Постановление от 15 декабря 2025 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-8443/2025-АК
г. Пермь
16 декабря 2025 года
Дело № А50-16048/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 09 декабря 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 декабря 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Шаркевич М.С.

судей Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Саранцевой Т.С.,

в отсутствие лиц, участвующих, в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу должника ФИО1

на определение Арбитражного суда Пермского края от 14 августа 2025 года

о завершении процедуры реализации имущества и освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением обязательств, предусмотренных п.п.4,5 ст. 213.28 Закона о банкротстве, а также обязательств перед ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «ПКО «НБК»,

вынесенное в рамках дела № А50-16048/2023 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (ИНН: <***>),

третье лицо: нотариус Нотариальной палаты Пермского края - ФИО3

установил:

решением суда от 11.09.2023 ФИО1 (далее - должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО4

Определением суда от 02.07.2024 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника. Финансовым управляющим утвержден ФИО5

От финансового управляющего в арбитражный суд 10.10.2024 поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

От кредитора ФИО2 21.01.2025 поступило заявление о не применении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед ФИО2

ООО «ПКО «НБК» также просит не применять в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств в отношении ООО «ПКО «НБК».

Финансовый управляющий представил отчет, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества, а также заявил ходатайство о выплате вознаграждения и расходов с депозита арбитражного суда.

Определением суда от 03.04.2025 к участию в рассмотрении дела в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора, привлечен нотариус Нотариальной палаты Пермского края - ФИО3.

Определением суда от 14.08.2025 (резолютивная часть от 04.08.2025) процедура реализации имущества должника завершена. ФИО1 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в рамках соответствующей процедуры, за исключением обязательств, предусмотренных п.п.4,5 ст. 213.28 Закона о банкротстве, а также обязательств перед ФИО2, установленных определением суда от 14.08.2024 по настоящему делу; перед ООО «ПКО «НБК» установленных определением суда от 14.11.2023 по настоящему делу по кредитному договору <***> от 15.05.2017.

Не согласившись с вынесенным определением, должник обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить в части не применения в отношении должника положений п. 3 ст. 213.38 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств перед ФИО2 в размере 10 441 278,38 руб. и ООО «ПКО «НБК».

Апеллянт ссылается на то, что в рамках гражданских дел №2-1928/2019 и №2-1663/2019 с него было взыскано неосновательное обогащение, а не убытки. Из судебных актов не следует того, что суд общей юрисдикции установил наличие в действиях должника каких-либо признаков недобросовестности, мошенничества. Отмечает, что ФИО1 являлся единственным учредителем ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» и имел полное право распоряжаться денежными средствами общества. Обращает внимание на то, что убытки с должника в пользу ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» взысканы только определением суда от 10.03.2020 по делу №А50-8474/2018 в размере 8 955 719 руб., иные убытки в рамках дела о банкротстве ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» не заявлялись. В отношении кредитора ООО «ПКО «НБК» должник ссылается на то, что данным кредитором не доказано сокрытие или умышленное уничтожение имущества. Полагает, что суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание пояснения должника о том, что фактической передачи автомобиля не состоялось, во владение должника автомобиль не поступал с 2017 года по настоящее время, акт приема-передачи от 15.052019 должник не подписывал, ссылался на его фальсификацию и на неправомерные действия директора ООО «АвтоГалерея» ФИО6

Письменные отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

Лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с ч. 3 ст. 156, ст. 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Согласно ч. 5 ст. 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - Постановление Пленума № 12) разъяснено, что при применении ч. 5 ст. 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в ч. 4 ст. 270 АПК РФ.

С учетом положений ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ и п. 27 Постановления № 12, а также отсутствия соответствующих возражений лиц, участвующих в деле, законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции только в обжалуемой части (в части отказа в освобождении от обязательств перед ФИО2 в размере 10 441 278,38 руб. и ООО «ПКО «НБК»).

Как следует из материалов дела, решением суда от 11.09.2023 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4 Определением суда от 02.07.2024 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника. Финансовым управляющим утвержден ФИО5

Из отчета финансового управляющего следует, что требования кредиторов первой и второй очереди у должника отсутствуют, в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования кредиторов на сумму 23 052 913,76 рублей (ООО «НБК», ООО «РСВ», ООО «Траст», АО КБ «Урал ФД», ПАО АКБ «Авангард», ООО «Феникс», ФИО2, МИФНС № 21 по Пермскому краю).

