Постановление от 15 июня 2022 г. по делу № А55-14026/2021

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№11АП-5915/2022

Дело № А55-14026/2021
г. Самара
15 июня 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14 июня 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 15 июня 2022 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Романенко С.Ш.,

судей Митиной Е.А., Ястремского Л.Л.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ответчика – представитель ФИО2, доверенность от 05.07.2021;

в отсутствии иного лиц, участвующего в деле, извещенным надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании 14 июня 2022 года в зале № 7 апелляционную жалобу ФИО3 на решение Арбитражного суда Самарской области от 09.03.2022, по делу № А55-14026/2021 (судья Лукин А.Г.),

по иску Акционерного общества "Авиационно-сервисный центр "Авиационное оборудование"

к ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 1 158 580,89 руб.,

У С Т А Н О В И Л:

Акционерное общество "Авиационно-сервисный центр "Авиационное оборудование" обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к ФИО3 привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего лица ООО «Техпрофиль» и взыскании 1 158 580,89 руб., а также 24 586,00 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 09.03.2022, по делу № А55-14026/2021 исковые требования удовлетворены в полном объеме. С ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности в пользу Акционерного общества "Авиационно-сервисный центр "Авиационное оборудование" взыскано 1 158 580,89 рублей, а также 24 586,00 рублей расходов по оплате госпошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой считает принятое решение незаконным и необоснованным, просит решение отменить, и направить дело на рассмотрение в Арбитражный суд Московской области по подсудности.

При этом в жалобе заявитель указал, что обжалуемое решение суда по данному делу вынесено с нарушением правил подсудности, установленных действующим законодательством. Учитывая изложенные обстоятельства и в совокупности с правовой позицией, изложенной в Определении КС РФ от 15.01.2009 N 144-О-П, рассмотрение дела с нарушением правил подсудности является основанием для отмены судебного решения в апелляционном, кассационном и надзорном порядке (п. 1 ч. 4 ст. 270, п. 1 ч. 4 ст. 288 АПК РФ).

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 39 АПК РФ арбитражный суд передает дело на рассмотрение другого арбитражного суда того же уровня в случае, если при рассмотрении дела в суде выяснилось, что оно было принято к производству с нарушением правил подсудности.

Также заявитель жалобы указал, что судом не учтено, что учредителем и участником ООО «ТЕХПРОФИЛЬ» было другое лицо - ФИО4, доля участия -100% в капитале ООО «ТЕХПРОФИЛЬ». Также по мнению заявителя жалобы при разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий. Истцом в материалы дела не предоставлено ни одного доказательства, свидетельствующего о том, что невозможность исполнения вступившего в законную силу решения суда была обусловлена неразумными и недобросовестными действиями ответчика, и более того, обязательства ООО «ТЕХПРОФИЛЬ» перед истцом в действительности были выполнены в полном объеме.

Сведения о месте и времени судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: WWW.11ааs.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

В судебном заседании представитель ответчика апелляционную жалобу поддержал, решение суда считает незаконным и необоснованным, просил его отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

В судебное заседание представители иных лиц, участвующих в деле не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом в соответствии с частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

10.06.2022 года в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство от истца об отложении судебного заседания, в связи с занятостью в другом деле и болезнью представителей.

Согласно части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд вправе отложить судебное разбирательство, если будет установлено, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Таким образом, отложение судебного заседания в связи с приведенными обстоятельствами является лишь правом суда.

В соответствии со статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представителями граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей и организаций, могут выступать в арбитражном суде адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица.

Представитель является лицом, участвующим в деле, и совершает в арбитражном процессе от имени представляемого все процессуальные действия, в том числе участвует в судебном заседании (статьи 41, 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Не возможность участия в судебном заседании одного представился, не исключало возможности участвовать в суде первой инстанции в его интересах иным лицам, действующим на основании доверенности от ответчика. Доказательств обратного заявителем не представлено.

Кроме того, следует отметить, что указанное ходатайство какими-либо документами не подтверждено, необходимостью представления дополнительных доказательств не мотивировано.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев представленные материалы и оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, выслушав представителя ответчика, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд установил.

Как следует из материалов дела, АО «АСЦ «Авиационное оборудование» в качестве предварительной оплаты перечислило на расчетный счет ООО «Техпрофиль» по платежному поручению № 31649 от 30.08.2017 денежные средства на сумму в размере 1 012 800 рублей 00 коп.

В связи с тем, что договор на поставку оборудования не был оформлен и заключен уполномоченными лицами сторон, поставка не была осуществлена.

Претензионное требование Общества от 06.02.2019 исх. № 16 — пр. о необходимости погашения ООО «Техпрофиль» задолженности и возврата денежных средств осталось без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в суд с исковым заявлением о взыскании суммы неосновательного обогащения.

