Апелляционное постановление № 22-722/2025 от 21 октября 2025 г.

Судья Тупыгин Р.Е. Дело №22-722/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Иваново 22 октября 2025 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего судьи Араблинской А.Р.,

при секретарях Жданове Д.С., Аристовой А.А.,

с участием:

прокуроров Бойко А.Ю., ФИО1,

осужденного ФИО2,

защитника – адвоката Буренина С.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя помощника Фурмановского межрайонного прокурора Ермаковой А.Ю., апелляционную жалобу защитника-адвоката Буренина С.Г. на приговор Фурмановского городского суда Ивановской области от 10 февраля 2025 года, которым

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> ФИО6 <адрес>, гражданин РФ, несудимый,

осужден по ч.5 ст.128.1 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 250000 рублей.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО2 оставлена без изменения.

Принято решение по гражданскому иску потерпевшего Потерпевший №1 Постановлено взыскать с ФИО2 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 50 000 рублей.

Этим же приговором гражданские иски Потерпевший №2 и Потерпевший №3 оставлены без рассмотрения, с разъяснением сохранения права за гражданскими истцами на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

Также принято решение о вещественных доказательствах.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционного представления и апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции,

установил:

ФИО2 признан виновным и осужден за клевету, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица и подрывающих его репутацию, совершенную публично с использованием информационно-телекоммуникационных технологий, включая сеть «Интернет», соединенную с обвинением лица в совершении тяжкого преступления.

