Апелляционное определение № 11-13524/2025 11-418/2026 от 14 января 2026 г.

Судья Корнилова И.А.

дело № 2-1567/2025

УИД 74RS0030-01-2025-002116-58


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-418/2026
15 января 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Дюсембаева А.А., Елгиной Е.Г.,

при секретаре Мустафиной В.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск», Министерства здравоохранения Челябинской области на решение Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 10 сентября 2025 года по исковому заявлению ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск» о взыскании невыплаченной компенсации за неиспользованный отпуск, невыданное молоко, компенсации морального вреда, процентов за задержку выплаты.

Заслушав доклад судьи Дюсембаева А.А. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск» - ФИО2, представителя третьего лица Министерства здравоохранения Челябинской области - ФИО3, поддержавших доводы апелляционных жалоб, представителя истца ФИО4, представителя третьего лица Челябинской областной организации Профессионального союза работников здравоохранения ФИО5, возражавших против доводов апелляционных жалоб,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск» (далее - ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск») о взыскании невыплаченной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 4567,66 рублей; процентов за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск с 17 мая 2024 года по 12 мая 2025 года в размере 48693,68 рублей, начиная с 13 мая 2025 года по дату вынесения решения суда; денежной компенсации за невыданное молоко в размере 155016,50 рублей; процентов за задержку выплаты денежной компенсации за невыданное молоко за период с 17 мая 2024 года по 12 мая 2025 года в размере 72186,02 рублей, начиная с 13 мая 2025 года по дату вынесения решения суда; невыплаченной премии по итогам работы за 2024 год в размере 6026,25 рублей; выплаты «доведение до индикатива» в размере 18750 рублей; процентов за задержку выплаты премии по итогам работы за 2024 год, выплаты «доведение до индикатива» с 14 января 2025 года по 12 мая 2025 года в размере 4129,79 рублей, начиная с 13 мая 2025 года по дату вынесения решения суда; компенсации морального вреда в размере 120000 рублей.

В обоснование иска ФИО1 указала, что в период с 02 июля 2007 года по 16 мая 2024 года истец работала у ответчика на должности <данные изъяты>. Полагает, что при расторжении трудового договора работодателем не были выплачены суммы, подлежащие выплате. С момента трудоустройства и до расторжения трудового договора работодатель не предоставил истцу ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях в полном объеме, не компенсировал его при расторжении трудового договора. Указывает, что денежную компенсацию за молоко ей начали выплачивать только с октября 2023 года, после проверки профсоюзной организации. Кроме того, истцу стало известно, что после ее увольнения в декабре 2024 года работодатель произвел всем работникам выплату премии по итогам работы за год в размере оклада, а также выплату «доведение до индикатива» для среднего медицинского персонала. Действиями ответчика истцу причинен моральный вред, который она оценивает в 120000 рублей.

Определением Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинска от 10 июня 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены Министерство здравоохранения Челябинской области, Челябинская областная организация Профессионального союза работников здравоохранения Российской Федерации.

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1, представитель истца - ФИО6 поддержали исковые требования в полном объеме.

Представители ответчика ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск» - ФИО7, ФИО8, в судебном заседании суда первой инстанции возражали против удовлетворения исковых требований.

Представитель третьих лиц Министерства здравоохранения Челябинской области, Челябинской областной организации профессионального союза работников здравоохранения Российской Федерации в судебное заседание суда первой инстанции не явились, о дне, месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Решением Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 10 сентября 2025 года исковые требования удовлетворены частично. С ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск» взыскана невыплаченная компенсация за неиспользованный отпуск в размере 107611,31 рублей, проценты за задержку выплаты в размере 66905,55 рублей, компенсация за невыданное молоко в размере 155016,50 рублей, проценты за задержку выплаты в размере 96378,92 рублей, стимулирующая надбавка в соответствии с Указом Президента Российской Федерации №597 от 07 мая 2012 года «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» за 2024 год в размере 18750 рублей, компенсация за задержку выплаты в размере 11657,50 рублей, компенсация морального вреда в размере 20000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ответчик с учетом дополнений просит отменить решение суда первой инстанции в части взыскания компенсации за невыданное молоко, компенсации за задержку выплаты компенсации за невыданное молоко, стимулирующей надбавки в соответствии с Указом Президента Российской Федерации №597 от 07 мая 2012 года «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» за 2024 год, компенсации за задержку выплаты стимулирующей надбавки в соответствии с Указом Президента Российской Федерации №597 от 07 мая 2012 года «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» за 2024 год, компенсации за неиспользованный отпуск за 103 дня, принять в этой части новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении исковых требований, поскольку в учреждении не проводилась аттестация рабочих мест до 2013 года, по условиям проведения аттестации рабочих мест от 30 мая 2013 года рабочему месту <данные изъяты> присвоен № (допустимый) класс условий труда, льготы и компенсации не полагались. 29 декабря 2018 года в учреждении проведена специальная оценка условий труда, по условиям которому рабочему месту <данные изъяты><данные изъяты> класс условий труда, при этом установлено отсутствие необходимости молока. Премии за 1 квартал 2024 года не было, так как не было выполнено государственное задание, стимулирующая надбавка выплачена всему медицинскому персоналу. Кроме того, учтенный судом первой инстанции ответ Министерства здравоохранения Российской Федерации по Челябинской области о доведении до ответчика ассигнований «Финансовое обеспечение государственного задания на оказание государственных услуг…» №3711 от 16 декабря 2024 года не свидетельствует о финансовой возможности бюджетной организации применять такое ассигнование в целях «доведения до индикатива» работникам, не указанным в Указе Президента Российской Федерации №597 от 07 мая 2012 года «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики». При заключении с истцом трудового договора и дополнительного соглашения от 29 августа 2014 года №14 продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска установлена в соответствии с действовавшим на тот момент трудовым законодательством, отсутствовали правовые основания для установления продолжительности ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска в соответствии со Списком. Истец при рассмотрении дела не предоставила документы, подтверждающие обращение за защитой трудовых прав до 2023 года, в материалах дела содержатся документы по факту обращения за защитой нарушенных трудовых прав с 2023 года, следовательно, требования истца за пределами срока исковой давности удовлетворению не подлежат. В представлениях №№ от 23 октября 2023 года, №№ от 26 декабря 2023 года Челябинского областного комитета Профессионального союза работников здравоохранения, нарушений требований о компенсационных выплатах за молоко и дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда не содержится.

