Постановление от 21 апреля 2026 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail:17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-2281/2026(1)-АК

Дело №А71-2478/2024
22 апреля 2026 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 апреля 2026 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей И.П. Даниловой, Т.В. Макарова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания О.М. Бронниковой,

при участии в судебном заседании:

от кредитора ФИО1 – ФИО2, удостоверение адвоката, доверенность от 20.05.2024,

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО1

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 29 января 2026 года

об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 о признании обязательства в размере 2 539 639,28 рубля общим обязательством ФИО3 и ФИО4,

вынесенное судьей М.В. Лиуконен

в рамках дела №А71-2478/2024

о признании ФИО3 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо ФИО4,

установил:

в Арбитражный суд Удмуртской Республики 15.02.2024 поступило заявление ФИО3 (далее – ФИО3, должник) о признании его несостоятельным (банкротом), которое определением от 22.02.2024 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 10.04.2024 (резолютивная часть от 01.04.2024) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5 (далее – ФИО5), член ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Сообщения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 03.04.2024 и в газете «Коммерсантъ» 06.04.2024.

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 24.03.2025 поступило заявление ФИО1 (далее – ФИО1) о признании обязательства перед ним в размере 2 539 639,28 рубля общим обязательством должника и его супруги ФИО4 (далее – ФИО4).

Определением суда от 26.03.2025 указанное заявление принято к производству; к участию в обособленном споре привлечена ФИО4

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29.01.2026 (резолютивная часть от 12.01.2026) в удовлетворении заявления ФИО1 о признании обязательства в размере 2 539 639,28 рубля общим обязательством ФИО6 и ФИО4 отказано. С ФИО1 в доход федерального бюджета взыскано 7 500,00 рублей государственной пошлины (с учетом определения арбитражного суда от 27.01.2026 об исправлении описки).

Не согласившись с судебным актом, кредитор ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 29.01.2026 отменить, заявленные требования удовлетворить.

Заявитель жалобы указывает на то, что заем получен 12.12.2011 в период брака ФИО7 (брак заключен 07.10.2006). Доказательств расходования средств на личные нужды должника, не связанные с интересами семьи, не представлено. Позиция должника о расходовании заемных денежных средств противоречива и непоследовательна. Так, в ходе исполнительного производства ФИО3 по месту регистрации не проживал, в отношении него проводились розыскные мероприятия по инициативе ФИО1 Место нахождения ФИО3 установлено судебным приставом-исполнителем лишь 30.12.2020, в ходе дачи объяснений последний сообщил о том, что заемные средства не брал, ФИО1 не знает, имущества в собственности не имеет, дохода не имеет. В ходе процедуры банкротства ФИО3 уклонялся от раскрытия обстоятельств расходования заемных средств, однако, в судебном заседании 03.03.2025 его представитель ФИО8 пояснила, что деньги потрачены на строительство дома по адресу: <...> д.*, на нужды самого ФИО3 и его семьи, в том числе детей. После предъявления заявления о признании обязательства совместным появился новый довод должника о приобретении оборудования для ООО «Уралспецэнергоремонт», где ФИО3 имел 50% доли в уставном капитале. Должник ФИО3 заявил, что брал деньги на закупку оборудования для ООО «Уралспецэнергоремонт», но документов не представил. Суд первой инстанции необоснованно принял данные пояснения и немотивированно истолковал сомнения в пользу должника. Однако, этот довод должника документально не подтвержден, организация ликвидирована. Согласно бухгалтерской отчетности ООО «Уралспецэнергоремонт» за 2012 и 2013 годы общий размер активов общества на начало 2012 года составлял 10 000,00 рублей и состоял из запасов на указанную сумму, дебиторская задолженность отсутствует, денежные средства в кассе и на расчетном счете отсутствуют, приходно-расходные операции за 2011 год отсутствовали. На конец 2012 года активы общества составляли всего 794 000,00 рублей, в том числе запасы - 25 000,00 рублей, дебиторская задолженность - 704 000,00 рублей, денежные средства - 65 000,00 рублей. При этом, в пассиве общества на конец периода заемные денежные средства отражены лишь на сумму 15 000,00 рублей. В случае внесения денежных средств ФИО3 в кассу или на расчетный счет общества, то они бы были отражены в статье баланса «заемные средства» в полном объеме, т.е. больше 2 млн. руб. Если был увеличен уставный капитал общества за счет средств, то это бы нашло свое отражение в балансе и в выписке из ЕГРЮЛ, в которой указано, что уставный капитал составлял 10 тыс. руб. На конец 2013 года активы общества составляли 76 000,00 рублей (дебиторская задолженность), денежные средства - отсутствовали, а пассивы - 728 тыс. руб., заемные средства - отсутствовали. В период с 31.01.2011 по 03.09.2012, с 01.01.2013 по 13.11.2023 должник не был официально трудоустроен, основным источником семейного дохода являлся доход супруги от трудовой деятельности. При этом, необходимо учитывать, что на иждивении ФИО4, работавшей в детской школе искусств, находились сам должник ФИО3, а также двое малолетних детей. Само по себе наличие у супруги самостоятельного дохода не опровергает возможность расходования заемных средств на нужды семьи. ФИО4 не отрицает факт расходования заемных денежных средств на нужды семьи. Размер дохода супруги за указанный период явно не позволял содержать семью из четырех человек (на протяжении более 12 лет) и одновременно осуществить строительство жилого дома. Из анализа доходов ФИО4 следует, что в 2012-2013гг. ее зарплата была нестабильной. При этом, в спорный период времени семья ФИО7 осуществляла строительство жилого дома по адресу: <...> д.*, иных доходов на строительство, кроме заемных денег, полученных от ФИО1, у ФИО7 не имелось, доказательств не представлено.

