Апелляционное постановление № 22-884/2025 от 5 октября 2025 г. по делу № 1-2-5/2025

Судья Белоусов А.А. Дело № 22-884/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Саранск 06 октября 2025 года

Верховный Суд Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Матяева Д.Н.,

при секретаре Маляновой Н.Н.,

с участием прокурора отдела управления прокуратуры Республики Мордовия Беськаева А.А.,

защитника осужденной и гражданского ответчика ФИО1 – адвоката Коллегии адвокатов № 1 Адвокатской палаты Республики Мордовия Федина Н.В., представившего удостоверение № 658 и одер №2672 от 06 октября 2025 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденной ФИО1 и действующего в защиту ее интересов адвоката Федина Н.В., апелляционное представление государственного обвинителя – прокурора Кадошкинского района Республики Мордовия Кильдюшкина П.М. на приговор Инсарского районного суда Республики Мордовия от 25 июля 2025 года, вынесенный в отношении ФИО1.

Заслушав доклад председательствующего судьи Матяева Д.Н., выслушав действующего в защиту ее интересов осужденной ФИО1 адвоката Федина Н.В., поддержавшего доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Беськаева А.А., полагавшего, что приговор подлежит изменению по доводам апелляционного представления, суд

установил:

приговором Инсарского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 25 июля 2025 года

ФИО1, родившаяся <дата> в с. <адрес>, гражданка Российской Федерации, русским языком владеющая, в услугах переводчика не нуждающаяся, с высшим образованием, <данные изъяты>, имеющая на иждивении двоих малолетних детей, зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, не военнообязанная, не трудоустроенная, не судимая,

признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст.264 УК РФ, и ей назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 год.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным, с испытательным сроком 2 года, в течение которого на нее возложены обязанности: встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных; не менять постоянного места жительства без уведомления данного специализированного государственного органа; регулярно - не реже одного раза в месяц - являться на регистрацию в указанный орган.

Начало испытательного срока ФИО1 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в испытательный срок времени, прошедшего со дня провозглашения приговора по день вступления его в законную силу.

Дополнительное наказание ФИО1 в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, постановлено исполнять самостоятельно.

Срок отбывания наказания ФИО1 в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Гражданские иски о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, заявленные потерпевшими НМВ, ФКА и БНВ удовлетворены частично.

Взыскано с ФИО1:

- в пользу НМВ в счет компенсации морального вреда причиненного преступлением 1 500 000 рублей.

- в пользу ФКА в счет компенсации морального вреда причиненного преступлением 1 000 000 рублей;

- в пользу БНВ в счет компенсации морального вреда причиненного преступлением 1 000 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований НМВ, ФКА и БНВ отказано.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО1 признана виновной и осуждена за совершение нарушения лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, а также повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Приговором суда установлено, что 07 января 2025 года около 08 часов 40 минут ФИО1, управляя технически исправным автомобилем марки «LADA GFL110 LADA VESTA» государственный регистрационный знак «<№>», принадлежащим ей на праве собственности, с находящимися в салоне автомобиля несовершеннолетними пассажирами ТЯД и ТДД, двигаясь со скоростью примерно 60 км/ч на 35 км + 620 м автодороги сообщением «Рузаевка-Ковылкино-Торбеево» на территории Кадошкинского района Республики Мордовия в направлении движения г.Рузаевка в условиях светлого времени суток, естественного освещения и ограниченной видимости, грубо нарушила требования п. 1.5 абз.1, п. 11.1, 10.1 Правил дорожного движения РФ, проявив небрежность и невнимательность к окружающей обстановке, создала опасность для себя и иных участников дорожного движения, не учла дорожные и метеорологические условия, выполняя маневр «обгон», не убедившись в безопасности совершаемого маневра, выехала на полосу, предназначенную для встречного движения и совершила столкновение с движущимся во встречном ей направлении автомобилем марки «ВАЗ 21103» государственный регистрационный знак «<№>», под управлением НМВ, с находящейся в салоне его автомобиля пассажиром НадМВ В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля марки «ВАЗ 21103» НМВ получил телесные повреждения, повлекшие в совокупности тяжкий вред здоровью, вызвавший значительную стойкую утрату общей трудоспособности не мене чем на одну треть, а его пассажир НадМВ в результате данного дорожно-транспортного происшествия получила телесные повреждения, повлекшие в своей совокупности тяжкий вред здоровью, как опасные для жизни, от которых в тот же день НадМВ скончалась в ГБУЗ РМ «Рузаевская ЦРБ».