Преступление совершено 28 августа 2023 года на территории <адрес> ФИО6 <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель помощник Фурмановского межрайонного прокурора Ермакова А.Ю. выражает несогласие с приговором и ставит вопрос о его изменении ввиду несправедливости вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания. По мнению прокурора, судом необоснованно в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осужденного, признана явка с повинной, содержащаяся в письменном объяснении ФИО2 Излагая мотивы принятого судом решения, считает их необоснованными, противоречащими ч.ч.1,2 ст.142 УПК РФ, п.29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания». Указывает, что поводом для проведения доследственной проверки явилось поступление в ОМВД России по <адрес> заявления Потерпевший №1 о совершении в отношении него преступления, предусмотренного ст.128.1 УК РФ, при этом в заявлении он сообщил о наличии у него подозрений о совершении преступления ФИО2, поскольку комментарий размещен пользователем ФИО51 и на странице пользователя имелась фотография ФИО2 Отмечает, что к заявлению Потерпевший №1 о преступлении приложен скриншот комментария. Полагает, что опрос ФИО2 в ходе доследственной проверки свидетельствует о выполнении должностными лицами ОМВД России по <адрес> требований ст.144 УПК РФ по поступившему заявлению Потерпевший №1, и он не был обусловлен инициативой со стороны ФИО2 Сообщает, что на момент получения от ФИО2 объяснений, последний был ознакомлен с материалом проверки и лишь подтвердил факт размещения комментария в социальной сети «<данные изъяты>» сети «<данные изъяты>», содержание которого расценено Потерпевший №1 в качестве клеветы. Обращает внимание, что в судебном заседании ФИО2 отказался отвечать на вопросы стороны обвинения относительно обстоятельств дачи указанного объяснения. Считает, что отсутствуют основания полагать, что ФИО2 добровольно обратился в правоохранительные органы с целью сообщения о совершенном им преступлении, письменные объяснения не отвечают требованиям ст.142 УПК РФ и не являлись поводом для возбуждения уголовного дела. Кроме того, полагает, что по своему содержанию сообщенные сведения также не могли быть признаны явкой с повинной, поскольку сами по себе не достаточны для вывода как о совершении какого-либо преступления, так и об отношении ФИО2 к содеянному как к преступному деянию. Указывает, что сообщенные ФИО2 сведения фактически были известны правоохранительным органам из заявления Потерпевший №1 и приложенных к нему документов, следовательно, дача объяснений в ходе доследственной проверки не подлежала самостоятельному учету в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ как явка с повинной. Отмечает, что ФИО2 в ходе досудебного производства и в ходе судебного разбирательства последовательно отрицал факт совершения им какого-либо преступления, при этом в ходе судебного заседания ФИО2 подтвердил принадлежность страницы в социальных сетях и факт размещения комментария, содержание которого приведено в предъявленном обвинении, то есть фактически подтвердил содержание письменных объяснений. Обращает внимание, что данные обстоятельства в совокупности с иными показаниями ФИО2 расценены судом как непризнание вины в совершении преступления, что противоречит выводам суда о наличии у последнего намерений в объяснении сообщить правоохранительным органам о совершении им преступления. Кроме того, по мнению прокурора, при назначении наказания судом не в полной мере учтены положения ст.ст.43, 60 УК РФ, вследствие чего ФИО2 назначено чрезмерно мягкое наказание в размере, не отвечающем характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, данным о его личности, а также имущественному положению осужденного и его семьи. Указывает о назначении ФИО2 наказания сопоставимом с его средним доходом за один месяц и в размере, значительно меньшем ежемесячного дохода его семьи, что не позволит достичь целей уголовного наказания, предусмотренных ч.2 ст.43 УК РФ. Просит приговор изменить, исключить указание на признание обстоятельством, смягчающим наказание, явку с повинной, назначить ФИО2 по ч.5 ст.128.1 УК РФ наказание в виде штрафа в размере 2000000 рублей.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Буренин С.Г. выражает несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленных судом первой инстанции, нарушением уголовного закона, а также несправедливостью назначенного наказания вследствие его чрезмерной суровости. Ссылаясь на положения ч.2 ст.34 УК РФ, п.28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 №55 «О судебном приговоре» полагает, что в приговоре необходимо конкретно указывать какие обстоятельства судом признаются смягчающими наказание, а также подробно приводить выводы относительно непризнания тех или иных обстоятельств в качестве таковых. Сообщает, что сторона защиты просила признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства оказание материальной помощи престарелой матери супруги, однако без приведения каких-либо мотивов указанное обстоятельство в качестве смягчающего судом не признано. Считает, что оказание ухода и заботы за престарелой матерью гражданской супруги не предполагает оказание ей материальной помощи, а выражается в иных действиях, направленных на ее поддержку. Обращает внимание, что сторона защиты просила признать в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, наличие у ФИО2 благодарственных писем, наград, медалей, оказание им помощи церкви, детскому дому, участие в открытии в <адрес> памятника ветеранам боевых действий, а также то, что он сам является ветераном боевых действий. По мнению защитника, указание суда об учете при назначении наказания на участие ФИО2 в общественной жизни и волонтерской деятельности не охватывает указанные выше обстоятельства и в полной мере не отвечает требованиям уголовного закона, поскольку не позволяет оценить какие из вышеописанных обстоятельств судом действительно принимались во внимание при назначении наказания. Обращает внимание, что в ходе рассмотрения дела ФИО2 указал о самостоятельном удалении размещенного им комментария, что, по мнению защитника, свидетельствует о снижении степени общественной опасности содеянного, характеризуют его с положительной стороны, и должно учитываться при назначении наказания, однако данные сведения в приговоре не изложены и не учтены в качестве смягчающего наказание обстоятельства. Отмечает, что в описательно-мотивировочной части приговора суд фактически пришел к выводу о наличии на иждивении у ФИО2 троих несовершеннолетних детей и одного совершеннолетнего сына, однако во вводной части приговора указано о наличии у ФИО2 на иждивении только трех несовершеннолетних детей и отсутствие иных иждивенцев. Кроме того, сторона защиты выражает несогласие с квалификацией действий ФИО2 и решением суда о его осуждении. Излагая выводы суда, считает их неверными, не основанными на доказательствах, исследованных в судебном заседании, носящими предположительный характер, и не соответствующих требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов. Полагает, что выводы суда, основанные на одних и тех же показаниях потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей Потерпевший №3, Потерпевший №2, ФИО3 №3, ФИО3 №2, ФИО3 №4, отраженные в приговоре, носят противоречивый характер в части характеристики денежной суммы и цели ее передачи. Ссылается на показания Потерпевший №1, не сообщавшего никаких сведений относительно размера предполагаемой взятки, не указал подобных сведений свидетель Потерпевший №2 Полагает, что показания свидетеля ФИО3 №2 носят абстрактный характер, также не содержат сведений о взятке, ее размере и цели передачи, а показания свидетеля ФИО3 №4 в целом вообще не содержат каких-либо указаний на дачу взятки со стороны Потерпевший №1 Не отрицает, что свидетель Потерпевший №3 сообщил сведения о крупной сумме, но указал о том, что Потерпевший №1 взял крупную сумму денег для губернатора, чтобы тот продвинул на выборах кандидатуру Потерпевший №1, а из показаний свидетеля ФИО3 №3 следует, что в комментарии речь шла о передаче денег Потерпевший №1 Потерпевший №2 за обеспечение места в <данные изъяты>. Обращает внимание, что ни Потерпевший №1, ни кто-либо из допрошенных свидетелей, вопреки выводам суда, не сообщали о каких-либо неприязненных отношениях между Потерпевший №1 и ФИО2, сам Потерпевший №1 указал, что ФИО2 разместил комментарий с целью повлиять на результаты выборов. По мнению защитника, вывод суда в приговоре о совершении ФИО2 преступления по мотиву личной неприязни является неверным, поскольку не основан на исследованных в судебном заседании доказательствах. Считает, что суд в приговоре вышел за пределы предъявленного обвинения, поскольку в нем не содержалось сведений о том, что Потерпевший №1 давал взятку Потерпевший №2 и за какие конкретно действия. Указывает, что согласно приговору взятка передана Потерпевший №2 за получение Потерпевший №1 должности депутата, однако размещенный ФИО2 комментарий не содержит признаки соответствующего преступления, а также указания на то, что Потерпевший №2 должен был совершить действия по получению Потерпевший №1 должности депутата. Излагая содержание комментария, считает, что из его содержания не следуют признаки преступления, предусмотренного ч.3 ст.291 УК РФ, а также конкретные действия Потерпевший №2, позволяющие сделать вывод об их незаконности. Полагает, что из комментария однозначно не следует, за что или на какие цели Потерпевший №2 взял денежные средства у Потерпевший №1 и для кого, в комментарии описаны конкретные действия Потерпевший №2, за которые он якобы поучил взятку, и указанные действия не могут однозначно расценены как незаконные. По мнению защитника, из содержания комментария можно только предположить, что действия по получению должности депутата могли быть предприняты губернатором, однако не ясно кого последний должен был устроить в думу Потерпевший №2 или ФИО49 и как конкретно, с помощью каких действий на это мог повлиять Потерпевший №2 Полагает, что с учетом контекстуального анализа фразы невозможно сделать однозначный вывод о ее содержании, что в силу презумпции невиновности должно быть истолковано в пользу подсудимого. Выражает несогласие с тем, что суд не принял во внимание представленное стороной защиты заключение специалиста, в котором приведен подробный анализ фразы с лексической точки зрения, а вводы эксперта, положенные в основу приговора, считает предположением. Отмечает, что в комментарии не указан размер денежных средств, переданных Потерпевший №2, следовательно, с учетом презумпции невиновности, отсутствия обозначения конкретной суммы денежных средств, оснований для вывода об обвинении кого-либо в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.291 УК РФ, не имеется, поскольку из комментария не следует, что денежная сумма превышает 10000 рублей, а термин «хорошая сумма денег», указанный в комментарии, является оценочным и может приниматься по-разному, в связи с чем не может однозначно трактоваться как денежная сумма, превышающая 10000 рублей. Указывает, что в приговоре не приведено из чего исходили суд и эксперт, что «хорошая сумма денег» и «большая сумма денег» это одинаковые критерии, и они превышают 10000 рублей, при этом формулировка «большая сумма денег» ФИО2 не использовалась. По мнению защитника, клевета, за которую, осужден ФИО2 в силу принципа презумпции невиновности, не может расцениваться как соединенная с обвинением Потерпевший №1 в совершении тяжкого преступления, поскольку не содержит конкретного размера переданных денежных средств, а также описания действий со стороны Потерпевший №2, отвечающих признакам незаконности в соответствии с разъяснениями уголовно-процессуального законодательства. Считает, что такой признак объективной стороны как клевета, соединенная с обвинением лица в совершении тяжкого преступления, судом при описании объективной стороны рассматриваемого преступления на л.д.32 приговора не описан, что свидетельствует о наличии в приговоре противоречий. Также сторона защиты выражает несогласие с тем, что ФИО2 в комментарии разместил заведомо ложные сведения, поскольку заведомость предполагает точное знание лица о ложности сообщаемых им сведений в отношении другого лица, а если гражданин уверен в том, что сведения, которые он распространяет, содержат правдивые данные, хотя на самом деле они ложные, он не может нести уголовную ответственность по ст.128.1 УК РФ. Отмечает, что обстоятельства, указывающие на осведомленность лица о ложности сведений, должны быть приведены в обвинении, поскольку указанный признак является частью объективной стороны, описанной в статье 128.1 УК РФ, одного лишь указания в обвинении, что сведения являлись заведомо ложными без описания конкретных обстоятельств, указывающих на это, недостаточно для привлечения лица к уголовной ответственности. Сообщает, что распространение порочащих честь и достоинство сведений само по себе не образует состав преступления, предусмотренного ст.128.1 УК РФ, подобные обстоятельства могут служить основанием для заявления соответствующего иска, но не образуют объективную сторону преступления. Указывает, что ФИО2 в ходе судебного заседания подробно сообщил сведения от кого и когда ему стали известны сведения, содержание которых он впоследствии разместил в комментариях и об источнике своей осведомленности, и данные показания ФИО2 согласуются с показаниями свидетелей ФИО3 №8, ФИО35, ФИО3 №9, ФИО3 №10, ФИО3 №6, и стороной обвинения не опровергнуты. Полагает, что приведенные судом обстоятельства не могут служить основанием для признания показаний указанных свидетелей недостоверными, поскольку все свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Обращает внимание, что все свидетели указали источники осведомленности информации, путем указания на конкретных лиц, предположений и догадок не высказывали, их показания являются последовательными и логичными, не содержат существенных противоречий, в связи с чем оснований им не доверять у суда не имелось, какими-либо иными доказательствами показания вышеуказанных свидетелей не опровергнуты. Считает, что суд не проанализировал показания вышеуказанных лиц, не сопоставил между собой и иными доказательствами по делу, то есть нарушил требования закона при оценке доказательств. По мнению защитника, личное знакомство с ФИО2, а также участие свидетелей в указанных в приговоре судебных процессах само по себе не свидетельствует о наличии у них оснований для оговора Потерпевший №1 или сообщения суду недостоверных сведений, а также иную заинтересованность в исходе дела, о чем в том числе свидетели сообщили на вопрос суда. Полагает, что ФИО2 в комментарии изложил сведения, которые полагал верными, при этом он добросовестно заблуждался относительно распространяемых им сведений, поскольку слышал их от иных лиц. Считает, что неустановление причастности Потерпевший №1 к преступлению само по себе не указывает о том, что размещенные ФИО2 сведения являются заведомо ложными, как и то обстоятельство, что ФИО2 не обращался в какие-либо органы с заявлением о проверке сведений, ставших ему известными от других лиц. По мнению защитника, по смыслу ст.140 УПК РФ, комментарий ФИО2 после доведения до сведения правоохранительных органов подлежал проверке в порядке ст.144-145 УПК РФ, как сообщение о преступлении, содержащее достаточные данные, указывающие на признаки преступления, предусмотренного ч.3 ст.291 УК РФ, однако правоохранительные органы проверку не проводили и какое-либо процессуальное решение в связи с этим не принимали. Полагает, что при таких обстоятельствах указание в приговоре на неустановление причастности Потерпевший №1 к преступлению, связанному с дачей взятки должностному лицу за совершение заведомо незаконных действий, является необоснованным и не может свидетельствовать о размещении ФИО2 заведомо ложных сведений. Просит приговор отменить, ФИО2 по ч.5 ст.128.1 оправдать.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника представитель потерпевшего Потерпевший №1 – ФИО27 с приведением соответствующих мотивов указывает на законность, обоснованность и справедливость приговора, в связи с чем просит оставить приговор без изменения, а апелляционную жалобу защитника-адвоката Буренина С.Г. без удовлетворения.

