Апелляционное определение от 9 августа 2018 г. по делу № 2-1/2017

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 26-АПУ18-1 сп


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва «9» августа 2018 года

Судебная коллегия по уголовным делам

Верховного Суда Российской Федерации

в составе председательствующего Скрябина К.Е., судей Лаврова Н.Г. и Кондратова П.Е.,

при ведении протокола секретарем Лозовик Н.С., с участием переводчика ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по

апелляционному представлению государственного обвинителя Александрова

Г.Т. на приговор Верховного Суда Республики Ингушетия с участием

присяжных заседателей от 5 июня 2018 г., по которому:

ФИО2, <...>

<...>

оправдан по обвинению в совершении убийств К. и

С<...> - за непричастностью к совершению преступления, по п.п. « а,

в» ч. 2 ст. 158 УК РФ - за неустановлением события преступления;

ФИО2 осуждён по ч. 1 ст. 107 УК РФ к 2 годам 11 месяцам

ограничения свободы.

Зачтено время содержания ФИО2 под стражей с 5 декабря 2015

г. по 6 апреля 2017 г. и 10 октября 2017 по 31 мая 2018 г. в срок отбывания

наказания из расчета один день пребывания под стражей за два дня

ограничения свободы и от назначенного наказания освобожден в связи с его фактическим отбытием;

ФИО3, <...>

<...>

оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, ж, к» ч. 2 ст. 105 - за непричастностью к совершению преступления; по п.п. «б, в» ч. 2 ст. 158, п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158, п.п. «б, в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 222 УК РФ - за неустановлением события преступления.

Признано за оправданным ФИО3 и ФИО2 в части его оправдания право на реабилитацию.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Лаврова Н.Г., изложившего материалы дела, доводы представления и возражений, мнение прокурора Киселевой М.А., поддержавшей представление и просившей об отмене приговора в отношении ФИО2 и ФИО3 в полном объеме, выступление потерпевшей А.., осужденного ФИО2, оправданного ФИО3, их защитников - адвокатов Хасановой Н.Ф., Процука М.М., Маштаговой Б.М. и Поддубного СВ., возражавших против удовлетворения представления, просивших приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

на основании вердикта присяжных заседателей от 31 мая 2018г ФИО2 признан виновным в том, что он, 4 декабря 2015 г. во второй половине дня, на пастбище, находящемся на северо-восточной окраине с.п. Сурхахи Назрановского района Республики Ингушетия, находясь в состоянии эмоционального всплеска и внезапно возникшего желания расквитаться с Г. за систематическое принуждение к работе по хозяйству против его воли, произвел в Г. два выстрела из пистолета, причинив сквозные огнестрельные ранения головы с повреждением костей черепа и головного мозга, от которых последний скончался на месте.

Действия ФИО2 суд квалифицировал по ч. 1 ст. 107 УК РФ, как убийство, совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного иными противоправными действиями потерпевшего.

Кроме того, органами предварительного следствия ФИО2 и ФИО3 обвинялись в том, что в период времени с 1 сентября 2015 г. до 11 сентября 2015 г., во второй половине дня, во исполнение ранее достигнутых между собой договоренностей о лишении жизни К..,

во избежание распространения сведений о похищении баранов, в лесополосе, расположенной в 500 м северо-восточнее от окраины с.п. Сурхахи Назрановского района Республики Ингушетия, куда Нальгиев А.М. под предлогом совместного распития спиртного заманил К.., Гуражев Б.Т., с целью преднамеренного лишения жизни, выстрелом из пистолета причинил К. несовместимое с жизнью сквозное огнестрельное ранение головы с повреждением костей черепа и головного мозга, от которого последний скончался на месте.

В период времени с 26 ноября 2015 г. до 30 ноября 2015 г., во второй половине дня, ФИО2 и ФИО3, во исполнение ранее достигнутых договоренностей о лишении жизни С., под надуманным предлогом заманили С. на берег реки «Кенч» в 200 м восточнее от крестьянско-фермерского хозяйства Э., расположенного в с.п. <...> дом без номера, в то время как ФИО3 отвлекал внимание С., ФИО2, с целью преднамеренного лишения жизни, выстрелом из пистолета причинил С. несовместимое с жизнью сквозное огнестрельное ранение головы с повреждением костей черепа и головного мозга, от которого последний скончался на месте.

4 декабря 2015 г., во второй половине дня, на пастбище, расположенном на северо-восточной окраине с.п. Сурхахи Назрановского района Республики Ингушетия, ФИО2 и ФИО3, во исполнение ранее достигнутых договоренностей о лишении жизни Г., в то время как ФИО3 отвлекал внимание Г., ФИО2 на почве личных неприязненных отношений, с целью преднамеренного лишения жизни, произвел в Г. два выстрела из пистолета, причинив несовместимые с жизнью сквозные огнестрельные ранения головы с повреждением костей черепа и головного мозга, от которых последний скончался на месте.

