Постановление от 6 ноября 2025 г. по делу № А60-33415/2023

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8753/2024(3)-АК

Дело № А60-33415/2023
07 ноября 2025 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 07 ноября 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макарова Т.В.,

судей Зарифуллиной Л.М., Нилоговой Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Густокашиной А.Л.,

при участии в судебном заседании путем веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от ответчика ФИО1 – ФИО2, паспорт, доверенность от 21.01.2025,

от заявителя по делу ИП ФИО3 – ФИО4, паспорт, доверенность от 19.01.2022,

(иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее– АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда)

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 23 июля 2025 года

об отказе в удовлетворении ходатайства ФИО3 о привлечении по делу третьего лица и ходатайств ФИО5 и финансового управляющего ФИО6 о назначении судебной почерковедческой экспертизы; об удовлетворении заявления финансового управляющего о признании


недействительной сделкой платежей должника в пользу ФИО1 (ИНН <***>) на общую сумму 13 640 669 руб., применении последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А60-33415/2023

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5 (ИНН <***>),

третье лицо: Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому федеральному округу,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.07.2023 принято к производству поданное в суд 21.06.2023 заявление ФИО3 о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.01.2024 (резолютивная часть от 25.01.2024) заявление кредитора было признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.05.2024 (резолютивная часть от 23.05.2024) ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО7

Определением суда от 23.09.2024 ФИО7 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника.

Определением суда от 15.10.2024 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО6, член Ассоциации арбитражных управляющих «Гарантия».

Финансовый управляющий ФИО7 16.08.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками платежей должника, совершенных в период с 23.03.2022 по 14.02.2022 в пользу ФИО1 на общую сумму 848 900 руб., применении последствий недействительности сделок в виде взыскания со ФИО1 указанной суммы в конкурсную массу должника.

Финансовый управляющий ФИО6 17.12.2024 в порядке статьи 49 АПК РФ представил в арбитражный суд уточнения к заявлению, в которых просил признать недействительными сделками на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 ГК РФ платежи должника, совершенные за период с 2021 по 2023 год в пользу ФИО1 на общую


сумму 13 640 669 руб., применить последствия недействительности сделок в виде взыскания со ФИО1 денежных средств в размере 13 640 669 руб. в конкурсную массу должника.

Заявление обосновано тем, что перечисление денежных средств производилось в пользу аффилированного лица, при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, требования которых в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника и не погашены (как усматривается из реестра требований кредиторов должника наиболее ранние обязательства, в том числе перед ФИО3 возникли с 05.06.2020 в размере 3 178 318 руб.), полагая, что экономическая целесообразность совершения оспариваемых платежей отсутствует, платежи повлекли уменьшение имущества должника, наличие встречного предоставления ФИО1 не доказано.

ФИО1 возражал против удовлетворения заявления, ссылаясь на то, что перечисления в его адрес денежных средств являлись возвратом займа по договору займа № 1 от 25.04.2022; в обоснование данных доводов им представлены названный договор, а также ряд документов, подтверждающих, с его точки зрения, уровень финансовой состоятельности, позволявший ему выдать должнику единовременно заем в сумме 14 590 000 руб. Ссылается на свою неосведомленность о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, недоказанность наличия цели причинения вреда, выражает несогласие с доводами об аффилированности участников сделки.

Должник в отзыве на заявление указывал, что договор займа № 1 от 25.04.2022 со ФИО1 он не подписывал, а спорные перечисления представляли собою посильный вклад в развитие бизнес-проектов ФИО1, являвшегося в тот период времени сожителем сестры супруги должника, при этом должник никогда не интересовался судьбой вложенных средств, исходя лишь из того, что ФИО1 создавал имидж успешного состоятельного бизнесмена, совершавшего дорогостоящие покупки; в качестве источника происхождения средств в столь значительном размере должник приводит доводы относительно обнаружения им после смерти отца крупной денежной суммы, которая в свою очередь сформировалась от реализации драгоценностей, оставшихся после смерти его бабушки и дедушки (в том числе: танк Т-34, почетные ордена и награды, предметы искусства и т.п.); подтверждающих данные доводы документов должником не представлено.

