Постановление от 31 июля 2024 г. по делу № А75-19073/2022

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-19073/2022
31 июля 2024 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 июля 2024 года.


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Брежневой О.Ю.

судей Смольниковой М.В., Целых М.П.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ауталиповой А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-5399/2024) ФИО1, (регистрационный номер 08АП-5401/2024) финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 23 апреля 2024 года по делу № А75-19073/2022 (судья Кашляева Ю.В), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО2 к ФИО1 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности (договоры купли-продажи транспортных средств от 19.09.2019, от 08.08.2019), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН <***>),


при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания):

финансового управляющего ФИО2 лично;

представителей ФИО1 – ФИО4 по доверенности от 20.01.2024, ФИО5 по доверенности от 24.05.2024,



установил:

общество с ограниченной ответственностью «СИБТЭК» (далее – ООО «СИБТЭК», заявитель) обратилось 12.10.2022 в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с заявлением о признании ФИО3 (далее – ФИО3, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 19.10.2022 заявление принято, возбуждено производство по делу № А75-19073/2022, назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований заявителя к должнику.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 23.05.2023 (резолютивная часть от 16.05.2023) заявление ООО «СИБТЭК» признано обоснованным, в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина сроком на пять месяцев, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий ФИО2, заявитель).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 98 от 03.06.2023.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23.10.2023 (резолютивная часть от 19.10.2023) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на четыре месяца, обязанности финансового управляющего должника возложены на ФИО2

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 28.11.2023 финансовым управляющим утвержден ФИО2

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 206 от 03.11.2023.

Финансовый управляющий ФИО2 11.12.2023 обратился в Арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок должника – договоров купли-продажи транспортных средств от 19.09.2019 и от 08.08.2019, заключенных с ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) в отношении транспортных средств (далее – спорные транспортные средства):

ЛЕКСУС LX570, 2013 г.в., VIN: <***>,

MAN TGS 33.440, 2012 г.в., VIN <***>.

В качестве последствий недействительности сделок просит обязать ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника спорные транспортные средства, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 судебную неустойку за неисполнение судебного акта по настоящему делу в размере 10 000 руб.за каждый день неисполнения судебного акта, начиная с 4 (четвертого) дня после вступления судебного акта в законную силу.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23.04.2024 заявление финансового управляющего ФИО2 удовлетворено частично.

Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства № 001 от 01.07.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО1

Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство ЛЕКСУС LX570, 2013 г.в., VIN: <***>.

Восстановлено право требования ФИО1 к ФИО3 в размере 2 530 000 руб.

Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства № 710 от 20.07.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО1

Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство MAN TGS 33.440, 2012 г.в., VIN <***>.

Восстановлено право требования ФИО1 к ФИО3 в размере 1 300 000 руб.

Взыскана с ФИО1 в конкурную массу ФИО3 государственная пошлина в размере 9 000 руб.

Взыскана с ФИО1 в конкурную массу ФИО3 судебная неустойка за неисполнение судебного акта по настоящему делу в размере 500 руб. за каждый день неисполнения судебного акта, начиная с пятого дня со дня вступления определения в законную силу по дату исполнения данного определения. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 и ФИО1 обратились с апелляционными жалобами.

Финансовый управляющий в апелляционной жалобе просит обжалуемое определение суда изменить в части восстановления права требования ФИО1 к ФИО3 в размере 3 830 000 руб.

В обоснование апелляционной жалобы подателем указано, что ответчиком не доказан факт оплаты транспортного средства собственными денежными средствами, поскольку не подтверждена финансовая состоятельность, представленные договоры в отношении недвижимого имущества (договор купли-продажи от 05.04.2013 и предварительный договор от 19.04.2013) данный вывод не опровергают.

Кроме того, на ФИО1 также зарегистрировано транспортное средство INFINITI QX50, которое в 2016 году приобретено отцом ответчика, что также подтверждает отсутствие у ответчика денежных средств от реализации недвижимости; при этом оспариваемыми договорами предусмотрена рассрочки оплаты. Платежи от ФИО1 имеют признаки транзитного характера и в действительности являлись переводом дохода, полученного от сдачи в аренду транспортного средства MAN TGS 33.440, 2012 г.в., VIN <***>. При этом договор аренды указанного транспортного средства заключен с подконтрольным супругу ФИО1 обществу. В материалах дела отсутствуют сведения о расходовании должником полученных денежных средств, представленные доказательства подтверждают фактическое сохранение автомобиля в распоряжении семьи должника, сделки являются мнимыми, совершены с целью смены титульного собственника, для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия.

