Постановление от 8 ноября 2022 г. по делу № А50-30000/2018

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14101/2019(3)-АК

Дело № А50-30000/2018
08 ноября 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 ноября 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Герасименко Т.С.

судей Плаховой Т.Ю., Темерешевой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 10.01.2022;

(иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу заинтересованного лица ФИО2

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 29 августа 2022 года

о завершении процедуры реализации имущества в отношении ФИО4 и освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в рамках соответствующей процедуры, за исключением обязательств, предусмотренных п.п.5,6 ст. 213.28 Закона о банкротстве,

принятое в рамках дела № А50-30000/2018

о признании ФИО4 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),



установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.03.2019 (резолютивная часть объявлена 28.02.2019) в отношении ФИО4 (ИНН <***>) введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Решением от 13.09.2019 ФИО4 (далее - должник) признан несостоятельным (банкротом) в отношении него открыта процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 21.09.2019, на сайте ЕФРСБ – 16.09.2019

Рассмотрение отчета по результатам процедуры реализации имущества должника назначено на 23.08.2022; в судебном заседании объявлен перерыв до 25.08.2022.

По окончанию срока процедуры банкротства финансовый управляющий представил отчет по результатам процедуры реализации имущества должника, заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, не возражает по освобождению должника от дальнейшего исполнения обязательств. Кроме того, ходатайствует об установлении процентов по вознаграждению.

Конкурсный кредитор ФИО2 представил возражения; полагает, что должник не может быть освобожден от обязательств в связи с непредставлением суду запрошенных документов; злостном уклонении от погашения кредиторской задолженности

Определением Арбитражного суда Пермского края от 29.08.2022 (резолютивная часть от 25.08.2022) процедура реализации имущества гражданина ФИО4 завершена, в отношении него применены положения п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств. Установлено вознаграждение финансовому управляющему ФИО6 в размере 666 241,80 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить в части применения к должнику норм об освобождении от обязательств.

Указывает, что должником не исполнено определение суда от 05.12.2018, которым на должника возложена обязанность представить суду необходимые документы. Ссылается на недобросовестные действия со стороны должника в ходе процедуры банкротства. Так должник сдавал в аренду своей дочери – ФИО7 имущество по договору аренды №4 от 31.05.2018, №5 от 30.04.2019, арендную плату она не вносила, долг был взыскан в судебном порядке. В ходе исполнительного производства долг взыскан не был. Право требования к ФИО7 в размере 1 184 746,46 руб. было реализовано на торгах, победителем которых являлся ФИО8 с ценой предложения 118 500 руб. Полагает, что денежные средства от использования принадлежащего должнику имущества получала именно его дочь, должник денежные средства не получал. По мнению апеллянта, частичное удовлетворение требований на вопрос об освобождении от обязательств влиять не должен. Отмечает, что ФИО7 является дочерью должника, тогда как согласно в поступившем 14.11.2019 финансовому управляющему ответа Комитета ЗАГС Пермского края от 21.10.2019 записи актов о рождении детей, о заключении брака, о расторжении брака, о перемени имени на ФИО4 не обнаружено.

От финансового управляющего ФИО6 поступил письменный отзыв об отказе в удовлетворении апелляционной жалобы.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы лишь в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением арбитражного суда от 13.09.2019 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом) в отношении него открыта процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

За период применения процедур банкротства требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют, в третью очередь в реестра требований кредиторов включены требования кредиторов на сумму 16 323 318,15 руб.

Согласно отчету финансового управляющего за период процедуры банкротства конкурсная масса сформирована за счет реализации имущества должника.

Денежные средства направлены на текущие платежи, выплату должнику минимального прожиточного минимума.

На погашение третьей очереди реестра требований кредиторов направлено 8 910 095,24 руб. (54,59%).

Текущие обязательства сформированы в размере 1 308 177,64 руб., погашены полностью.

Признаков фиктивного банкротства не установлено.

Иное имущество у должника отсутствует.

Доказательств, свидетельствующих о наличии или возможном выявлении иного имущества должника, пополнении конкурсной массы и дальнейшей реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами в деле не имеется.

Ссылаясь на названные выше обстоятельства, финансовый управляющий просил завершить процедуру реализации имущества должника.

Суд первой инстанции, проанализировав имеющиеся в деле доказательства, завершил процедуру реализации имущества должника, в отсутствие доказательств, подтверждающих сокрытие должником своего имущественного или финансового положения, либо совершения им действий, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, освободил от дальнейшего исполнения обязательств.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда в обжалуемой части в силу следующего.

Статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Закона о банкротстве предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с частью 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Согласно части 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Поскольку материалами дела и фактическими обстоятельствами по делу установлено отсутствие у должника иного имущества, а также отсутствие возможности пополнения конкурсной массы должника для последующей реализации данного имущества с целью проведения расчетов с кредиторами, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции о необходимости завершения процедуры реализации имущества в отношении должника. В указанной связи, суд первой инстанции законно и обоснованно завершил процедуру реализации имущества ФИО9

В пункте 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве указано, что после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Из разъяснений, данных пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (Постановление Пленума ВС РФ № 45 от 13.10.2015) следует, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, п. 45 вышеуказанного Постановления Пленума ВС РФ № 45 от 13.10.2015).