Должником и финансовым управляющим заявлены ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы на предмет проверки факта подписания договора займа № 1 от 25.04.2022 должником.

Финансовым управляющим заявлено о фальсификации договора займа № 1 от 25.04.2022. Данное ходатайство оставлено без рассмотрения,


поскольку суд первой инстанции пришел к выводу, что потенциальная подложность договора займа № 1 от 25.04.2022 не имеет существенного значения для правильного разрешения спора по существу, так как в материалах дела имеются иные доказательства, позволяющие установить входящие в предмет спора обстоятельства,

ФИО1 в судебном заседании 03.07.2025 заявлено ходатайство об истребовании выписок по его счетам за период 2018-2020 годов.

Кредитор ФИО3 поддерживал требования финансового управляющего в полном объеме, ссылаясь на то, что из представленных ФИО1 документов не усматривается наличия у него финансовой возможности выдать должнику спорный заем, операций по снятию крупных сумм наличных средств не производилось, у ФИО1 имелись кредитные обязательства и им совершались покупки дорогостоящих объектов: квартира, автомобили.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2025 в удовлетворении ходатайства ФИО3 о привлечении по делу третьего лица отказано; в удовлетворении ходатайств ФИО5 и финансового управляющего ФИО6 о назначении судебной почерковедческой экспертизы отказано; заявление финансового управляющего удовлетворено; признаны недействительными сделками платежи ФИО5 в пользу ФИО1 на общую сумму 13 640 669 руб.; применены последствия недействительности сделки; со ФИО1 в конкурсную массу ФИО5 взысканы денежные средства в общей сумме 13 640 669 руб.; со ФИО1 в доход федерального бюджета взыскано 6 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по заявлению; с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области в пользу ФИО5 перечислены 30 000 руб., внесенных в целях оплаты расходов на назначение судебной экспертизы.

Удовлетворяя заявление, суд исходил из наличия признаков неплатежеспособности должника в период оспариваемых платежей, наличие неисполненных обязательств, безвозмездность спорных платежей, причинение в результате совершения указанных сделок вреда кредиторам должника, которые лишились возможности удовлетворения своих требований за счет имущества должника (спорных денежных средств). Кроме того, судом во внимание принят размер включенных в реестр требований кредиторов, который превышает общий размер оспариваемых платежей. Суд посчитал, что само по себе назначение экспертизы на предмет проверки факта подписания договора займа должником или же иным лицом не имеет правового значения для настоящего спора, поскольку займом в качестве сделки является юридически значимое действие, опосредующее передачу одним лицом в пользу другого лица денег или иных вещей, соответственно


наличие письменного документа, поименованного как договор займа, для подтверждения заемных правоотношений по общему правилу недостаточно и подлежит установлению вопрос о фактической передаче денежных средств, который, как указано выше, уже включен судом в предмет судебного исследования по данному обособленному спору.

Ответчик ФИО1 обжаловал определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2025 в апелляционном порядке, просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных требований отказать.

