Постановление от 22 октября 2024 г. по делу № А74-5970/2023

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А74-5970/2023
г. Красноярск
22 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена «16» октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен «22» октября 2024 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Морозовой Н.А.,

судей: Бутиной И.Н., Петровской О.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии: от истца (индивидуального предпринимателя ФИО2) – ФИО3 представителя по доверенности от 07.08.2023,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2

на решение Арбитражного суда Республики Хакасия

от «20» марта 2024 года по делу № А74-5970/2023,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – истец) обратилась в Арбитражный суд Республики Хакасия с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к краевому государственному автономному учреждению «Социально-оздоровительный центр «Тесь» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – ответчик) о признании недействительным одностороннего отказа от исполнения договора строительного подряда № 191-23 от 21.04.2023.

Решением Арбитражного суда Республики Хакасия от 20.03.2024 судом в иске отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт.

Кроме того, истец представил в материалы дела ходатайство о назначении экспертизы.

В удовлетворении ходатайства о проведении экспертизы апелляционным судом отказно, по основаниям, указанным далее.

Ответчик представил в материалы дела отзыв на апелляционную жалобу, в котором возразил против удовлетворения жалобы, настаивая на законности и обоснованности обжалуемого судебного акта.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель предпринимателя поддержал доводы жалобы.

Ответчик извещен о времени и месте заседания. Настоящее рассмотрение дела проводится после перерыва, объявленного в связи с наличием технических неисправностей, препятствующих ответчику подключиться к заседанию посредством веб-конференции, при этом представитель истца присутствовал лично. Ответчик не принял мер по обеспечению личного участия представителя, продолжив участие он-лайн. Представитель истца вновь явился лично. Своевременно представитель ответчика не подключился, вместе с тем обеспечил подключение на оглашение резолютивной части постановления, что означает, что техническая возможность участия была ему предоставлена.

Апелляционный суд руководствуется теми пояснениями, которые ответчик ранее представил в суд письменно.

При рассмотрении апелляционной жалобы судом установлены следующие обстоятельства.

Между КГАУ «СОЦ «Тесь» (заказчик) и предпринимателем ФИО2 (подрядчик) 21.04.2023 заключен договор подряда № 191-23, по условиям которого подрядчик обязался выполнить в сроки, указанные в пункте 1.2 договора, по заданию заказчика работы по монтажу автоматической установки пожарной сигнализации и системы оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре в нежилом здании «Лечебный корпус», расположенном по адресу: Красноярский край, Минусинский район, урочище «Тесинский бор» оздоровительный лагерь «Солнечный 2», д. 2, и сдать результат работ заказчику, а заказчик обязался принять результат работ и оплатить его. Виды и объемы работ определены Техническим заданием (приложение № 1 к договору), локальным сметным расчетом (приложение № 3 к договору), являющимися неотъемлемой частью договора (пункт 1.1 договора).

Пунктом 1.2 договора определен срок выполнения работ: с момента заключения договора до 31.05.2023.

В соответствии с пунктом 4.1 договора его цена составляла 2 755 000 руб.

Подрядчиком разработан и подрядчиком согласован следующий график производства работ:

- комплектация оборудованием и материалами для монтажа АУПС и СОУЭ. Доставка до объекта. Демонтаж существующей системы – с 21.04.2023 по 12.05.2023 – 21 календарный день;

- электромонтажные работы – с 12.05.2023 по 26.05.2023 – 14 календарных дней;

- пусконаладочные работы. Комплексные испытания – с 27.05.2023 по 30.05.2023 – 4 календарных дня;

- сдача смонтированной системы заказчику в эксплуатацию. Передача документации заказчику – 31.05.2023 – 1 день.

27.04.2023 предприниматель обратился к учреждению с запросом № 50/23 о продлении срока выполнения работ по договору до 11 или 23 июня 2023 года, сославшись на то, что договор был заключен на 11 дней позже даты, в которую он мог бы быть заключен, в связи с отменой протокола подведения итогов конкурентной закупки.

Повторно запрос о продлении срока выполнения работ направлен заказчику 19.05.2023, исх. № 64/23.

В ответе от 22.05.2023 № 636 учреждение отказало в продлении срока выполнения работ, указав на отсутствие разногласий относительно срока выполнения работ при заключении договора, несоблюдение согласованного графика производства работ, непредставление документов, подтверждающих квалификацию специалистов. При этом заказчик предложил в срок не позднее 23.05.2023 представить заказчику достоверную информацию, свидетельствующую о возможности завершения работ с учетом продления срока на 11 календарных дней, с предоставлением подтверждающих документов, после чего вопрос о продлении срока выполнения работ будет рассмотрен повторно.

Ранее, 16.05.2023 предприниматель направил в адрес учреждения уведомление № 62/23 о начале скрытых работ с просьбой выполнить их освидетельствование.

Согласно акту освидетельствования видов и объемов работ от 17.05.2023 № 1 на объекте отсутствовали скрытые работы, предъявленные заказчиком для освидетельствования. Зафиксирован факт невыполнения работ, критичного отставания от согласованного графика производства работ, указано на наличие опасений в невыполнении всего объема работ в установленный договором срок.

В письме от 23.05.2023 № 67/23 подрядчик со ссылкой на предпринятые меры для сокращения сроков выполнения работ просил повторно рассмотреть вопрос о продлении срока работ и корректировке графика производства работ. Ответа на данный запрос от заказчика не поступило.

22.05.2023 подрядчик направил в адрес заказчика исполнительную документацию.

