Постановление от 1 июля 2024 г. по делу № А52-123/2021

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-123/2021
г. Вологда
02 июля 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2024 года.

В полном объёме постановление изготовлено 02 июля 2024 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Корюкаевой Т.Г. и Писаревой О.Г., при ведении протокола секретарем судебного заседания Гумаровой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Корпорация «Спецгидропроект» и единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Пушкиногорский лен» ФИО1 на определение Арбитражного суда Псковской области от 07 марта 2024 года по делу                         № А52-123/2021, 



у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Псковской области (далее – суд) от 06.05.2021 (резолютивная часть от 09.04.2021) признано обоснованным заявление Федеральной налоговой службы (адрес – Москва; ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Пушкиногорский лен» (адрес – Псковская область; ОГРН <***>; ИНН <***>; далее – Должник, Общество); в отношении его введена процедура                банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2; сообщение об этом  опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 15.05.2021 № 81.

Определением суда от 13.07.2022 ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей временного управляющего Должника.

Определением суда от 18.08.2022 (резолютивная часть от 16.08.2022) временным управляющим Общества утвержден ФИО3.

Определением суда от 29.12.2022 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Должника требование общества с ограниченной ответственностью «Корпорация «Спецгидропроект» (адрес –Санкт-Петербург; ОГРН <***>, ИНН <***>; далее – ООО «СГП») в размере 32 189 447,33 руб., в том числе 26 870 000 руб. основного долга, 5 319 447,33 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением суда от 28.06.2023 (резолютивная часть от  21.06.2023) Должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Единственный участник Должника ФИО1 обратилась в суд с ходатайством об отстранении арбитражного управляющего ФИО4 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Должника.

Конкурсный управляющий ФИО4 обратился в суд с ходатайством об освобождении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Общества.

Определением суда от 20.02.2024 данные ходатайства (ходатайство ФИО1 об отстранении арбитражного управляющего ФИО4 от исполнения обязанностей и ходатайство конкурсного управляющего ФИО4 об освобождении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Общества) объединены для совместного рассмотрения.

В данном обособленном споре согласно подпункту 6 пункта 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 35) в качестве непосредственных участников участвуют Союз «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Альянс управляющих» (далее – Союз МСРО ПАУ «Альянс управляющих», СРО) и Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Псковской области (далее – Управление Росреестра по Псковской области).

Также в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, участвует страховая организация, в которой застрахована ответственность арбитражного управляющего ФИО4, – общество с ограниченной ответственностью «Международная Страховая Группа» (далее – ООО МСГ»).

Определением суда от 07.03.2024 в удовлетворении заявления единственного участника Должника ФИО1 об отстранении арбитражного управляющего ФИО4 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Должника отказано; ходатайство конкурсного управляющего ФИО4 об освобождении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Общества удовлетворено, ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Должника; назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса об утверждении кандидатуры конкурсного управляющего Должника. Определенной судом методом случайной выборки саморегулируемой организации – Ассоциации саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Эгида» представить в суд сведения о кандидатуре арбитражного управляющего для утверждения конкурсным управляющим Должника и его соответствии требованиям закона.

Единственный участник Должника ФИО1 с этим определением суда не согласилась, обратилась в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить.

В обоснование своей позиции ссылается на то, что за период с введения процедуры конкурсного производства (с 21.06.2023) до последней отчетной даты, предшествующей дате введения конкурсного производства (до 31.12.2022), Обществом не сдавалась отчетность.

Конкурсный управляющий ФИО4 провел 21.09.2023 инвентаризацию имущества Должника, выявил его недвижимое имущество, поэтому располагал информацией о кадастровой стоимости недвижимого имущества Общества.

Общая кадастровая стоимость недвижимого имущества на 21.09.2023 составила 69 122 486,45 руб. Всего рыночная стоимость недвижимого имущества должника составляет 77 362 123,19 руб.

Также выявлено движимое имущество общей стоимостью не менее 1 265 626,96 руб., дебиторская задолженность на сумму 76 578 991,03 руб.

 Таким образом, реальная (действительная) стоимости активов Должника на дату проведения инвентаризации от 21.09.2023 составила 155 206 741,18 руб.

Поскольку стоимость активов Должника превышала 100 000 руб., то конкурсный управляющий ФИО4 обязан был заключить договор дополнительного страхования своей деятельности.

