Постановление от 20 марта 2023 г. по делу № А57-14864/2017

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-14864/2017
г. Саратов
20 марта 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена «14» марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен «20» марта 2023 года.


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Романовой Е.В.,

судей Грабко О.В., Судаковой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 19 января 2023 года по делу №А57-14864/2017 (судья Макарихина О.А.)

по заявлению Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о взыскании убытков с контролирующих должника лиц

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Клувер» (410002, <...>, этаж 1, помещение 3-7, ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО2 – ФИО3, действующего на основании доверенности от 17.12.2022,

представителя ФИО4 – ФИО5, действующего на основании доверенности от 14.07.2022,

представителя Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО6, действующего на основании доверенности от 07.09.2022,



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 18.12.2018 общество с ограниченной ответственностью «Клувер» (далее - должник, ООО «Клувер») признано несостоятельным (банкротом), введена процедура - конкурсное производство на один год, по 18.12.2019, конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ГК «АСВ»).

27.12.2021 в Арбитражный суд Саратовской области от конкурсного управляющего ГК «АСВ» поступило заявление о взыскании в пользу ООО «Клувер» солидарно убытков: с ФИО2 и ФИО4 в размере 8 657 724,28 руб.; с ФИО2 и ФИО8 в размере 70 948 859,73 руб.; с ФИО2 и ФИО9 в размере 569 219,90 руб.; с ФИО2 и ФИО7 в размере 7 510 405,63 руб.; о взыскании в пользу ООО «Клувер» убытков с ФИО2 в размере 18 141 240,63 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 19.01.2023 заявление конкурсного управляющего ГК «АСВ» удовлетворено в части. С ФИО2, ФИО8 солидарно в конкурсную массу ООО «Клувер» взысканы убытки в размере 46 274 769,73 руб. С ФИО2 в конкурсную массу ООО «Клувер» взысканы убытки в размере 18 352 405,63 руб. В удовлетворении заявления в остальной части отказано. Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Саратовской области от 28.12.2021, в виде: наложения ареста на имущество (включая денежные средства) ФИО2 в пределах, превышающих 64 627 175,36 руб., за исключением денежных средств в размере прожиточного минимума самого гражданина и лиц, находящихся на его иждивении, установленного для соответствующих категорий населения, на весь срок действия обеспечительных мер, и иных доходов ответчика, на которые не может быть обращено взыскание в соответствии со статьей 101 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»; наложения ареста на имущество (включая денежные средства) ФИО4 в пределах 8 657 724,28 руб., за исключением денежных средств в размере прожиточного минимума самого гражданина и лиц, находящихся на его иждивении, установленного для соответствующих категорий населения, на весь срок действия обеспечительных мер, и иных доходов ответчика, на которые не может быть обращено взыскание в соответствии со статьей 101 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»; наложения ареста на имущество (включая денежные средства) ФИО9 в пределах 569 219,90 руб., за исключением денежных средств в размере прожиточного минимума самого гражданина и лиц, находящихся на его иждивении, установленного для соответствующих категорий населения, на весь срок действия обеспечительных мер, и иных доходов ответчика, на которые не может быть обращено взыскание в соответствии с статьей 101 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»; наложения ареста на имущество (включая денежные средства) ФИО7 в пределах 7 510 405,63 руб., за исключением денежных средств в размере прожиточного минимума самого гражданина и лиц, находящихся на его иждивении, установленного для соответствующих категорий населения, на весь срок действия обеспечительных мер, и иных доходов ответчика, на которые не может быть обращено взыскание в соответствии со статьей 101 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», отменены.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Саратовской области от 19.01.2023 отменить, в удовлетворении исковых требований о взыскании убытков с ФИО2 отказать.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО2 указывает, что не причинила убытков обществу. Апеллянт указывает, что в материалы дела не представлено ни одного неоспоримого доказательства, выводы суда основаны на предположениях.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ГК «АСВ» обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Саратовской области от 19.01.2023 отменить в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего страховщика, заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО2, ФИО4, ФИО9, ФИО7 удовлетворить в полном объеме по основаниям, подробно изложенным в апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе ФИО2 Просил обжалуемое определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель конкурсного управляющего ГК «АСВ» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе конкурсного управляющего ГК «АСВ». Просил обжалуемое определение отменить в обжалуемой части, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ФИО4 возражал против доводов апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

Руководствуясь частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-272 АПК РФ.

