Определение от 21 июня 2007 г. по делу № 2-4/06

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 86-О07-9

КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 21 июня 2007 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Лутова В.Н. судей Истоминой Г.Н. и Нестерова В.В.

рассмотрела в судебном заседании от 21 июня 2007 года кассационные жалобы адвокатов Овчинникова М.В., Колдырина Н.А., Игнатчука А.И., Логич О.С, осужденных Гусейнова А.А-о, Данилова В.В., Алиева И.А.-о. на приговор Владимирского областного суда от 14 ноября 2006 года, которым

ГУСЕЙНОВ Л А

судимый

12 апреля 2004 г. по ч. 1 ст. 127, ч. 2 ст. 330, к годам

лишения свободы осужден к лишению свободы по ч. 1 ст. 209 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) сроком на 12 лет, по п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) сроком на 10 лет, по п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ по эпизоду от 05.02.2004 г. сроком на 11 лет, по ч. 3 ст. 222 УК РФ сроком на 6 лет.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 15 лет лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательно назначено 16 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ДАНИЛОВ В В

осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) сроком на 9 лет, по п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) сроком на 9 лет 6 месяцев, по п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ по эпизоду от 05.02.2004 г. сроком на 10 лет, по ч. 3 ст. 222 УК РФ сроком на 5 лет.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 13 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ВЕЛИЕВ Т А

осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) сроком на 9 лет 6 месяцев, по п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) сроком на 9 лет, по п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ по эпизоду от 05.02.2004 г. сроком на 10 лет, по ч. 3 ст. 222 УК РФ сроком на 5 лет.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 12 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

АЛИЕВ И А

осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) сроком на 8 лет, по п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) сроком на 9 лет, по ч. 3 ст. 222 УК РФ сроком на 5 лет.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 11 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.


СЕНОТОВ В В

судимый

30 июля 2003 г. по п. «б» ч. 3 ст. 160 УК РФ к 5 годам

лишения свободы условно с испытательным сроком на 5

лет

осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) с применением ст. 64 УК РФ сроком на 6 лет, по п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) с применением ст. 64 УК РФ сроком на 5 лет , по п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ по эпизоду от 05.02.2004 г. с применением ст. 64 УК РФ сроком на 5 лет 6 месяцев, по ч. 3 ст. 222 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ сроком на 3 года.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 6 лет 6 месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору от 30 июля 2003 года отменено и окончательно на основании ст. 70 УК РФ назначено 7 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ГАДЖИЕВ А А

осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) сроком на 9 лет, по п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) сроком на 9 лет 6 месяцев, по ч. 3 ст. 222 УК РФ сроком на 5 лет.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 12 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

БОБРОВ В Г

осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) с применением ст. 64 УК РФ сроком на 5 лет, по п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Закона от 13.06.1996 г.) с применением ст. 64 УК РФ сроком на 5 лет, 6 месяцев, по ч. 3 ст. 222 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ сроком на 3 года.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 6 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.


Постановлено взыскать в возмещение материального ущерба с Гусейнова А.А., Данилова В.В., Алиева И.А., Сенотова В.В., Гаджиева А.А. солидарно в пользу Р рублей;

С Гусейнова А.А., Данилова В.В., Алиева И.А., Велиева Т.А., Сенотова В.В., Гаджиева А.А., Боброва В.Г. солидарно в пользу Б - рублей.

Дело в отношении Сенотова В.В., Гаджиева А.А., Боброва В.Г. рассматривается в порядке ч. 2 ст. 360 УПК РФ.

По настоящему делу осуждены также Старцев В.А. и Адылгезалов В.Ф. приговор в отношении которых не обжалован.

Гусейнов, Данилов, Сенотов, Гаджиев, Алиев осуждены за разбойное нападение на С , на Г и В организованной группой с применением оружия.

Гусейнов, Данилов, Сенотов и Велиев осуждены за разбойное нападение на Т и А в целях завладения имуществом в особо крупном размере организованной группой с применением оружия.

Велиев и Бобров также осуждены за разбойное нападение на Г

и В организованной группой с применением оружия.

Все они осуждены за незаконное, хранение, перевозку, ношение огнестрельного оружия и боеприпасов организованной группой.

Гусейнов кроме того осужден за создание банды и участие в совершаемых ею нападениях, а Данилов, Сенотов, Гаджиев, Алиев, Велиев и Бобров за участие в банде и совершаемых ею нападениях.

Преступления совершены ими в период с 15 июня 2003 года по 5 февраля 2004 года при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., объяснения осужденных Гусейнова А.А.о., Алиева И.А.о., данные ими через переводчика Б

, осужденного Данилова В.В., адвокатов Овчинникова М.В., Яшина С.Ю., Богачевой Н.Ю, Перепеченовой Е.И., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Козусевой Н.А., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

В кассационной жалобе и дополнении к ней адвокат Овчинников М.В. в защиту Велиева указывает на то, что показания Велиева о непричастности к участию в банде и совершенных ею разбойных нападениях необоснованно отвергнуты судом. Показания осужденного Сенотова о действиях Велиева вызывают сомнения. Приводя показания Велиева по эпизоду разбойного нападения от 5 февраля 2004 г. и сопоставляя их с протоколами опознания, в ходе которых потерпевший Т опознал Сенотова как участника нападения, обращает внимание на наличие в них противоречий, поскольку по показаниям Сенотова в момент нападения на Т он находился в другом месте. Данному противоречию суд оценки не дал и положил в основу приговора два противоречащих друг другу доказательства.

Показания Т косвенно подтвердил и потерпевший А , который пояснил о том, что видел на месте нападения четырех человек.