По мнению апеллянта, отсутствие доказательств со стороны должника при истечении значительного времени не может толковаться в пользу признания долга личным, а напротив свидетельствует о недобросовестности должника, уклонившегося от сохранения документов. Суд неверно определил бремя доказывания по настоящему спору. Ссылка суда на то, что кредитор имел возможность ознакомиться с паспортом и узнать семейное положение, несостоятельна, поскольку отметка в паспорте о заключении брака не свидетельствует о реальном нахождении в зарегистрированном браке либо его расторжении и о том, что заемные средства потрачены на нужды семьи; закон не возлагает на займодавца обязанность выяснять цели расходования займа и семейное положение заемщика. Сокрытие должником действительного места жительства, отрицание факта получения займа и знакомства с кредитором подтверждают недобросовестность должника и его намерение затруднить исполнение обязательства. Действия должника и его супруги (пассивная позиция в процессе, отсутствие возражений по существу, формальное заявление о пропуске срока исковое давности) свидетельствуют о согласованных действиях, направленных на сохранение имущества супруги от обращения взыскания. Суд первой инстанции допустил ошибку в определении момента начала течения срока исковой давности. ФИО1 объективно мог узнать о нарушении права (что не получит деньги только из имущества должника) только тогда, когда стало ясно, что имущества должника недостаточно, то есть в ходе процедуры банкротства (после 25.03.2024), когда выяснилось отсутствие у должника достаточного личного имущества; факт длительного нахождения должника в браке; отсутствие у супруги должника самостоятельных обязательств перед иными кредиторами, что в совокупности указывало на вероятность использования средств на нужды семьи; наличие общего жилого дома, построенного в период сразу же после получения займа, при отсутствии необходимого уровня доходов у супруги. ФИО1 активно участвовал в исполнительном производстве, заявлял ходатайства на установление имущества должника, его местонахождения, а в последующем и на розыск. Кредитор не мог знать, что деньги потрачены Шутовыми на семью, это обстоятельство раскрывается только в банкротстве, когда появляется доступ к счетам, сведениям из ПФР, ФНС, выпискам. До банкротства должник скрывался, отрицал долг, кредитор не мог собрать доказательства для иска к супруге. Таким образом, срок исковой давности начал течь не ранее 25.03.2024 (дата введения процедуры реализации). Кредитор подал заявление 24.03.2025, то есть в пределах одного года с этого момента, что укладывается в трехлетний срок. Начало течения срока исковой давности следует исчислять с даты введения процедуры реализации имущества гражданина (25.03.2024), когда кредитор получил реальную процессуальную возможность и достаточные основания для постановки вопроса об общем характере обязательства.

При подаче апелляционной жалобы заявителем уплачена государственная пошлина в размере 10 000,00 рублей, что подтверждается чеком по операции от 10.03.2026.