Замечания к представленной истцом исполнительной документации изложены заказчиком в письме от 26.05.2023 № 665 и относились к неправильному оформлению или отсутствию исполнительной документации: журнала входного контроля и контроля качества получаемых деталей, актов согласования материалов и оборудования, исполнительных схем прокладки кабельно-проводниковых линий, ведомости смонтированных приборов и оборудования, материалов фотофиксации работ. Кроме того, заказчик не принял представленные истцом документы, подтверждающие квалификацию специалистов ФИО4, ФИО5, ФИО6

Свое несогласие с приведенными замечаниями подрядчик изложил в письме от 29.05.2023 № 72/23, где также сообщил о выполнении им порядка 63 % от общего объема работ на объекте.

В ответе от 31.05.2023 № 686 на письмо от 29.05.2023 № 72/23 заказчик выразил несогласие с доводами подрядчика и повторно просил надлежащим образом оформить исполнительную документацию и представить недостающие документы.

В дальнейшем несогласие с замечаниями заказчика истец выразил в письмах от 05.06.2023 № 75/23, от 06.06.2023 № 76/23.

30.05.2023 комиссией заказчика составлен акт № 2 освидетельствования видов и объемов работ по договору от 21.04.2023 № 191-23, согласно которому комиссией сделано заключение о неисполнении подрядчиком обязанностей, предусмотренных пунктами 5.3.3, 5.3.10, 5.3.2, 5.3.19 договора относительно представления документации и соблюдения требований законодательства Российской Федерации об охране окружающей среды и безопасности строительных работ, а также о невыполнении работ в полном объеме, критическом отставании от согласованного графика. Сделан вывод о том, что выполнение всего объема работ согласно графику в установленный договором срок невозможно.

08.08.2023 ответчиком принято решение № 723 об одностороннем отказе от исполнения договора подряда от 21.04.2023 № 191-23 со ссылкой на статью 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, мотивированное невыполнением подрядчиком работ в установленный срок.

В тот же день ответчик направил в адрес истца письмо № 724, в котором со ссылкой на обязанность заказчика отменить решение об одностороннем отказе от исполнения договора в случае устранения выявленных нарушений подрядчиком в течение 10 дней сообщил о предоставлении доступа работникам предпринимателя ФИО2 сроком на 10 календарных дней, начиная с 09.06.2023, при условии подписания подрядчиком актадопуска, наличия у работников квалификации с присвоением группы допуска по электробезопасности не ниже III и предоставления подтверждающих квалификацию документов.

14.06.2023 истец направил заказчику уведомление о готовности результата выполненных работ к сдаче 18.06.2023.

Приемка работ по договору назначена заказчиком на 19.06.2023 на 09-30 часов (письмо от 16.06.2023 № 746), одновременно заказчик указал на необходимость до начала приемки представить полный комплект исполнительной документации.

Как следует из письма учреждения от 19.09.2023 № 759, представитель заказчика ФИО7 для участия в приемке работ не допущен, в ходе приемки заказчиком выявлено несоответствие представленных документов требованиям законодательства, проектной документации и условиям договора, а также несоответствие проводимых работ проектносметной документации. В ходе осмотра цокольного этажа приемочной комиссией проведена проверка работоспособности путем пробного запуска пожарной сигнализации и системы оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре. Сигнализация не сработала, при запуске отсутствовало звуковое, световое, речевое оповещение. Ввиду изложенного, комиссией сделан вывод о том, что работы по договору по состоянию на 16 часов 55 минут 19.06.2023 не выполнены.

С учетом изложенного решение об одностороннем отказе от исполнения договора заказчиком не отменено.

Выразив несогласие с выводами приемочной комиссии, указав на то, что выявленные недостатки не являются существенными либо неустранимыми, предприниматель в письме от 23.06.2023 № 102/23 просил заказчика отменить решение об одностороннем расторжении договора.

Принятие заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения договора и отказ от его отмены послужили основанием для обращения подрядчика в суд с настоящим иском.

Истец полагал, что решение заказчика от 08.06.2023 об одностороннем отказе от исполнения указанного договора в связи с нарушением истцом срока окончания работ (31.05.2023) является необоснованным ввиду следующего:

- с учетом несвоевременного заключения договора вследствие отмены протокола подведения итогов конкурентной закупки, срока для приемки работ и фактического допуска сотрудников истца на объект только 13.05.2023 фактический срок выполнения работ на объекте составил 15 календарных дней от возможных 50-51. Такой срок является неразумным, заведомо невыполнимым с учетом характера и объема работ;

- ответчик необоснованно отказался от подписания исполнительной документации, направленной ему истцом 22.05.2023, замечания ответчика не влияли на качество работ;

- при приемке работ 18.06.2023 представитель предпринимателя необоснованно не был допущен на объект со ссылкой на отсутствие у него полномочий. Между тем часть выявленных замечаний могла быть снята в ходе осмотра в случае участия представителя истца, а другие замечания не являются существенными, устранимы и не исключают использование результата работы для указанной в договоре цели в последующем. Возможность устранить указанные замечания ответчиком истцу не представлена;

- обстоятельства дела свидетельствуют о ненадлежащем исполнении ответчиком (заказчиком) встречных обязательств по договору подряда оказывать подрядчику содействие в выполнении работ. Истец при исполнении договора действовал добросовестно, его вина в нарушении срока выполнения работ отсутствует. Ввиду изложенного у заказчика отсутствовали основания для одностороннего отказа от исполнения договора.