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, в ходе исполнения обязанностей конкурсного управляющего ГК «АСВ» установлено, что действиями ФИО2 (генеральный директор должника) причинены убытки ООО «Клувер». ФИО8 ФИО4 (участники должника), ФИО9 (главный бухгалтер должника), ФИО7 являются выгодоприобретателями по убыточным для общества сделкам. Данные обстоятельства явились основанием для обращения в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В обосновании заявления конкурный управляющий указал, что убытки причинены следующими действиями ответчиков:

1. Совершение взаимосвязанных сделок по приобретению и последующей продаже объектов недвижимости с целью замещения денежных средств на векселя аффилированной технической организации ООО ЛК «СОБИС».

2. Совершение взаимосвязанных сделок по приобретению объектов недвижимости у аффилированной технической компании ООО «МЕТРОПОЛИС» по завышенной стоимости и последующим безвозмездным отчуждением данных объектов недвижимости в пользу аффилированной со страховщиком компании ООО «СК «КЛУВЕР» с целью вывода денежных средств.

3. Приобретение объектов недвижимости у участника страховщика ФИО8 по завышенной стоимости и последующая реализация одного из объектов недвижимости без встречного исполнения обязательств.

4. Безосновательная передача имущества в пользу участника страховщика ФИО4

5. Перечисление денежных средств в пользу участника страховщика ФИО8 по договорам купли-продажи транспортных средств.

6. Безосновательное перечисление денежных средств аффилированным лицам без исполнения встречных обязательств.

7. Вывод денежных средств под видом выдачи займов в пользу аффилированных со страховщиком технических организаций.

8. Выбытие объектов недвижимости без встречного исполнения обязательств.

Рассматривая заявление ГК «АСВ», суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

Пунктом 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации дела от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» предусмотрено, что требования о возмещении убытков рассматриваются в рамках производства по делу о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Пунктом 3 данной статьи предусмотрено, что лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из положений статей 15, 393, 1064 ГК РФ следует, что для взыскания убытков необходимо установить наличие одновременно нескольких условий, включая: факт причинения убытков, противоправное поведение ответчика (вина ответчика, неисполнение или ненадлежащее исполнение им своих обязанностей, обязательств), причинно-следственную связь между понесенными убытками и противоправным поведением причинителя вреда. Отсутствие одного из элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска.

По правилу абзаца первого статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В абзаце первом пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N53), применительно к абзацу первому статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

По общему правилу, гражданские права и обязанности у юридического лица возникают в результате действий его органов, функции которых осуществляют физические лица, с определенной законом, иными нормативными правовыми актами или учредительными документами юридического лица компетенцией (пункт 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в постановлении от 21.05.2021 N 20-П, граждане вправе самостоятельно определять сферу своей экономической деятельности и осуществлять ее как непосредственно, в индивидуальном порядке, так и опосредованно, в том числе путем создания коммерческого юридического лица либо участия в нем единолично или совместно с другими гражданами и организациями. В то же время осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации). Исходя из этого, отдавая предпочтение тому или иному способу осуществления экономической деятельности, граждане соглашаются с теми юридическими последствиями, которые обусловливаются установленным федеральным законодателем - исходя из существа и целевой направленности соответствующего вида общественно полезной деятельности и положения лица в порождаемых ею отношениях - правовым статусом субъектов этой деятельности, включая права и обязанности, а также меры ответственности.

Учредитель является лицом, ответственным принимать основные решения об управлении организацией; генеральный директор назначается общим собранием учредителей и являясь единоличным исполнительным органом общества, осуществляет руководство текущей деятельностью общества (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью").