Апеллянт полагает, что платежи не могут быть признаны недействительными, поскольку в течение длительного времени между ФИО1 и ФИО5 имели место гражданско-правовые отношения в части сделок по займу денежных средств ФИО1, в адрес ФИО5 Денежные средства перечислялись в адрес ФИО1 как реализация исполнения обязательств ФИО5 по полученным займам. Указывает, что в апреле 2022 года сумма займа была значительной, поэтому был оформлен договор займа № 1 от 25.04.2022 на сумму 14 590 000 руб. со сроком возврата до 01.07.2022, во исполнение которого денежные средства перечислялись ФИО5 в адрес ФИО1 Обращает внимание, что банковские выписки по счетам ФИО1 в АО «Альфа-Банк» указывают на значительное поступление денежных средств за период с 01.01.2021 по 01.04.2022 в сумме 8 385 268 руб. 06 коп., в ПАО «Сбербанк» за период с 15.02.2020 по 01.04.2022 сумма поступлений составила 27 049 440 руб. 60 коп., а АО «Т-Банк» подтверждают поступления в адрес ФИО1, значительно превышающие сумму займа, лишь за 2 года, что доказывает наличие у ФИО1 финансовой возможности для передачи ФИО5 денежных средств по договору займа № 1 от 25.04.2022. Апеллянт настаивает на том, что отказ в удовлетворении ходатайства об истребовании сведений по банковским счетам с 2017 года по апрель 2022 года повлек нарушение принципа состязательности сторон, ответчик был лишен возможности отстаивания и обоснования своей правовой позиции о наличии у ФИО1 финансовой возможности для предоставления займа. Апеллянт утверждает, что не располагал сведениями о наличии у ФИО5 признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. Указывает, что о процедуре банкротства узнал лишь в результате звонка финансового управляющего. Апеллянт считает необоснованными и недоказанными доводы ФИО5 о том, что он не получал денежные средства от ФИО1 по договору займа № 1 от 25.04.2022, что указанный договор им не подписывался, а также что ФИО5 переводил денежные средства ФИО1, как займы на продвижение бизнеса, в том числе со средств от продажи драгоценностей.


Обращает внимание, что ФИО1 для обозрения представлен оригинал договора займа № 1 от 25.04.2022. Заключение данного договора никем не оспорено. ФИО1 не возражал против проведения судебной экспертизы с целью определения факта подписания договора займа ФИО5 Отмечает, что договор займа № 1 от 25.04.2022 содержит условие о том, что за просрочку возврата займа, заемщик уплачивает займодавцу пени в размере 0,2 % от суммы займа в день, за каждый день просрочки. Срок возврата займа – до 01.07.2022. Полагает, что с указанной даты при условии просрочки возврата суммы займа, договор приобретает возмездный характер. Поясняет, что не предпринимал действий, направленных на принудительное взыскание суммы займа, поскольку денежные средства возвращались на периодической основе, а также потому, что в дальнейшем он мог взыскать большую, с учетом процентов, сумму. Указывает, что ФИО1 представил кредитную историю, согласно которой в период до заключения договора займа № 1 от 25.04.2022 у него имелась незначительная кредитная нагрузка. При этом, по двум кредитам он выступал в качестве поручителя и какие-либо денежные средства по ним не выплачивал. Основная часть кредитных средств возвращалась уже после заключения договора займа № 1 от 25.04.2022, в основном в досрочном порядке значительными суммами. Обращает внимание, что срок каждого из кредитов не превышает 1 года ввиду досрочных их погашений. Утверждает, что до и после заключения договора займа № 1 от 25.04.2022 не имел какой-либо сильной кредитной нагрузки, располагал денежными средствами для передачи ФИО5 соответствующей денежной суммы по договору займа № 1 от 25.04.2022. Отмечает, что до заключения договора займа № 1 от 25.04.2022 были произведены продажи ценных бумаг на значительные суммы (только в сентябре 2021 года на сумму около 900 000 руб.). Считает, что факт передачи денег по договору займа подтверждается самим договором займа – в договоре имеется отдельная отметка о передаче денег с отдельной подписью ФИО5, договор составлен в присутствии третьего лица, не привлеченного к участию в судебном заседании. Отмечает, что денежные средства были переданы, в том числе под влиянием ФИО8, которая выступала гарантом возврата денежных средств. Полагает, что ФИО5 фактически получал денежные средства от одних лиц в качестве займов на различные свои бизнес проекты, однако производил за счет данных денежных средств частичные погашения обязательств перед другими лицами, у которых ранее получал денежные средства. Считает, что ФИО5 обманным путем распоряжался денежными средствами разных лиц. Утверждает, что ФИО5 не представлено никаких иных доказательств, свидетельствующих о наличии гражданско-правовых отношений по его инвестиционной деятельности. По мнению апеллянта, на


момент совершения сделки ФИО5, фактически являлся платежеспособным, поскольку в указанный период должник перечислял денежные средства и иным лицам, в том числе ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО8 и др. Считает недоказанным факт аффилированности ФИО1, и ФИО5 Указывает, что их связывали только отношения ФИО1 с ФИО8 Доказательств того, что ФИО1 имел какое-то отношение к финансовой деятельности ФИО5 в материалы дела не представлено.