Преступление совершено ФИО1 при обстоятельствах, установленных судом, и подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе, поданной в интересах осужденной ФИО1, адвокат Федин Н.В., не оспаривая законность приговора в части признания ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, выражает несогласие в части взыскания с ФИО1 суммы компенсации морального вреда в пользу потерпевших, считает данную сумму явно завышенной и необоснованной. Полагает, что судом не соблюдены требования ст. 1101 ГК РФ и позиция, изложенная в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». Отмечает, что в судебном заседании истцы не обосновали, какие именно нравственные и физические страдания они перенесли, какие последствия для них наступили. Проживали они в разных местах, семейных отношений особо не поддерживали. Судом не выяснено, кто о ком проявлял заботу и внимание. В исковом заявлении не указаны данные обстоятельства, а делается только ссылка на содержание ст. 151 ГК РФ. Обращает внимание, что ФИО1 проживает с двумя малолетними детьми. Один ребенок – инвалид с детства, который нуждается в дорогостоящем уходе. Других доходов, кроме пенсии на ребенка-инвалида и пособия по его уходу, ФИО1 не имеет. Кроме того, ФИО1 имеет плохое состояние здоровья (<данные изъяты>), и ей также приходится тратиться на лекарства. Суд отнесся к разрешению данного вопроса формально, не исследовав и не приняв во внимание юридически значимые обстоятельства по делу, выразившиеся в том, что не учтено ее тяжелое материальное положение, отсутствие недвижимости и другого имущества. Указывает, что из приговора не ясно, какая сумма компенсации морального вреда взыскана потерпевшему НМВ за получение им тяжкого вреда здоровья, а какая - в связи со смертью супруги. Просит приговор суда изменить, снизить суммы компенсации морального вреда, подлежащего выплате потерпевшим.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 выражает несогласие с приговором суда в части взыскания с нее суммы компенсации морального вреда в пользу потерпевших в указанной судом сумме, ссылаясь на те же доводы, что и адвокат Федин Н.В. в своей апелляционной жалобе. Просит приговор суда в части взыскания компенсации морального вреда потерпевшим НМВ, БНВ и ФКА изменить, снизить суммы компенсации морального вреда.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – прокурор Кадошкинского района Республики Мордовия Кильдюшкин П.М., не соглашаясь с приговором суда, считает его не отвечающим требованиям ст. 297 УПК РФ, и подлежащим изменению. Указывает, что судом ФИО1 в качестве смягчающего наказание обстоятельства, в силу п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, учтено частичное добровольное возмещение потерпевшему НМВ вреда, причиненного преступлением. Однако, по смыслу закона, лишь факт возмещения имущественного ущерба и морального вреда потерпевшему в полном объеме либо соразмерно характеру общественно опасных последствий, наступивших в результате совершения преступления, может быть признан смягчающим обстоятельством в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при котором применяются льготные правила назначения наказания, предусмотренные ч. 1 ст. 62 УК РФ. Обращает внимание, со ссылкой на п.1 ст. 307 УПК РФ, п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», что в описательно-мотивировочной части приговора судом указано только на причинно-следственную связь между совершением ФИО1 дорожно-транспортного происшествия и наступлением последствий в виде причинения смерти человеку по неосторожности, и не указано на нахождение дорожно-транспортного происшествия в причинной связи с причинением телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью потерпевшего НМВ Кроме того, вопреки требованиям п.п. 6.1, 8, ч.1 ст.299 УПК РФ судом не обсуждены вопросы изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ и о применении положений ст. 82 УК РФ. Также во вводной и резолютивной частях приговора судом неверно указано отчество осужденной ФИО1 - «<данные изъяты>» вместо «<данные изъяты>». Считает, что обозначенные нарушения свидетельствуют о незаконности судебного решения, однако являются устранимыми в суде апелляционной инстанции. Просит приговор суда в отношении ФИО1 изменить. Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, частичное добровольное возмещение потерпевшему вреда в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ и применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. Признать частичное добровольное возмещение потерпевшему вреда обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ. Указать во вводной и резолютивной частях приговора отчество осужденной ФИО1 - «<данные изъяты>» вместо «<данные изъяты>». Указать на нахождение дорожно-транспортного происшествия, совершенного ФИО1, в причинной связи с причинением телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью потерпевшего НМВ В остальной части приговор оставить без изменения.

