Решение от 17 марта 2021 г. по делу № А40-254577/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-254577/2020-122-1652
17 марта 2021 года
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 11 марта 2021 года

Полный текст решения изготовлен 17 марта 2021 года

Арбитражный суд в составе: судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

с использованием средств аудиозаписи в ходе судебного заседания.

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ГБУ г. Москвы «Доринвест»

к УФАС по г. Москве

Третье лицо: ООО «НТК»

об оспаривании решения от 28.09.2020г. по делу №077/10/19-16129/2020

при участии:

от заявителя – ФИО2 ( дов. от 12.01.2021г., №102, диплом)

от ответчика – ФИО3, удост. №,18485, дов. от 28.12.2020 №03-201 (диплом №10467 от 09.07.2010 г.)

от третьих лиц – ФИО4 ( решение №1 о назначении ген. Директором)

УСТАНОВИЛ:

Государственное бюджетное учреждение города Москвы «ДОРИНВЕСТ» (Заявитель, Заказчик, Учреждение) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании решения Московского УФАС России от 28.09.2020 по делу № 077/10/19-16129/2020 о проведении проверки по факту одностороннего отказа от исполнения государственного контракта.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ООО «НТК» (Третье лицо, общество).

Представитель Заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования, указав на незаконность и необоснованность оспариваемого акта по доводам, изложенным в заявлении, отметив, что оспариваемый акт не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере ограничения возможности участия Третьего лица в закупочных процедурах с целью недопущения последующего срыва им исполнения государственных контрактов и причинения вреда Заявителю путем неисполнения предпринимателем взятых на себя обязательств по государственному контракту. Также представитель Заявителя в судебном заседании настаивал на неверной оценке административным органом представленных в дело доказательств, поскольку, как указал в судебном заседании представитель Заявителя, его отказ от приемки поставленного ему товара был обусловлен несоответствием количества этого товара представленным на него товаросопроводительным документам. При этом, как отметил представитель Заявителя, никаких действий, направленных на устранение выявленного нарушения, Третьим лицом совершено не было, а контрольным органом указанное обстоятельство необоснованно проигнорировано. В этой связи представитель Заявителя в судебном заседании настаивал на обоснованности заявленного требования и, как следствие, просил суд о его удовлетворении.

Представитель Ответчика в судебном заседании требования не признала, возражала против их удовлетворения по доводам, изложенным в представленном отзыве, пояснив суду, что основанием для отказа со стороны контрольного органа во внесении сведений в отношении Третьего лица в реестр недобросовестных поставщиков послужило отсутствие в составленных Заказчиком документах какого-либо указания на недопоставку товара, что лишило Третье лицо возможности устранить выявленные нарушения. Также представитель Ответчика сослалась на представленные в материалы дела доказательства препятствования Заявителем Третьему лицу в исполнении принятых на себя обязательств по государственному контракту, поскольку, несмотря на неоднократные просьбы Третьего лица о согласовании условий поставки товара указанные действия совершены Заявителем не были, что обусловило объективную невозможность устранения Третьим лицом выявленных в его действиях нарушений и, как следствие, отсутствие у административного органа достаточных данных, позволяющих сделать вывод о проявленной обществом недобросовестности. При таких данных представитель Ответчика в судебном заседании настаивала на законности и обоснованности оспоренного по настоящему делу решения и, как следствие, просила суд об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Представитель Третьего лица – ООО «НТК» в судебном заседании поддержал позицию административного органа, возражал против удовлетворения заявленного требования по доводам ранее представленных письменных объяснений, дополнительно отметив, что общество изначально не было согласно с отказом Заказчика от приемки поставленного ему товара, в связи с чем не считало необходимым устранять выявленные им нарушения, тем более с учетом применения к представителям общества физического насилия со стороны сотрудников Заказчика при поставке товара, что, по утверждению представителя Заявителя, исключало возможность надлежащего исполнения им принятых на себя обязательств по государственному контракту.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что требования заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Как следует из материалов дела и установлено судом, по результатам проведенного Учреждением электронного аукциона (реестровый номер закупки 0373200629920000051) между Заказчиком и обществом был заключен государственный контракт № 86-ДИ/20 от 29.07.2020 на поставку строительных материалов для ремонта стационарных общественных туалетов ГБУ «ДОРИНВЕСТ» в 2020 году (далее – Контракт).