К апелляционной жалобе приложены дополнительные документы (копии): разрешение на строительство дома от 18.01.2013, выписка ЕГРН на объект по адресу: <...> д.*, стенограмма аудиопротокола от 03.03.2025, флеш-карта с копией видео и аудиопротокола, что расценено судом апелляционной инстанции в качестве ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

До начала судебного заседания от должника ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что судом первой инстанции соблюдены нормы материального и процессуального права, довод апеллянта о неправильном распределении судом бремени доказывания неверен. Вопрос о добросовестном поведении должника раскрыт в полной мере. Действий, связанных с сокрытием имущества, ФИО3 не совершал. Исполнительное производство было возбуждено, на вызовы приставов являлся и пояснения давал, таким образом, должник является добросовестным. Срок исковой давности был применен верно. Кредитору ФИО1 было известно о семейном положении ФИО3 задолго до введения процедуры банкротства. Вопреки утверждениям кредитора, он не мог не знать о том, что ФИО3 состоит в браке. При заключении договора займа и составлении расписки ФИО3 предоставил свои паспортные данные, которые содержат официальную информацию о семейном положении, включая отметку о браке. Таким образом, кредитор с момента получения расписки имел прямой доступ к сведениям о наличии супруги у должника. Довод кредитора о том, что сведения о семейном положении являются запрещенной к распространению информацией, не соответствует действительности. Информация о наличии супруга, содержащаяся в паспорте, была предоставлена самим должником при оформлении займа. Кредитор добровольно получил эти сведения и мог использовать их для защиты своих интересов, в том числе для предъявления требований к супруге должника в установленные сроки. ФИО3 не скрывался от судебного пристава-исполнителя и не уклонялся от исполнения обязательств. В материалах исполнительного производства имеются объяснения ФИО3, данные судебному приставу-исполнителю 30.12.2020, что опровергает утверждения кредитора о сокрытии должника. Кроме того, факт объявления в розыск не свидетельствует о злонамеренном поведении, а является следствием ненадлежащего уведомления должника о проводимых мероприятиях. Кредитор имел возможность предъявить требование к супруге ФИО3 до введения процедуры банкротства. На момент 2020 года, когда ФИО3 давал объяснения судебному приставу, кредитор располагал всей необходимой информацией, включая паспортные данные о семейном положении должника, для предъявления иска к супруге должника. Однако, кредитор не воспользовался этим правом, что свидетельствует о пропуске срока исковой давности по требованию к супруге должника. Подача заявления о банкротстве после истечения сроков исковой давности не свидетельствует о злоупотреблении правом. Доводы кредитора о том, что должник подал заявление о банкротстве после истечения сроков исковой давности, не подтверждаются материалами дела. Банкротство является правовым институтом, направленным на восстановление платежеспособности, а не на уклонение от исполнения обязательств. Участие или неучастие супруги в судебном процессе является ее правом, а не обязанностью. Отсутствие активной позиции не может расцениваться как согласованные действия с должником.

В судебном заседании представитель кредитора ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержала, просила определение суда отменить, заявленные требования – удовлетворить. Кроме того, поддержала ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов, приложенных к апелляционной жалобе.

Ходатайство представителя кредитора ФИО1 о приобщении дополнительных документов рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 Арбитражного кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в его удовлетворении отказано ввиду отсутствия правовых оснований с учетом положений части 2 статьи 268 АПК РФ.

Поскольку данные доказательства поступили в электронном виде через систему «Мой Арбитр», на бумажном носителе не предоставлялись, то документы не подлежат возврату заявителю.

Флеш-карта, приложенная к апелляционной жалобе, возвращена представителю ФИО1 в судебном заседании (приложение – расписка представителя).

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ФИО3 состоит в браке с ФИО9 с 07.10.2006, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака I-НИ №586430.

Решением Первомайского районного суда г. Ижевска от 22.05.2014 по делу №2-1590/14 с ФИО3 в пользу ФИО1 взыскана сумма долга в размере 1 980 359,00 рублей, проценты по договору в размере 333 580,47 рубля, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 1.01.2013 по 24.03.2014 в размере 194 955,34 рубля, расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000,00 рублей, по уплате государственной пошлины в размере 20 744,47 рубля, всего 2 539 639,28 рубля.

