Постановление от 20 марта 2024 г. по делу № А60-57893/2022

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4887/2023(4)-АК

Дело № А60-57893/2022
20 марта 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 марта 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Шаркевич М.С.,

судей Плаховой Т.Ю., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 12.07.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,

(иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Веллтех Сервисез»

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 27 ноября 2023 года об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по передаче обществом с ограниченной ответственностью «Вектор» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Веллтех Сервисез» векселей, применении последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А60-57893/2022 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Вектор» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

заинтересованное лицо с правами ответчика: общество с ограниченной ответственностью «Веллтех Сервисез», ФИО4,





установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 21.10.2022 поступило заявление АО «Ирбитский комбикормовый завод» о признании ООО «Вектор» (далее – должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 28.10.2022 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением суда от 06.12.2022 данное заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2 (, член ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением суда от 23.03.2023 ООО «Вектор» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий 30.03.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками действий по передаче должником в пользу ООО «Веллтех Сервисез» простых векселей АО «Альфа-Банка» серия ПВ-08 № 0006552 на сумму 79 846 руб., серия ПВ-08 № 0006551 на сумму 1 000 000 руб., серия ПВ-07 № 0013439 на сумму 3 000 000 руб., серия ПВ-07 № 0013437 на сумму 3 000 000 руб., серия ПВ-07 № 0013438 на сумму 3 000 000 руб. Просит применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Веллтех Сервисез» в конкурсную массу должника 10 079 846 руб.

Определением суда от 27.07.2023 к участию в настоящем обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО4.

Определением суда от 27.11.2023 (резолютивная часть от 20.11.2023) заявление конкурсного управляющего о признании недействительными сделок должника и применении последствий их недействительности удовлетворено.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «Веллтех Сервисез» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме.

Апеллянт ссылается на истечение срока исковой давности для оспаривания сделки. Полагает, что в случае оспаривания конкурсным управляющим сделки должника по общим основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ) (как в настоящем обособленном споре), срок исковой давности по требованиям, основанным на общих нормах ГК РФ, исчисляется со дня, когда должник в лице своих органов узнал о нарушении своего права - а значит со дня, когда началось исполнение сделки. Учитывая, что должник (ООО «Вектор») является стороной оспариваемой сделки и лицом, заключившим и исполнившим сделку, по мнению апеллянта, срок исковой давности для конкурсного управляющего, как руководителя должника, начал течь с момента исполнения сделки, а именно - 04.06.2018 и истек 04.06.2021, с рассматриваемым требованием конкурсный управляющий обратился 31.03.2023. Приводит примеры судебной практики. Считает, что суд первой инстанции неправомерно принял во внимание ответ СУ СК России по Свердловской области (исх. от 11.08.2023), указывает, что вступивший в законную силу приговор отсутствует. ООО «Веллтех Сервисез» считает, что отсутствуют основания для применения к рассматриваемым отношениям положений статьи 10 ГК РФ. Считает, что сам по себе факт заключения сделки до начала течения периода подозрительности, исключающий возможность ее оспаривания по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве, не является достаточным основанием для квалификации возникших отношений как ничтожных.

До судебного заседания от конкурсного управляющего поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу об отказе в ее удовлетворении.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии со ст.156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, решением суда от 23.03.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В ходе осуществления деятельности конкурсным управляющим выявлена сделка должника по передаче в пользу ООО «Веллтех Сервисез» простых векселей АО «Альфа-Банка» серия ПВ08 № 0006552 на сумму 79 846 руб., серия ПВ-08 № 0006551 на сумму 1 000 000 руб., серия ПВ-07 № 0013439 на сумму 3 000 000 руб., серия ПВ-07 № 0013437 на сумму 3 000 000 руб., серия ПВ-07 № 0013438 на сумму 3 000 000 руб.

Конкурсный управляющий запросил у ООО «Веллтех Сервисез» сведения об обязательствах должника, копии документов-оснований, подтверждающих возникновение обязательств должника, во исполнение которых ООО «Веллтех Сервисез» были переданы указанные векселя АО «Альфа-банк». Ответ конкурсному управляющему не поступил.

По информации, представленной АО «Альфа-Банк», спорные векселя на общую сумму 10 079 846 руб., приобретенные должником 03.05.2018, были погашены в пользу ООО «Веллтех Сервисез» 04.06.2018.

