Постановление от 16 апреля 2025 г. по делу № А43-6937/2022

Дело № А43-6937/2022
17 апреля 2025 года
г. Владимир



Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 апреля 2025 года.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В.,

судей Полушкиной К.В., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кавиной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.08.2024 по делу № А43-6937/2022, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Инстрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО1 о признании недействительной сделкой перечисление 23.03.2018 денежных средств с расчетного счета общества с ограниченной ответственностью «Инстрой» в пользу акционерного общества «КРЫМТЭЦ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в размере 60 000 000 руб. и применении последствий недействительности сделки,

при участии в судебном заседании: от заявителя (конкурсного управляющего ФИО1) –  лично ФИО1 (паспорт); от ответчика (АО «КРЫМТЭЦ») – представителя ФИО2 по доверенности от 26.03.2024 № 39/2024 сроком действия до 01.03.2025; адвоката Пермякова О.В. по доверенности от 28.02.2025 № 131/2025 сроком действия по 15.03.2026, установил следующее.


В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Инстрой» (далее – ООО «Инстрой», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий ФИО1 (далее – ФИО1, конкурсный управляющий) с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительной сделкой перечисление 23.03.2018 денежных средств с расчетного счета должника в пользу акционерного общества «КРЫМТЕПЛОЭЛЕКТРОЦЕНТРАЛЬ» (далее – АО «КРЫМТЭЦ», ответчик) в размере 60 000 000 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу ООО «Инстрой» 60 000 000 руб.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 23.08.2024 в удовлетворении заявления конкурсному управляющему отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в связи с неверным установлением фактических обстоятельств, неверным применением норм материального права и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал на отсутствие встречного исполнения по оспариваемой сделке, фиктивный характер сделки, нестандартный характер сделки, на которой было основано право требования АО «КРЫМТЭЦ», приобретенное должником. Пояснил, что с учетом представленных документов и хронологии движения денежных средств между АО «КРЫМТЭЦ» и ООО «Химпромстрой» можно прийти к выводу о том, что оспариваемый договор  не мог существовать 23.03.2018, размер задолженности в сумме 60 000 000 руб. был сформирован только после уведомления АО «КРЫМТЭЦ» письмом ООО «Химпромстрой» от 17.01.2019 № 15 о зачете переплаты по договору беспроцентного займа от 15.12.2017 № 15ПР в размере 3 500 000 руб. в счет оплаты по договору беспроцентного займа от 01.12.2017 № 14ПР, то есть только 17.01.2019, поэтому, как минимум до составления письма ООО «Химпромстрой» от 17.01.2019  № 15 о зачете переплаты на сумму 3 500 000 руб. ни ООО «Химпромстрой», ни АО «КРЫМТЭЦ», и тем более должник не могли знать о размере задолженности ООО «Химпромстрой» перед АО «КРЫМТЭЦ». Также полагает, что характерным признаком отсутствия договора уступки прав (цессии) в указанную в нем дату (23.03.2018) является то, что платеж по договору совершен с НДС. Отметил, что у АО «КРЫМТЭЦ» отсутствует такой вид экономической деятельности, как предоставление займа или кредита, отсутствовали собственные экономические нужды, денежные средства были предоставлены без начисления процентов за их использование (средняя ставка в рассматриваемым период времени по вкладам составляла 7%, а по кредитам –16%), обеспечение возврата займа отсутствовало, АО «КРЫМТЭЦ» увеличивало срок возврата займа, требования по договорам цессии приобретались ООО «Инстрой» по номиналу, без какого-либо дисконта, что свидетельствует об отсутствии экономической целесообразности в совершении данных сделок для должника, такое поведение не может быть объяснено с точки зрения такой цели коммерческого юридического лица как извлечение прибыли от своей деятельности. Кроме того, указал, что между АО «КРЫМТЭЦ» и должником не составлялся акт приема-передачи документов, удостоверяющих право требования к оспариваемому договору, что, в свою очередь, не позволяло должнику предъявить требования к ООО «Химпромстрой» о возврате задолженности, что в свою очередь свидетельствует о том, что АО «КРЫМТЭЦ» не планировало осуществлять передачу прав требования.  По мнению заявителя, что АО «КРЫМТЭЦ» могло влиять на решения, принимаемые должником, так как все принимаемые решения, по мнению управляющего, исходили от ФИО3 Считает, что в рассматриваемом споре прослеживается злоупотребление правом с обеих сторон сделки, направленное на искусственное приобретение должником права требования к аффилированному лицу и выбытию из ведения должника актива (денежных средств). Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