Ответчик в отзыве на исковое заявление от 29.09.2023 и дополнительных пояснениях от 04.03.2024 исковые требования не признал, просил в их удовлетворении отказать, указав, что в течение срока выполнения работ заказчиком выявлено критическое отставание от графика, недостаточное количество работников подрядчика на объекте, невыполнение скрытых работ, нарушения правил охраны труда и техники безопасности. Ввиду нарушения срока окончания работ принято оспариваемое решение об одностороннем отказе от исполнения договора, после чего для устранения нарушений условий договора заказчик предоставил работникам истца доступ на объект сроком на 10 календарных дней. По результатам приемки 19.06.2023 составлен акт о несоответствии представленных подрядчиком документов требованиям законодательства, проектной документации, условиям договора. Установлена неработоспособность смонтированной истцом автоматической установки пожарной сигнализации и системы оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре. Несоответствие результата работ проектной документации и требованиям пожарной безопасности подтверждено техническим заключением ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Республике Хакасия» от 04.07.2023. Кроме того, установка автоматической пожарной сигнализации и системы оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре была осуществлена некомпетентными работниками предпринимателя, квалификационные документы на специалистов, выполнявших работы, истцом не представлены.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Правоотношения сторон возникли из договора от 21.04.2023 № 191-23 на выполнение работ по монтажу автоматической установки пожарной сигнализации и системы оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре в нежилом здании «Лечебный корпус», расположенном по адресу: Красноярский край, Минусинский район, урочище «Тесинский бор» оздоровительный лагерь «Солнечный 2», д.2», который по своей правовой природе является договором подряда и регулируется положениями параграфа 1 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также и Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее - Закон № 223-ФЗ).

В соответствии со статьей 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Пунктом 2 статьи 715 ГК РФ закреплено право заказчика отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным.

В силу части 1 статьи 2 Закона № 223-ФЗ при закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принятыми в соответствии с ними и утвержденными с учетом положений части 3 настоящей статьи правовыми актами, регламентирующими правила закупки (положение о закупке).

Закон № 223-ФЗ не содержит запретов или специальных оснований для расторжения договора. Расторгнуть договор, заключенный в рамках данного закона, можно по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации и самим договором.

В соответствии с приведёнными положениями гражданского законодательства пункт 13.3 договора подряда от 21.04.2023 № 191-23 предусматривал, что расторжение договора допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны договора от исполнения договора в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации.

Пунктом 5.2.6 договора закреплено право заказчика отказаться от исполнения настоящего договора и потребовать возмещения убытков, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению настоящего договора или выполняет строительные работы настолько медленно, что окончание их к сроку, установленному в настоящем договоре, становится явно невозможным.

Согласно пункту 13.8 договора решение об одностороннем отказе от исполнения договора вступает в силу и договор считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора.

При этом заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения договора, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления подрядчика о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения договора устранено нарушение условий договора, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы выполненных работ (пункт 13.8 договора).

Суд первой инстанции пришёл к выводу, что поскольку срок исполнения договора был нарушен, заказчик имел право отказаться от договора.

Вместе с тем, помимо формального права заказчика отказаться от договора, необходимо учитывать следующие положения закона.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Получение одним контрагентом преимущества и выгоды, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, является недопустимым.

Результат применения принципа «эстоппель» отвечает предусмотренным статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации последствиям недобросовестного поведения - отказ лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично.

В части 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации сказано, что при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сказано, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Таким образом, в настоящее время с учетом редакции статьи 307 с изменениями внесенными Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ, уже действовавшей в период спорных отношений, добросовестность как мера поведения стала предполагать не только обязанность по точному следованию договоренностей, но и принятие активных мер по содействию или предоставлению информации.

Фактически, законодатель установил (вернул в законодательство) «принцип взаимного содействия для достижения цели».

Под содействием следует понимать активное деятельное участие в устранении непредвиденных препятствий в достижении цели обязательства. Содействие кредитора в исполнении обязательства не превращает кредитора в исполнителя обязательства. Он должен содействовать в той мере, в какой такое содействие можно от него разумно ожидать исходя из конкретных обстоятельств, с тем чтобы такое обязательство не стало чрезмерно обременительным для него и продолжало оставаться к его пользе. Объем содействия при заключении договора не может быть определен заранее, поскольку обязанность содействия возникает лишь при непредвиденных обстоятельствах, мешающих исполнению обязательства. Содействие, как правило, выражается в форме активных действий. Содержание содействия определяется через ряд оценочных критериев, к которым можно отнести: а) его необходимый характер, что означает минимум действий, без которых обязательство не может быть исполнено без излишних затрат (денег, времени, материалов и пр.); б) его целесообразность, что означает соответствие содействия цели обязательства. В принципах УНИДРУА выделяют также разумный характер такого сотрудничества (ФИО8 Комментарий к статье 307 // в кн.: Гражданский кодекс Российской Федерации. Постатейный комментарий к разделу III «Общая часть обязательного права» / ФИО12, ФИО9, ФИО10 и др.; под ред. ФИО11. М.: Статут, 2016).

Вторым внедрённым принципом является «требование предоставления друг другу необходимой информации». Закон устанавливает оценочный критерий для определения объема предоставляемой информации - такая информация должна быть необходима – это значит, что без этой информации возникновение, исполнение и прекращение договорного обязательства невозможно, затруднительно, или субъект, не получивший такую информацию, не может сформировать правильное представление о целесообразности возникновения обязательства, его пользе, правильном исполнении и проч. (ФИО8 Комментарий к статье 307 // в кн.: Гражданский кодекс Российской Федерации. Постатейный комментарий к разделу III «Общая часть обязательного права» / ФИО12, ФИО9, ФИО10 и др.; под ред. ФИО11. М.: Статут, 2016).

Указанные положения принимаются во внимание судом при оценке действий сторон данного конкретного спора и дают основания для применения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и принципа эстоппеля.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2024 № 300-ЭС24-6956 по делу № СИП-295/2023 указано следующее.

- По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

- Принцип эстоппель вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, установленного пунктами 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса.

- В общем виде эстоппель (estoppel) можно определить как правовой механизм, направленный на обеспечение последовательного поведения участников правоотношений.

- При этом при применении эстоппеля важно учитывать, что само по себе противоречивое поведение стороны не является упречным (противоправным или недобросовестным). Недобросовестным признается только такое противоречивое поведение стороны, которое подрывает разумное доверие другой стороны и влечет явную несправедливость.