ФИО1 в апелляционной жалобе просит обжалуемое определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование указывает на то, что оспариваемые сделки совершены за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного специальными нормами, однако наличие признаков злоупотребления финансовым управляющим не доказано, сомнений в платежеспособности ФИО3 у ответчика не имелось, отсутствовали заявленные в судебном порядке притязания к должнику, ответчиком произведена оплата полной стоимости имущества, встречное предоставление равноценно действительной стоимости спорного имущества; пороки, на которые ссылается финансовый управляющий, охватываются специальными составами недействительности сделок.

Подробнее доводы ФИО1 изложены в апелляционной жалобе.

Финансовый управляющий ФИО2 в отзыве на апелляционную жалобу ответчика опровергает изложенные в ней доводы, просит оставить без удовлетворения.

ФИО1 в отзыве на апелляционную жалобу финансового управляющего опровергает изложенные в ней доводы.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2024 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 10.07.2024.

До начала судебного заседания в материалы спора от ФИО1 поступили дополнения к отзыву, дополнительные сведения по запросу суда, от финансового управляющего ФИО2 – дополнения по существу заявленных требований.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 10.07.2024, объявлялся перерыв до 15 час. 00 мин. 17.07.2024. Информация о перерыве размещена на официальном сайте суда (www.8aas.arbitr.ru).

За время перерыва от ФИО1 поступили дополнения к отзыву, от финансового управляющего ФИО2 поступили возражения на дополнения ответчика к отзыву,

В заседании суда апелляционной инстанции, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания), представители ответчика поддержали доводы своей апелляционной жалобы, просили отменить обжалуемое определение суда полностью, против удовлетворения апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО2 возражали.

Финансовый управляющий должника поддержал доводы своей апелляционной жалобы, приведенные ответчиком доводы апелляционной жалобы считал несостоятельными.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционных жалоб, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционные жалобы в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23.04.2024 по настоящему делу проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Повторно исследовав материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов обособленного спора, 01.07.2019 между ФИО1 и ФИО3 заключен договор купли-продажи № 001 от 01.07.2019 транспортного средства LEXUS LX570, 2013 г.в., VIN <***>, в пункте 2.1. которого указано, что цена договора установлена приложением.

В приложении № 1 к договору от 01.07.2019 указано, что цена транспортного средства составила 3 400 000 руб.

На момент подписания договора и передачи транспортного средства оплата по договору произведена в полном объеме.

Актом приема-передачи от 01.07.2019 подтвержден факт передачи автомобиля Ответчику в исправном техническом состоянии и полной комплектации.

19.09.2019 осуществлена регистрация транспортного средства за ответчиком.

20.07.2019 между ФИО3 и ИП ФИО1 заключен договор купли-продажи № 710 транспортного средства MAN TGS 33.440, 2012 г.в., VIN <***>, в пункте 2.1. которого указано, что цена и порядок оплаты определены сторонами в приложении к настоящему договору.

В приложении № 1 к договору от 20.07.2019 указано, что цена транспортного средства составляет 2 530 000 руб. Покупатель обязан произвести оплату по настоящему договору до 20.10.2019.

Актом приема-передачи от 20.07.2019 транспортное средство передано покупателю в исправном техническом состоянии и полной комплектации.

08.08.2019 осуществлена регистрация транспортного средства за ответчиком.

25.09.2019 осуществлен перевод денежных средств в сумме 2 530 000 руб. ответчиком должнику, что подтверждается приходным кассовым ордером.

По доводам ответчика в отношении указанного транспортного средства произведена оплата его стоимости в следующем порядке: часть стоимости в сумме 600 000 руб. оплачена при заключении договора от 01.07.2019, что подтверждается распиской от 01.07.2019.

Также ответчик сообщил, что часть стоимости в сумме 1 500 000 руб. выплачена 11.02.2020, что подтверждается распиской от 11.02.2020.

По доводам ответчика, оставшаяся часть стоимости по договору выплачивалась путем перечислений денежных средств на карту ФИО3 платежами 10.04.2020, 30.04.2020, 18.05.2020, 03.07.2020, 21.07.2020, 08.09.2020, 06.11.2020, 07.12.2020, 31.12.2020, 22.02.2020, 05.06.2020 на общую сумму 1 320 000 руб.

Полагая указанные сделки мнимыми, ссылаясь на совершение их должником с целью вывода имущества из конкурсной массы, причинения вреда кредиторам должника, финансовый управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, указав в качестве его правового основания статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из их обоснованности.