Финансовый управляющий должника 21.10.2025 представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Отмечает, что ФИО1 и ФИО5 фактически аффилированы между собой, должник и ФИО1 знакомы продолжительный период времени, при этом ФИО1 являлся сожителем сестры супруги должника – ФИО8 Обращает внимание на фидуциарный характер сделки, выразившийся в том, что договор займа на сумму около 14,6 млн. руб. совершен между сторонами без положений об уплате процентов за пользование заемными средствами, а также какого-либо обеспечения. Утверждает, что у ФИО1 отсутствовала финансовая возможность предоставить должнику денежные средства 25.04.2022 в размере 14 590 000 руб. в наличном и ином виде. Отмечает, что ФИО1 в спорный период приобретено дорогостоящее имущество, у него имелись обязательства перед кредитными организациями, в период с 18.02.2020 по 18.03.2022 ФИО1 осуществлен вывод средств с инвестиционного счета на сумму 764 346 руб. 76 коп. Указывает, что факт выдачи ФИО1 ФИО5 займа в заявленном размере документально не подтвержден. Считает, что отказ в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств является правомерным, поскольку апеллянтом запрашивались неотносимые доказательства. Настаивает на том, что апеллянт необоснованно ссылается на наличие отметки о составлении договора в присутствии «третьего лица, не привлеченного к участию в судебном заседании». Обращает внимание, что факты обмана и использования чужих денежных средств путем обмана не разрешаются по правилам АПК РФ.

Кредитор ФИО3 23.10.2025 представил отзыв на апелляционную жалобу, в соответствии с которым просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, поддерживает выводы, сделанные судом первой инстанции.

В судебном заседании представитель ФИО1 настаивал на доводах апелляционной жалобы, определение суда первой инстанции просил отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ФИО3 против доводов апелляционной жалобы


возражал, просил оставить определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда представителей не направили, в силу части 3 статьи 156, статьи 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Поступившие до начала судебного заседания отзывы на апелляционную жалобу приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Исходя из положений пунктов 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-


гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям, и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких


взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным


правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения указанных требований, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ).

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны


применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, в соответствии с выписками по расчетным счетам должника, открытым в АО «Альфа-Банк»), Банке ВТБ (ПАО), ПАО АКБ «Авангард», АО «Райффайзенбанк», ПАО БАНК «ФК Открытие», ПАО Сбербанк, в период с 2021 по 2023 год ФИО5 произвел перечисление денежных средств в пользу ФИО1 в общем размере 13 640 669 руб.

Платежи совершены в период подозрительности, определенный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Действительно, как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на момент совершения оспариваемых платежей должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых в дальнейшем включены в реестр требований кредиторов и не погашены до настоящего времени.

Данные обстоятельства неоднократно устанавливались судом при рассмотрении иных обособленных споров в рамках дела о банкротстве должника и не опровергнуты при рассмотрении настоящего спора.

На даты совершения платежей у должника имелись неисполненные обязательства перед заявителем по делу о банкротстве ФИО3, в том числе в размере 3 178 318 руб. по расписке от 05.06.2020, взысканные вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 23.05.2022 по делу № 2-1887/2022, а также по распискам от 23.05.2020 и от 01.06.2020 в размере 1 449 790 руб. и 205 750 руб., включая впоследствии начисленные суммы неустоек, которые включены в реестр требований кредиторов должника определением от 22.05.2024 по настоящему делу и не погашены в настоящее время. Частично задолженность ФИО5 перед ФИО3 погашена третьим лицом – ФИО8 в размере 850 000 руб.

