Решение от 16 августа 2019 г. по делу № А40-84874/2019

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А40-84874/19-149-713
г. Москва
16 августа 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 14 августа 2019 года

Решение в полном объеме изготовлено 16 августа 2019 года

Арбитражный суд в составе судьи Кузина М.М.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова»

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г.Москве

третьи лица: ООО «РУССТАНДАРТ», ЗАО «Сбербанк-АСТ»

о признании незаконными решения и предписания

с участием:

от заявителя: ФИО2 (дов. от 20.12.2018 №366-18/010-50)

от ответчика: ФИО3 (дов. от 27.05.2019 №03-33)

от 3-х лиц: не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова» (далее – заявитель, МГУ) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании незаконными решения и предписания Управления Федеральной антимонопольной службы по г.Москве (далее – ответчик, Московское УФАС России) от 12.02.2019 по делу №2-57-1660/77-19.

Заявитель поддержал требования в полном объеме по доводам, изложенным в заявлении.

Московское УФАС России по заявленным требованиям возражало, представило отзыв, указало, что решение и предписание являются законными и обоснованными и не нарушают права заявителя.

Представители третьих лиц в судебное заседание не явились, в материалах дела имеются документы, подтверждающие их надлежащее извещение о времени и месте судебного разбирательства. Суд счел возможным рассмотреть дело без участия третьих лиц в порядке, предусмотренном ст.156 АПК РФ.

Информация о принятии заявления к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Арбитражного суда г. Москвы в информационно -телекоммуникационной сети "Интернет", в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, выслушав доводы заявителя и ответчика, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст.71 АПК РФ, суд установил, что требования заявителя не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.4 ст.198 АПК РФ заявление об оспаривании ненормативного правового акта может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом.

Суд установил, что срок установлены для оспаривания ненормативного правового акта, установленный ч.4 ст.198 АПК заявителем не пропущен.

В соответствии со ст.198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со ст.13 Гражданского кодекса РФ, п.6 Постановления Пленума ВС и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным, является, одновременно как несоответствие его закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованиям.

Согласно ч.4 ст.200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, в круг обстоятельств подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействий) госорганов входит проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативно-правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Как следует из заявления, Решением комиссии по контролю в сфере закупок товаров, работ, услуг Управления Федеральной антимонопольной службы по г. Москве от 12.02.2019 по делу №2-57-1660/77-19, принятым в порядке ч. 8 ст. 106 Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе), признана обоснованной жалоба Общества с ограниченной ответственностью «РУССТАНДАРТ» на действия Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова». Тем же решением в действиях МГУ признано нарушение п. 1 ч. 1 ст. 33, ч. 1 ст. 24, ч. 2 ст. 83.2 Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

На основании указанного решения Управлением выдано МГУ предписание от 12.02.2019 по указанному выше делу, которым на МГУ возложена обязанность повторно направить победителю (Обществу) проект государственного контракта с ценой, предложенной победителем закупки в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» и с мотивировочной частью решения от 12.02.2019 по делу № 2-57-1660/77-19.

Не согласившись с решением и предписанием, Заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с соответствующим заявлением.

В обоснование заявленного требования заявитель указывает, что снижение цены до размера не выше установленной начальной максимальной цены контракта предполагается именно на стадии заключения контракта, что и было осуществлено заказчиком. Указанный вывод, по мнению заявителя, подтверждается письмами Минэкономразвития от 11.02.2015 № Д28и-147, от 06.03.2015 № Д28и-474, от 15.12.2015 № Д28и-3615.

Кроме того, МГУ указывает, что возможность изменения цены контракта предусмотрена пунктом 3.17.2 аукционной документации, согласно которому в случае, если в документации есть указание на начальную (максимальную) цену единицы товара (работы, услуги), то цена единицы каждого типа товара (работы, услуги) рассчитывается и вносится в договор исходя из начальной (максимальной) цены единицы товара (работы, услуги), уменьшенной на процент снижения начальной (максимальной) цены договора, полученный в результате проведения аукциона. Основанием для снижения цены контракта, по мнению заявителя, явилось то обстоятельство, что предложенные цены на лекарственные препараты превышали предельно отпускные цены производителей.

В то же самое время, по мнению заявителя, антимонопольным органом необоснованно при принятии решения был учтен довод ООО «Русстандарт» об убыточности контракта, в случае его заключения на условиях, на которых настаивает заявитель.

При этом, заявитель полагает, что оспариваемые решение и предписание нарушают публичные интересы, поскольку по существу возлагают на МГУ как заказчика обязанность осуществлять закупку в обход условий и норм действующего законодательства, а именно Правил ведения государственного реестра предельных отпускных цен производителей на лекарственные препараты, включенные в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.10.2010 № 865.

