Постановление от 27 июня 2018 г. по делу № А47-13446/2017

173/2018-38203(1)

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-4895/2018
г. Челябинск
27 июня 2018 года
Дело № А47-13446/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2018 года. Постановление изготовлено в полном объеме 27 июня 2018 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Плаксиной Н.Г., судей Арямова А.А., Ивановой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел с использованием систем видеоконференц-связи в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Оренбургской области на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 27 февраля 2018г. по делу № А47-13446/2017 (судья Лазебная Г.Н.).

В заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «СпецТрансПоволжье-1» - ФИО2 (доверенность от 12.12.2017), ФИО3 (выписка из ЕГРЮЛ от 16.05.2018);

Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Оренбургской области - ФИО4 (доверенность № 00546 от 19.01.2018), ФИО5 (доверенность № 15964 от 27.12.2017).

Общество с ограниченной ответственностью «СпецТрансПоволжье-1» (далее - заявитель, общество, общество СТП-1») обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Оренбургской области (далее – налоговый орган, МИФНС № 3 по Оренбургской области, Инспекция) о признании недействительным решения от 18.08.2017 № 11-29/866 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В ходе судебного разбирательства заявитель отказался от требований о признании недействительным оспариваемого решения в части доначисления налога на доходы физических лиц, соответствующих сумм пени и штрафа.

Данный отказ рассмотрен и принят судом в соответствии в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса

Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 27.02.2018 (резолютивная часть от 31.01.2018) требования заявителя удовлетворены в полном объеме; решение Инспекции от 18.08.2017 № 11-29/866 в оспариваемой части признано недействительным.

Не согласившись с принятым судебным актом, налоговый орган обжаловал его в апелляционном порядке.

В обоснование апелляционной жалобы указывает, что проверкой достоверно установлено, что спорные контрагенты общества не отвечают критериям имущественной и деловой самостоятельности и благонадежности. При этом налогоплательщик не представил убедительных непротиворечивых обоснований критериев выбора спорных контрагентов с позиции серьезности предпринимательских намерений, обстоятельств исполнения и условий сделки. Инспекцией представлены неопровержимые доказательства, подтверждающие согласованность и оказание влияния на ведение деятельности спорных контрагентов обществом «СТП-1».

Не обоснованы выводы суда о том, что необоснованно не приняты во внимание факты подтверждения руководителями ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг» (далее также – ООО «СТУ») осуществления финансово-хозяйственной деятельности и оказания услуг в адрес общества.

На основании журналов путевых листов общества «СТП-1» Инспекцией установлено, что взаимоотношения между налогоплательщиком и собственниками транспортных средств складывались напрямую, а не через ООО «Бузулук Транс», ООО ТрансГрупп» и т.д.

Считает, что суд первой инстанции, давая неправомерную оценку пояснениям (показаниям) свидетелей, интерпретируя в пользу общества и делая вывод о не противоречии результатов с его позицией, целенаправленно уводит от обстоятельств, указывающих на схему имитации хозяйственных связей с подконтрольными организациями (ООО «БузулукТранс», ООО «СТУ»), то есть выполнение функций, операций, действий якобы силами и средствами данных контрагентов.

Судом первой инстанции необоснованно не принят во внимание факт подписания налоговых деклараций, представленных ООО «БузулукТранс», ООО «СТУ» и обществом «СТП-1» представителем ООО «Агентство «ДИКЕ» в лице руководителя ФИО6

В рамках выездной налоговой проверки установлен факт получения обществом «СТП-1» необоснованной налоговой выгоды в результате создания промежуточного звена контрагентов с целью искусственного создания вычетов по НДС в условиях взаимоотношений с физическими лицами и индивидуальными предпринимателями, не применяющими общую систему налогообложения. При проверке было установлено, что все индивидуальные предприниматели, которые предоставляли транспортные средства, в подконтрольные обществу «СТП-1» общества, находились на

ЕНВД или на УСНО, то есть не являлись плательщиками НДС и в бюджет данный налог не уплачивали.

Основанием для доначисления налога на прибыль организаций за 2015 год в сумме 401 383 руб., а также штрафа и пени в соответствующих размерах, послужил установленный Инспекцией в ходе проверки факт занижения налоговой базы вследствие неправомерного единовременного списания в расходы затрат в общей сумме 2 006 916 руб. в виде стоимости услуг газификации и приобретения отопительных приборов. Указывает, что ранее спорное здание стоянки не обладало признаками отапливаемого помещения (ремонтного бокса), в связи с чем, строя внутри бытовое помещение (бытовку для водителей), склад запчастей, приобретая котлы отопления (в октябре 2015г.) и производя подключение к сетям газораспределения, изменились его функциональные технические характеристики и назначение. Вывод суда о том, что замена системы отопления капитальным ремонтом и не может быть расценена как модернизация, реконструкция или техническое перевооружение, безосновательны.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с очередным ежегодным отпуском судьи Костина В.Ю. произведена его замена судьей Арямовым А.А. (определение от 20.06.2018). Рассмотрение апелляционной жалобы начато с начала.

В судебном заседании 21.06.2018 представители инспекции на доводах апелляционной жалобы настаивали.

В судебном заседании представитель заявителя возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, указанным в представленном отзыве и письменных пояснениях.

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, инспекцией проведена выездная налоговая проверка по вопросам соблюдения налогового законодательства, правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 31.12.2015.

Выявленные по итогам проведенной проверки нарушения отражены налоговым органом в акте налоговой проверки от 24.05.2017 № 11-29/23/645.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, письменных возражений налогоплательщика, налоговым органом вынесено решение от 18.08.2017 № 11-29/866 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее - решение № 11-29/866) в соответствии со статьями 122, 123 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Налоговый кодекс) в виде штрафа в размере 1 151 157 рублей. Кроме того, в решении инспекции № 11- 29/866 обществу предложено, в том числе, уплатить налог на добавленную стоимость (далее - НДС) в сумме 27 401 694 рублей, налог на прибыль

организаций в сумме 401 383 рублей, пени по указанным налогам в общей сумме 6 449 451 рублей.