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления N53). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые не возможны при иной структурированности отношений.

Применительно к разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления N53, контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является такое лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение совокупного дохода, получаемого от этой деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на должнике основной долговой нагрузки, а для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены согласно их действительному экономическому смыслу, и полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

В обоснование заявления в отношении ФИО7 конкурсный управляющий ГК «АСВ» ссылается, что в 2014 году ООО «Клувер» приобрело права собственности на три объекта недвижимости, расположенные по адресу: <...>, собственником которых 28.08.2017 стал ФИО7 как покупатель по договору купли-продажи от 16.08.2017.

Согласно пункту 3 договора от 16.08.2017 должник (продавец) и покупатель пришли к соглашению, что оплата по договору осуществляется путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет продавца. Расчет произведен в полном объеме до подписания договора.

Конкурсный управляющий ГК «АСВ» указывает, что договор, на основании которого совершена сделка по отчуждению должником имущества, в распоряжении Агентства отсутствует, денежные средства от ФИО7. в счет выбывшего имущества на расчетные счета должника не поступали. Причиненные должнику убытки в размере 7 510 405,63 руб. определены Агентством в размере кадастровой стоимости выбывшего имущества.

В подтверждение того, что ФИО7 являлся контролирующим должника лицом, Агентство ссылается на агентский договор №2014/3 от 20.01.2014, в рамках которого ФИО7 являлся агентом должника, иных сведений об указанном лице, как пояснило Агентство, в его распоряжении не имеется.

Согласно агентскому договору от 20.01.2014 №2014/3 ИП ФИО7 (агент) обязался по поручению должника (страховщик) совершать от имени и за счет страховщика юридические и иные действия, направленные на поиск страхователей, заключение (или) изменение, и (или) дополнение с юридическими и физическими лицами договоров страхования по страховым программам и страховым тарифам, применяемым страховщиком на день заключения договора страхования, а страховщик обязался выплачивать агенту причитающееся вознаграждение в размере и порядке, определенном договором.

Условиями пункта 2.1. договора от 20.01.2014 №2014/3 согласованы действия агента. Должником 20.01.2014 ИП ФИО7 выдана доверенность №2014/3 сроком действия до 31.12.2014.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что ФИО7, действуя на основании агентского договора, не может считаться лицом, контролирующим должника, поскольку под контролирующим должника лицом понимается должностное лицо, исполнительный орган и т.д., непосредственно участвующий в распределении прибыли от хозяйственной деятельности общества. ФИО7, получающий прибыль за исполнение договорных обязательств с должником, не может быть признан контролирующим должника лицом, а следовательно, иск, заявленный к такому лицу по специальным банкротным основаниям о взыскании убытков в пользу должника с контролировавших его лиц, не может быть признан обоснованным.

В обоснование заявления в отношении ФИО9 конкурсный управляющий ГК «АСВ» указывает, что до 05.11.2009 единственным участником ООО «РЕНОМЕ» являлось ООО «Клувер», с 05.11.2009 доля (100%) в уставном капитале ООО «РЕНОМЕ» принадлежит ФИО9, занимавшей с 25.08.2006 по 20.02.2017 должность главного бухгалтера в ООО «Клувер».

Конкурсный управляющий ГК «АСВ» указывает, что должником в пользу ООО «РЕНОМЕ» по договорам займа перечислено 35 544 123,11 руб., возвращено должнику 34 974 903,21 руб., задолженность ООО «РЕНОМЕ» составляет 569 219,90 руб.

Согласно пункту 3 Постановления № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

ФИО9 не отвечает ни одному из перечисленных в пп. 4 п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве признаков.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что с учетом специфики дел о банкротстве, правового статуса контролирующих должника лица, определенного Законом о банкротстве, бывший главный бухгалтер ООО «Клувер» ФИО9, не являясь контролирующим ООО «Клувер» лицом, может нести солидарную ответственность с руководителем ООО «Клувер», если будет доказано, что она по указанию руководителя или совместно с ним совершила действия, приведшие к возникновению спорных убытков у должника. Материалы дела таких доказательств не содержат. Агентство обладало правом на возмещение вреда в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение заключенных ООО «Клувер» и ООО «РЕНОМЕ» договоров займа.