Должник в браке не состоит, официально не трудоустроен. Финансовым управляющим было созвано собрание кредиторов для утверждения положения о продаже имущества должника: доли (50%) в уставном капитале ООО «Первый городской курорт». Собрание кредиторов, назначенное на 22.08.2024, не состоялось. 09.12.2024 года был заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Первый городской курорт» по цене 25 000 руб. Расходы за удостоверение договора составили 21 500 руб. (поделены с покупателем). Остальные денежные средства пошли на погашение текущих расходов.

Иное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, отсутствует.

Требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов, не погашались.

Сделок, подлежащих оспариванию, не выявлено.

В анализе финансового состояния должника, в котором также исследован вопрос о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника, финансовым управляющим сделан вывод об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Ссылаясь на то, что все необходимые мероприятия, связанные с процедурой банкротства должника, завершены, финансовый управляющий должника обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, просил освободить должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, за исключением долга перед кредитором ФИО2 в размере 8 955 719 руб.

В материалы дела от ФИО2 и ООО «ПКО «НБК» поступили ходатайства о неприменении правил об освобождении ФИО1 от исполнения обязательств перед указанными кредиторами.

Суд первой инстанции, проанализировав имеющиеся в деле доказательства, завершил процедуру реализации имущества должника, освободил должника от дальнейшего исполнения обязательств за исключением обязательств перед ФИО2 и ООО «ПКО «НБК»

Как было указано выше, судебный акт обжалуется только в части не применения к должнику правил об освобождении гражданина от исполнения обязательств перед ФИО2 и ООО «ПКО «НБК».

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта в обжалуемой части в связи со следующим.

В соответствии с п. 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Согласно п. 2 ст. 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Поскольку материалами дела и фактическими обстоятельствами по делу установлено отсутствие у должника иного имущества, а также отсутствие возможности пополнения конкурсной массы должника для последующей реализации данного имущества с целью проведения расчетов с кредиторами, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции о необходимости завершения процедуры реализации имущества в отношении должника. В указанной связи суд первой инстанции законно и обоснованно завершил процедуру реализации имущества должника.

В п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве указано, что после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Из разъяснений, данных в п.п. 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45) следует, что согласно абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абз. 5 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, п. 45 Постановления № 45).

Законом о банкротстве в п. 4 ст. 213.28 определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абз. 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст. 139 АПК РФ, абз. 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений Постановления № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Определением суда от 14.08.2024 требования ФИО2 в размере 19 396 997,38 руб. основного долга включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1

Данные требования были обоснованы вступившими в законную силу следующими судебными актами:

- заочным решением Индустриального районного суда г. Перми Пермского края от 25.07.2021, которым с ФИО1 в пользу ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» взыскано 5 441 278,38 руб. неосновательного обогащения, выдан исполнительный лист (серия ФС № 027491946).

- заочным решением Индустриального районного суда г. Перми Пермского края от 03.06.2021, которым с ФИО1 в пользу ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» взыскано 5 000 0000 руб. неосновательного обогащения, выдан исполнительный лист (серия ФС № 027513940).

- определением суда от 10.03.2020 по делу №А50-8474/2018 с ФИО1 в пользу ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» взыскано 8 955 719 руб. убытков.

02.11.2020 состоялись торги по продаже имущественных прав ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект». Победителем торгов стал ФИО2.

11.11.2020 между ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» и ФИО2 заключен договор уступки прав требования.

Определением Индустриального районного суда г. Перми от 20.08.2021 по делу № 2-1928/2019 произведена замена взыскателя с ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» на ФИО2

Определением Индустриального районного суда г. Перми от 31.08.2021 по делу № 2-11663/2019 произведена замена взыскателя с ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» на ФИО2

Определением Арбитражного суда Пермского края от 16.09.2021 по делу № А50-8474/2018 произведена замена взыскателя с ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» на ФИО2

Из определения суда от 10.03.2020 по делу № А50-8474/2018 следует, что ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» зарегистрировано 14.08.2013 Межрайонной ИФНС № 17 по Пермскому краю, общество внесено в Единый государственный реестр юридических лиц с присвоением ОГРН <***>. Руководителем общества назначен ФИО1 Основным видом деятельности должника является торговля оптовая прочими строительными материалами и изделиями.

