Постановление от 2 октября 2024 г. по делу № А47-13573/2021

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-11362/2024
г. Челябинск
03 октября 2024 года
Дело № А47-13573/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 октября 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Жернакова А.С.,

судей Аникина И.А., Камаева А.Х.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Уряшевой У.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу сельскохозяйственного производственного кооператива колхоз им. М.В. Фрунзе на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2024 по делу № А47-13573/2021.

В судебном заседании принял участие представитель сельскохозяйственного производственного кооператива колхоз им. М.В. Фрунзе – Александров Андрей Георгиевич (доверенность от 10.07.2024, сроком действия на три года, удостоверение адвоката).


Общество с ограниченной ответственностью «Фрунзе» (далее – истец, ООО «Фрунзе») обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к сельскохозяйственному производственному кооперативу колхоз им. М.В. Фрунзе (далее – ответчик, СПК колхоз им. М.В. Фрунзе) о взыскании задолженности по договору займа № 4 от 10.01.2020 в размере 1 917 751 руб., по договору займа № 3 от 30.06.2020 в размере 300 000 руб., по договору займа № 4 от 17.10.2020 в размере 360 000 руб., по договору займа № 8 от 28.12.2020 в размере 200 000 руб., неосновательного обогащения в размере 73 500 руб. (с учетом уточнения предмета и размера исковых требований, т. 5 л.д. 127-128).

В период рассмотрения спора СПК колхоз им. М.В. Фрунзе обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области со встречным исковым заявлением к ООО «Фрунзе» о признании недействительным договора займа № 4 от 10.01.2020 (т. 2 л.д. 1-4).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО1 (далее – третье лицо, ФИО1).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2024 (резолютивная часть от 11.06.2024) первоначальные исковые требования удовлетворены в полном объеме, в удовлетворении встречных исковых требований судом отказано.

С указанным решением суда не согласилось СПК колхоз им. М.В. Фрунзе (далее – податель апелляционной жалобы, апеллянт), подало апелляционную жалобу, в которой просило решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении первоначальных исковых требований и об удовлетворении встречных исковых требований.

В апелляционной жалобе ее податель указал на необходимость применения к настоящему спору повышенного стандарта доказывания заключения и исполнения договоров займа. Апеллянт полагал, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче заемщику наличных денежных средств, подтверждаемого только квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежало учитывать обстоятельства того, позволяло ли финансовое положение займодавца (с учетом его доходов) предоставить заемщику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены заемщиком, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

По мнению апеллянта, в настоящем деле имеются неразрешенные сомнения в действиях ФИО2 в намерении ответчика путем манипулирования денежными средствами подконтрольного на момент заключения договоров займа кооператива искусственно нарастить кредиторскую задолженность перед истцом, что подтверждает подписание со стороны займодавца договоров начальником свинокомплекса ФИО3, подписание приходных кассовых ордеров ФИО1, в указанные даты не состоявшей в трудовых отношениях с кооперативом. Апеллянт считал, что такой поведение явно свидетельствует о недобросовестности сторон заемных отношений, что достаточно для отказа в удовлетворении требований истца и, наоборот, в удовлетворении требования по встречному иску.

Податель жалобы полагал, что в рамках данного дела необходимо было обратить внимание на доводы ответчика об аффилированности участников дела, искусственное формирование задолженности с участием подконтрольных истцу органов управления ответчиком и противоречия в представленных истцом документах. Апеллянтом также указано, что заявленный ответчиком встречный иск о признании договоров недействительными подлежал удовлетворению, поскольку уставными документами и статьей 38 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» установлены последствия заключения сделок при наличии конфликта интересов.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание представители истца и третьего лица не явились.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из письменных материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «Фрунзе» (заимодавец) и СПК колхоз им. М.В. Фрунзе (заемщик) был подписан договор займа № 4 от 10.01.2020 (далее также – договор № 4 от 10.01.2020, т. 1 л.д. 10-11), согласно п. 1.1 которого заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 4 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный настоящим договором срок.