Заслушав участвующих лиц, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб осужденной и ее защитника и апелляционного представления государственного обвинителя, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Судебное разбирательство по делу проведено объективно и всесторонне с соблюдением требований уголовно-процессуального закона с выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, в том числе места, времени, способа совершения, формы вины и последствий преступления. Суд создал сторонам необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, которыми они реально воспользовались.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. В нем зафиксирован ход судебного процесса, указаны заявления, возражения, ходатайства, вопросы участвующих в уголовном деле лиц, достаточно подробно записаны их показания, содержание выступлений, отражены принятые судом процессуальные решения и иные значимые для дела обстоятельства.

Суд первой инстанции принял все, предусмотренные законом меры, для всестороннего, полного и объективного исследования предусмотренных ст. 73 УПК РФ обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по настоящему уголовному делу, которые судом установлены правильно.

Судом всесторонне исследовались как доказательства представленные стороной обвинения, так и доказательства, представленные стороной защиты.

В приговоре дана правильная оценка всем исследованным доказательствам, как в отдельности, так и в совокупности, приведены убедительные аргументы принятых решений по этим вопросам, с которыми судебная коллегия полагает необходимым согласиться.

При рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступления признала полностью, в содеянном раскаялась, относительно гражданского иска пояснила, что согласна с предъявленными гражданскими исками, однако считает суммы компенсации морального вреда завышенными. Она повредила свое здоровье в результате ДТП, однако инвалидность оформлять не будет из-за моральных соображений. На ее иждивении двое детей, один из которых инвалид. Бывший муж выплачивает алименты на детей, при этом в их воспитании участия не принимает. В настоящее время она не имеет возможности трудиться и не имеет дохода. От дачи показаний на основании ст. 51 Конституции РФ отказалась.

В силу ст. 51 Конституции РФ, п. 21 ч. 4 ст. 47 УПК РФ подсудимые не обязаны свидетельствовать против себя самих, вправе отказаться от дачи показаний, не несут ответственность за дачу заведомо ложных показаний, вправе заявлять ходатайства и защищаться иными средствами и способами, не запрещенными законом.

В основу приговора суд правильно взял исследованные в суде показания ФИО1, данные ей в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемой 20 марта 2025 года (т.2 л.д.127-128), признававшей свою вину в полном объеме и дававшей последовательные показания относительно обстоятельств совершения преступления, оглашенные в судебном заседании на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, из которых следует, что 07 января 2025 года в утреннее время она на автомобиле марки «LADA GFL110 LADA VESTA» государственный регистрационный знак «<№>», двигаясь по автодороге сообщением «Рузаевка-Ковылкино-Торбеево», проехав с. Латышовка Кадошкинского района Республики Мордовия, она решила совершить обгон впереди идущего большегрузного автомобиля и выехала на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, при этом видимости дороги ввиду погодных условий не было, и на полосе встречного движения совершила лобовое столкновение с автомобилем марки ВАЗ-21103. Она, находившиеся в ее автомобиле дети, а также водитель и пассажир автомобиля марки ВАЗ-21103, как ей впоследствии стало известно НМВ и НадМВ., получили телесные повреждения. Через некоторое время она узнала, что пассажир автомобиля марки ВАЗ-21103 НадМВ скончалась в ГБУЗ РМ «Рузаевская ЦРБ» от полученных в результате ДТП травм.

Из материалов уголовного дела следует, что осужденная в ходе предварительного следствия допрошена с соблюдением уголовно-процессуального закона, при этом по ходатайству стороны обвинения в судебном заседании были оглашены ее показания, данные ей на следствии.

Перед допросом обвиняемой ФИО1 разъяснялось право не свидетельствовать против себя и своих близких, она была предупреждена о том, что при согласии дать показания они могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе при последующем отказе от них.