В апелляционной жалобе представитель третьего лица Министерства здравоохранения Челябинской области просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Мотивируя решение, суд первой инстанции руководствовался требованием Трудового кодекса Российской Федерации, действующим на дату принятия решения суда, несмотря на то, что оценке подлежат правоотношения, возникшие в 2007 году. Удовлетворяя требования истца в части компенсации за неиспользованный отпуск, суд ошибочно руководствовался постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года №298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день». При заключении с истцом трудового договора и дополнительных соглашений от 29 августа 2014 года №№ и от 01 апреля 2019 года №№ продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска установлена в соответствии с действовавшим на тот момент трудовым законодательством, у работодателя отсутствовали правовые основания для установления продолжительности ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска в соответствии со Списком. По результатам проведенной в декабре 2018 года специальной оценки условий труда рабочего места <данные изъяты> рабочему месту присвоен № класс условий труда, при этом установлено отсутствие в необходимости выдачи молока. У суда первой инстанции отсутствовали основания для восстановления истцу пропущенного срока для обращения в суд.

В возражениях на апелляционную жалобу истец просит решение оставить без изменения, апелляционные жалобы ответчика и третьего лица - без удовлетворения.

Истец ФИО1 в суд апелляционной инстанции не явилась, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещена, в связи с чем, судебная коллегия на основании ст. 327 и ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в ее отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения, исходя из доводов, изложенных в жалобах, заслушав стороны, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в части, изменению решения суда в части в связи с нарушением норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Как установлено и следует из материалов дела, 02 июля 2007 года между <данные изъяты> (в настоящее время - ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск») и ФИО1 заключен бессрочный трудовой договор №№, по условиям которого ФИО1 принята по основному месту работы в качестве <данные изъяты>, с тарифной ставкой 2074 рублей (л.д. 143-145, т.1).

04 июля 2011 года между <данные изъяты> (в настоящее время - ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск») и ФИО1 заключен трудовой договор (внутреннее совместительство) № №, по условиям которого, наряду с основной работой, в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) работнику поручается выполнение дополнительной работы по профессии (должности) внутреннее совместительство <данные изъяты> № ставки № разряд ЕТС на неопределенный срок, с тарифной ставкой 2663 рублей (л.д. 145-146, т.1).

01 апреля 2016 года между <данные изъяты> (в настоящее время - ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск») и ФИО1 заключен трудовой договора № №, по условиям которого, работодатель предоставляет работнику дополнительную работу в качестве внутреннего совместителя по должности <данные изъяты> на № ставки, с должностным окладом 4623 рублей, районным коэффициентом 15% (л.д. 147-154, т.1)

02 июля 2012 года, 06 ноября 2012 года, 04 декабря 2012 года, 08 апреля 2013 года, 19 августа 2013 года, 06 ноября 2013 года, 29 августа 2014 года, 15 декабря 2014 года, 10 июля 2015 года, 01 января 2017 года, 01 апреля 2018 года, 27 апреля 2018 года, 24 июля 2018 года, 01 сентября 2018 года, 01 сентября 2018 года, 01 января 2019 года, 01 апреля 2019 года, 10 октября 2019 года, 29 октября 2020 года, 10 ноября 2022 года, 29 июня 2022 года, 01 августа 2023 года, 21 августа 2023 года, 15 января 2024 года, 01 февраля 2024 года между истцом и ответчиком заключены дополнительные соглашения по трем трудовым договорам (л.д. 161-195, т.1).