На основании п. 2.2. договора № 4 от 10.01.2020 возврат суммы займа заемщик производит до 31.12.2020. Сумма займа может быть возвращена заемщиком досрочно.

Во исполнении условий договора № 4 от 10.01.2020 ООО «Фрунзе» передало СПК колхоз им. М.В. Фрунзе наличными, а также перечислило денежные средства в счет оплаты счетов за СПК колхоз им. М.В. Фрунзе на общую сумму 6 325 295 руб., что подтверждается расчетными кассовыми ордерами, платежными поручениями, а также актом сверки взаимных расчётов по состоянию на 01.01.2021 (т. 1 л.д. 12-13, 14-45, 46-62).

СПК колхоз им. М.В. Фрунзе к указанному в договоре № 4 от 10.01.2020 сроку были частично возвращены денежные средства как в натуре, так и сельскохозяйственной продукцией на общую сумму 4 465 118 руб.

Между ООО «Фрунзе» (заимодавец) и СПК колхоз им. М.В. Фрунзе (заемщик) был подписан договор займа № 3 от 30.06.2020 (далее также – договор № 3 от 30.06.2020, т. 2 л.д. 143-144), согласно п. 1.1 которого заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 300 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный настоящим договором срок.

На основании п. 2.2. договора № 3 от 30.06.2020 возврат суммы займа заемщик производит до 01.12.2020. Сумма займа может быть возвращена заемщиком досрочно.

Между ООО «Фрунзе» (заимодавец) и СПК колхоз им. М.В. Фрунзе (заемщик) был подписан договор займа № 4 от 17.11.2020 (далее также – договор № 4 от 17.11.2020, т. 2 л.д. 145-146), согласно п. 1.1 которого заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 360 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный настоящим договором срок.

На основании п. 2.2. договора № 4 от 17.11.2020 возврат суммы займа заемщик производит до 31.12.2020. Сумма займа может быть возвращена заемщиком досрочно.

Между ООО «Фрунзе» (заимодавец) и СПК колхоз им. М.В. Фрунзе (заемщик) был подписан договор займа № 8 от 28.12.2020 (далее также – договор № 8 от 28.12.2020), согласно п. 1.1 которого заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 20 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный настоящим договором срок.

На основании п. 2.2. договора № 8 от 28.12.2020 возврат суммы займа заемщик производит до 01.12.2020. Сумма займа может быть возвращена заемщиком досрочно.

В силу п. 2.1 указанных договоров заимодавец перечисляет заемщику сумму займа на банковский счет, указанный в договоре, либо передает наличными, либо перечисляет третьим лицам за заемщика.

В соответствии с п. 2.3 договоров займ является беспроцентным.

По условиям п. 3.2 договоров в случае невозвращения указанной в п. 1.1. суммы займа в сроки, определенные в п. 2.2. договора, заимодавец может предъявить, а заемщик в этом случае обязан оплатить пени в размере 0,1 % от неуплаченной суммы за каждый день просрочки.

Во исполнение условий договоров № 3 от 30.06.2020, № 4 от 17.11.2020, № 8 от 28.12.2020 истец в период с 01.01.2021 по 18.01.2021 перечислил и передал наличными ответчику денежные средства в общем размере 374 200 руб., что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями.

Кроме этого, истцом были переданы ответчику вне рамок договоров займа денежные средства в размере 73 500 руб.

Ссылаясь на наличие задолженности по договорам займа, ООО «Фрунзе» направило СПК колхоз им. М.В. Фрунзе претензию с предложением в десятидневный срок с момента получения претензии погасить задолженность (т. 1 л.д. 8, 9).

Оставление СПК колхоз им. М.В. Фрунзе требований указанной претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения ООО «Фрунзе» в арбитражный суд с рассматриваемыми первоначальными исковыми требованиями.