Показания на предварительном следствии осужденная давала в присутствии своего защитника - адвоката, и эти показания нашли свое процессуальное закрепление в протоколе следственного действия, после прочтения которого участвующие лица никаких заявлений и замечаний, в том числе о применении недозволенных мер воздействия или нарушении закона не сделали, заявив о том, что показания давались добровольно и без какого-либо воздействия, удостоверив правильность зафиксированных в этих протоколах сведений своими подписями.

В заседании суда первой инстанции ФИО1 подтвердила правильность оглашенных показаний.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, при установленных судом обстоятельствах, основаны не только на показаниях самой осужденной, но и совокупности приведенных в приговоре доказательств, исследованных в судебном заседании полно, всесторонне и объективно.

Так, вина ФИО1 подтверждается показаниями потерпевшего НМВ, о том, что 07 января 2025 года, когда он около 08 час. 00 мин. на своем автомобиле марки ВАЗ-21103, со своей супругой НадМВ., находившейся на переднем пассажирском сиденье, ехал по автодороге сообщением «Рузаевка-Ковылкино-Торбеево», увидел двигавшейся во встречном ему направлении большегрузный автомобиль, из-под колес которого образовывались снежные завихрения и за которым не было видимости дороги. Он не изменяя полосы движения, снизил скорость и неожиданно почувствовал удар, так как произошло лобовое столкновение с автомобилем «Лада Веста» серого цвета, за управлением которого находилась женщина, как впоследствии ему стало известно - ФИО1 В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия он получил телесные повреждения и был госпитализирован, а его супруга НадМВ скончалась в ГБУЗ РМ «Рузаевская ЦРБ» от полученных в результате ДТП травм.

Судом приведены в приговоре показания допрошенных в судебном заседании потерпевших и гражданских истцов БНВ и ФКА

Также судом исследовались и приведены в приговоре показания свидетелей ССН (т.2 л.д.3-4), ЦДА (т.2 л.д.5-6), КАМ (т.2 л.д.11-12), ТМН (т.2 л.д.13-14), ПНА (т.2 л.д.7-8), ЛНР (т.2 л.д.9-10), ПНП (т.2 л.д.15-16), АНК (т.2 л.д.42-43), САВ (т.2 л.д.17), ДМС (т.2 л.д.18-19), КЗВ (т.2 л.д.73-74), ССА (т.2 л.д.71-72), БТИ (т.2 л.д.31-32), ПВФ (т.2 л.д.33-34), НТМ (т.2 л.д.44-45), АФК (т.2 л.д.40-41), данными ими в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ.

А также вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ подтверждается исследованными судом письменными доказательствами:

- протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 07 января 2025 года, с приложенной фототаблицей и план-схемой, в ходе которого осмотрен участок местности на 35 км+620 м автодороги сообщением «Рузаевка-Ковылкино-Торбеево», на котором произошло дорожно-транспортное происшествие, при этом изъяты: автомобиль марки «LADA GFL110 LADA VESTA», государственный регистрационный знак «<№>», автомобиль марки ВАЗ-21103, государственный регистрационный знак «<№>» (т.1 л.д.6-18);

- протоколом осмотра предметов от 30 января 2025 года, с приложенной фототаблицей, в ходе которого осмотрены: автомобиль марки LADA GFL110 LADA VESTA», государственный регистрационный знак <№>, автомобиль марки ВАЗ 21103, государственный регистрационный знак <№>, изъятые в ходе осмотра места ДТП от 07 января 2025 года (л.д.183-187),

- заключением эксперта №16/2025 от 19 февраля 2025 года, согласно которого смерть НадМВ наступила в результате множественных травм грудной клетки, живота, конечностей, осложнившихся травматическим шоком, которые могли образоваться как от действия тупого твердого предмета, а также при соударении о выступающие части, находясь внутри салона автомобиля при дорожно-транспортном происшествии, которые в совокупности у живого лица причинили тяжкий вред здоровью, как опасный для жизни человека (т.1 л.д.57-61);

- заключением эксперта №65/2025 (М) от 24 февраля 2025 года, согласно которого в предоставленных медицинских документах у НМВ описаны следующие телесные повреждения: ссадина правой голени, ссадина левой скуловой области, кровоподтек век слева, оскольчатый перелом средней трети правой бедренной кости со смещением, перелом нижней стенки левой глазницы, которые в совокупности повлекли тяжкий вред здоровью, вызвавший значительную стойкую утрату общей трудоспособности не мене чем на одну треть (т.1 л.д.231-234);