Они же, ФИО2 и ФИО3, в период времени с 1 сентября 2015 г. до 11 сентября 2015 г., в дневное время суток, договорившись о совместных действиях, имея намерение неправомерно завладеть чужим имуществом, с целью наживы, незаметно угнали 13 баранов-валухов из отары, находившейся под присмотром К. на пастбище, расположенном на удалении около 1 км от северо-восточной окраины с.п. Сурхахи Назрановского района Республики Ингушетия, чем причинили собственнику Б. значительный материальный вред на сумму 130 000 рублей.

Кроме того, ФИО3 в период времени с 1июня 2014 г. до 31 августа 2014 г., имея намерение неправомерно завладеть чужим имуществом, с целью наживы, незаметно пробрался на территорию крестьянско- фермерского хозяйства, расположенного в с.п. Сурхахи, ул. Совхозная, без номера, Назрановского района Республики Ингушетия, где из складского помещения скрытно вынес принадлежащий Э строительно-

бытовой инвентарь: электрический водяной насос «Сотзогт» стоимостью 5500 рублей, бензопилу «8Т1НЬ»- 17290 рублей, электрическую машинку для резки металла- 9700 рублей, газовый металлический баллон- 1850 рублей, сварочный аппарат «СА-79251»- 8737 рублей, электрическую точилку «ДИОЛД ЭТ-175»- 4525 рублей, электрический паяльник «8рпШ 8Т-01»- 2400 рублей, причинив Э значительный материальный вред на сумму 50002 рубля.

В период времени с 1 ноября 2015 г. до 10 ноября 2015 г., ФИО3, имея намерение неправомерно завладеть чужим имуществом, с целью наживы, незаметно пробрался на территорию крестьянско-фермерского хозяйства, расположенного в с.п. Сурхахи, ул. Совхозная, без номера, Назрановского района Республики Ингушетия, где из овчарни скрытно угнал пять овец, причинив Э значительный материальный вред на сумму 10740 рублей.

В период с 1 сентября 2015 г. до 5 декабря 2015 г. ФИО3, во исполнение ранее достигнутых договоренностей с ФИО2, без соответствующего на то разрешения, укрывал по месту своего проживания в домовладении без номера, ул. МТФ с.п. Сурхахи и в помещении фермы, расположенной вдоль автомобильной дороги на окраине с.п. Сурхахи Назрановского района Республики Ингушетия, пригодные для стрельбы пистолет «ИЖ-79-9Т» калибра 9 мм с маркировочным обозначением «1537103262» и не менее 4 патронов к нему.

Присяжные заседатели вердиктом от 31 мая 2018 г. признали не доказанной причастность ФИО2 к совершению убийства К. и С., а также признано недоказанным, что кража баранов имела место.

Так же признано недоказанным причастность ФИО3 к преступлению, предусмотренному п.п. «а, ж, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных, п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158, п.п. «б, в» ч. 2 ст. 158, п.п. «б, в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 222 УК РФ, признано недоказанным, что деяние имело место.

Ввиду того, что коллегией присяжных заседателей в отношении ФИО3 на первый основной вопрос о доказанности деяний, предусмотренных п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158, п.п. «б, в» ч. 2 ст. 158, п.п. «б, в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 222 УК РФ, а в отношении ФИО2- п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, даны отрицательные ответы, в отношении них судом постановлен оправдательный приговор за неустановлением события преступления с признанием права на реабилитацию.

Поскольку вердиктом присяжных заседателей дан отрицательный ответ на второй основной вопрос о доказанности совершения ФИО3 убийства К., С., Г. суд постановил оправдательный приговор за непричастностью ФИО3 к совершению преступления с признанием права на реабилитацию.

В связи с отрицательным ответом присяжных заседателей на второй основной вопрос о доказанности совершения подсудимым Гуражевым Б.Т. убийства К. и С. суд оправдал последнего за непричастностью к совершению преступления с признанием права на реабилитацию.

В апелляционном представлении государственного обвинителя Александрова Г.Т. поставлен вопрос об отмене приговора в отношении ФИО2 и ФИО3 в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона. По мнению автора представления, вопрос перед присяжными заседателями о совершении ФИО2 убийства своего отца - Г. в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), поставлен без учета результатов судебного следствия, а именно показаний ФИО2, данных в ходе предварительного следствия, которые были оглашены в присутствии присяжных заседателей. Указывает, что судом не дана оценка заключению эксперта о том, что ФИО2 не страдает каким-либо психическим расстройством, слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики. Во время совершения инкриминируемых ему деяний мог осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В период относящийся к инкриминируемому деянию не находился в состоянии физиологического аффекта. Поскольку данное заключение в присутствии присяжных заседателей не исследовалось, то коллегия присяжных заседателей не могла придти к выводу о совершении ФИО2 преступления в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), а вопрос об этом является неправомерным.