В соответствии с приложением №2 к коллективному договору на 2006-2008 год помимо основного ежегодного отпуска, продолжительностью 28 календарных дней, работникам <данные изъяты> (в настоящее время - ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск»), занятым на работах с вредными или опасными условиями труда, работникам с ненормированным рабочим днем предоставляется дополнительный ежегодный оплачиваемый отпуск, на должности <данные изъяты> - 8 календарных дней (л.д. 57, т.2).

В соответствии с приложением №2 к коллективному договору на 2009-2011 год года помимо основного ежегодного отпуска, продолжительностью 28 календарных дней, работникам <данные изъяты> (в настоящее время - ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск»), занятым на работах с вредными или опасными условиями труда, работникам с ненормированным рабочим днем предоставляется дополнительный ежегодный оплачиваемый отпуск, на должности <данные изъяты> - 8 календарных дней (л.д. 59, т.2).

В соответствии с приложением №2 к коллективному договору на 2014-2017 год года помимо основного ежегодного отпуска, продолжительностью 28 календарных дней, работникам <данные изъяты> (в настоящее время - ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск»), занятым на работах с вредными или опасными условиями труда, работникам с ненормированным рабочим днем предоставляется дополнительный ежегодный оплачиваемый отпуск, среднему медицинскому персоналу - 8 календарных дней (л.д. 60-61, т.2).

В соответствии с дополнением и изменением №1 к коллективному договору на 2018-2021 год года помимо основного ежегодного отпуска, продолжительностью 28 календарных дней, работникам ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск», занятым на работах с вредными или опасными условиями труда, работникам с ненормированным рабочим днем предоставляется дополнительный ежегодный оплачиваемый отпуск, среднему медицинскому персоналу - 7 календарных дней (л.д. 66-69, т.2).

В соответствии с дополнением и изменением №1 к коллективному договору на 2021-2024 год года помимо основного ежегодного отпуска, продолжительностью 28 календарных дней, работникам ГБУЗ «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск», занятым на работах с вредными или опасными условиями труда, работникам с ненормированным рабочим днем предоставляется дополнительный ежегодный оплачиваемый отпуск, среднему медицинскому персоналу - 12 рабочих дней (л.д. 70-71, т.2).

Согласно карте СОУТ №№ от 08 августа 2023 года по должности <данные изъяты> установлен итоговый класс (подкласс) условий труда - № в графе 4. «молоко и другие равноценные пищевые продукты» указано, что они фактически отсутствуют, необходимы в установлении (л.д. 83-85, т.2).

Приказом работодателя от 16 мая 2024 года № № трудовой договор № № от 02 июля 2007 года, заключенный между ГБУЗ «ВФД г.Магнитогорск» и ФИО1, расторгнут по <данные изъяты> Трудового кодекса Российской Федерации по <данные изъяты> (л.д. 55, т. 2).

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании премии по итогам работы за 2024 год, суд исходил из отсутствия оснований для удовлетворения иска в этой части. В этой части решение суда сторонами не обжалуется, в связи с чем в силу статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда в данной части предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

Разрешая требования спор и удовлетворяя исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 212, 222, 423 Трудового кодекса Российской Федерацией, Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22, и инструкцией о порядке его применения, утвержденной постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 21 ноября 1975 года № 273/П-20, исходил из того, что за период работы истца работодателем не были предоставлены дни ежегодного оплачиваемого дополнительного отпуска в количестве 103 дня, за указанное время работнику компенсация за неиспользованный дополнительный отпуск при увольнении не выплачена, в связи с чем имеются основания для взыскания указанной компенсации в размере 107611,31 рублей и денежной компенсации за задержку выплаты в сумме 66905,55 рублей в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о наличии оснований для взыскания компенсации за неиспользованный отпуск и денежной компенсации за задержку выплаты, однако, не может согласиться с определенным судом размером компенсации исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 115 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

В силу статьи 116 Трудового кодекса Российской Федерации работники, занятые на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, имеют право на ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска. Работодатели с учетом своих производственных и финансовых возможностей могут самостоятельно устанавливать дополнительные отпуска для работников, если иное не предусмотрено данным кодексом и иными федеральными законами. Порядок и условия предоставления этих отпусков определяются коллективными договорами или локальными нормативными актами, которые принимаются с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации.

Частями 1-3 статьи 117 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда. Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней. Продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска конкретного работника устанавливается трудовым договором на основании отраслевого (межотраслевого) соглашения и коллективного договора с учетом результатов специальной оценки условий труда.

При увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска (часть первая статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющей сроки расчета с работником при увольнении, предусмотрено, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В соответствии с частью 3 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно в феврале - по (28-е (29-е) число включительно).

Согласно пункту 10 Положения, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" (действующего до 01 сентября 2025 года) средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней 29,3

В соответствии с п. 174 Раздела XL. Здравоохранение. Общие профессии медицинских работников учреждений здравоохранения, социального обеспечения и просвещения, Постановления Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года N 298/П-22, среднему медицинскому персоналу учреждений здравоохранения, просвещения и социального обеспечения устанавливается продолжительность дополнительного отпуска (в рабочих днях) 12 рабочих дней, а с учетом шестидневной рабочей недели - 14 календарных дней.

