Постановление от 28 апреля 2025 г. по делу № А82-13826/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

ул. Большая Покровская, д. 1, Нижний Новгород, 603000

 http://fasvvo.arbitr.ru/

______________________________________________________________________________



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А82-13826/2020

29 апреля 2025 года


Резолютивная часть постановления объявлена 17.04.2025.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Белозеровой Ю.Б.,

судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.,


при участии представителей

ФИО1: ФИО2 по доверенности от 20.09.2024,

индивидуального предпринимателя ФИО3:

ФИО4 по доверенности от 19.08.2024,


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 04.10.2024 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 16.01.2025

по делу № А82-13826/2020


по заявлениям ФИО1 и

общества с ограниченной ответственностью «Аккерманн Цемент»

о привлечении к субсидиарной ответственности

ФИО5, ФИО6,

ФИО7, ФИО8,

общества с ограниченной ответственностью «Замана»,

ФИО9, ФИО10,

индивидуального предпринимателя ФИО3,

ФИО11,

общества с ограниченной ответственностью «Первый Бетонный завод»


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

общества с ограниченной ответственностью «МонолитПлюс»


и   у с т а н о в и л :


в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МонолитПлюс» (далее – общество «МонолитПлюс», должник) конкурные кредиторы – общество с ограниченной ответственностью «Аккерманн Цемент (далее – общество «Аккерманн Цемент») и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Ярославской области с заявлениями, объединенными для совместного рассмотрения, о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «Замана» (далее – общество «Замана»),  ФИО9, ФИО10, индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – предприниматель),  ФИО11,  общества с ограниченной ответственностью «Первый Бетонный завод» (далее – общество «Первый Бетонный завод») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Требования заявлены на основании статей 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивированы совершением контролирующими должника лицами действий, которые привели к невозможности полного удовлетворения требований кредиторов, а также неисполнением бывшими руководителями, учредителем и ликвидатором общества «МонолитПлюс» обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве данного общества.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО5 ФИО12.

            Арбитражный суд Ярославской области определением от 04.10.2024, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 16.01.2025, отказал в удовлетворении заявления общества «Аккерманн Цемент» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9 В.Э.О., ФИО10, предпринимателя, ФИО11 и общества «Первый бетонный завод». В отдельное производство выделены требования общества «Аккерманн Цемент» и ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО6, ФИО5, общества «Замана» и ФИО8 по обязательствам должника.

            Не согласившись с мотивировочной частью состоявшихся судебных актов, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просила отменить постановление от 16.01.2025 и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов, сделанных судами, фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

            Доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию с выводами судов относительно обстоятельств непередачи ответчиками документов и даты наступления объективного банкротства должника, которые, по мнению заявителя, связаны с периодом деятельности общества «МонолитПлюс» под руководством лиц, требование о привлечении к субсидиарной ответственности которых выделено в отдельное производство. Заявитель полагает, что суд апелляционной инстанции при рассмотрении жалобы об исключении спорных выводов из мотивировочной части судебного акта первой инстанции дал правовую оценку всем выводам в совокупности, тем самым вышел за пределы предмета обжалования. Признав определение от 04.10.2024 законным и обоснованным в полном объеме, суд апелляционной инстанции не проверил, соответствуют ли установленные судом первой инстанции обстоятельства требованиям, заявленным обществом «Аккерманн Цемент» в данном споре, могут ли оспоренные выводы воспрепятствовать в будущем судебной защите прав кредиторов в рамках выделенного обособленного спора с участием иных ответчиков.

По мнению заявителя, выводы, сделанные судами о том, что непередача документов не повлияла на формирование конкурсной массы должника, а его объективное банкротство наступило в июне 2020 года, являются преждевременными, не соответствуют фактическим обстоятельствам настоящего спора и имеющимся в деле доказательствам.

