к ответчику с 18.11.2013г. на основании трудового договора № от 18.11.2013г. и приказа №-К от 18.11.2013г. была принята на должность медицинский лабораторный техник в Лабораторию клинической биохимии и экспресс-диагностики. Указанным трудовым договором истцу была установлена выплата как работнику, занятому в подразделении с опасными для здоровья и тяжелыми условиями труда, в размере 0,15 % (623,55руб.). А также предоставлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 12 календарных дней на основании коллективного договора. Сторонами последовательно были заключены дополнительные соглашения к трудовому договору от 15.10.2014г., 27.11.2015г., 01.11.2017г., 09.01.2018г., 18.06.2018г., 01.10.2018г., 02.04.2020г., 02.11.2020г., 15.02.2023г., 22.04.2024г., должностной функционал и место работы истца указанными соглашениями не изменялись. Также ФИО6 работала у ответчика на условиях внутреннего совместительства по той же должности на основании трудового договора № от 01.01.2020г. В соответствии с этим трудовым договором работнику была установлена выплата компенсационного характера медицинским работникам, занятым на работах с вредными и(или) опасными условиями труда, связанных с оказанием медицинской помощи, в размере 5% от оклада, в денежном выражении 508,00руб. Также работнику был предоставлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 7 календарных дней на основании коллективного договора. Действие указанных трудовых договоров было прекращено с 23.08.2024г. по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ.

Как отмечено выше, в соответствии с условиями об оплате труда заключенного с истцом трудового договора, ей была первоначально установлена выплата, как работнику, занятому в подразделении с опасными для здоровья и тяжелыми условиями труд, в размере 15% от оклада, а также был установлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 12 календарных дней. Сторонами далее был заключен ряд дополнительных соглашений к трудовому договору, на основании которых работнику была установлена надбавка по результатам СОУТ, в итоге таковая снижена до 4% и 5%. Продолжительность дополнительного отпуска также была снижена до 7, затем 8 календарных дней. Вместе с тем, должностной функционал и место работы истца указанными соглашениями не изменялись. Аналогичные условия работы истца имели место быть и на условиях совместительства.

Как указано выше, при принятии на работу в 2013г. истцу ФИО6 был установлен дополнительный отпуск за работу во вредных условиях труда в количестве 12 календарных (а не рабочих) дней, компенсационная выплата – 15% к окладу. В соответствии с представленными в дело сведениями, в отношении указанного истца постепенно снижались гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда. Тем самым, суд соглашается с доводами истца ФИО6 о незаконности снижения ранее предоставляемых ей гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях труда, как по основному месту работы, так и по совместительству.

В соответствии с положениями п.174 раздела XL. Здравоохранение Списка производств, цехов профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительных оплачиваемый отпуск и сокращенный рабочий день, утвержденного Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25.10.1974г. №, право на дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 12 рабочих дней имеет средний медицинский персонал учреждений здравоохранения.

Должность, занимаемая этим истцом, относилась к упомянутым, включена в указанный Список, как должность, работа по которой осуществляется во вредных условиях труда.

Постановлением Правительства РФ от 20.11.2008г. № «Об установлении сокращенной продолжительности рабочего времени, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, повышенной оплаты труда работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда» Министерству здравоохранения и социального развития РФ установлен такой категории работников ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск не менее 7 календарных дней. Этим же Постановлением было предписано в определенный срок установить в зависимости от класса условий труда и с учетом мнения РТК по урегулированию социально-трудовых отношений работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и(или) опасными и иными особыми условиями труда, в том числе и минимальную продолжительность дополнительного оплачиваемого отпуска, минимальный размер повышения оплаты труда, и условия предоставления указанных гарантий и компенсаций.

Однако такого нормативного правового акта утверждено не было. Суд соглашается с данным истцом, что в таком случае, учитывая ст.423 Трудового кодекса Российской Федерации, обозначенные выше положения Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, утвержденного Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25.10.1974г. №/П-22 (ред. от 29.05.1991г.) подлежат применению к правоотношениям сторон.

Тем самым, истец ФИО6 при приеме на работу имела право на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 12 рабочих (а не календарных) дней, а также имела право на компенсационную выплату в размере 15% к окладу.