Апелляционная коллегия выводы арбитражного суда по существу спора поддерживает.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой Х Закона о банкротстве. Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В силу пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротства с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов наступают, в том числе, следующие последствия – требования о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Согласно части 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (часть 4 статьи 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого части 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании части 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно части 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу части 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Такие обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств (статьи 65, 168 и 170 АПК РФ).

Таким образом, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о признании сделки недействительной).

Мнимая сделка в силу положений статьи 170 ГК РФ является ничтожной. Закон объявляет ее ничтожной в силу отсутствия такого существенного признака сделки, определенного статьей 153 ГК РФ, как специальная направленность волевого акта на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Таким образом, в обоснование мнимости сделок финансовому управляющему в настоящем обособленном споре необходимо доказать, что при подписании оспариваемого брачного договора подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при исполнении таких сделок.

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки заключены более, чем за 3 года до принятия заявления ООО «СИБТЭК» о признании должника несостоятельным (банкротом) и возбуждения производства по настоящему делу.

Довод апеллянта об отсутствии признаков неплатежеспособности у должника на дату совершения оспариваемых сделок подлежит отклонению.

Так, из материалов дела № А75-14342/2019 следует, что 25.07.2019 ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с иском к ФИО3 с требованием о взыскании убытков в размере 34 000 000 руб. в пользу ООО «СИБТЭК».

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 13.12.2021 по делу № А75-14342/2019 взыскано с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «СИБТЭК» убытков в размере 34 000 000 руб.

Указанным судебным актом установлено, что согласно приказам генерального директора от 05.03.2019 № 19, от 31.10.2019 № 41 обязанности руководителя ООО «СИБТЭК» с 25.03.2019 по 14.05.2019, с 01.11.2019 по 31.12.2019 исполнял ФИО3, на которого также была оформлена нотариально удостоверенная доверенность от ООО «СибТЭК» от 15.02.2019, предусматривающая полномочия по совершению от лица общества сделок, представления интересов в органах власти, управления расчетным счетом, прием и увольнение работников и иные.

В период с 06.05.2019 по 08.05.2019 ООО «СИБТЭК» в пользу ООО «Сибирь-Энерджи» на основании договоров займа перечислены денежные средства в общей сумме 34 000 000 руб.

Полагая, что неправомерные действия ФИО3 по предоставлению займа ООО «Сибирь-Энерджи», являющемуся аффилированной компанией, без одобрения участника ООО «СИБТЭК» ФИО6 направлены исключительно на вывод активов общества, перераспределение прибыли в пользу подконтрольных лиц с целью причинения ущерба, ФИО6 обратилась в суд с иском.

Установив фактическую аффилированность ФИО3 с ООО «Сибирь-Энерджи», указав, что договоры займа с ООО «Сибирь-Энерджи» заключены в период неблагоприятного финансового состояния ООО «СИБТЭК» (наличие существенной кредиторской задолженности, возбуждение производства по делу о банкротстве ООО «СИБТЭК», публикации кредиторами уведомлений о намерении заявить о признании ООО «СИБТЭК» банкротом), принимая во внимание, что доказательств, подтверждающих наличие у ООО «Сибирь-Энерджи» возможности исполнить обязательства по возврату полученных денежных средств в сумме 34 000 000 руб., не представлено, арбитражный суд пришел к выводу о нарушении ответчиком обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

Удовлетворяя исковые требования, суды трех инстанций исходили из доказанности причинения убытков виновными действиями ФИО3, а также причинную связь между ними и наступившими неблагоприятными последствиями для ООО «СИБТЭК» в сумме утраченных денежных средств 34 000 000 руб.

Учитывая обстоятельства, установленные указанным выше решением суда, апелляционная коллегия приходит к выводу, что заключение оспариваемых договоров купли-продажи свидетельствует об умысле должника по сокрытию заключением таких договоров имущества от кредиторов.

Суд апелляционной инстанции считает, что совершение оспариваемых сделок (01.07.2019 и 20.07.2019) в условиях совершения должником неправомерных действий по выводу денежных средств из ООО «СИБТЭК» (установлено вступившим в законную силу судебным актом), но в период финансовой состоятельности ФИО3 (отсутствие явных обязательств), не исключает процессуальной модели поведения участников оспариваемого договора на преодоление критерия оспаривания спорной сделки в условиях невозможности установления на момент ее совершения признака неплатежеспособности должника.