Заявитель настаивал, что признаки неплатежеспособности возникли у должника в период с 12.06.2019, то есть с момента образования задолженности перед обществом с ограниченной ответственностью «Консоль» и последующего увеличения размера неисполненных обязательств перед иными кредиторами, чьи требования включены в реестр требований кредиторов. Согласно имеющимся в деле инвентаризационным описям по состоянию на 11.10.2019 размер обязательств должника превышал размер его активов на 33 087 186 рублей 78 копеек. Смена руководителей общества «МонолитПлюс» в течение 2019 года, которая должна была сопровождаться инвентаризацией активов и обязательств последнего, не опровергает презумпцию их осведомленности о недостаточности у должника имущества. Вывод судов о том, что руководители должника должны были узнать о наличии факта его объективного банкротства при сдаче 12.05.2020 бухгалтерской отчетности, сделан без надлежащей оценки доводов кредиторов о выводе активов общества «МонолитПлюс» в 2019 году.

Как полагал заявитель, суды неправомерно переложили бремя доказывания возникновения негативных последствий непередачи документов на кредитора, не применив презумпцию вины руководителя, установленную статьей 61.11 Закона о банкротстве. При этом суды не учли позицию конкурсного управляющего, изложенную в заключениях от 25.05.2021 о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства и о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника, относительно невозможности установления обстоятельств совершения сделок и, как следствие, фактов вывода его актов в связи с непередачей всех необходимых документов. Судом апелляционной инстанции не дана надлежащая оценка доводам заявителя о том, что письмо от 25.02.2021 о повреждении бухгалтерской базы может быть сфальсифицировано, поскольку информация, отраженная в ней, использовалась после указанной даты «фиктивной» утраты.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны представителем в судебном заседании. Представитель ФИО1 пояснил, что требование о привлечение к субсидиарной ответственности лиц, в отношении которых суд выделил спор в отдельное производство, основано на обстоятельствах вывода имущества должника в 2019 году, повлекших возникновение у руководителя обязанности обратиться в суд с заявлением о признании общества «МонолитПлюс» банкротом.

Представитель предпринимателя заявил возражения относительно доводов кассационной жалобы, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области и постановления Второго арбитражного апелляционного суда проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в обжалуемой части в порядке, установленном в статьях 274, 284, 286 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установили суды, общество «МонолитПлюс» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.12.2014, основным видом деятельности которого является оптовая торговля прочими строительными материалами и изделиями.

Полномочия генерального директора общества «МонолитПлюс» в период с 03.07.2017 по 14.08.2018 осуществляла ФИО10, в период с 10.08.2018 по 10.10.2018 – ФИО9 В.Э.О.

Единоличными исполнительными органами должника в разные периоды являлись ФИО7, ФИО6, ликвидатором общества «МонолитПлюс» – ФИО8 (до даты открытия конкурсного производства).

Общество «МонолитПлюс» (заказчик) и предприниматель (исполнитель) заключили договор об оказании транспортных услуг от 24.07.2017, подписали акт взаимозачета от 20.12.2019 № 2.

Арбитражный суд Ярославской области определением от 24.08.2020 по заявлению предпринимателя возбудил дело о банкротстве общества «МонолитПлюс».

Решением от 21.12.2020 общество «МонолитПлюс» признано банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство.

Определением от 21.12.2020 конкурсным управляющим утверждена ФИО13.

Определением от 18.03.2021 признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов должника требование общества «Аккерманн Цемент» в сумме 10 248 991 рубля 53 копеек, в том числе 7 238 450 рублей основного долга по договору поставки от 03.07.2018 № 782/1/18-1С, 3 010 541 рубль 53 копейки неустойки.

Посчитав, что имеются основания для привлечения ФИО10, ФИО9 В.Э.О. и предпринимателя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренные пунктами 2 (подпункты 1, 2, 4), 12 (подпункт второй) статьи 61.11, пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, общество «Аккерманн Цемент» обратилось в арбитражный суд с уточненным заявлением. Основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО11 и общества «Первый Бетонный завод», указанных заявителем первоначально, надлежащим образом не сформулированы и впоследствии не поддержаны.