- заключением эксперта № 31 от 05 февраля 2025 года, согласно выводам которого в случаях, когда встречное транспортное средство, в частности автомобиль Лада, до момента столкновения не было заторможено, вопрос о наличии у водителя другого транспортного средства, в частности автомобиля ВАЗ, технической возможности предотвратить происшествие путем торможения не имеет смысла, так как ни снижение скорости и даже его остановка не исключают возможность происшествия. Следовательно, водитель автомобиля ВАЗ НМВ не имел технической возможности предотвратить столкновение с выехавшим на его полосу движения автомобилем Лада. Вопрос о том, располагал ли водитель автомобиля Лада ФИО1 технической возможностью предотвратить данное ДТП с автомобилем ВАЗ, не имеет технического смысла и экспертами не решается, поскольку своими действиями водитель автомобиля Лада ФИО1 сама создала опасную дорожную ситуацию, как себе, так и другим участникам дорожного движения. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации избежание ДТП зависело не от технической возможности автомобиля Лада, а от выполнения водителем пунктов 11.1 и 10.1 ПДД РФ. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Лада ФИО1 должна была руководствоваться и в ее действиях усматривается не соответствие требованиям абз.1 п. 1.5, п.п. 11.1 и 10.1. ПДД РФ. Соответственно, в данной дорожной ситуации в действиях водителя автомобиля ВАЗ НМВ несоответствий требованиям пунктов ПДД РФ не усматривается (т.1 л.д.67-72).

Судом исследовались и иные доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, приведенные в приговоре.

Все исследованные по данному делу доказательства признаны судом допустимыми, полученными с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и их совокупность в полном объеме подтверждает виновность ФИО1 в совершении преступления.

Взятые в основу приговора доказательства были получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, с соблюдением требований ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверены судом и оценены в приговоре, сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывают и каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденной ФИО1 в содеянном, не содержат.

Выводы заключений проведенных по делу экспертиз надлежащим образом аргументированы, научно обоснованы, содержат указание на примененные при исследовании методики, соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, проведены экспертами, имеющими значительный стаж экспертной деятельности, предупрежденными об ответственности за заведомо ложное заключение, в связи с чем судом обоснованно приняты во внимание как допустимые доказательства по делу.

Данных о необъективной оценке представленных стороной обвинения доказательств, повлиявшей на правильность выводов суда, а также данных, свидетельствующих, об обосновании судом приговора недопустимыми доказательствами, не выявлено.

Оценив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства дела, пришел к верному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, дав юридическую оценку содеянному и правильно квалифицировал ее действия по ч. 3 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, а также повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Установленные судом первой инстанции обстоятельства совершения преступления осужденной ФИО1, также как и квалификация содеянного не вызывают сомнений и в апелляционном порядке не оспариваются.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства совершенного деяния, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденной в содеянном, и мотивированы выводы относительно квалификации преступления.

Вопреки доводам апелляционного представления, государственного обвинителя, в описательно-мотивировочной части приговора судом указано не только на причинно-следственную связь между совершением ФИО1 дорожно-транспортного происшествия и наступлением последствий в виде смерти НадМВ по неосторожности, но также и на нахождение дорожно-транспортного происшествия в причинной связи с причинением по неосторожности телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью потерпевшего НМВ

В соответствии с ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

При определении ФИО1 вида и размера наказания, суд в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 7, 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного ей преступления, сведения о ее личности, принцип гуманизма, влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также учел иные обстоятельства, имеющие значение при разрешении данных вопросов.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, в отношении ФИО1 судом не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ признал наличие на ее иждивении двоих малолетних детей – ТДС и ТЯД; в соответствии п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ - частичное добровольное возмещение потерпевшему НМВ вреда, причиненного в результате преступления, поскольку эти обстоятельства подтверждаются письменными материалами дела и показаниями самого потерпевшего НМВ, а также в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – признание вины в совершении вмененного ей преступления, раскаяние в содеянном, положительную характеристику по месту жительства.