Основанием для принятия решения послужили выводы проверяющих о неправомерном заявлении налогоплательщиком к вычету НДС в вышеуказанной сумме по взаимоотношениям налогоплательщика с ООО «Бузулук Транс» и ООО «СТУ» ввиду наличия в действиях налогоплательщика признаков получения необоснованной налоговой выгоды.

Кроме того, налоговым органом был сделан вывод о неправомерном списании заявителем в расходы организации единовременно стоимости приобретенных обществом отопительных котлов, а также расходов, понесенных в рамках договора № (03) 05- 208s/000047-15 от 19.08.2015 (дата заключения 25.08.2015), заключенным с АО «Газпром газораспределение Оренбург», с предметом договора: подключение (техническое присоединение) к сетям газораспределения производственного здания по адресу: <...>. По мнению налогового органа, заявитель должен был списывать вышеуказанные расходы через амортизационные отчисления, в связи с чем, инспекцией было предложено к доначислению налогоплательщику сумму налога на прибыль в размере 401 383 рубля.

Не согласившись с решением Инспекции, общество в установленном порядке обратилось с апелляционной жалобой в вышестоящий налоговый орган, по результатам рассмотрения которой решением УФНС России по Оренбургской области от 18.10.2017 № 16-15/17310 требование налогоплательщика оставлено без удовлетворения, а решение № 11-29/866 без изменения

Полагая, что решение от 18.08.2017 № 11-29/866 принято Инспекцией неправомерно, заявитель обратился в Арбитражный суд Оренбургской области c требованием о признании его недействительным.

Удовлетворяя требование о признании недействительным решения, суд пришел к выводу о недоказанности инспекцией фиктивности и нереальности договорных отношений между обществом и его контрагентами.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции являются правильными, соответствующими обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 146 Налогового кодекса объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость признается реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

Согласно пункту 1 статьи 168 Налогового кодекса при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг),

передаваемых имущественных прав обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг), имущественных прав соответствующую сумму НДС.

В целях установления единообразной судебной практики в делах

с признаками уклонения от налогообложения или минимизации налоговой обязанности Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации принято Постановление от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды»

(далее - Постановление Пленума ВАС РФ № 53).

Как следует из разъяснений, данных в пункте 3 Постановления Пленума ВАС РФ № 53, налоговая выгода может быть признана необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

При этом установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется

с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункты 4 и 9 Постановления Пленума ВАС РФ № 53).

Судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны.

Как неоднократно указывалось Конституционным Судом Российской Федерации, при рассмотрении налоговых споров суды должны исследовать

все фактические обстоятельства дела, а не только формальные условия применения правовой нормы. В случае сомнений в правильности применения налогового законодательства арбитражные суды обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела юридически значимых обстоятельств, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции (Постановления от 28.10.1999 № 14-П, от 14.07.2003 № 12-П, Определения от 15.02.2005 № 93-О, от 28.05.2009 № 865-О-О, от 19.03.2009 № 571-О-О).

При этом в деле о налоговом правонарушении первостепенное значение имеет сбор доказательств о конкретных хозяйственных проявлениях результатов сделок непосредственно в обороте самого налогоплательщика.

Оценка судом фактических обстоятельств дела в налоговых спорах, связанных с получением налоговых выгод, предполагает оценку сделок с участием проверяемого налогоплательщика через ракурс поступления

оплаченных им товаров (работ, услуг) и сформированных в результате этих сделок денежных потоков.

Согласно части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, а также законности принятия оспариваемого решения и обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт.

Вместе с тем, данные обстоятельства не исключают обязанности налогоплательщика доказать обоснованность предъявляемых расходов и вычетов по операциям приобретения товаров (работ, услуг).

Более того, поскольку налогоплательщик самостоятельно определяет налоговую базу по налогу на прибыль, а право на вычеты по НДС носит заявительный характер, он должен доказать обстоятельства, подтверждающие соблюдение им условий, позволяющих учесть расходы и вычеты для целей налогообложения.

По мнению налогового органа, в ходе выездной налоговой проверки установлена совокупность обстоятельств, позволяющих сделать вывод о получении заявителем необоснованной налоговой выгоды, создании формального документооборота с контрагентами ООО «БузулукТранс», ООО «СТУ» (далее также – спорные контрагенты).

Как следует из материалов дела, в проверяемый период (2014-2015 гг.) налогоплательщику оказывали транспортные услуги в том числе ООО «БузулукТранс» (договор от 01.10.2014 б/н и от 01.01.2015 б/н), ООО «ТрансГрупп» (договор от 01.10.2013 № 1), ООО «Сервис Транспортных Услуг» (договор от 01.06.2015 № 1). В соответствии с данными договорами заявитель принимает на себя обязательства оплатить оказание поименованными юридическими лицами услуг по перевозке пассажиров и грузов.