В силу п. 3.1 Контракта товар по нему подлежал поставке в течение 3 (трех) рабочих дней с момента заключения Контракта. При этом поставщик был вправе досрочно осуществить поставку товара по согласованию с Заказчиком (п. 3.2 Контракта). Кроме того, в соответствии с п. 12.1 Контракта он вступал в силу с момента его подписания сторонами и действовал до 31.12.2020.

Вместе с тем, Заказчиком 21.08.2020 принято решение (исх. № 02-12-1368/20) об отказе от исполнения Контракта в одностороннем порядке, мотивированное неисполнением обществом своих обязательств по нему.

Впоследствии все полученные в ходе исполнения этого Контракта документы и сведения были направлены Учреждением в Московское УФАС России для решения вопроса о необходимости включения сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков.

Оспариваемым решением антимонопольный орган отказал Заявителю во включении таких сведений в реестр недобросовестных поставщиков, поскольку счел представленные Заказчиком доказательства неисполнения обществом взятых на себя обязательств по Контракту недостаточными для применения к обществу мер публично-правовой ответственности ввиду фактического исполнения последним своих обязательств по нему и несогласия Заказчика исключительно с порядком оформления сопроводительных документов на товар, что, однако же, по мнению административного органа, не могло являться основанием к применению к Третьему лицу мер публично-правовой ответственности.

Не согласившись с выводами антимонопольного органа об отсутствии у него правовых оснований ко включению сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков, полагая исполнение последним своих обязательств по Контракту ненадлежащим, свои собственные действия по расторжению этого Контракта — правомерными, а выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении — ошибочными и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, Заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с требованием о признании оспариваемого ненормативного правового акта недействительным.

Судом проверено и установлено соблюдение Заявителем срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемый ненормативный правовой акт, определены постановлением Правительства Российской Федерации от 20.02.2006 № 94 «О федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном на осуществление контроля в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для федеральных государственных нужд». Таким образом, оспариваемый ненормативный правовой акт Московского УФАС России вынесен в пределах предоставленных законодательством полномочий.

Удовлетворяя заявленные требования, суд соглашается с позицией Заявителя, при этом исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, по результатам проведенного Учреждением электронного аукциона между ним и обществом был заключен Контракт, согласно п. 1.1 которого поставщик обязуется поставить заказчику строительные материалы для ремонта стационарных общественных туалетов ГБУ «ДОРИНВЕСТ» в 2020 году в объеме, установленном в Техническом задании (приложение № 1 к Контракту), а Заказчик обязуется принять товар и оплатить его в порядке и на условиях, предусмотренных Контрактом.

Согласно ч. 8 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе закупок) расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с ч. 9 вышеуказанной статьи закона заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (ГК РФ) для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В настоящем случае, как усматривается из материалов дела, предметом Контракта являлась поставка товара — строительных материалов.

В свою очередь, основания для одностороннего расторжения договора поставки предусмотрены ст. 523 ГК РФ, согласно ч. 1 которой односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК РФ).

При этом в силу приведенной нормы права существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом, из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок, ст.ст. 450, 523 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на поставку товаров является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом.

Вместе с тем, п. 8.1.1 Контракта предусмотрена возможность его расторжения со стороны заказчика в одностороннем порядке по следующим основаниям: осуществление поставки товаров ненадлежащего качества, если недостатки не могут быть устранены в приемлемый для заказчика срок (п. 8.1.1.1 Контракта); осуществление поставки некомплектных товаров, если поставщик, получивший уведомление, в установленный срок не выполнил требование о доукомплектовании товаров или не заменил их комплектными товарами (п. 8.1.1.2 Контракта); неоднократное (от двух и более раз) нарушение сроков и объемов поставки товаров, предусмотренных Контрактом, включая график поставки (п. 8.1.1.3 Контрактом); поставщик отказывается передать заказчику проданный товар (п. 8.1.1.4 Контракта); в случае, если поставщик, обязанный застраховать товар в соответствии с условиями Контракта, не выполнил этой обязанности (п. 8.1.1.5 Контракта); в случае, если в ходе исполнения Контракта установлено, что поставщик не соответствует установленным документацией о закупке, указанной в преамбуле этого Контракта, требованиям к участникам данной закупки или предоставил недостоверную информацию о своем соответствии таким требованиям, что позволило ему стать победителем по результатам проведения данной закупки (п. 8.1.1.6 Контракта); в случае, если по результатам экспертизы поставленных товаров с привлечением экспертов, экспертных организаций, в заключении эксперта, экспертной организации будут подтверждены нарушения условий Контракта (п. 8.1.1.7 Контракта); в случае, если поставщик отказывается от согласования новых условий Контракта при изменении объема и цены поставляемого товара (п. 8.1.1.8 Контракта).