- Главная задача принципа эстоппель заключается в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

- Поскольку эстоппель является частным проявлением принципа добросовестности, то для целей его применения требуется оценка добросовестности каждой из сторон.

- Недобросовестным является поведение одной из сторон, противоречащее ее предшествующим действиям и заявлениям, на которые разумно положилась другая сторона и вследствие противоречивого поведения понесла ущерб. В частности, недобросовестным является непоследовательное поведение лица в ситуации, когда оно, обладая каким-либо субъективным правом, своими предшествующими действиями создает для другой стороны разумное ожидание, что оно этим субъективным правом воспользоваться не планирует, а впоследствии совершает действия по осуществлению этого права, вопреки предшествующему поведению.

- В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

- Защита доверия как таковая является ключевым аспектом при оценке противоречивого поведения лица при применении принципа эстоппель. Поэтому вопрос о наличии доверия у лица, связанного с поведением противоположной стороны, при применении принципа эстоппель подлежит исследованию судом.

- Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформулированной в пункте 5 Обзора практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 ноября 2008 года № 127), непосредственной целью санкции статьи 10 Гражданского кодекса является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления.

В данном случае поведение ответчика характеризуется как недобросовестное и противоречивое – своими действиями он препятствовал исполнению договора исполнителем, требуя при этом его надлежащего исполнения в срок.

Из материалов дела следует, что срок исполнения договора исчислялся следующим образом: работы выполняются в период: с момента заключения договора до 31.05.2023 (пункт 1.2).

Договор был заключен на торгах, которые проходили в следующем порядке:

- закупка была размещена 06.03.2023, дата окончания подачи заявок определена 15.03.2023,

- 17.03.2023 был размещен протокол рассмотрения 1 частей заявок,

- 29.03.2023 был размещен протокол рассмотрения 2 частей заявок и в этот же день был размещен итоговый протокол, победителем признан истец,

- 31.03.2023 был опубликован проект договора, в этот же день к нему поступил протокол разногласий,

- 04.04.2023 был опубликован проект договора Заказчиком с учетом протокола разногласий. Фактически, именно в эту дату мог быть подписан договор и началось течение срока выполнения работ. В таком случае период бы составил 57 календарных дней или 38 рабочих дней,

вместе с тем,

- 05.04.2023 с площадки Росэлторг поступило уведомление о приостановке действий с лотом по требованию контролирующего органа,

- 10.04.2023 Комиссия Красноярского УФАС России вынесла решение № 024/07/3-923/2023 и предписала организатору закупки в течение 5 календарных дней отменить протокол рассмотрения вторых частей заявок и подведение итогов закупки от 28.03.2023 № 27(2) в части решения закупочной комиссии об отклонении заявки ООО «Компания «Информационные технологии»; повторно рассмотреть заявку ООО «Компания «Информационные технологии», поданную на участие в закупке, с учетом выводов, содержащихся в решении №024/07/3-923/2023 от 10.04.2023. Оператору электронной площадки обеспечить исполнение настоящего предписания,

- 18.04.2024 поступили сведения об отмене итогового протокола и протокола рассмотрения 2 частей (исполнение предписания Красноярского УФАС № 024/07/3-923/2023 от 10.04.2023,

- 19.04.2023 поступил протокол повторного рассмотрения 2 частей и выставление итогового протокола,

- 20.04.2023 опубликован проект договора,

- 21.04.2023 заказчиком был подписан договор. К этому моменту на исполнение договора осталось 40 календарных дней или 25 рабочих дней.

При этом в настоящем случае предприниматель надлежащим образом исполнила все свои обязанности как участника торгов.

Отмена торгов итогового протокола и протокола рассмотрения 2 частей произошла по вине заказчика.

В указанной ситуации негативные последствия отмены результатов торгов и иные не могут быть отнесены на лицо, участвующее в торгах. Исходя из этой логики, изложенной, например, в пункте 13 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом ВС РФ 05.06.2019, сказано что расходы принципала на оплату банковской гарантии по государственным (муниципальным) контрактам, прекращенным по обстоятельствам, за которые отвечает бенефициар, являются убытками принципала, подлежащими возмещению бенефициаром – именно потому, что участник торгов не может контролировать порядок их проведения.

Участник торгов (в данном случае – исполнитель, предприниматель) совершенно точно не может отвечать за последствия тех действий, которые находятся вне сферы его контроля.

Суд первой инстанции указал, что подписывая договор на данных условиях, истец должен был осознавать свои предпринимательские риски. Апелляционный суд отмечает, что изначально истец соглашался на договор на иных условиях в части срока, и в этой части замечание по поводу неправильной оценки им предпринимательских рисков не может быть ему адресовано. Как пояснил сам истец в суде апелляционной инстанции:

- На стадии подачи заявки истец был вправе исходить из тех сроков, которые в ней указаны. Как пояснил истец, предписание УФАС, в результате которого сдвинулись (сократились) сроки выполнения работ, было позднее, соответственно он не знал и не мог знать на стадии подачи заявки, что надо изменять срок выполнения работ. Более того, внести изменения в проект договора (протокол разногласий) можно только в том случае, если речь идет об устранении очевидной ошибки, допущенной при подготовке текста договора. Дата окончания работ (31.05.2023) не является опечаткой/ошибкой, поскольку является существенным условием, содержащимся в конкурсной (аукционной) документации по лоту, поэтому в этой части изменения не подлежат посредством протокола разногласий.

- После исполнения предписания Красноярского УФАС, ответчиком была назначена дата рассмотрения вторых заявок на 19.04.2023, то есть на данном этапе происходит рассмотрение ранее поданных заявок (первоначальных) без права предоставления участниками каких-либо дополнительных документов/замечаний.