21.05.2019 Арбитражный суд Московской области вынес решение по делу № А41-35095/19, в соответствии с которым заявленные требования были удовлетворены в полном объеме, а именно, взыскана сумма неосновательного обогащения в размере 1 012 800 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму в размере 121 438,89 руб., расходы по уплате госпошлины на сумму в размере 24 342 руб.

25.07.2019 судом был выдан исполнительный лист серии ФС № 021318782 в отношении ООО «Техпрофиль» и предъявлен взыскателем в Раменский отдел судебных приставов.

Впоследствии исполнительное производство по делу было прекращено в связи с внесением записи об исключении должника из Единого государственного реестра юридических лиц (далее по тексту - «ЕГРЮЛ»).

Согласно записи за государственным регистрационным номером 2205000311052 от 13.02.2020 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №17 по Московской области ООО «Техпрофиль» действительно было исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

На момент перечисления Обществом денежных средств в адрес ООО «Техпрофиль» функции единоличного исполнительного органа ООО «Техпрофиль» возлагались на гр-на ФИО3. Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Техпрофиль», он возглавлял ООО «Техпрофиль» с 26.11.2015, по дату исключения ООО «Техпрофиль» из ЕГРЮЛ.

В соответствии со ст. 3.1 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ (ред. от 04.11.2019, с изм. от 07.04.2020) "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Истец считает, что контролирующее ООО «Техпрофиль» лицо – его руководитель мер направленных на погашение задолженности не предпринял.

Указанные основания и обстоятельства являются по мнению истца достаточными для привлечения лиц контролировавшего ООО «Техпрофиль» к субсидиарной ответственности.

Ответчик иск не признает, ответчик указывает, что истец не доказал недобросовестных действий со стороны ответчика по не погашению задолженности ООО «Техпрофиль» перед истцом. Напротив истец действовал недобросовестно - ООО «Техпрофиль» исключено из реестра административным способом, самой налоговой, но истец этому не препятствовал. ООО «Техпрофиль» процедуру банкротства не проходило.

Кроме того, ответчик отрицает как таковое наличие самого обязательства ООО «Техпрофиль» перед истцом. По заявлению представителя ответчика, ООО «Техпрофиль» отгрузил истцу необходимое оборудование, оплаченное истцом ООО «Техпрофиль», что подтверждается копией товарно-транспортной накладной, и последующее взыскание в судебном порядке оплаты за оборудование в судебном порядке необоснованно, вызвано тем, что ООО «Техпрофиль» не был извещен о судебном процессе и не представил доказательства предоставления ООО «Техпрофиль» истцу надлежащего встречного исполнения по взысканной в судебном порядке сумме.

Истец позицию ответчика не подтверждает, заявляет, что никакой отгрузки не было оригинал накладной истцу никогда, до настоящего судебного разбирательства не предоставлялся. Истец заявляет о недостоверности накладной.

Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего исследования представленных доказательств, суд первой инстанции со ссылкой на нормы статей 8, 9, 53, 1064, 15, 1082, 53.1, Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 44, 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14- ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" обосновано удовлетворил заявленные исковые требования по следующим основаниям.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Как указано Конституционным судом Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО5», исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" (введенном Федеральным законом от 28 декабря 2016 года N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации") предусмотреть компенсирующий негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 июня 2020 года; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 3 июля 2020 года N 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Соответственно, привлечение к ней возможно если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Как неоднократно обращал внимание Конституционный Суд Российской Федерации, недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, может означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.).

В п. 3.2. Постановления от 21.05.2021 № 20-П Конституционный суд Российской Федерации указал, что при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, не предоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Из п. 4 Постановления от 21.05.2021 № 20-П следует, что пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предполагает его применение судами при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам по иску кредитора - физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности и исковые требования кредитора к которому удовлетворены судом, исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о возмещении убытков разъяснены в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 No25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред.

Суд первой инстанции верно указал, что вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно отметил, что вопреки доводам ответчика, ни на истце, а на нем лежит бремя доказывания добросовестности и принятие всех меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами. Таковых ответчик не представил.

Взысканную задолженность ответчик проигнорировал, доказательств принятия каких-либо мер к погашению задолженности не представил. Заявление о банкротстве ответчик не подавал. Ликвидацию не проводил, административному исключению налоговым органом ООО «Техпрофиль» из реестра юридических лиц, не препятствовал.

Истец причиненный вред обосновал. Задолженность взыскана судебным актом, им же фактически установлен размер ущерба.

Ответчик пытается оспорить сам факт причинения ущерба, заявляя что, по полученным от истца денежным средствам, впоследствии взысканным в рамках дела А41-35095/2019, ООО «Техпрофиль» произвел поставку.

Однако, суд первой инстанции верно указал, что это противоречит вступившему в законную силу судебному акту по делу А41-35095/2019, в котором никакого встречного исполнения от ООО «Техпрофиль» не установлено.