Согласно решению Первомайского районного суда г. Ижевска от 22.05.2014 по делу №2-1590/14 ФИО1 передал Шутову С.В денежные средства в сумме 1 980 359,00 рублей в долг по расписке от 12.12.2011. ФИО3 обязался возвратить сумму займа 31.12.2012 и уплатить проценты за пользование займом в размере 16% годовых.

Неисполнение обязательства по возврату долга явилось основанием для его взыскания в судебном порядке.

На основании выданного исполнительного листа было возбуждено исполнительное производство, требования, содержащиеся в исполнительном документе, должником исполнены не были.

В рамках дела о банкротстве должника определением суда от 25.08.2024 требования ФИО1 в размере 2 539 639,28 рубля задолженности включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3

Ссылаясь на то, что вышеуказанная сумма денежных средств была получена должником в период брака с ФИО4 и потрачена на нужды семьи, кредитор ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании обязательств в сумме 2 539 639,28 рубля общим обязательством супругов ФИО12

При рассмотрении настоящего обособленного спора должником представлены возражения с указанием на то, что вышеуказанные обязательства не являются общим обязательствами супругов, поскольку денежные средства были израсходованы на приобретение оборудования для деятельности ООО «Уралспецэнергоремонт». Кроме того, должником заявлено о пропуске срока исковой давности для обращения в суд со ссылкой на положения пункта 48 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждане, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 июня 2025 года. Поскольку долг ФИО3 перед кредитором ФИО1 возник более 10 лет назад в 2012 году, срок исковой давности для предъявления требований к ФИО4 истек, уважительные причины пропуска срока суду не представлены.

От ФИО1 поступили возражения в части применения срока исковой давности, из которых следует, что с момента получения денежных средств в заем от кредитора ФИО3 нигде и никак не обозначал, что денежные средства получены на общие нужды. На момент получения займа обязательство имело признаки личного. Какой-либо информации кредитору о своем семейном положении ФИО3 не предоставлял. В ходе исполнительного производства должник скрывался, был зарегистрирован по адресу, где его супруга не проживала, а проживал только отец, в связи с чем, объявлялся в розыск. ФИО3 отрицал сам факт получения денежных средств и факт знакомства с ФИО1 Информация о семейном положении ФИО3 получена ФИО1 лишь послед введения процедуры банкротства. Началом течения сроков исковой давности по заявленным требованиям следует считать момент, когда ФИО1 стал конкурсным кредитором в деле о банкротстве и получил доступ ко всему объему сведений о должнике. По мнению кредитора, должник и его супруга имеют общую цель уклонения от обязательств перед ФИО1 и все их действия согласованы. На это указывает и то, что супруга должника, имея риски возложения на нее обязательств супруга, не участвует в судебном процессе и не имеет активной позиции по защите своих интересов, полагаясь на работу представителей самого ФИО3.

Должник считает, что кредитору ФИО1 было известно о семейном положении ФИО3 задолго до введения процедуры банкротства. При заключении договора займа и составлении расписки ФИО3 предоставил свои паспортные данные, которые содержат официальную информацию о семейном положении. Кредитор, получив эти сведения, мог использовать их для защиты своих интересов, в том числе для предъявления требований к супруге должника в установленные сроки. ФИО3 не скрывался от судебного пристава-исполнителя и не уклонялся от исполнения обязательств. В материалах исполнительного производства имеются объяснения ФИО3, данные судебному приставу-исполнителю 30.12.2020, что опровергает утверждения кредитора о сокрытии должника. Кроме того, факт объявления в розыск не свидетельствует о злонамеренном поведении, а является следствием ненадлежащего уведомления должника о проводимых мероприятиях. Доводы кредитора о том, что должник подал заявление о банкротстве после истечения сроков исковой давности, не подтверждаются материалами дела. Банкротство является правовым институтом, направленным на восстановление платежеспособности, а не на уклонение от обязательств.

ФИО4 представлен в материалы дела отзыв, в котором заявлено о применении срока исковой давности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что на момент получения займа обязательство имело признаки личного, заявителем не представлены доказательства того, что обязательства возникли по инициативе обоих супругов, равно как и доказательства расходования денежных средств на нужды семьи; кредитором пропущен срок исковой давности для обращения в суд, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, заслушав представителя кредитора ФИО1, участвующего в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу положений пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного закона.