Учитывая то обстоятельство, что предметом Контракта в настоящем случае являлась поставка товаров, то в контексте постановления Президиума ВАС РФ от 14.02.2012 № 12632/11 предмет договора поставки, а также количество поставляемого товара относятся к существенным условиям такого договора.

Кроме того, к существенным условиям договора поставки стороны в настоящем случае отнесли и срок его поставки.

Так, в соответствии с п. 10 Контракта поставка и отгрузка партии товара осуществляется в течение 3 (трех) рабочих дней с момента заключения Контракта (в настоящем случае – до 03.08.2020 (включительно).

Материалами дела в настоящем случае подтверждается, что 31.07.2020 обществом осуществлена поставка части товара (69 позиций из 70 затребованных), однако Заказчиком составлен акт № 1 отказа от приемки товара по причине ненадлежащего формирования сопроводительной документации к нему и не единовременной поставки этого товара. Впоследствии Учреждением составлен мотивированный отказ (исх. № 02-12-1255/20 от 31.07.2020) от приемки товара по причине нарушения поставщиком п.п. 1.1, 4.9 Контракта, а также ввиду осуществления им фотосъемки в ходе поставки товара, что нарушает требования п. 5.4.6 Контракта.

В свою очередь, претензией от 03.08.2020 (исх. № 26) поставщик ссылался на необоснованный отказ Заявителя от приемки товара ввиду отсутствия в Контракте требования о единовременной поставке товара, отсутствия в мотивированном отказе от приемки товара четкой и однозначной причины такого отказа, ввиду чего настаивал на отмене ранее составленных Учреждением документов и предоставлении обществу повторной возможности осуществить поставку товара.

Впоследствии Заказчик письмом от 10.08.2020 (исх. № 02.12-129/2020) указал обществу на недопустимость осуществления поставки товара партиями без предварительного согласования с Учреждением, а также на ряд допущенных им нарушений при оформлении сопроводительной документации на товар. В этой связи Заказчик просил общество в срок до 14.08.2020 устранить допущенные нарушения и осуществить поставку требуемого по Контракту товара.

Письмом от 12.08.2020 (исх. № 34) общество выразило готовность осуществить поставку товара, однако просило Заказчика заново рассчитать 3-дневный срок (с заблаговременным уведомлением об этом поставщика) и осуществить приемку товара без формирования специальной комиссии либо путем замены ее состава.

В свою очередь, Заказчик письмом от 13.08.2020 (исх. № 02-12-1316) просил общество заблаговременно согласовать дату повторной поставки товара (до 14.08.2020), в ответ на которое общество письмом от 14.08.2020 (исх. № 35) сослалось на нецелесообразность повторной поставки товара ввиду возникновения угрозы жизни и здоровью сотрудников поставщика по причине грубого по отношению к ним поведения представителей заказчика.

В этой связи Учреждение письмом от 17.08.2020 (исх. № 02-12-1334/20) просило общество дать письменные объяснения о причинах неисполнения им принятых на себя обязательств, в ответ на которое общество письмом от 19.08.2020 (исх. № 38) настаивало на наличии у него права осуществить поставку товара партиями, ввиду чего настаивало на повторном предоставлении ему 3-дневного срока на поставку товара.

Указанные обстоятельства в своей совокупности и взаимной связи послужили основанием для принятия Заказчиком решения от 21.08.2020 (исх. № 02-12-1368/20) об одностороннем отказе от исполнения Контракта, мотивированного неисполнением обществом взятых на себя обязательств по нему.

Согласно ч. 12 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта не позднее чем в течение трех рабочих дней с даты принятия указанного решения, размещается в единой информационной системе и направляется поставщику (подрядчику, исполнителю) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу поставщика (подрядчика, исполнителя), указанному в контракте, а также телеграммой, либо посредством факсимильной связи, либо по адресу электронной почты, либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование такого уведомления и получение заказчиком подтверждения о его вручении поставщику (подрядчику, исполнителю). Выполнение заказчиком требований настоящей части считается надлежащим уведомлением поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Материалами дела подтверждается, что решение Заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта размещено на официальном сайте 24.08.2020, а 25.08.2020 – направлено в адрес общества посредством почтовой связи и получено Третьим лицом 10.09.2020, что подтверждается почтовым уведомлением о вручении.