Начиная с , Федеральным законом от № 421-ФЗ в статью 117 Трудового кодекса Российской Федерации внесены изменения, согласно которым ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск стал предоставляться работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда. Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составила 7 календарных дней. Продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска конкретного работника устанавливалась трудовым договором на основании отраслевого (межотраслевого) соглашения и коллективного договора с учетом результатов специальной оценки условий труда.

Виды классов условий труда установлены статьей 14 Федерального закона № 426-ФЗ и пунктом 4.2 Р -05 «Гигиена труда. Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда» (утв. Главным государственным санитарным врачом Российской Федерации ). Исходя из степени отклонения физических уровней факторов рабочей среды и трудового процесса от гигиенических нормативов условия труда по степени вредности и опасности, условно подразделяются на 4 класса: оптимальные (1 класс), допустимые (2 класс), вредные (3 класс) и опасные (4 класс). Вредные условия труда (3 класс) характеризуются наличием вредных факторов, уровни которых превышают гигиенические нормативы и оказывают неблагоприятное воздействие на организм работника и/или его потомство, условно разделяются на 4 степени вредности: 1 степень 3 класса (3.1), 2 степень 3 класса (3.2), 3 степень 3 класса (3.3), 4 степень 3 класса (3.4).

По регулированию спорных правоотношений сторон в спорный период времени суд отмечает, что между сторонами в 2015г. было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, в котором определено, что работнику предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, продолжительность которого устанавливается по результатам специальной оценки условий труда.

Впервые ответчиком специальная оценка условий труда истца ФИО6 была проведена в 2017г., в карте СОУТ № от 14.11.2017г. класс условий труда по должности истца установлен как 3.2 (т.5 л.д.188-190). Такой класс сохранялся на протяжении ее работы. Указанные обстоятельства сторонами не оспариваются.

В соответствии с действующим в период с 2010-2013г. коллективным договором (раздел 6) было предусмотрено предоставление помимо основных оплачиваемых отпусков, работникам в соответствии со ст.116 ТК РФ и перечнем к коллективному договору предоставление дополнительных оплачиваемых отпусков, продолжительность которых подлежала определению в соответствии с законом, и исчислялась в календарных днях.

Действие указанного коллективного договора было продлено до 01.10.2015г.

В разделе 4 коллективного договора на 2016-2019г.г. предусмотрено предоставление такого рода отпусков в размере 7 календарных дней. Отдельно отмечено, что по результатам специальной оценки условий труда работодатель имеет право изменить продолжительность дополнительного отпуска, при этом, для работников с классом оценки условий труда 3.2, 3.3, 3.4, 4 работодатель гарантирует предоставление такого отпуска в размере 7 календарных дней.

Как отмечено выше, в конце 2017г. ответчиком была проведена специальная оценка условий труда, по должности истца был установлен класс 3.2.

В соответствии с дополнительными соглашениями, заключенными после проведения СОУТ, было отмечено то, что условия труда на рабочем месте истца относятся к вредным по биологическому фактору (3.2 класс), выполняемая работником работа относится к работе с вредными условиями труда, работникам был установлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск 7 календарных дней.

В соответствии с коллективным договором на 2020-2023г.г., действие которого пролонгировано до 2026г., работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам СОУТ отнесены к вредным условиям труда, подкласс 3.2, предоставляются дополнительны дни отпуска в размере 8 календарных дней (п.5.8).

В соответствии с дополнительным соглашением к этому коллективному договору от 20.03.2023г. продолжительность дополнительного отпуска была установлена 11 календарных дней по подклассу условий труда 3.2. С истцом было заключено соответствующее дополнительное соглашение к трудовому договору.

Согласно сведениям ответчика истцу дополнительный оплачиваемый отпуск предоставлялся в указанных в расчете истца размерах в календарных, а не рабочих днях. Что также подтверждается копиями личной карточки работника и приказов о предоставлении отпуска, расчетными листками (т.1 л.д.155-157, т.4 л.д.207-264).

Согласно отзыва ответчика, представленной информационным справкам, личной карточке работника, расчет дней отпуска истцу производился в календарных днях в соответствии с Трудовым кодексом РФ и локально-нормативными актами работодателя. Ответчик указывает, что неиспользованного дополнительного отпуска у истца не имеется.

