Постановление от 12 октября 2025 г. по делу № А47-13634/2021

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-10058/2025
г. Челябинск
13 октября 2025 года
Дело № А47-13634/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 06 октября 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 октября 2025 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Аникина И.А., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кулаковой И.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.09.2025 по делу № А47-13634/2021 об отказе в удовлетворении заявления о включении требования в реестр требований кредиторов.


ФИО2 обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании ФИО3 (далее - должник) несостоятельной (банкротом).

Определением суда от 01.11.2021 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением суда от 24.10.2022 (резолютивная часть от 20.10.2022) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО4.

Решением суда от 13.03.2023 в отношении должника введена процедура реализации имущества.

Определением от 15.10.2024 финансовым управляющим должника утвержден ФИО5.

ФИО1 (далее – кредитор, заявитель, податель жалобы) 23.06.2025 обратилась в арбитражный суд с заявлением об установлении и включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 1 297 000 руб.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 03.09.2025 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на то, что представленные ФИО6 07.07.2025 и финансовым управляющим должника 24.07.2025 документы приобщены к материалам дела, в адрес кредитора не направлялись.

Расписка от 03.10.2018, по которой кредитором переданы должнику денежные средства в сумме 1 297 000 руб. сама по себе не влечет наступление правовых последствий, и не опосредует выбытие из имущественной сферы должника какого-либо актива, а носит сверочный характер, поэтому расписка не может быть оспорена в качестве самостоятельной сделки в рамках дела о банкротстве (ст. 61.1 Закона о банкротстве, ст. 153 ГК РФ). При этом денежное исполнение по договору участия в долевом строительстве № 237 от 20.12.2018, являлось первоначальным, так как расчет по денежному исполнению происходил посредством передачи прав на квартиру № 237, т.е. в данной ситуации отсутствовал признак предпочтения (ст. 61.3 Закона о банкротстве). Таким образом, у суда не имелось оснований для признания расписки или действий должника по исполнению договора недействительными.

Не согласна с выводами о наличие аффилированности сторон.

От финансового управляющего должника - ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу с доказательством его направления в адрес лиц, участвующих в деле, который приобщен к делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.


Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, между ООО «Статус-Специализированный застройщик» (с одной стороны, застройщик) и ФИО7, ФИО1 (с другой стороны) заключен 20.12.2018 договор участия в долевом строительстве № 237.

В соответствии с условиями указанного договора, застройщик обязался передать квартиру № 237 (2 комнаты), стоимостью 1 297 000 руб.

Как утверждает кредитор, денежные средства в размере 1 297 000 руб. передала лично по расписке ФИО8 (должник) от 03.10.2018 (представлена копия расписки от 03.10.2018).

Ссылаясь на то, что ФИО1 передала должнику денежные средства в указанной сумме, имеется задолженность перед кредитором (плательщиком), в силу определения от 13.06.2024 по обособленному спору № А47-17932-1944/2022, которым договор от 20.12.2018 признан ничтожной сделкой (договор заключен за пределами периода подозрительности, установленного ст. 61.2 Закона о банкротстве), сделка признана ничтожной в силу злоупотребления правом (на основании ст. 10 ГК РФ), кредитор обратилась в суд с настоящим требованием.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из пропуска заявителем срока исковой давности, а также отсутствие доказательств реальности передачи денежных средств в заявленном размере.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установлено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено указанным пунктом.

Согласно пункту 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Из определения Верховного Суда РФ от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, № А41-48518/2014 следует, что для установления воли сторон в соответствии с положениями статей 160, 421, 431, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации оценке подлежит вся совокупность отношений сторон, в том числе содержание заключенных сторонами соглашений, составленных сторонами в целях их заключения и исполнения документов, предшествующее и последующее поведение участников сделки.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достижения заявленных результатов. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Так, из постановления Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11 по делу № А56-1486/2010 следует, что в случае недобросовестных действий, связанных с нераскрытием доказательств, на такое лицо переносится бремя доказывания.

Из материалов дела следует, что согласно сведениям обособленного спора А47-17932-1944/2022, представленным из ЗАГСА, ФИО1 является женой ФИО7, который, в свою очередь, является родным братом ФИО8 и ФИО9 (л.д. 95-98, 107-110).