Как следует из определения суда от 17.01.2025 по настоящему делу по спору об оспаривании платежей в адрес ФИО13, с 25.12.2022 у ФИО5 имелись неисполненные обязательства также перед данным кредитором в размере 584 000 руб. по договору займа от 20.10.2022.

Доказательства, свидетельствующие о том, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись имущество и денежные средства, в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами, в материалы дела не представлены, что свидетельствует о том, что должник обладал признаками неплатежеспособности.

Учитывая данные обстоятельства, следует признать, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.


Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника; заинтересованными признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 указанной статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункты 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве).

Таким образом, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Как следует из пояснений ФИО1 и должника, данные лица знакомы продолжительный период времени, при этом ФИО1, как


показал должник в своем отзыве, а сторона ФИО1 – этого не опровергала и косвенно подтвердила в заседании 23.07.2025 (статьи 9, 65 АПК РФ), последний являлся сожителем сестры супруги должника.

Как настаивал в ходе рассмотрения спора ФИО1, между ним и ФИО5 заключен договор займа № 1 от 25.04.2022, по условиям которого ФИО1 передал ФИО5 14 590 000 руб. на срок до 01.07.2022 с условием об уплате пени в размере 0,2% от суммы займа в день за каждый день просрочки. В подтверждение факта передачи денежных средств ФИО1 ссылался на содержащуюся в тексте договора расписку должника.

Согласно пояснениям ФИО1, заем в столь значительной сумме выдан наличными денежными средствами, денежные средства передавались в личном автомобиле ответчика за день до совершения расписки – 24.04.2022, далее стороны встретились 25.04.2022 и составили соответствующий договор, обеспечением исполнения которого служили фактически обстоятельства того, что ранее должник возвращал займы на меньшие суммы, а также взаимосвязь сторон через сестер Х-вых. Договор совершен в присутствии свидетеля ФИО14, которым также проставлена подпись на договоре.

Должник заявил в заседании 23.07.2025 о том, что он соответствующих денежных средств от ФИО1 не получал, договор займа № 1 от 25.04.2022 – не подписывал.

Таким образом, судом установлено, что договор займа носил беспроцентный характер, а также не предусматривал какого-либо обеспечения.

Суд первой инстанции посчитал данное обстоятельство достаточным для вывода о том, что стороны заключили фидуциарную сделку и находились в доверительных отношениях, которые не предполагают ни извлечение выгоды займодавцем, ни необходимости обеспечения обязательства по возврату крупной суммы равноценным имуществом или поручительством иных лиц. Подобное поведение нетипично для незаинтересованных по отношению друг к другу участников гражданского оборота, заинтересованных в максимальном сохранении своего капитала.

Изучив представленные доказательства и взаимоотношения сторон, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемые платежи совершены с признаками фактической аффилированности.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии в отношениях между должником и ФИО1 признаков фактической аффилированности не мотивирован и не подтвержден соответствующими доказательствами в нарушение статьи 65 АПК РФ, в связи с чем отклоняется апелляционным судом.


Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, ответчик, являясь фактически аффилированным лицом по отношению к должнику, в момент совершения оспариваемых финансовым управляющим сделок должен был быть осведомлен о наличии у ФИО5 признаков неплатежеспособности.

Кроме того, доводы апеллянта о том, что ему не было известно о наличии у должника признаков неплатежеспособности противоречит пояснениям апеллянта о том, что выдача ФИО1 займов в адрес ФИО5 имела место на протяжении длительного времени, и ввиду того, что в апреле 2022 года общая сумма являлась значительной, был оформлен договор займа № 1 от 25.04.2022 на сумму 14 590 000 руб. со сроком возврата до 01.07.2022.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Из фактических обстоятельств и материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий приводил доводы о том, что в результате совершения спорных сделок должнику и его кредиторам причинен имущественный вред в виде безосновательного перечисления денежных средств в общем размере 13 640 669 руб.