Ответчик в отзыве на апелляционную жалобу и дополнительных пояснениях к нему указал на несостоятельность доводов заявителя апелляционной жалобы, просил оставить определение суда без изменения, в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Пояснил, что договор уступки прав требований (цессии) от 23.03.2018 № 23/03 на момент совершения сделки существовал, подписан с обеих сторон, никем не оспаривался, а также не признан недействительным (ничтожным) в судебном порядке. По мнению ответчика, оспариваемая сделка совершена в условиях равноценности встречного предоставления (эквивалентности), отсутствия признаков аффилированности между контрагентами по сделке, отсутствия причинения вреда интересам независимых кредиторов должника. Отметил, что с момента заключения и исполнения договоров займа, договора уступки и связанных документов прошло более 5 лет, то есть истек срок их хранения, в связи с чем иные возможные документы по сделке не сохранились, ответчик не может их представить в материалы настоящего дела. Считает, что оспариваемая сделка не может быть признана недействительной по общегражданским, внебанкротным основаниям, а именно мнимым либо притворным (ст. 170 ГК РФ), поскольку в материалах дела отсутствуют пороки, выходящие за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, заявленные конкурсным управляющим доводы в пользу недействительности сделки по внебанкротным, общегражданским основаниям в полном объеме охватываются диспозицией части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Подробно возражения ответчика изложены в отзыве на апелляционную жалобу с дополнительными пояснениями.

В ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции конкурный управляющий просил перейти к рассмотрению дела по правилам первой инстанции, привлечь к участию в деле в качестве соответчика ООО «Химпромстрой», привлечь к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратуры Республики Крым, МРУ Росфинмониторинга по Республике Крым и городу Севастополю, УФНС России по Республике Крым на основании статей 46, 51, 52, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Указал, что суд первой инстанции не зафиксировал факт отказа в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего в протоколе судебного заседания, отдельного самостоятельного определения об отказе в удовлетворении ходатайства суд не принимал.

Кроме того, конкурный управляющий заявил о фальсификации договора от 23.03.2018 № 23/03 уступки прав (цессии) по договору займа, просил назначить судебно-техническую экспертизу.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 03.04.2025 конкурсный управляющий снял с рассмотрения суда ходатайство об истребовании от АО «КРЫМТЭЦ» оригинала договора от 23.03.2018 № 23/03 уступки прав (цессии) по договору займа, поскольку оригинал договора имеется в материалах дела (т.1, л.д. 37-38), поддержал заявление о фальсификации доказательств и назначении по делу судебно-технической экспертизы.

Представители ответчика поддержали возражения относительно удовлетворения ходатайства конкурсного управляющего о фальсификации доказательств.

Рассмотрев заявление конкурсного управляющего о фальсификации доказательств, суд апелляционной инстанции не усмотрел процессуальных оснований для проведения дополнительной проверки договора цессии, на основании следующего.

При рассмотрении заявления о фальсификации доказательств суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

В силу пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам. К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Из системного толкования приведенных норм и разъяснений следует, что заявление о фальсификации может быть рассмотрено апелляционным судом лишь в следующих случаях: когда о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации было заявлено суду первой инстанции, однако суд такое заявление не рассмотрел по необоснованным причинам, либо когда заявление о фальсификации доказательств было неправомерно отклонено судом.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в суде первой инстанции конкурный управляющий заявлял о фальсификации договора.