Основанием для вывода инспекции о получении заявителем необоснованной налоговой выгоды в виде завышения налоговых вычетов по НДС по сделкам с ООО «БузулукТранс», ООО «Сервис Транспортных Услуг» явились, по мнению налогового органа, установленные в ходе проведенных мероприятий налогового контроля следующие обстоятельства и сделанные на их основании выводы:

- общество «СТП-1» является единственным покупателем транспортных услуг ООО «БузулукТранс», ООО «Сервис Транспортных Услуг»;

- деятельность ООО «БузулукТранс», ООО «Сервис Транспортных Услуг» носит формальный характер;

- подписание налоговых деклараций, представленных ООО «БузулукТранс», ООО «Сервис Транспортных Услуг» и ООО «СТП-1» представителем ООО «Агентство «ДИКЕ» в лице руководителя ФИО7, являющегося мужем главного бухгалтера ООО «СТП-1» ФИО8

О.И.; при исследовании вопроса принадлежности IP-адресов с которых осуществлялась отправка отчетности ООО «БузулукТранс» установлено, что электронный адрес отправителя (идентификатор абонента) принадлежит ООО «Агентство «ДИКЕ»;

- непредставление ООО ЗИМ» (правопреемник ООО «БузулукТранс»), ООО «Профит-63» (правопреемник ООО «Сервис Транспортных Услуг») документов (информации) по требованию налогового органа о финансово- хозяйственных взаимоотношениях с заявителем; отсутствие у ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг» имущества, транспортных средств, квалифицированного персонала, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности; транзитный характер движения денежных средств по расчетному счету ООО «БузулукТранс» ООО «Сервис Транспортных Услуг»;

- отсутствие платежей по расчетным счетам ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг» на обеспечение ведения финансово- хозяйственной деятельности (на оплату коммунальных услуг, услуг связи, платежей, связанных с арендой офисных помещений и зданий, на выплату заработной платы);

- денежные средства, поступившие на расчетные счета ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг» за транспортные услуги в дальнейшем направляются на снятие наличных денежных средств либо перечисляются на счета индивидуальных предпринимателей с назначением платежа за «транспортные услуги», денежные средства, поступившие от ООО «СТП-1» на расчетные счета контрагентов, в дальнейшем перечисляются, в том числе ФИО9, являющейся родственницей руководителя ООО «СТП-1» ФИО3;

- из свидетельских показаний индивидуальных предпринимателей, заключавших договоры с ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг» на оказание транспортных услуг, следует, что пояснить обстоятельства заключения договоров с данной организацией они не смогли. При этом частью из них в качестве места заключения договора указан адрес фактического местонахождения офиса ООО «СТП-1» (<...>);

- источник для применения налогового вычета по НДС в бюджете не сформирован, поскольку фактически грузоперевозки для ООО «БузулукТранс» осуществлялись индивидуальными предпринимателями, применяющими специальные налоговые режимы в виде единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности либо упрощенной системы налогообложения; при сопоставлении документов, представленных заявителем и индивидуальными предпринимателями, фактически осуществляющими транспортные услуги, установлены факты реализации заявителю услуг, приобретенных ООО «БузулукТранс» ООО «Сервис Транспортных Услуг» у индивидуальных предпринимателей, без торговой наценки либо услуги приобретены по стоимости выше, чем в дальнейшем реализованы заявителю;

- непроявление обществом «СТП-1» должной осторожности и осмотрительности при выборе контрагентов, доказательства, подтверждающие тот факт, что на дату совершения спорных сделок общество «СТП-1» располагало информацией о деловой репутации спорного контрагента, специфике осуществляемой им деятельности, платежеспособности, наличии необходимых ресурсов и соответствующего опыта, не представлены; не представление ООО «БузулукТранс» за 2 квартал 2015 года декларации по НДС, в период деятельности ООО «БузулукТранс» справки формы 2-НДФЛ за Туктамышева Р.К. не представлялись.

На основании указанного налоговый орган пришел к выводу том, что ООО «СТП-1» документы составлены с целью имитации хозяйственных операций и создания фиктивного документооборота, дающего право на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды в виде завышения налоговых вычетов по НДС, поскольку обстоятельства совершения сделок, период их совершения, заинтересованность участников сделок в совокупности свидетельствуют о подконтрольности ООО «БузулукТранс», ООО «Сервис Транспортных Услуг» проверяемому налогоплательщику и влияние последнего на хозяйственную деятельность контрагентов.

Оценив указанные обстоятельства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции не согласился с выводами Инспекции и пришел к правильному выводу, что совокупная и взаимная оценка всех доказательств не подтвердила правоту доводов инспекции о направленности действий общества на получение необоснованной налоговой выгоды. Инспекцией не доказан факт того, что налоговая выгода получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности действий налогоплательщика, направленности их на получение необоснованной налоговой выгоды, об отсутствии реальных хозяйственных операций между налогоплательщиком и его контрагентами.

Хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности; в полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, а не вменение им объектов налогообложения исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического результата.

При этом суд обоснованно принял во внимание следующие установленные в ходе проверки обстоятельства.

Судом первой инстанции установлено, и не оспаривается налоговым органом, что общество «СТП-1» является крупной транспортной организацией, в проверяемый период осуществляло грузоперевозки в интересах множества юридических лиц (ООО «Буровая сервисная компания «РИНАКО», ООО "УКРС", ООО "Сервис НПО", ООО «Центральная база производственного обслуживания», ООО "БНК", ООО "Ойл-Сервис" АО «Оренбургнефть», ПАО «Оренбургнефть»), и в целях надлежащего

выполнения принятых на себя обязательств, нуждалось не только в собственных транспортных средствах, но и в привлеченных. Реальность осуществления грузоперевозок в интересах общества также не оспаривается.

Суд пришел к выводу о том, что налоговым органом не представлено доказательств не проявления заявителем должной осмотрительности в выборе спорных контрагентов принимая во внимание следующие обстоятельства.

Из материалов дела и представленных в этой связи пояснений представителей заявителя следует, что со стороны самого общества «СТП-1» осуществлялось публичное размещение о себе информации как юридическом лице, профильно занимающимся деятельностью в сфере оказания транспортных услуг специализированной техникой. Об этом свидетельствует созданная группа в социальной сети «ВКонтакте», размещение информации в адресно-телефонном справочнике «Бузулукинформ». В этой связи, постоянная ориентированность на один основной вид деятельности, наличие системных договорных отношений с контрагентами-заказчиками оправдывают такое поведение субъекта предпринимательской деятельности в вопросе поиска контрагентов субподрядного звена для достижения положительного экономического эффекта.