При этом суд апелляционной инстанции признает заслуживающими внимания доводы апелляционного представления государственного обвинителя относительно необоснованности признания в числе прочих смягчающих обстоятельств частичное возмещение вреда, причиненного преступлением одному из трех потерпевших - НМВ в виде незначительной суммы (50 000 рублей) в качестве компенсации морального вреда, которое нельзя считать добровольным возмещением вреда в том смысле, какой придается ему п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

По смыслу п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ во взаимосвязи с положениями ч.1 ст. 62 УК РФ применение льготных правил назначения наказания может иметь место в случае, если имущественный ущерб и моральный вред возмещены потерпевшему в полном объеме. Частичное возмещение имущественного ущерба и морального вреда может быть признано судом обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с положениями ч.2 ст. 61 УК РФ.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда как на смягчающее наказание обстоятельство в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ частичное добровольное возмещение ФИО1 вреда, причиненного потерпевшему НМВ в результате совершения преступления, признав данное обстоятельство в качестве смягчающего при назначении наказания в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Поскольку обстоятельство смягчающее наказание в соответствии с п.«к» ч. 1 ст. 61 УК РФ подлежит исключению, положения ч. 1 ст. 62 УК РФ не могут быть применены при назначении наказания ФИО1 и ссылка на применение указанных положений также подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора.

Данные характеризующие личность осужденной ФИО1, иные обстоятельства, которые могли повлиять на определение вида и размера наказания, судом в полном объеме были исследованы и учтены, что прямо следует из содержания вынесенного приговора.

В соответствии со справкой ГБУЗ СО «ТГКП <№>», АПК <№>, ЦАОП от 11.03.2025 ФИО1 состоит на Д-учете в <данные изъяты> ГБУЗ СО ТГКБ <№> (т.2 л.д.118).

Из справки серии МСЭ-2018 №1777675 от 01.11.2021 следует, что сыну осужденной - ТЯД установлена инвалидность. Группа инвалидности категории «ребенок-инвалид», дата очередного освидетельствования 07.04.2034 (т.2 л.д.80).

Согласно заключению ГБУ-центр <данные изъяты> «<данные изъяты> центр №376 от 15.04.2024 ТЯД, с целью предоставления специальных условий образования <данные изъяты> определена образовательная программа: <данные изъяты> (т.2 л.д.120).

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной ФИО1, ее поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и свидетельствующих о наличии оснований для назначения наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, судом первой инстанции не установлено, также как не установлено оснований применения положений ст. 53.1 УК РФ.

Назначая наказание ФИО1, суд не применил положения ч.6 ст. 15 УК РФ и ст. 82 УК РФ, с учетом обстоятельств и общественной опасности совершенного преступления, в результате которого по неосторожности была причинена смерть НадМВ и тяжкий вред здоровью НМВ, личности осужденной суд апелляционной инстанции также не находит оснований для применения указанных положений.

Оценив приведенные выше обстоятельства и фактические данные в совокупности, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в виде лишения свободы и обоснованно применил положения ст.73 УК РФ, при этом назначив дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 год.

Согласно санкции ч. 3 ст. 264 УК РФ, назначение дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью является обязательным, и возможность его применения не предусмотрена в качестве альтернативы по усмотрению суда. Срок дополнительного наказания судом мотивирован, отсутствуют основания не согласиться с выводами суда первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции считает, что в приговоре учтены все установленные по делу обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, назначенное ФИО1 наказание, является мотивированным, справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного ей преступления и личности виновной и полностью отвечающим задачам исправления осужденной, целям, предусмотренным ч. 2 ст. 43 УК РФ, оснований для его изменения не имеется.

При разрешении гражданских исков потерпевших НМВ, ФКА и БНВ о компенсации морального вреда, суд верно руководствовался положениями ст. ст. 151, 1064, 1079, 1099-1101 ГК РФ, принял во внимание, что каждый из потерпевших перенес значительные нравственные страдания, связанные с утратой близкого, и утрата эта невосполнима, а потерпевший НМВ кроме того перенес значительные физические и нравственные страдания, связанные с причинением ему тяжкого вреда здоровью.

Согласно разъяснениям, данным в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под нравственными страданиями понимаются, в том числе, переживания в связи с утратой родственников.