Исходя из показаний потерпевших, считает показания осужденного Сенотова ложными. Кроме того, показания Сенотова об использовании для совершения преступления еще одного , что создавало дополнительную угрозу разоблачения, являются, по его мнению, неправдоподобными. За участие в этом преступлении Сенотов получил денежную сумму, на которую приобрел автомобиль , в котором изготовил тайник для хранения оружия, что также не соответствует его показаниям о незначительной роли в нападении.

Суд же проигнорировал эти обстоятельства.

Противоречивыми являются показания Сенотова и о действиях Велиева по эпизоду разбойного нападения от 28 августа 2003 года. На предварительном следствии он пояснял, что видел, как Велиев разгружал имущество с похищенного , в судебном же заседании пояснил, что не помнит эти обстоятельства, и не видел, разгружал ли Велиев . Считает, что Сенотов оговаривает Велиева с целью уменьшить свою роль в содеянном. Показания же Велиева о непричастности к этому разбою не опровергнуты. Никто из осужденных не подтвердил факт участия Велиева в нападении.

Из показаний потерпевшего Т следует, что он никогда не утверждал, что видел на месте преступления Велиева, он лишь пояснял, что видел мужчину, похожего по телосложению на Велиева.

Анализируя показания потерпевшего А , который опознал Аелиева в том числе по шраму на переносице, полагает, что он узнал о шраме на лице Велиева от работников милиции, которые сообщили ему об этом намеренно, с целью фальсификации результатов опознания. А , по его мнению, либо не видел, либо не запомнил сидевшего в автомашине на переднем пассажирском сиденье мужчину.

Не поясняли Т и А и о том, что указанный ими мужчина говорил с акцентом, хотя Велиев говорит с сильным акцентом.

Описывая действия Велиева, суд допустил противоречия в приговоре. При описании его действий в составе вооруженной группы, суд указал на то, что Велиев принимал непосредственное участие в составе банды в нападениях, и далее, описывая его действия по эпизоду от 28 августа 2003 года, суд не установил факт непосредственного участия Велиева в нападении. Утверждение же суда о том, что Велиев скрыл следы преступления, является голословным.

В ходе судебного разбирательства не был допрошен подсудимый Гаджиев, не был доставлен в суд для допроса К , уголовное в отношении которого было выделено в отдельное производство, в результате чего сторона защиты была лишена возможности задать им вопросы и выяснить причастность Велиева к преступлениям, чем нарушено право Велиева на защиту.

Нарушен судом и порядок исследования доказательств. Когда подсудимые отказались давать показания до тех пор, пока сторона обвинения не представит все доказательства, суд необоснованно удовлетворил ходатайство государственного обвинителя об оглашении их показания на предварительном следствии.

Ходатайство подсудимого Алиева, поддержанное Велиевым, о допросе свидетеля Б для проверки его алиби необоснованно отклонено судом.

В основу приговора положены недопустимые доказательства, каковыми являются протокол обыска в жилище Велиева от 27 февраля 2004 года, протокол предъявления Велиева для опознания от28 февраля 2004 года, протокол допроса Велиева в качестве подозреваемого.

На момент производства обыска Велиев являлся подозреваемым, им не был заявлении письменный отвод от услуг адвоката, а потому участие адвоката в этом следственном действии являлось обязательным.

Отказывая в удовлетворении ходатайства о признании протокола обыска недопустимым доказательством, суд сослался на вступившее в законную силу постановление Фрунзенского районного суда от 28 февраля 2004 года, которым обыск признан законным, указав, что это постановление не может быть пересмотрено при рассмотрении настоящего уголовного дела. Считает, что данная позиция суда противоречит требованиям ст. 90 УПК РФ, согласно которым без дополнительной проверки признаются лишь те обстоятельства, которые установлены вступившим в законную силу приговором.

Повторное ходатайство защиты об исключении протокола обыска из числа доказательств также необоснованно отклонено.

Подробно описывая ход обыска со ссылкой на показания свидетеля К , осужденного Велиева, отмечает, что сотрудники милиции незаконно с целью фальсификации результатов обыска за несколько часов до обыска проникли в жилище Велиева, а потому данный обыск является незаконным.

Опознание Велиева произведено с нарушением требований ч. 4 ст. 193 УПК РФ о внешней схожести предъявляемых для опознания лиц.

Один из статистов А обладает ярко выраженной славянской внешностью, а второй статист А , хотя и является азербайджанцем, однако значительно на 8 лет моложе Велиева.

А пояснил также, что до опознания находился водной комнате с потерпевшими, то есть с опознающими.

Кроме того при предъявлении Велиева для опознания Т и А принимали участие один и те же понятые. Полагает, что эти понятые не могли повторно принимать участие в проведении опознания вторым потерпевшим.

С учетом этого считает, что имела место лишь видимость производства опознания.

Велиев в судебном заседании пояснил, что показания входе предварительного следствия он дал под влиянием пыток. Его показания подтверждаются медицинской справкой, согласно которой при его осмотре зафиксированы телесные повреждения.

Несмотря на допущенные нарушения закона суд признал эти доказательства допустимыми.

В ходе судебного разбирательства были нарушены права Велиева, предусмотренные Конвенцией о защите прав человека и основных свобод: он содержался под стражей в условиях, унижающих его человеческое достоинство и создающих опасность для его жизни, без судебного решения и в течение длительного времени.

Исходя из этого, считает приговор подлежащим отмене, а уголовное дело - прекращению.

В кассационной жалобе и дополнении к ней адвокат Колдырин Н.А. в защиту Гусейнова ставит вопрос об отмене приговора, прекращении уголовного дела в связи с непричастностью Гусейнова к совершению преступления.

Утверждение суда о создании Гусейновым банды совместно с лицом, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи с его смертью и лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, является голословным и не основано на собранных по делу доказательствах Д умер в августе 2003 года. Гусейнов и К , уголовное в отношении которого выделено в отдельное производство, никаких показаний по данному эпизоду не давали. В судебном заседании Гусейнов виновным себя не признал в создании банды. Ни Гусейнов, ни Д , ни К не давали показаний о том, что Гусейнов выбирал объекты для нападений, следил за водителями большегрузных машин.