Прокуроры Бойко А.Ю. и ФИО1 в суде апелляционной инстанции поддержали представление, просили приговор первой инстанции изменить ввиду его несправедливости вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания, апелляционную жалобу защитника просили оставить без удовлетворения.

Осужденный ФИО2 и защитник-адвокат Буренин С.Г. доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объеме, в удовлетворении апелляционного представления просили отказать.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных представления, жалобы, возражений на жалобу, заслушав выступления сторон, эксперта, специалиста, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Уголовное дело в отношении ФИО2 рассмотрено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы и занятой осужденным позиции относительно предъявленного обвинения, выводы суда о виновности осужденного ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден приговором, соответствуют правильно установленным фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании с участием сторон, получивших надлежащую оценку в судебном решении.

В судебном заседании суда первой инстанции осужденный ФИО2 не отрицая авторство комментария, оставленного под аккаунтом «ФИО50», вину в совершении преступления не признал, сообщив о своей осведомленности относительно коррупционных схем и криминальных связях Потерпевший №1 непосредственно от последнего и третьих лиц, близких к кругу общения Потерпевший №1 В марте-апреле 2023 года при совместном времяпрепровождении с ФИО36, ФИО3 №10, ФИО37, ФИО38 и другими лицами ему от ФИО38 стало известно, что Потерпевший №1 по-дружески, не бесплатно поддерживает Потерпевший №2 От ФИО38 ему также известно, что Потерпевший №2 по поводу предвыборной кампании общался с ФИО52 который поддержал Потерпевший №1 ФИО38 об этом стало известно от ФИО3 №1, с которым тот общается. О том, что Потерпевший №2 помогает Потерпевший №1, а последний тратит на предвыборную кампанию много денежных средств, он слышал от ФИО39 и ФИО13 помощи Потерпевший №2 Потерпевший №1 в предвыборной кампании за деньги сообщали ФИО40, поддерживавший общение с <данные изъяты> и владелец кафе <данные изъяты>» ФИО41, последнему об этом известно от посетителей кафе, среди которых сотрудники местной администрации и правоохранительных органов. О поддержке Потерпевший №1 на выборах он также общался с ФИО3 №5, кроме того об этом он читал статью ФИО42 Полагал, что сведения, которые он разместил в комментарии, он не выдумал, а слышал от других лиц. Задеть чью-то честь и достоинство он не хотел, а говоря о деньгах, он не имел ввиду, что Потерпевший №1 давал взятку ФИО53 за назначение его на должность депутата, так как про это ему никто об этом не говорил. Как он понял, Потерпевший №1 тратит на выборы денежные средства, возможно какие-то деньги передает Потерпевший №2 на оплату связанных с этим расходов, на иные организационные цели, возможно в качестве благодарности за помощь, и именно это имел ввиду в своем комментарии.

Несмотря на непризнание осужденным своей вины в совершении преступления, его виновность подтверждается совокупностью доказательств, приведенных в приговоре, в числе которых:

- показания потерпевшего Потерпевший №1 о том, что в мае 2023 года он был зарегистрирован кандидатом в <данные изъяты>. В период предвыборной компании ДД.ММ.ГГГГ ему от сына ФИО3 №1 и члена его штаба ФИО3 №4 стало известно о комментарии к публикации за этим же числом в социальной сети «<данные изъяты> в группе «<данные изъяты>», оставленной с аккаунта его знакомого ФИО2, которую он расценил как клевету. В комментарии, находившемся в свободном доступе для неопределенного круга лиц, ФИО2 безосновательно обвиняет его (ФИО43) в совершении как минимум двух тяжких преступлений, а именно в получении и даче взятки, а также клевещет на должностное лицо <данные изъяты> Потерпевший №2 о том, что он якобы получал от него (ФИО43) взятки, а потом передавал <данные изъяты>. С Потерпевший №2 он состоит в сугубо деловых отношениях. <данные изъяты> не принимает решения по вопросам, связанным с выбором <данные изъяты>. В отношении него никаких проверок правоохранительными органами и прокуратурой по изложенным в комментарии обстоятельствам не проводилось. Действия, приведенные в комментарии ФИО2, он не осуществлял, а изложенные в нем сведения считает ложными, оскорбляющими его честь, достоинство и подрывающие деловую репутацию, в связи с чем ему были причинены моральные и нравственные страдания. На момент, когда ему сообщили о публикации, у комментария было уже 3900 просмотров;

