Кассационное определение от 12 марта 2025 г. по делу № 2-3/2023

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 89-УД25-1СП-А2


КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 13 марта 2025 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего судьи Иванова Г.П., судей Абрамова С.Н. и Романовой Т.А. при ведении протокола секретарём Мамейчиком М.А.

с участием осуждённых ФИО1, ФИО2 и ФИО3, адвокатов Буракова Д.Н. и Стрельчука Р.А., представляющих интересы осуждённого ФИО2, представителя потерпевшего Ш. - адвоката Корнева Ю.В. - посредством видеоконференц-связи; адвокатов Терехова А.В., представляющего интересы осуждённого ФИО1, и Юрченко СМ., представляющего интересы осуждённой ФИО3, потерпевшего Ш. прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Ермаковой Я.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам осуждённой ФИО3 и её адвоката Даменова А.К., адвокатов Комарова В.Б. - в защиту интересов ФИО1, и Буракова Д.Н. - в защиту интересов ФИО2, на приговор Тюменского областного суда от 16 ноября 2023 г. и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам

Второго апелляционного суда общей юрисдикции от 11 июля 2024 года.

По приговору Тюменского областного суда от 16 ноября 2023 г., постановленному с участием коллегии присяжных заседателей,

ФИО1, <...>

<...> несудимый,

осуждён: по ч. 2 ст. 330 УК РФ (в ред. Федерального закона РФ от 13.06.1996 № 63-ФЗ) к 4 годам лишения свободы; на основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ от назначенного наказания освобождён в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности;

по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. Федерального закона РФ от 21.07.2004 № 73-ФЗ) к 16 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

постановлено начало срока отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу до вступления приговора в законную силу, взят под стражу в зале суда;

на основании п. «а» ч. 3' ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с 20 по 21 мая 2020 г., с 28 по 30 августа 2020 г., с 28 октября 2020 г. по 22 февраля 2022 г. и с 16 ноября 2023 г. до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

в соответствии с ч. З4 ст. 72 УК РФ время нахождения под домашним арестом с 21 по 30 мая 2020 г. зачтено в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы;

ФИО2, <...>

<...>

несудимый,

осуждён: по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 330 УК РФ (в ред. Федерального закона РФ от 13.06.1996 № 63-ФЗ) к 3 годам лишения свободы; на основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ от назначенного наказания освобождён в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности;

по ч. 5 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. Федерального закона РФ от 21.07.2004 № 73-ФЗ) к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

постановлено начало срока отбывания наказания исчислять со дня

вступления приговора в законную силу;

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу, взят под стражу в зале суда;

на основании п. «а» ч.З1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с 26 октября 2020 г. по 22 февраля 2022 г. и с 16 ноября 2023 г. до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

ФИО3, <...>

<...> несудимая,

осуждена: по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 330 УК РФ (в ред. Федерального закона РФ от 13.06.1996 № 63-ФЗ) к 2 годам лишения свободы; на основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ от назначенного наказания освобождена в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности;

по ч. 5 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. Федерального закона РФ от 21.07.2004 № 73-ФЗ) к 11 годам лишения свободы; по ч. 3 ст. 159 УК РФ к 2 годам лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности указанных преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, окончательно к 12 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

постановлено начало срока отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу до вступления приговора в законную силу, взята под стражу в зале суда;

на основании п. «б» ч. З1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с 21 по 23 октября 2020 г. и с 16 ноября 2023 г. до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;

в соответствии с ч. З4 ст. 72 УК РФ время нахождения под домашним арестом с 23 октября 2020 г. по 04 марта 2022 г. зачтено в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Взыскано в долевом порядке в счёт компенсации морального вреда в пользу:

Ш<...> - с ФИО1 300 000 рублей, с ФИО2 350 000 рублей, с ФИО3 350 000 рублей;

М<...> - с ФИО1 700 000 рублей, с ФИО2

300 000 рублей, с ФИО3 300 000 рублей.