Более того, учитывая постановку спорных транспортных средств на регистрационный учет за ответчиком только 08.08.2019 и 19.09.2019, не исключено составление договоров сторонами в период с 29.07.2019 (получение ФИО3 копии иска, направленного ФИО6, РПО № 64406391005309) по 08.08.2019.

Кроме того, ФИО3 совершены действия по отчуждению практически всего своего имущества в короткий период времени июль-август 2019 года.

По мнению судебной коллегии, отсутствие у должника на момент заключения договора очевидных обязательств перед кредиторами не опровергает довод финансового управляющего о мнимости указанного договора.

Более того, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности должника (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ, определения Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), от 11.05.2021 № 307-ЭС20-6073(6)).

Суд первой инстанции установил, что оспариваемая сделка заключена ФИО3 с заинтересованным по отношению к нему лицом (родная сестра).

Доводы ФИО1 о том, что о финансовом положении должника она не была осведомлена, суд апелляционной инстанции с учетом имеющихся в материалах спора доказательств признает неубедительными.

Заинтересованность сторон сделки влияет на распределение бремени доказывания при рассмотрении заявления о признании ее недействительной.

Многочисленная судебная практика позволяет сделать вывод о том, что на стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно ответчик должен в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение непротиворечащей закону цели (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 28.04.2017 № 305-ЭС16-19572, от 26.04.2017 № 306-КГ16-13687).

Применение к аффилированным лицам наиболее высокого стандарта доказывания собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных конкурирующих за конкурсную массу должника независимых кредиторов, что предопределяет значительную вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

Согласно представленным по запросам суда сведениям, после отчуждения транспортного средства LEXUS LX570, 2013 г.в., VIN <***>, должник ФИО3 27.08.2019 заключил договор страхования на срок с 31.08.2019 по 31.11.2019, страхователем в период с 19.09.2019 по 05.10.2021 являлся ФИО3; далее – в 2022-2024 годы среди лиц, допущенных к управлению транспортным средством в страховом полисе указаны сестра должника ФИО1 и должник, то есть фактически именно должник продолжал пользоваться данным автомобилем после его отчуждения.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание довод финансового управляющего о противоречивости и изменчивости позиции, которой придерживается ответчик.

В отношении транспортного средства LEXUS LX570 ФИО1 утверждала о том, что транспортное средство LEXUS приобреталось для личного пользования, в подтверждение ссылается на то, что 19.02.2020 на транспортное средство был наложен штраф, что подтверждает использование транспортного средства LEXUS ответчиком.

Однако в последующем, ФИО1 представила в материалы дела договор аренды от 01.10.2019 транспортного средства LEXUS с ООО «Сибирь-Энерджи» (директор ФИО7, двоюродный брат должника и ФИО1) со сроком аренды до 31.12.2020.

Финансовый управляющий отмечает, что в договоре купли-продажи стороны зафиксировали, что оплата по нему произведена в полном объеме при заключении договора, тогда как в рамках настоящего спора ответчик представила доводы о том, что по данному договору предоставлялась отсрочка, а часть сумм было передано должнику наличными денежными средствами.

На вопрос суда о причинах внесения денежных средств на счет должника через кассу в отделении банка при наличии у ФИО1 большого количества открытых счетов в ПАО Сбербанк, открытых в этом же банке, внятных и убедительных пояснений представитель дать не смог.

Финансовый управляющий отмечает, что кредитные средства были не сняты ответчиком двумя траншами (30.01.2020 в сумме 750 000 руб. и 04.02.2020 в сумме 754 500 руб.), а указанными операциями ответчику были зачислены кредитные средства. Согласно выписке АО «Тинькофф Банк», ФИО1 осуществляла снятие денежных средств 11.02.2020 в г. Нефтеюганск двумя суммами: 1 000 000 руб. и 650 000 руб.

При этом расписка от 11.02.2020 не могла быть выдана в г. Тюмени, так как согласно выписке ФИО1 осуществляла снятие денежных средств 11.02.2020 в г. Нефтеюганске после 15 час. 00 мин. по МСК.

По мнению финансового управляющего, 11.02.2020 ФИО1 находилась в г. Нефтеюганск, а должник – в г.Тюмени.

Расписки судом первой инстанции обоснованно отклонены в качестве надлежащих доказательств в подтверждение оплаты.

