Постановление от 30 мая 2019 г. по делу № А23-6968/2017

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А23-6968/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 28.05.2019

Постановление изготовлено в полном объеме 30.05.2019

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Тимашковой Е.Н., судей Еремичевой Н.В. и Большакова Д.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии представителей общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление-2-пром» (г. Обнинск, ОГРН <***>, ИНН <***>) – ФИО2 (доверенность от 15.06.2018 № 5), истца – общества с ограниченной ответственностью «Промстрой-комплекс» (г. Обнинск, ОГРН <***>, ИНН <***>) – ФИО3 (доверенность от 15.11.2018 № 7/2017), ФИО4 (доверенность от 01.10.2017 № 5/2017) и ФИО5 (генеральный директор, решение от 25.02.2014 № 1/1) и ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Цефей» (г. Обнинск, ОГРН <***>, ИНН <***>) – ФИО6 (временный управляющий, определение Арбитражного суда Калужской области от 15.01.2018 по делу № А23-8866/2017), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление-2-пром» на решение Арбитражного суда Калужской области от 20.12.2017 по делу № А23-6968/2017 (судья Бураков А.В.),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Промстрой-комплекс» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Калужской области с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Цефей» (далее – ответчик) о взыскании задолженности в сумме 13 016 323 рублей 74 копеек, неустойки в сумме 2 045 910 рублей 63 копеек, а всего 15 062 234 рублей.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 20.12.2017 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с решением суда, общество с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление-2-пром» (далее – ООО «СМУ-2-пром»), являясь конкурсным кредитором ответчика, в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подало апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В пункте 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума ВАС РФ № 35) содержится разъяснение о том, что, если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов. Копия такой жалобы направляется ее заявителем представителю собрания (комитета) кредиторов (при его наличии), который также извещается судом о рассмотрении жалобы. Все конкурсные кредиторы, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении жалобы, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы. Повторное обжалование названными лицами по тем же основаниям того же судебного акта не допускается.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления Пленума ВАС РФ № 35, и, учитывая то обстоятельство, что ООО СМУ-2-пром» является конкурсным кредитором ответчика, арбитражный апелляционный суд посчитал, что решение суда первой инстанции по настоящему делу затрагивает права и законные интересы данного лица.

В тоже время суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Как предусмотрено статьями 42 и пунктом 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным данным кодексом. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле.

Основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае является принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в случае, когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя. После принятия апелляционной жалобы лица, не участвовавшего в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции определяет, затрагивает ли принятый судебный акт непосредственно права или обязанности заявителя, и, установив это, решает вопросы об отмене судебного акта суда первой инстанции, руководствуясь пунктом 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и о привлечении заявителя к участию в деле.

В то же время, на основании пункта 24 постановления Пленума ВАС РФ № 35, если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт. Все конкурсные кредиторы, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении жалобы, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы.

При этом вышеназванные разъяснения не указывают на необходимость привлечения к участию в деле заявителя жалобы и иных участвующих в деле о банкротстве лиц, изъявивших желание принять участие в рассмотрении жалобы.

В рассматриваемом случае ООО СМУ-2-пром» ходатайства о вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в материалах дела не представлено.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.04.2014 № 12278/13, если лицу в судебном разбирательстве противопоставляется судебный акт по другому разбирательству, в котором оно не участвовало, правопорядок должен обеспечивать этому лицу право на судебную защиту, в том числе путем обеспечения возможности представить свои доводы и доказательства по вопросу, решенному этим судебным актом.

Одним из способов обеспечения защиты такого лица в подобной ситуации, признаваемым правопорядком, является предоставление ему права обжалования соответствующего судебного акта: такая возможность, в частности, предусмотрена для кредиторов находящегося в процедуре банкротства должника, полагающих, что судебный акт о взыскании долга или об утверждении мирового соглашения нарушает их права и законные интересы.