- показания свидетеля Потерпевший №2 о том, что ДД.ММ.ГГГГ он был назначен на должность заместителя <данные изъяты>. О комментарии клеветнического характера, оставленного ранее ему незнакомым ФИО2 в группе «<данные изъяты>» в социальной сети «<данные изъяты>», ему стало известно от коллег по работе, переславших ему скриншот комментария, который он воспринял так, что он (Потерпевший №2) получает взятку от Потерпевший №1, которую передает <данные изъяты>. Данный комментарий был в открытом доступе и носил ложный характер. Никаких проверок, в том числе правоохранительными органами, по указанным в комментарии обстоятельствам в отношении него не проводилось. На момент, когда он впервые увидел комментарий ФИО2 на присланном ему от коллег скриншоте было указано более 2500 его просмотров. С Потерпевший №1, являющимся депутатом <данные изъяты>, у него сугубо деловые отношения. <данные изъяты> не может оказывать никакого влияния на выборные должности, в том числе связанные с избранием депутатов <данные изъяты>;

- показания свидетеля Потерпевший №3, из которых следует, что он является <данные изъяты>, по роду деятельности ему знакомы депутат <данные изъяты> Потерпевший №1 и заместитель <данные изъяты> Потерпевший №2, с которыми у него сугубо деловые отношения. В один из дней августа-сентября 2023 года от пресс-службы <данные изъяты> ему стало известно о публикации ранее ему незнакомым ФИО2 комментария под статьей в одной из групп в социальной сети «<данные изъяты>», в котором речь шла о нем, Потерпевший №1, <данные изъяты> и Потерпевший №2, о взятой крупной сумме денег для <данные изъяты> чтобы тот продвинул на выборах кандидатуру Потерпевший №1, то есть в коррупции обвинялись высшие должностные лица <адрес>, а именно в совершении преступления обвинялись Потерпевший №2 и Потерпевший №1, что не соответствовало действительности. Никаких информационных поводов для публикации тех сведений, которые указал в своем комментарии ФИО2, не было;

- показания свидетеля ФИО3 №3, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ в социальной сети «<данные изъяты> в сообществе «<данные изъяты>» она увидела оставленный аккаунтом «ФИО54 комментарий, под которым в социальной сети пишет ФИО2 В комментарии было указано, что Потерпевший №1 передает деньги Потерпевший №2, а тот ФИО68 для того, чтобы обеспечить для Потерпевший №1 место в <данные изъяты>. С указанными лицами она состоит в рабочих отношениях. Данный комментарий впоследствии она обсуждала с учителями и отнеслась к нему резко отрицательно, как к оскорбляющему честь, достоинство и деловую репутацию указанных выше лиц. Ранее ничего негативного о Потерпевший №1 сама она не слышала;

- показания свидетеля ФИО3 №2 о том, что в конце августа 2023 года она через страницу своего супруга в социальной сети «<данные изъяты> обнаружила публикацию в группе «<данные изъяты>» про <данные изъяты> Потерпевший №3, под которой заметила комментарий с аккаунта «ФИО55 в которой была опубликована лживая информация о каких-то «откатах» через строительство, взятках и в данном комментарии фигурировали Потерпевший №1, Потерпевший №2 и <данные изъяты>. Зная Потерпевший №1, Потерпевший №2 и Потерпевший №3, она уверена, что информация, размещенная в выложенном ФИО2 комментарии, не соответствовала действительности, оскорбляла честь, достоинство и деловую репутацию указанных лиц. В связи с публикацией ФИО2 комментария клеветнического характера, Потерпевший №1 испытывал душевные переживания и нравственные страдания, что она заметила при общении с ним. Она не располагает сведениями о том, что Потерпевший №1 и иные лица были уличены в каких-то нечестных поступках или противоправной деятельности;

- показания свидетеля ФИО3 №4, из которых следует, что в социальной сети «<данные изъяты>» в группе «<данные изъяты>», которая является открытой и вся публикуемая в ней информация находится в открытом доступе, под постом за август 2023 года он обнаружил комментарий пользователя под аккаунтом «ФИО56 негативного характера в отношении <данные изъяты><данные изъяты> Потерпевший №3, а также в отношении Потерпевший №2 и Потерпевший №1 Он расценил данный комментарий как клевету, поэтому распечатал его и передал Потерпевший №3;

- показания свидетеля ФИО3 №7 сообщившей о процедуре проведения выборов в <данные изъяты>, о том, что депутаты избираются путем голосования избирателей по избирательным бюллетеням. Потерпевший №2 либо иные заместители <данные изъяты> никак не могли повлиять на выборы депутатов <данные изъяты>, поскольку не имеют никакого отношения к избирательной системе.

Кроме того, вина ФИО2 подтверждается письменными доказательствами:

- протоколом осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ, которым осмотрен протокол осмотра доказательств от ДД.ММ.ГГГГ, составленный временно исполняющей обязанности нотариуса <данные изъяты> ФИО14 - ФИО15 Произведен осмотр информации в электронном виде в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет» по адресам: <адрес>. В приложении № на странице № содержится скриншот со страницы сайта <адрес> с отображением названия страницы группы в социальной сети «<данные изъяты>» «<данные изъяты>», состоящей из 3 383 участников. На скриншоте имеется страница указанной группы в социальной сети и публикация «<данные изъяты> Потерпевший №3 перешел все допустимые границы». В приложении № на странице № имеется скриншот комментария к указанной странице от имени участника группы с аккаунтом «ФИО57 с изложением текста комментария. В приложении № на странице № имеется скриншот фотографии участника группы с аккаунтом «ФИО58 на которой имеются изображения двух подростков, одного мальчика и мужчины в возрасте, на вид которому около <данные изъяты>, коротко стриженный, волосы с сединой, одет в куртку и футболку с надписью на передней части, выполненный латиницей, на голове казачья каракулевая шапка (т.1 л.д.245-230, 70-91);

- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрена детализация телефонных соединений по абонентскому номеру №, находящегося в пользовании ФИО2, из которой следует, что в период с 12 часов 03 минут 45 секунд ДД.ММ.ГГГГ по 20 часов 44 минуты 28 секунд ДД.ММ.ГГГГ звонки зафиксированы в границах действия приемопередающих базовых станций в <адрес><адрес> (т.1 л.д.216-222, 213-215);

- ответом из <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ зафиксированы сведения об учетной записи <адрес>: «ФИО59. 56 лет, <адрес>. <адрес>. <адрес> Создан ДД.ММ.ГГГГ. Транзакции кошелька профиля №» (т.1 л.д.208);

- справкой ГИАЦ МВД России и ИЦ УМВД России по Ивановской области, согласно которой Потерпевший №1 к уголовной ответственности не привлекался, судимостей не имеет (т.2 л.д.32,33);

- заключением судебной лингвистической экспертизы № от 26 декабря 2023 года, согласно которому в тексте комментария к публикации «<данные изъяты> имеется высказывание, в котором получил речевое выражение такой факт действительности, имеющий отношение к гр. Потерпевший №1 и выражающий негативную оценку его деятельности – Потерпевший №1 дал большую сумму денег «ФИО62», чтобы получить должность депутата. Высказывание реализовано в форме утверждения (т.1 л.д.198-202);

- ответом председателя <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что по сведениям, содержащимся в <данные изъяты> Потерпевший №1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован кандидатом в <данные изъяты><данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ избран <данные изъяты> до ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.92);

- информацией начальника управления государственной службы и кадров <данные изъяты>, согласно которой Потерпевший №2, назначен с ДД.ММ.ГГГГ на государственную должность <адрес> - <данные изъяты>, руководитель <данные изъяты>, и является таковым по настоящее время (декабрь 2023 года) (т.1 л.д.125,26,128,129,130);

- другими доказательствами, содержание которых подробно раскрыто в приговоре.