Эту обязанность в срок до 01.10.2023 он не исполнил, что является основанием для его отстранения. Суд первой инстанции исследовал бухгалтерский баланс Должника за 2020 год, в то время как надлежало дать оценку стоимости активов Должника на 31.12.2022. На счет Должника поступили денежные средства в размере 44 270 807,31 руб., суд должен был это оценить как активы Должника.

ФИО1 полагает необоснованным вывод суда о том, что денежных средств от погашения дебиторской задолженности не хватило для того, чтобы рассчитаться с конкурсными кредиторами в полном объеме.

Считает необоснованным вывод суда о том, что ею как бывшим руководителем Должника конкурсному управляющему не переданы материальные ценности в виде основных средств (в том числе транспортных средств) и документы.

Указывает, что эти обстоятельства не имели правового значения, поскольку основную массу основных средств Должника составляет недвижимое имущество, а дебиторская задолженность подтверждена судебными актами, поступление денежных средств на счет Должника установлено судом.

Действительная стоимость имущества Должника на 31.12.2022 превышала 100 000 000 руб., поэтому арбитражный управляющий ФИО4 обязан был заключить договор по дополнительному страхованию своей деятельности, эта обязанность им не исполнена.

Номинальность конкурсного управляющего ФИО4 подтверждена материалами дела.

Полагает, что представленная кандидатура арбитражного управляющего ФИО4 из НПС СОПАУ «Альянс управляющих» явилась следствием сговора с целью причинения ущерба Должнику и затягивания процедуры банкротства.

ФИО4 стал арбитражным управляющим, чтобы фактически отстраненный арбитражный управляющий ФИО2 мог продолжать свою деятельность, что подтверждается тем, что страховой взнос за него оплатил ФИО2

Также о номинальности арбитражного управляющего ФИО4 свидетельствует отсутствие у него образования (экономического или юридического), опыта работы, знаний.

Работу за ФИО4 выполняют иные лица, что подтверждается ответом Управления Роскомнадзора по Северо-Западному федеральному округу от 21.11.2023 № 50927-12/78.

Также доказательством номинальности арбитражного управляющего ФИО4 является использование им различных адресов электронной почты. Поступающие участникам дела и в суд документы подписаны факсимильной подписью ФИО4, что свидетельствует о том, что он не контролирует те документы, которые направляются в суд и участникам процесса.

Консолидированные действия ФИО2 и ФИО4 подтверждаются судебными актами, согласно которым в делах о банкротстве юридических лиц, которые вел арбитражный управляющий ФИО2, ФИО4 назначался на различные должности с целью незаконного вывода активов должников, уменьшения конкурсной массы. О консолидированных действиях ФИО2, ФИО4, ФИО3 с ООО «СГП» свидетельствуют занимаемые ими одинаковые позиции.

ООО «СГП» также не согласилось с определением суда и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить.

В обоснование своей позиции ссылается на то, что является незаконным определение судом саморегулируемой организации путем случайной выборки.

 Полагает, что в случае, если арбитражный управляющий освобожден или отстранен судом от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, и решение о выборе иного арбитражного управляющего или иной саморегулируемой организации арбитражных управляющих не представлено собранием кредиторов в суд в течение десяти дней с даты освобождения или отстранения арбитражного управляющего, то саморегулируемая организация, членом которой являлся такой арбитражный управляющий, представляет в суд в порядке, установленном настоящей статьей, кандидатуру арбитражного управляющего для утверждения в деле о банкротстве.

Одновременно с ходатайством арбитражного управляющего об освобождении его от исполнения обязанностей в деле о банкротстве заявленная саморегулируемая организация, членом которой является арбитражный управляющий, представляет в суд кандидатуру нового арбитражного управляющего, за исключением случаев, если в саморегулируемой организации отсутствуют арбитражные управляющие, изъявившие согласие быть утвержденными судом в деле о банкротстве.

В рассматриваемом случае отсутствует решение собрания кредиторов по выбору иной кандидатуры арбитражного управляющего либо саморегулируемой организации.

Ранее первым собранием кредиторов от 06.03.2023 принято решение определить саморегулируемую организацию, из числа членов которой должен быть утвержден арбитражный управляющий, – Союз МСРО ПАУ «Альянс управляющих», членом которого является ФИО4

Союз МСРО ПАУ «Альянс управляющих» представил кандидатуру ФИО5 в качестве конкурсного управляющего Должника. Факт невозможности проведения собрания кредиторов Общества по вопросу утверждения кандидатуры управляющего или выбора саморегулируемой организации в связи с отсутствием кредиторов с правом голоса не может являться основания для перехода к методу случайного выбора при условии предоставления кандидатуры конкурсного управляющего.