В ходе процедуры банкротства должника арбитражным управляющим были получены сведения об уступках права требования имущества должника физическим лицам.

Судом установлено, что ФИО1 принял наличными денежные средства по вышеуказанным договорам, в том числе с ФИО7 в размере 4 248 000 руб.; ФИО8 в размере 1 007 719 руб.; ФИО9 в размере 2 000 000 руб. (общая сумма по договору 2 950 000 руб., 950 000 руб. были оплачены ФИО9 на расчетный счет); ФИО10 - 1 700 000 руб. (был передан вексель на указанную сумму). Общая сумма, полученная ФИО1 не оприходованная в кассу и не инкассирования в банк на расчетный счет Должника от указанных лиц, составила 8 955 719 руб.

Кроме того, в течение 2015 - 2017гг., ФИО1 с расчетных счетов должника были перечислены себе на банковские карты денежные средства в размере 5 441 278,38 руб. Документы, обосновывающие перечисления, не представлены. Заочным решением Индустриального районного суда г. Перми от 25.07.2019 денежные средства в указанном размере взысканы с ФИО1 Также ФИО1 как директором ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» денежные средства в размере 5 000 000 руб., полученные по договору уступки права требования (цессии) от 03.03.2016, в кассу либо на расчетный счет ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект» не внесены. Заочным решением Индустриального районного суда г. Перми от 03.06.2019 денежные средства в указанном размере взысканы с ФИО1

Судом первой инстанции отмечено, что изъятие из хозяйственного оборота указанных денежных средств отразилось на финансовом состоянии должника и причинило должнику убытки.

Сделки по уступке прав требования имущества должника с третьими лицами были совершены в трехлетний период предшествующий банкротству, сокрытие денежных средств полученных от третьих лиц не позволило рассчитаться в полном объеме с кредиторами (включая уже присужденные денежные средства), учредитель и директора ФИО11 сокрыл информацию о хозяйственной деятельности должника (кассовые книги, авансовые отчеты и т.д.).

Документы о хозяйственной деятельности должника ФИО1 ни временному, ни конкурсному управляющему в добровольном порядке не передал.

Определение суда от 02.10.2018 по делу № А50-8474/2018 об обязании ФИО1 передать указанные документы последний также не исполнил.

Доказательств того, что полученные денежные средства ФИО1 были направлены на хозяйственные нужды должника, в материалы дела не представлено.

Доказательств, того, что ФИО1 действовал согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, не нарушая при этом имущественные права кредиторов, ответчиком не представлено.

Установив, чтополученные ФИО12 денежные средства не поступили на расчетные счета ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект», при этом денежные средства и кассовые документы не переданы бывшим руководителем конкурсному управляющему, несмотря на взыскание судом общей юрисдикции задолженности в качестве неосновательного обогащения, суд пришел к выводу, что неполучение обществом денежных средств является его убытками в соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ, которые возникли в результате противоправного поведения ФИО12

В результате противоправного поведения ФИО12 должник (ООО «Торговый дом «УралНерудКомплект») лишился части принадлежащих ему денежных средств, что является его убытками в виде реального ущерба.


Должник не оспаривает судебный акт в части неосвобождения от исполнения обязательств перед ФИО2 в размере 8 955 719 руб., подтвержденных определением суда от 10.03.2020 по делу № А50-8474/2018.

Должник выражает свое несогласие с неприменением в отношении него правил об освобождении от исполнения обязательств перед ФИО2, основанным на заочных решениях Индустриального районного суда г. Перми Пермского края от 03.06.2021 и от 25.07.2021, ссылаясь на то, что данными решениями было взыскано неосновательное обогащение, а не убытки, а также на то, что являясь директором общества, он вправе самостоятельно распоряжаться денежными средствами этого общества.

Между тем данные доводы правомерно не были приняты судом первой инстанции во внимание в силу следующего.

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно, то в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение о долгов, о чем указывается судом в судебном акте. По этому же основанию не допускается и освобождение гражданина от обязательств по завершении процедуры внесудебного банкротства гражданина (пункт 2 статьи 223.6 Закона о банкротстве).

Абзац пятый пункта 6 статьи 213.28 Закон о банкротстве устанавливает, что к требованиям о возмещении вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности, применяются правила пункта 5 данной статьи, предусматривающего, что требования кредиторов по текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Действительно суд общей юрисдикции взыскал в пользу кредитора спорную сумму исходя из положений пункта 2 статьи 1102 ГК РФ, не ставящих обязанность по возврату неосновательного обогащения в зависимость от того, чем это обогащение было вызвано (поведением приобретателя, потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли).