Суд в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации провел проверку заявления о фальсификации и установил отсутствие достаточных оснований для проведения дополнительной проверки договора от 23.08.2018 № 23/03 уступки прав (цессии) по договору займа, пришел к выводу об отсутствии оснований для назначения судебной экспертизы и отклонил ходатайство о фальсификации доказательств.

Каких-либо процессуальных нарушений при проверке заявления о фальсификации доказательств не установлено.

Кроме того, суд апелляционной инстанции в соответствии с подпунктом1 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации разъяснил участникам процесса уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательств и фальсификации доказательств.

Ответчик отказался в порядке, предусмотренном пунктом 2 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исключить оспариваемые доказательства из числа доказательств по делу.

Суд первой инстанции в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверил обоснованность заявления о фальсификации доказательства, применив допустимый в этом случае способ сопоставления спорного доказательства с иными документами.

Судом апелляционной инстанции не установлено законных оснований для назначения судебной экспертизы в целях проверки заявления о фальсификации доказательств, представленных в материалы дела доказательств по правилам статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Конкурсный управляющий в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе с дополнениями, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представители АО «КРЫМТЭЦ» поддержали возражения, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу с дополнениями, просили определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Первого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2025 отказано в удовлетворении ходатайств конкурного управляющего о привлечении к участию в деле в качестве соответчика ООО «Химпромстрой», в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратуры Республики Крым, МРУ Росфинмониторинга по Республике Крым и городу Севастополю; УФНС России по Республике Крым, а также о рассмотрении спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

При этом суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

В соответствии с частью 3 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о соединении и разъединении нескольких требований, об изменении предмета или основания иска, об изменении размера исковых требований, о предъявлении встречного иска, о замене ненадлежащего ответчика, о привлечении к участию в деле третьих лиц, а также иные правила, установленные названным кодексом только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Таким образом, вопрос о привлечении к участию в деле соответчика или третьих лиц, может быть рассмотрен только в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции либо в случае, когда суд апелляционной инстанции в силу части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иск может быть предъявлен в арбитражный суд совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие). Процессуальное соучастие допускается, если: 1) предметом спора являются общие права и (или) обязанности нескольких истцов либо ответчиков; 2) права и (или) обязанности нескольких истцов либо ответчиков имеют одно основание; 3) предметом спора являются однородные права и обязанности. Привлечение к участию в деле соответчиков допускается только по ходатайству сторон или с согласия истца (часть 5 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 5 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при невозможности рассмотрения дела без участия другого лица в качестве ответчика арбитражный суд первой инстанции привлекает его к участию в деле как соответчика по ходатайству сторон или с согласия истца.

Для возникновения оснований процессуального соучастия стороны должны быть связаны между собой единым правоотношением с множественностью субъектов.

Случаи обязательного процессуального соучастия определены в части 6 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а именно: если федеральным законом предусмотрено обязательное участие в деле другого лица в качестве ответчика, а также по делам, вытекающим из административных и иных публичных правоотношений.

В остальных случаях привлечение процессуальных соучастников не является обязательным и суд вправе самостоятельно решить этот вопрос, исходя из обстоятельств дела.

Привлечение соответчика в деле о банкротстве осуществляется по общим основаниям, предусмотренным статьей 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, несмотря на то, что дело о банкротстве не относится к делам искового производства.

Обязательное участие лица, не являющегося стороной оспариваемых сделок, в качестве соответчика при рассмотрении обособленного спора о признании сделок должника недействительными Законом о банкротстве не предусмотрено. Оснований полагать, что обжалуемое определение принято о правах и обязанностях ООО Химпромстрой», суд апелляционной инстанции не усматривает.

Согласно части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда. Основанием для вступления такого лица в дело, является возможность влияния судебного акта по рассматриваемому делу на его права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Целью участия третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, является предотвращение неблагоприятных для них последствий.

Материальный интерес у третьих лиц возникает в случае отсутствия защиты их субъективных прав и охраняемых законом интересов в данном процессе, возникшем по заявлению истца к ответчику. Лицо, чтобы быть привлеченным в процесс, должно иметь материальный интерес на будущее, то есть, после разрешения дела судом у таких лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон.