Полагает, что конкурсным управляющим Должника должен быть выбран ФИО5

Лица, участвующие в деле, надлежаще извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации         (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав материалы дела, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта  4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур банкротства арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего, согласно статье 20.4 Закона о банкротстве является основанием для его отстранения арбитражным судом по требованию лиц, участвующих в деле.

В рассматриваемом случае ФИО1 в обоснование своего заявления указывает на то, что деятельность арбитражного управляющего ФИО4 не застрахована, поскольку стоимость активов Должника превышает 100 млн руб., и ФИО4 в нарушение пункта 2 статьи 24.1 Закона о банкротстве не заключил договор дополнительного страхования ответственности.

Данные доводы отклоняются апелляционной коллегией.

Согласно договору обязательного страхования ответственности арбитражных управляющих от 20.01.2023 № 60/23/177/016399, заключенному ООО «МСГ» с ФИО4, деятельность арбитражного управляющего ФИО4 застрахована на период с 19.01.2023 по 18.01.2024.

По платежному поручению от 24.01.2023 № 5 страховой взнос по этому договору в сумме 120 000 руб. оплачен индивидуальным предпринимателем ФИО2 за ФИО4

В апелляционной жалобе ФИО1 ссылается на то, что данный факт оплаты страхового взноса ФИО2 за ФИО4 свидетельствует о номинальности арбитражного управляющего ФИО4

Вместе с тем, внесение страховой премии за ФИО4 иным лицом обусловлено договором целевого займа от 20.01.2023 и распиской от 22.12.2023, которые подтверждают то обстоятельство, что ФИО2 и ФИО4 заключили договор целевого займа для целей оплаты суммы страховой премии по договору страхования ФИО4 с ООО «МСГ» путем перечисления займодавцем (ФИО2) денежных средств на счет ООО «МСГ».

В соответствии с распиской от  22.12.2023 ФИО4 возвратил ФИО2 эти заемные средства в размере 120 000 руб. и уплатил проценты за пользование займом в размере 7 733 руб.

Кроме того, согласно договору от 20.12.2023 № 60/23/177/020925, заключенному ООО «МСГ» и ФИО4, деятельность арбитражного управляющего ФИО4 застрахована на период с 19.01.2024 по 18.01.2025. Страховая премия в размере 95 000 руб. уплачена ФИО4 полностью.

ФИО1 ссылается также на то, что действительная стоимость имущества Должника на 31.12.2022 превышала 100 000 000 руб., поэтому на стороне арбитражного управляющего ФИО4 возникала обязанность по дополнительному страхованию своей деятельности, которая им не исполнена.

Данные доводы отклоняются апелляционной инстанцией по следующим основаниям.

В рассматриваемом случае бухгалтерский баланс Должника представлен лишь за 2020 год.

Согласно этому балансу активы Общества по состоянию

на 31.12.2018 составляли 63 794 тыс руб.,

на 31.12.2019 – 55 428 тыс руб.,

на 31.12.2020 – 84 411 тыс руб.

Таким образом, согласно бухгалтерской отчетности Должника за три года до возбуждения дела о банкротстве балансовая стоимость его активов не превышала 100 млн руб.

Последней отчетной датой, предшествующей открытию конкурсного производства в отношении Должника, является 31.12.2022, поскольку конкурсное производство в отношении Общества открыто 21.06.2023.

Однако иные бухгалтерские балансы Должником, единственным участником и руководителем которого являлась ФИО1, не составлялись, в налоговый орган не сдавались, доказательств обратного не представлено.

Прямых доказательств иной, более высокой стоимости активов Должника, в материалах дела не имеется.

Ходатайство о проведении судебной экспертизы не заявлялось.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Следовательно, доводы апелляционной жалобы ФИО1 об  иной действительной стоимости имущества Должника являются необоснованными.

ФИО4 утвержден конкурсным управляющим Должника 21.06.2023. Бывшим руководителем Должника ФИО1 конкурсному управляющему не переданы материальные ценности в виде основных средств (в том числе транспортных средств), а также документы, подтверждающие наличие запасов и дебиторской задолженности.

Доводы о наличии у Должника имущества балансовой стоимостью более 100 млн руб. являются необоснованными, поскольку в данном случае состав основных средств Общества не изменялся.