Исследовав материалы дела, изучив доводы, изложенные в кассационной жалобе, заслушав представителей заявителя и предпринимателя, Арбитражный суд Волго-Вятского округа принял постановление на основании следующего.

В рассматриваемом случае ФИО1 не оспаривает законность отказа в удовлетворении заявления общества «Аккерманн Цемент» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9 В.Э.О., ФИО10, предпринимателя, ФИО11, общества «Первый бетонный завод» по обязательствам должника.

 Предметом кассационного обжалования является несогласие заявителя с выводами судов, сделанными при оценке оснований для привлечения указанных ответчиков к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов в связи с непередачей документации и неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

В пункте 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле. Аналогичные требования установлены частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к содержанию постановления суда апелляционной инстанции.

Несогласие сторон с мотивировочной частью судебного акта должно преследовать цель изменения или исключения выводов об обстоятельствах, которые нарушают права сторон, в том числе, приобретя обязательный характер (статьи 16 и 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), могут воспрепятствовать в будущем реализации гражданских прав или судебной защите в рамках иных отношений и по иным делам.

При этом правовые выводы суда и суждения, сделанные на основе оценки представленных в дело доказательств, не обладают свойством преюдиции в соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и не могут рассматриваться в качестве обстоятельств, не требующих доказывания в рамках иных дел и обособленных споров (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2016 № 305-ЭС16-8204, от 13.03.2019 № 306-КГ18-19998).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 (подпункт второй) статьи 61.11 Закона о банкротства, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 указанной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Данное требование в числе прочего обусловлено тем, что в случае отсутствия необходимых документов бухгалтерского учета конкурсный управляющий не может иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации (материальных ценностей) должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Согласно разъяснениям абзаца шестого пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась (абзац пятый пункта 24 Постановления № 53). Непредставление бывшим руководителем должника конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности само по себе не образует состав правонарушения, предусмотренного подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Из разъяснений пункта 2 Постановления № 53 следует, что при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Таким образом, при привлечении к субсидиарной ответственности необходимо установить вину бывшего руководителя должника и наличие причинно-следственной связи между фактом неисполнения им обязанности по передаче документации и затрудненностью формирования и реализации конкурсной массы.

С учетом приведенных норм права и характера заявленных требований к ФИО10 и ФИО9 В.Э.О. суд апелляционной инстанции обоснованно признал правомерным исследование судом первой инстанции обстоятельств получения конкурсным управляющим необходимой документации, а также возможного влияния отсутствия документов (неполной информации или искажений сведений) на проведение процедур банкротства.

Данные обстоятельства были предметом рассмотрения в рамках обособленного спора по заявлению общества «Аккерманн Цемент» (заявитель по настоящему спору)  о признании незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО13, об отстранении ее от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Вступившим в законную силу определением от 01.12.2023 об отказе в удовлетворении заявления общества «Аккерманн Цемент» установлено, что документация общества «МонолитПлюс» передана конкурсному управляющему согласно описи полученных документов от 25.02.2021. В соответствии с письмом ФИО8 от 25.02.2021, которое не исключено из числа доказательств по делу, иных документов в распоряжении должника не имелось, поскольку бухгалтерская база должника была повреждена. При этом заявитель не конкретизировал, какая документация не была истребована конкурсным управляющим, как ее отсутствие повлияло на проведение процедуры банкротства, не представил доказательств существования, а также фактического наличия у бывших руководителей, учредителя должника документов (информации), кроме тех, что переданы конкурсному управляющему.

Доказательств обратного при рассмотрении настоящего спора заявителем не представлено.

Оспариваемые выводы сделаны судами в отношении ФИО10 и ФИО9 В.Э.О. на основании указанных обстоятельств, ссылка на которые в мотивировочной части не свидетельствует о выходе за пределы заявленных требований и предоставленных апелляционному суду статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полномочий. 