Оснований полагать, что обжалуемое определение принято о правах и обязанностях Прокуратуры Республики Крым, МРУ Росфинмониторинга по Республике Крым и городу Севастополю; УФНС России по Республике Крым, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Кроме того, ходатайств о вступлении в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, указанные лица не заявляли.

Более того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что определением Арбитражного суда Нижегородской области от 14.11.2023  к участию в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Инстрой» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Прокуратура Нижегородской области.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит процессуальных оснований для удовлетворения ходатайств конкурсного управляющего о привлечении к участию в обособленном споре соответчика и третьих лиц.

Не рассмотрение судом первой инстанции ходатайств конкурсного управляющего о привлечении ответчика и третьих лиц, при изложенных обстоятельствах не привело к принятию незаконного судебного акта и не может являться основанием для его отмены.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции отклонил ходатайство заявителя о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции и перешел к рассмотрению апелляционной жалобы по существу согласно правилам главы 34 Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Кроме того, вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, рассмотрение судом первой инстанции заявления о фальсификации без удаления в совещательную комнату, в рассматриваемом случае не является основанием для отмены судебного акта, поскольку по результатам рассмотрения заявления судебная экспертиза не назначена.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 21.03.2022 к производству суда принято заявление публичного акционерного общества Таганрогского котлостроительного завода «Красный котельщик» о признании ООО «Инстрой» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 09.06.2022 заявление признано обоснованным,в отношении ООО «Инстрой» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 08.12.2022 по данному делу ООО «Инстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В ходе анализа деятельности должника конкурсным управляющим выявлено, что согласно выписке о движении денежных средств по расчетному счету должника, открытому в ПАО «ТКБ Банк», имеются перечисления 23.03.2018 денежных средств в размере 60 000 000 руб. в адрес АО «КРЫМТЭЦ».

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании недействительной сделкой перечисление 23.03.2018 денежных средств с расчетного счета должника в пользу АО «КРЫМТЭЦ» в размере 60 000 000 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу ООО «Инстрой» 60 000 000 руб.

Заявление основано на положениях статей 167, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано тем, что конкурсным управляющим не было установлено наличия обстоятельств, документально оправдывающих перечисления денежных средств, АО «КРЫМТЭЦ» не представлено доказательств реального исполнения перед должником своих обязательств по договору, на дату совершения спорных платежей у должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества. По мнению конкурсного управляющего, указанные платежи являлись поощрением руководства генерального заказчика АО «КРЫМТЭЦ» для приемки работ, выполняемых должником. Полагает, что  руководством должника разработана схема по выводу активов общества, где ООО «Инстрой» являлось «центром убытков», аффилированная компания ООО «Химпромстрой» – «центром прибыли».

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –
постановление № 63).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 17 постановления № 63,  в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Учитывая дату совершения платежа  23.03.2018, то есть более чем за три года до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника (21.03.2022), сделка не может быть оспорена как подозрительная, однако может быть признана недействительной по общим основаниям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчиком в суде первой инстанции в порядке статьи 199 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявлено о применении срока исковой давности на оспаривание сделки.

Суд первой инстанции, установив, что ФИО1, утвержденный временным управляющим должника 09.06.2022, был осведомлен о наличии оспариваемого платежа с даты получения выписки по счету (19.07.2022), и на момент введения процедуры конкурсного производства ФИО1 знал об обстоятельствах, на которые ссылается в заявлении, учитывая, что заявление конкурсного управляющего поступило в суд 20.12.2023, принимая во внимание, что фактически сделка – платеж на сумму 60 000 000 руб. исполнена 23.03.2018, пришел к выводу о том, что трехлетний срок для оспаривания сделки по общим основаниям (ничтожность) пропущен конкурсным управляющим.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции на основании следующего.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало (должно было узнать) о нарушении своего права.

Следовательно, законодатель установил исчисление срока исковой давности с наличием объективных обстоятельств, когда истец узнал или должен был узнать нарушении его права.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положения пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (Постановление № 36-П от 18.11.2019, определения № 2309-О от 25.10.2016, № 1592-О от 20.07.2021, др.).