В силу ст. 151, 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Суд первой инстанции, устанавливая размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО1 в пользу потерпевшего НМВ в размере 1 500 000 рублей, в пользу потерпевшей ФКА в размере 1 000 000 рублей и в пользу потерпевшей БНВ в размере 1 000 000 рублей, не принял во внимание нормативные положения ч. 3 ст. 1083 ГК РФ и разъяснения, данные Пленумом Верховного Суда Российской Федерации об учете при определении размера компенсации морального вреда, в частности, имущественного положения причинителя вреда.

В абзаце пятом пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» внимание судов обращено на то, что размер возмещения вреда в силу ч. 3 ст. 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Суд апелляционной инстанции считает, что разрешая гражданские иски потерпевших НМВ, ФКА и БНВ о компенсации морального вреда, суд первой инстанции не в полной мере оценил материальное положение осужденной ФИО1, исходя из требований разумности для возможности реального возмещения морального вреда, а также то, что ФИО1 преступление совершено по неосторожности, данные о наличии у нее недвижимого имущества и денежных сбережений отсутствуют, имеющийся в собственности автомобиль в результате дорожно-транспортного происшествия получил значительные механические повреждения, осужденная имеет <данные изъяты> заболевание, в результате дорожно-транспортного происшествия она получила телесные повреждения и в настоящее время не трудоустроена, ее брачные отношения расторгнуты, она одна воспитывает двоих малолетних детей, один из которых является инвалидом и ему требуются специальные условия образования.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым снизить сумму компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с осужденной ФИО1 в пользу потерпевшего НМВ до 1 250 000 рублей, из которых 700 000 рублей в качестве компенсации морального вреда в связи с утратой близкого родственника – супруги НадМВ и 550 000 рублей в связи с полученными телесными повреждениями, повлекшими тяжкий вред здоровью, учитывая при этом, что 50 000 рублей НМВ было выплачено осужденной в качестве компенсации морального вреда до вынесения приговора. Снизить размер компенсации морального вреда подлежащего взысканию с осужденной ФИО1 в пользу потерпевшей ФКА в связи с утратой близкого родственника – матери НадМВ до 700 000 рублей. Снизить размер компенсации морального вреда подлежащего взысканию с осужденной ФИО1 в пользу потерпевшей БНВ в связи с утратой близкого родственника – сестры НадМВ до 500 000 рублей, учитывая в том числе, что сестры проживали раздельно и не вели общего совместного хозяйства.

Кроме того, во вводной и резолютивной частях приговора, в написании отчества осужденной ФИО1 допущена явная техническая ошибка – вместо «<данные изъяты>» указано «<данные изъяты>», поскольку материалами дела, копией паспорта (т.2 л.д.78) подтверждается, что осуждена именно ФИО1. Указанная техническая ошибка, в целом, не влияет на законность и обоснованность приговора суда. Таким образом, приговор в части анкетных данных - отчества осужденной, подлежит уточнению.

Каких-либо иных нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора по иным основаниям, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Инсарского районного суда Республики Мордовия от 25 июля 2025 года, вынесенный в отношении ФИО1, изменить, частично удовлетворить апелляционное представление государственного обвинителя, а также апелляционные жалобы осужденной и ее защитника.

Указать во вводной и резолютивной частях приговора, что он вынесен в отношении ФИО1.

Исключить из описательно мотивировочной части приговора ссылку суда как на смягчающее наказание обстоятельство в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ частичное добровольное возмещение ФИО1 вреда, причиненного потерпевшему НМВ в результате совершения преступления и применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, признав частичное возмещение вреда потерпевшему НМВ обстоятельством смягчающим наказание ФИО1 в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Снизить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с осужденной ФИО1 в пользу:

- потерпевшего НМВ до 1 250 000 (один миллион двести пятьдесят тысяч) рублей;

- потерпевшей ФКА до 700 000 (семьсот тысяч) рублей:

- потерпевшей БНВ до 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя, апелляционные жалобы осужденной и ее защитника - без удовлетворения.

На основании ч. 4 ст. 391 УПК РФ постановление суда апелляционной инстанции вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вынесения апелляционного постановления.

В случае пропуска данного срока или отказа в его восстановлении, кассационные жалобы либо представление могут быть поданы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Д.Н. Матяев