Согласно статье 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов. Погашение этих требований за счет конкурсной массы осуществляется в следующем порядке. Сначала погашаются требования всех кредиторов, в том числе кредиторов по текущим обязательствам, из стоимости личного имущества должника и стоимости общего имущества супругов, приходящейся на долю должника. Затем средства, приходящиеся на долю супруга должника, направляются на удовлетворение требований кредиторов по общим обязательствам (в непогашенной части), а оставшиеся средства, приходящиеся на долю супруга должника, передаются этому супругу (пункты 1 и 2 статьи 45 СК РФ).

При этом из абзаца 2 пункта 6 данного постановления следует, что вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве). К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика. Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов; соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника.

Таким образом, кредитор, требования которого уже включены в реестр требований кредиторов должника-гражданина, вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов, разрешение соответствующих требований судом первой инстанции в самостоятельном обособленном споре является правомерным.

Вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве). Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью. Поэтому само по себе распределение общих долгов супругов между ними в соответствии с положениями пункта 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации, произведенное без согласия кредитора, не изменяет солидарную обязанность супругов перед таким кредитором по погашению общей задолженности. Указанная норма Семейного кодекса Российской Федерации регулирует внутренние взаимоотношения супругов, не затрагивая имущественную сферу кредитора.

Супруги должны добросовестно исполнять обязательства перед кредиторами согласно условиям состоявшегося распределения общих долгов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ). В случае нарушения данной обязанности кредитор вправе потребовать исполнения обязательства без учета произошедшего распределения общих долгов, при этом супруг, исполнивший солидарную обязанность в размере, превышающем его долю, определенную в соответствии с условиями распределения общих долгов, имеет право регрессного требования к другому супругу в пределах исполненного за вычетом доли, падающей на него самого (подпункт 1 пункта 2 статьи 325 ГК РФ).

Согласно пункту 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ).

Пунктом 2 статьи 35 СК РФ, пунктом 2 статьи 253 ГК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств с третьими лицами, действующее законодательство не содержит.

В силу пункта 1 статьи 45 СК РФ, предусматривающего, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга, допускается существование у каждого из супругов собственных обязательств.

Следовательно, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований, возражений.

Как указывалось выше, задолженность перед кредитором, включенная в реестр требований кредиторов должника, подтверждена вступившим в законную силу решением Первомайского районного суда г. Ижевска от 22.05.2014 по делу №2-1590/14.

В обоснование заявленных требований кредитор ссылался на то, что денежные средства от ФИО1 были получены должником в период брака с ФИО4 и потрачены на нужды семьи.

Согласно пояснениям должника займ был использован им на покупку оборудования для ООО «Уралспецэнергоремонт», но в связи с истечением более 14 лет с момента получения займа, а также прекращения деятельности юридического лица, предъявить подтверждающие документы не представляется возможным.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям УФНС по Удмуртской Республике №08-18/06952 от 02.10.2018 ФИО3 являлся индивидуальным предпринимателем и с 01.01.2005 утратил государственную регистрацию физического лица в качестве индивидуального предпринимателя на основании статьи 3 Федерального Закона от 23.06.2003 №76-ФЗ.

Также ФИО3 являлся учредителем ряда обществ, а именно с 03.09.2007 по 02.10.2017 учредителем ООО «Уралспецэнергоремонт» (исключено из ЕГРЮЛ), с 03.06.2008 по 06.05.2016 - учредителем ООО «Эмульсионные технологии» (исключено из ЕГРЮЛ), с 12.12.2011 по 28.02.2017 - учредителем ООО «Экотехинжиниринг» (исключено из ЕГРЮЛ).

В период с 03.06.2008 по 06.06.2016 ФИО3 являлся руководителем ООО «Эмульсионные технологии».

Согласно сведениям ОСФР по Удмуртской Республике от 19.12.2024 на застрахованных лиц за период с 01.01.2011 по 30.01.2024 имеются сведения, составляющие пенсионные права, предоставленные следующим страхователям: по ФИО3: МБУ ООДО «Детская школа искусств №13» за период 01.07.2011-30.09.2011, ООО «Уралспецэнергоремонт» за период 01.01.2012-01.12.2013, ООО «Инвестпроект» за период 01.01.2011-31.01.2011; по ФИО4 (супруга должника): МБУ ООДО «Детская школа искусств №13» за период 01.01.2011-31.12.2016, апрель – ноябрь 2024 года.