Таким образом, как правильно установлено антимонопольным органом и подтверждается материалами дела, требования приведенной нормы права о необходимости надлежащего извещения контрагента об одностороннем отказе от исполнения контракта Учреждением соблюдены.

Кроме того, в силу указанной нормы права датой такого надлежащего уведомления признается дата получения Заказчиком подтверждения о вручении поставщику (подрядчику, исполнителю) указанного уведомления либо дата получения Заказчиком информации об отсутствии поставщика (подрядчика, исполнителя) по его адресу, указанному в контракте.

Учитывая факт получения обществом решения Заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта 10.09.2020, в настоящем случае датой уведомления Третьего лица о его расторжении надлежит считать именно 10.09.2020.

В силу ч. 13 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

В настоящем случае, как следует из материалов дела, в контексте приведенной нормы права, решение Заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта вступило в силу 22.09.2020.

Впоследствии административный орган отказал Заявителю во включении сведений в отношении общества в реестр недобросовестных поставщиков, мотивировав свои выводы добросовестным поведением Третьего лица в ходе исполнения Контракта, фактом осуществленной с его стороны поставки товара и претензиями Заказчика исключительно к сопроводительной документации на товар, но не к качеству поставленного товара. Кроме того, административный орган в оспариваемом решении также указал, что из содержания составленных Заказчиком в ходе исполнения Контракта документов не усматривается, какие именно претензии наличествовали у него по отношению к исполненным Третьим лицом обязательствам, что, по мнению контрольного органа, лишило общество возможности устранить выявленные Учреждением нарушения.

Между тем, суд не может согласиться с подобным подходом административного органа к разрешению возникшего спора, исходя из следующего.

Так, в контексте ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок включению в реестр недобросовестных поставщиков подлежит информация, в том числе о лицах, с которыми расторгнуты государственные контракты вследствие допущенных ими существенных нарушений условий исполнения таких контрактов.

При этом, учитывая то обстоятельство, что реестр недобросовестных поставщиков является мерой публично-правового характера, антимонопольный орган в каждом конкретном случае обязан выяснить причины неисполнения контракта и оценить существенность допущенного нарушения.

При таких данных, суд отмечает, что решение Заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта само по себе ни к чему не обязывает антимонопольный орган, в исключительной компетенции которого находится оценка всех фактических обстоятельств дела и всех элементов поведения участника закупки в ходе исполнения Контракта.

В то же время, обосновывая собственные выводы об отсутствии необходимости применения к Третьему лицу мер публично-правовой ответственности, административный орган как в оспариваемом решении, так и в ходе судебного заседания ссылался на факт осуществленной Третьим лицом поставки товара и отсутствие в составленных Заказчиком документах четкого обоснования причин отказа от приемки поставленного товара, что, по утверждению контрольного органа, исключило возможность устранения обществом выявленных Учреждением нарушений и, как следствие, возможность применения к Третьему лицу мер публично-правовой ответственности.

Между тем, при оценке указанных обстоятельств суд не может согласиться с доводами Ответчика о подтверждении ими добросовестности общества и его исполнения принятых на себя обязательств по Договору.

Так, материалами дела подтверждается, что 31.07.2020 обществом была осуществлена попытка поставки товара в объеме 69 позиций из 70, требуемых Заказчиком.

При этом, как было установлено Заявителем в ходе приемки поставленного товара и не оспаривалось сторонами в рамках судебного разбирательства (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ), товаросопроводительные документы были оформлены на большее количество товара, нежели было фактически поставлено. В то же время, исходя из условий Технического задания (п. 11), в случаях расхождения количества поставленного товара с сопроводительной документацией (товарно-транспортная накладная, счет, счет-фактура), Заказчик имеет право отказаться от приемки товара, товар будет считаться не поставленным.

Воспользовавшись своим правом, предоставленным положениями вышеуказанного пункта Технического задания, Учреждение актом от 31.07.2020 отказалось от приемки поставленного товара, потребовав от общества устранения допущенных нарушений.