Из имеющегося в материалах дела протокола допроса от 21.03.2017, а также из пояснений, данных в ходе судебного разбирательства руководителя общества «СТП-1», следует, что перед заключением договоров с контрагентами представители общества «СТП-1» проводили технические совещания с обсуждением с представителями контрагентов наличия у них транспортных средств, представления договоров аренды транспортных средств на каких они будут оказывать услуги, обсуждались вопросы технического состояния и укомплектованности. При положительном решении совещаний запрашивались устав, выписка из ЕГРЮЛ, ксерокопия паспорта руководителя, ИНН, КПП, проверялся адрес регистрации, приказ о назначении директора, главного бухгалтера. На вопрос об источниках сведений о контрагентах руководитель пояснил, что представители соответствующих организаций обратились с коммерческими предложениями. Главный инженер общества «СТП-1» ФИО11, в силу занимаемой должности, имеющий непосредственное отношение к производственному процессу в обществе, подтвердил взаимодействие с ООО «БузулукТранс» и ООО «СТУ» в направлении оказания транспортных услуг с этапа представления коммерческих предложений.

Главный бухгалтер ООО «СТП-1» ФИО12 в протоколе допроса от 27.03.2017 также указала на то, что в отношении контрагентов запрашивались копии учредительных документов, на момент заключения договоров изучали информацию о контрагентах на сайте ФНС России.

Суд обоснованно принял во внимание документально подтвержденные пояснения заявителя о начале этапа взаимодействия с ООО «Транс Групп» после обращения руководителя указанного общества ФИО10 с коммерческим предложением, согласованием вопросов взаимодействия

протоколом переговоров от 19.09.2013 и аудитом транспортных средств (акт от 25.09.2013). Указанные обстоятельства в предмете их сопоставления с иными фактами полностью согласуются с показаниями директора и учредителя ООО «Транс Групп» Туктамышева Р.К., подтвердившего взаимоотношения с ООО «СТП-1» и наличие реальной хозяйственной деятельности, а так же выставленных счетов-фактур, на основании которых предъявлены к вычету спорные суммы НДС.

По вопросу о начале взаимоотношений с ООО «Бузулук Транс» заявитель так же пояснил, что с таким предложением к нему обратился ФИО10 (письмо от 21.10.2014). В свою очередь, в силу того что контролирующее лицо фактически не изменилось, не изменился также порядок и условия оказания услуг с сохранением одного и того же перечня используемого транспорта, у налогоплательщика отсутствовали сомнения в возможности оказания услуг со стороны ООО «Бузулук Транс». ФИО10, являющийся руководителем ООО «Бузулук Транс», подтвердил самостоятельное управление указанным обществом, ведение им хозяйственной деятельности, в том числе взаимоотношения с обществом «СТП-1». Доказательства, опровергающие указанные факты, налоговым органом не добыты.

Наличие заключенных договоров с ООО «Сервис Транспортных Услуг» и ООО «Бузулук Транс» с учетом установленных при рассмотрении дела и не опровергнутых налоговым органом обстоятельств, доказывающих наличие фактических взаимоотношений сторон в спорный период времени, вычеты по НДС в рамках которого оспариваемым решением налоговый орган признал необоснованными, ссылка налогового органа на то, что дата заключения договора обществом «СТП-1» с ООО «БузулукТранс» (01.10.2014) предшествует дате регистрации контрагента (17.10.2014) не доказывает обратное. ООО «СТП-1» в поданном заявлении и участвующие в деле представители данного лица указали на то, что в договоре дата проставлена ошибочно.

Ссылка налогового органа на то, что налогоплательщик является единственным покупателем транспортных услуг ООО «БузулукТранс», ООО «Сервис Транспортных Услуг», а деятельность указанных хозяйствующих субъектов носит формальный характер не состоятельна в силу следующего.

Как правильно указал суд, заявитель реализовал не запрещенную положениями гражданского законодательства систему взаимоотношений с ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг», осуществившими поиск необходимых иных субъектов предпринимательской деятельности, обладающих транспортными средствами, и способными оказывать услуги грузоперевозок. Не оспариваемое самим заявителем и подтвержденное им же с организационной и экономической точек зрения удобство в выбранной форме взаимодействия с привлеченными юридическими лицами, не может в отсутствие бесспорных доказательств финансово-хозяйственных взаимоотношений с индивидуальными предпринимателями, находящимися на упрощенных режимах

налогообложения, лишать права налогоплательщика на применение налоговых вычетов по НДС.

В ходе проведения налоговым органом проверки допрошенный руководитель общества «СТП-1» ФИО3 (т.24 л.д. 127) указал, что представители контрагентов, в числе которых ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг», обратились с коммерческими предложениями по предоставлению услуг автотранспортом. Во взаимосвязи с этим допрошенные руководители ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг» ФИО10 и ФИО13 не дали показаний, из которых можно было усомниться в реальном и самостоятельном характере управления бизнес-процессами в возглавляемых ими обществах и сделать вывод о формальном существовании юридических лиц.

Из материалов дела следует, что налоговый орган дважды принимал меры по проведению допросов руководителя ООО «БузулукТранс» ФИО10 В протоколе допроса от 10.10.2016 № 11-29/2675 ФИО10 указал, что самостоятельно принимал решение о создании ООО «БузулукТранс», подтвердил личное подписание актов и счетов-фактур, направление работы созданного им предприятия и объекты, на которых осуществлялись работы. В протоколе допроса от 06.12.2016 свидетель ФИО10 дал пояснения, не вступающие в противоречие с показаниями, уже полученными налоговым органом ранее. При данном допросе свидетель указал, что ООО «БузулукТранс» создавалось с целью извлечения прибыли, автомобили общества «СТП-1» ремонтировались в ООО «РТС», где он работал начальником ремонтного цеха, там возникла идея создать транспортное предприятие, там же осуществлен набор субподрядчиков.