Вместе с тем, суд соглашается с указанным истцом, и не принимает позицию ответчика. Позиция и расчеты истца представляются суду верными, т.к. осуществлены в соответствии с разъяснениями Письма Минтруда РФ от 01.02.2002г. №-ВВ «Об исчислении общей продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска», и приведенная таблица (расчет) в полной мере отражает количество таких дней, подлежащих компенсации при наличии права этого истца на дополнительный отпуск продолжительностью 12 рабочих или 14 календарных дней, что составляет по обоим договорам за период с 18.11.2013г. по 23.08.2024г. в общем размере 106352 рубля 30 копеек.

Доводы ответчика о том, что дополнительный отпуск предоставлялся этому истцу на основании заключенных с нею трудового договора, дополнительных соглашений к трудовому договору и приказов, издаваемых работодателями, в соответствии со статьей 9 Трудового кодекса Российской Федерации не имеют правового значения, несмотря на отсутствие факта самостоятельного оспаривания истцом этих условий дополнительных соглашений и приказов, поскольку в силу прямого указания закона трудовые договоры и иные ЛНА не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, поскольку в данном случае условия данного соглашения противоречат части 3 статьи 15 Федерального закона от № 421-ФЗ. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению. Указанной норме не могут противоречить и локальные нормативные акты работодателя, в том числе, издаваемые по этому вопросу внутренние приказы, который обязан был реализовать данные положения в отношении работников, условия труда на рабочих местах которых не изменились.

Рассматривая требования иска, суд соглашается с истцом в том, что все обозначенные выше условия заключенного им трудового договора, а равно, приказов и коллективных договоров, в части установления меньшей продолжительности ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, применению не подлежат, поскольку таковые снижают уровень гарантий работника в связи с работой во вредных условиях труда, с учетом положений ст.117 Трудового кодекса Российской Федерации, а также положений Отраслевого соглашения по государственным учреждениям <адрес>, находящимся в ведении Министерства здравоохранения <адрес>, которое предписывает в случае установления по результатам специальной оценки условий труда класса (подкласса) вредности 3.2 и более, а также если в учреждении не проведена специальная оценка условий труда (СОУТ), для определения продолжительности дополнительного отпуска работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, применять Постановление Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от №/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на ежегодный дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день» в части, не противоречащей действующему законодательству.

В соответствии со ст.8 Трудового кодекса Российской Федерации, нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а также локальные нормативные акты, принятые без соблюдения установленного статьей 372 настоящего Кодекса порядка учета мнения представительного органа работников, не подлежат применению. В таких случаях применяются трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, коллективный договор, соглашения.

В соответствии со ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на гарантии и компенсации, установленный соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Тем самым, ни положения трудового договора, ни локальные нормативные акты работодателя не должны противоречить и ухудшать положение работника по сравнению нормами отраслевого законодательства, которое в сою очередь должно соответствовать федеральному законодательству.

Кроме того, в соответствии со ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебными постановлениями по ранее рассмотренному делу обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела в котором участвуют те же лица.

Ранее в этом же суде было рассмотрено гражданское дело №. Истец не являлся стороной указанного выше спора, однако, его стороной и в том же процессуальном статусе являлся ответчик.

Вступившим в законную силу судебным актом – апелляционным определением Свердловского областного суда от 02.03.2021г. по делу № установлено, что указанные повышенные компенсационные гарантии в связи с работой во вредных условиях труда, были также определены в Коллективном договоре учреждения на 2010-2013. Согласно п.6.4 коллективного договора, дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам больницы согласно утвержденному Перечню должностей с вредными и опасными условиями, работа в которых дает право на дополнительный отпуск (Приложение). До утверждения Правительством соответствующего порядка в соответствии со ст.423 Трудового кодекса Российской Федерации с учетом положений сст.ст.5,10 кодекса при составлении Перечня администрация больницы руководствовалась Списком производств, профессий и должностей с вредными условиями труда, утвержденных Постановлением Госкомтруда СССР и ВЦСПС от №/П-22. Установлено, что право на дополнительный отпуск имеют работники, профессии, должности которых предусмотрены в соответствующих разделах списка, то есть непосредственно выполняющие работу, прямо предусмотренную данным списком.