По данным бухгалтерской отчетности его основным активом является дебиторская задолженность и финансовые вложения (свыше 70 млн руб.), из которых в конкурсную массу поступили денежные средства свыше 40 млн руб.

В остальной части доказательства передачи документов бывшим руководителем Должника по оставшейся дебиторской задолженности не представлены, дебиторская задолженность в конкурсную массу не поступила.

Суд первой инстанции также обоснованно принял во внимание противоречивое поведение ФИО1

Так, ранее при оспаривании решения суда от 28.06.2023 по настоящему делу ФИО1 последовательно ссылалась на отсутствие у Должника признаков несостоятельности, поскольку Должник владеет имуществом стоимостью свыше 77 млн руб. Затем она указывала на наличие у Должника имущества на сумму 97 млн руб., что менее 100 млн руб.

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия считает обоснованным вывод суда  о том, что у конкурсного управляющего ФИО4 отсутствовала обязанность по заключению договора дополнительного страхования ответственности.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о номинальности конкурсного управляющего ФИО4 отклоняются апелляционной коллегией.

Как следует из решения суда первой инстанции от 26.06.2023, постановлений Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.12.2023, которыми решение о признании Должника несостоятельным (банкротом) и утверждении конкурсным управляющим должника ФИО4 оставлено без изменения, ФИО1 в обоснование своих жалоб ранее уже заявляла о том, что ФИО4 является номинальным арбитражным управляющим, поскольку прослеживается его связь с временными управляющими Должника, приводя в обоснование своей позиции те же доводы, что и в настоящем споре.

Суды апелляционной и кассационной инстанций в указанных постановлениях установили, что позиция ФИО1 о том, что конкурсный управляющий действует в интересах ООО «СГП», является необоснованной. Доказательств наличия аффилированности между мажоритарным кредитором (ООО «СГП») и арбитражным управляющим ФИО4 не представлено. Обстоятельства, препятствующие утверждению ФИО4 в качестве конкурсного управляющего Должника, судами не установлены.

Согласно пункту 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020                               (далее – Обзор от 29.01.2020), выбор кандидатуры арбитражного управляющего либо саморегулируемой организации арбитражных управляющих должен определяться решением кредиторов, не являющихся лицами, контролирующими должника или аффилированными с должником. ООО «СГП» как мажоритарный кредитор должника свободен в выборе кандидатуры управляющего или саморегулируемой организации, из числа членов которой, подлежит утверждению конкурсный управляющий.

Поскольку саморегулируемая организация, выбранная на первом собрании кредиторов Должника, для утверждения конкурсного управляющего представила сведения о соответствии кандидатуры ФИО4 требованиям Закона о банкротстве, и он изъявил согласие на это утверждение, то суд при вынесении решения о признании Должника банкротом утвердил его конкурсным управляющим Должника.

Названные судебные акты имеют для настоящего спора преюдициальное значение в силу статьи 69 АПК РФ.

Согласно абзацам третьему и четвертому пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в связи с удовлетворением судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов; в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица арбитражным управляющим (пункт 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве), а также в случае, если такие обстоятельства возникли после утверждения лица арбитражным управляющим.

Пунктом 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве закреплен запрет утверждения судом арбитражных управляющих, являющихся заинтересованными лицами по отношению к должнику, кредиторам, а также в ряде других случаев.

На основании статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника (управляющего) относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными, либо состоят в близком родстве (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

В рассматриваемом случае не имеется доказательств прямой заинтересованности арбитражного управляющего ФИО4 по отношению к Должнику, его конкурсным кредиторам, к предыдущим управляющим.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что поскольку отстранение от исполнения обязанностей конкурсного управляющего является исключительной мерой, то основанием для отстранения не могут служить нарушения, допущенные управляющим по неосторожности, нарушения, не причинившие значительного ущерба, нарушения, которые были устранены арбитражным управляющим.

Отстранение конкурсного управляющего возможно и необходимо в случаях, если в результате его противоправных действий (бездействия) существенно затрудняется ведение процедуры банкротства, и должно использоваться в той мере, в какой оно позволяет восстановить нарушенные права или устранить угрозу их нарушения.

В рассматриваемом случае подобных оснований не имеется.