В связи с этим, свидетель подтвердил ориентированность при создании бизнеса на общество «СТП-1», указав на прямое контактное лицо от общества «СТП-1» при взаимоотношениях (главный инженер ФИО11), а применение невысоких расценок обосновал желанием развить бизнес для целей самостоятельно выхода на тендеры ООО «УКРС» и ООО «БНК».

Суд обоснованно принял во внимание показания главного инженера ООО «СТП-1» ФИО11, который подтвердил выезд руководителей ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг» ФИО10 и ФИО13 для участия в обсуждении условий договоров в качестве подрядных организаций, а также личное знакомство с ними при представлении коммерческих предложений. Указанный свидетель на вопросы налогового органа указал, в том числе, на отсутствие каких-либо указаний в адрес контрагентов о поиске транспортных средств.

Учитывая изложенное, вывод суда о том, что налоговый орган не доказал недобросовестность налогоплательщика, и создание им схемы незаконного обогащения за счет бюджетных средств, что приводит к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и к нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков.

Проанализировав свидетельские показания индивидуальных

предпринимателей, заключавших договоры с ООО «БузулукТранс» и ООО «СТУ» на оказание транспортных услуг, суд прш8ел к правильному выводу о том, что отсутствие пояснений по обстоятельствам заключения договоров не может ставить под сомнение добросовестность налогоплательщика.

Судом установлено, что большая часть допрошенных лиц, в том числе ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ООО «СорочинсГаз», ФИО18, ФИО19, ФИО20 с достаточной степенью определенности подтверждают наличие взаимоотношений с указанными контрагентами налогоплательщика. Остальной круг допрошенных лиц также не представил сведений, которые налоговый орган мог бы использовать при установлении вины налогоплательщика в вынесенном решении. При указанных обстоятельствах, учитывая, что для заявителя выбранная гражданско-правовая форма взаимодействия с контрагентами являлась экономически актуальной, сам по себе факт привлечения указанными субъектами в числе прочих лиц ФИО9 не имеет значения. Кроме того, ФИО9 на первоначально поступивший в ее адрес запрос подтвердила отсутствие взаимоотношений с обществом «СТП-1», приложив, в том числе, договор с ООО «БузулукТранс», а в отношении данных в протоколе пояснений о том, что всеми вопросами занимается ее сын ФИО3, ФИО9 представила в налоговый орган пояснение о том, что в действительности она сообщала должностному лицу, что ведет самостоятельную предпринимательскую деятельность, оказывая транспортные услуги различным организациям г. Бузулука, в том числе ООО «БузулукТранс», однако, по мнению заявителя, её показания были искажены проверяющими в пользу инспекции.

При оценке полученных Инспекцией свидетельских показаний суд принял позицию заявителя о том, что в рамках проводимых допросов физических лиц вопросы в их адрес сформированы таким образом, что ответ не предполагает получение объективной информации, сопоставимой с предметом налоговой проверки. Практически во всех заданных вопросах при составлении протоколов налоговым органом выяснялись обстоятельства взаимодействия именно с обществом «СТП-1», при этом сами протоколы не содержат в себе поставленных вопросов в адрес допрашиваемых лиц по взаимоотношениям с ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг».

Доводы налогового органа о том, что непредставление ООО ЗИМ» (правопреемник ООО «БузулукТранс»), ООО «Профит-63» (правопреемник ООО «Сервис Транспортных Услуг») документов (информации) по требованию налогового органа о финансовохозяйственных взаимоотношениях с заявителем; отсутствие у ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг» имущества, транспортных средств, квалифицированного персонала, необходимых

Суд, руководствуясь позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.07.2001 № 138-О, обоснованно

отклонил доводы налогового органа, связанные: с непредставлением ООО ЗИМ» (правопреемник ООО «БузулукТранс»), ООО «Профит-63» (правопреемник ООО «Сервис Транспортных Услуг») документов (информации) по требованию налогового органа о финансово-хозяйственных взаимоотношениях с заявителем; отсутствием у спорных контрагентов имущества, транспортных средств, квалифицированного персонала, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности; транзитным характером движения денежных средств по расчетному счету ООО «БузулукТранс» ООО «Сервис Транспортных Услуг»; отсутствием платежей по расчетным счетам спорных контрагентов на обеспечение ведения финансово-хозяйственной деятельности (на оплату коммунальных услуг, услуг связи, платежей, связанных с арендой офисных помещений и зданий, на выплату заработной платы); направлением спорными контрагентами полученных от общества денежных средств на их снятие либо перечисление на счета индивидуальных предпринимателей с назначением платежа за «транспортные услуги», денежные средства, поступившие от ООО «СТП-1» на расчетные счета контрагентов, в дальнейшем перечисляются, в том числе, Поминовой Л.А., являющейся родственницей руководителя ООО «СТП-1» - Поминова В.А.

Налогоплательщик не может нести ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. Отсутствие у контрагентов налогоплательщика трудовых и материальных ресурсов, не указывает на невозможность осуществления хозяйственных операций обществом, и не является доказательством недобросовестности. Гражданское законодательство предполагает привлечение контрагентом третьих лиц для исполнения обязательств по договору.