Учитывая изложенное, по данному спору юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством является вопрос о получении должником встречного предоставления со стороны ответчика.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства наличия у ФИО1 финансовой возможности для предоставления спорного займа, суд первой инстанции установил, что согласно сведениям Управления ФНС России по Свердловской области (ответ № 04-04/01233дсп от 14.02.2025) ФИО1 в 2021 – 2022 годах получал официальный доход от следующих налоговых агентов: ООО «УК СОЮЗ»: в 2021 году – 198 858 руб. до вычета НДФЛ, в 2022 году (10 месяцев) – 165 588 руб. 50 коп. до вычета налогов; АО «Альфа-Банк»: в 2021 году – 621 819 руб. 94 коп. до вычета налогов; ООО «УК «Альфа-Капитал»: в 2021 году – 99 руб. 69 коп. до вычета налогов; АО «Тинькофф Банк»: в 2021 году – 2 498 342 руб. 09 коп. до вычета налогов, в 2022 году – 320 259 руб. 20 коп. до вычета налогов; ООО «Термит-групп»: в 2021 году – 198 858 руб. до вычета налогов, в 2022 году – 100 188 руб. до вычета НДФЛ.


Кроме того, в 2021 году ФИО1 получены в АО «Альфа-Банк» проценты по вкладам в сумме 4 968 руб. 30 коп., в 2022 году – 320 руб. 56 коп.

Иных официальных источников дохода у ФИО1 не имелось, поскольку доказательств иного не представлено.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что обозначенные источники доходов не позволяли ФИО1 выдать должнику заем в сумме 14 590 000 руб.

Из представленных ФИО1 выписок по его счетам следует то, что еще до даты заключения договора займа 25.04.2022 должник уже перевел в его адрес 2 408 800 руб.; в период с 24.02.2020 по 25.04.2022 ФИО1 осуществлено снятие денежных средств в размере более 5,5 млн. руб., которые в дальнейшем вносились на расчетные счета через банкоматы.

Таким образом, из указанных документов не усматривается фактов снятия ответчиком в преддверии выдачи займа или в разумный период до этого денежных средств в размере, соотносимом с суммой займа, а иных доказательств, которые могли бы подтвердить наличие соответствующих источников накоплений материалы дела не содержат (статья 9, 65 АПК РФ).

Кроме того, из этих же документов следует, что ФИО1 в спорный период приобретено дорогостоящее имущество, в том числе автомобиль AUDI Q5 (18.09.2021 внесена предоплата 50 000 руб., 22.09.2021 внесено еще 500 000 руб., 23.09.2021 – еще 400 000 руб.); инвестиционные начисления с 12.09.2021 на сумму 2 805 000 руб.; 31.01.2022 совершена покупка имущества на сумму 6 403 400 руб.

Из представленных ФИО1 документов также следует, что у него имелись обязательства перед кредитными организациями, в частности: 22.11.2019 оформлен автомобильный кредит на сумму 1 142 546 руб. сроком до 01.11.2022; 04.12.2020 оформлен договор обслуживания кредита № 5327593397 на сумму 158 732 руб.; 04.12.2020 оформлен потребительский кредит № 0538751884 на сумму 78 732 руб.; 27.09.2021 оформлен автомобильный кредит на сумму 1 458 107 руб. (стоимость автомобиля 4 340 000 руб.); 29.09.2021 оформлен кредитный договор на сумму 1 200 000 руб.; 14.02.2022 оформлен договор обслуживания кредита № 5630436862 на сумму 279 809 руб.; 14.02.2022 оформлен потребительский кредит № 0706828944 на сумму 139 900 руб. 30 коп.; 31.01.2022 оформлен ипотечный кредит в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» на сумму 3 000 000 руб. сроком до 31.01.2052, 09.11.2022 оформлен кредит № PILPAC7JLP2211091438 на сумму 1 000 000 руб. сроком до 13.12.2024; кроме этого, согласно кредитной истории, ФИО1 обращался во многие кредитные организации для оформления займов, однако получал отказы: за период с 03.12.2020 по 19.12.2023 было подано 11 обращений на сумму


2 425 564 руб.; ответчик также является поручителем по кредитному договору <***> от 01.10.2021 размером 5 000 000 руб.