В настоящем споре конкурсным управляющим заявлено требование об оспаривании сделки на основании общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц. Поскольку право на предъявление требования об оспаривании сделки в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока давности (пункт 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 32) разъяснено, что по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Из материалов дела следует, что процедура наблюдения введена в отношении должника 09.06.2022, процедура конкурсного производства – 08.12.2022. ФИО1, который  ранее являлся временным управляющим должника, утвержден конкурсным управляющим должника решением от 08.12.2023.

Из материалов электронного дела судом апелляционной инстанции установлено, что конкурсный управляющий ФИО1 08.12.2023 направил в Арбитражный суд Нижегородской области одним почтовым отправлением 45 заявлений о признании сделки недействительной, в том числе настоящее заявление № 41, что подтверждается описью вложения, заверенной подписью почтового работника и печатью Почта России.

Согласно пункту 3.1.11 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной), утвержденной постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 100 (далее – Инструкция по делопроизводству), при поступлении в одном конверте нескольких документов по разным, не относящимся друг к другу вопросам, конверт прилагается к тому документу, в котором наиболее важна дата отправления. К остальным документам прилагаются ксерокопии конверта с отметкой о местонахождении подлинника конверта. Записи заверяются подписью специалиста с ее расшифровкой.

При этом недостатки, допущенные судом первой инстанции при оформлении документов, поступивших по каналам почтовой связи, в частности  отсутствие в материалах дела копии почтового конверта (описи вложений, содержащей дату передачи отправления в орган почтовой связи), отсутствие печати суда с датой поступления, проставление которой является обязательным в силу пункта 3.1.5 Инструкции по делопроизводству, не могут повлечь негативные последствия для конкурсного управляющего.

Между тем суд первой инстанции ошибочно при проверке довода об истечении срока исковой давности принял во внимание дату поступления заявления в суд – 20.12.2023, не установив дату подачи заявления конкурсным управляющим.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции пришел к неверному выводу об истечении трехлетнего срока исковой давности с учетом даты исполнения сделки.

Суд апелляционной инстанции, учитывая разъяснения, изложенные в пункте 2 Обзора от 26.06.2015,  пункте 10 постановления № 32, приходит к выводу о том, что на момент обращения конкурсного управляющего в суд с заявлением об оспаривании сделки – 08.12.2023, трехлетний срок исковой давности для оспаривания сделки не истек, поскольку первая процедура банкротства в отношении должника введена 09.06.2022. При этом установленный в пункте 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации десятилетний срок исковой давности со дня начала исполнения сделки (23.03.2018) не истек.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что срок исковой давности для подачи заявления об оспаривании сделки конкурсным управляющим не пропущен.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить вывод о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для подачи заявления о признании сделки должника недействительной из текста определения Арбитражного суда Нижегородской области от 23.08.2024.

Между тем данный ошибочный вывод не повлек принятия неправильного судебного акта, поскольку суд первой инстанции дал оценку доводам конкурсного управляющего по существу.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. Например, во избежание обращения взыскания на имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

Из материалов дела следует, что в назначении оспариваемого платежа от 23.03.2018 указано «Оплата по договору № 23/03 от 23.03.2018г. в т.ч. НДС 18%-9 152 542.37».

Возражая относительно предъявленных требований, ответчик указал, что платеж в размере 60 000 000 руб. представлял собой исполнение по договору уступки прав требования, заключенному между должником и АО «КРЫМТЭЦ», по которому  должник приобрел право требования к ООО «Химпромстрой» на суму 60 000 000 руб.