В обоснование заявления в отношении ФИО2, ФИО4 конкурсный управляющий ГК «АСВ» указывает, что должник в лице генерального директора ФИО2 30.10.2015 приобрел у своего участника ФИО4 долю (1/4 по каждому объекту) в праве собственности на жилой дом с земельным участком с кадастровыми номерами: 64:38:080901:2818, 64:38:080901:1620 по договору купли-продажи недвижимого имущества на общую сумму 8 500 000 руб.

Денежные средства в рамках договора перечислены должником в пользу ФИО4 в полном объеме.

Конкурсный управляющий ГК «АСВ» указывает, что общая кадастровая стоимость объектов недвижимости с кадастровыми номерами: 64:38:080901:2818, 64:38:080901:1620 составляла 2 279 000 руб., существенно ниже стоимости, определенной в рамках договора от 30.10.2015.

Должником и ФИО10 06.07.2016 заключен договор купли-продажи указанного имущества, в качестве оплаты составлена расписка от 06.07.2016 о передаче должнику трех простых векселей ООО ЛК «СОБИС» на общую сумму 8 500 000 руб. Векселя переданы должнику по акту приема-передачи векселей от 01.09.2016.

Впоследствии 30.09.2016 должник обратился к ООО ЛК «СОБИС» с заявлением о принятии к погашению векселя ЛКС № 07/16 на сумму 2 500 000 руб. В пользу должника от ООО ЛК «СОБИС» 30.09.2016 поступили денежные средства в размере 2 500 000 руб. Оставшиеся два векселя на сумму 6 000 000 руб. к оплате не предъявлены.

Конкурсный управляющий ГК «АСВ» полагает, что ФИО4 как участником должника причинены должнику убытки в размере 6 000 000 руб. как разница между стоимостью приобретенного должником от ФИО4 недвижимого имущества и погашением ООО ЛК «СОБИС» векселя ЛКС № 07/16.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим ГК «АСВ» не учтено, что кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.06.2013 N 10761/11).

В подтверждение стоимости проданного ФИО4 должнику по договору от 30.10.2015 имущества, представлены отчеты об оценке этого имущества.

Согласно отчету №2015-028 от 20.10.2015 итоговая величина стоимости 1/4 доли в праве собственности на жилое трехэтажное здание общей площадью 310,1 кв.м. с земельным участком площадью 198 кв.м. по адресу: Саратовская обл., Энгельсский р., с. Шумейка, строение 3, д.7, составила 8 500 000 руб.

Также в обоснование заявления конкурсный управляющий ГК «АСВ» указывает, что 13.03.2017 ФИО4 обратился к должнику с заявлением о выходе из состава участников общества, доля которого составляла 22,580645% номинальной стоимостью 35 000 000 руб. должником в лице генерального директора ФИО2 и ФИО4 заключено соглашение об отступном №1 от 13.03.2017, в соответствии с которым обязательства должника перед ФИО4 по выплате ему действительной стоимости доли прекращаются в полном объеме путем передачи ФИО4 отступного: двух помещений с кадастровыми номерами 64:48:010342:416, 64:48:000000:126961.

16.06.2017 после выхода ФИО4 из состава участников должника на ФИО4 зарегистрировано право собственности на объект недвижимого имущества с кадастровым номером 64:48:000000:217700, ранее принадлежавший должнику.

Нежилое помещение не входило в состав имущества, выбывшего в пользу ФИО4 на законных основаниях, на момент перехода прав собственности ФИО4 не являлся участником должника. Агентство ссылается на отсутствие договорных отношений между должником и ФИО4 в отношении данного объекта.