Ссылаясь на то, что общим собранием СПК колхоз им. М.В. Фрунзе решений по заключению каких-либо договоров займа между СПК колхоз им. М.В. Фрунзе и ООО «Фрунзе» не принималось, СПК колхоз им. М.В. Фрунзе обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми встречными исковыми требованиями о признании недействительным договора займа № 4 от 10.01.2020.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности факта ненадлежащего исполнения СПК колхоз им. М.В. Фрунзе обязательств заемщика по договорам займа в части возврата заемных денежных средств, а также получателя денежных средств в части непредставления встречного предоставления. Отказывая в удовлетворении встречного иска, суд посчитал, что сам по себе факт аффилированности истца и ответчика не является безусловным основанием для признания сделки недействительной в отсутствие доказательств совершения сделки в ущерб его кредиторам; что совершение сделок между аффилированными лицами действующим законодательством не запрещено; что  факт перечисления денежных средств ответчиком не оспорен, не доказано, что сделки выходила за рамки обычного хозяйственного оборота.

Проверив законность и обоснованность решения суда, оценив доводы апелляционной жалобы ответчика, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе из договоров и иных сделок.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ предусмотрена обязанность заемщика возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором.

Исходя из положений указанных норм права, передача займодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа, являющегося реальным договором.

Статьей 808 ГК РФ установлены требования к форме договора займа: договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Договор займа является реальным и в соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Как следует из письменных материалов дела, между ООО «Фрунзе» (заимодавец) и СПК колхоз им. М.В. Фрунзе (заемщик) был заключен договор займа № 4 от 10.01.2020, во исполнение условий которого ООО «Фрунзе» передало СПК колхоз им. М.В. Фрунзе наличными, а также перечислило денежные средства в счет оплаты счетов за СПК колхоз им. М.В. Фрунзе на общую сумму 6 325 295 руб.

Кроме этого, между ООО «Фрунзе» (заимодавец) и СПК колхоз им. М.В. Фрунзе (заемщик) были заключены договоры займа № 3 от 30.06.2020, № 4 от 17.11.2020, № 8 от 28.12.2020 во исполнение условий которых, истец в период с 01.01.2021 по 18.01.2021 перечислил и передал наличными ответчику денежные средства в размере 374 200 руб.

СПК колхоз им. М.В. Фрунзе возражало относительно действительности договора займа № 4 от 10.01.2020, заявило соответствующий встречный иск.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.

В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 166 ГК РФ оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (пункт 3 статьи 166 ГК РФ).

При рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как совершенной с нарушением предусмотренного Законом об обществах с ограниченной ответственностью порядка совершения крупных сделок, подлежит применению статья 173.1 ГК РФ, а с нарушением порядка совершения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, - пункт 2 статьи 174 ГК РФ (пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) с учетом особенностей, установленных указанным законом (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – постановление Пленума № 27)).

Так, на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) по иску общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной (пункт 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В силу пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

Под обычной хозяйственной деятельностью следует понимать любые операции, которые приняты в текущей деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, занимающихся аналогичным видом деятельности, сходных по размеру активов и объему оборота, независимо от того, совершались ли такие сделки данным обществом ранее. К сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности, могут относиться сделки по приобретению обществом сырья и материалов, необходимых для производственно-хозяйственной деятельности, реализации готовой продукции, получению кредитов для оплаты текущих операций (например, на приобретение оптовых партий товаров для последующей реализации их путем розничной продажи) (пункт 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (далее - постановление Пленума № 28)).

Лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с заинтересованностью, обязано доказать: наличие признаков, по которым сделка признается с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения такой сделки (пункт 1 статьи 45 и пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью); нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников, т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац 5 пункта 5 статьи 45 и абзац 5 пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) (пункт 3 постановления Пленума № 28).