Как верно указал суд апелляционной инстанции, ссылка заявителя на документы, которые отсутствуют у конкурсного управляющего, не противоречит содержанию судебного акта, поскольку перечень документации судом не устанавливался, выводы о передаче всей документации, которые могли иметь преюдициальное значение для иных ответчиков в рамках выделенного спора, судом не сделаны.

Вопреки доводам заявителя, наличие оспоренных выводов в судебных актах не лишает кредиторов права на судебную защиту путем доказывания фактов совершения умышленных действий по сокрытию либо уничтожению документации (имущества) должника иными лицами в рамках выделенного спора.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для изменения мотивировочной части определения от 04.10.2024 в части оспариваемых выводов об обстоятельствах непередачи документации.

В пункте 9 Постановления № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу приведенных правовых норм необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольной им организации несостоятельной при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

В связи с этим в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским обязательственным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Исходя из этого в статье 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Проанализировав периоды возникновения требований конкурсных кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, суды заключили, что общество «МонолитПлюс» имело неисполненные обязательства на начало 2020 года.

Приняв во внимание необходимость получения сведений об активах и пассивах общества, суды пришли к выводу о том, что руководитель должника, который, по общему правилу, осуществляет свои полномочия добросовестно и разумно, мог с достоверностью обнаружить обстоятельства, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, при формировании годовой бухгалтерской отчетности за 2019 год (31.03.2020), то есть не позднее 01.04.2020.

С учетом переноса срока предоставления бухгалтерского баланса на 12.05.2020 (выходные дни в период с 09.05.2020 по 11.05.2020) суды сочли, что у руководителя должника возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в срок не позднее 13.06.2020 (в течение месяца после наступления срока сдачи годовой бухгалтерской отчетности).

Установив, что ФИО10 и ФИО9 В.Э.О. на указанную дату не являлись руководителями должника, суды отказали в привлечении их к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Вопреки доводам заявителя, дата наступления у руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом относится к числу юридически значимых обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данному основанию и подлежащих установлению судом.

В рассматриваемом случае суды определили указанную дату исходя из принципов добросовестности ФИО10 и ФИО9 В.Э.О. и разумности их действий как руководителей общества «МонолитПлюс» при возникновении признаков объективного банкротства должника.

Таким образом, суды не вышли за пределы заявленных требований. При этом стороны не были лишены возможности заявлять возражения относительно наличия оснований для привлечения всех ответчиков к субсидиарной ответственности, поскольку заявления кредиторов выделены в отдельное производство при вынесении итогового судебного акта по настоящему спору.

Из кассационной жалобы и пояснений представителя ФИО1 следует, что заявитель связывал дату наступления данной обязанности с обстоятельствами вывода имущества должника иными лицами, спор о привлечении к субсидиарной ответственности которых выделен в отдельное производство.  

Указанные обстоятельства не были предметом оценки в рамках настоящего спора и подлежат доказыванию в ином обособленном споре, поскольку могут повлиять на определение даты возникновения у иных ответчиков обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

С учетом изложенного оспоренные выводы судов не имеют обязательный характер в отношении иного круга лиц и связанных с ними обстоятельств и, как следствие, не могут воспрепятствовать заявителю в будущем судебной защите в рамках иного обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности.

Судами верно определен круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по обособленном спору, правильно применены законы и иные нормативные акты, регулирующие спорные правоотношения, дана оценка всем имеющимся в материалах дела доказательствам с соблюдением требований процессуального законодательства.

При указанных обстоятельствах основания для изменения мотивировочной части определения и постановления в части оспоренных выводов отсутствуют.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Оснований для отмены судебных актов по доводам, приведенным в кассационной жалобе, у суда округа не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд кассационной инстанции не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Государственная пошлина за подачу кассационной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнесена судом округа на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 04.10.2024 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 16.01.2025 по делу № А82-13826/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

           Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


           Председательствующий


Ю.Б. Белозерова


Судьи


Е.В. Елисеева

С.В. Ионычева