Отсутствуют доказательства неспособности конкурсного управляющего ФИО4 к надлежащему ведению конкурсного производства. Не имеется надлежащих доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении конкурсным управляющим ФИО4 своими правами, либо подтверждающих, что его действия (бездействие) привели к нарушению (ущемлению) прав или законных интересов заявителя и иных кредиторов Должника.

Сам по себе (исключительно) факт привлечения одного и того же представителя для выполнения мероприятий в процедуре банкротства (направление и получение корреспонденции, размещение публикаций) арбитражными управляющими ФИО2 и ФИО4, без указания на аффилированность с кредиторами либо с Должником, не является достаточным основанием для отстранения от обязанностей конкурсного управляющего, учитывая, что признаков заинтересованности самого конкурсного управляющего ФИО4 по отношению к кредиторам, Должнику не установлено. Также нет доказательств того, что ФИО4 действует преимущественно в интересах конкретного кредитора в ущерб интересам Должника.

Суд не может удовлетворить ходатайство об отстранении конкурсного управляющего, если допущенные нарушения не являются существенными. Такое отстранение должно использоваться в той мере, в какой оно позволяет восстановить нарушенные права или устранить угрозу их нарушения. Отстранение конкурсного управляющего должно применяться тогда, когда конкурсный управляющий показал свою неспособность к надлежащему ведению конкурсного производства, что проявляется в ненадлежащем исполнении обязанностей конкурсного управляющего.

В рассматриваемом случае подобных оснований не имеется.

В материалы дела не представлены доказательства того, что у арбитражного управляющего ФИО4 имеется личная, прямая или косвенная заинтересованность по отношению к кредиторам и наличие такой заинтересованности препятствует добросовестному и разумному введению процедуры банкротства, а также влечет ущемление прав кредиторов и Должника.

Принимая во внимание, что факт заинтересованности арбитражного управляющего ФИО4 в деле о банкротстве Должника не подтвержден, обстоятельства, ставящие под сомнение его компетентность, добросовестность или независимость, не доказаны, то не имеется оснований для удовлетворения заявления ФИО1 об его отстранении от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Должника.

Суд первой инстанции также обоснованно принял во внимание то обстоятельство, что арбитражный управляющий ФИО4 обратился в суд с ходатайством об освобождении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Должника. При этом такое освобождение конкурсного управляющего не влечет прекращения рассмотрения поданных до его освобождения или отстранения жалоб, а также не препятствует подаче жалоб на действия (бездействие), совершенные им в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления единственного участника Должника ФИО1 об отстранении арбитражного управляющего ФИО4 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Должника.

Конкурсный управляющий ФИО4 обратился в суд с заявлением от 19.01.2024 об освобождении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Должника.

Суд первой инстанции правомерно удовлетворил данное заявление согласно пункту 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве.

В пункте  6 Информационного письма № 150 указано, что в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 144 Закона о банкротстве заявление конкурсного управляющего является безусловным основанием для освобождения конкурсного управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей.

Таким образом, поскольку установленных законодательством оснований для отказа в удовлетворении данного ходатайства конкурсного управляющего не имеется, а оснований для отстранения конкурсного управляющего Должника ФИО4 не установлено, суд первой инстанции правомерно удовлетворил данное ходатайство ФИО4 и освободил его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Должника.

ООО «СГП» в апелляционной жалобе не согласно с определением судом первой инстанции саморегулируемой организации путем случайной выборки.

Данные доводы отклоняются апелляционной коллегией.

В соответствии с пунктом 2 статьи 144 Закона о банкротстве в случае освобождения конкурсного управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей арбитражный суд утверждает нового конкурсного управляющего в порядке, установленном пунктом 1 статьи 127 этого Закона.

Согласно пункту 1 статьи 127 Закона о банкротстве в таких случаях утверждение конкурсного управляющего производится арбитражным судом в порядке, установленном статьей 45 этого Закона.

На основании пункта 6 статьи 45 Закона о банкротстве в случае, если арбитражный управляющий освобожден арбитражным судом от исполнения обязанностей и решение о выборе иного арбитражного управляющего или иной саморегулируемой организации арбитражных управляющих не представлено собранием кредиторов в арбитражный суд в течение десяти дней с даты освобождения арбитражного управляющего, саморегулируемая организация, членом которой являлся такой арбитражный управляющий, представляет в суд в порядке, установленном статьей 45 Закона о банкротстве, кандидатуру арбитражного управляющего для утверждения в деле о банкротстве.