В основу приговора положены противоречивые показания Сенотова, который оговорил Гусейнова.

Не имеется и доказательств того, что Гусейнов руководил действиями участников группы в момент совершения преступлений. По показаниям того же Сенотова действиями участников нападения на С руководил Д , а по эпизодам в отношении В и Г , Т и А руководство осуществлял К .

Дело рассмотрено судом с нарушением уголовно-процессуального закона, что выразилось в изменение судом порядка исследования доказательств. Когда подсудимые отказались давать показания до представления стороной обвинения всех доказательств, в судебном заседании в нарушение требование ст. 276 УПК РФ были оглашены их показания.


Действия Гусейнова неправильно квалифицированы судом по ст. 162 УК РФ, поскольку в момент завладения имуществом никаких угроз и требований о передаче автомашин и имущества не заявлялось.

Осужденный Гусейнов А.А. в своей кассационной жалобе и дополнении к ней указывает на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Вывод суда о создании им банды, об участии в разбойных нападениях, о том, что он выбирал объект для нападения, следил за автомобилем, сбывал похищенное, не подтвержден.

Суд положил в основу приговора показания Сенотова, который в целях смягчения своей ответственности, оговорил его. Полагает, что показания Сенотова являются недопустимым доказательством. Других доказательств его виновности не имеется.

Факт осуществления им руководства действиями соучастников в момент нападений не подтверждается даже показаниями Сенотова.

Показания подсудимых об оказании на них физического давления не опровергнуты, проверка по данному факту не проведена, а потому суд не вправе был ссылаться на их показания на предварительном следствии.

Его проживание в гостинице не подтверждено, подлинник журнала регистрации утерян.

Судом нарушено его право на защиту, что выразилось в неправильном оглашении его показаний в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя до исследования всех доказательств.

Отвод председательствующему необоснованно отклонен.

Назначенное ему наказание является чрезмерно суровым, не соответствующим данным о его личности. Ранее он не привлекался к ответственности, имеет на иждивении двух детей и престарелую мать, однако суд не учел эти обстоятельства.

Просит приговор отменить и уголовное дело в отношении него прекратить за непричастностью к совершению преступлений.

В кассационной жалобе и дополнении к ней адвокат Игнатчук А.И. в защиту Данилова указывает, что судом не были учтены обстоятельства, которые могли повлиять на выводы о виновности или невиновности Данилова.

В судебном заседании Данилов пояснил, что не участвовал в разбойном нападении в июне 2003 года. Осужденные Сенотов и Гаджиев подтвердили это обстоятельство.

В судебном заседании не была допрошена свидетель Г , которая могла подтвердить алиби Данилова по эпизоду от июня 2003 года. Не был допрошен судом и осужденный Гаджиев.

По эпизодам разбойных нападений в августе 2003 года и феврале 2004 года в основу приговора подложены недопустимые доказательства и, а именно показания Гаджиева, Велиева и Алиева, которые они дали на предварительном следствии в результате примененного к ним насилия.


Подсудимые заявили о фактах применения к ним насилия, однако проверка их заявлений в порядке ст. 144 УПК РФ не была проведена.

Показания Сенотова и Боброва суд дал неправильную оценку, не учел, что они находятся в неприязненных отношениях с Гусейновым и другими подсудимыми.

По эпизоду разбойного нападения на Т и Г доказательства, устанавливающие событие преступления, не подтверждают причастность к нему Данилова.

Опознание же Данилова потерпевшим Т проведено с нарушением требований ст. 193 УПК РФ: перед опознанием Т не допрашивался о приметах, по которым может опознать нападавшего.

Суд же истолковал все сомнения в пользу обвинения.

Просит приговор отменить, уголовное дело прекратить в связи с непричастностью Данилова к совершению преступлений.

Об этом же ставит вопрос в своей кассационной жалобе осужденный Данилов В.В., приводя аналогичные доводы о своей непричастности к совершению преступлений. Обвинение, по его мнению, построено не на конкретных фактах, а на предположении. Помимо этого он_указывает, что суд возвратил дело прокурору в связи с нарушением закона при составлении обвинительного заключения. Повторно это дело было направлено в суд также в недоработанном виде, однако суд принял его к производству_и постановил обвинительный приговор. Считает, что его оговорили. В приговоре приведены показания потерпевшего В о том, что он видел двух нападавших в милицейской форме и с автоматами. Однако на предварительном следствии В не давал показаний о наличии автоматов у нападавших^

Потерпевший Т в судебном заседании пояснил, что он сопровождал его везде, что узнал его по голосу, однако _на предварительном следствии он не пояснял, что сначала на них напали одни люди, а в лесу удерживали другие люди. Считает также, что опознание его Т сфальсифицировано.

Аналогичные доводы о непричастности к разбойным нападениям и участию в банде о просьба об отмене приговора и прекращении уголовного дела содержится в кассационной жалобе осужденного Алиева И.А.

В кассационной жалобе адвокат Логич О.С. в защиту Алиева просит отменить приговор и уголовное дело в отношении его подзащитного прекратить. Алиев виновным себя не признал и пояснил, что не принимал участия в разбойном нападении в июне 2003 года, находился в это время в г.

, что может подтвердить свидетель


Б . Однако суд со ссылкой на пенсионный возраст свидектеля необоснованно отклонил ходатасйство защиты о допросе Б в судебном заседании.

По эпизоду разбойного нападения на автомашину в августа 2003 года Алиев пояснил, что действительно приезжал в г. по просьбе Гаджитев а в качестве таксиста, останавливался в гостинице, стоял на обочине с мобильным телефоном, чтобы предупредить о проезде работников милиции, но поскольку на данном участке сеть не работала, он ушел в кафе, откуда его забрал Гаджиев. Доказательства причастности Алиева к этому разбойному нападению судом не установлены. Показания Алиева и Гаджиева на предварительном следствии являются недопустимыми доказательствами, поскольку получены с применением к ним насилия. Медицинской справкой подтверждается применение к Алиеву физического насилия.