Таким образом, в спорный период времени, то есть в момент заключения должником договора займа от 12.12.2011 супруга должника состояла в трудовых отношениях с МБУ ООДО «Детская школа искусств №13» и имела собственный доход, должник, в свою очередь, осуществлял коммерческую деятельность, являясь учредителем и руководителем юридических лиц.

Проанализировав вышеуказанные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что действительно денежные средства, полученные должником в займ у кредитора, могли быть использованы должником с целью осуществления им предпринимательской (коммерческой) деятельности.

Доказательства, свидетельствующие о том, что задолженность ФИО3 перед ФИО1 по расписке от 12.12.2011 возникла по инициативе обоих супругов ФИО7 либо ФИО4 принимала на себя совместное с супругом ФИО3 обязательство перед ФИО1, полученные должником от ФИО1 денежные средства, были израсходованы на нужды семьи ФИО7, в материалы дела не представлены; факт того, что должником в спорный период осуществлялась предпринимательская деятельность и были понесены соответствующие расходы, в том числе для деятельности ООО «Уралспецэнергоремонт», опровергнут не был (статьи 9, 65 АПК РФ).

В рассматриваемом случае, вопреки доводам кредитора ФИО1, с учетом конкретных обстоятельств обособленного спора, оснований полагать, что задолженность перед ФИО1 по расписке от 12.12.2011 возникла по инициативе обоих супругов ФИО7, не имеется.

Доказательств иного суду не представлено. Не представлены такие доказательства и суду апелляционной инстанции.

При изложенных обстоятельствах, учитывая отсутствие доказательств расходования должником полученных от ФИО1 денежных средств на нужды семьи, принимая во внимание наличие у должника и его супруги дохода, за счет которого обеспечивались их личные нужды и содержание семьи, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных кредитором ФИО1 требований о признании задолженности перед ним общим обязательством супругов ФИО3 и ФИО4

Доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, на момент рассмотрения апелляционной жалобы заявителем жалобы в соответствии со статьей 65 АПК РФ не представлено.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для переоценки вывода суда о недоказанности заявителем использования супругами ФИО3 и ФИО4 полученных денежных средств на нужды семьи.

Все доводы заявителя апелляционной жалобы отклоняются по следующим основаниям.

Как отмечалось ранее, юридически значимым обстоятельством в настоящем споре является выяснение вопросов об установлении цели получения денежной суммы и того, были ли потрачены денежные средства на нужды семьи («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2016)»).

Исходя из специфики дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренция кредиторов, высокая вероятность злоупотребления правом) в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 №1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым.

Бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

В силу части 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ).

В рассматриваемом случае с учетом конкретных обстоятельств настоящего обособленного спора, материалами дела не подтверждено, что денежные средства, полученные должником от ФИО1, были израсходованы в интересах семьи ФИО3 и ФИО4 Доказательств иного суду не представлено.

Кроме того, как указывалось ранее, должником и ФИО4 было заявлено о пропуске ФИО1 срока исковой давности для обращения в суд с рассматриваемым требованием.

В соответствии с правовой позицией, содержащейся в пункте 48 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025, по смыслу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, признание обязательства гражданина общим с его супругом влечет появление у кредитора права на удовлетворение своего требования, в том числе за счет имущества, принадлежащего супругу должника. Тем самым супруг гражданина, признанного банкротом, становится фактически содолжником в обязательстве и начинает отвечать как своей долей в общем имуществе, так и своим личным имуществом перед кредитором. В связи с этим на данное требование, как на иск о присуждении, распространяется общий срок исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Согласно пункту 1 статьи 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. По смыслу указанной нормы и статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, как правило, срок исковой давности для предъявления требований к солидарным должникам начинает течь в один и тот же день.

Институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 №3-П «По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина ФИО10»).

Из материалов дела следует, что спорные денежные средства получены должником 12.12.2011, судебный акт о взыскании с должника денежных средств вынесен 22.05.2014, процедура реализации в отношении имущества должника введена 25.03.2024.