- То есть истец не мог изменять условия уже поданной заявки.

- Истец указывает, что он так же не мог и отозвать заявку. Согласно части 11 статьи 3.2 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», участник конкурентной закупки вправе подать только одну заявку на участие в такой закупке в отношении каждого предмета закупки (лота) в любое время с момента размещения извещения о ее проведении до предусмотренных документацией о закупке даты и времени окончания срока подачи заявок на участие в такой закупке. Участник конкурентной закупки вправе изменить или отозвать свою заявку до истечения срока подачи заявок. Заявка на участие в такой закупке является измененной или отозванной, если изменение осуществлено или уведомление об отзыве заявки получено заказчиком до истечения срока подачи заявок на участие в такой закупке.

- Отмена результатов рассмотрения заявок произошла после окончания сроков их подачи. Далее заново рассматривались уже поданные заявки. Истец участвовал в конкурсе на основании заявки, которая уже была подана, и не мог ее отозвать.

Таким образом, истец должен был исполнить договор на ранее определенных при подаче заявок условиях без учёта того, что обстоятельства изменились, при этом изменение обстоятельств произошло не по его вине и вне сферы его ответственности.

Истец после заключения Договора направил письмо исх. 50/23 от 27.04.23 о продлении срока выполнения работ по Договору на 11 дней (т.1, л.д. 46). Письмо имеет вх. номер 745 от 11.05.2023.

Повторно запрос о продлении срока выполнения работ направлен заказчику 19.05.2023, исх. № 64/23.

В ответе от 22.05.2023 № 636 учреждение отказало в продлении срока выполнения работ, указав на отсутствие разногласий относительно срока выполнения работ при заключении договора, несоблюдение согласованного графика производства работ, непредставление документов, подтверждающих квалификацию специалистов.

Изменения в договор в части времени его исполнения внесены не были.

В соответствии с письмом предприниматель обратилась с заявкой о допуске работников для проведения работ на объекте (т.1, л.д. 30). К письму был приложен график производства работ (т.1, л.д. 31), из которого следует проведение работ в следующие сроки:

Наименование работ

Дата начала работ

Дата окончания работ

Количество дней

Комплектация оборудованием для монтажа АУСП и СОУЭ. Доставка до объекта. Демонтаж существующей системы.

21.04.23

12.05.23

21

Электромонтажные работы

12.05.23

26.05.23

14

Пусконаладочные работы. Комплексные испытания

27.05.23

30.05.23

4
Сдача смотнтированной системы заказчику в эксплуатацию. Передача документации Заказчику

31.05.23

31.05.23

1
Итого

40

Таким образом, предприниматель планировал закончить работы в срок, указанный в договоре.

Предприниматель указала, что письмо датировано 20.04.2023, номера вх. нет, ответчик в письме №564 (т. 1., л.д. 47) пишет, что письмо получено 21.04.2023. Апелляционный суд исходит из того, что для переписки сторон важен момент, когда письмо получено контрагентом, поэтому считает датой письма 21.04.2023 – что совпадает с датой подписания договора заказчиком.

Из указанного письма №564 следует, что получить допуск на объект работники истца могут после прохождения инструктажей с записью в соответствующих журналах и ооформлением актов-допусков в любой рабочий день с 08.00 до 16.30 кроме выходных и праздничных дней.

При этом указанное письмо заказчика датировано 05.05.2023. Соответственно, до данного момента ответчик не указал порядок допуска, что означает невозможность для истца начать работы. При этом дата ответа – 05.05.2023 (пятница). Согласно производственному календарю, последующие дни 6, 7, 8, 9 мая были не рабочими днями. То есть фактически после ответа заказчика подрядчик мог бы приступить к началу работ не ранее 10.05.2023.

С этого момента до даты окончания работ осталось 21 календарный день или 15 рабочих дней. От начального срока (57 календарных дней или 38 рабочих дней) оставшееся время отличается на 36 календарных дней или 23 рабочих дня.

Исходя из выдвинутых истцом условий начало работ 13 мая 2023 не является существенным нарушением со стороны исполнителя.

Так, в письме от 16.05.2023 № 591 учреждение сообщило подрядчику, что работы на объекте начаты только 13.05.2023, к работам приступил один работник – монтажник ФИО4, в связи с чем у заказчика имеются опасения по сдаче объекта в срок. Заказчик просил принять меры для исключения срыва сроков исполнения договора, направить на объект уполномоченного представителя подрядчика, увеличить количество работников на объекте.

В этот же день подрядчик направил заказчику письмо № 60/23, в котором указал на длительное оформление допуска работников на объект и несвоевременное информирование подрядчика об особенностях внутренних правил и распорядка на объекте, а также сообщил, что для сокращения сроков выполнения работ демонтажные работы совмещены с электромонтажными.

17.05.2023 подрядчик письмом № 63/23 сообщил об увеличении количества сотрудников на объекте, просил заказчика принять меры для распорядка сотрудников, приложив заявку на допуск.

Апелляционный суд обращает внимание на принятие мер и на то, что истец выполнял указания заказчика.

16.05.2023 предприниматель направил в адрес учреждения уведомление № 62/23 о начале скрытых работ с просьбой выполнить их освидетельствование.

Согласно акту освидетельствования видов и объемов работ от 17.05.2023 № 1 на объекте отсутствовали скрытые работы, предъявленные заказчиком для освидетельствования. Зафиксирован факт невыполнения работ, критичного отставания от согласованного графика производства работ, указано на наличие опасений в невыполнении всего объема работ в установленный договором срок.

Апелляционный суд обращает вснимание, что только 16.05 истец указал, что скрытые работы начаты.