При этом, суд соглашается с доводами представителя Ответчика об отсутствии в акте и мотивированном отказе от приемки поставленного товара от 31.07.2020 указания на недопоставку товара и наличие ошибок в содержании товаросопроводительных документов. Вместе с тем, суд отмечает, что в письме Заказчика от 10.08.2020 (исх. № 02.12-129/2020) подробно были указаны и обоснованы причины отказа от приемки поставленного товара и установлен срок для их устранения – до 14.08.2020 (включительно). В судебном заседании на прямой вопрос суда об осведомленности Третьего лица о причинах отказа Заказчика от приемки товара и о конкретных выявленных им нарушениях, которые обществу надлежало устранить, его представитель ответил утвердительно, одновременно пояснив, что общество самостоятельно отказалось от устранения нарушений по причине своего несогласия с отказом Учреждения от приемки поставленного товара, а также ввиду необходимости удовлетворения требований Третьего лица о порядке и условиях приемки этого товара, изложенных в письмах от 14.08.2020 (исх. № 35) и от 19.08.2020 (исх. № 38).

Таким образом, как усматривается из материалов дела, Третьим лицом возможность исполнения собственных обязательств по Контракту была поставлена в зависимость от соблюдения Заказчиком продиктованных обществом условий такой поставки, что, по мнению суда, уже свидетельствует не в пользу вывода о добросовестности общества, вопреки выводам контрольного органа об обратном.

Более того, оценивая содержание письма общества от 14.08.2020 (исх. № 35), суд признает, что Третье лицо в принципе отказалось от исполнения своих обязательств по Контракту с бездоказательными ссылками на имевшие место факты применения к его представителю актов физического насилия при поставке товара (31.07.2020), что, по утверждению представителя общества, являлось объективным и безусловным основанием для отказа от исполнения им принятых на себя обязательств по Контракту.

При таких данных суд приходит к выводу, что у Заявителя в настоящем случае имелись как правовые, так и фактические основания для отказа от исполнения Контракта, поскольку его условия в установленный срок обществом явно не могли быть выполнены, а предложенная последним альтернатива их исполнения являлась неприемлемой для Заказчика, противоречила условиям Контракта (которые не были оспорены Третьим лицом в установленном законом порядке), а потому и не могла быть принята Учреждением.

На основании изложенного, суд признает, что административным органом дана неверная оценка фактическим обстоятельствам и представленным в дело доказательствам – переписке сторон в период с 31.07.2020 по 19.08.2020, поскольку указанные документы невозможно расценить в качестве намерения Третьего лица своевременно и надлежащим образом исполнить принятые на себя обязательства по Контракту, вопреки выводам административного органа об обратном.

Кроме того, при оценке фактических обстоятельств настоящего дела, суд также обращает внимание и на то обстоятельство, что Заявителем письмом от 17.08.2020 (исх. № 02-12-1334/20) было указано на необходимость дачи пояснений относительно неисполнения обществом своих обязательств по Контракту, однако Третьим лицом никакие меры, направленные на устранение выявленных нарушений и исполнение собственных обязательств по Контракту, предприняты не были.

Указанные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о неполном выяснении контрольным органом всех имеющих значение для дела фактических обстоятельств, выборочной оценке контрольным органом представленных доказательств и, как следствие, не позволяют вести речь о законности и обоснованности оспоренного по делу решения.

Кроме того, формулируя итоговый вывод о незаконности решения административного органа, суд также принимает во внимание и нормоположения ч. 14 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок, согласно которой заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя) о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы в соответствии с ч. 10 указанной статьи закона. Данное правило не применяется в случае повторного нарушения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) условий контракта, которые в соответствии с гражданским законодательством являются основанием для одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта.

Таким образом, положения данной нормы права предоставляют участнику закупки законное право устранить выявленные в ходе исполнения государственного контракта замечания, а на заказчика, в свою очередь, относят обязанность по отмене своего решения об отказе от исполнения контракта в случае такого устранения.

В то же время, как усматривается из материалов дела, решение Учреждения об отказе от исполнения Договора в настоящем случае вступило в силу 22.09.2020 (по истечении десяти дней с момента получения обществом решения), однако до истечения указанного срока данные действия совершены обществом так и не были, что уже исключает выводы административного органа о проявленной Третьим лицом добросовестности в ходе исполнения Договора. При этом, суд также отмечает, что фактически обществу требовалось поставить весь товар целиком с учетом одной позиции, необходимой к полной единовременной поставке (учитывая то обстоятельство, что первоначально обществом была осуществлена попытка поставки 69 позиций товара из 70). Между тем, обществом такие действия совершены не были, что, по мнению суда, свидетельствует об отсутствии у него необходимого к поставке товара по состоянию на дату расторжения Заказчиком Контракта.

В то же время, как следует из содержания оспариваемого ненормативного правового акта, вышеуказанные обстоятельства антимонопольным органом не выяснялись и не проверялись, какой-либо оценки указанным обстоятельствам административным органом в оспариваемом решении не дано, равно как и не дано оценки правомерности бездействия общества после принятия Заказчиком решения об отказе от исполнения Контракта.