Судом установлено, что условиями трудового договора был истцу был установлен дополнительный отпуск продолжительностью 8 календарных дней, дополнительным соглашением к трудовому договору от 01 апреля 2019 года - 7 календарных дней, дополнительным соглашением от 29 июня 2023 года - 14 календарных дней (л.д. 142-191, т. 1).

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что действующим в период трудового договора правовым регулированием истец имела право на дополнительный отпуск продолжительностью 14 дней, в связи с чем, неиспользованная часть отпуска исходя из данного количества дней отпуска должна была быть ей компенсирована при увольнении.

Доводы апелляционных жалоб ответчика и третьего лица о том, что при заключении трудового договора, условия труда на рабочем месте истца соответствовали второму классу (допустимые), следовательно, положения Постановления Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 не могут применяться, кроме того, дополнительный отпуск предоставляется только за фактически отработанное время, продолжительность дополнительного оплачиваемого отпуска установлена трудовым договором в соответствии с действовавшим правовым регулированием, судебная коллегией отклоняются ввиду следующего.

Так, несмотря на то, что в соответствии с картой аттестации рабочего места <данные изъяты> от 30 мая 2013 года условия труда признаны допустимыми (установлен № класс условий труда), в строке № право работника на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предусмотрено со ссылкой на Постановления Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 (т. 2 л.д. 61).

Данная гарантия предусмотрена и картами СОУТ, составленными по результатам оценки условий труда, проведенными работодателем в 2018 и 2023 году. Кроме того, право на дополнительный отпуск предусмотрено и условиями трудового договора, заключенного с истцом.

Таким образом, доводы ответчика и третьего лица Министерства здравоохранения Челябинской области о том, что условия труда при заключении трудового договора являлись допустимыми и право на дополнительный оплачиваемый отпуск истец не имела, несостоятельны и опровергаются материалами дела.

Поскольку условия трудового договора, действующие до внесения изменений в договор 29 июня 2023 года в части продолжительности дополнительного отпуска не соответствовали изложенным требованиям правового регулирования, были направлены на ухудшение положения работника, лишение предоставленных законом гарантий, требования истца о взыскании с ответчика компенсации неиспользованного отпуска, исходя из продолжительности дополнительного отпуска 14 календарных дней, суд верно признал обоснованными.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд не могут быть приняты во внимание, поскольку в силу положений статей 127 и 140 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация за неиспользованный отпуск за весь период трудовой деятельности выплачивается в день прекращения трудового договора, следовательно, о нарушении права истец узнала не ранее дня, следующего за днем увольнения. В суд истец обратилась в пределах установленного частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации срока.

Вместе с тем, из приведенного судом расчета не представляется возможным установить, каким образом судом определена средняя дневная заработная плата для оплаты отпуска, в связи с чем, судебная коллегия полагает необходимым привести расчет задолженности.

Из представленного ответчиком в суд апелляционной инстанции расчета следует, что расчет компенсации за неиспользованный отпуск производился исходя из заработной платы с мая 2023 года по апрель 2024 года 297318,22 руб. и количества отработанных дней - 292,86. Средняя дневная заработная плата составила 1015,22 руб., исходя из расчета (297318,22 / 292,86), что также согласуется с расчетом истца.

Из произведенного истцом расчета на дату увольнения не использовано 103 дня дополнительного отпуска с учетом предоставленных дней и выплаченной компенсации. Расчет количества дней ответчиком не оспорен, контррасчет не представлен. Таким образом, размер компенсации составил 104567,66 руб., исходя из расчета 1015,22 руб. х 103 дня, в связи с чем решение суда в данной части подлежит изменению. Поскольку расчет компенсации производится исходя из начисленной заработной платы с учетом районного коэффициента, дополнительно начисление на сумму компенсации районного коэффициента не требуется. Сумма компенсации определена судебной коллегией до вычета налога на доходы физических лиц, удержание которого производится при выплате взысканных сумм.

Поскольку решение суда изменено в части взысканных сумм компенсации за неиспользованный отпуск подлежит изменению и размер компенсации за нарушение сроков взысканных сумм.

В соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер компенсации за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с 17 мая 2024 года по 15 января 2026 составит 69455,51 руб., исходя из расчета:

90973,86 руб. (104567,66 руб., - 13 %) 73 дн. (с 17.05.2024г. по 28.07.2024г.)х16%х1/150 = 7083,83 руб.;

90973,86 руб.49 дн.(с 29.07.2024 г. по 15.09.2024г.)х18%х1/150 = 5349,26 руб.

90973,86 руб.х42 дн. (с 16.09.2024 г. по 27.10.2024г.)х19%х1/150 = 4839,81 руб.

90973,86 руб.х224дн.(с 28.10.2024 г. по 08.06.2025г.)х21%х1/150 = 28529,40руб.