В судебном заседании были оглашены протоколы опознания Алиева по фотографии Гаджиевым и Боровым, которые говорили о нем как о человеке по имени М , М . Однако принадлежность данного имени Алиеву не установлена.

С учетом этого считает недоказанным участие Алиева в разбойных нападениях, в связи с чем он подлежал оправданию.

В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Носова И.А. просит оставить приговор без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденных в содеянном правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.

Доводы жалоб о непричастности Гусейнова, Алиева и Данилова к разбойному нападению на С 15 июня 2003 года не основаны на материалах дела и опровергаются следующими доказательствами.

Так, из показаний осужденного Сенотова в судебном заседании и на предварительном следствии, следует, что он совместно с Даниловым, Алиевым и Гусейновым по предложению последнего участвовал в разбойном нападении на С .

По указанию Гусейнова на Гаджиева он приехал в п.

, остановился в гостинице, где встретился с Гусейновым, Гаджиевым, Алиевым, К и Д и Даниловым. Автомашину он поставил на автостоянку. С разрешения Гусейнова он ездил в на день рожденья к дочере. После возвращения из г. он по указанию Гусейнова, вместе с К , Д и Даниловым приехал к повороту на д. . К , Д и Данилов достали из багажника автомобиля два автомата, переоделись пятнистую форму сотрудников «ОМОНА» и поставили на автомашину синие номера. Он также надел форму. Все вместе они ждали телефонного звонка Гусейнова. Из телефонных разговоров К он понял, что Гусейнов сопровождает автомобиль. Гусейнов сообщил им номер автомобиля, который надо было остановить. Он остановил автомобиль

, пригласил водителя подойти с документами к автомобилю

. К , Д и Данилов посадили водителя на заднее сиденье, Данилов надел на него наручники и обращаясь к нему (Сенотову) сказал, что они задержали автомобиль с грузом наркотиков и надо перегнать этот автомобиль. На автомашине потерпевшего с товаром он отъехал до первой АЗС, откуда позже в сопровождении Гусейнова и К перегнал автомашину в г. , где товар перегрузили на другой автомобиль. Из

вместе с другим водителем он перевёз товар в г. .

Реализацией товара в г. занимались К и Гусейнов. В г. приехали на своей автомашине Гаджиев и М .

В ходе предварительного следствия Сенотов с участием защитника и понятых показал автостоянку, где он оставил автомобиль , на котором приехал к месту преступления, место, где он Данилов и К переоделись в форму сотрудников милиции и взяли оружие, место остановки им автомобиля под управлением потерпевшего С .

В явке с повинной Сенотов также подробно описал действия участников нападения на С , указав, что Данилов под угрозой применения автомата затолкал водителя на заднее сиденье автомобиля

и надел ем у наручники.

Приведённые показания Сенотова соответствуют показаниям Гаджиева и Алиева на предварительном следствии, которые также признали свое участие совместно с Сенотовым, Гусейновым и Даниловым в нападении на С , похищении его автомобиля с грузом.

Гаджиев, в частности, пояснял, что летом 2003 года он, Гусейнов, К и Алиев договорились совершить преступление

. В начале июня 2003 года они приехали в

г. на трёх автомобилях, поселились в гостинице в п. Г. Гусейнов, Д и К уехали выслеживать автомобиль с грузом, а он Сенотов и Алиев ждали их звонка. В один из дней они сообщили, что выследили автомобиль с грузом и сопровождают его по шоссе . Он и Алиев встретили Д , Гуйсейнова К на автодороге , они оставили его и Алиева в нескольких сотнях метров на дороге от места предполагаемого нападения, для того что бы они с помощью мобильных телефонов предупредили о появлении сотрудников милиции , а также об автомобили .


Сенотов приехал на место преступления на автомобиле с оружием и формой сотрудников милиции. Находясь на автодороге он видел, как из автомобиля вышли переодетые в форму сотрудников ДПС и «ОМОН» Сенотов, Д и К . У К и Д были автоматы, а у Сенотова жезл сотрудника ГИБДД. Сенотов жезлом остановил автомобиль , из солона которого вышел водитель, он видел также как водитель сел в салон автомобиля . Похищенный автомобиль

с грузом Сенотов перегнал в город , где на оптовой базе они с помощью наёмных рабочих перегрузили похищенный груз на автомобиль , на котором Сенотов перевёз груз в г. , где Д и Гусейнов продали похищенное.

Алиев, признавая себя виновным полностью, также пояснял, что в начале июня 2003 года вместе с Гусейновым, К , Д , Гаджиевым и Сенотовым участвовал в нападении на автомобиль . Подтвердил он и то, что все участники нападения жили в гостинице п. , Г, ожидая, когда Д , Гусейнов и К выследят автомобиль с грузом, на который можно совершить нападение. Когда Гусейнов, К и Д выследили автомобиль и сообщили, что сопровождают его по шоссе М , он Гаджиев и Данилов встретили их на дороге . По указанию Гусейнова, Д и К , он и Гаджиев встали за несколько километров в разные стороны автодороги от места предполагаемого нападения, для того чтобы предупредить о возможном появлении сотрудников милиции, а также о проезде сопровождаемого автомобиля . Он ничего подозрительного не заметил и не видел сам момент нападения. Д забрал его с места засады привёз в гостиницу, где он встретился с Даниловым, Гаджиевым, К , Гусейновым, и узнал, что нападение прошло удачно. После этого он, Данилов, Гусейнов, Гаджиев, К и Д на автомобиле

поехали в г. , а Сенотов, туда же перегнал похищенный автомобиль . Из г. Сенотов перевёз похищенный груз в г. .