Из анализа представленных ФИО1 документов об осуществлении им инвестиционной деятельности на площадке АО «Т-Банк», следует, что в период с 18.02.2020 по 18.03.2022 (последняя операция по выводу до даты заключения предполагаемого договора займа) осуществлен вывод средств с инвестиционного счета на сумму 764 346 руб. 76 коп.; при этом из представленного отчета следует, что в период с 18.02.2020 по 18.03.2022 ФИО1 пополнил данный инвестиционный счет на сумму 165 389 руб. 64 коп. и 9 722,70 долларов США (согласно курсу на 11.01.2022 – 730 481 руб. 04 коп.).

Довод ФИО1 о том, что в период осуществления им деятельности в ООО «Термит-групп» оборот средств происходил в наличной форме, был отклонен судом первой инстанции как документально неподтвержденный.

При этом должник утверждал, что спорный договор займа между ним и ФИО1 не совершался, денег в заявленном размере от ответчика он никогда не получал.

Учитывая указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному, основанному на представленных в материалы дела доказательствах и пояснениях сторон выводу о том, что 25.04.2022 ФИО1 не имел финансовой возможности выдать должнику заем на сумму 14 590 000 руб., соответственно анализируемый договор займа является безденежным.

Документов, подтверждающих наличие у ФИО1 реальной финансовой возможности предоставления ФИО5 займа в заявленной сумме, в материалы дела представлено не было.

Довод апеллянта о том, что суд лишил ФИО1 возможности отстаивания и обоснования своей правовой позиции о наличии финансовой возможности для предоставления займа, отказав в удовлетворении ходатайства об истребовании сведений по банковским счетам за больший период времени признан коллегией судей несостоятельным.

Суд обоснованно отклонил указанное ходатайство об истребовании выписок по его счетам за период 2018-2020 годов, поскольку запрашиваемые сведения не имеют значения для правильного разрешения спора по существу, так как являются неотносимыми применительно к дате совершения договора займа 25.04.2022.

Апелляционный суд принимает во внимание довод отзыва финансового управляющего на апелляционную жалобу о том, что из выписки, которая могла бы быть представлена в арбитражный суд, не могло с высокой долей вероятности следовать возможность предоставления денежных средств в заявленном объеме. В случае если данные денежные средства действительно имелись у заинтересованного лица, то в фактически представленной в


материалы дела выписке за указанный период должны были иметься сведения о наличии денежных средств в заявленном объеме, о факте снятия данных денежных средств со счета для целей предоставления займа должнику.

Помимо изложенного выше, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанные платежи совершены безвозмездно, в отсутствие какого-либо встречного исполнения, без представления надлежащих документов, обосновывающих основание совершения данных сделок, никаких разумных объяснений совершения данных сделок сторонами не приведено, их экономический смысл перед судом не раскрыт (статьи 9, 65 АПК РФ); в основаниях платежей какое-либо указание на наличие правоотношений, в рамках которых совершены обозначенные платежи, не указаны.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, наличие в материалах дела оригинала договора займа не подтверждает реальную передачу заемных денежных средств должнику. Приняв во внимание, что ответчик не является профессиональным заимодавцем, у него отсутствовала финансовая возможность выдать спорный заем в пользу должника, с момента наступления срока возврата заемных денежных средств разумных действий, обычно предпринимаемых при неисполнении контрагентом договорных обязательств (истребование задолженности) ответчиком осуществлено не было, апелляционный суд приходит к выводу о том, что между сторонами был создан формальный документооборот, направленный на создание видимости реальных хозяйственных операций.