90973,86 руб.49 дн.(с 09.06.2025 г. по 27.07.2025г.)х20%х1/150 = 5943,63руб.

90973,86 руб.49 дн.(с 28.07.2025 г. по 14.09.2025г.)х18%х1/150 = 5349,26руб.

90973,86 руб.42 дн.(с 15.09.2025 г. по 26.10.2025г.)х17%х1/150 = 4330,36руб.

90973,86 руб.56 дн.(с 27.10.2025 г. по 21.12.2025г.)х16,50%х1/150 = 5603,99руб.

90973,86 руб.25 дн.(с 21.12.2025 г. по 15.01.2026г.)х16%х1/150 = 2425,97руб.

Итого 69455,51 руб.

Разрешая спор и удовлетворяя требования ФИО9 о взыскании выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 07 мая 2012 года № 597 «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» в размере за 2024 год в размере 18750 руб., суд исходил из того, что указанная выплата входит в систему оплаты труда, 01 января 2025 года Министерством здравоохранения Челябинской области до ответчика доведены бюджетные ассигнования на 2025 год по мероприятию «Финансовое обеспечение государственного задания на оказание государственных услуг (выполнение работ) поликлиники, амбулатории, диагностические центры» (уведомление о бюджетных ассигнования № № от 16 декабря 2024 года), истец в спорный период времени выполняла трудовые функции, не имела в указанный период неснятых дисциплинарных взысканий, однако заработная плата по должности ей выплачивалась без спорной стимулирующей выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации.

Удовлетворяя требования о взыскании компенсации за молоко за период трудовой деятельности с июля 2007 года по август 2023 года в сумме 155016,50 руб., сославшись на положения статьи 222 Трудового кодекса Российской Федерации, пункт 4 Норм и условий бесплатной выдачи работникам, занятым на работах с вредными условиями труда, молока или других равноценных пищевых продуктов, которые могут выдаваться работникам вместо молока, утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 16 февраля 2009 г. № 45н, суд исходил из того, по рабочему месту ФИО1 установлен класс вредности, таким образом установлена и необходимость выдачи истцу молока или других равноценных продуктов в связи с установлением вредного биологического фактора на рабочем месте истца, однако ответчиком документы, подтверждающие выдачу истцу молока или других равноценных пищевых продуктов в спорный период времени суду не предоставлено, продолжительность рабочего времени ФИО1 в соответствии с условиями трудового договора составляет 6 часов 30 минут в смену, сведений о работе истца во вредных условиях труда менее указанного времени в смену суду не предоставлено, следовательно, истец имеет право на получение спорной компенсации, рассчитанной истцом за период с июля 2007 года по август 2023 года. Разрешая ходатайство ответчика о применении срока на обращение в суд, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации суд учел, что истец обращалась в профсоюз и к работодателю, в отношение которого проводились проверки, прекращение трудового договора с работодателем не лишает работника права на получение соответствующей компенсации за отработанное время в период действия трудового договора, и пришел к выводу, что срок на обращение в суд пропущен истцом по уважительной причине.

С указанными выводами суда о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации за неиспользованное молоко, стимулирующей надбавки в соответствии с Указом Президента Российской Федерации № 597 от 07 мая 2012 года «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» за 2024 год, судебная коллегия согласиться не может, полагая доводы апелляционной жалобы заслуживающими внимания.

Статьей 222 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работникам, занятым на рабочих местах с вредными условиями труда, установленными по результатам специальной оценки условий труда, выдаются бесплатно по установленным нормам молоко или другие равноценные пищевые продукты. Выдача работникам по установленным нормам молока или других равноценных пищевых продуктов по письменным заявлениям работников может быть заменена компенсационной выплатой в размере, эквивалентном стоимости молока или других равноценных пищевых продуктов, если это предусмотрено коллективным договором и (или) трудовым договором. Перечень вредных производственных факторов на указанных рабочих местах устанавливается федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения, и федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

К правоотношениям, возникшим до 31 августа 2022 года, применяется Приказ Минсоцразвития России от 16 февраля 2009 года № 45н «Об утверждении норм и условий бесплатной выдачи работникам, занятым на работах с вредными условиями труда молока или других равноценных пищевых продуктов, Порядка осуществления компенсационной выплаты в размере, эквивалентном стоимости молока или других равноценных пищевых продуктов, и Перечня вредных производственных факторов, при воздействии которых в профилактических целях рекомендуется употребление молока или других равноценных продуктов».

В соответствии с п. 2 Приложения № 1 к указанному приказу бесплатная выдача молока или других равноценных пищевых продуктов производится работникам в дни фактической занятости на работах с вредными условиями труда.

Норма бесплатной выдачи молока составляет 0,5 литра за смену независимо от продолжительности смены. Если время работы во вредных условиях труда меньше установленной продолжительности рабочей смены, молоко выдается при выполнении работ в указанных условиях в течение не менее чем половины рабочей смены (п. 4 Приложения № 1).