Показания Сенотова и Алиева об участии в разбойно нападении Данилова на С соответствуют показаниям свидетелей Д

, Д , ксерокопии журнала регистрации гостей, из которых следует, что в гостинице пос. Г. с 09.06.2003 г. по 16.06.2003 г. были зарегистрированы Сенотов, Данилов, Гаджиев, Гусейнов, К .

Отсутствие среди зарегистрированных лиц Алиева свидетель Д объяснила в судебном заседании тем, что при отсутствии паспорта лицо поселяется в один номер с тем лицом, у которого имеется паспорт, при этом в книгу регистрации заносятся паспортные данные только того лица, у которого имелся паспорт.


Сам осужденный Данилов не отрицал в судебном заседании факт проживания в гостинице п. г. .

Показания Сенотова и Гаджиева об использовании оружия, формы сотрудников милиции при нападении на С объективно подтверждаются

- протоколом обыска в комнате, которую занимал осужденный Велиев, в ходе которого были изъяты светоотражающая накидка желтого цвета с надписью «ДПС», 4 комплекта полевой формы сотрудника милиции (брюки, китель с нашивками ГИБДД и светоотражающей нашивкой «ДПС»), комплект полевой формы сотрудника милиции (брюки и китель лейтенанта милиции), кепка от полевой формы сотрудника милиции, три переносные радиостанции «Беркут 803», шапка вязаная с прорезями для глаз и рта, шапка с козырьком, 2 чехла для ружья;

- протоколом осмотра автомобиля , принадлежащего Сенотову, в ходе которого в задней части автомобиля был обнаружен ящик- тайник, из которого изъяты автомат АКМ калибра 7, 62 мм, магазин к АКМ в комплекте с 24 патронами, автомат АКМ калибра 7, 62 мм

, магазина к АКМ в комплекте с 21 патронами, пистолет «ПМ» калибра 9 мм в комплекте с магазином, снаряженном патронами калибра 9 мм в количестве 7 штук, пистолет «Наган» 1916 года выпуска, в комплекте с 4 патронами, пистолет неустановленного образца, снаряженный магазином с 1 патроном, пистолет сигнальный 1983 года выпуска , светящийся жезл сотрудника ГИБДД, 2 пары наручников с ключами, автомобильная магнитная радиоантенна, радиопереговорное устройство, 2 бумажные полосы, покрытые пленкой, с имитацией государственного знака автотранспорта МВД , комплект камуфляжной формы с надписью на спине куртки «ОМОН», рулон ленты-скотча, проблесковый маячок синего цвета, кобура коричневого цвета, маска с прорезями для глаз и носа, трикотажная перчатка на левую руку, 2 шеврона форменных «ОМОН», нагрудный знак на кожаной основе «Милиция ДПС», жилет желтого цвета со светоотражающими полосами ДПС, брюки форменные милицейские со светоотражающими полосами с ремнем белого цвета, комплект камуфлированной формы сотрудника милиции, в который входят кепи и зимняя шапка 58 размера, брюки и куртка 54 размера с шевронами «ОМОН», зимняя куртка 48 размера с шевронами ГИБДД, ДПС, МВД России с нагрудным знаком «Милиция ДПС».

Показаниям Гаджиева и Алиева о том, что при их допросы проведены с применением в отношении них недозволенных методов следствия были проверены судом и обоснованно отвергнуты как не нашедшие подтверждения. Подробные суждения об этом приведены в приговоре, с которыми судебная коллегия согласна.


Принимая во внимание соответствие показаний Сенотова, Алиева и Гаджиева как другу другу, так и другими доказательствам, суд обоснованно признал их показания достоверными и пришел к выводу о том, что в разбойном нападении на С принимали участие Гусейнов, Данилов, Алиев, Гаджиев, Сенотов.

Не может согласиться судебная коллегия и с доводами жалоб о непричастности Велиева, Гусейнова, Данилова и Алиева и к разбойному нападению на В и Г .

Эти доводы жалоб опровергаются следующими доказательствами.

Так, потерпевший В пояснил в судебном заседании, что в пути следования в

автомобиль под его управлением остановили два мужчины в форме сотрудников милиции с автоматами, у одного из них в руке был милицейский жезл, на обочине стоял автомобиль

, оборудованный проблесковым маячком и милицейским номером. К нему подошел подсудимый Бобров в форме сотрудника милиции с жезлом и велел с документами пройти к автомашине . Он шел в сопровождении Боброва, а когда сел в машину, его повалили на заднее сиденье, надели наручники и шапку, которая закрывала глаза, велели не поднимать голову, угрожая при этом. Он понял, что его остановили не работники милиции и это разбойное нападение. Всего нападавших было человек пять. В это время в машину привели Г , и он слышал, как тому тоже надевали наручники. Затем три человека, как он понял, русские, повезли их в лес. В лесу их вывели из машины, положили на землю, сняли шапки и наручники, руки связали веревкой и скотчем, глаза также замотали скотчем и пересадили в другой автомобиль, где было двое нападавших, один из которых, как он понял по голосу, азербайджанец. Их везли минут 10 по дороге, затем снова свернули в лес, где продержали их всю ночь и пол дня. Им сказали, что товар заберут, а автомобиль отдадут. У него и Г отобрали документы: водительское удостоверение, паспорта, угрожая при этом расправой в случае сопротивления. Он сказал Г , что живыми их не выпустят, тогда Г решил бежать. Ему удалось развязать руки, он слышал шум, а затем его вывели из машины и привязали к дереву, а сами уехали он развязался и на попутной машине доехал до г. .