Таким образом, удовлетворение иска о взыскании неосновательного обогащения не было обусловлено установлением субъективного отношения должника к вменяемому деянию.

Однако в силу приведенных выше положений законодательства о банкротстве это обстоятельство само по себе не освобождало суды при разрешении вопроса о наличии оснований для применения правил от дальнейшего исполнения обязательств от оценки обстоятельств, повлекших за собой возникновение неосновательного обогащения.

В частности, арбитражный суд, разрешающий вопрос о наличии оснований для неосвобождения должника от обязательств, должен включить в предмет исследования вопрос о форме вины гражданина во вменяемом ему деянии. При этом бремя доказывания отсутствия умысла либо грубой неосторожности возлагается на должника.

Умышленная форма вины выражается в осознании лицом вредоносности своих действий (бездействия) и предвидение им возможности или неизбежности наступления их вредоносных последствий.

При разграничении неосторожности на простую и грубую учитывается критерий соблюдения требований осмотрительности и внимательности: при простой неосторожности соблюдаются минимальные, но не все необходимые требования, при грубой неосторожности лицо не соблюдает и минимальных требований осмотрительности.

В рассматриваемом случае, заочным решением Индустриального районного суда г. Перми Пермского края от 03.06.2021 по делу №2-1663/2019 установлено, что по договору уступки права требования (цессии) от 03.03.2016 денежные средства полученные лично директором ООО «Торговая компания «УралНерудКомплект» ФИО1 от ФИО13 в сумме 5 000 000 руб. на расчетный счет общества зачислены не были, в кассу не поступали, с момента подписания договора и до банкротства общества, денежные средства юридическому лицу переданы не были, доказательств использования денежных средств в интересах общества, ответчиком не представлено ни в рамках дела о банкротстве, ни в рамках данного спора, в связи с чем, суд пришел к выводу о том, что ФИО1 незаконно обогатился за счет общества.

Заочным решением Индустриального районного суда г. Перми Пермского края от 25.07.2019 по делу №2-1928/2019 установлено, что согласно представленной конкурсным управляющим ООО «Торговая компания «УралНерудКомплект» выписке по движению денежных средств с назначением платежа в отношении ФИО1 за период с 27.07.2015 по 27.04.2017 с расчетного счета общества ФИО1 перечислено 5 441 278,31 руб. В отсутствие каких-либо оправдательных документов, наличия встречного предоставления, использования средств на нужды общества суд взыскал с ответчика неосновательное обогащение.

Учитывая установленные вышеуказанными судебными актами обстоятельства, связанные с расходованием должником денежных средств ООО «Торговая компания «УралНерудКомплект» в собственных интересах, соответствующие действия имели место при наличии прямого умысла на их совершение.


Вопреки доводам ФИО1 он не может использовать денежные средства общества по своему усмотрению на свои личные нужды.

Ответчиком ни ходе рассмотрения споров в районном суде, ни в ходе рассмотрения дела о банкротстве общества, а также в рамках дела о собственном банкротстве не даны пояснения, куда были израсходованы взысканные с него судами общей юрисдикции денежные средства. Не представлены авансовые отчеты на перечисленные спорные суммы, корешки авансовых отчетов и копии кассовых чеков, приходных кассовых ордеров, какие-либо первичные документы, свидетельствующие о приобретении имущества для должника.

Указанные действия (бездействие) должника, соответствуют обстоятельствам, перечисленным в абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Таким образом, оснований для освобождения должника от обязательств перед ФИО2, установленных заочным решением Индустриального районного суда г. Перми Пермского края от 03.06.2021 по делу №2-1663/2019, заочным решением Индустриального районного суда г. Перми Пермского края от 25.07.2019 по делу №2-1928/2019, вопреки доводам должника, не имеется.

Кроме того, определением суда от 14.11.2023 в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника включены требования ООО «НБК» в размере 1 111 934,39 руб. основного долга, 319 924,56 руб. процентов, 21 719 руб. государственной пошлины.

Судом установлено, что ПАО «Плюс Банк» и ФИО1 заключили кредитный договор от 15.05.2017 <***>.