В апелляционном определении отмечено, что до вступления в силу Федерального закона от № 426-ФЗ и Федерального закона от № 421-ФЗ гарантии и компенсации предоставлялись работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, на основании аттестации рабочих мест в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от г. № «Об установлении сокращенной продолжительности рабочего времени, ежегодного дополнительно оплачиваемого отпуска, повышенной оплаты труда работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда». Названное постановление признано утратившим силу Постановлением Правительства Российской Федерации от №. Отнесение условий труда на рабочих местах к вредным и (или) опасным условиям труда до осуществлялось на основании аттестации рабочих мест, которая проводилась в соответствии с приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от №н «Об утверждении Порядка проведения аттестации рабочих мест по условиям труда» не реже одного раза в пять лет. Данный документ утратил силу с в связи с изданием Федерального закона от № 426-ФЗ. Вступившими в законную силу с Федеральным законом от № 426-ФЗ и Федеральным законом от № 421-ФЗ установлены правовые и организационные основы и порядок проведения специальной оценки условий труда, а также внесены изменения в Трудовой кодекс Российской Федерации, устанавливающие дифференцированный подход к определению вида и объема гарантий и компенсаций, предоставляемых работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ст. ст. 92, 117, 147 Трудового кодекса Российской Федерации) с учетом результатов именно специальной оценки условий труда. В частности, в соответствии со ст.117 Трудового кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от N 421-ФЗ) ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда. Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней. Продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска конкретного работника устанавливается трудовым договором на основании отраслевого (межотраслевого) соглашения и коллективного договора с учетом результатов специальной оценки условий труда. Согласно ст.147 Трудового кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от N 421-ФЗ) оплата труда работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, устанавливается в повышенном размере. Минимальный размер повышения оплаты труда работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, составляет 4 процента тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда. Однако, в силу ч.3 ст. 15 Федерального закона от N 421-ФЗ при реализации в соответствии с положениями Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) в отношении работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда), порядок и условия осуществления таких мер не могут быть ухудшены, а размеры снижены по сравнению с порядком, условиями и размерами фактически реализуемых в отношении указанных работников компенсационных мер по состоянию на день вступления в силу настоящего Федерального закона при условии сохранения соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Как отмечено судом, из приведенной нормы следует, что для тех работников, которые работали до изменения правового регулирования, проведения специальной оценки условий труда, в части предоставления гарантий при работе во вредных условиях труда, предусмотрены дополнительные гарантии, в том числе в виде сохранения права на дополнительный отпуск той продолжительности, который ранее был им установлен в соответствии с условиями трудового договора, а также в части сохранения размера доплаты за работу во вредных условиях труда (аналогичная правовая позиция выражена в определении Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от №, а также в определении Пятого кассационного суда общей юрисдикции от №). Для реализации в отношении конкретного работника положений указанной нормы (запрет на ухудшение порядка и условий осуществления компенсационных мер, запрет на снижение размеров компенсационных мер) необходимо наличие совокупности следующих юридически значимых обстоятельств: 1) занятость работника на работах с вредными и (или) опасными условиями труда; 2) фактическая реализация работодателем в отношении работника по состоянию на день вступления в силу названного Федерального закона () компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда); 3) сохранение соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

С учетом изложенного, суд при рассмотрении иска помимо также выяснял, каковы были условия труда истца на момент заключения сторонами трудового договора, изменялись ли условия труда истца на дату проведения специальной оценки условий труда по сравнению с условиями труда на рабочем месте, которые явились основанием для назначения ей ранее реализуемых компенсационных мер и гарантий, и таких доказательств ответчиком представлено не было, в том числе, не представлено доказательств проведения аттестации рабочего места истца до 2017г., ни проведения таких мероприятий по охране труда работников, занятых на работах с вредными условиями труда, которые бы устранили вредность. В соответствии с представленными СОУТ условия труда работника в 2017г. были отнесены к классу условий труда 3.2, и такие условия имели место и на момент принятия работника на работу и затем, каких-либо доказательств фактического изменения воздействия такого фактора в период работы истца с момента приема ее на работу, установления ей повышенных гарантий и компенсаций, в дело не представлено.

Как отмечено выше, в отношении истца были ранее установлены определенные гарантии и компенсации в связи с работой во вредных условиях труда, и эти гарантии реализовывались работодателем без проведения какой-либо аттестации ее рабочего места по состоянию на день вступления в силу Федерального закона от N 426-ФЗ и Федерального закона от № 421-ФЗ.