Аналогичные показания об обстоятельствах нападения дал потерпевший Г , который пояснил, что в пути следования он уснул, а проснулся от того, что кто-то надел ему на голову и лицо шапку, а на руки - наручники. Его под руки подвели к автомашине белого цвета, пятой или седьмой модели с милицейскими номерами и номером региона , посадили на заднее сиденье. Сидя в машине, он слышал звук складываемого автомата. Затем его и В отвезли в другое место, сняли наручники и шапки, руки связали веревкой, на глаза прилепили скотч и пересадили в другой автомобиль серебристого цвета, как он думает, . На этом автомобиле два человека, один из которых нерусский, их увезли в лес, где удерживали в течение 5-6 часов. Ему удалось развязаться и он стал убегать. Его догнал один из нападавших нерусской национальности, причинил ему в ходе борьбы удар ножом в ногу, но он смог убежать.

В похищенном автомобиле остались его водительское удостоверение, паспорт, индивидуальный налоговый номер и куртка.

Соответствуют показаниям потерпевших и показания осужденного Сенотова, из которых следует, что в совершении преступления в отношении В и Г кроме него принимали участие Гусейнов, Данилов, Алиев, Велиев, Бобров, Гаджиев и К .

При этом согласно его показаниям Данилов принимал участие в нападение на потерпевших, он был одет в форму сотрудника милиции, вооружен автоматом, после того как автомашину с потерпевшими остановили, он усаживал потерпевшего в автомашину .

Он (Сенотов) выполнял указания Гусейнова: она автомобиле

, в котором в сумке находилось оружие и форма сотрудников милиции приехал на стоянку , куда также приехали Данилов и К , которые из его машины взяли сумку с оружием, далее по он перегнал похищенный автомобиль к кафе , туда же приехали Гусейнов и К , передали ему документы на похищенный автомобиль, и он в их сопровождении перегнал автомобили в два захода в на автостоянку у кафе , и оставил их Велиеву.

Велиев с помощью грузчиков перегрузил товар их похищенного автомобиля в .

Осужденный Боборов как на предварительном следствии, так и в судебном заседании также уличал Гусейнова, Данилова, Алиева и Велиева в участии в совершении преступления в отношении Г и В . Гусейнов и К уехали в , а они жили в гостинице в пос.

и ждали их звонка. Затем они приехали к деревне

. Гусейнов расставил Гаджиева и Алиева по разные стороны от места нападения, а он, Данилов и К переоделись в Форму работников милиции, Данилов и К взяли автоматы, а он жезл. Он остановил автомобиль, вместе с К сопроводил водителя к машине, где последний передал документы Сенотову и тот перегнал похищенный автомобиль, а он и Гаджиев удерживали водителя и экспедитора в лесу до утра.

Осужденный Алиев на предварительном следствии также признавал себя виновным в том, что принимал участие в преступлении в отношении В и Г , при этом согласно указанию Гусейнова он находился в засаде, чтобы сообщить о возможном появлении работников милиции. Подтвердил он и тот факт, что вместе с Гаджиевым, Велиевым, Даниловым,


Сенотовым и Бобровым проживал в гостинице пос. , где они ожидали указанифй Гусейнова, после звонка которого Сенотов и Данилов погрузили сумку с оружием и формой сотрудников милиции в , на котором Сенотовы выехал к месту нападения. Данилов также поехал к месту преступления. Велиев занимался сбытом похищенного, кому он продал товар ему не известно, но Велиев говорил ему, что товар дешевый китайского производства.

Применение осужденными оружия, формы сотрудников милиции подтверждается протоколом осмотра автомобиля

, в ходе которого было изъято различное оружие, жезл сотрудника ГИБДД, форма работников милиции, а также протоколом обыска в комнате Велиева, в ходе которого были изъята различная форма сотрудников милиции, радиостанции.

Сопоставив показания осужденных, потерпевших, результаты обыска, осмотра, суд обоснованно пришел к выводу о виновности Гусейнова, Данилова, Велиева, Алиева в совершении разбойного нападения на В и Г .

Не основаны на материалах дела и доводы жалоб о непричастности Гусейнова, Данилова, и Велиева к разбойному нападению на Т и А .

Эти доводы опровергаются показаниями потерпевших Т , А , которые в судебном заседании утверждали, что в нападении на них принимали участие Данилов и Велиев.

Т , в частности, пояснил, что в пути следования

их автомашину остановил человек в форме инспектора ДПС, похожий на Старцева, в руках у него был автомат, он предложил ему и А пройти к автомобилю, оборудованному символикой ДПС, и сесть в него, что они и сделали. В машине на переднем сиденье сидел человек в форме сотрудника «ОМОНа», похожий на Велиева, его называли «старшим», он и передал ему документы на груз и автомобиль. Взяв их, сказал, что их задерживают, так как они перевозят наркотики. С двех сторон на него и А через открытые двери направили автоматы человек в форме инспектора ДПС и человек в форме «ОМОНа». Он понял, что эти люди не являются работниками милиции. На него направил автомат Данилов, надел на руки наручники, а на голову - шапочку, натянув ее на глаза. Когда он приподнял голову, Данилов ударил его по голове чем-то твердым. В этот момент он увидел Сенотова, который спрашивал ключи от

. У него вывернули карманы, забрали электрошокер, телефон, ключи. После этого его и А повезли на машине по ненакатанной дороге, остановили машину, заставили выйти, положили лицом в снег, сняли наручники, обмотали руки скотчем, а ноги - веревкой, пересадили в другую машину и увезли в лес, где удерживали до утра. Его связывал Данилов, который делал все профессионально. В лесу их удерживали три человека, среди которых был Данилов, водитель и человек, который разговаривал с азербайджанским акцентом.

Аналогичные показания об обстоятельствах нападения дал и потерпевший А , пояснив, что автомашине, куда их привели на переднем сиденье сидел Велиев, одетый в пятнистую форму с надписью «ОМОН», его называли старшим, и он запомнил его хорошо. Когда они с Т хотели выйти из автомашины, на них два человека наставили автоматы, передернув затворы, сказали сидеть, надели наручники, а на голову - вязаную шапочку, натянув ее на глаза. В лесу среди удерживавших их лиц был Адыгезалов.