Поскольку кадастровая стоимость указанного объекта недвижимости составила 2 657 724,28 руб., то, как полагает заявитель, безвозмездное выбытие недвижимого имущества из собственности должника в пользу ФИО4 в отсутствие правовых оснований причинило должнику убытки в размере 2 657 724,28 руб.

В материалы дела представлен договор от 05.06.2017 купли-продажи нежилого помещения (открытая терраса) площадью 238,9 кв.м., этаж: крыша, по адресу: <...>, по цене 1 200 000 руб., а также отчет №2017-027 от 02.06.2017, согласно которому итоговая величина стоимости нежилого помещения (открытая терраса) площадью 238,9 кв.м., этаж: крыша, по адресу: <...> составила 1 200 000 руб.

Согласно пункту 3 договора на момент его подписания расчеты произведены в полном объеме, продавец к покупателю претензий не имеет, что также подтверждено актом от 05.06.2017 приема-передачи к договору.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о доказанности встречного предоставления ФИО4 в рамках совершенных сделок: от 30.10.2015 купли-продажи недвижимого имущества на общую сумму 8 500 000 руб. и от 05.06.2017 купли-продажи нежилого помещения на общую сумму 1 200 000 руб., убедительные и разумные объяснения со стороны ФИО4 об основаниях и обстоятельствах совершения данных сделок.

В рамках настоящего дела установлено, что ФИО2 в соответствии с требованиями действующего законодательства переданы 26.12.2018, 27.12.2018 Агентству два простых векселя ООО ЛК «Собис» сроком платежа по предъявлению. Доказательств, что ООО ЛК «Собис» не вело реальной хозяйственной деятельности, позволяющей производить выплаты по указанным векселям, что это были сделки по приобретению технических векселей, не имеется. Векселедержатель имеет возможность предъявить векселя обязанному лицу к оплате в порядке пункта 2 статьи 148 ГК РФ.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что совокупность представленных доказательств не позволяет установить наличие всех элементов состава гражданско-правового нарушения, конкурсным управляющим не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора должника ФИО2, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Рассматривая заявление Агентства в отношении ФИО2, ФИО8, арбитражный суд первой инстанции, вопреки доводам ФИО2, ФИО8, пришел к выводу, что срок обращения конкурсного управляющего с заявлением о взыскании убытков не является пропущенным с учетом даты его утверждения.

В обоснование заявления в отношении ФИО2, ФИО8 конкурсный управляющий ГК «АСВ» указал на совершение взаимосвязанных сделок по приобретению объектов недвижимости у аффилированного ООО «МЕТРОПОЛИС» по завышенной стоимости и последующим безвозмездным отчуждением данных объектов недвижимости в пользу аффилированного с должником ООО «СК «КЛУВЕР»; приобретение объектов недвижимости у ФИО8 по завышенной стоимости и последующая реализация одного из объектов недвижимости без встречного исполнения; перечисление денежных средств в пользу ФИО8 по договорам купли-продажи транспортных средств; безосновательное перечисление денежных средств аффилированным лицам без исполнения встречных обязательств.

Кроме того, в обоснование заявления в отношении ФИО2, ФИО8 о взыскании солидарно убытков в размере 2 742 000 руб. Агентством указано на приобретение 25.11.2015 должником недвижимого имущества по адресу: <...> и Ванцетти, д. 62, кв. 16-17, по существенно завышенной цене, в части убытков в размере 20 573 800 руб. Агентством указано на приобретение должником 28.02.2017 недвижимого имущества в Воскресенском районе села Усовка Саратовской области по существенно завышенной цене.