Разрешена судьба имущества, на которое наложен арест, и вещественных доказательств.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Второго апелляционного суда общей юрисдикции от 11 июля 2024 г. приговор в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 оставлен без изменений.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Абрамова С.Н., изложившего доводы кассационных жалоб, возражений на жалобы, обстоятельства дела, выступления осуждённых ФИО1, ФИО2 и ФИО3, адвокатов Терехова А.В., Буракова Д.Н., Стрельчука Р.А., Юрченко СМ., поддержавших доводы, приведённые в кассационных жалобах, мнение потерпевшего Ш. его представителя - Корнева Ю.В., прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Ермаковой Я.А. об оставлении судебных решений без изменения, Судебная коллегия

установила:

вердиктом коллегии присяжных заседателей признаны виновными и осуждены судом: ФИО1 - за самоуправство, совершённое с угрозой применения насилия, за убийство Ш. по найму; Иванов и ФИО3 - за пособничество в самоуправстве, совершённом с угрозой применения насилия, за пособничество в убийстве Ш. по найму; ФИО3, кроме того, - за мошенничество при получении выплат, в крупном размере.

Преступления ими совершены в п. Боровский Тюменской области и г. Тюмени во время и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационных жалобах:

осуждённая ФИО3, выражая несогласие с состоявшимися судебными решениями, полагает необоснованным её осуждение за пособничество в убийстве потерпевшего Ш., так как она участия в лишении его жизни не принимала; получение пособия на детей по подложным документам совершено в силу тяжёлых семейных обстоятельств, а назначенное наказание является чрезмерно суровым. Полагает, что суд не учёл её активное способствование в раскрытии преступлений, а также все смягчающие наказание обстоятельства, учитывая которые, суд должен был снизить категорию преступления и

назначить наказание по правилам ст. 64 УК РФ. Кроме того, суд не

мотивировал своё решение о назначении такого строгого наказания. Полагает, что суд нарушил её право на защиту, прервав выступление в последнем слове. Указывает на нарушение принципа состязательности со стороны прокурора, который доводил до присяжных заседателей однобокую обвинительную информацию. Отец потерпевшего Ш. в присутствии присяжных заседателей озвучивал данные о её личности, что повлияло на мнение присяжных заседателей и назначенное ей наказание. Суд апелляционной инстанции не принял во внимание её доводы и оставил приговор без изменения. Просит приговор и апелляционное определение в части назначенного ей наказания отменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение;

адвокат Даменов А.К. полагает, что ФИО3 необоснованно осуждена за пособничество в убийстве протерпевшего Ш., поскольку вердиктом не установлен квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору; ФИО3 непосредственного участия в лишении жизни потерпевшего не принимала, скрыть следы не обещала, корыстного мотива не имела. В судебном заседании ФИО3 не смогла объяснить свою непричастность к убийству Ш. в прениях, затем в последнем слове перед присяжными, из-за многочисленных остановок и замечаний со стороны председательствующего. Исходя из вердикта коллегии присяжных, ФИО3 может быть осуждена лишь за ранее не обещанное укрывательство. Просит приговор в отношении ФИО3 изменить, переквалифицировать её действия с ч. 5 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ст. 316 УК РФ, освободив её от назначенного наказания в связи с истечением срока давности, а по ч. 3 ст. 1592 УК РФ ограничиться отбытым наказанием;

адвокат Бураков Д.Н. полагает, что судом нарушен принцип состязательности и равноправия сторон, так как председательствующий полностью лишил сторону защиты права представлять свои доказательства невиновности Иванова, смотреть в сторону присяжных заседателей, задавать вопросы Щ., свидетелям А. и И., порочил их показания, снимал вопросы защитников, направленные на установление истины по делу, прерывал осуждённых, выступавших с последним словом, останавливал адвокатов в прениях. Напутственное слово носило обвинительный уклон, председательствующий цитировал доказательства частично, не в полном объёме, в основном доказательства стороны обвинения. Суд апелляционной инстанции эти нарушения закона не устранил, в части назначения наказания не привёл ни одного мотива отказа в удовлетворении доводов жалобы. При этом не учёл характер и