Основания к оговору потерпевшими осужденных, о чем указывается в жалобах, не установлены в судебном заседании.

Показаниям потерпевших соответствуют и показания осужденного Старцева, данные им предварительном следствии. Будучи допрошенным в качестве обвиняемого, Старцев дал подробные показания об обстоятельствах нападения на А и Т , а также о роли каждого участника этого преступления, он пояснил, что перед преступлением он, Гусейнов, Данилов, Сенотов и К жили на съемной квартире Велиева, где он видел большую сумку, в которой находились форма сотрудников милиции, два автомата и пистолет. Руководили их действиями Гусейнов и К , которые сказали какую нужно остановить машину. Он переоделся в форму сотрудника ДПС, а Данилов, Велиев и К - в форму сотрудников «ОМОН», и взяли в руки два автомата. Он остановил жезлом , подвел водителя к машине, в которой сидел Велиев, потребовал у него передать Велиеву документы на груз и автомашину, в это время К подвел к машине экспедитора. Водителя и экспедитора посадили в машину, надели на них наручники, а затем увезли в лес. Управлял машиной К , он сидел на переднем сиденье, а Данилов - на заднем сиденье. В лесу он и Данилов сняли форму сотрудником милиции, пересадили потерпевших в другую машину, сняли с них наручники, связали руки скотчем, а ноги - веревкой. К уехал, а они удерживали потерпевших там до утра, ожидая звонка от Гусейнова и К . После звонка отпустили их.

Осужденный Сенотов также подтвердил участие в этом преступлении Гусейнова, Данилова и Велиева, Старцева. Предложил ему совершить преступление Гусейнов. Вместе со всеми его участниками он проживал на квартире Велиева. Его роль заключалась в перегоне похищенного

. На этом к АЗС, где он находился приехал Велиев, после чего в сопровождении Гусейнова, Велиева и К он перегнал похищенный автомобиль в г. . После этого преступления они купили автомобиль , который оформили на него, в багажном отделении этого автомобиля он сделал тайник.

Осужденный Адыгезалов в судебном заседании и на предварительном следствии дал показания о том, что Гусейнов предложил ему участвовать в преступлении. Сам он участия в нападении нбе принимал, но приехав с Гусейновым в лес, видел, автомобиль , рядом с которым находились Д с автоматом в руках, В и В , у которых был пистолет, а в автомашине сидели два мужчины, на руках у них были наручники, на глаза натянуты шапки. В течение нескольких часов он, В (Данилов) и В (Старцев) удерживали мужчин в лесу. Главными в группе являлись Гусейнов и Д , они распоряжались оружием, транспортными средствами, давали указания по телефону ему, Данилову и Старцеву.

Показания Старцева и Сенотова о проживании их и Данилова в квартире Велиева подтвердил свидетель К , который сдавал комнату Велиеву.

Сам осужденный Велиев на предварительном следствии не отрицал, что в начале февраля 2004 года его комнате проживали Гусейнов, К , Данилов, Старцев и Сенотов. Подтверждал он и то, что выезжал с ними на автодорогу, где видел стоявший на обочине , рядом с которым находились переодетые в форму сотрудников милиции К , Страцев и Данилов, в руках у двоих из них были автоматы. По указанию Данилова он перегнал этот на стоянку, а позже вместе с Гусейновым и К сопровождал его в , где товар был перегружен с

, По указанию Гусейнова он остался в , чтобы получить деньги за товар.

В судебном заседании Велиев объяснил свои показания примененным к нему насилием работниками милиции. Однако суд обоснованно отверг эти утверждения, как не нашедшие подтверждения.

В ходе предварительного следствия потерпевший Т опознал Сентова, Велиева и Данилова, А опознал Старцева, Велиева и Адыгезалова.

Проведены данные опознания с соблюдением закона, а потому суд обоснованно признал протоколы данных следственных действий допустимыми доказательствами.

Ходатайство адвоката Овчинникова о признании протоколов опознания Велиева недопустимыми доказательствами обоснованно отклонено судом. При этом суд правильно сослался на то, что опознание Велиева проведено с участием понятых, защитника Велиева, что по окончании следственного действия ни Велиев, ни его защитник не сделали никаких замечаний о ходе проведения опознания, о внешности участвующих статистов. С учетом этого доводы адвоката о наличии существенных различий во внешности статистов и опознаваемого Велиева обоснованно признаны предположительными.

Не основаны на законе и доводы жалобы о том, что понятые, участвовавшие в проведении опознания Велиева Т не вправе был повторно участвовать в проведении опознания Велиева А . Подробные суждения об этом приведены в постановлении суда.

Подтверждаются показания Старцева и Сенотова о наличии в комнате Велиева хозяйственной сумки с формой сотрудников милиции и оружием протоколом обыска в комнате Велиева от 27 февраля 2004 года, в ходе которого с участием понятых и самого Велиева была изъята различная форменная одежда сотрудников милиции, шапка с прорезями для глаз, 3 переносные радиостанции, 2 чехла для ружья.

Проведен обыск с соблюдением требований ст. 182 УПК РФ. оснований сомневаться в достоверности этого доказательства не имеется.

Доводы жалобы о фальсификации работниками милиции результатов обыска являются предположительными и опровергаются показаниями свидетеля К , который пояснил, что работники милиции до обыска с участием Велиева в его комнату не заходили.

Учитывая соответствие показаний осужденных Старцева, Адыгезалова, Сентова, Велиева на предварительном следствии как другу другу, так и показаниям потерпевших, данным обыска суд обоснованно признал их достоверными и пришел к выводу о виновности Гусейнова, Данилова, Велиева в разбойном нападении на Т и А .