В материалы дела представлен оригинал договора от 23.03.2018 № 23/03 уступки прав (цессии) по договору займа, подписанный ООО «Инстрой» (цессионарий) с  АО «КРЫМТЭЦ» (цедент), по условиям пункта 1.1 которого цедент передает, а цессионарий принимает в полном объеме права (требования), принадлежащие цеденту и вытекающие из указанного ниже договора займа, заключенного между цедентом и ООО «Химпромстрой», в дальнейшем именуемым должник. Права (требования), принадлежащие цеденту, возникли в силу предоставления цедентом должнику денежных средств по договору займаот 28.11.2017 № 12ПР, от 30.11.2017 № 13ПР, от 01.12.2017 № 14ПР, и составляют право требовать сумму в размере 60 000 000 руб. (пункт 1.2 договора). Согласно пункту 1.4 договора за уступаемые права (требования) цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в размере 60 000 000 руб. Денежные средства в этом размере выпучиваются цессионарием цеденту путем перечисления денежных средств на расчетный счет цедента при подписании настоящего договора (т.1, л.д. 37-38).

В обоснование возражений ответчик указал, что  между АО «КРЫМТЭЦ» и ООО «Химпромстрой»  заключены следующие договоры:

–договор беспроцентного займа от 28.11.2017 № 12ПР, согласно которому АО «КРЫМТЭЦ» перечисляет ООО «Химпромстрой» денежные средства в размере 27 000 000 руб., а ООО «Химпромстрой» принимает на себя обязательство возвратить указанные денежные средства в срок до 01.06.2018 (в редакции дополнительного соглашения  от 28.11.2017 № 1); в рамках исполнения обязательств по данному договору АО «КРЫМТЭЦ» перечислило на расчетный счет ООО «Химпромстрой»  27 млн.руб. (платежное поручение от 05.12.2017 № 8992); в соответствии с платежным поручением от 26.01.2018 № 1 ООО «Химпромстрой» перечислило на расчетный счет АО «КРЫМТЭЦ» 5 млн. руб.; в соответствии с платежным поручением от 01.02.2018 № 2 ООО «Химпромстрой» перечислило на расчетный счет ответчика 5 млн. руб.; платежным поручением от 02.02.2018 № 3 ООО «Химпромстрой»  перечислило на расчетный счет ответчика 7,5 млн. руб., следовательно, в рамках правоотношений по договору беспроцентного займа от 28.11.2017 № 12ПР задолженность ООО «Химпромстрой»  перед ответчиком составила 9,5 млн.руб.;

–договор беспроцентного займа от 30.11.2017 №13 ПР, согласно которому АО «КРЫМТЭЦ» перечисляет ООО «Химпромстрой» денежные средства в размере 27 000 000 руб., а ООО «Химпромстрой»  принимает на себя обязательство возвратить указанные денежные средства в срок до 01.06.2018 (в редакции дополнительного соглашения от 28.11.2017 № 1); в рамках исполнения обязательств по данному договору АО «КРЫМТЭЦ» перечислило на расчетный счет ООО «Химпромстрой» 27 млн. руб. (платежное поручение от 05.12.2017 № 8989); со стороны ООО «Химпромстрой» возврат займа не произведен, следовательно, задолженность составила 27 млн.руб.;

– договор беспроцентного займа от 01.12.2017 №14 ПР, согласно которому АО «КРЫМТЭЦ» перечисляет ООО «Химпромстрой» денежные средства в размере  27 000 000руб., а ООО «Химпромстрой» принимает на себя обязательство возвратить указанные денежные средства в срок до 01.06.2018 (в редакции дополнительного соглашения от 28.12.2017 № 1); в рамках исполнения обязательств по данному договору АО «КРЫМТЭЦ» перечислило на расчетный счет ООО «Химпромстрой» 27 млн. руб. (платежное поручение от 05.12.2017 № 8990 и платежное поручение от 15.12.2017 № 9251); со стороны ООО «Химпромстрой»  возврат займа не произведен, следовательно, задолженность составила 27 млн.руб.