Как следует из материалов дела, правовое положение ООО СМУ-2-пром» в качестве конкурсного кредитора ответчика подтверждено, что свидетельствует о наличии у него права на обжалование судебных актов по настоящему делу.

В рассматриваемом случае, поскольку судебные акты затрагивают права и законные интересы других лиц (в частности, ООО СМУ-2-пром») не непосредственно (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»), а косвенно, и напрямую о них не высказываются, их обжалование происходит не по правилам статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. С целью учета необходимости правовой определенности и стабильности судебных актов, также являющихся проявлением права на судебную защиту (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17.11.2005 № 11-П, пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках»), и обеспечения справедливого баланса между интересами всех затрагиваемых лиц, суд при принятии жалобы соответствующего лица или постановке вывода о ее рассмотрении по существу оценивает не только наличие обоснованных оснований полагать, что обжалуемые акты существенным образом влияет на его права и законные интересы, но и наличие у него обоснованных и убедительных доводов о принятии такого акта с нарушением закона и потому необходимости его отмены.

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.09.2016 № 309-ЭС16-7158, постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.04.2014 № 12278/13 и постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 03.05.2018 № А68-9299/2017.

Таким образом, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, привлечения к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, подателя апелляционной жалобы.

От внешнего управляющего ответчика в суд апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он, поддерживая доводы апелляционной жалобы, просил ее удовлетворить в полном объеме.

От ответчика и истца в суд апелляционной инстанции поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых они, считая принятое решение законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Дело рассмотрено после перерыва, объявленного 21.05.2019.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и изложенные в отзывах возражения, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда подлежит отмене по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что между истцом и ответчиком заключен договор поставки от 01.05.2015 № 1-кп/2015, по условиям которого истец обязался поставить строительные материалы, а ответчик их принять и оплатить товар, по цене, предусмотренной спецификацией.

Истец свои обязательства исполнил в полном объеме, поставив ответчику товар на сумму 13 016 323 рубля 74 копейки, что подтверждается подписанными сторонами товарными накладными от 30.09.2015 № 26 и от 31. 12.2015 № 33.

Ответчик принял товар без претензий к его качеству, однако полученный товар не оплатил.

Согласно подписанному сторонами акту сверки расчетов по состоянию на 31.12.2015 задолженность ответчика перед истцом составляет 13 016 323 рубля 74 копейки.

Истцом в адрес ответчика 18.08.2017 направлена претензия.

Поскольку указанная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции исходил из факта неисполнения ответчиком обязательства по оплате поставленного товара, в связи с чем в полном объеме удовлетворил заявленные исковые требования.

Апелляционная инстанция с таким мнением не может согласиться в силу следующего.

По мнению ООО «СМУ-2-пром», спорный договор поставки заключен между сторонами для вида (без намерения создать правовые последствия, свойственные правоотношениям по поставке), направлен на искусственное создание задолженности ответчика перед истцом и ее включения в реестр требований кредиторов. Как утверждает представитель ООО «СМУ-2-пром», на первом собрании кредиторов ответчика временный управляющий предоставил кредиторам заключение от 03.04.2018 по делу № А23-8866/2017 о наличии признаков фиктивного или преднамеренного банкротства данного юридического лица, сделанного на основе анализа совершенных сделок за период с 01.01.2015 по 01.01.2018.

Учитывая, что ответчик находится в банкротстве и решение по настоящему делу фактически предопределяет результат рассмотрения вопроса о включении требований истца в реестр требований кредиторов ответчика, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению иска может являться представление истцом доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения кредитора, обжалующего судебный акт (пункт 26 постановления Пленума ВАС РФ № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992 (3)).