степень общественной опасности совершённого преступления,

фактические обстоятельства содеянного и давность совершённого преступления. Просит приговор и апелляционное определение в отношении Иванова отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение;

адвокат Комаров В.Б. считает судебные решения незаконными, подлежащими отмене. Неоднократные отводы председательствующему были необоснованно отклонены или оставлены без рассмотрения, а суд апелляционной инстанции посчитал это правильным. При разбирательстве дела председательствующий не обеспечил соблюдение принципа равноправия и состязательности сторон, что повлекло рассмотрение дела незаконным составом суда. Сторона защиты была лишена возможности повторного допроса Щ. для устранения противоречий с показаниями осуждённого ФИО1. Также суд необоснованно отказал в исследовании протокола следственного эксперимента и просмотре видеозаписи с участием Щ. на стадии представления доказательств стороной защиты. По его мнению, первый и второй вопросы по факту самоуправных действий осуждённых составлены таким образом, что кроме как утвердительного ответа присяжные не могли дать. Считает, что в вопросе № 18 имеются противоречия, так как осталось неустановленным, кто же снарядил ружьё патронами, и, соответственно, каким способом были причинены ранения потерпевшему. Просит приговор в отношении ФИО1 отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение.

В возражениях на кассационные жалобы адвокатов Даменова А.К., Буракова Д.Н. и Комарова В.Б. государственный обвинитель Каримова Г.К. указывает на необоснованность изложенных в них доводов, просит оставить их без удовлетворения, а судебные решения без изменения.

Проверив по материалам дела законность приговора и обсудив доводы, изложенные в кассационных жалобах, Судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 401' УПК РФ суд кассационной инстанции проверяет по кассационной жалобе законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу, то есть правильность применения норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

В соответствии с ч. 1 ст. 40115 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при

рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются

существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Таких нарушений уголовного закона, повлиявших на исход данного дела по доводам, приведённым в жалобах осуждённой ФИО3, адвокатов Комарова В.Б., Буракова Д.Н. и Даменова А.К., не установлено.

Обвинительный приговор в отношении ФИО1, Иванова и ФИО3 постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей, основанном на всестороннем и полном исследовании представленных сторонами доказательств.

Коллегия присяжных заседателей была сформирована с соблюдением требований ст. 326 - 329 УПК РФ, в состав коллегии вошли только те лица, которые в соответствии с ФЗ «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации» имели право осуществлять правосудие.

Неоднократно заявленные осуждёнными ФИО1, ФИО3 и Ивановым, адвокатом Ткаченко председательствующему отводы были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Иные заявления осуждённых ФИО1 и ФИО3 об отводе судьи зафиксированы в протоколе судебного заседания, однако в силу ч. 3 ст. 62 УПК РФ необходимости в принятии по ним самостоятельных процессуальных решений не имелось, поскольку они заявлялись одними и теми же лицами по одним и тем же основаниям.

Доводы адвоката Комарова о незаконном составе суда в связи с несоблюдением, по его мнению, принципа равноправия и состязательности сторон, не основаны на законе и являются несостоятельными.

Судебное разбирательство по делу проведено полно и всесторонне, с учётом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей, с соблюдением принципа состязательности сторон.

В присутствии присяжных заседателей исследовались только те вопросы, которые входят в их компетенцию, недопустимые доказательства перед присяжными не исследовались.

Вопреки доводам, приведённым в кассационных жалобах, права сторон по представлению и исследованию доказательств судьёй не

нарушались, во времени предоставления доказательств сторона защиты не

ограничивалась, а заявленные сторонами ходатайства разрешались в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, с приведением мотивов принятого решения, не согласиться с которыми оснований не имеется.