Однако, доводы конкурсного управляющего безосновательные, поскольку постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 31.08.2021 по делу №А57-26817/2017 установлено, что ФИО8 (продавец) и ООО «Клувер» (покупатель) заключены договоры купли-продажи: - 28.02.2017 договор купли-продажи 9 объектов недвижимого имущества (зданий), расположенных по адресу: Саратовская область, Воскресенский район, с. Усовка. Согласно пункту 3.1 договора купли-продажи от 28.02.2017 цена указанного договора составила 26 000 000 руб., включая цену передаваемого права аренды земельного участка; - 25.11.2015 договор купли-продажи двух объектов недвижимого имущества (квартир), расположенных по адресу: Саратовская область, ул. им. Сакко и Ванцети, д. 62, кв. 16 (площадью 48,2 кв. м.) по цене 3 050 000 руб. и кв. 17 (площадью 29,5 кв. м) по цене 2 040 000 руб. Кроме того, кассационной инстанции указано, что возмездность сделок купли-продажи объектов недвижимости от 28.02.2017, от 25.11.2015 и равноценность встречного предоставления ФИО8 судами установлена.

В обоснование заявления в отношении ФИО2, ФИО8 в части убытков в размере 1 358 290 руб. и в отношении ФИО2 в размере 2 414 000,63 руб. конкурсный управляющий ГК «АСВ» ссылается на вывод денежных средств под видом выдачи займов в пользу аффилированных с должником лиц.

За период с 01.07.2015 по 18.08.2018 должником заключены договоры займа с ООО ЛК «СОБИС», ООО «РЕНОМЕ», ООО «НОВАТОР». Должник перечислил в пользу указанных юридических лиц 53 531123,11 руб., общая сумма возвращенных по договорам займа денежных средств от заемщиков составила 49 189 612,58 руб.

Конкурсный управляющий ГК «АСВ» полагает, что ФИО2 не должна была выдавать необеспеченные займы ООО ЛК «СОБИС», ООО «РЕНОМЕ», при этом единственным участником (бенефициаром) ООО «НОВАТОР» являлась ФИО2

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что указанная конкурсным управляющим ГК «АСВ» задолженность не является для должника убытком в смысле статьи 15 ГК РФ, поскольку, что не оспаривается конкурсным управляющим ГК «АСВ», займы выдавались под проценты, договорные обязательства исполнялись сторонами договоров. Сделки в установленном порядке не оспорены, нецелесообразность либо убыточность заключения данных договоров не доказана.

Конкурсным управляющим ГК «АСВ» не представлено доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности или неразумности действий (бездействия) ФИО2, ФИО8, повлекших неблагоприятные последствия для должника. Доказательств того, что сделки совершены против интересов должника с целью их неисполнения и выходили за пределы обычного делового риска, не представлено.

В обоснование заявления в отношении ФИО2 части взыскания с нее убытков в размере 4 885 240 руб. конкурсный управляющий ГК «АСВ» указал, что за период с 06.07.2015 по 07.02.2017 должником в пользу ИП ФИО8 (предположительно брата ФИО8) перечислены денежные средства в размере 4 885 240,00 руб. в отсутствие правовых оснований и доказательств реальности оказанных услуг.

Судом первой инстанции установлено, что вся документация передана ФИО2 Агентству 26.12.2018, 27.12.2018.

В ходе рассмотрения в рамках настоящего дела заявления Агентства об истребовании у ФИО2 документов Агентство просило обязать ФИО2 передать документы в отношении оказания должнику с июля 2016 года по февраль 2017 года ИП ФИО8 услуг. Впоследствии в ходе судебного разбирательства Агентство уточнило заявление, необходимость истребования данных документов именно у ФИО2 у Агентства отпала.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что в данном конкретном споре конкурсный управляющий ГК «АСВ» не представил доказательств невозможности с момента получения от ФИО2 документов реального взыскания задолженности; само по себе предположение конкурсного управляющего ГК «АСВ» о пропуске срока исковой давности для взыскания неосновательного обогащения не является основанием для привлечения бывшего директора должника к возмещению убытков.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что заявление конкурсного управляющего ГК «АСВ» является обоснованным в части взыскания с ФИО2, ФИО8 солидарно убытков: - в размере 8 060 353,65 руб. в результате совершения взаимосвязанных сделок по приобретению объектов недвижимости у аффилированной компании ООО «МЕТРОПОЛИС», - в размере 29 960 000 руб. в результате перечисления ФИО8 денежных средств за автобусы по сделкам, впоследствии признанным недействительными, - в размере 2 621 900 руб. в результате перечисления ФИО8 денежных средств за автомобили, находящиеся в залоге у АО "НВКбанк", - в размере 5 632 516,08 руб. в результате перечисления ФИО8 денежных средств по предварительному договору купли-продажи недвижимого имущества от 31.10.2016 №31/10-16 без встречного предоставления (1 100 000 руб.) и в отсутствие правовых оснований (4 532 516,08 руб. с назначением платежа: оплата за аренду транспортного средства по договору №01/01-14 от 01.01.14г); в части взыскания с ФИО2 убытков: - в размере 1 364 000 руб. в результате реализации объекта недвижимости, расположенного по адресу: <...> и Ванцетти, д. 62, кв. 16. третьему лицу без встречного предоставления, - в размере 9 478 000 руб. в результате перечисления денежных средств ООО «МЕТРОПОЛИС» без встречного предоставления, - в размере 7 510 405,63 руб. в результате выбытия недвижимого имущества в пользу ФИО7 без встречного предоставления по следующим основаниям, поскольку материалами дела подтверждается, что непосредственным бенефициаром всех указанных сделок ООО «Клувер», фактическим руководителем ООО «Клувер» являлся ФИО8