В пункте 17 Обзора судебной практики № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, разъяснено следующее.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т. п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию. Закон предоставляет независимым кредиторам, а также арбитражному управляющему, право обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (часть 3 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 24 постановления Пленума ВАС РФ № 35). Однако по объективным причинам, связанным с тем, что они не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному упомянутыми лицами, независимые кредиторы и арбитражный управляющий ограничены в возможности представления достаточных доказательств, подтверждающих их доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и имеющим с ним общий интерес кредитором. Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Таким образом, для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума ВАС РФ № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168 и 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

При рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований истца в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При наличии убедительных доказательств невозможности поставки (подряда) бремя доказывания обратного возлагается на ответчика.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» (далее – постановление № 25)).

Такая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411 и в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 № 7204/12 по делу № А70-5326/2011.

Статьей 309 ГК РФ установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пунктом 1 статьи 456 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

Согласно статье 506 Кодекса по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Поставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя (пункт 1 статьи 509 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 516 Кодекса предусмотрено, что покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

На основании пункта 1 статьи 486 Кодекса покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В силу пункта 1 статьи 488 Кодекса в случае, когда договором купли-продажи предусмотрена оплата товара через определенное время после его передачи покупателю, покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 182 Кодекса полномочие может явствовать из обстановки, в которой действует представитель.

В части 1 статьи 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ).

В материалах дела имеются договор поставки строительных материалов от 01.05.2015 (т. 2, л. 122 – 123), накладные на передачу строительных материалов в соответствии с условиями договора (т. 2, л. 126 – 131), акт сверки расчетов по вышеуказанному договору (т. 2, л. 132).

При этом каких-либо доказательств использования приобретенных спорных строительных материалов ответчиком не представлено.

Судом апелляционной инстанции на протяжении всего времени рассмотрения дела неоднократно предлагалось сторонам представить доказательства, подтверждающие их позицию об отсутствии мнимости спорного договора, и опровергающие мнение ООО «СМУ-2-пром» и внешнего управляющего ответчика, настаивающих на том, что заключенный между сторонами договор является мнимым.

В подтверждение своей позиции истцом в материалы дела в соответствии с определением суда представлены бухгалтерская отчетность истца (т. 2, л. 134 – 144), налоговая отчетность за 2015 год (т. 2, л.150 – 152), регистр бухгалтерского учета по счету 10 (материалы) за период с 30.09.2015 по 31.12.2015 (т. 2, л. 145 – 147), расшифровка строки 1230 Бухгалтерского баланса за 2015 год (дебиторская и кредиторская задолженность) (т. 2, л. 148 – 149).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) бухгалтерский учет – это формирование документированной систематизированной информации об объектах, предусмотренных Законом о бухгалтерском учете, в соответствии с требованиями, установленными названным Законом, и составление на ее основе бухгалтерской (финансовой) отчетности.

В силу статьи 5 Закона о бухгалтерском учете объектами бухгалтерского учета экономического субъекта являются: факты хозяйственной жизни; активы; обязательства; источники финансирования его деятельности; доходы; расходы; иные объекты в случае, если это установлено федеральными стандартами.

Положениями статьи 3 Закона о бухгалтерском учете, определяющей основные понятия, используемые в данном законе, установлено, что факт хозяйственной жизни - это сделка, событие, операция, которые оказывают или способны оказать влияние на финансовое положение экономического субъекта, финансовый результат его деятельности и (или) движение денежных средств (пункт 8). В силу положений статьи 9 Закона о бухгалтерском учете каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом, содержащим перечень предусмотренных названной нормой реквизитов и составленным по форме, определенной руководителем экономического субъекта.

Каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок (статья 9 Закона о бухгалтерском учете).

Таким образом, по всем хозяйственным операциям необходимо оформлять первичные документы с присутствием обязательных реквизитов. Лишь после надлежащей подготовки первичные документы могут приняться к учету, а хозяйственная операция отображена на счетах бухучета.

В связи с этим необходимо отметить, что ни истец, ни ответчик не представили первичные документы, свидетельствующие о движении товароматериальных ценностей, которые являются объектом спора, доказательства их выбытия и постановки на баланс отсутствуют. Не представлены регистры бухгалтерского учета по счету 10 учета движения материалов.