Согласно представленным в материалы электронного дела № А75-6534/2019 сведениям УМВД России по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (приложены к заявлению ООО «СИБТЭК» о признании должника несостоятельным (банкротом)) ФИО3 с 17.03.2020 снят с регистрационного учета в г. Нефтеюганске в связи с убытием в Краснодарский край, где зарегистрирован по месту жительства в г.Славянск-на-Кубани.

В кассационной жалобе на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022 ФИО3 ссылался на то, что местом его жительства и регистрации с 2019 года является Краснодарский край, город Славянск-на-Кубани. В Краснодарский край он переехал жить за 3 года до подачи кредитором заявления о признании его несостоятельным (банкротом) и на текущий момент преимущественно проживает в г.Славянск-на-Кубани, периодически выезжая в иные регионы по рабочим и личным вопросам.

В постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11.04.2023 поддержаны выводы апелляционного суда о доказанности факта «банкротного туризма» должника ФИО3, который спешно избавился от части имущества в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре и сменил адрес регистрации после установления имущественных притязаний к нему, ведущих к инициированию его банкротства. Доказательствами подтверждено, что сфера имущественных интересов ФИО3, его место работы, имущество находится в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание недоказанность финансовой возможности ФИО1 оплатить спорный автомобиль.

В абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Из содержания приведенных правовых норм и разъяснений следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реальной передачи в собственность покупателя транспортного средства и уплаты продавцу денежных средств.

При этом с учетом заключения ФИО1 с должником спорных договоров купли-продажи от 01.07.2019 и от 20.07.2019 (в сумме 5 930 000,00 руб.), а также договора купли-продажи 08.07.2019 в отношении квартиры (цена 4 890 000,00 руб.), ФИО1 должна была располагать денежными средствами в совокупном размере 10 820 000,00 руб.

Раскрывая обстоятельства передачи денежных средств ФИО1 в суде первой инстанции пояснила, что часть стоимости автомобиля LEXUS LX570 в сумме 600 000 руб. оплачена при заключении договора от 01.07.2019. Оплата произведена за счет собственных средств, имевшихся в распоряжении ФИО1, вырученных от продажи имущества, ранее находившегося в ее собственности.

Ответчик ФИО1, являясь собственником двух объектов недвижимости - жилого помещения двухкомнатной квартиры, находящейся по адресу: Россия, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...> кв. 8, а также двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <...>, произвела их отчуждение (договоры от 05.04.2013 и от 19.04.2013 и расписки прилагаются).

Кроме того, у ответчика имелся срочный вклад в ПАО Банк «Открытие», прилагаемой выпиской подтверждается наличие на нем денежных средств. Общая сумма полученных средств от реализации вышеуказанных объектов составила 6 950 000 руб., что подтверждает финансовую возможность для реального исполнения сделки.

Также ответчик сообщила, что часть стоимости в сумме 1 500 000 руб. выплачена 11.02.2020 за счет средств потребительского кредита, полученного траншами 31.01.2020 и 04.02.2020.

Оставшаяся часть стоимости по договору выплачивалась путем перечислений денежных средств на карту ФИО3 платежами 10.04.2020, 30.04.2020, 18.05.2020, 03.07.2020, 21.07.2020, 08.09.2020, 06.11.2020, 07.12.2020, 31.12.2020, 22.02.2020, 05.06.2020 на общую сумму 1 320 000 руб. (почти через год после заключения сделок).

При том, что в отсутствие назначений платежа и указанием в спорном договоре на осуществление расчета в полном объеме невозможно отнести данные перечисления в качестве оплаты по спорному договору.

Суд апелляционной инстанции приведенные пояснения убедительными признать не может.

Так, реализация объектов недвижимости произведена за 6 лет до совершения оспариваемых сделок, средства со вклада сняты в период с 14.12.2017 по 19.12.2017 – за 1,5 года до оспариваемых сделок, в связи с чем не является очевидным то, что данные денежные средства были израсходованы именно на оплату спорного имущества, а не на иные нужды.

Доход от предпринимательской деятельности в период, предшествующий заключению оспариваемых договоров, документально не подтвержден (представленные ответчиком банковские выписки датированы концом 2019 года, в котором ИП ФИО1 задекларирован убыток), доходы ФИО1 начала получать только после приобретения от должника автомобиля MAN TGS и сдачи его в аренду обществу, принадлежащему супругу ФИО1, доходы ФИО8 (супруг ФИО1) также убедительным образом не подтверждают финансовую состоятельность ответчика к оплате спорного имущества.

Ссылки ФИО1 на поступление денежных средств от отца судебная коллегия во внимание не принимает, поскольку без предоставления полных банковских выписок о движении денежных средств по счету, а также в связи с подозрительным характером данных перечислений, основания для принятия к учету данных сумм отсутствуют.