Проводя освидетельствование 17.05 (то есть на следующий день) истец фиксирует отсутствие скрытых работ, что является очевидным, исходя из прошедшего времени, и ссылается на график работ, указывая в качестве отсутствующих те работы, которые согласно графику могли бы быть выполнены – без учета того, что в результате его действий работы начаты быть не могли.

При этом справкой центральной диспетчерской службы КГАУ «СОЦ «Тесь» от 17.05.2023 (т.1, л.д. 63) зафиксировано, что «монтажник ФИО13 приступил к работам 13.05.2023. 14.05.2023 покинул территорию учреждения. В настоящее время ФИО4 на территории учреждения отсутствует, работы по договору не выполняются».

Апелляционный суд обращает внимание, что 13 мая – суббота, 14 мая – воскресенье. Указывая на отсутствие работника 17 мая. Указанная справка не содержит информацию о том, был ли он там 15 и 16 мая. Делать вывод о том, что работник в эти дни там отсутствовал, у суда нет. Апелляционный суд так же принимает во внимание пояснения истца о том, что началу работ монтажника предшествовал процесс закупки и завоза оборудования, которые в справке не отражены.

22.05.2023 подрядчик направил в адрес заказчика исполнительную документацию.

Замечания к представленной истцом исполнительной документации изложены заказчиком в письме от 26.05.2023 № 665 и относились к неправильному оформлению или отсутствию исполнительной документации: журнала входного контроля и контроля качества получаемых деталей, актов согласования материалов и оборудования, исполнительных схем прокладки кабельно-проводниковых линий, ведомости смонтированных приборов и оборудования, материалов фотофиксации работ. Кроме того, заказчик не принял представленные истцом документы, подтверждающие квалификацию специалистов ФИО4, ФИО5, ФИО6

Свое несогласие с приведенными замечаниями подрядчик изложил в письме от 29.05.2023 № 72/23, где также сообщил о выполнении им порядка 63 % от общего объема работ на объекте.

В ответе от 31.05.2023 № 686 на письмо от 29.05.2023 № 72/23 заказчик выразил несогласие с доводами подрядчика и повторно просил надлежащим образом оформить исполнительную документацию и представить недостающие документы.

В дальнейшем несогласие с замечаниями заказчика истец выразил в письмах от 05.06.2023 № 75/23, от 06.06.2023 № 76/23.

30 мая 2023 года заказчик составил акт №2 освидетельствования работ (т.1, л.д. 56), в котором зафиксированы недостатки как в производстве, так и в результатах работ, выявлены нарушения условий договора - комиссией сделано заключение о неисполнении подрядчиком обязанностей, предусмотренных пунктами 5.3.3, 5.3.10, 5.3.2, 5.3.19 договора относительно представления документации и соблюдения требований законодательства Российской Федерации об охране окружающей среды и безопасности строительных работ, а также о невыполнении работ в полном объеме, критическом отставании от согласованного графика. Сделан вывод о том, что выполнение всего объема работ согласно графику в установленный договором срок невозможно.

Акт составлен в отсутствие представителей исполнителя.

Апелляционный суд отмечает, что в течении всего этого времени а) работы выполнялись, поскольку предметом обсуждения являются конкретные работы, документы и работники; б) истец отвечал на все возражения истца, не уклоняясь от рабочего взаимодействия; в) ответчик выдвигал замечания, направленные на достижение наилучшего результата работ, то есть явно выражая намерение получит от ответчика результаты работ.

08 июня 2023 года заказчик принял решение об одностороннем отказе от исполнения договора строительного подряда.

Фактически, решение принято при наличии просрочки со стороны исполнителя от указанного в договоре срока 8 календарных дней или 6 рабочих дней, что существенно меньше просрочки по вине заказчика.

В ходе судебного разбирательства ответчик указал, что основанием для отказа от договора послужил также факт того, что работники предпринимателя не имели достаточной квалификации, подтвержденной документально, а имеющиеся у них документы были выданы с нарушением порядка, предусмотренного законодательством.

Апелляционный суд не принимает данный довод. Ответчик разрешил указанным лицам начать работы, соответственно допустил их до объекта, приняв таким образом те доказательства их квалификации, которые у них имелись. Указание на невозможность допуска, сделанное после того, как работы продолжались длительное время, является явно противоречивым поведением.

Противоречивая позиция стороны судебного спора в отношении наличия фактических обстоятельств одних и тех же правоотношений не может быть признана добросовестным поведением: событие либо было, либо не было (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.04.2023 № 305-ЭС22-2257(13)).

Также в ходе рассмотрения дела ответчик указал на несоответствие исполнительной документации. При этом согласно сложившейся судебной практике, сама по себе непередача исполнительной документации в отсутствие доказательств того, что ее отсутствие препятствует эксплуатации полученных результатов работ, не может являться основанием для неоплаты фактически выполненных работ (определение Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 307-ЭС15-13157 по делу № А56-36308/2014). Таким образом, недостатки исполнительной документации и ее отсутствие не могут являться существенным недостатком работы.

Кроме того, резюмируя в отказе 08 июня 2023 года причины отказа, заказчик указывает все же на пропуск сроков и ненадлежащее выполнение работ. Именно эти обстоятельства апелляционный суд оценивает как причину и приходит к выводу, что фактически, заказчик принял решение об отказе при отсутствии к тому оснований.

Как было указано, на момент отказа (08.06.2024) договор исполнялся 29 календарных дней или 21 рабочий день, что меньше срока, в который он должен был исполняться, и просрочка со стороны исполнителя была меньше просрочки, возникшей по вине заказчика.

Согласно пункту 13.8 договора решение об одностороннем отказе от исполнения договора вступает в силу и договор считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора.

При этом заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения договора, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления подрядчика о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения договора устранено нарушение условий договора, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы выполненных работ (пункт 13.8 договора).