Кроме того, в заседании суда апелляционной инстанции 18.09.2018 истец представил в материалы дела недостоверные сведения о финансовом положении на конец 2015 года, противоречащие данным, имеющимся у налогового органа по месту постановки истца на учет, которые получены ООО «СМУ-2-пром» по запросу и представлены в суд.

Представленное истцом в суд аудиторское заключение само по себе в отсутствие надлежащих первичных документов не является доказательством, подтверждающим факт поставки и возврата спорного товара. Более того, подобные выводы в нем и не содержатся.

Также сторонами представлены документы о проведенной между ними инвентаризации.

При этом временный управляющий ответчика указал, что он не был надлежаще уведомлен о состоявшейся инвентаризации.

Представленные в подтверждение позиции об его уведомлении о дате проведения инвентаризации документы он оспаривает и просил суд обратить внимание на следующие обстоятельства.

Так, согласно описи вложений от 05.10.2018 ценное письмо стоит 5 рублей, состоит из 6 типов вложений всего на 150 листах, которые в полном объеме представлены суду. На описи, как и на всех листах проставлен оттиск печать ООО «Цефей».

При этом отмечает, что в описи отсутствует указание на то, что данным ценным письмом в адрес временного управляющего было направлено письмо от 27.09.2018 № 07/09, подлинник которого был запрошен судом. В описи указано письмо № 08/09 от той же даты 27.09.2018.

Однако при получении ценного письма было установлено, что по разделу 3 описи (4 листа с 37 по 40 лист) вместо письма № 08/09 от 27.09.2018 в нарушение описи было вложено письмо от 27.09.2018 № 07/09, что подтверждается представленными документами.

Таким образом, полагает, что утверждение ответчика о том, что временного управляющего уведомляли о проведении инвентаризации имущества путем направления письма от 27.09.2018 № 08/09 бездоказательно. Настаивает на неполучении такого письма, в противном случае в описи были бы указаны два таких письма, а общее количество вложений составляло бы 151 лист.

По мнению временного управляющего, действия ответчика носят умышленный характер и направлены на сокрытие незаконных действий по выводу имущества должника и на введение суда в заблуждение.

Считает, что в результате незаконного проведения инвентаризации несуществующего имущества ответчика были якобы выявлены строительные материалы, которые, как утверждает истец, были поставлены им ответчику по спорному договору еще в 2015 году и которые через три года были возвращены (включая раствор строительный) обратно истцу на основании соглашения от 09.11.2018 на сумму 10 519 421 рубля 70 копеек (т. 6, л. 156 – 157).

В связи с этим судом апелляционной инстанции предложено участникам процесса провести совместную инвентаризацию спорного имущества (т. 7, л. 43).

Во исполнение определения Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.01.2019 лица, участвующие в деле, провели инвентаризацию спорного имущества, находящегося на территории истца и ответчика.

Инвентаризация спорного имущества проводилась на строительной площадке истца, расположенной в районе ул. Шацкого и Пионерского проезда в г. Обнинске. Представитель ответчика от проведения инвентаризации отказался, предложил провести ее в другую дату.

На территории истца инвентаризации подлежали строительные материалы, возвращенные на его баланс в соответствии с соглашением от 09.11.2018, которые ранее были поставлены истцом в адрес ответчика по договору от 01.05.2015 № 1-кп/2015 по накладным от 31.12.2015 № 33 и от 30.09.2015 № 26.