Следовательно, Законом о банкротстве установлен порядок утверждения кандидатуры конкурсного управляющего должника в случае отстранения первоначально утвержденного судом арбитражного управляющего.

Таким образом, суд вправе утвердить кандидатуру, предложенную саморегулируемой организацией арбитражных управляющих только в случае, если кредиторы не приняли решение о выборе арбитражного управляющего либо саморегулируемой организации арбитражных управляющих самостоятельно в установленный законом срок.

В рассматриваемом случае такого решения собрания кредиторов Должника суду к судебному заседанию по вопросу отстранения/освобождения конкурсного управляющего Должника не представлено.

В реестр требований кредиторов Должника включены требования только двух кредиторов на общую сумму 34 039 990,05 руб., из них погашены требования кредиторов 2-й и 3-й очередей на общую сумму 31 165 917,41 руб. (91,5 %), а также мораторные проценты, не погашенными остались требования этих кредиторов в части неустойки, штрафов на общую сумму 2 874 072,64 руб.

Таким образом, после погашения реестровых требований при оставшейся задолженности в части неустоек и штрафов, кредиторов с правом на участие в собрании с правом голоса не имеется.

В данном случае имеется неразрешимый конфликт между Должником и его кредитором ООО «СГП».

Доводы апелляционной жалобы, отрицающие данное обстоятельство, являются необоснованными.

Так, Должник и его кредитор ООО «СГП» одновременно являются кредитором и дебитором друг друга.

При этом невозможно провести собрание кредиторов Должника по вопросу утверждения кандидатуры его управляющего или выбора саморегулируемой организации, так как отсутствуют кредиторы с правом голоса.

Также суд первой инстанции обоснованно принял во внимание непримиримые позиции конкурсных кредиторов по вопросу выбора кандидатуры конкурсного управляющего Должника, а также обстоятельства данного дела о банкротстве, наличие имущества у Должника и незначительной оставшейся кредиторской задолженности.

С учетом изложенного суд первой инстанции во избежание иных споров в данном деле о банкротстве обоснованно определил, что саморегулируемая организация, из числа членов которой должен быть утвержден конкурсный управляющий Должника, подлежит выбору методом случайной выборки.

Так, данный метод случайной выборки направлен на обеспечение подлинной независимости управляющего, предотвращение потенциального конфликта интересов, в том числе конфликта между кредиторами.

Поскольку законом вопрос об утверждении управляющего отнесен к компетенции суда, то суд не может быть связан при принятии соответствующего решения исключительно волей кредиторов (как при возбуждении дела, так и впоследствии).

Случайный выбор саморегулируемой организации является наиболее оптимальной формой подбора кандидатур арбитражных управляющих для дел о банкротстве.

Правовые позиции по данному вопросу отражены, в частности, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2020 № 305-ЭС19-26656 по делу № А41-23442/2019, от 26.08.2020 № 308-ЭС-2721 по делу № А53-30443/2016, от 23.09.2020 № 309-ЭС18-21962 (5) по делу № А76-5451/2017.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что определенной методом случайной выборки саморегулируемой организацией является Ассоциация саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Эгида».

При этом выбор саморегулируемой организации арбитражных управляющих методом случайной выборки и утверждение кандидатуры управляющего, представленного выбранной организацией, не препятствует возможности осуществления контроля за деятельностью конкурсного управляющего, оценки правомерности и разумности его действий.

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления единственного участника Должника ФИО1 и удовлетворил ходатайство конкурсного управляющего ФИО4 об освобождении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Общества.

Выводы суда соответствуют материалам дела, нормы права применены судом правильно, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены определения суда не имеется.

По мнению суда апелляционной инстанции, выводы суда об установленных обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, а выводы о применении норм материального права – на фактических обстоятельствах, установленных судом на основании оценки представленных в материалы дела доказательств.

Вопреки мнению подателей жалоб, из содержания обжалуемого судебного акта следует, что суд дал оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в настоящем деле, надлежащим образом исследовал все имеющиеся в материалах дела доказательства, установил все имеющие значение обстоятельства.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, основания для непринятия которой у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иное толкование апеллянтами положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционных жалобах не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда в обжалуемой части апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд  



п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Псковской области от 07 марта 2024 года по делу № А52-123/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Корпорация «Спецгидропроект» и единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Пушкиногорский лен» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.



Председательствующий

К.А. Кузнецов


Судьи

Т.Г. Корюкаева


О.Г. Писарева