Первоначальный кредитор на основании договора уступки прав (требований) от 27.12.2018 № 1 передал ООО «Эверест» в полном объеме свои права (требования) к физическим лицам и их солидарным должникам. ООО «Эверест» 27.12.2018 заключило договор цессии с ООО «Норд Стар», в соответствии с которым право требования задолженности по кредитному договору в полном объеме перешло к ООО «Норд Стар». ООО «НБК» действует на основании агентского договора с ООО «Норд Стар» № 12-04.

Пермским районным судом вынесено заочное решение от 06.09.2019 по делу №2-2281/2019 о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «Норд Стар» задолженности по кредитному договору <***> от 15.05.2017 по состоянию на 27.12.2018 в размере 1 503 858,95 руб. в том числе 1 111 934,39 руб. - долг; 319 924,56 руб. – проценты, а также 21 719 руб. – судебные расходы; обращено взыскание на заложенное имущество: автомобиль марки Mersedes-Bens Е 350 4 MATIC, VIN <***>, 2011 года изготовления, модель, № двигателя 27297731945507, кузов <***>.

В реестр требований кредиторов должника включена задолженности в части долга в размере 1 111 934,39 руб., при этом размер кредита составлял 1 122 357 руб., то есть должником в счет погашения задолженности было произведено платежей на сумму 11 тыс., следовательно, должником была создана видимость исполнения обязательства.

При этом в обеспечение исполнения кредитных обязательств между банком и должником был заключен договора залога транспортного средства автомобиль марки Mersedes-Bens Е 350 4 MATIC, VIN <***>, 2011 года изготовления, модель, № двигателя 27297731945507, кузов <***>.

В соответствии с п. 1 ст. 343 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, залогодатель или залогодержатель в зависимости от того, у кого из них находится заложенное имущество обязан: не совершать действия, которые могут повлечь утрату заложенного имущества или уменьшение его стоимости, и принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества; принимать меры, необходимые для защиты заложенного имущества от посягательств и требований со стороны третьих лиц; немедленно уведомлять другую сторону о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества, о притязаниях третьих лиц на это имущество, о нарушениях третьими лицами прав на это имущество.

В силу п. 1 ст. 344 ГК РФ залогодатель несет риск случайной гибели или случайного повреждения заложенного имущества, если иное не предусмотрено договором залога.

Пункт 2 ст. 346 ГК РФ предусматривает, что залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога. В случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя применяются правила, установленные пп.3 п. 2 ст. 351, пп. 2 п. 1 ст. 352, ст. 353 настоящего Кодекса. Залогодатель также обязан возместить убытки, причиненные залогодержателю в результате отчуждения заложенного имущества.

В рамках гражданского дела №2-2281/2019 о взыскании с должника задолженности было установлено, что собственником автомобиля с 16.06.2016 является ФИО14, автомобиль был приобретен должником у ООО «АвтоГалерея», которое действуя по агентскому договору от имени ФИО14 заключило договор купли-продажи с должником.

Судебный акт в части обращения взыскания на заложенное имущество исполнен не был.

Таким образом, ООО «ПКО «НБК» указывает, что в результате неправомерного поведения должника, который не зарегистрировал на себя право собственности на автомобиль, из конкурсной массы выбыло имущество, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредитора.

Должник в представленном отзыве указывал, что при заключении кредитного договора, анкета, на которую ссылается ООО «ПКО «НБК» заполнялась непосредственно кредитным инспектором. При этом сумма дохода была проставлена им самостоятельно, чтобы выдачу кредита точно одобрили. Никаких справок о доходах, справок по форме банка, документов о трудовой деятельности при этом запрошено не было. На момент заключения кредитного договора, должник имел стабильный и постоянный доход, в том числе неофициальный, который позволял обслуживать задолженность по кредитному договору.

В материалы дела от Управления РЭО ГИБДД УВД МВД России по г. Перми поступили запрошенные судом сведения, сведения, согласно которых 30.06.2016 право собственности на спорное транспортное средство было зарегистрировано на ФИО14, 28.07.2021 регистрация прекращена по заявлению владельца ТС. Документы основания не сохранились.