Перечисленные выше доказательства подвергались судом оценке с точки зрения их соответствия требованиям уголовно-процессуального закона и обоснованно были признаны судом относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными для установления вины ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Как усматривается из материалов уголовного дела, а также протокола судебного заседания каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей обвинения Потерпевший №2, Потерпевший №3, ФИО3 №3, ФИО3 №2, ФИО3 №4, которые могли бы повлиять на правильность установления судом обстоятельств совершения ФИО2 преступления, доказанность его вины, а также юридическую оценку его действий, вопреки доводам стороны защиты, не имеется. Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что потерпевший и свидетели, давая показания по делу, руководствовались личным восприятием прочитанного комментария, чем объясняются незначительные расхождения в описании его содержания, при этом суть комментария в показаниях допрошенных лиц в целом совпадает, и несогласие стороны защиты с данным обстоятельством не может повлиять на оценку показаний указанных выше потерпевшего и свидетелей. Показания Потерпевший №1 и свидетелей оценены судом в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, обоснованно признанными достоверными. Сведений о заинтересованности потерпевшего и свидетелей при даче показаний, а также оснований для оговора осужденного судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Вопреки доводам стороны защиты, из показания потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Потерпевший №2 прямо следует, что исходя из содержания комментария ФИО2 обвиняет Потерпевший №1 в передаче взятки Потерпевший №2 Кроме того, о том, что в комментарии речь шла непосредственно о передаче Потерпевший №1 денежных средств Потерпевший №2 сообщила свидетель ФИО3 №3; о том, что комментарий, в котором фигурировали Потерпевший №2, Потерпевший №1 и ФИО63, содержал сведения об «откатах» и взятках, показала также свидетель ФИО3 №2 Утверждение защитника о том, что из показаний свидетелей не следует цель передачи денежных средств, опровергается показаниями свидетеля ФИО3 №3, воспринявшей содержащиеся в комментарии сведения о передаче денежных средств за обеспечение для Потерпевший №1 места в <данные изъяты>», свидетеля Потерпевший №3 – для продвижения на выборах кандидатуры Потерпевший №1 При этом ссылку защитника о том, что показания потерпевшего и свидетелей не содержат указаний о размерах предполагаемой взятки, обоснованной признать нельзя. ФИО3 Потерпевший №3 сообщил, что в комментарии, как он понял, речь шла о крупной сумме денег, потерпевший Потерпевший №1, свидетели Потерпевший №2, ФИО3 №2 указали о восприятии содержания комментария как о даче взятки, а не о мелком взяточничестве, что обуславливает разграничение указанных составов по размеру денежных средств.

Кроме того, согласно заключению эксперта № в комментарии имеется высказывание, в котором получил речевое выражение такой факт действительности, имеющий отношение к Потерпевший №1 и выражающий негативную оценку его деятельности – Потерпевший №1 дал большую сумму денег «ФИО64 чтобы получить должность депутата, и данное высказывание реализовано в форме утверждения.

При этом, заключение эксперта № от 26 декабря 2023 года суд признал допустимым доказательством и положил в основу приговора, а представленное стороной защиты заключение специалиста (рецензию) № от 12 ноября 2024 года, суд оценил критически и не принял во внимание.

Стороной защиты в суде апелляционной инстанции было заявлено ходатайство о проведении повторной судебной лингвистической экспертизы, которое было оставлено без удовлетворения.

В соответствии с ч.4 ст.283 УПК РФ суд по ходатайству сторон либо по собственной инициативе назначает повторную судебную экспертизу при наличии противоречий между заключениями экспертов, которые невозможно преодолеть в судебном разбирательстве путем допроса экспертов.

В суде апелляционной инстанции допрошена эксперт ФИО16, которая подробно привела алгоритм производства экспертизы № и анализ своих выводов. Дополнительно показала, что исследование проводилось в соответствии с методами, изложенными в типовой методике проведения лингвистической экспертизы, отраженными в списке используемой литературы и по тексту самого заключения. Сообщила, что все перечисленные в заключении дефиниции по исследуемому тексту имеют прямое однозначное значение в конкретно рассмотренной коммуникативной ситуации. В научной литературе терминов пропозиции и пресуппозиции значительное количество, она использовала только те, которые закреплены в методике и ГОСТе, при этом пресуппозиция в рассматриваемом случае является вербализованной, поскольку компонент общих знаний субъекта (говорящего) к объекту был выражен в письменной форме. При применении дефиниций она руководствовалась семантическим методом анализа, использовала словарь сочетаемости слов русского языка под редакцией ФИО17

Допрошенный в суде апелляционной инстанции специалист ФИО18 подтвердил выводы рецензии на заключение судебной лингвистической экспертизы. Считает, что методы, указанные экспертом в исследовательской части, неприменимы к проведенной экспертизе. Полагает, что не допускается использование пресуппозиции без опроса лица, который воспроизвел спорный текст. Из текста экспертизы не ясно, каким образом были выведены дефиниции сем, приведенных экспертом в своих выводах. По мнению специалиста, эксперт при проведении лингвистической экспертизы должен исходить из буквального трактования языковых единиц, а пресуппозиция и пропозиция – это мыслительные компоненты человеческой речи, которые не выявляются лингвистическими методами, в связи с чем в своих выводах эксперт должен был прописать компоненты смысла определенной языковой единицы.

Оценивая показания допрошенных лиц в совокупности с проведенными ими исследованиями, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о том, что проведенная по делу судебная лингвистическая экспертиза соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства (ст.204 УПК РФ), Федеральному закону от 31.05.2001г. №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», была проведена экспертом, квалификация которого сомнений не вызывает, в пределах поставленных вопросов, входящих в его компетенцию, составлена в письменной форме, содержит подробное описание проведенных исследований, мотивированные выводы на постановленные вопросы, которые не противоречат обстоятельствам, установленным по делу, в связи с чем она обоснованно была положена в основу приговора. Эксперт ФИО16 в суде апелляционной инстанции аргументированно, ясно и полно дала ответы на поставленные перед ней вопросы, оснований сомневаться как в показаниях эксперта, так и в заключении проведенной ею судебной лингвистической экспертизы оснований не имеется.

Заключению специалиста (рецензии) судом также была дана надлежащая оценка, и оно обоснованно не было принято во внимание при вынесении приговора, с чем суд апелляционной инстанции соглашается, исходя из следующего.

Согласно положениям Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации специалист как лицо, обладающее специальными знаниями, привлекается к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном указанным Кодексом, в том числе его статьями 58, 164, 168 и 270, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Никаких иных полномочий специалиста, в том числе по оценке экспертных заключений, проведению схожих с экспертизой исследований, действующий уголовно-процессуальный закон не предусматривает. Специалист лишь высказывает свое суждение по заданным ему вопросам. Заключение специалиста не может подменять собой заключение эксперта, если таковое требуется по делу.