Кроме того, в пункте 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, разъяснено, что составной частью интереса общества являются, в том числе, интересы участников. В связи с этим ущерб интересу общества также имеет место, когда сделка хотя и не причиняет ущерб юридическому лицу, но не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выражали согласие на совершение соответствующей сделки.

В обоснование заявленного встречного иска СПК колхоз им. М.В. Фрунзе указал, что общим собранием членов кооператива решение по заключению каких-либо договоров займа с ООО «Фрунзе» не принималось, договоры займа заключены были между аффилированными лицами.

Вместе с тем, как обоснованно отметил суд первой инстанции, сам по себе факт аффилированности не является безусловным основанием для признания сделки недействительной в отсутствие доказательств совершения сделки в ущерб его кредиторам. Совершение сделок между аффилированными лицами действующим законодательством не запрещено.

Уставом СПК колхоз им. М.В. Фрунзе предусмотрено, что председатель кооператива вправе заключать договоры (пункт 9.8.7), при этом в уставе нет указания на то, что перед заключением таких договоров председатель СПК колхоз им. М.В. Фрунзе должен заручиться согласием на совершение сделки со стороны иных органов управления кооператива.

По материалам дела, по платежным документам, по выпискам с расчетных счетов СПК колхоз им. М.В. Фрунзе суд первой инстанции установил, что ответчик принимал денежные средства по ордерам и в виде поступления на счет, оплаты долга перед кредиторами за него истцом; что факт перечисления денежных средств оспорен не был, не было доказано, что сделка выходит за рамки обычного хозяйственного оборота. Часть долга возвращалась СПК колхоз им. М.В. Фрунзе  продукцией.

На основании пункта 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно отказал СПК колхоз им. М.В. Фрунзе в удовлетворении встречного искового заявления о признании недействительным договора займа № 4 от 10.01.2020.

Доводы подателя апелляционной жалобы о том, что заявленный ответчиком встречный иск о признании договоров недействительными подлежал удовлетворению, поскольку уставными документами и статьей 38 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» установлены последствия заключения сделок при наличии конфликта интересов, проанализированы судебной коллегией и признаны несостоятельными.

На основании пункта 3 статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» сделки кооператива (в том числе сделки по передаче в аренду земельных участков и основных средств кооператива, по залогу имущества кооператива), стоимость которых в процентах от общей стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств кооператива составляет до 10 процентов, совершаются по решению правления кооператива (за исключением случаев, предусмотренных абзацем третьим настоящего пункта), от 10 до 20 процентов - по совместному решению правления кооператива и наблюдательного совета кооператива, свыше 20 процентов - по решению общего собрания членов кооператива.

Уставом кооператива могут быть предусмотрены полномочия председателя кооператива по принятию решений о совершении сделок, не выходящих за пределы обычной хозяйственной деятельности кооператива и не связанных с владением, пользованием и распоряжением земельными участками и основными средствами кооператива. При этом уставом кооператива может устанавливаться предельная стоимость указанных сделок, которая не может превышать 10 процентов от общей стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств кооператива.

В соответствии с пунктом 4 статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» сделка кооператива, второй стороной в которой выступают председатель кооператива или исполнительный директор кооператива, члены правления кооператива или наблюдательного совета кооператива, их супруги и ближайшие родственники либо владельцы пая, размер которого составляет более чем 10% от паевого фонда кооператива, считается сделкой, в которой присутствует конфликт интересов.

В соответствии с пунктом 6 статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» решения о совершении сделок кооператива, в которых присутствует конфликт интересов, принимаются на совместном заседании правления кооператива и наблюдательного совета кооператива единогласно и утверждаются общим собранием членов кооператива большинством не менее чем две трети голосов.