Должник в представленных пояснениях указывает, что в начале июня 2017 года к нему обратился старый знакомый ФИО6, предложив в его автосалоне Автогалерея приобрести Мерседес е350 в кредит по следующей схеме, миллион в кредит, 250 тыс. первый взнос в рассрочку на 6 месяцев, после подачи заявки в его салоне его менеджерами ФИО1 был одобрен один миллион рублей в банке «Плюс банк», после чего он подъехал в Автогалерею на южной дамбе и подписал кредитный договор. Акт приема-передачи насколько помнит должник на автомобиль он не подписывал, так как 250 тыс. были не внесены не им. В июле ФИО1 начали угрожать кредиторы и он вынужден был покинуть город Пермь, автомобиль и миллион рублей оставались у ФИО6. Позже от него ФИО1 узнал, что его Мерседес он продал кому то без документов в счет покрытия долга 250 тыс. рублей, с ФИО1 эти действия были не согласованы и здесь факт нарушения им законодательства, и ФИО1 бы еще проверил на подлинность акт приема-передачи. По мнению ФИО1, ФИО6 его подделал.

Данные доводы правомерно не приняты судом первой инстанции, поскольку они не были подтверждены документально. Кроме того, с заявлением в правоохранительные органы по данному факту должник не обращался.

При этом факт передачи спорного автомобиля должнику подтвержден вступившим в законную силу судебным актом (заочное решение Пермского районного суда Пермского края от 06.09.2019 по делу № 2-2281/2019), которое должником не обжаловано.

Согласно ответу ГУМВД России по Пермскому краю по состоянию на 22.12.2023 за ФИО1 транспортные средства не зарегистрированы, иные регистрационные действия с транспортными средствами в период с 06.07.2020 по 20.09.2023 ФИО1 не проводились.

Финансовому управляющему спорное транспортное средство не передано, сведениями о его месте нахождения финансовый управляющий не располагает. Должник данные обстоятельства не раскрыл, с ходатайством об истребовании имущества у третьих лиц не обращался.

Решением суда от 06.09.2019 по делу №2-2281/2019 установлено, что с общими условиями предоставления ПАО «Плюс Банк» кредита физическим лицам, индивидуальным условиями предоставления ПАО «Плюс Банк» кредита физическим лицам по программе «ДилерПлюс» ФИО1 ознакомлен и был согласен, что подтверждается его подписью в индивидуальных условиях предоставления кредита №57-00-109876-ДПНА (стр.3 решения).

Как верно отмечено судом первой инстанции, фактически должник не обеспечил сохранность залогового имущества, контроль за его наличием и состоянием, не совершил никаких действий для истребования его у других лиц. При этом прекратил исполнение обязательств по кредитному договору, в счет погашения задолженности было произведено платежей на сумму 11тыс., безусловно осознавая, что погашение долга за счет залогового имущества он обеспечить не может, ввиду фактического отсутствия у него предмета залога. Банк об утрате залогового имущества не уведомил, не обратился как собственник автомобиля в правоохранительные органы с заявлением о преступлении, а также с заявлением о розыске. Такое поведение должника нельзя признать добросовестным. Исполнение обязательств перед Банком за счет залогового имущества оказалось невозможным вследствие указанных недобросовестных действий/бездействия должника.

Каких-либо доказательств того, что должник предпринимал попытки нивелировать последствия своего недобросовестного поведения, выразившегося в сокрытии предмета залога либо в небрежном попустительстве к обстоятельствам его утраты, в материалах дела не имеется, должником не представлено.

По общему правилу, ординарным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (п. 1 ст. 408 ГК РФ).

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих правопритязаний (п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Между тем, поскольку институт банкротства - это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Реабилитационная цель института банкротства граждан должна защищаться механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (п.п. 4, 5 ст. 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

В абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, в случае, если доказано, что при исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2018)», утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80% стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства - ст. 18.1, п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае требования ООО «ПКО «НБК» в установленном Законом порядке и размере погашены не были.

Как указывалось выше, в силу положений ст.ст. 343, 346 ГК РФ залогодатель обязан обеспечить содержание и сохранение заложенного имущества и не вправе его отчуждать без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором.

Ввиду непредоставления залогодержателю сведений об обстоятельствах выбытия предмета залога из владения должника, длительного неисполнения обязательств перед кредитором, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отказе в защите принадлежащего должнику права на освобождение от исполнения обязательств перед кредитором ООО «ПКО «НБК».

С учетом изложенного, определение суда первой инстанции в обжалуемой части отмене, а апелляционная жалоба удовлетворению не подлежат.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 14 августа 2025 года по делу № А50-16048/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.


Председательствующий


М.С. Шаркевич


Судьи


О.Н. Чепурченко


М.А. Чухманцев