Отказывая в удовлетворении требований МГУ, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 1 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 №331, ФАС России является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Согласно п. 5.3.1.12 упомянутого Положения, ФАС России осуществляет контроль за соблюдением заказчиками, комиссиями по осуществлению закупок и их членами законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Приказом ФАС России от 26.01.2011 №30 «Об утверждении Положения о территориальном органе Федеральной антимонопольной службы» на основании ч. 1 ст. 78 Конституции Российской Федерации утвержден перечень территориальных органов ФАС России и определены их полномочия.

Таким образом, оспариваемые ненормативные правовые акты Московского УФАС России вынесены в пределах предоставленных законодательством полномочий.

Как следует из представленных материалов антимонопольного дела, при рассмотрении жалобы и вынесении оспариваемых решения и предписания антимонопольным органом установлено следующее.

В соответствии с протоколом подведения итогов электронного аукциона от 24.01.2019 № 037310004011800496-3 ООО «Русстандарт» признано победителем электронного аукциона с предложением цены 222 949, 07 рублей.

Согласно ч. 2 ст. 83.2 Закона о контрактной системе в течение пяти дней с даты размещения в единой информационной системе протокола подведения итогов электронного аукциона заказчик размещает в единой информационной системе и на электронной площадке с использованием единой информационной системы без своей подписи проект контракта, который составляется путем включения с использованием единой информационной системы в проект контракта, прилагаемый к документации или извещению о закупке, цены контракта, предложенной участником закупки, с которым заключается контракт, либо предложения о цене за право заключения контракта, а также включения информации о товаре (товарном знаке и (или) конкретных показателях товара), информации, предусмотренной пунктом 2 части 4 статьи 54.4, пунктом 7 части 9 статьи 83.1 Закона о контрактной системе, указанных в заявке, окончательном предложении участника электронной процедуры.

Во исполнение вышеуказанной нормы заявителем направлен проект государственного контракта для подписания победителем электронной процедуры в лице ООО «Русстандарт» с ценой контракта 203 039,50 рублей.

Как следует из материалов дела, обосновывая снижение цены контракта, заказчик указал, что снижение произведено в соответствии с условиями аукционной документации, в частности пункта 3.17.2, предусматривающего возможность расчета начальной максимальной цены контракта исходя из начальной максимальной цены единицы товара (работы, услуги), уменьшенной на процент снижения начальной (максимальной) цены договора, полученной в результате проведения аукциона. При этом, МГУ также пояснил, что цены на предлагаемые ООО «Русстандарт» в результате применения вышеуказанного пункта аукционной документации товары стали превышать предельную отпускную цену производителей таких товаров, в связи с чем заказчиком снижены цены по четырем позициям необходимых к поставке лекарственных препаратов до размера не выше зарегистрированной предельной отпускной цены производителей таких товаров.

Оценив представленные доказательства, проанализировав фактические обстоятельства дела, антимонопольный орган пришел к обоснованному выводу о нарушениях в действиях заказчика п. 1 ч. 1 ст. 33 Закона о контрактной системе, что выразилось в применении пункта 3.17.2 аукционной документации, что повлекло за собой нарушение прав ООО «Русстандарт», сформировавшего цену контракта в соответствии с требованиями аукционной документации, а также с предельно допустимыми ценами на предлагаемые к поставке товары.

Одновременно в действиях заявителя установлено нарушение ч. 1 ст. 34 Закона о контрактной системе, что выразилось в применении норм законодательства о контрактной системе при отсутствии на то условий, поскольку ООО «Русстандарт» не является производителем предложенных к поставке лекарственных препаратов, а равно начальная (максимальная) цена контракта составляла менее 10 миллионов рублей, что исключает распространение положений п. 2 ч. 10 ст. 31 Закона о контрактной системе на участника конкурентной процедуры в лице ООО «Русстандарт».

Кроме того, в действиях МГУ установлено нарушение ч. 2 ст. 83.2 Закона о контрактной системе ввиду направления проекта государственного контракта в адрес ООО «Русстандарт» с нарушением требований законодательства о контрактной системе (в части необходимости указания в проекте контракта цены контракта, предложенной участником закупки).

Доводы заявителя о возможности указания в проекте государственного контракта цены, отличной от той, которая предложена победителем электронного аукциона, подлежат отклонению ввиду следующего.