При этом по смыслу пункта 8 статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» сделки, совершенные с нарушением вышеприведенных положений, являются оспоримыми. В частности, суд отказывает в удовлетворении требований о признании сделки, совершенной с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, недействительной при наличии одного из следующих обстоятельств:

- не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков кооперативу или члену кооператива, ассоциированному члену кооператива, обратившимся с таким иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них;

- к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения данной сделки по правилам, предусмотренным настоящим Федеральным законом;

- при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке не знала и не должна была знать о ее совершении с нарушением предусмотренных настоящим Федеральным законом требований к ней.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции СПК колхоз им. М.В. Фрунзе не было представлено доказательств того, что кредитование колхоза в рамках договора займа № 4 от 10.01.2020 не носило характера обычной хозяйственной деятельности между истцом и ответчиком, имело место на нерыночных условиях, что совершение данной сделки повлекло или могло повлечь за собой причинение убытков кооперативу либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

В силу изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о признании договора займа № 4 от 10.01.2020 действительной сделкой и не усмотрел оснований для применения норм статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации».

СПК колхоз им. М.В. Фрунзе также заявило возражения относительно реальности факта передачи истцом ответчику заемных денежных средств.

В частности, СПК колхоз им. М.В. Фрунзе было заявлено о фальсификации доказательств первичного бухгалтерского учета, для проверки которого было заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы, в котором ответчик просил исследовать 7 документов (договор займа № 4 от 10.01.2020, письма СПК колхоз им. М.В. Фрунзе № 1 от 17.01.2020, № 49 от 06.07.2020, № 84 от 28.12.2020, расходные кассовые ордера № 4 от 21.01.2020, № 128 от 21.11.2020, № 134 от 03.12.2020).

Согласно ответу на запрос ответчика экспертное учреждение указало стоимость проведения исследования в размере 15 000 руб. за один документ (т. 6 л.д. 29).

Суд первой инстанции обязал явкой представителя ответчика в целях рассмотрения заявления о фальсификации, уточнения позиции в виде выбора отдельных документов для экспертизы с учетом большого количества представленных истцом документов, доказательств внесения денежных средств на депозитный счет суда.

Ответчиком пояснения относительно отбора для проведения экспертизы отдельных выбранных документов не представлены, в счет проведения экспертизы на депозитный счет суда платежным поручением № 203 от 11.12.2023 внесено 20 000 руб. (т. 6 л.д. 62).

Кроме того, суд первой инстанции предлагал представить пояснения по делу в части оспаривания одного договора при заявлении исковых требований о взыскании по нескольким. Ответчик не дал пояснений относительно выбора отдельных документов из общего количества представленных истцом для проверки. Таким образом, ответчик не обосновал необходимость проведения судебной экспертизы для рассмотрения дела, не представил доказательств внесения денежных средств на депозитный счет суда.

С учетом пассивной позиции, не обеспечения явки представителя для дачи пояснений, судом первой инстанции определением от 15.06.2023 заявление о фальсификации оставлено без рассмотрения.

Как было верно установлено судом первой инстанции, факт перечисления (передачи) денежных средств ответчиком оспорен не был.

Довод апеллянта о необходимости применения к настоящему спору повышенного стандарта доказывания заключения и исполнения договоров займа отклонен судебной коллегией, поскольку наличие аффилированности между истцом и ответчиком не является безусловным поводом для возложения на истца повешенного бремени доказывания и освобождения ответчика от обязанности доказать правдивость своих возражений на иск.

Ссылки апеллянта на то, то при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче заемщику наличных денежных средств, подтверждаемого только квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежало учитывать обстоятельства того, позволяло ли финансовое положение займодавца (с учетом его доходов) предоставить заемщику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены заемщиком, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д., не приняты судебной коллегией, поскольку факт перечисления (передачи) истцом ответчику денежных средств подтвержден совокупностью доказательств по делу (платежные поручения, ПКО, сведения по лицевым счетам ответчика, кассовые книги истца), не опровергнутых ответчиком.

По тем же мотивам, как носящих характер неподтвержденных предположений, апелляционным судом признаны необоснованными доводы апеллянта о том, что в деле имеются неразрешенные сомнения в действиях ФИО2 в намерении ответчика путем манипулирования денежными средствами подконтрольного на момент заключения договоров займа кооператива искусственно нарастить кредиторскую задолженность перед истцом.