В дополнениях также указывает, что в нарушение требований закона в присутствии присяжных заседателей были допрошены сотрудники полиции Б.., О.., М. об обстоятельствах дачи ФИО2 показаний в ходе предварительного следствия, не мотивирован вывод суда о наличии в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного чЛ ст. 107 УК РФ, неправильно указана фамилия осужденного ФИО2 «Гуржаев» в описательной части приговора.

Проверив законность, обоснованность и справедливость приговора, Судебная коллегия приходит к выводу, что приговор суда постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей, основанном на всестороннем и полном исследовании материалов дела.

В соответствии со ст. 379 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговоров, вынесенных с участием присяжных заседателей, являются

нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона, несправедливость приговора.

Согласно ч.2 ст.385 УПК РФ оправдательный приговор, поста- новленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его представителя лишь при наличии таких нарушений уголовно- процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и отве- тов на них.

Как видно из материалов дела, таких нарушений уголовно- процессуального закона при рассмотрении настоящего дела судом допущено не было.

Судебное разбирательство проведено с учетом требований уголовно- процессуального закона, определяющих его особенности в суде с участием присяжных заседателей.

Коллегия присяжных заседателей сформирована в соответствии с требованиями ст. 328 УПК РФ.

Замечаний по проведенному отбору присяжных заседателей, а также ходатайств о роспуске коллегии присяжных заседателей в связи с ее тен- денциозностью, от участников процесса не поступало.

В судебном заседании были созданы необходимые условия для испол- нения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предос- тавленных им прав.

В присутствии присяжных заседателей исследовались только те факти- ческие обстоятельства, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.

Все представленные суду доказательства были исследованы, а заяв- ленные ходатайства рассмотрены в установленном законом порядке, с учетом мнения сторон.

Данных о том, что в суде с участием присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства или сторонам было отказано в исследовании доказательств, в материалах дела не имеется.

Доводы представления о неправомерном допросе в присутствии присяжных заседателей сотрудников полиции Б.., О.., М. об обстоятельствах дачи ФИО2 показаний в ходе предварительного следствия, являются несостоятельными.

Как видно из протокола судебного заседания, указанные свидетели были допрошены по ходатайству и настоянию именно государственного обвинителя, несмотря на возражения стороны защиты, и касались обстоятельств дачи подсудимым ФИО2 показаний в ходе предварительного следствия.

Все исследованные в присутствии присяжных заседателей доказательства, в том числе показания свидетелей Б.., О., М.., были признаны допустимыми.

Никто из участников процесса, в том числе государственный обвинитель, не возражали закончить судебное следствие с учетом исследованных доказательств.

Из протокола судебного заседания следует, что в судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Таким образом, принцип состязательности в суде присяжных не был нарушен.

Прения сторон проведены в соответствии с требованиями ст. 336 УПК РФ в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями. Если участники прений нарушали это положение закона или ссылались в обоснование своей позиции на доказательства, которые в уста- новленном порядке были признаны недопустимыми или не исследовались в судебном заседании, то председательствующий останавливал их и делал со- ответствующие разъяснения присяжным заседателям.

Недопустимые или не относящиеся к делу высказывания пресекались председательствующим, как того требует закон. При этом председательствующий также обращал внимание присяжных заседателей не принимать в расчет такие высказывания. Замечаний по порядку судебных прений не заявлено.

Кроме того, такие высказывания не ограничили права сторон по представлению доказательств, не имеется и данных считать, что это повлияло на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них.

После окончания прений сторон всем участникам была предоставлена возможность осуществить свое право на реплику, а подсудимым было пре- доставлено последнее слово.

Постановка вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, была осуществлена в соответствии с требованиями ст. 338 УПК РФ.

Согласно вопросному листу вопросы в нем поставлены перед коллеги- ей присяжных заседателей с учетом требований ст. 252 УПК РФ.

Вопросный лист был сформулирован с учетом мнения сторон, содержание вопросов перед присяжными заседателями соответствует требова- ниям ст. 339 УПК РФ.

Нельзя признать состоятельными доводы представления о неправильной постановке перед присяжными заседателями вопросов по преступлению, совершенному в отношении Г.