Обоснованный отказ в удовлетворении судом некоторых ходатайств стороны защиты, в том числе об отказе в повторном допросе Щ., исследовании протокола следственного эксперимента и просмотре видеозаписи с участием Щ., не свидетельствует об обвинительном уклоне судебного разбирательства и ограничении стороны защиты в представлении доказательств.

Вопреки доводам, приведённым в кассационных жалобах, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, при допросах Щ., свидетелей А. и И., исследовании других доказательств, Судебная коллегия не находит.

Председательствующий правильно снимал вопросы стороны защиты к допрашиваемым лицам, которые были повторными, неконкретными, носили процессуальный характер, не подлежали обсуждению с участием присяжных заседателей, и каждый раз, когда до сведения присяжных заседателей доводились сведения о личности осуждённых, либо касались иных вопросов, не подлежащих исследованию в присутствии присяжных заседателей, обращался к ним с разъяснениями не принимать при вынесении вердикта эти обстоятельства во внимание.

Как следует из протокола судебного заседания, государственный обвинитель действовал в пределах своих полномочий, предусмотренных ст. 246 УПК РФ и ст. 335 УПК РФ. При этом каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном воздействии государственного обвинителя на присяжных заседателей, ни в ходе судебного следствия, ни в прениях сторон, не имеется.

Судебное следствие было окончено при отсутствии дополнений и возражений от участников процесса, что, в свою очередь, опровергает доводы стороны защиты об ограничении её в возможности предоставления доказательств.

Права сторон на участие в прениях и на последнее слово председательствующий судья не нарушал, при этом он обоснованно останавливал выступления стороны защиты, в том числе и в последнем

слове осуждённых, только в тех случаях, когда излагаемые ими

обстоятельства не могли доводиться до сведения присяжных заседателей, исходя из их полномочий.

Вопросный лист сформулирован в соответствии со ст. 338 УПК РФ, а поставленные перед присяжными заседателями вопросы соответствуют требованиям ст. 339 УПК РФ и предъявленному ФИО1, Иванову и ФИО3 обвинению, поддержанному государственным обвинителем в судебном заседании.

Вопросы поставлены в понятных для коллегии присяжных заседателей формулировках, не требующих от них юридической оценки.

Председательствующий судья в пределах своих полномочий, в соответствии с ч. 4 ст. 338 УПК РФ, в совещательной комнате окончательно сформулировал вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, и обоснованно внёс их в вопросный лист.

Напутственное слово председательствующим произнесено в соответствии с положениями ст. 340 УПК РФ, с соблюдением принципа беспристрастности и объективности, с правильным разъяснением позиций сторон обвинения и защиты, принципа презумпции невиновности, а также правил оценки доказательств, что подтверждается содержанием напутственного слова.

Как видно из его текста, напутственное слово содержит необходимые разъяснения уголовного закона, напоминает присяжным заседателям исследованные в суде как уличающие, так и оправдывающие подсудимых доказательства; не выражая своего отношения к ним и не делая никаких выводов, председательствующий в соответствии с требованиями закона разъяснил правила оценки доказательств и другие принципы правосудия, предусмотренные законом. После несущественных замечаний стороны защиты (адвокатов Ткаченко и Даменова, осуждённого ФИО1) по напутственному слову, дал присяжным заседателям необходимые разъяснения.

Вердикт коллегии присяжных заседателей основан на доказательствах, представленных сторонами и исследованных непосредственно в суде присяжных, с соблюдением принципа состязательности.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 345 УПК РФ председательствующий, найдя ответы на восьмой и восемнадцатый

вопросы противоречивыми, обоснованно указал на это и предложил

коллегии присяжных заседателей возвратиться в совещательную комнату для восполнения вопросного листа.

Полученные ответы на поставленные перед присяжными заседателями вопросы понятны и каких-либо неясностей и противоречий не содержат, в том числе вопросы первый, второй и восемнадцатый, вопреки утверждению адвоката Комарова.