С 1 сентября 2022 года указанные отношения регулируются Приказом Минтруда России от 12 мая 2022 года № 291н, которым утверждены Нормы и условия бесплатной выдачи молока или других равноценных пищевых продуктов согласно приложению № 2.

Согласно пункту 1 Приложения № 2 работникам, занятым на рабочих местах с вредными условиями труда, установленными по результатам специальной оценки условий труда, выдаются бесплатно по установленным нормам молоко или другие равноценные пищевые продукты на основании требований настоящих Норм и условий.

Пунктом 2 Приложения № 2 предусмотрено, что бесплатная выдача молока или равноценных пищевых продуктов производится работникам в дни фактической занятости на работах с вредными условиями труда.

Бесплатная выдача молока или равноценных пищевых продуктов работникам, занятым на работах с вредными условиями труда, производится не позднее даты, следующей за датой внесения сведений о результатах проведения специальной оценки условий труда в Федеральную государственную информационную систему учета результатов проведения специальной оценки условий труда (ФГИС СОУТ).

Норма бесплатной выдачи молока составляет 0,5 литра за смену независимо от продолжительности смены. Если время работы составляет менее половины продолжительности рабочей смены, молоко не выдается (п. 4 Приложения № 2).

Таким образом, юридически значимыми обстоятельством является установление факта работы истца во вредных условиях труда в течение не менее половины рабочей смены.

Гарантии и компенсации работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда устанавливаются на основании специальной оценки условий труда, которая проводится в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» (далее по тексту - Федеральный закон N 426-ФЗ).

Специальная оценка условий труда является единым комплексом последовательно осуществляемых мероприятий по идентификации вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса и оценке уровня их воздействия на работника с учетом отклонения их фактических значений от установленных уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти нормативов (гигиенических нормативов) условий труда и применения средств индивидуальной и коллективной защиты работников (часть 1 статьи 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ).

По результатам проведения специальной оценки условий труда устанавливаются классы (подклассы) условий труда на рабочих местах (часть 2 статьи 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ).

Результаты проведения специальной оценки условий труда могут применяться в том числе для разработки и реализации мероприятий, направленных на улучшение условий труда работников; информирования работников об условиях труда на рабочих местах, о существующем риске повреждения их здоровья, о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов и о полагающихся работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, гарантиях и компенсациях; обеспечения работников средствами индивидуальной защиты, а также оснащения рабочих мест средствами коллективной защиты; осуществления контроля за состоянием условий труда на рабочих местах; организации в случаях, установленных законодательством Российской Федерации, обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических (в течение трудовой деятельности) медицинских осмотров работников; установления работникам предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации гарантий и компенсаций; установления дополнительного тарифа страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации с учетом класса (подкласса) условий труда на рабочем месте (пункты 1 - 7 статьи 7 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ).

В соответствии с частью 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ обязанности по организации и финансированию проведения специальной оценки условий труда возлагаются на работодателя.

Согласно ст. 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ, условия труда по степени вредности и (или) опасности подразделяются на четыре класса - оптимальные, допустимые, вредные и опасные условия труда.

По результатам проведения специальной оценки условий труда устанавливаются классы (подклассы) условий труда на рабочих местах.

Из карты аттестации рабочего места от 30 мая 2013 года, карты специальной оценки условий труда <данные изъяты> от 28 декабря 2018 года следует, что необходимость в установлении гарантии работнику в виде обеспечения молоком отсутствует (л.д. 78-79, 80-82, т. 2). С картой аттестации рабочего места и с картой специальной оценкой условий труда ФИО10 ознакомлена 30 мая 2013 года и 29 января 2019 года соответственно.

Необходимость в предоставлении гарантии работнику, занятому во вредных условиях труда в виде выдачи молока предусмотрена только картой специальной оценки условий труда от 08 августа 2023 года (л.д. 83-85, т. 2)

С сентября 2023 года истцу данная гарантия (обеспечение молоком либо выплата соответствующей компенсации) предоставляется, что сторонами не оспаривается.

Учитывая отраженные в карте специальной оценки условий труда №№ от 28 декабря 2018 года, условия труда на рабочем месте <данные изъяты> ГБУЗ «ВФД г.Магнитогорск» отнесены к вредным условиям труда № класса (подкласс №) по биологическому фактору.

Вместе с тем, в силу пункта 2 статьи 7 Федерального закона № 426 результаты проведения специальной оценки условий труда могут применяться для информирования работников, в том числе, об условиях труда на рабочих местах, о полагающихся работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, гарантиях и компенсациях.

В карте СОУТ от 28 декабря 2019 года в пункте № строки № указано на отсутствие оснований для установления гарантий на обеспечение молоком или другими равноценными пищевыми продуктами.

Результаты СОУТ оспорены не были. Экспертиза качества СОУТ не проводилась. Учитывая, что вопрос о наличии оснований для установления работникам гарантий на обеспечение молоком или другими равноценными пищевыми продуктами решается по результатам проведения СОУТ на конкретных рабочих местах с участием аккредитованного специалиста компании, принимая во внимание, что результаты СОУТ не были оспорены, у работодателя отсутствовали основания для игнорирования отраженных в Карте СОУТ и соответствующих протоколах сведений относительно предоставляемых/не предоставляемых гарантий и компенсаций.