Заявление о признании обязательств перед ним общими обязательствами супругов подано кредитором в суд 24.03.2025, то есть по истечении почти одиннадцати лет с момента взыскания суммы долга и процентов, при том, что какие-либо объективные препятствия для подачи данного заявления в установленные сроки отсутствовали, а иное не доказано и из материалов дела не усматривается.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал, что общий трехлетний срок исковой давности по поданному в суд 24.03.2025 требованию ФИО1 о признании общим обязательством супругов ФИО7 обязательства должника договору займа от 12.12.2011, подтвержденного вступившим в законную силу судебным актом от 22.05.2014 и включенного в реестр требований кредиторов должника определением суда от 21.08.2024, пропущен, доказательства, свидетельствующие об ином, отсутствуют, при том, что в данном случае с момента получения должником 12.12.2011 заемных денежных средств до момента подачи в суд настоящего требования 24.05.2025 прошло более 14 лет, что объективно препятствует должнику и ответчику в представлении в суд всех необходимых доказательств расходования указанных денежных средств в 2011 году, а также доказательств наличия у супругов иных доходов в указанный период.

Судебная коллегия обращает внимание на то обстоятельство, что как минимум с даты вступления в законную силу судебного акта в законную силу, кредитор знал о нарушении своих имущественных прав и, обладая информацией о деятельности должника и его семейном положении, обладал возможность в течении срока исковой давности обратиться в суд о признании обязательств перед ним общими обязательствами супругов.

Соответственно, довод апеллянта о том, что он только в процедуры банкротства узнал об обстоятельствах использования денежных средств в интересах семьи должника, и именно с этого момента подлежит исчислению срок исковой давности, является ошибочным, и подлежит отклонению.

Согласно пояснениям ФИО3 от 30.12.2020, полученным в рамках исполнительного производства от 03.09.2014 №61243/14/18022-ИП, возбужденного на основании исполнительного листа Первомайского районного суда г. Ижевска по делу №2-1590/2014 о взыскании с должника задолженности в пользу ФИО1, должник не знаком с ФИО1, денежные средства от него не получал, в судебном заседании при рассмотрении дела не участвовал, поскольку не знал о нем; по адресу: <...> д.*, давно не проживает, дом продан около 10 лет назад. О наличии долга перед ФИО1 узнал с сайта ФССП, намерен восстановить сроки и обжаловать судебный акт.

Согласно сведениям о розыске лица 11.09.2014 ФИО3 снят с регистрационного адресу <...> д.*. 19.09.2024 Шутов поставлен на регистрационный учет по адресу: <...> д.*, кв.*.

Согласно акту совершения исполнительных действий от 28.04.2016 в рамках исполнительного производства от 03.09.2014 №61243/14/18022-ИП, по адресу: <...> д.*, кв.* должник не проживает, в квартире проживает отец должника ФИО11, что также подтверждается актом о совершении исполнительных действий от 29.12.2020.

С учетом вышеуказанного, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции правомерно признал, что срок исковой давности по данному спору кредитором пропущен, что, в силу статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Судебная коллегия отмечает, что последствием признания обязательства общим в силу положений пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации является возникновение у кредитора права на обращение взыскания в деле о банкротстве на общее имущество супругов.

В рассматриваемом случае из отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина по состоянию на 15.04.2026, а также пояснений представителя кредитора в суде апелляционной инстанции, установлено, что конкурсная масса должника не сформирована, соответственно, отсутствует имущество (в т.ч. принадлежащее супругам), от реализации которого возможно погашение требований кредитора, в т.ч. за счет доли, причитающейся супруге должника.

Вместе с тем, обстоятельства, связанные с поведением должника по длительному уклонению от погашения требований кредитора, подлежат оценке судом при завершении процедуры банкротства и решении вопроса о наличии (отсутствии) оснований для применения к должнику правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции при рассмотрении спора установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Выводы, изложенные в судебном акте, обоснованы и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству, основания переоценивать выводы суда первой инстанции у судебной коллегии отсутствуют.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ, поскольку в удовлетворении жалобы отказано.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 января 2026 года по делу №А71-2478/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.


Председательствующий


Л.М. Зарифуллина


Судьи


И.П. Данилова


Т.В. Макаров