Ссылка апеллянта на то, что договоры со стороны займодавца были подписаны начальником свинокомплекса ФИО3, несостоятельна, поскольку полномочия ФИО3 были  подтверждены приказом от 30.06.2007 № 5 (т. 3 л.д. 10) и ООО «Фрунзе» не оспаривались в части возможности заключения рассматриваемых сделок.

Ссылка апеллянта на то, что приходные кассовые ордера были подписаны  ФИО1 в даты, в которые она не состояла в трудовых отношениях с кооперативом, опровергнута сведениями из трудовой книжки ФИО1 (т. 3 л.д. 7-9), согласно которым ФИО1 работала в должности главного бухгалтера СПК колхоз им. М.В. Фрунзе до 08.02.2021.

На основании пункта 1 статьи 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Согласно статье 309, пункту 1 статьи 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

На основании п. 2.2. договора № 4 от 10.01.2020 возврат суммы займа заемщик производит до 31.12.2020.

На основании п. 2.2. договора № 3 от 30.06.2020 возврат суммы займа заемщик производит до 01.12.2020.

На основании п. 2.2. договора № 4 от 17.11.2020 возврат суммы займа заемщик производит до 31.12.2020.

На основании п. 2.2. договора № 8 от 01.12.2020 возврат суммы займа заемщик производит до 31.12.2020

Доказательства надлежащего исполнения указанных условий договора займа, возврата всей суммы займа ответчиком в материалы дела представлены не были.

По расчету истца задолженность ответчика составила: по договору займа № 4 от 10.01.2020 - 1 917 751 руб., по договору займа № 3 от 30.06.2020 - 300 000 руб., по договору займа № 4 от 17.10.2020 - 360 000 руб., по договору займа № 8 от 28.12.2020 - 200 000 руб.

Факт наличия указанной задолженности ответчик в порядке статей 65, 66 АПК РФ не опроверг.

На основании пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество.

Согласно статье 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило (пункт 2 статьи 1105 ГК РФ).

Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимо, во-первых, чтобы обогащение одного лица (приобретателя (ответчика)) произошло за счет другого (потерпевшего (истца)), и, во-вторых, чтобы такое обогащение произошло при отсутствии к тому законных оснований или последующем их отпадении. При этом не имеет значения, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения обогатившегося, самого потерпевшего или третьих лиц либо произошло помимо воли.

В предмет доказывания по кондикционному иску входит установление в совокупности фактов наличия у ответчика неосновательного обогащения в виде приобретения или сбережения имущества, а у истца - правовых оснований для утверждения, что указанное обогащение имело место именно за его счет.

При этом бремя доказывания факта неосновательного обогащения на стороне ответчика, а также размера такого неосновательного обогащения лежит на истце.

Из материалов дела следует, что помимо заемных денежных средств, истцом были переданы ответчику вне рамок договора денежные средства в размере 73 500 руб.

Доказательства предоставления истцу встречного предоставления на указанную сумму ответчиком представлены не были.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обосновано и правомерно удовлетворил требования ООО «Фрунзе» по первоначальному иску о взыскании с СПК колхоз им. М.В. Фрунзе задолженности по договору займа № 4 от 10.01.2020 в размере 1 917 751 руб., по договору займа № 3 от 30.06.2020 в размере 300 000 руб., по договору займа № 4 от 17.10.2020 в размере 360 000 руб., по договору займа № 8 от 28.12.2020 в размере 200 000 руб., неосновательного обогащения в размере 73 500 руб.

Решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, отмене не подлежит. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционным жалобам подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2024 по делу № А47-13573/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу сельскохозяйственного производственного кооператива колхоз им. М.В. Фрунзе – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья

А.С. Жернаков

Судьи:

И.А. Аникин

А.Х. Камаев