При этом в оспариваемом решении административный орган ограничился исключительно констатацией того обстоятельства, что Третьим лицом была осуществлена поставка товара в адрес Заказчика, а претензии последнего были сведены лишь к формированию товаросопроводительной документации, а также констатацией необходимости включения в реестр недобросовестных поставщиков только тех организаций, которые не способны исполнить условия заключенного государственного контракта (при этом в оспариваемом решении Ответчика не приведено ни единого доказательства действительной, а не мнимой возможности Третьего лица надлежащим образом исполнить условия Контракта).

В судебном заседании на прямой вопрос суда об оценке указанных обстоятельств в тексте оспариваемого решения представитель административного органа ответила отрицательно, сославшись на проявленную обществом добросовестность в ходе исполнения Контракта и необоснованный и немотивированный отказ Учреждения от предложенных Третьим лицом условий поставки товара, что, по утверждению представителя Ответчика, являлось объективным препятствием для исполнения обществом принятых на себя обязательств. При этом, отсутствие данных выводов в решении, по мнению представителя Ответчика, не влияет на законность оспариваемого акта.

Между тем, суд не может согласиться с приведенным утверждением административного органа, поскольку вышеуказанные обстоятельства являются необходимой оценкой добросовестного поведения исполнителя по Контракту, в отсутствие которой невозможно вести речь о полном и всестороннем рассмотрении контрольным органом поступившего обращения Заказчика.

Указанные обстоятельства, как следует из содержания оспариваемого решения, административным органом не выяснялись, а потому суд считает оспоренный по делу ненормативный правовой акт необоснованным, немотивированным, основанным исключительно на выборочной оценке контрольным органом фактических обстоятельств дела и поверхностном их изучении, а потому незаконным и нарушающим права и законные интересы Заявителя.

Ссылки же административного органа на то, что оспариваемый акт не нарушает права и законные интересы Заявителя, поскольку не накладывает на него никаких ограничений и не возлагает никаких обязанностей, судом отклоняются на основании п. 42 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017, согласно которому необоснованный отказ антимонопольного органа во включении недобросовестных участников закупок в реестр недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) прямым образом затрагивает права заказчика, поскольку участие таких лиц в последующих закупках не позволит заказчику с оптимальными издержками добиться "заданных результатов", приведет к неэффективному использованию бюджетных средств и нарушению конкуренции.

При таких данных, выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом ненормативном правовом акте, признаются судом ошибочными, основанными на неправильном толковании и применении норм материального права и противоречащими фактическим обстоятельствам дела, поскольку, при перечисленных ранее фактических данных, у Заказчика имелись все правовые и фактические основания для расторжения Контракта, а у Ответчика, наоборот, не имелось оснований к отказу во включении сведений в отношении Третьего лица в реестр недобросовестных поставщиков по доводам и основаниям, изложенным в оспариваемом ненормативном правовом акте.

При этом, как уже было указано ранее, необоснованный отказ во включении сведений в отношении Третьего лица в реестр недобросовестных поставщиков нарушает права и законные интересы Заявителя, поскольку позволяет обществу и в дальнейшем участвовать в закупочных процедурах в отсутствие у него намерения и возможности исполнения государственных контрактов.

Следовательно, в данном случае имеются основания, предусмотренные ст. 13 ГК РФ и ч. 1 ст. 198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

Учитывая изложенное, требования Заявителя являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

При этом, в качестве способа восстановления нарушенного права Заявителя на полное, всестороннее и объективное рассмотрение уполномоченным органом представленных им документов и сведений в отношении ООО «НТК», суд полагает необходимым возложить на Московское УФАС России обязанность по повторному рассмотрению направленных Учреждением сведений относительно имевшего место с его стороны расторжения государственного контракта № 86-ДИ/20 от 29.07.2020 на поставку строительных материалов для ремонта стационарных общественных туалетов ГБУ «ДОРИНВЕСТ» в 2020 году.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным решение УФАС по г. Москве от 28.09.2020 г. № 077/10/19-16129/2020.

Обязать УФАС по г. Москве повторно рассмотреть обращение ГБУ «Доринвест» от 22.09.2020 г. исх.№02-12-1593/20.

Взыскать с УФАС по г. Москве в пользу ГБУ «Доринвест» госпошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Н.Е. Девицкая