Из заключения специалиста ФИО18 следует, что поставленные перед ним вопросы были фактически направлены на оценку экспертного заключения, что противоречит приведенным выше положениям Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом следует отметить, что специалист, как и сторона защиты в своих суждениях относительно оценки комментария и определения его смыслового значения, проводят его анализ путем исключения из него деепричастного оборота, нарушая целостность общего исследуемого предложения. Кроме того, сам специалист в суде апелляционной инстанции не отрицал возможность применения при даче заключения пресуппозиции, исходя из методической литературы профессора ФИО19, примененной экспертом. Само по себе несогласие специалиста ФИО18 с примененными экспертом ФИО16 методиками исследования, о чем он сообщил в суде апелляционной инстанции, не свидетельствует о недостоверности экспертного заключения. То обстоятельство, что экспертом не был дан ответ на вопрос относительно неприличной формы высказывания, на что обращено внимание специалистом и стороной защиты, о некомпетентности эксперта не свидетельствует; кроме того, указанный вопрос не относится к существу предъявленного ФИО2 обвинения.

При таких обстоятельствах показания и рецензию специалиста суд апелляционной инстанции расценивает как его субъективное мнение, направленное исключительно на ревизию проведенной по делу судебной лингвистической экспертизы, в связи с чем отвергает указанные доказательства; оснований для назначения повторной судебной лингвистической экспертизы отсутствовали.

Сторона защиты обратила внимание, что в комментарии отсутствует обозначение конкретной суммы денежных средств, кроме того термин «хорошая сумма денег» является оценочной, что не может трактоваться как денежная сумма, превышающая 10000 рублей, и не может расцениваться как клевета, соединенная с обвинением Потерпевший №1 в совершении тяжкого преступления. С данной позицией согласиться нельзя, поскольку отсутствие в комментарии ссылки на конкретную сумму денежных средств, не свидетельствует о том, что речь идет о мелком взяточничестве, что следует как из восприятия указанного комментария допрошенными по делу потерпевшим и свидетелями обвинения: Потерпевший №1, Потерпевший №2, ФИО3 №2 - именно о взятке, свидетеля Потерпевший №3 – о крупной сумме денежных средств, а также выводами эксперта – «большая сумма денег». При этом социальных статус Потерпевший №1, Потерпевший №2, материальное положение лиц, в том числе самого ФИО2, а также то, за что якобы была передана сумма денежных средств (получение должности депутата), свидетельствуют о том, что речь в комментарии идет о сумме, явно превышающей 10000 рублей.

Как следует из исследованных в ходе судебного разбирательства письменных доказательств, Потерпевший №1 на период ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован <данные изъяты>, а Потерпевший №2, занимавший должность <данные изъяты>, являлся должностным лицом. Комментарий ФИО2 был воспринят потерпевшим и свидетелями обвинения как содержащий сведения о передаче Потерпевший №1 Потерпевший №2 взятки для оказания поддержки на выборах со стороны <данные изъяты>. При этом должность депутата является выборной. Кроме того, согласно заключению эксперта, комментарий содержал высказывание в форме утверждения о передаче Потерпевший №1 большой суммы денег Потерпевший №2, чтобы получить должность депутата. Тем самым ФИО2 фактически обвинил Потерпевший №1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.291 УК РФ, относящегося в силу ч.4 ст.15 УК РФ к категории тяжких, - дача взятки должностному лицу за совершение заведомо незаконных действий. Утверждение защитника о том, что обвинение не содержит указания на конкретные действия Потерпевший №2 обоснованным признать нельзя, поскольку они изложены в содержании комментария. Кроме того, необходимо отметить, что по настоящему уголовному делу обвиняемым является не Потерпевший №1 или Потерпевший №2, а ФИО2, и вопреки доводам стороны защиты, при изложении в приговоре описания преступного деяния, признанного доказанным, судом нарушений требований ст.252 УПК РФ, а также каких-либо противоречий не допущено. Уточнение обвинения в части исключения из него отнесения Потерпевший №1 к представителям публичной власти <данные изъяты>, а также исключение из числа потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №3 судом первой инстанции надлежащим образом мотивировано, не ухудшает положение осужденного и не нарушает его право на защиту.

Суд первой инстанции также верно пришел к выводу о том, осуществив написание комментария клеветнического содержания в отношении Потерпевший №1, ФИО2 действовал умышленно, то есть осознавал, что изложенные в данном комментарии сведения являются заведомо ложными, недостоверными, порочат честь, достоинство и подрывают деловую репутацию являвшегося кандидатом в депутаты потерпевшего, поскольку никакими достоверными сведениями о совершении Потерпевший №1 преступления, предусмотренного ч.3 ст.291 УК РФ, осужденный не располагал и не мог таковыми располагать, так как материалами уголовного дела достоверно установлено, что потерпевший по обстоятельствам, сообщенным ФИО2 в комментарии, к уголовной ответственности не привлекался. При этом лицо считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном УПК РФ порядке и установлена вступившим в законную силу приговором.

Доводы стороны защиты о невиновности ФИО2, получении им размещенной на интернет-ресурсе информации из иных источников, отсутствии сомнений в их достоверности, несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, являлись предметом оценки суда первой инстанции, обоснованно отвергнуты с приведением обоснования принятого решения. Мотивы принятых решений по каждому из доводов достаточно подробно изложены в приговоре, основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании, являются убедительными, оснований не соглашаться с ними у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

При этом сведения, сообщенные свидетелями защиты, на которые имеется ссылка в апелляционной жалобе, достоверно не свидетельствуют о совершении потерпевшим Потерпевший №1 каких-либо противоправных действий или преступления, не могут являться достаточным основанием для публичного обвинения последнего в совершении тяжкого преступления и не свидетельствуют об отсутствии в действиях ФИО2 состава инкриминируемого ему преступления. Так, в комментарии ФИО2 отсутствует ссылка на какие-либо достоверные источники; допрошенные свидетели защиты указывают источником своей осведомленности третьих лиц, публикации в статьях, вместе с тем, никто из них непосредственным очевидцем событий, о которых осужденный указал в своем комментарии, не являлся, им не известно, проводились ли правоохранительными органами проверки о достоверности полученной информации, содержание приобщенной стороной защиты статьи, опубликованной в <данные изъяты> также не свидетельствует о совершении потерпевшим преступления коррупционной направленности. При установленных обстоятельствах у суда первой инстанции обоснованно не имелось оснований полагать, что ФИО2 добросовестно заблуждался в ложности сообщенной им информации или был убежден в ее правдивости. Вопреки доводам стороны защиты, суд, сопоставив показания свидетелей защиты с иными доказательствами по делу, дал им надлежащую оценку, подробно изложив основания, по которым пришел к таким выводам, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Доводы стороны защиты о том, что правоохранительные органы обязаны были расценить комментарий ФИО2 как сообщение о преступлении и провести проверку в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ, обоснованными признать нельзя. Действия ФИО2 оцениваются на момент размещения им комментария, при этом сам ФИО2 как до публикации комментария, так и в дальнейшем в правоохранительные органы с заявлением о проведении такой проверки не обращался.