Как подтверждается материалами дела, ООО «Русстандарт» в соответствии с протоколом подведения итогов электронного аукциона от 24.01.2019 признано победителем названного аукциона с предложением по цене контракта 222 949,07 руб. При этом снижение от начальной (максимальной) цены контракта в 291 437 руб. составило 23,5 %.

В соответствии с ч. 1 ст. 83.2 Закона о контрактной системе по результатам электронной процедуры контракт заключается с победителем электронной процедуры, а в случаях, предусмотренных законодательством о контрактной системе, с иным участником этой процедуры, заявка которого на участие в этой процедуре признана соответствующей требованиям, установленным документацией и (или) извещением о закупке.

Аукционная документация, в частности параграф 3.17 регламентирует порядок заключения договора.

Так, согласно пункту 3.17.2 аукционной документации проект договора составляется заказчиком путем включения в него цены договора, предложенной участником аукциона, с которым заключается договор, информации о товаре (товарный знак и (или) конкретные показатели товара), указанной в заявке на участие в аукционе такого участника. При этом условия, указанные в извещении и документации об аукционе (включая расчет начальной (максимальной) цены и учтенных в ней налогов (в т.ч. налога на добавленную стоимость), за исключением случаев, предусмотренных Законом о контрактной системе, изменению не подлежат. В случае, если в документации об аукционе есть указание на начальную (максимальную) цену единицы товара (работы, услуги), то цена единицы каждого типа товара (работы, услуги) рассчитывается и вносится в договор исходя из начальной (максимальной) цены единицы товара (работы, услуги), уменьшенной на процент снижения начальной (максимальной) цены договора, полученной в результате проведения аукциона.

Согласно доводам заявителя, расчет начальной (максимальной цены) производился в соответствии с пунктом 3.17.2 аукционной документации, соответственно, исходя из начальной (максимальной) цены контракта с учетом аукционного снижения (23,5%) по каждой единице товара.

В то же время, согласно математической формуле (п. 3.17.2), в контракт вносится цена единицы товара исходя из начальной (максимальной) цены единицы товара, уменьшенной на процент снижения начальной (максимальной) цены договора, полученной в результате аукциона.

В извещение о проведении электронного аукциона определен объект закупки, который представляет собой наименование лекарственного препарата, его количество, цену за единицу товара, итоговая стоимость необходимого к поставке товара и иные сведения.

Таким образом, заявителю надлежало рассчитать цену за единицу товара с учётом количества необходимого к поставке товара, а также с учётом уменьшения на процент, полученные в результате аукциона, который составил 23,5 %.

Соответственно, заявителю надлежало произвести расчет следующим образом: ((1,85*1000) + (9,26*1050) + (4,85*1250) + (0,33*2000) + (4,75*1000) + (3,32*500) + (0,88*2000) + (41,50*300) + (9,54*300) + (23,58*2500) + (3,50*1000) + (6,12*12000) + (8,26*1000) + (9,16*600) + (11,55*400) + (4,18*50) + (3,04*1000) + (17,13*300) + (24,24*1200) + (2,32*2000) + (20,78*250) + (25,73*1500) + (5,09*1000) + (17,59*250)) * 23,5 % = 291 437 — 68 487,695 = 222 949,305, что соответствует цене, предложенной победителем закупки.

Указанный способ расчёта привёл бы к получению достоверной цены, однако МГУ, вопреки требованиям собственной аукционной документации, включена в проект государственного контракта цена ниже той, которая образовалась при снижении начальной (максимальной) цены контракта.

Кроме того, обоснования расчёта, при котором сумма государственного контракта получается в размере 203 039,50 руб., заявителем не представлено. Ссылки заявителя на самостоятельное изменение предложенной цены по четырем позициям государственного контракта подлежат отклонению, поскольку из закупочной документации однозначно следует необходимый способ расчёта цены контракта, не предусматривающий возможности заказчика изменить цену контракта по некоторым/избранным позициям, к тому же с произвольным её снижением.

Вместе с тем, позиция заявителя сведена к тому, что предложенная ООО «Русстандарт» цена контракта превышала предельную отпускную цену производителя лекарственных препаратов, в связи с чем МГУ воспользовалось своим правом на снижение цены государственного контракта, предусмотренным пунктом 3.17.2 закупочной документации.

В то же время, положения ч. 10 ст. 31 Закона о контрактной системе предоставляют заказчику возможность отстранения участника закупки от участия в определении поставщика (подрядчика, исполнителя) или отказа от заключения контракта с победителем конкурентной процедуры в любой момент заключения контракта, в случае если цена контракта превышает предельно отпускную цену, указанную в государственном реестре, и от снижения предлагаемой цены при заключении контракта участник закупки отказывается.