После основного вопроса о виновности подсудимого могут ставиться частные вопросы о таких обстоятельствах, которые влияют на степень виновности либо изменяют ее характер, влекут за собой освобождение подсудимого от ответственности. В необходимых случаях отдельно ставятся также вопросы о степени осуществления преступного намерения, причинах, в силу которых деяние не было доведено до конца, степени и характере соучастия каждого из подсудимых в совершении преступления. Допустимы вопросы, позволяющие установить виновность подсудимого в совершении менее тяжкого преступления, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Не могут ставиться отдельно либо в составе других вопросы, требующие от присяжных заседателей юридической квалификации статуса подсудимого (о его судимости), а также другие вопросы, требующие собственно юридической оценки при вынесении присяжными заседателями своего вердикта.

Как видно из вопросного листа, на вопрос № 8 о том, доказано ли, что «ФИО2, во исполнение ранее достигнутых договоренностей с ФИО3 о лишении жизни Г.., действуя согласованно с ним, на почве личных неприязненных отношений, специально, с целью лишения жизни, произвел два выстрела из пистолета в Г.., причинив несовместимые с жизнью сквозные огнестрельные ранения головы» присяжные заседатели ответили отрицательно.

Исходя из исследованных в судебном заседании доказательствах, для выяснения вопроса, позволяющего установить виновность ФИО2 <...> в совершении менее тяжкого преступления, по ходатайству стороны защиты, перед присяжными заседателями был поставлен вопрос № 9 о совершении ФИО2 убийства своего отца - Г.. «в состоянии эмоционального всплеска и внезапно возникшего желания расквитаться с Г. за систематическое принуждение к работе против его воли и грубое отношение», на который присяжные заседатели ответили «да, доказано».

Вопреки изложенным в представлении доводам, постановка перед присяжными заседателями данного вопроса является правомерной и не противоречит требованиям закона, поскольку не требует юридической оценки действий подсудимого и не выходит за пределы предъявленного ФИО2 <...> обвинения.

Напутственное слово произнесено председательствующим судьей с со- блюдением принципа объективности и беспристрастности, с изложением исследованных доказательств, а также позиции, как государственного обвинителя, так и позиции защиты.

Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным, непротиворечивым.

Приговор постановлен председательствующим судьей в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

Действия осужденного ФИО2 квалифицированы в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными вердиктом коллегии присяжных заседателей, с учетом мнения сторон, в том числе государственного обвинителя.

Заключение эксперта, на которое ссылается в представлении государственный обвинитель, исследовалось в судебном заседании и получило надлежащую оценку. Вывод суда о совершении ФИО2 преступления в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного иными противоправными действиями потерпевшего основан на вердикте присяжных заседателей.

Изложенные в представлении доводы о том, что ответ коллегии присяжных заседателей о совершении ФИО2 преступления в состоянии внезапно возникшего эмоционального всплеска не соответствует выводу эксперта, не может быть принят во внимание, поскольку вердикт присяжных заседателей в соответствии с положениями ст. 348 УПК РФ обязателен для председательствующего и стороны не вправе подвергать сомнению вердикт.

Что касается поставленного в представлении вопроса об отмене приговора в отношении ФИО3 и ФИО2 в полном объеме, то автором представления не приведено никаких доводов, свидетельствующих о незаконности или необоснованности приговора в части оправдания ФИО3, а также ФИО2 в остальной части предъявленного обвинения.

Наказание осужденному ФИО2 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом степени общественной опасности соде- янного, совокупности всех обстоятельств по делу, данных о его личности.

Оснований считать назначенное ФИО2 наказание несправедливым, не имеется.

Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении прав ФИО2 и ФИО3 на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах не содержится.

Вместе с тем приговор в отношении ФИО2 подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с положениями ст. 78 УК РФ лицо подлежит освобождению от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года.

Как видно из материалов дела и установлено судом, ФИО2 совершил преступление, предусмотренное чЛ ст. 107 УК РФ (относится к преступлению небольшой тяжести) 4 декабря 2015г, по которому на момент вынесения приговора 5 июня 2018г. истек срок давности уголовного преследования. Поэтому на основании п.З ч.1 ст. 24 УПК РФ ФИО2 подлежит освобождению от назначенного ему по ч. 1 ст. 107 УК РФ наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Неправильно указанная фамилия осужденного ФИО2 «Гуржаев» в описательной части приговора, на что указывается в представлении, является технической ошибкой, не является основанием для отмены приговора, и подлежит исправлению судом, постановившем приговор.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, о чем поставлен вопрос в апелляционном представлении, не имеется. Поэтому апелляционное представление удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Верховного Суда Республики Ингушетия от 5 июня 2018 года в отношении ФИО2 изменить, освободить ФИО2 от назначенного ему по ч.1 ст. 107 УК РФ наказания на основании п.З ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В остальном приговор в отношении ФИО2 и ФИО3 оставить без изменения, а апелляционное представление - без удовлетворения.

Председательствующий Судьи