Исходя из аналогии с правилами Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», следует прийти к выводу, что исчисление десяти дней, установленных частью 21 статьи 95 Закона № 44-ФЗ, начинается на следующий день, с момента наступления определенного события. Днем вступления в силу решения об одностороннем отказе заказчика от исполнения контракта является следующий день после истечения десяти дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта (правила исчисления - Письмо Минфина России от 25.10.2017 № 24-03-08/70001).

То есть данный срок должен считаться от даты уведомления о расторжении контракта, не от даты его истечения. При этом указанный 10-дневный срок не входит в срок исполнения контракта. За указанный срок подрядчик должен устранить недостатки уже расторгнутого договора, по истечении этого срока решение об отказе вступает в силу.

В тот же день ответчик направил в адрес истца письмо № 724, в котором со ссылкой на обязанность заказчика отменить решение об одностороннем отказе от исполнения договора в случае устранения выявленных нарушений подрядчиком в течение 10 дней сообщил о предоставлении доступа работникам предпринимателя ФИО2 сроком на 10 календарных дней, начиная с 09.06.2023, при условии подписания подрядчиком акта_допуска, наличия у работников квалификации с присвоением группы допуска по электробезопасности не ниже III и предоставления подтверждающих квалификацию документов.

Письмом 14.06.2023 (т.1, л.д. 73) исполнитель уведомил заказчика о том, что 18.06.2023 объект будет готов к приемке.

Письмом от 16.06.2023 заказчик уведомил исполнителя, что приемка состоится 19.06.2023.

Из письма от 19.06.2023 (т.1, л.д. 75) следует, что:

1) заказчик не допустил представителя исполнителя на проверку результатов работ по причине отсутствия оригинала доверенности, доверенность, полученная по электронной почте заказчика не устроила;

2) заказчик выявил ряд недостатков выполненных работ.

Апелляционный суд полагает, что не допуск представителя предпринимателя по мотиву отсутствия оригинала доверенности, при наличии ее электронной копии, явно свидетельствует об отсутствии намерения со стороны заказчика вести конструктивный диалог с подрядчиком. Требование предоставления безусловного оригинала в данном случае не основано на законе и не обосновано какими либо соображениями целесообразности. Ни из пояснений сторон, ни из материалов дела не следует, что какие-либо иные лица претендовали на участие в осмотре от имени предпринимателя и заказчик был вынужден устанавливать личность действительного представителя. При этом от предпринимателя может быть представлена доверенность в простой письменной форме. Случаи, при которых требуется нотариальная доверенность, перечислены в законе (статья 185.1 ГК РФ). К этим случаям не относится выдача доверенности предпринимателем его работникам. Согласно части 4 названной статьи доверенность от имени юридического лица выдается за подписью его руководителя или иного лица, уполномоченного на это в соответствии с законом и учредительными документами. В части 3 статьи 23 Кодекса закреплено, что к предпринимательской деятельности граждан, осуществляемой без образования юридического лица, соответственно применяются правила настоящего Кодекса, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов или существа правоотношения.

Таким образом, акт осмотра был составлен в отсутствие представителя исполнителя, неправомерно не допущенного к осмотру.

При этом, как следует из письма учреждения от 19.09.2023 № 759, в ходе приемки заказчиком выявлено несоответствие представленных документов требованиям законодательства, проектной документации и условиям договора, а также несоответствие проводимых работ проектно-сметной документации. В ходе осмотра цокольного этажа приемочной комиссией проведена проверка работоспособности путем пробного запуска пожарной сигнализации и системы оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре. Сигнализация не сработала, при запуске отсутствовало звуковое, световое, речевое оповещение. Ввиду изложенного, комиссией сделан вывод о том, что работы по договору по состоянию на 16 часов 55 минут 19.06.2023 не выполнены.

С учетом изложенного решение об одностороннем отказе от исполнения договора заказчиком не отменено.

Апелляционный суд считает, что поскольку акт составлен в отсутствие представителя исполнителя, необоснованно не допущенного к проверке результатов работ, то он не может подтверждать правомерность подтверждения одностороннего отказа (сохранения его юридической силы). Истец не имел возможности проконтролировать правильность запуска системы, указать на причины невозможности запуска.

По инициативе заказчика к проверке результатов работ был привлечен специалист – инженер сектора исследовательских и испытательных работ ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Хакасия (т. 1, л.д. 79), которым составлен акт от 04.07.2023. В указанном акте зафиксирован ряд недостатков. Апелляционный суд учитывает выводы данного акта, вместе с тем он составлен уже после того, как подрядчик утратил доступ на объект и не имел возможности принять меры ни для консервации, ни для сохранности уже установленного оборудования и смонтированных систем.

По настоянию апелляционного суда сторонами произведен совместный осмотр результатов работ, составлен акт (представлен в дело 27.06.2024). В указанном акте зафиксировано наличие оборудования, его характеристики, количество, сохранность, в том числе отмечено полностью работоспособное оборудование, в отношении некоторых позиций отмечено несоответствие проекту (истец считает, что в проекте допущены ошибки, ответчик указывает что в любом случае в проект изменения не вносились и замены не согласовывались), отсутствие оборудования (истец настаивает что оно было передано работникам заказчика, заказчик отрицает), в отношении некоторого оборудования указано на невозможность его проверки по причине отсутствия условий для его запуска (например, вентиляции), отсутствие некоторого оборудования (невозможно посчитать / истец не может указать места установки / ответчик указывает что оно не было установлено, а истец с этим спорит). Комментируя результаты осмотра, истец указывает, что все основные работы выполнены, остались только действия по настройке; а те недостатки, которые, возможно, были бы выявлены после окончания работ, в любом случае носили несущественный характер, были устранимыми и должны были устраняться в худшем случае в 10-дневный срок при отказе от приемки, в лучшем – в рамках гарантийного срока. Ответчик указывает, что работы сразу проводились с отступлением от требований, без должного освидетельствования, некомпетентными лицами, в нарушение проекта и ненадлежащего качества.