Вместе с тем, при обнаружении, по мнению заявителя, превышения предельно отпускных цен при формировании ценового предложения, последний лишь принял самостоятельное решение о снижении цены контракта, ссылаясь на п. 10 ст. 31 Закона о контрактной системе, не представив при этом должного обоснования, а равно не получив четко выраженный явный отказ участника закупки от снижения предлагаемой цены. При таких обстоятельствах, заявителю надлежало отказаться от заключения контракта с победителем конкурентной процедуры, однако им, напротив, принято решение поставить своего контрагента в заведомо невыгодные условия исполнения контракта, предложив иную цену.

Кроме того, заявителем не принят во внимание тот факт, что применение ч. 10 ст. 31 Закона о контрактной системе возможно только при наличии следующих условий: участник закупки является производителем лекарственных препаратов или если при осуществлении закупок для обеспечения федеральных нужд начальная (максимальная) цена контракта превышает десять миллионов рублей, а при осуществлении закупок для обеспечения нужд субъекта Российской Федерации, муниципальных нужд начальная (максимальная) цена контракта превышает размер, который установлен высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации и составляет не более десяти миллионов рублей.

Однако, как следует из материалов дела, ООО «Русстандарт» не является производителем предложенных лекарственных препаратов, а равно начальная максимальная цена при осуществлении закупки составляет менее 10 000 000 рублей, что исключает возможность применения заявителем ч. 10 ст. 31 Закона о контрактной системе.

При этом, указывая на обоснованность снижения начальной (максимальной) цены контракта, заявитель не учитывает следующее.

В соответствии с ч. 2 ст. 83.2 Закона о контрактной системе в течение пяти дней с даты размещения в единой информационной системе протокола подведения итогов электронного ауцкиона заказчик размещает в единой информационной системе и на электронной площадке с использованием единой информационной системы без своей подписи проект контракта, который составляется путем включения с использованием единой информационной системы в проект контракта, прилагаемый к документации или извещению о закупке, цены контракта, предложенной участником закупки, с которым заключается контракт, либо предложения о цене за право заключения контракта, а также включения информации о товаре (товарном знаке и (или) конкретных показателях товара), информации, предусмотренной пунктом 2 части 4 статьи 54.4, пунктом 7 части 9 статьи 83.1 Закона о контрактной системе, указанных в заявке, окончательном предложении участника электронной процедуры.

При этом, согласно ч. 1 ст. 34 Закона о контрактной системе контракт заключается на условиях, предусмотренных извещением об осуществлении закупки или приглашением принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документацией о закупке, заявкой, окончательным предложением участника закупки, с которым заключается контракт, за исключением случаев, в которых в соответствии с настоящим Федеральным законом извещение об осуществлении закупки или приглашение принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документация о закупке, заявка, окончательное предложение не предусмотрены.

Совокупное толкование названных норм права позволяет сделать вывод о том, что начальная (максимальная) цена контракта после её снижения в результате проведенного аукциона должна совпадать с ценой, предложенной его победителем.

Указанный правовой подход наиболее полно отвечает целям применения ст. 83.2 Закона о контрактной системе закупок и направлен на повышенную защиту участника торгов как более слабой стороны в названных правоотношениях, поскольку, предоставляя заказчику возможность самостоятельно определить порядок формирования цены контракта в ходе аукциона, в то же время возлагает на него обязанность заключить с победителем контракты на сумму, совпадающую с той, которая была им предложена. Таким образом, указанный правовой подход призван не допускать необоснованного снижения заказчиками цены контракта по собственному усмотрению ниже той, на которую торговался победитель.

Обратное приведет к нарушению таких основополагающих принципов гражданского законодательства, как необходимость добросовестного осуществления своих гражданских прав и обязанностей (ч. 3 ст. 1 ГК РФ), недопустимость извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГКРФ).

На основании изложенного, антимонопольный орган пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях заказчика нарушения ч. 1 ст. 34, ч. 2 ст. 83.2 Закона о контрактной системе.

Кроме того, ссылки заявителя на письма Минэкономразвития также подлежат отклонению, поскольку письма государственных органов в системе действующего правового регулирования не отнесены к числу источников права и не могут применяться при разрешении каких-либо споров (ч. 1 Указа Президента Российской Федерации от 23.05.1996 № 763, ч. 2 гл. 1 Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.1997 № 1009).

Таким образом, заявителю в соответствии с положениями ч. 10 ст. 83.2 Закона о контрактной системе следовало направить победителю электронного аукциона проект государственного контракта с указанием цены контракта, предложенной победителем.