При этом налоговым органом не приведены в опровержение представленным обществом доказательствам, указывающим на привлечение контрагентами на договорных началах индивидуальных предпринимателей и юридических лиц, факты, свидетельствующие об обратном. Фактически в данном случае налоговый орган вторгается в осуществление налогоплательщиками (как ООО «СТП-1», так и ООО «Бузулук Транс» и ООО «СТУ») экономической деятельности, тогда как, данное является недопустимым, исходя из правовой позиции, изложенной в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 04.06.2007 №№ 320-О-П, 366-О-П.

Экономическая обоснованность заключения соответствующей сделки с контрагентами – юридическими лицами следует из того, что общество «СТП-1» получило возможность работы посредством нескольких хозяйствующих субъектов, осуществивших в рамках принятых на себя обязательств, поиск необходимых иных субъектов предпринимательской деятельности, обладающих транспортными средствами, и способными оказывать услуги грузоперевозок.

Необходимость значительных материальных и временных затрат на

самостоятельный поиск налогоплательщиком индивидуальных предпринимателей повлекло бы за собой отсутствие для общества «СТП-1» надлежащей возможности исполнение принятых на себя обязательств по осуществлению грузоперевозок в интересах контрагентов, что как следствие могло бы повлечь за собой наступление для заявителя негативных экономических последствий в виде предъявления финансовых санкций, расторжения заключенных договоров и т.п.

Так же судом правильно принято во внимание, что в обычаях делового оборота значительные объемы перевозок фактически индивидуальным предпринимателям предприятиями нефтяной и газовой промышленности не предоставляются. Доказательств того, что общество «СТП-1» имело какие- либо финансово-хозяйственные взаимоотношения с индивидуальными предпринимателями, до заключения сделки с ООО «Бузулук Транс» и ООО «СТУ», а равно изначально обладало информацией о том, что контрагенты предполагают привлекать индивидуальных предпринимателей, применяющих специальные режимы налогообложения, заинтересованным лицом при проведении мероприятий налогового контроля не добыто.

Из материалов налоговой проверки следует, что все расчеты с контрагентами заявитель производил безналичным путем через банковские учреждения. Сами по себе отношения по состоявшейся уступке прав требования между контрагентами правового значения для целей признания налоговой выгоды необоснованной не имеют.

Анализ операций по расчетному счету, проведенный налоговым органом в рамках проверки, о наличии замкнутой схемы расчетов, о возврате денежных средств проверяемому налогоплательщику не свидетельствует, иное материалы дела не содержат.

Выводы налогового органа о транзитном характере денежных средств, сделаны при неполном выяснении обстоятельств, не подтверждены доказательствами и не могут быть положены в основу отказа обществу в получении налоговых вычетов.

Из решения налогового органа не следует доказанность инспекцией аффилированности или взаимозависимости между обществом и юридическими и физическими лицами, которым перечислялись какие-либо денежные суммы.

Из выписки по расчетному счету ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг» усматривается перечисление денежных средств в адрес индивидуальных предпринимателей и юридических лиц, в том числе из состава тех, кто в ходе мероприятий налогового контроля подтвердил наличие хозяйственных взаимоотношений с указанными обществами, в том числе ФИО9 Кроме того, из банковского документов исходя из назначения платежей усматривается оплата запчастей, банковских услуг за обслуживание, обязательных платежей, заработной платы.

На основании указанного суд пришел к обоснованному выводу о том, что факт получения обществом товаров и услуг, равно как и их оплата является доказанными. При этом ни акт выездной налоговой проверки, ни

оспариваемое решение не содержит выводов о том, что спорные услуги не были приобретены обществом у ООО «БузулукТранс» и ООО «Сервис Транспортных Услуг».

Ссылки налогового органа на то, что подписание налоговых деклараций, представленных ООО «БузулукТранс», ООО «Сервис Транспортных Услуг» и обществом «СТП-1» производилось представителем ООО «Агентство «ДИКЕ», не приняты судом во внимание в качестве обстоятельств, подтверждающих несение налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, ООО «Агентство «ДИКЕ» является профессиональным субъектом в области предоставления бухгалтерских услуг, крупным, для такого населенного пункта, в этой связи участие указанного лица в отношениях по ведению бухгалтерского учета, предоставлению налоговой и бухгалтерской отчетности соотносится с обычной экономической деятельностью.

В ходе судебного разбирательства представитель заявителя ФИО6 пояснила, что в агентстве обслуживаются многие предприятия, оказывающие автотранспортные услуги. Кроме того, отличием ООО «Агентство «ДИКЕ» от иных участников рынка аудиторских услуг является то, что агентство не только осуществляет передачу отчетности, но и ведет бухгалтерский учет клиентов. В целях оперативного выполнения поставленных задач представители агентства имеют возможность постоянного пребывания на территории обслуживаемого клиента, на оборудованном всем необходимым для этого, рабочем месте.

Суд обоснованно принял во внимание довод заявителя о том, что по контрагенту ООО «ТрансГрупп» налоговым органом в оспариваемом решении сделан вывод о наличии реальных отношений и при оценке возражений налогоплательщика в оспариваемом решении они приняты по существу, тогда как по отношениям общества «СТП-1» с ООО «БузулукТранс», где руководителем так же являлся ФИО10 сделан противоположный вывод.

На основании выше указанного суд обоснованно указал на то, что инспекцией не доказана недобросовестность действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду, как и не доказаны обстоятельства недобросовестности контрагентов, неисполнения ими своих налоговых обязанностей, взаимозависимости либо аффилированности налогоплательщика с контрагентами.

Невыполнение или неполное исполнение контрагентами и третьими лицами своих налоговых обязанностей, в том числе, за счет указания в отчетности незначительных сумм, сокрытия наличия основных средств и действительного количества работников, использования расчетов с нанятыми работниками, оплату аренды и других расходов наличными средствами (при таких расчетах денежные средства через банковский счет не проходят), а также перевод денежных средств в иные организации, не означает, что заявитель, проявивший надлежащую осмотрительность при их выборе и не

располагающий возможностью влиять на выполнение контрагентами и третьими лицами их конституционных обязанностей, лишается права на вычеты по НДС.