В ходе инвентаризации было установлено, что:

–все материалы, находящиеся на строительной площадке, выпущены после 2015 года. Блоки стеновые (позиция в сводном Акте 8), которые представитель истца представил на инвентаризацию, вообще выпущены 10.11.2018, то есть после подписания соглашения о возврате от 09.11.2018;

–по утверждению представителя истца установить, какие материалы на площадке поставлены от ответчика, а какие являются давальческим материалом третьих лиц он не может, на просьбу остальных участников инвентаризации предоставить для инвентаризации соответствующие документы на поступление материалов на площадку и их укладку в строительные конструкции, поступил отказ по причине того, что в определении Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.01.2019 по настоящему делу ничего не сказано о необходимости кому-либо представлять какие либо документы. Таким образом, установить наличие спорного имущества на строительной площадке истца и его передачу в монтаж установить не удалось;

–выше изложенные обстоятельства, в частности, отсутствие документации, необходимой для сличения происхождения материалов, их объемов поставки и остатков на площадке и отсутствие соответствующих физических условий для производства таких работ инструментальный контроль не осуществлялся, физически, оставшиеся материалы не пересчитывались.

Несмотря на вышеизложенные обстоятельства, представитель истца в ходе инвентаризации утверждал, что все строительные материалы, возвращенные на его баланс в соответствии с соглашением от 09.11.2018, которые ранее были им поставлены в адрес ответчика по спорному договору и накладным, находятся на данной строительной площадке или переданы в монтаж на данном объекте строительства. В частности, он подтвердил, что строительный раствор (позиция 46) был получен на строительную площадку истца после 09.11.2018 в миксерах для перевозки раствора в объеме 53,5 кубических метра.

Таким образом, в результате инвентаризации установить наличие или отсутствие строительных материалов, возвращенных на баланс истца в соответствии с соглашением от 09.11.2018, которые ранее были поставлены истцом в адрес ответчика по спорному договору, не удалось (т. 7, л. 54 – 72).

По мнению арбитражного управляющего ответчика, выявленные обстоятельства дают основания полагать, что либо строительные материалы, которые ранее были поставлены истцом в адрес ответчика по договору от 01.05.2015 № 1-кп/2015 по накладным № 33 от 31.12.2015 и № 26 от 30.09.2015, фактически никогда в адрес истца по соглашению о возврате от 09.11.2018 не возвращались, либо ответчик закупил все эти материалы в 2018 году и возвратил истцу во исполнение данного соглашения, что практически противоречит целям процедуры банкротства, которая введена в отношении ответчика. Полагает, что для перевозки такого объема материалов со склада ответчика в г. Балабаново до строительной площадки истца потребуются десятки транспортных средств, что требует значительных материальных затрат ресурсов времени, но может являться фактическим доказательством наличия таких материалов на складе ответчика в г. Балабаново и их перевозку на строительную площадку истца (т. 7, л. 52 – 53).

Между тем ни истцом, ни ответчиком таких доказательств суду не представлено.

При таких обстоятельствах судом апелляционной инстанции назначена судебная экспертиза с целью установления времени изготовления документов: договора от 01.05.2015 № 1-кп/2015 и товарных накладных от 30.09.2015 № 26 и от 31.12.2015 № 33.

По результатам проведенной экспертизы в суд поступило заключение экспертов (т. 8, л. 1 – 56), согласно которому время выполнения исследуемых подписей на представленных документах: договоре от 01.05.2015 № 1-кп/2015 со спецификациями к нему и товарных накладных от 30.09.2015 № 26 и от 31.12.2015 № 33 датам составления этих документов не соответствует, так как подписи на документах были выполнены в другие, более поздние сроки, определяемые следующими интервалами:

– исследуемая подпись от имени ФИО5 на договоре – с 01.09.2016 по 14.08.2017;

– исследуемая подпись от имени ФИО7 на договоре – с 09.01.2017 по 02.11.2017;

– исследуемая подпись от имени ФИО5 на спецификации – с 08.12.2017 по 11.11.2017;

– исследуемая подпись от имени ФИО7 на спецификации – с 07.02.2017 по 11.11.2017;

– исследуемая подпись от имени ФИО5 на товарной накладной № 26 – с 28.12.2016 по 28.10.2017;

– исследуемая подпись в графе «груз принял» на товарной накладной № 26 – с 06.01.2017 по 01.11.2017;

– исследуемая подпись от имени ФИО5 на товарной накладной № 33 – с 14.01.2017 по 08.11.2017

– исследуемая подпись в графе «груз принял» на товарной накладной № 33 – с 23.07.2016 по 23.07.2017.