В отношении дохода от последующей сдачи спорных транспортных средств в аренду финансовый управляющий справедливо отмечает, что все поступления денежных средств (ООО ТК «ССЛ», ООО «Сибирь-Энерджи», ООО «Премьер Петроулиум») осуществлены от аффилированных лиц после совершения сделок.

Учитывая установленные по делу обстоятельства совершения должником действий по выводу денежных средств из ООО «СИБТЭК», финансовый управляющий указывает на отсутствие сомнений в части наличия именно у должника наличных денежных средств для передачи их ФИО1 для осуществления формальных платежей по оспоренным сделкам.

Данные сомнения ответчиком, самим должником надлежащим образом не опровергнуты.

В результате перехода права собственности на спорное имущество к ответчику, должник лишился имущества, за счет которого могли бы быть погашены денежные обязательства перед имеющимися кредиторами, что безусловно нарушает права и законные интересы последних. Кроме этого, в результате действий должника по совершению оспариваемой сделки ухудшилось положение должника (должник лишился ликвидного имущества).

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что представленные в материалы дела доказательства с должной степенью достоверности не подтверждают реальную возможность ФИО1 передать собственные денежные средства должнику в указанном размере на дату совершения сделки.

На основании представленных в дело доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в течение всего периода после совершенной сделки имущество фактически продолжало находиться в распоряжении должника, который через аффилированных к нему лиц (членов семьи) продолжает пользоваться им по своему усмотрению.

Такое поведение не отвечает стандартам добросовестного и разумного осуществления гражданских прав и не подлежит судебной защите.

Установив аффилированность ответчика и должника, непредставление доказательств в опровержение заявленных финансовым управляющим разумных сомнений относительно реальности отчуждения транспортного средства должником и получения за него денежных средств, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявление финансового управляющего, признав сделки мнимыми.

Суд апелляционной инстанции приходит также приходит выводу о том, что сделки по отчуждению имущества заинтересованному лицу совершены с целью недопущения обращения взыскания на имущество должника для удовлетворения требований кредиторов, следовательно, оспариваемая сделка, совершенная со злоупотреблением правом, является ничтожной на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, в связи с чем суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление финансового управляющего о признании договоров купли-продажи недействительными.

Доводы апелляционной жалобы ответчика признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Между тем, суд апелляционной инстанции признает обоснованными доводы апелляционной жалобы финансового управляющего относительно отсутствия оснований для восстановления права требования ФИО1 к должнику.

Так, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

Целью двусторонней реституции является полное устранение имущественных последствий недействительности сделки, возникших в результате ее исполнения, путем приведения сторон в первоначальное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки.

Вместе с тем, не соответствующая требованиям закона сделка ничтожна независимо от признания ее таковой в судебном порядке и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 166, пункт 1 статьи 167 и статья 168 ГК РФ), и, значит, не имеет юридической силы, не создает каких-либо прав и обязанностей как для сторон сделки, так и для третьих лиц.

Поскольку ответчиком не доказана финансовая состоятельность оплатить спорные транспортные средства и не опровергнуты доводы финансового управляющего о принадлежности внесенных на счет должника наличных денежных средств вероятно должнику, а также принимая факт того, что стороны сделки не намеревались достигнуть цели ее заключения (перекрестная передача имущества и денежных средств), правовых и фактических оснований для применения двусторонней реституции не имеется.

Вместе с тем, поскольку ответчик утверждает о фактическом нахождении спорного имущества у него, на ФИО1 правомерно возложена обязанность передать транспортные средства в конкурную массу ФИО3

При этом апелляционные жалобы не содержат каких-либо возражений против выводов суда о назначении судебного астрента. В отсутствие соответствующих возражений суд апелляционной инстанции в этой части определение не проверяет (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23.04.2024 по делу № А75-19073/2022 подлежит изменению в части применения последствий недействительности сделки, путем исключения из резолютивной части судебного акта абзацев четвертого и седьмого.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-5401/2024) финансового управляющего ФИО2 удовлетворить. Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23 апреля 2024 года по делу № А75-19073/2022 изменить в части применения последствий недействительности сделки, исключив из резолютивной части судебного акта абзацы четвертый и седьмой.

Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23 апреля 2024 года по делу № А75-19073/2022 в остальной части оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-5399/2024) ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

Председательствующий


О.Ю. Брежнева

Судьи


М.В. Смольникова

М.П. Целых