В рамках других обособленных споров в настоящем деле о банкротство неоднократно признавались недействительными платежи должника в адрес иных лиц. Соответственно, имея с 2020 года неисполненные обязательства перед ФИО3, должник, с одной стороны, получает займы от одних лиц ввиду тяжелого материального положения и возвращает их, с другой стороны, систематически предоставляет денежные средства другим лицам на развитие тех или иных бизнес-проектов, которые детально не раскрываются сторонами, в отсутствие какого-либо экономического эффекта для самого себя.

Кроме того, материалы дела подтверждают то, что большое количество платежей должника в пользу ФИО1 было совершено, в частности, после подачи кредитором ФИО3 к ФИО5 иска о взыскании задолженности по расписке в Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга (дело № 2-1887/2022, иск зарегистрирован 09.02.2022, принят к производству 16.02.2022), решение по которому впоследствии легло в основу возбуждения настоящего дела о банкротстве, а присужденный к взысканию долг – включен в реестр кредиторов должника и до настоящего времени не погашен в полном объеме.


При таких обстоятельствах, принимая во внимание отсутствие в материалах дела документов, достоверно подтверждающих реальность правоотношений по договору займа, каких-либо документов с отражением поступивших от займодавца денежных средств, документов об их использовании, документов, подтверждающих наличие действительных правоотношений между должником и ответчиком, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в данном случае перечисление должником денежных средств в счет несуществующего обязательства в отношении ответчика осуществлено без получения встречного предоставления.

Применительно к рассматриваемой ситуации причинение вреда имущественным правам кредиторов наступило вследствие перечисления безвозмездно должником в пользу ответчика денежных средств, что в свою очередь опосредованно уменьшило объем конкурсной массы, привело к фактической утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. В нарушение статьи 65 АПК РФ иного суду апелляционной инстанции не доказано.

Принимая во внимание, что спорные платежи совершены в условиях неплатежеспособности ФИО5 в пользу фактически аффилированного по отношению к нему лица – ФИО1, соответствующие сделки совершены на условиях, недоступных независимым участникам рынка, безвозмездно, в отсутствие какого-либо встречного предоставления, ответчик знал/не мог не знать о нахождении должника в условиях неплатежеспособности и о целях совершения данных сделок (причинение вреда кредиторам), данные сделки привели к фактическому причинению вреда кредиторам, принимая во внимание, что доказательств, из которых можно было бы сделать иные выводы, сторонами сделок в материалы дела не представлено, действительный характер их взаимоотношений и обстоятельства совершения сделок сторонами не раскрыты (статьи 9, 65 АПК РФ), суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные финансовым управляющим требования и признал оспариваемые платежи в общей сумме 13 640 669 руб. недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.


В силу части 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Поскольку спорные перечисления денежных средств осуществлены должником без встречного предоставления, учитывая, что ответчиком не представлены доказательства наличия у него каких-либо правоотношений и денежных обязательств с должником, в данном случае в качестве последствий недействительности суд первой инстанции верно применил одностороннюю реституцию в виде взыскания со ФИО1 в пользу должника денежных средств в размере 13 640 669 руб.

В части отказа в удовлетворении ходатайства ФИО3 о привлечении по делу третьего лица, отказа в удовлетворении ходатайств ФИО5 и финансового управляющего ФИО6 о назначении в рамках настоящего обособленного спора судебной почерковедческой экспертизы, апелляционная жалоба доводов не содержит.

Таким образом, при рассмотрении дела судом первой инстанции установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции необоснованными, не влекущими отмену обжалуемого определения.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или


изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

В силу положений статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат отнесению на ее подателя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 23 июля 2025 года по делу № А60-33415/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Т.В. Макаров

Судьи Л.М. Зарифуллина

Т.С. Нилогова

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 18.07.2025 9:00:22 Кому выдана Зарифуллина Лилия Мунировна