Не принимает суд и доводы стороны ответчика об изменении размера и порядка предоставления истцу гарантий и компенсаций в связи с изменением системы оплаты труда работников медицинских учреждений, в результате которой произошло значительное увеличение размера окладов медицинских работников, ограниченности лимитов бюджетного финансирования. Ни один из нормативных актов в сфере изменения системы оплаты труда работников медицинских учреждений не содержит правил об отмене установленной данным законом гарантии и ее неприменении.

В соответствии с Письмом Минтруда РФ от 01.02.2002г. №-ВВ «Об исчислении общей продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска» установлены правила расчета и дат фактического предоставления отпусков, подлежащих предоставлению в рабочих днях, согласно которому если отпуск, предоставляемый работнику, исчисляется (полностью или частично) в рабочих днях (например, отпуск, предоставляемый за прошлое время, дополнительный отпуск за вредные условия труда и др.), то продолжительность ежегодного оплачиваемого отпуска следует исчислять следующим образом: от даты начала отпуска (например, ) отсчитывается определенное количество дней основного отпуска в календарных днях (28 календарных дней), а затем - определенное количество дней дополнительного отпуска в рабочих днях в расчете на 6-дневную рабочую неделю (например, 12 рабочих дней отпуска за вредные условия труда) и определяется дата последнего дня отпуска. После этого общий период отпуска (с по ) переводится в календарные дни (в нашем примере - 42 календарных дня; нерабочий праздничный день 8 марта, приходящийся на период отпуска, в число календарных дней отпуска не включается и не учитывается). Из чего следует, что при принятии нового Трудового кодекса Российской Федерации возможность расчета отпусков, предоставляемых в рабочих, а не в календарных днях, была сохранена с учетом вышеизложенного порядка перевода рабочих дней в календарные, что свидетельствует о неправомерности действий ответчика о предоставлении дополнительного отпуска истцу с 01.02.2002г. в количестве не 12 рабочих дней, а 12 и менее календарных дней. Оснований для одностороннего изменения условий трудовых отношений с работником в данной части в силу принятия Трудового кодекса Российской Федерации у ответчика не имелось, к тому же в самом Кодексе имелись нормы о возможности предоставления отпусков в рабочих днях некоторым работникам (ст.291 Трудового кодекса Российской Федерации).

Не принимает суд в этой части и возражения ответчика, связанные с пропуском истцом срока исковой давности, поскольку как справедливо отмечено представителем иной стороны истец прекратила трудовые отношения с ответчиком 23.08.2024г. и компенсация за все дни неиспользованного ею отпуска должна была быть выплачена в день увольнения.

Расчеты истца арифметически не оспорены, иных составляющих расчета в части фактически предоставленных дней отпуска и среднего заработка не приведено, в связи с чем, суд принимает представленные расчеты, и считает необходимым восстановить права данного работника путем взыскания такой компенсации, а также процентов в порядке ст.236 Трудового кодекса РФ.

По регулированию правоотношений истца ФИО6 и ответчика относительно спорной надбавки за работу во вредных и(или) опасных условиях труда, суд учитывает те же фактические обстоятельства дела, приведенные выше, и аналогичное правовое регулирование данного вопроса о недопустимости снижения гарантий и компенсаций истцу. Как следует из представленных в дело доказательств, в том числе, и расчетных листков, истцу была установлена при приеме на работу и выплачивалась такая надбавка в размере 15% к окладу. и как указано выше, затем, эта компенсационная выплата постепенно снижалась, таковая выплачивалась в меньшем размере, применялись положения упомянутых выше коллективных договоров и условия подписанных работником и работодателем дополнительных соглашений, а также издаваемые работодателем приказы.

Федеральным законом от № 421-ФЗ, начиная с , были внесены изменения в статью 147 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которым минимальный размер повышения оплаты труда работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, составил 4 процента тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда. Конкретные размеры повышения оплаты труда подлежали установлению работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов, либо коллективным договором, трудовым договором.