С учетом отсутствия доказательств суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что ФИО2 в силу возложенных на нее обязанностей руководителя ООО «Клувер» с последующим исполнением обязанностей ликвидатора должника не могла не осознавать существенную убыточность указанных сделок и, соответственно, противоправный характер их совершения, однако вопреки законодательно установленному добросовестному и разумному стандарту поведения ФИО2 не предпринималось попыток для пресечения оттока активов ООО «Клувер». Содействие ФИО2 в выведении данных активов ООО «Клувер» свидетельствует о ее соучастии с ФИО8 в противоправных действиях, совершенных в ущерб ООО «Клувер». Имеющиеся в деле доказательства указывают на прочные и длительно устойчивые связи ФИО2, ФИО8

Возражая против удовлетворения заявления в части взыскания убытков в размере 7 510 405,63 руб. в результате совершения 16.08.2017 сделки по купле-продаже ФИО7 недвижимого имущества по адресу: <...>, ФИО2 в случае отсутствия от ФИО7 встречного предоставления указала на невозможность представить доказательства проведения сторонами договора купли-продажи взаиморасчетов в связи с нахождением всех документов у Агентства.

Между тем надлежащими доказательствами передачи денежных средств могут являться только бухгалтерские и кассовые документы.

Однако в рассматриваемом споре о взыскании убытков бухгалтерских документов, подтверждающих факт произведенной оплаты по договору от 16.08.2017 ни ФИО2, ни ФИО7 суду не представлено. Арбитражный суд первой инстанции верно указал, что указание в договоре от 16.08.2017 о произведенной оплате денежной суммы без соответствующих доказательств, удостоверяющих реальный факт перечисления должнику денежных средств за недвижимое имущество, не является безусловным основанием считать исполненной обязанность покупателя.

Таким образом, факт противоправного поведения ФИО2, ФИО8, наличие убытков у должника, причинная связь между первыми двумя элементами и размер убытков судом установлены.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для удовлетворения заявления в части взыскания убытков с ФИО2, ФИО8 солидарно в размере 46 274 769,73 руб., с ФИО2 18 352 405,63 руб. В остальной части заявление Агентства удовлетворению не подлежит.

Всем доводам, содержащимся в апелляционных жалобах, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 АПК РФ, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

Согласно Постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 62 «О внесении дополнений в пункт 61.9 главы 12 Регламента арбитражных судов Российской Федерации» считается определенной практика применения законодательства по вопросам, разъяснения по которым содержатся в постановлениях Пленума и информационных письмах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 АПК РФ арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.11.2010 № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.03.2013 № ВАС-1877/13).

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах, у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 АПК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции




ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 19 января 2023 года по делу № А57-14864/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.




Председательствующий Е.В. Романова




Судьи О.В. Грабко




Н.В. Судакова