В соответствии с частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В силу частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент обращения истца в суд).

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи) (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям».

В абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора (абзац четвертый пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда от 29 мая 2018 г. № 15).

В абзаце пятом пункта 16 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации отмечено, что обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (часть четвертая статьи 198 ГПК РФ).

Исходя из нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок по их ходатайству может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

В случае пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, заявления ответчика о применении последствий пропуска этого срока суду следует согласно части второй статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации поставить на обсуждение вопрос о причинах пропуска данного срока (уважительные или неуважительные). При этом с учетом положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с требованиями статей 2, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Суд при разрешении заявления ответчика о пропуске срока на обращения в суд и вышеуказанные положения процессуального закона не применил.

Суд не дал оценки тому обстоятельству, что с картой аттестации рабочего места и с картой специальной оценкой условий труда, в которых указано на отсутствие оснований для установления гарантий по обеспечению молоком, ФИО1 ознакомлена 30 мая 2013 года и 29 января 2019 года. То есть с указанного времени знала о нарушении своего права. Исходя из того, что в связи с невыдачей молока по окончании каждой смены, а также в связи с невыплатой компенсации по окончании каждого месяца в периоде с июля 2007 года по август 2023 года, принимая во внимание сроки ознакомления с картами специальной оценки условий труда, а также то обстоятельство, что с сентября 2023 года истцу спорная компенсация выплачивается, о нарушении своего права, истец должна была узнать не позднее 13 сентября 2023 года (за последний месяц спорного периода), с учетом установленных сроков выплаты заработной платы. Срок на обращение в суд по последнему месяцу спорного периода (август 2023 года) истек 13 сентября 2024 года. В суд с иск направлен истцом 12 мая 2025 года (л.д. 108, т.1). При этом истец на какие-либо обстоятельства, препятствующие ей обратиться в суд ранее 12 мая 2025 года, не указывала, уважительных причин пропуска указанного срока не приводила, полагала, что о нарушении своего права узнала в день увольнения и срок ею не пропущен.

В обоснование выводов о том, что срок истцом пропущен по уважительной причине, суд указал, что в связи с нарушением права истец обращалась к работодателю и в профсоюз. Вместе с тем, из объяснений сторон и материалов дела следует, что все обращения истца по данному вопросу имели место в 2023 году, указанное обстоятельство не свидетельствует о наличии уважительных причин, препятствующих истцу обратиться в суд ранее 12 мая 2025 года, и не может быть расценено как основания для восстановления срока обращения в суд о взыскании компенсации за период с июля 2007 года по август 2023 года.

При таких обстоятельствах, решение суда в той части, в которой с ГБУЗ «ВФД г. Магнитогорск» в пользу ФИО1 взыскана компенсация за неиспользованное молоко нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении указанных исковых требований.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 г. № 597 «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» в целях сохранения кадрового потенциала, повышения престижности и привлекательности профессий в бюджетном секторе экономики поручено принять до 1 декабря 2012 г. программу поэтапного совершенствования системы оплаты труда работников бюджетного сектора экономики, обусловив повышение оплаты труда достижением конкретных показателей качества и количества оказываемых услуг (подпункт «е» пункта 1).

Во исполнение Указа Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 г. № 597 распоряжением Правительства Российской Федерации от 26 ноября 2012 г. № 2190-р утверждена Программа поэтапного совершенствования системы оплаты труда в государственных (муниципальных) учреждениях на 2012 - 2018 годы.

Из приложения № 5 к Программе - Методике расчета фактического уровня средней заработной платы отдельных категорий работников, определенных Указами Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 г. № 597 «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» и от 1 июня 2012 г. № 761 «О национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы» по отношению к средней заработной плате в соответствующем субъекте Российской Федерации (пункт 3), следует, что расчет средней заработной платы по отдельной категории работников по субъекту Российской Федерации производится на основании агрегирования по всем учреждениям социальной сферы (образование, здравоохранение, культура, социальное обслуживание) и науки государственной и муниципальной форм собственности, осуществляющим деятельность на территории субъекта Российской Федерации, данных о фонде начисленной заработной платы и численности работников данной категории.

Показатель средней заработной платы категории работников учреждений социальной сферы и науки по итогам организуемого статистического наблюдения исчисляется в отношении работников списочного состава по основной работе делением фонда начисленной заработной платы работников списочного состава (без фонда заработной платы внешних совместителей и фонда заработной платы по договорам гражданско-правового характера с лицами, не являющимися работниками учреждений) на среднесписочную численность работников (без внешних совместителей и работающих по договорам гражданско-правового характера) и на количество месяцев в периоде. При этом в сумму начисленной заработной платы работников списочного состава по основной работе включается оплата труда по внутреннему совместительству, а также вознаграждения по договорам гражданско-правового характера, заключенным работниками списочного состава со своим учреждением.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2012 г. № 2599-р утвержден план мероприятий («дорожная карта») «Изменения в отраслях социальной сферы, направленные на повышение эффективности здравоохранения» и рекомендовано органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органам местного самоуправления обеспечить реализацию плана. Согласно пункту 2 плана реализация «дорожной карты» призвана обеспечить установление механизмов зависимости уровня оплаты труда работников медицинских организаций от количества и качества предоставляемых населению бесплатных медицинских услуг.