Апелляционный суд из указанных актов делает вывод о том, что работы были начаты и частично выполнены. Результаты работ имеются. Из акта можно установить, какая часть работ выполнена. Выполнение работ прекращено по воле заказчика и в данном деле обсуждается вопрос о правомерности данного решения. Вопрос о том, качественно ли изначально истец начал производить работы, на отрицательном ответе на который настаивает ответчик, в предмет исследования не входит.

В данном случае истец просил провести экспертизу, поставив перед экспертами следующие вопросы:

1) оценить стоимость оборудования и материалов, пригодных к эксплуатации,

2) оценить стоимость монтажных работ,

3) оценить стоимость оборудования и материалов, которые непригодня к эксплуатации,

4) оценить стоимость монтажных работ, которые не подлежат приемке,

5) оценить стоимость демонтажных работ, которые не были выполнены на объекте.

Экспертиза, исходя из положений статьи 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, назначается для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний.

Эти вопросы должны входить в предмет доказывания, то есть давать возможность установить сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ответчик обоснованно возражал против проведения экспертизы, указывая что поставленные истцом вопросы не входят в предмет исследования и их выяснение не является необходимым для рассмотрения настоящего спора.

Истец требовал от суда признания недействительным одностороннего отказа от исполнения договора строительного подряда № 191-23 от 21.04.2023. Ходатайством от 05.03.2024 (т.2, л.д. 62) представитель истца исковые требования изменил, просил дополнительно взыскать с КГАУ «СОЦ «Тесь» 2 617 250 рублей долга по договору строительного подряда от 21.04.2023 № 191-23. Определением от 13.03.2024, вынесенными в протокольной форме, арбитражный суд первой инстанции отказал в принятии изменения предмета исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку заявленное требование является новым по предмету и основанию, требует установления иных обстоятельств. Апелляционный суд соглашается с этим выводом – действительно, данное требование не могло быть добавлено к уже рассматриваемому. При этом вопросы, указанные в ходатайстве об экспертизе, относятся к требованию, которое не было принято к рассмотрению.

Учитывая ранее сделанный вывод – о том, что фактически к неполному выполнению работ со стороны исполнителя привела просрочка со стороны заказчика, вопрос о существенности недостатков не имеет правового значения для настоящего спора. Таким образом, ответ вопрос о качественности работ, стоимости качественно выполненной части работ, существенности и устранимости недостатков в данном случае не требуется.

В связи с этим апелляционный суд отказал в удовлетворении ходатайства истца о назначении экспертизы.

Требование истца в изначально заявленном виде является допустимым способом защиты прав.

Истец указывает, что для него имеет принципиальное значение вопрос о том, по каким основаниям был расторгнут контракт.

При этом пунктом 3 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора подряда либо поручить исправление работ другому лицу за счет подрядчика, а также потребовать возмещения убытков.

В пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018) (раздел «практика применения законодательства о банкротстве») сказано, что отказ от исполнения договоров подряда заявлен обществом на основании п. 2 ст. 715 ГК РФ, согласно которому заказчик вправе отказаться от исполнения договора, если подрядчик выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным. В этом случае подрядчик обязан возместить заказчику убытки. Последствия прекращения договора по данному основанию урегулированы и ст. 728 ГК РФ: подрядчик также обязан возвратить заказчику ранее предоставленные материалы, а если это оказалось невозможным, - возместить их стоимость.

Но при этом согласно статья 729 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае прекращения договора подряда по основаниям, предусмотренным законом или договором, до приемки заказчиком результата работы, выполненной подрядчиком (пункт 1 статьи 720), заказчик вправе требовать передачи ему результата незавершенной работы с компенсацией подрядчику произведенных затрат.

В статье 717 ГК РФ сказано, что если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора. Заказчик также обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу.

В пункте 1 Информационного письма Президиума ВАС Российской Федерации от 21 декабря 2005 г. № 104 «Обзор практики применения арбитражными судами норм гражданского кодекса Российской Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств» разъяснено: если иное не вытекает из соглашения сторон, расторжение договора влечет прекращение обязательств на будущее время и не лишает кредитора права требовать с должника образовавшиеся до момента расторжения договора суммы основного долга и имущественных санкций в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора.

Таким образом, от оснований расторжения контракта зависят финансовые последствия для заказчика и исполнителя, соответственно истец вправе оспаривать отказ как самостоятельную сделку.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Апелляционный суд считает, что односторонний отказ от исполнения договора строительного подряда № 191-23 от 21.04.2023 в данном случае является неправомерным, произведенным при нарушении вышеназванных норм права и требования истца подлежали удовлетворению.

В связи с этим решение суда первой инстанции подлежит отмене как основанное на неправильном применении норм материального права.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина по настоящему иску в сумме 6000 рублей, уплаченная истцом при обращении в суд платежным поручением от 15.08.2023 № 938492 и в сумме 3000 рублей, оплаченная при подаче апелляционной жалобы платежным поручением №147 от 17.04.2024, относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Хакасия от «20» марта 2024 года по делу № А74-5970/2023 отменить.

Принять новый судебный акт.

Исковые требования удовлетворить. Признать недействительным односторонний отказ Краевого государственного автономного учреждения «Социально-оздоровительный центр «Тесь» (ИНН <***>, ОГРН <***>) от исполнения договора строительного подряда № 191-23 от 21.04.2023, заключенного с индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Взыскать с Краевого государственного автономного учреждения «Социально-оздоровительный центр «Тесь» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) 9000 рублей расходов по оплате государственной пошлины.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.


Председательствующий


Н.А. Морозова

Судьи:


И.Н. Бутина



О.В. Петровская