–договор беспроцентного займа от 05.12.2017 № 15ПР, по условиям которого АО «КРЫМТЭЦ» перечисляет ООО «Химпромстрой» денежные средства в размере 27 000 000 руб., а ООО «Химпромстрой» принимает на себя обязательство возвратить указанные денежные средства в срок до 01.06.2018 (в редакции дополнительного соглашения от 28.12.2017 № 1); АО «КРЫМТЭЦ» перечислило на расчетный счет ООО «Химпромстрой» 10,5 млн. руб. (платежным поручением от 15.12.2017 № 9252); в соответствии с платежным поручением от 31.05.2018 № 552289 ООО «Химпромстрой»  перечислило на расчетный счет АО «КРЫМТЭЦ» 6 млн. руб., платежным поручением от 29.06.2018 № 552326 перечислено еще 8 млн. руб.; в рамках правоотношений по договору беспроцентного займа от 05.12.2017 № 15ПР имелась переплата со стороны ООО «Химпромстрой» на сумму 3,5 млн. руб.; впоследствии ООО «Химпромстрой» письмом от 17.01.2019 в адрес АО «КРЫМТЭЦ» просило переплату по договору беспроцентного займа от 15.12.2017 №15 в сумме 3,5 млн. руб. считать оплатой по договору беспроцентного займа от 01.12.2017 № 14ПР.

Таким образом, ответчик перечислил ООО «Химпромстрой» денежные средства в общем размере 91,5 млн. руб. во исполнение названных договоров беспроцентного займа. В течение января-февраля, мая-июня 2018 года ООО «Химпромстрой» возвратило ответчику денежные средства на общую сумму 31,5 млн.руб., что подтверждается соответствующими платежными поручениями. Следовательно, общая задолженность ООО «Химпромстрой»  перед ответчиком на основе вышеуказанных договоров и платежных поручений составила 60 млн. руб.

Лицами, участвующими в деле не оспаривается, что ООО «Инстрой» и ООО «Химпромстрой» являются аффилированными между собой юридическими лицами, что находит подтверждение в судебных актах, принятых в рамках дела о банкротстве ООО «Инстрой» (определение Арбитражного суда Нижегородской области от 12.04.2024 по делу № А43-6937/2022) и не отрицается конкурсным управляющим ООО «Инстрой».

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции согласился с доводом АО «КРЫМТЭЦ» о том, что такое изменение сторон в правоотношениях могло быть произведено в рамках обычной хозяйственной деятельности – платеж был совершен на условиях эквивалентности, аффилированное с должником лицо фактически получило денежные средства.

Судом первой инстанции установлено, что на дату совершения платежа оснований сомневаться в платежеспособности контрагента не имелось. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемого платежа и заключения договора цессии проверены судом апелляционной инстанции и подлежат отклонению.

Судом апелляционной инстанции установлено, что обязательства перед кредитором – ПАО «ТКЗ Красный котельщик», на которого ссылается конкурсный управляющий, возникли после совершения оспариваемого платежа. Так, требования данного кредитора установлены решением Арбитражного суда Ростовской области от 18.06.2021 по делу № А53-13284/20. Судебным актом установлено, что в соответствии с пунктом 4.4 договора от 25.11.2017 № 01-17, заключенного между ОАО «ТКЗ Красный котельщик» (поставщик) и должником (покупатель),  в редакции дополнительного соглашения от 28.02.2019 № 1, оплата стоимости поставляемого основного оборудования производится в сроки, предусмотренные графиком оплаты основного оборудования (Приложение № 13 к договору): первый платеж за оборудование – до 07.03.2019 сумма платежа с НДС -727 840 996,87 руб.; второй платеж за оборудование – до 29.03.2019 – сумма платежа 49 678 122,44 руб.; третьи платеж – до 30.04.2019 в сумме 135 327 997,55 руб.; четвертый платеж до 30.05.2019 на сумму 260 848 088,86 руб.

Таким образом, на момент совершения оспариваемого платежа (23.03.2018) обязательство  должника по оплате оборудования не возникло.

Вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлены доказательства наличия на момент совершения оспариваемой сделки обязательств перед кредиторами, наличие у должника признаков неплатежеспособности, что свидетельствует об отсутствии цели причинения вреда кредиторам.