Комментарий был размещен ФИО2 под публикацией в группе «<данные изъяты>» в социальной сети «<данные изъяты> то есть в общедоступном для неограниченного количества пользователей указанной выше социальной сети в интернет-ресурсе, что свидетельствует о наличествовании признаков публичности и «с использованием информационно-телекоммуникационных технологий, включая сеть «Интернет».

Вопреки доводам защитника, суд обоснованно пришел к выводу о том, что преступление было совершено ФИО2 по мотиву личной неприязни к Потерпевший №1, поскольку указанное следует как из характера содержания самого комментария, так и из особенности взаимоотношений, сложившихся между осужденным и потерпевшим, что объективно было установлено судом первой инстанции при рассмотрении дела. При этом, из показаний самого ФИО2 следует, что на определенном этапе общения с Потерпевший №1 последний его обманул, что также свидетельствует о негативном отношении осужденного к потерпевшему.

Таким образом, выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления при указанных в приговоре обстоятельствах соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, которым суд в соответствии со ст.87,88 УПК РФ дал оценку как каждому в отдельности, так и всем доказательствам в совокупности с точки зрения относимости, достоверности, допустимости и привел мотивы, по которым принял во внимание одни доказательства и отверг другие, обоснованно расценив показания осужденного, отрицавшего факт совершения преступления, как способ защиты от предъявленного обвинения.

Какие-либо неустраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Обжалуемый приговор соответствует требованиям ст.ст. 297,304,307 - 309 УПК РФ, он содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины и последствий преступления, в нем изложены исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства, на которых основаны выводы суда.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ установлены верно, судом выполнены все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела.

Действиям ФИО2 дана правильная юридическая оценка по ч.5 ст.128.1 УК РФ в соответствии с установленными фактическими обстоятельствами. При этом выводы суда по вопросам уголовно-правовой оценки содеянного убедительно мотивированы, все признаки инкриминированного ему преступления получили объективное подтверждение.

Оснований для вынесения в отношении ФИО2 оправдательного приговора, как об этом ставит вопрос сторона защиты, а также для изменения юридической квалификации преступления, не имеется.

Как видно из материалов дела, судебное следствие по данному уголовному делу проведено в соответствии с требованиями процессуального закона на основе состязательности и равноправия сторон с достаточной полнотой и объективно. Стороны не были ограничены в праве представления доказательств, все представленные сторонами в ходе судебного разбирательства доказательства судом исследованы и получили свою надлежащую оценку, заявленные ходатайства разрешены судом в соответствии с требованиями закона, принятые по ним решения мотивированы и являются правильными.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

При назначении ФИО2 наказания судом учтены характер и степень общественной опасности преступления, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Судом принято во внимание, что ФИО2 не судимый, на учетах у психиатра и нарколога не состоит, к административной ответственности не привлекался, состоит в фактических брачных отношениях с ФИО3 №6, находившейся в состоянии беременности, является отцом двух несовершеннолетних детей, на его иждивении находится несовершеннолетний сын гражданской супруги, также он оказывает материальную поддержку своему совершеннолетнему сыну, страдает хроническим заболеванием, положительно характеризуется участковым уполномоченным, своей гражданской супругой и свидетелями защиты.

Судом также учтено, что ФИО2 является казаком и участником войскового казачьего общества «<данные изъяты>», Атаманом которого характеризуется положительно как участник добровольческого отряда <данные изъяты>, зарекомендовавшего себя как ответственного, исполнительного и организованного, неоднократно награжденного медалями и похвальными грамотами от казачества; также он положительно характеризуется: <данные изъяты> как патриот и верный товарищ, принимающий активное участие в сборе и доставке гуманитарной помощи в места проведения СВО, отмеченный казачьими медалями и орденами; прихожанами храма «<данные изъяты>» ФИО2 как активный участник в сборе помощи для бойцов СВО и искреннего патриота своей страны; от командования войсковых частей, общественных, политических и религиозных организаций и движений он удостоен орденом, медалями и памятными наградами, также грамотами и благодарственными письмами за активное участие в общественной жизни и волонтерском движении, в том числе сборе и доставке гуманитарной помощи на нужды участников Специальной военной операции на территории Украины.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств осужденного признаны: в соответствии с п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ наличие на иждивении двух малолетних детей, на основании ч.2 ст.61 УК РФ наличие на иждивении несовершеннолетних детей от предыдущего брака, беременность гражданской супруги ФИО3 №6, оказание ухода и заботы за престарелой матерью супруги, активное участие в общественной жизни и волонтерской деятельности, в том числе участие в оказании гуманитарной помощи участникам Специальной военной операции на территории Украины, положительные характеристики ФИО2, возраст и состояние его здоровья ввиду наличия хронического заболевания.

При этом, вопреки доводам стороны защиты, оказание осужденным материальной помощи престарелой матери гражданской супруги в полной мере охватывается понятием ухода и заботы о ней, и не является основанием для признания отдельным смягчающим наказание обстоятельством.

Также суд располагал сведениями и принимал во внимание наличие у ФИО2 благодарственных писем, наград, медалей, оказание им помощи церкви, детскому дому, участие в открытии в <адрес> памятника ветеранам боевых действий, на что обращает внимание защитник, указанные обстоятельства отражены в приговоре, а также принимались во внимание при назначении наказания как в качестве сведений, положительно характеризующих личность осужденного, так и в своей совокупности они были признаны судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства, отраженного в приговоре как активное участие в общественной жизни и волонтерской деятельности, а также участие в оказание гуманитарной помощи участникам СВО, что, по мнению суда апелляционной инстанции, включает в себя приведенные стороной защиты данные.

Утверждение стороны защиты о том, что ФИО2 является ветераном боевых действий какими-либо достоверными сведениями не подтверждено, в связи с чем не может быть признано смягчающим наказание обстоятельством.

Вопреки утверждению защитника, самостоятельное удаление осужденным комментария не свидетельствует о снижении степени общественной опасности содеянного и не является основанием для признания данного обстоятельства смягчающим, поскольку как пояснил в суде апелляционной инстанции осужденный, он удалил комментарий лишь по причине наличия в нем нецензурной лексики, содержание же самого текста он считает правдой. Кроме того, как следует из пояснений ФИО2, данных при рассмотрении дела по существу в суде первой инстанции, комментарий был им удален уже после обращения с заявлением Потерпевший №1 и вызова его (ФИО2) в правоохранительные органы.

В соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» к сведениям о личности, которые подлежат учету при назначении наказания, относятся характеризующие виновного сведения, которыми располагает суд при вынесении приговора.

Доводы стороны защиты о том, что во вводной части приговора суд необоснованно не указал о нахождении на иждивении у ФИО2 совершеннолетнего сына обоснованным признать нельзя. Действительно как установлено судом первой инстанции на момент совершения преступления на иждивении у ФИО2 находилось двое малолетних детей – самого осужденного и гражданской супруги, а также двое несовершеннолетних детей от предыдущего брака ФИО2, что было признано смягчающими наказание обстоятельствами. Вместе с тем, на момент постановления приговора один из несовершеннолетних детей ФИО2 - ФИО65 ДД.ММ.ГГГГ г.р. достиг совершеннолетия и последующее оказание последнему материальной поддержки осужденным не свидетельствует о нахождении его на полном иждивении ФИО2, вследствие чего неуказание совершеннолетнего сына в качестве иждивенца во вводной части приговора, нарушением не является, сведения во вводной части отражены на момент вынесения судебного решения.