Приведенные выше доказательства об обстоятельствах совершения осужденными разбойных нападений на С , В , Г , Т А свидетельствуют о том, что преступления тщательно планировались, им предшествовала длительная подготовка, в ходе которой приискивался транспорт, оружие, форма сотрудников правоохранительных органов, специальные средства и знаки отличий: наручники, жезл сотрудника ДПС ГИБДД, рации, проблесковый маячок, лист картона с имитацией милицейского регистрационного номера, распределялись роли участников преступления, в ходе которого каждый выполнял отведенную ему роль согласно достигнутой договоренности. Совершены были преступления одним способом.

С учетом этих обстоятельств суд обоснованно пришел к выводу о том, что осужденные совершили преступления в составе организованной вооруженной группы, то есть банды.

Создал данную группу и руководил преступлениями Гусейнов. Этот вывод суда помимо приведенных выше доказательств по эпизодам разбойных нападений подтверждается показаниями Гажиева, Алиева на предварительном следствии, показаниями Сенотов.

Гаджиев и Алиев, в частности поясняли, что после смерти Д их группу возглавили Гусейнов и К . Гусенов пользовался наибольшим авторитетом среди лиц азербайджанской национальности. Ему осталось оружие и форма сотрудников милиции.

Сенотов также пояснял, что Гусейнов, предлагая ему участвовать в нападениях на большегрузные автомобили, сказал, что у него есть план совершения преступлений, оружие, форма сотрудников милиции.

При таких данных суд обоснованно пришел к выводу о виновности Гусейнова в создании банды, а Данилова, Велиева, Алиева - в участии в банде.

Нарушений норм уголовноОпроцессуального закона, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается. Обстоятельства содеянного осужденными исследованы в судебном заседании с достаточной полнотой. Данных, свидетельствующих о том, что сторонам было отказано в исследовании доказательств, в том числе и в допросе свидетеля Бабошиной, о чем указывается в жалобах, не имеется.

Как следует из материалов дела стороной защиты не было заявлено ходатайство о вызове и допросе в судебном заседании свидетеля Б , проживающей в г. , предлагалось направить отдельное поручение для допроса этого свидетеля. Отказывая в удовлетворении данного ходатайства суд обоснованно сослался на то, что действующим уголовно-процессуальным законом не предусмотрен допрос свидетеля вне рамок судебного заседания, кроме того адвокатом не названо кому необходимо направить такое поручение.

Не нарушен судом и предусмотренный ст. 276 УПК РФ порядок оглашения показаний подсудимых. Каждому из них было предложено дать показания, и только после их отказа давать показания по ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания.

Подсудимый Гаджиев также не был допрошен в судебном заседании в связи с его отказом дать показания, (т. 19 л.д. 173).

К не допрошен в связи с болезнью, препятствующей его участию в судебном заседании.

Дело рассмотрено законным составом суда. Заявленный председательствующему отвод обоснованно был отклонен в связи с отсутствием предусмотренных ст. 61 УПК РФ обстоятельств, исключающих его участие в производстве по делу.

Всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам суд дал надлежащую оценку. В основу приговора судом положены только допустимые доказательства.


Приговор составлен судом в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ, показания всех допрошенных в судебном заседании лиц, а также показания осужденных на предварительном следствии приведены в нем правильно в соответствии с протоколом судебного заседания и материалами дела.

По изложенным мотивам судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора по доводам жалоб.

Действиям осужденных суд дал правильную юридическую оценку. С учетом того, что осужденные во время нападений на потерпевших не только имели при себе огнестрельное оружие, но и применяли его, о чем были осведомлены все участники организованной группы, суд обоснованно расценил действия всех осужденных по завладению автомобилями и имуществом потерпевших как разбойные нападения.

Наказание назначено осужденным соразмерно содеянному, с учетом данных об их личности, всех обстоятельств дела, конкретной роли каждого в достижении преступного результата, а также влияния назначенного наказания на их исправление и условия жизни их семей.

Все положительные данные о личности осужденных, а также общественная опасность совершенных ими преступлений в полной мере учтены судом при назначении им наказания. Оснований для признания назначенного наказания несправедливым и для его снижения не имеется.

Содержание осужденных под стражей в период следствия, в том числе и содержание Велиева под стражей было законным, это подтверждается и постановленным приговором, которым Велиеву назначено наказание в виде лишения свободы.

Неудовлетворительные условия содержания под стражей Велиева, о которых отмечается в жалобе, не могут поставить под сомнение законность избрания в отношении него меры пресечения и вынесенного приговора.

Вместе с тем приговор в части разрешения гражданского иска Б подлежит изменению по следующим основаниям.

Признав заявленный Б гражданский иск о возмещении подлежащим удовлетворению, суд вместе с тем указал, что размер заявленного им иска подлежит снижению с рублей до рублей, поскольку стоимость похищенного автомобиля согласно заключению эксперта составляет не рублей, а рублей, однако в резолютивной части приговора ошибочно взыскал рублей в пользу Б солидарно с Гусейнова, Данилова, Сенитова, Гаджиева, Алиева и Боброва. С учтем этих данных взысканную с осужденных сумму надлежит снизить до рублей.


На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Владимирского областного суда от 14 ноября 2006 года в отношении Гусейнова А А , Данилова В В , Велиева Т А , Алиева И А , Сенотова В В , Боброва В Г , Гаджиева А А в части гражданского иска изменить.

Взысканную с них солидарно в возмещение материального ущерба сумму в пользу Б снизить до рублей.

В остальном приговор в отношении Гусейнова А.А., Данилова В.В., Велиева Т.А.о., Алиева И.А.о., Сенотова В.В., Боброва В.Г., Гаджиева А.А.о. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных Гусейнова А.А-о, Данилова В.В., Алиева И.А.-о., адвокатов Овчинникова М.В., Колдырина Н.А., Игнатчука А.И., Логич О.С. - без удовлетворения.