Доводы заявителя о неправомерности принятия довода ООО «Русстандарт» об убыточности такого контракта подлежат отклонению ввиду следующего.

Согласно пункту 2.3 проекта государственного контракта цена договора включает в себя стоимость товара, а также все расходы на транспортировку, погрузочно-разгрузочные работы, страхование, уплату налогов, пошлины, сборы и другие обязательные платежи, которые поставщик должен выплатит в связи с выполнением обязательств по договору в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом, такого рода договорные отношения предусматривают дополнительные расходы поставщика (в настоящем случае ООО «Русстандарт), а значит и необоснованное снижение начальной (максимальной) цены контракта влечет увеличение финансовой нагрузки исполнителя по контракту, а равно приводит к невозможности получения вознаграждения, на которое рассчитывал победитель конкурентной процедуры, предлагая ту цену, в рамках которой возможно надлежащее исполнение обязательств по указанному контракту.

Доводы заявителя о незаконности предписания антимонопольного органа подлежат отклонению ввиду следующего.

В настоящем случае заявителем допущено нарушение законодательства о контрактной системе при формировании проекта государственного контракта, что влечет необходимость изменения такого проекта государственного контракта, в частности его положений, противоречащих законодательству о контрактной системе.

С учетом того обстоятельства, что целью вынесения оспариваемого предписания является восстановление прав лица, обратившегося с жалобой в антимонопольный орган, вынесение предписания является необходимым этапом административного контроля, а так же проведение закупки в соответствии с требованиями законодательства.

Возложение же на заявителя обязанности направить победителю конкурентной процедуры проект государственного контракта с ценой, предложенной победителем, имеет своей целью восстановление нарушенных прав заявителя. Подобное действие позволит полностью исключить возможность необоснованного снижения заказчиком цены контракта по собственному усмотрению ниже той, на которую торговался победитель.

Кроме того, доводы заявителя о незаконности решения и предписания ввиду того, что, по его мнению, указанные акты возлагают на МГУ обязанность нарушить нормы Правил ведения государственного реестра предельных отпускных цен производителей на лекарственные препараты, включенные в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.10.2010 № 865 подлежат отклонению, поскольку указанные правила устанавливают порядок ведения государственного реестра предельных отпускных цен производителей на лекарственные препараты, включенные в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, но не регламентирует порядок формирования начальной (максимальной) цены договора, а равно не устанавливает возможность закрепления в проекте государственного контракта начальной (максимальной) цены договора, отличной от предложенной победителем по результатам проведения электронной конкурентной процедуры. В этой связи следует признать, что требования предписания контрольного органа положениям упомянутого постановления Правительства Российской Федерации не противоречат.

Таким образом, выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении, являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

В свою очередь, выданное антимонопольным органом заявителю обязательное к исполнению предписание об устранении выявленного нарушения направлено не только на восстановление прав и законных интересов участника закупки в административном порядке (ст. 11 ГК РФ), но также на проведение закупочной процедуры в строгом соответствии с требованиями Закона о закупках.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что Московским УФАС России принято обоснованное решение и выдало законное предписание, а действий Заявителя не соответствующими требованиям действующего законодательства.

В соответствии со ст. 13 ГК РФ, п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №6, Пленума ВАС РФ №8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием.

Учитывая изложенное, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, входят проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом прав и законных интересов заявителя.

Статьей 2 АПК РФ предусмотрено, что задачами судопроизводства в арбитражных судах являются защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу статьи 4 АПК РФ за судебной защитой в арбитражный суд может обратиться лицо, чьи законные права и интересы нарушены, а предъявление иска имеет цель восстановления нарушенного права. Согласно статье 65 АПК РФ заявитель должен доказать, в защиту и на восстановление каких прав предъявлены требования о признании недействительным оспариваемого решения.

Приведенные заявителем доводы представляют собой лишь констатацию факта его несогласия со сделанными антимонопольным органом выводами, а потому, ввиду отсутствия доказательств ошибочности таких выводов, не могут являться основанием для признания оспариваемого решения недействительным в контексте ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ.

При этом суд указывает, что оспариваемые акты не нарушают права и законные интересы Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности и не создают иных препятствий для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что совокупность условий, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ и необходимых для признания незаконным оспариваемого решения и предписания отсутствуют, оспариваемые решение и предписание являются законными, обоснованными, приняты в полном соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации о контрактной системе и не нарушают прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат (ч. 3 ст. 201 АПК РФ).

Судом проверены все доводы заявителя, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заявителя.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова» - отказать.

Проверено на соответствие требованиям действующего законодательства.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с даты принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: М.М. Кузин