Доводы, на которые ссылается налоговый орган в обоснование своей позиции об отсутствии реальных взаимоотношений налогоплательщика и контрагента ввиду отсутствия у последнего необходимых условий для осуществления экономической деятельности и невозможности осуществления ими фактических услуг в адрес налогоплательщика, судом отклонены с учетом правовых позиций Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 № 2341/12, а также в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016, № 305-КГ16-14921 от 06.02.2017.

Согласно позициям высших судебных инстанции, сформулированных в указанных судебных актах, установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота (пункт 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 № 305- КГ16-4155).

Отсутствие разумности экономических причин, побудивших налогоплательщика совершить сделку со спорным контрагентом, не установлено и налоговым органом не доказано.

Доказательств непроявления заявителем должной осмотрительности при выборе спорных контрагентов (с учетом полученных свидетельских показаний работников налогоплательщика) в ходе проверки не добыто.

Доводы о непроявлении в должной степени либо непроявлении вообще осмотрительности и осторожности при выборе контрагента при совершении финансово – хозяйственных операций могут быть приведены только при их фактическом осуществлении, поскольку в случае доказывания налоговым органом создания заявителем формального документооборота речь идет об отсутствии декларируемых операций как таковых. Напротив, в настоящем деле инспекция факт получения результата по договорам с контрагентами в оказанных услуг не оспаривает.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиками налоговой выгоды» разъяснил, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для её получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

На основании указанного, суд пришел к выводу о том, что налогоплательщиком для целей налогообложения учтены операции в соответствии с их действительным экономическим смыслом, обусловленные разумными экономическими причинами и целями делового характера.

В данном случае налоговый орган не доказал, что совокупность обстоятельств, которые он установил при проведении выездной налоговой проверки и на которые он ссылается в апелляционной жалобе, связана с наличием у заявителя умысла, направленного на неуплату налогов, равно как и не доказал отсутствие реальных хозяйственных операций между заявителем и контрагентами.

Оценив представленные доказательства, как в отдельности, так и в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к выводам о реальности финансово-хозяйственных операций, совершенных налогоплательщиком-заявителем с ООО «БузулукТранс», ООО «СТУ, и отсутствии факта получения заявителем необоснованной налоговой выгоды от совершения рассмотренных сделок.

По эпизоду, связанному с доначислением налога на прибыль, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 247 НК РФ объектом обложения налогом на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 Кодекса.

В силу статьи 252 НК РФ расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (в случаях, предусмотренных статьей 265 Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Учитывая изложенное, налогоплательщик при отнесении расходов связанных с оплатой товаров в состав затрат, уменьшающих налогооблагаемую прибыль, должен иметь доказательства факта

приобретения данного товара, связи их с производственной деятельностью, а также подтвердить затраты надлежащим образом оформленными первичными бухгалтерскими документами.

Подпунктом 2 пункта 1 статьи 253 НК РФ установлено, что расходы, связанные с производством и реализацией, включают в себя, в частности, расходы на содержание и эксплуатацию, ремонт и техническое обслуживание основных средств и иного имущества, а также на поддержание их в исправном (актуальном) состоянии.

Исходя из положений пункта 1 статьи 260 НК РФ расходы на ремонт основных средств, произведенные налогоплательщиком, рассматриваются как прочие расходы и признаются для целей налогообложения в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они были осуществлены, в размере фактических затрат.

Согласно правовой позиции КС РФ, изложенной в Определениях от 04.06.2007 № 366-О-П, от 04.06.2007 № 320-О-П, общие критерии отнесения тех или иных затрат к расходам, указанные в оспариваемых положениях статьи 252 и других статьях главы 25 НК РФ, должны применяться в системе действующего правового регулирования с учетом целей и общих принципов налогообложения, а также правовых позиций КС РФ.

В Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» указано, что обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом речь идет именно о намерениях и целях (направленности) этой деятельности, а не о ее результате.

Как следует из материалов дела, налогоплательщиком было приобретено у ООО «Авуар» по договору купли-продажи от 14.05.2014 здание закрытой стоянки на 100 автомобилей, расположенное по адресу: <...>. В представленном ООО «СТП-1» техническом паспорте на указанный объект недвижимости имеются сведения об обеспеченности нежилого помещения инженерными сетями отопления, электроосвещения и вентиляции, при этом в экспликации здания в качестве основного помещения указана теплая стоянка.

При допросе руководителя налогоплательщика ФИО3 свидетель пояснил налоговому органу о приобретении здания закрытой стоянки на 100 автомобилей, которое имело действующую систему отопления от котельной, принадлежащей продавцу, после чего им временно использовались в качестве источника тепла дизельные установки, а в последующем было произведено подключение к центральной системе газоснабжения, вследствие чего была произведена замена системы отопления. В соответствии с ответом ООО «Авуар» от 18.07.2017 на требование инспекции № 11-29/27679 от 03.07.2017 в спорном здании имелись стационарные регистры отопления, источником которого служила

собственная газовая котельная ООО «Авуар».

В суде первой инстанции представители заявителя так же пояснили, что после продажи, стоянка была отрезана от котельной и появилась необходимость установки автономного отопления. С этой целью был приобретен газовый котел и произведено подключение к системам газовой сети в соответствии с условиями договора с АО «Газораспределение Оренбург».

Довод Инспекции о том, что замена в процессе ремонта здания отопительных котлов может быть расценена как модернизация, реконструкция или техническое перевооружение, обоснованно отклонен судом первой инстанции.