Рождение у сожительницы ФИО2 еще одного ребенка уже после вынесения приговора, о чем в суд апелляционной инстанции были представлены подтверждающие документы, не свидетельствует о необходимости дополнительного учета указанного обстоятельства в качестве смягчающего. При этом на основании ч.2 ст.61 УК РФ беременность гражданской супруги осужденного и в соответствии с п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ наличие на иждивении у ФИО2 малолетних детей было учтено судом в качестве смягчающих наказание обстоятельств. Признание же каждого ребенка отдельно в качестве смягчающего обстоятельства уголовным законом не предусмотрено.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, суд обоснованно не установил.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО2 наказания в виде штрафа в приговоре мотивированы, являются обоснованными и правильными, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается. С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности суд обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 рассмотрен в соответствии с требованиями ст. ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ. Сумма компенсации морального вреда, причиненного потерпевшему, определена судом первой инстанции с учетом обстоятельств дела, характера причиненных Потерпевший №1 нравственных страданий, имущественного положения осужденного, а также требований разумности и справедливости.

Также в соответствии с требованиями закона судом приняты решения по мере пресечения и о вещественных доказательствах по делу.

Вместе с тем, ввиду неправильного применения уголовного закона при назначении ФИО2 наказания суд апелляционной инстанции находит судебное решение подлежащим изменению на основании п.3 ст.389.15 УПК РФ.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.389.18 УПК РФ неправильным применением уголовного закона является нарушение требований Общей части УК РФ.

В силу п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ смягчающим обстоятельством признается, в том числе явка с повинной.

В соответствии со ст.142 УПК РФ, явка с повинной - это добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении.

По смыслу закона, не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления.

Так, признав объяснение, данное ФИО2 до возбуждения уголовного дела, в качестве явки с повинной, суд первой инстанции не учел, что поводом для проведения доследственной проверки явилось поступление в ОМВД России по <адрес> заявления Потерпевший №1 о совершении в отношении него преступления, предусмотренного ст.128.1 УК РФ, при этом в заявлении он сообщил о наличии у него подозрений о совершении преступления ФИО2, поскольку комментарий размещен пользователем «ФИО66» и на странице пользователя имелась фотография ФИО2 Объяснение ФИО2, в котором он подтвердил факт размещения комментария, было получено в рамках проведения проверки в порядке ст.144 УПК РФ, после ознакомления последнего с материалами проверки, то есть указанное объяснение не было обусловлено инициативой со стороны ФИО2, в связи с чем оснований полагать, что последний добровольно обратился в правоохранительные органы с целью сообщения о совершенном им преступлении, не имелось.

Учитывая изложенное, объяснение ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, данное до возбуждения уголовного дела, признано обстоятельством, смягчающим наказание, как явка с повинной, при отсутствии для этого предусмотренных законом оснований, поэтому указание суда на признание данного обстоятельства, как смягчающего наказание ФИО2 в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит подлежащим исключению из приговора, соглашаясь в указанной части с доводом апелляционного представления.

Вместе с тем, по смыслу закона (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания») активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного пунктом «и» части 1 статьи 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления.

В своих объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, а также на протяжении всего предварительного расследования сообщал о том, что именно он является автором комментария, опубликованного под статьей в группе «<данные изъяты>» в социальной сети «<данные изъяты> а также, что данный комментарий был размещен им со своей страницы «ФИО67». Сообщенная ФИО2 информация имела значение для раскрытия и расследования преступления, поскольку в последующем данные сведения были положены в основу обвинения, а имеющаяся в материалах уголовного дела представленная <данные изъяты> по запросу органа следствия информация об учетной записи лица, администрирующего указанную выше страницу в социальных сетях, не содержала полных данных, позволяющих идентифицировать пользователя.

Изложенное позволяет суду апелляционной инстанции признать наличие у ФИО2 смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, - активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Кроме того, согласно разъяснениям абз.2 п.28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ перечень обстоятельств, смягчающих наказание, не является исчерпывающим. В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд вправе признать наличие у виновного государственных и ведомственных наград, участие в боевых действиях по защите Отечества, а также и другие обстоятельства.

Материалами дела подтверждается, что ФИО2 награжден медалью «Участнику специальной военной операции», которая является ведомственной наградой Министерства обороны Российской Федерации (удостоверение к ведомственной награде на имя ФИО2, приказ № от ДД.ММ.ГГГГ). Соответствующие документы были приобщены к материалам дела судом первой инстанции, вместе с тем, несмотря на указанные выше разъяснения, они не нашли надлежащей оценки применительно к положениям ч.2 ст.61 УК РФ при принятии итогового решения. На обозрение суда апелляционной инстанции были представлены указанные выше удостоверение и медаль, оснований сомневаться в подлинности которых не имеется.

С учетом наличия соответствующих сведений в материалах дела, суд апелляционной инстанции находит необходимым признать смягчающим наказание обстоятельством наличие у ФИО2 ведомственной награды Министерства обороны Российской Федерации медали «Участнику специальной военной операции». В указанной части доводы стороны защиты заслуживают внимание.

Принимая во внимание признание дополнительных смягчающих наказание обстоятельств, суд апелляционной инстанции считает необходимым соразмерно смягчить назначенное осужденному наказание, при этом, несмотря на исключение смягчающего наказание обстоятельства (явки с повинной), не усматривает оснований для усиления наказания, как ставится об этом вопрос в апелляционном представлении, поскольку все обстоятельства, на которые обращает внимание прокурор, при назначении ФИО2 наказания судом были учтены, в том числе характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность осужденного, а также сведения об имущественном положении последнего и его семьи.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора по другим основаниям, судом не допущено.

Неверное указание судом в описательно-мотивировочной части обжалуемого судебного решения (на страницах 8,14,19,26,27,39) инициалов ФИО2 является явной технической ошибкой, которая на существо правильного по сути решения не влияет и дополнительного уточнения не требует.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Фурмановского городского суда Ивановской области от 10 февраля 2025 года в отношении ФИО2 изменить.

Исключить из приговора указание на признание обстоятельством, смягчающим наказание, по п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ явку с повинной.

Признать смягчающими наказание обстоятельствами ФИО2: на основании п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ наличие ведомственной награды Министерства обороны Российской Федерации - медали «Участнику специальной военной операции».

Смягчить назначенное ФИО2 наказание в виде штрафа до 240000 (двухсот сорока тысяч) рублей.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление государственного обвинителя помощника Фурмановского межрайонного прокурора Ермаковой А.Ю. удовлетворить частично, апелляционную жалобу защитника-адвоката Буренина С.Г. – удовлетворить частично.

Приговор и апелляционное постановление могут быть обжалованы в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу. В случае пропуска этого срока, кассационные жалоба и представление могут быть поданы непосредственно в суд кассационной инстанции и рассмотрены в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.Р. Араблинская