Законом о банкротстве в пункте 4 статьи 213.28 определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статьи 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьей 139 АПК РФ, абз. 19 статьи 2, статьи 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Как следует из материалов дела, признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства у должника не установлено.

Фактов недобросовестного поведения ФИО4, в том числе, доказательств сокрытия какого-либо имущества должником, уклонения от сотрудничества с финансовым управляющим, отказа в представлении каких-либо документов, судом не установлено, материалами дела вопреки доводам жалобы не подтверждено.

Злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела также не подтверждено.

Финансовый управляющий также не установил в действиях должника злоупотреблениями правами, просил освободить его от обязательств.

Учитывая добросовестное поведение должника в данной процедуре, отсутствие обстоятельств, установленных п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, суд первой инстанции обоснованно освободил должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

В ходе рассмотрения заявления финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества кредитор ФИО2 представила возражения на освобождения должника от долгов, ссылаясь на то, что должник, злостно уклоняясь от погашения кредиторской задолженности, создал схему вывода выручки от использования своего имущества, осознавая, что у него имеются обязательства перед кредиторами в значительном размере, заключил договоры аренды со своей дочерью.

Вместе с тем, договоры аренды должника с дочерью кредиторами оспорены не были, кредиторы к финансовому управляющему с соответствующими требованиями не обращались, с жалобой на бездействия арбитражного управляющего также не обращались. Доказательств того, что ФИО7 получала денежные средства от сдачи имущества в субаренду в материалы дела не предоставлено, на наличие соответствующих обстоятельств апеллянт не ссылается.

При этом с самой ФИО7 по договору аренды №4 от 31.05.2018, №5 от 30.04.2019, была взыскана задолженность в судебном порядке на основании судебных актов судов общей юрисдикции. В принудительном порядке судебные акты не исполнены. Право требования к ФИО7 в размере 1 184 746,46 руб. было реализовано на торгах, победителем которых являлся ФИО8 с ценой предложения 118 500 руб., денежные средства поступили в конкурсную массу.

Доводы кредитора о выводе денежных средств материалами дела не подтверждаются и опровергаются пояснениями финансового управляющего.

Ссылка кредитора на неисполнение должником определения суда от 05.12.2018 о предоставлении определенных в нем документов не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны должника.

Данное определение было вынесено до даты введения в отношения должника процедур реструктуризации долгов и реализации имущества.

Финансовый управляющий указывает, что ФИО4 в процедуре банкротства действовал добросовестно, направлял в адрес финансового управляющего запрашиваемые документы, в том числе по принадлежащему имуществу, открытым счетам в банках, имеющимся кредиторам и другие документы, позволяющие проводит процедуру, давал пояснения, что подтверждается ответами на запросы. Финансовый управляющий регулярно предоставлял отчеты о ходе процедуры банкротства. У кредиторов какие – либо вопросы по содержащимся в отчетах сведениям не возникло.

Кредитором не приведено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих злоупотребление должником своими правами в ходе процедуры банкротства.

Суд апелляционной инстанции также указывает, что злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует ограничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник: умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

По смыслу абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 N 310-ЭС20-6956).

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 N 305-ЭС18-26429).

Доказательств того, что должник действовал незаконно, был привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, уклонялся от погашения кредиторской задолженности, в материалы дела также не представлено.

Оснований для вывода о том, что должник умышленно наращивал долговые обязательства для последующего признания его банкротом, у суда не имеется.

Также суд первой инстанции учел, что фактически значительная часть требований, включенных в реестр, была погашена в ходе процедуры (сумма неисполненных требований перед апеллянтом, который приобрел право требования к должнику в порядке уступки прав, составляет 104.тыс.руб.).

Само по себе это действительно не свидетельствует о наличии безусловных оснований для освобождения должника от оставшихся обязательств, вместе с тем правомерно учтено судом в подтверждение факта отсутствия злоупотребления со стороны должника.

Таким образом, при вынесении обжалуемого судебного акта, суд первой инстанции исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для завершения процедура реализации имущества должника и освобождения последнего от исполнения обязательств, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии в поведении должника цели неправомерного освобождения от долгов и необходимости применения к нему реабилитационной процедуры предоставляющей возможность восстановления платежеспособности гражданина-должника путем освобождения от долгов.

Доводы жалобы об обратном противоречат фактическим обстоятельствам спора, в связи с чем подлежат отклонению.

С учетом изложенного, определение суда первой инстанции в обжалуемой части отмене, а апелляционная жалоба удовлетворению не подлежат.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 29 августа 2022 года по делу № А50-30000/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


Т.С. Герасименко



Судьи


С.В. Темерешева



Т.Ю. Плахова