Суду представлена только копия накладной, оригинал накладной несмотря на требование суда ответчик не представил.

В соответствии с п.6 ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Представленная копия накладной отгрузку истцу со стороны ООО «Техпрофиль» не подтверждает.

По ходатайству ответчика, суд истребовал в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы No1 по Московской области копию книги учета покупок и продаж ООО «Техпрофиль», сданную с налоговой отчетностью.

Налоговый орган представил суду книги покупок – продаж ООО «Техпрофиль», книги представлены за 2016 – 2019 года, то есть фактически за весь период деятельности ООО «Техпрофиль» (создано в ноябре 2015 года, ликвидировано в 2019 году). В них записи подтверждающие отгрузку истцу отсутствуют.

Ответчик отметил, что просто в представленных книгах отсутствует необходимый том.

Суд запрашивал все книги у налогового органа, представлены книги за весь период деятельности ООО «Техпрофиль», к предположению о избирательности представления томов книг налоговым органом суд относится критически. Отсутствие соответствующего тома означает, что ООО «Техпрофиль» его в налоговый орган не сдавал. Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что причинение истцу ущерба доказано.

Суд предлагал ответчику представить пояснение относительно наличия (отсутствия) причинно-следственной связи между указанными истцом действиями (бездействием) ответчика и последствиями в виде невозможности погашения требований кредитора.

Бремя доказывания обратного (опровержение презумпции наличия причинной связи между противоправным бездействием и возникновением убытков, оспаривание размера убытков) лежало на ответчиках, но не реализовано ими (статьи 9, 65АПК РФ)

В соответствии с п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21_12_2017 N 53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В условиях наличия непогашенного ущерба, ставшей впоследствии основанием для обращения кредитора по обязательству с иском в суд за защитой нарушенного права, действия любого разумного и добросовестного контролирующего лица должника будут заключаться в принятии мер для удовлетворения имеющейся задолженности (статья 10 ГК РФ).

Как верно отмечено судом первой инстанции, вопреки указанной добросовестной модели поведения, ответчик таких действий не предпринял, напротив, ввиду бездействия последнего Общество было исключено из ЕГРЮЛ, тем самым возможность погасить имеющуюся задолженность перед кредитором была утрачена. К понятиям недобросовестного или неразумного поведения директора применяется подход по аналогии к разъяснениям, изложенным в пунктах 2 и 3 Постановления №62.

При разрешении настоящего спора ответчик не привел объяснений, оправдывающего его действия с экономической точки зрения, не раскрыл обстоятельства свидетельствующие о принятии мер для погашения кредиторской задолженности, не привел разумные мотивы, свидетельствующие о невозможности произвести расчеты с истцом до исключению Общества из ЕГРЮЛ.

Из-за недобросовестного бездействия ответчика по внесению в ЕГРЮЛ достоверных сведений, общество исключено из ЕГРЮЛ, что повлекло невозможность погашения требований истца.

Ответчик в материалы дела не представил доказательств того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и принял все меры для исполнения обществом обязательств перед своим кредитором.

При этом, обязанность по представлению таких доказательств, в соответствии с вышеизложенным, лежит именно на ответчиках.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая доказанность факта возникновения задолженности в заявленной сумме, недоказанность отсутствия вины ответчика в непринятии мер по исполнению обязательств ООО «Техпрофиль» перед истцом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что исковые требования к ответчику являются правомерными и обоснованными, подлежат удовлетворению в полном объёме.

Доводы ответчиков о том, что истец имел право обратится в налоговый орган с соответствующим заявлением и воспрепятствовать исключению ООО «Техпрофиль» из ЕГРЮЛ, обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку совершение таких действий является правом истца, но не его обязанностью, а в соответствии с вышеприведенными разъяснениями Конституционного суда Российской Федерации, именно на ответчике лежит обязанность по доказыванию отсутствия связи между исключением юридического лица из ЕГРЮЛ и невозможностью исполнения обязательств этого юридического лица перед кредитором.

Доводы заявителя жалобы несостоятельны и не принимаются апелляционным судом, поскольку возникший между сторонами спор не относится к категории тех, в отношении которых статьей 38 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлена исключительная подсудность. При указанных обстоятельствах, с учетом положений действующего законодательства, оснований полагать, что иск был принят Арбитражным судом Самарской области к производству с нарушением правил подсудности, не имеется.

У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, признавшего наличие оснований для удовлетворения иска.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, всем доводом в решении была дана надлежащая правовая оценка.

Иных доводов в обоснование апелляционной жалобы заявитель не представил, в связи с чем Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения Арбитражного суда Самарской области от 09.03.2022, по делу № А55-14026/2021, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнести на заявителя жалобы.


Руководствуясь статьями 266-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 09.03.2022, по делу № А55-14026/2021 - оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.


Председательствующий С.Ш. Романенко


Судьи Е.А. Митина


Л.Л. Ястремский