Однако, в силу ч.3 ст. 15 Федерального закона от N 421-ФЗ при реализации в соответствии с положениями Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) в отношении работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда), порядок и условия осуществления таких мер не могут быть ухудшены, а размеры снижены по сравнению с порядком, условиями и размерами фактически реализуемых в отношении указанных работников компенсационных мер по состоянию на день вступления в силу настоящего Федерального закона при условии сохранения соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Из приведенной нормы следует, что для тех работников, которые работали до изменения правового регулирования, проведения специальной оценки условий труда, в части предоставления гарантий при работе во вредных условиях труда, предусмотрены дополнительные гарантии, в том числе в виде сохранения права на дополнительный отпуск той продолжительности, который ранее был им установлен в соответствии с условиями трудового договора, а также в части сохранения размера доплаты за работу во вредных условиях труда. Для реализации в отношении конкретного работника положений указанной нормы (запрет на ухудшение порядка и условий осуществления компенсационных мер, запрет на снижение размеров компенсационных мер) необходимо наличие совокупности следующих юридически значимых обстоятельств: 1) занятость работника на работах с вредными и (или) опасными условиями труда; 2) фактическая реализация работодателем в отношении работника по состоянию на день вступления в силу названного Федерального закона () компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда); 3) сохранение соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Судом выше постановлен вывод о том, что условия труда истца на дату проведения специальной оценки условий труда по сравнению с условиями труда на рабочем месте, которые явились основанием для назначения ей ранее реализуемых компенсационных мер и гарантий, не изменились. В соответствии с представленными СОУТ условия труда работника были отнесены к классу условий труда 3.2. по биологическому фактору, и каких-либо доказательств фактического изменения воздействия такого фактора в период работы истца с момента установления ей повышенных гарантий и компенсаций, в дело не представлено. Класс вредности не изменился, должностной функционал также, что подтверждается представленными суду картами СОУТ и должностными инструкциями. Предложенные в качестве таких доказательств ведомости остатков оборотных средств о приобретении для оснащения помещений ответчика различных аппаратов, также не свидетельствует о снижении класса вредности.

Как отмечено выше, в отношении этого истца были ранее установлены гарантии и компенсации в связи с работой во вредных условиях труда, в том числе, выплата ей соответствующей надбавки в размере 15% от оклада, и эти гарантии реализовывались работодателем без проведения какой-либо аттестации ее рабочего места по состоянию на день вступления в силу Федерального закона от N 426-ФЗ и Федерального закона от № 421-ФЗ.

Не принимает суд и доводы стороны ответчика об изменении размера и порядка предоставления этому истцу гарантий и компенсаций в связи с изменением системы оплаты труда работников медицинских учреждений, в результате которой произошло значительное увеличение размера окладов медицинских работников, ограниченности лимитов бюджетного финансирования. Ни один из нормативных актов в сфере изменения системы оплаты труда работников медицинских учреждений не содержит правил об отмене установленной данным законом гарантии и ее неприменении. Тем самым, и обозначенная надбавка подлежала выплате истцу в прежнем размере.

Поскольку условия дополнительных соглашений к трудовому договору и положения коллективных договоров, ни приказы работодателя в части установления такой надбавки истцу в меньшем размере не подлежат применению, как уменьшающие ранее установленные работнику гарантии, и при этом, условия труда оставались у нее без изменения вплоть до увольнения.

В соответствии с ч.2 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

В соответствии с положением ответчика об оплате труда сроки выплаты заработной платы установлены 10 и 25 числа каждого месяца, то есть, расчет за истекший месяц должен быть произведен до 10 числа следующего месяца.

Ответчик ссылается на то, что истец, получая ежемесячно заработную плату, а также расчетные листы, должна была узнать о нарушении своего права. Однако, истец получала заработную плату с учетом существовавшего в тот момент регулирования этих вопросов, в том числе, дополнительными соглашениями, тем самым, ответчиком, которым составлялись и предлагались истцам на подпись такие соглашения, придавалась видимость законности своих действий по снижению уровня гарантий.