Приговор постановлен на основании обвинительного вердикта и за рамки предъявленного осуждённым ФИО1, Иванову и ФИО3 обвинения не выходит. Каких-либо противоречий между предъявленным им обвинением, вердиктом коллегии присяжных заседателей и приговором не имеется.

Действиям осуждённых ФИО1, Иванова и ФИО3 по каждому преступлению суд дал правильную юридическую оценку, в том числе и осуждённой ФИО3, исходя из установленных вердиктом фактических обстоятельств дела.

Как следует из приговора, при назначении наказания осуждённым ФИО1, Иванову и ФИО3 в соответствии с положениями ст. 6 и 60 УК РФ суд учитывал характер и степень общественной опасности совершённых ими преступлений, данные о их личностях, а также смягчающие наказание обстоятельства.

Выводы суда в части назначения ФИО1, Иванову и ФИО3 наказания судом мотивированы, а назначенное им наказание является справедливым.

Вопреки доводам осуждённой ФИО3, оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и ст. 64 УК РФ у суда не имелось, не имеется таковых и у Судебной коллегии.

Апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389 , 38920, 38928 УПК РФ, в нём изложены доводы жалоб осуждённых и их защитников, и приведены убедительные основания, по которым суд апелляционной инстанции признал их необоснованными, а постановленный в отношении ФИО1, Иванова и ФИО3 приговор - законным и обоснованным.

Так, вопреки доводам, приведённым в кассационных жалобах,

Судебная коллегия считает обоснованными и убедительно

мотивированными, согласующимися с материалами дела выводы суда апелляционной инстанции об объективном и беспристрастном рассмотрении дела с участием присяжных заседателей, соблюдении принципа состязательности и равенства сторон, правильном разрешении заявленных сторонами ходатайств, справедливо назначенном наказании, об отсутствии каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора.

Что касается доводов о недоказанности вины осуждённых, то по этим основаниям не может быть обжалован и отменён приговор суда присяжных в апелляционном и кассационном порядках.

Из материалов дела следует, что осуждённые ФИО1, Иванов и ФИО3 в установленном законом порядке были ознакомлены с особенностями рассмотрения дела с участием коллегии присяжных заседателей, а также юридическими последствиями удовлетворения такого ходатайства, включая особенности обжалования и рассмотрения жалоб на приговор суда с участием присяжных заседателей.

Других доводов о допущенных судом нарушениях уголовного и уголовно-процессуального закона, которые влекут отмену судебных решений, в кассационных жалобах не приведено и из материалов дела не усматривается.

Между тем, положения ч. З1 и ч. З4 ст. 72 УК РФ (введённые Федеральным законом от 03.07.2018 № 186-ФЗ) к преступлениям, совершённым до 14 июля 2018 г. должны разрешаться на основании ст. 9 и ст. 10 УК РФ.

Правила ч. З4 ст. 72 УК РФ предусматривают зачет домашнего ареста в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, то есть ухудшают положение лица по сравнению с порядком, применявшимся до вступления в силу Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ, и согласно ч. 1 ст. 10 УК РФ обратной силы не имеют.

С учетом изложенного время нахождения под домашним арестом лицу, совершившему преступление до 14 июля 2018 г., засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день, в том числе и в случае избрания или продолжения применения этой меры пресечения

после указанной даты.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 40114, 40115 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Тюменского областного суда от 16 ноября 2023 г. и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Второго апелляционного суда общей юрисдикции от 11 июля 2024 г. в отношении осуждённых ФИО1 и ФИО3 изменить,

зачесть в срок лишения свободы из расчёта один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы: ФИО1 - с 21 по 30 мая 2020 г.; ФИО3 - с 23 октября 2020 г. по 04 марта 2022 г.,

в остальном приговор и апелляционное определение в отношении ФИО1, ФИО3 и ФИО2 оставить без изменения, а кассационные жалобы осуждённой ФИО3, адвокатов Комарова В.Б., Буракова Д.Н. и Даменова А.К. - без удовлетворения.

Председательствующий судья

Судьи