Также судом установлено, что ФИО1 являлась работником ООО «Статус-специализированный застройщик» в должности делопроизводитель – архивариус, с заработной платой в размере 13 225 руб.

В материалы дела не предоставлены документы о финансовой возможности кредитора предоставить рассматриваемую сумму требований должнику.

В  соответствии  с  разъяснениями,  изложенными  в  пункте  11  Постановления  Пленума Высшего   Арбитражного   Суда   Российской   Федерации   от   30.04.2009   №   32   «О   некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», при определении круга заинтересованных лиц и толковании абз. 5 п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве, в силу которого к числу заинтересованных по отношению к должнику лиц помимо субъектов, прямо указанных в п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве, относятся и иные лица в случаях, предусмотренных федеральным законом, судам необходимо исходить из следующего. Под иными лицами понимаются лица, признаваемые законодательством о юридических лицах заинтересованными в совершении юридическим лицом сделки (п. 1 ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

При рассмотрении вопроса о мнимости услуг и документов, подтверждающих фактическое их оказание, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований заявителя в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений между сторонами. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При наличии убедительных доказательств невозможности оказания услуг бремя доказывания обратного возлагается на ответчика.

Судом первой инстанции в обжалуемом определении сделан правомерный вывод о том, что заявителем не представлены доказательства, подтверждающие фактическое предоставление спорных денежных средств по вышеуказанному договору участия в долевом строительстве, их использование застройщиком, и доказательства, подтверждающие наличие у заявителя в распоряжении денежной суммы в размере 1 297 000 руб.

Суд апелляционной инстанции полагает, что указанные обстоятельства свидетельствуют о создании согласованной кредитором и должником видимости реальных отношений, в преддверии банкротства, в целях придания большей убедительности в реальности передачи денежных средств.

Кроме того, суд указал, что вступившим в законную силу определением от 13.06.2024 по обособленному спору № А47-17932-1944/2022 договор с застройщиком от 20.12.2018 признан ничтожной сделкой, следовательно, рассматриваемое обязательство возникло не позднее 20.12.2018. При этом право на предъявление рассматриваемого иска существовало независимо от судебного решения о признании сделки недействительной.

На основании  изложенного, суд пришел к выводу о пропуске заявителем срока исковой давности.

Вместе с тем, суд не может согласиться с данными выводами, поскольку срок исковой давности следует исчислять с момента признания договора участия в долевом строительстве № 237 от 20.12.2018 недействительным.

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Поскольку договор от 20.12.2018 признан ничтожным определением от 13.06.2024, то срок исковой давности заявителем не пропущен.

Между тем, данные выводы не привели к принятию неправильного решения, поскольку судом установлено отсутствие реальности передачи денежных средств.

Также судом отмечено, что из материалов обособленного спора № А47-17932-1944/2022 следует, что право требования по квартире № 237 стоимостью 1 297 000 руб. уступлено ФИО10 за 1 750 000 руб. (л.д. 56-57). Таким образом, кредитором получено соответствующее встречное удовлетворение от ФИО10 в размере 1 750 000 руб.

Доводы апеллянта о том, что расписка не может быть оспорена в качестве самостоятельной сделки в рамках дела о банкротстве, у суда не имелось оснований для признания расписки или действий должника по исполнению договора недействительными, отклоняются, поскольку судом сделан вывод об отсутствии реальной передачи денежных средств.

Ссылка апеллянта на то, что представленные ФИО6 07.07.2025 и финансовым управляющим должника 24.07.2025 документы приобщены к материалам дела, в адрес кредитора не направлялись, также отклоняется, поскольку кредитор, являясь заявителем по настоящему спору, извещенная о дате рассмотрения заявления судом, при наличии заинтересованности вправе была ознакомиться с материалами дела (статья 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Не согласие апеллянта с выводами об аффилированность сторон не принимается, поскольку противоречит установленным в рамках дела № А47-17932/2022 (определение от 17.06.2024) обстоятельствам.  

Следовательно, определение отмене, а жалоба удовлетворению – не подлежат.

Оснований для отмены определения суда по доводам апеллянта не имеется, в удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями к отмене судебных актов, судом апелляционной инстанции также не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на подателя жалобы.


Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.09.2025 по делу № А47-13634/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          И.А. Аникин     

                                                                                     А.Г. Кожевникова