Действующее налоговое законодательство Российской Федерации не содержит определения «капитальный ремонт», в связи с чем, согласно статье 11 НК РФ этот термин следует определять в том значении, в каком он используется в отраслевых (специализированных) нормативных актах, содержащих строительные нормы.

В соответствии с пунктом 3.11 «Положения о проведении планово- предупредительного ремонта производственных зданий и сооружений» МДС 13-14.2000, утвержденного Постановлением Госстроя СССР от 29.12.1973 № 279, к капитальному ремонту производственных зданий и сооружений относятся такие работы, в процессе которых производится смена изношенных конструкций и деталей зданий и сооружений или замена их на более прочные и экономичные, улучшающие эксплуатационные возможности ремонтируемые объектов. В Приложении № 8 к данному Положению «Перечень работ по капитальному ремонту зданий и сооружений» в составе работ по капитальному ремонту зданий и сооружений, в том числе, приведены следующие виды работ: Раздел А. По зданиям: "XI. Центральное отопление: смена отдельных секций и узлов отопительных котлов бойлеров, котельных агрегатов или полная замена котельных агрегатов (в том случае, если котельный агрегат не является самостоятельным инвентарным объектом)».

Таким образом, данное положение указывает, что замена элементов системы отопления может являться капитальным ремонтом

Налоговым органом не представлено доказательств, что система отопления здания учитывалась обществом «СТП-1» в качестве самостоятельного объекта основных средств, ввиду чего ссылки инспекции на то, что согласно Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы, утвержденной Постановлением Правительства РФ от 01.01.2002 № 1, котлы отопительные, водонагреватели и вспомогательное оборудование к ним относятся к пятой амортизационной группе, не могут повлиять на право налогоплательщика по единовременному отнесению в состав расходов затрат по капитальному ремонту системы отопления.

Как правильно отмечено судом, в результате замены котлов технико- экономические характеристики системы отопления здания и как следствие самого здания не изменились. В связи с этим, произведенные в рамках

капитального ремонта системы отопления зданий, работы по замену котлов не могут быть квалифицированы как достройка, дооборудование, реконструкция, модернизация.

Таким образом, позиция налогоплательщика о том, что целью приобретения обществом котлов являлось использование их в рамках капитального ремонта по замене уже имеющейся системы отопления, а не создание новой системы отопления, подтверждается материалами дела, в связи с чем, общество «СТП-1» правомерно отнесены произведенные им затраты по замене отопительных котлов в здании к расходам заявителя, учитываемых в целях налогообложения единовременно, а не в порядке, установленном статьями 256 - 258 НК РФ.

При таких обстоятельствах, суд признал ошибочными доводы налогового органа о противоречивости действий налогоплательщика в отношении спорных расходов и в отношении затрат на замену ворот и кровли здания, которые заявителем не были списана единоразово в затраты, а отнесены на счета бухгалтерского учета, увеличивающие стоимость недвижимого имущества и подлежащие списанию в расходы через амортизацию. В последнем случае, как следует из пояснений представителей общества «СТП-1», обстоятельства касались улучшения функциональности заменяемых элементов и, безусловно, относились к модернизации основного средства.

Кроме того, неверное отражение налогоплательщиком хозяйственных операций в бухгалтерском учете не может являться основанием для отказа в принятии расходов, поскольку налоговый орган при проверке правильности определения налоговой базы должен, прежде всего, принимать во внимание первичные бухгалтерские документы.

Такая же оценка дана судом действиям заявителя по единовременному списанию в затраты стоимости услуг по подключения объекта недвижимости к сетям газоснабжения, поскольку конечным результатом данных услуг является не приобретение газопровода на каком-либо праве, а лишь технологическое присоединение

Указанные расходы не могут быть рассмотрены в качестве затрат по доведению основного средства до состояния, в котором оно пригодно для использования (пункт 1 статьи 257 НК РФ), поскольку в последнем случае понимаются действия, которые выполняются непосредственно в отношении соответствующего основного средства и без выполнения, которых основное средство не может быть закончено строительством.

Расходы в виде платы за технологическое присоединение энергопринимающих устройств к сетям непосредственно не связаны с приобретением, сооружением, изготовлением, а также доведением данных объектов до состояния, в котором они пригодны для использования. Такие расходы могут учитываться для целей налогообложения прибыли организаций на основании подпункта 49 пункта 1 статьи 264 НК РФ в составе прочих расходов, связанных с производством и (или) реализацией.

В связи с чем, налогоплательщик обоснованно учитывал расходы на

приобретение услуг по технологическому подключению, налоговый орган в свою очередь не доказал необходимость увеличения стоимости основного средства на спорные суммы расходов.

При указанных обстоятельствах налоговым органом, в данном случае, в нарушение части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены доказательства вмененного налогоплательщику-заявителю получения необоснованной налоговой выгоды (пункт 2 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53).

Следовательно, суд первой инстанции пришел к правильному и обоснованному выводу о том, что решение инспекции от 18.08.2017 № 11- 29/866 не соответствует положениям Налогового кодекса Российской Федерации, нарушают права и законные интересы заявителя, и удовлетворил требование заявителя.

Доводы апелляционной жалобы налогового органа отклоняются судом апелляционной инстанции по выше указанным мотивам.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены решения суда первой инстанции в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы.

Юридически значимые обстоятельства по настоящему делу правильно установлены судом первой инстанции в результате надлежащей оценки всех представленных в дело доказательств в их взаимной связи и совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о чем указано в мотивировочной части настоящего постановления. Иных доказательств, опровергающих установленные обстоятельства, заинтересованным лицом в материалы дела не представлено (статьи 65, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации налоговый орган освобождается от уплаты государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 27 февраля 2018г. по делу № А47-13446/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Оренбургской области – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного

производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Н.Г. Плаксина

Судьи А.А. Арямов

Н.А. Иванова