Разделом IV Программы предусмотрено, что достижение показателей, определенных указами Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 г. № 597 и от 1 июня 2012 г. № 761, осуществляется в отношении соответствующей категории работников в целом. При этом сохраняется обусловленная различиями в сложности труда дифференциация в оплате труда работников, занимающих различные должности, относящиеся к одной категории (например, профессор и ассистент, дирижер и суфлер, главный и младший научные сотрудники).

Таким образом, заработная плата конкретного работника зависит от его квалификации, сложности, количества и качества выполняемой работы и может быть как выше, так и ниже целевого значения, установленного указами Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 г. № 597 и от 1 июня 2012 г. № 761 для соответствующей категории работников.

Удовлетворяя исковые требования истца в данной части, суд не учел, что достижение показателей, определенных Указом Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 г. № 597, осуществляется в отношении соответствующей категории работников в целом по субъекту Российской Федерации, непосредственно оплату труда истца Указ не регулирует, выплата, предусмотренная распоряжением Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2012 г. № 2599-р, вопреки выводам суда, не является стимулирующей выплатой, не предусмотрена системой оплаты труда ответчика.

Стороной ответчика не оспорено, что денежные средства в целях исполнения обязанности по повышению уровня заработной платы работникам из бюджета учреждение получает к концу каждого года. Повышение уровня заработной платы производится путем выплат стимулирующего характера, выплаты, обозначенные как «доведение до индикатива», учреждение не производило. Указом Президента Российской Федерации № 597 от 07 мая 2012 года «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики», распоряжением Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2012 г. № 2599-р предусмотрена обязанность по повышению уровня заработной платы работников, при этом конкретных указаний за счет каких выплат (премия, стимулирующая выплата или другое) должно производиться увеличение заработной платы указанные акты не содержат.

Формула, порядок распределения средств целевой субсидии законодательством не установлены, в связи с чем, определены ответчиком самостоятельно с учетом объема и качества труда каждого работника.

Из представленных ответчиком сведений расчетных ведомостей за 2022, 2023 и 2024 года следует, что на протяжении всей трудовой деятельности истцу наряду с другими работниками производились выплаты стимулирующего характера, в том числе в 2022 года максимальный размер премии составил 20000 руб., в 2023 году - 20000 руб.

Само по себе то обстоятельство, что размеры выплат работникам одинаковыми не являются, не свидетельствует о нарушении прав истца, поскольку заработная плата конкретного работника зависит от его квалификации, сложности, количества и качества выполняемой работы и может быть как выше, так и ниже целевого значения.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в части взыскания стимулирующей надбавки в соответствии с Указом Президента Российской Федерации № 597 от 07 мая 2012 года «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» за 2024 год 18750 руб., с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении иска в этой части.

Установив нарушение трудовых прав истца на справедливую оплату труда суд, руководствуясь статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда, определив размер такой компенсации компенсацию морального вреда 20000 руб.

В этой части апелляционная жалоба доводов не содержит, произведенный судом расчет ответчиком и третьим лицом не оспаривается, оснований для изменения решения суда в этой части, судебная коллегия не усматривает, поскольку размера компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от суммы имущественных требований.

С ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина 9220 руб. (6220 за требования имущественного характера + 3000 руб. по требованиям неимущественного характера).

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Правобережного районного суда г. Магнитогорска от 20 августа 2025 года отменить в той части, в которой с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск» в пользу ФИО1 взыскана компенсация за неиспользованное молоко 155016,50 руб., компенсация за задержку выплаты 96378,92 руб., стимулирующая надбавка в соответствии с Указом Президента Российской Федерации № 597 от 07 мая 2012 года «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» за 2024 год 18750 руб., компенсация за задержку выплаты 11657,50 руб. и вынести в этой части новое решение об отказе в удовлетворении указанных требований.

Это же решение суда в части компенсации за неиспользованный отпуск, размера компенсации за задержку причитающихся выплат изменить.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск» (ОГРН №) в пользу ФИО1 (ИНН №) компенсацию за неиспользованный отпуск 104567 рублей 66 копеек, компенсацию за задержку причитающихся выплат в размере 69455 рублей 51 копейка.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск» (ОГРН №) госпошлину в доход местного бюджета 9220 рублей.

Это же решение в остальной части оставить без изменения, апелляционные жалобы Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Врачебно-физкультурный диспансер г. Магнитогорск», Министерства здравоохранения Челябинской области - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено 29 января 2026 года