В связи с этим суд апелляционной инстанции обращает внимание, что при таких выводах экспертов спорные документы не могли быть изготовлены датами, указанными на них, 01.05.2015 (договор) и товарные накладные № 26 (30.09.2015) и № 33 (31.12.2015).

Истцом представлено ходатайство о проведении по делу повторной судебной экспертизы, мотивированное необоснованностью выводов экспертов, их ненаучностью и противоречивостью фактическим обстоятельствам дела.

Апелляционной инстанцией данное ходатайство рассмотрено и отклонено.

Во-первых представители истца не знакомились с экспертным заключением, чтобы делать такие выводы.

Во-вторых, повторная экспертиза назначается только в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта, что в данном случае судом не установлено.

В-третьих, заявляя такое ходатайство, истец не приложил необходимые для рассмотрения ходатайства документы на экспертную организацию и платежное поручение на уплату денежных средств.

Более того, определение достаточности экспертного заключения является прерогативой суда.

Представленное экспертное заключение составлено в соответствии с общепринятыми методиками, которые содержатся в исследовательской части заключения эксперта. Эксперты предупреждены судом об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

Проанализировав заключение эксперта, суд апелляционной инстанции установил, что экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание проведенного исследования и сделанные в результате его выводы, является мотивированным, ясным и полным, отвечает на поставленные судом вопросы. Каких-либо противоречий в экспертном заключении суд не усматривает. Каких-либо недостатков в заключении экспертов судом не установлены. Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертов, предупрежденных судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется.

Само по себе несогласие лица, участвующего в деле, со сделанными экспертами выводами не является основанием для назначения по делу повторной экспертизы.

В силу положений статьи 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из определения мнимой сделки следует, что такая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, является ничтожной (пункт 1 статьи 170 Г РФ). О том, что мнимая сделка является ничтожной в силу прямого указания закона, обращается внимание в пункте 73 постановления № 25.

Кроме того, согласно правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена тем, что арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск (пункт 1 постановления).

Таким образом, для решения вопроса о мнимости сделки не требуется подача самостоятельного либо встречного иска об оспаривании самой сделки.

Приведенные выше обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что договор поставки является мнимой, ничтожной сделкой, не порождающей каких-либо юридических последствий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Таким образом, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по реализации принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая соответствующие условия (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 52-КГ16-4).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Указанная правовая позиция изложена в пунктах 1, 7, 8 постановления № 25.

С учетом изложенного апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что сторонами заключена мнимая сделка и допущено злоупотребление правом, в связи с чем требования истца, основанные на ничтожной сделке, не подлежат удовлетворению.

В соответствии с частью 3 статьи 271 АПК РФ в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение между сторонами судебных расходов, в том числе судебных расходов, понесенных в связи с подачей апелляционной жалобы.

На основании части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Учитывая, что апелляционная жалоба ООО «СМУ-2-пром» удовлетворена, решение суда первой инстанции отменено полностью, в удовлетворении исковых требований отказано, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции подлежат взысканию с истца как проигравшей стороны.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, статьями 270 и 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Калужской области от 20.12.2017 по делу № А23-6968/2017 отменить.

В удовлетворении искового заявления общества с ограниченной ответственностью «Промстрой-комплекс» отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Промстрой-комплекс» (Калужская область, г. Обнинск, ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление-2– пром» (Калужская обл., г. Обнинск, ИНН <***>, ОГРН <***>) судебные расходы в сумме 3000 рублей по уплате госпошлины за подачу апелляционной жалобы и в размере 60 000 рублей за проведение судебной экспертизы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья Е.Н. Тимашкова

Судьи Д.В. Большаков

Н.В. Еремичева