С учетом позиции истцов по данному вопросу и с разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018г. № «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», суд, учитывая, что формально такой срок (на выплату надбавки) следовало бы исчислять с ежемесячного расчета, приходит к выводу о необходимости защиты прав истца и восстановления ей пропущенного срока ввиду наличия у нее уважительных причин пропуска срока для обращения в суд. Учитывая всю совокупность обстоятельств данного дела, наличие указанных по тексту дополнительных соглашений и иных нормативных документов, положения которых в части снижения надбавки воспринимались истцами как законные (о чем свидетельствует отсутствие сведений об оспаривании ими этих положений), тогда как не должны были применяться работодателем, что не позволило работникам усомниться в таком поведении работодателя и своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Доводы ответчика о том, что истец мог обратиться в суд и ранее, суд также считает несостоятельными по выше приведенным обстоятельствам, истец трудовые отношения с ответчиком не прерывала, и вправе была ожидать выплаты этих сумм при увольнении в 2024г. С учетом изложенного, суд также не принимает доводы стороны ответчика, связанные с пропуском истцом срока исковой давности, восстанавливает указанный срок, считает необходимым восстановить права данного работника путем возложения на ответчика обязанности произвести перерасчет и выплату истцу надбавки (компенсационной выплаты) за работу во вредных условиях труда из расчета 15% от должностного оклада по занимаемой должности за период с 01.12.2015г. по 23.08.2024г. по основной должности, за период с 01.01.2020г. по 23.08.2024г. по должности, занимаемой на условиях совместительства.

По требованию этого истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда суд учитывает, что в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с разъяснениями в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ). При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении. В указанном Постановлении также разъяснено, что работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, и др.). Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ). Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Учитывая, что невыплата истцу причитающихся сумм и нарушение права на дополнительный отпуск и получение надбавки за работу во вредных условиях труда нарушили трудовые права работника, суд полагает, что истцу причинены определенные нравственные переживания. С учетом характера нарушения, размера удовлетворенных имущественных требований, а также требований разумности и справедливости, суд полагает, что при изложенных выше обстоятельствах дела будет в достаточной мере компенсировать моральный вред истца заявленная им к взысканию сумма в размере 30000,00руб. Оснований для взыскания компенсации в меньшем размере суд не находит, поскольку данный размер компенсации в полной мере соответствует характеру спора, совокупности установленных судом обстоятельств.

В соответствии со ст. 393 ТК РФ при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов. В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Тем самым, с ответчика в пользу бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в общем размере 11982,00руб. (с учетом размера и совокупности заявленных требований).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 к Государственному автономному учреждению здравоохранения <адрес> «Областная детская клиническая больница» о признании незаконными действий по снижению гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях труда в виде уменьшения продолжительности ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска и размера компенсационной выплаты, возложении обязанности произвести перерасчет и выплату надбавки за работу во вредных условиях труда, взыскании компенсации за неиспользованный ежегодный дополнительный отпуск, процентов за задержку выплат, компенсации морального вреда, - удовлетворить.

Признать незаконными действия Государственного автономного учреждения здравоохранения <адрес> «Областная детская клиническая больница» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в части не предоставления ФИО6 (паспорт серия № №) гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях труда в виде дополнительного отпуска продолжительностью 14 календарных (12 рабочих) дней и компенсационной выплаты (надбавки) в размере 15% от должностного оклада.

Возложить на Государственное автономное учреждение здравоохранения <адрес> «Областная детская клиническая больница» (ОГРН <***>, ИНН <***>) обязанность произвести перерасчет и выплату ФИО6 (паспорт серия № №) надбавки (компенсационной выплаты) за работу во вредных условиях труда из расчета 15% от должностного оклада по занимаемой должности за период с 01.12.2015г. по 23.08.2024г. по основной должности, за период с 01.01.2020г. по 23.08.2024г. по должности, занимаемой на условиях совместительства.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения <адрес> «Областная детская клиническая больница» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО6 (паспорт серия № №) компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей 00 копеек компенсацию за неиспользованный дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда за период с 18.11.2013г. по 23.08.2024г. в общем размере 106352 рубля 30 копеек, проценты за задержку выплаты компенсации за период с 24.08.2024г. по 23.10.2025г. в размере 59720 рублей 36 копеек, с продолжением начисления и выплате процентов по правилам ст.236 Трудового кодекса РФ на сумму 106352 рубля 30 копеек, начиная с 24.10.2025г. по день фактической выплаты указанной суммы, с удержанием из данных сумм НДФЛ.

В удовлетворении исковых требований ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к Государственному автономному учреждению здравоохранения <адрес> «Областная детская клиническая больница», - отказать.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения <адрес> «Областная детская клиническая больница» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход бюджета судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 11982 рубля 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Екатеринбурга.

Мотивированное решение составлено 07.11.2025г.

Судья Серебренникова О.Н.