В подтверждение изложенных доводов о реальности хозяйственных отношений между должником и ответчиком АО «КРЫМТЭЦ» представило в материалы дела дополнительные документы: копии поименованных договоров займа и дополнительных соглашений к ним; копии приведенных платежных поручений, удостоверенных представителем банка, также представлены: копия ответа АО «КРЫМТЭЦ» на письмо ООО «Химпромстрой»  от 30.10.2019 №749 (входящий номер АО «КРЫМТЭЦ» от 30.10.2019 вх. №3762-10); копия письма от ООО «Химпромстрой» в адрес АО «КРЫМТЭЦ» с просьбой переплату по договору беспроцентного займа от 15.12.2017 №15 в сумме 3,5 млн. руб. считать оплатой по договору беспроцентного займа от 01.12.2017 № 14ПР (от 17.01.2019 Исх. № 15); копия карточки счета 58.03 за январь 2017 года - декабрь 2020 года.

Судом поставлен вопрос о беспроцентном характере займов между ООО «Химпромстрой»  и АО «КРЫМТЭЦ». В обоснование своей позиции ответчик указал, что заключение беспроцентных займов обусловлено необходимостью организации срочного авансирования работ ООО «Химпромстрой»  – строительство объекта № М10П02 «Расширение ТЭЦ «Сакских тепловых сетей» с установкой ПГУ-120МВт» - II этап строительства, новое строительство». Факт выполнения указанных работ ООО «Химпромстрой» и принятие данных работ заказчиком – АО «КРЫМТЭЦ», что подтверждается актом приемки законченного строительством объекта от 25.11.2019 № М10П02.

Суд первой инстанции, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание, что  платеж совершен в условиях реальности перечисления денежных средств лицу, аффилированному с должником, во исполнение договоров займа, подтвержденных документально, и договора цессии, который не оспорен, не признан недействительным, пришел к верному выводу об отсутствии признаков мнимости (притворности) у оспариваемой сделки.

Согласно положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными и признаются злоупотреблением правом. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) каждой из сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По смыслу приведенных норм, для признания действий каких-либо лиц злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел таких лиц направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной их целью являлось причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявитель не представил доказательств для вывода о злоупотреблении правом сторонами оспариваемой сделки.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что применительно к заявленным основаниям признания сделки недействительной не доказано противоправное поведение не только должника, но и ответчика, в частности не приведены обоснованные доводы о таких мотивах их действий, которые направлены на причинение вреда кредиторам должника.

Вместе с тем доказательства мнимости сделки заявителем не представлены. Довод о злоупотреблении правом сторонами сделки в силу неравноценного встречного предоставления опровергается представленными доказательствами.

Между тем для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

В рассматриваемом случае злоупотребление правом со стороны должника и ответчика не усматривается.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности материалами дела необходимой совокупности условий для признания сделок недействительными и об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований на основании положений статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции и подлежат отклонению ввиду их несостоятельности.

Арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Само по себе несогласие заявителя с выраженной арбитражным судом оценкой представленных доказательств и сформулированными на ее основе выводами по фактическим обстоятельствам не может считаться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о наличии на момент заключения оспариваемого договора задолженности ООО «Химпромстрой» перед ответчиком в большем размере, чем уступлено по договору, не свидетельствуют о мнимости правоотношений. На основании пункта 2 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом.

Кроме того, отсутствие в материалах дела акта приема-передачи документов, удостоверяющих права (требования), уступаемые по договору цессии, не свидетельствует об отсутствии встречного исполнения по оспариваемому платежу. В рамках настоящего спора подтверждено наличие задолженности  по договорам займа и действительность уступаемого требования.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы заявителя жалобы отклоняются судом апелляционной инстанции по изложенным мотивам.

Иные доводы заявителя жалобы судом апелляционной инстанции также проверены и подлежат отклонению как несостоятельные.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

При этом неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов сторон не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на заявителя.

Поскольку конкурсному управляющему в порядке статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины, с должника подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3000 руб., которая подлежат погашению в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.08.2024 по делу № А43-6937/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инстрой» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий судья


Судьи


Н.В. Евсеева


К.В. Полушкина


Д.В. Сарри