Ссылаясь на то, что названные выше векселя переданы должником ООО «Веллтех Сервисез» со злоупотреблением правом, в отсутствие встречного предоставления, при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, включенными в реестр, в нарушение прав и законных интересов кредиторов должника, в результате передачи векселей должник утратил имущество, за счет которого мог мог погасить имеющееся требования кредиторов, конкурсный управляющий обратился в суд с требованием о признании сделки по передаче векселей недействительной на основании ст.ст. 10, 168 и 170 ГК РФ.

Поскольку в настоящее время векселя исполнены банком, в качестве применения последствий недействительности сделок конкурсный управляющий просил взыскать с ООО «Веллтех Сервисез» в конкурсную массу должника денежные средства в размере 10 079 846 руб.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о недействительности оспариваемых сделок.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав лицо, участвующее в деле, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или иными лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными по правилам Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, установленном Законом о банкротстве.

При этом в соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст. 61.8 Закона о банкротстве).

В п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст.ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует также квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ).

В п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В соответствии с правовым подходом, сформулированным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст. 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст. 1 ГК РФ.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3 ст. 1 ГК РФ).

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по реализации принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая соответствующие условия. Также под злоупотреблением правом понимается ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, от 14.06.2016 № 52-КГ16-4).

Злоупотребление как явление проявляется в большинстве случаев в том, что при внешне формальном следовании нормам права нарушитель пытается достичь противоправной цели. Формальному подходу, в частности, может быть противопоставлено выявление противоречивых, парадоксальных, необъяснимых обстоятельств, рассогласованности в доказательствах, нелогичности доводов (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2019 № 306-ЭС19-3574).

Злоупотребление субъективным правом представляет собой также любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Пунктом 2 ст. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 8 Постановления № 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10, п.п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ).

Для квалификации сделки, совершенной со злоупотреблением правом в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов, и совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10044/11 от 17.06.2014, Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034) отражена правовая позиция, согласно которой наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Указанная сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления № 63).

Обстоятельства, свидетельствующие о совершении сделки по цене и условиям, существенно в худшую для должника сторону отличающимся от цены и иных условий, при которых при сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, в условиях неплатежеспособности должника, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным п.п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в ГК РФ.

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемые сделки совершены за пределами трехлетнего срока до возбуждения дела о банкротстве и не подпадают в период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что обстоятельства совершения оспариваемых сделок выходят за пределы дефектов подозрительных сделок в силу следующих обстоятельств.

Как установлено судом первой инстанции, согласно выписке по счету ООО «Вектор», открытому в ПАО «УралТрансБанк», имеется перечисление денежных средств должником в пользу АО «Альфа-Банк» на приобретение векселей в сумме 10 079 846,00 руб.:

1) 03.05.2018 - 3 000 000 руб. Номер платежного поручения – 181. Назначение платежа: оплата по договору № 51718512 от 03.05.2018 на приобретение векселя, сумма 3 000 000-00 Без налога (НДС);

2) 03.05.2018 - 3 000 000 руб. Номер платежного поручения – 182. Назначение платежа: оплата по договору № 51718512 от 03.05.2018 на приобретение векселя, сумма 3000000-00 Без налога (НДС);

3) 03.05.2018 - 79 846 руб. Номер платежного поручения – 184. Назначение платежа: Оплата по договору № 51718512 от 03.05.2018 на приобретение векселя, сумма 79 846-00 Без налога (НДС);

4) 03.05.2018 - 3 000 000 руб. Номер платежного поручения – 180. Назначение платежа: Оплата по договору № 51718512 от 03.05.2018 на приобретение векселя Сумма 3 000 000 Без налога (НДС);

5) 03.05.2018 - 1 000 000 руб. Номер платежного поручения – 183. Назначение платежа: Оплата по договору № 51718512 от 03.05.2018 на приобретение векселя Сумма 1 000 000-00 Без налога (НДС).

По информации, представленной АО «Альфа-Банк», спорные векселя на общую сумму 10 079 846,00 руб., приобретенные должником, были погашены в пользу ООО «Веллтех Сервисез».

При анализе выписки по счету ООО «Веллтех Сервисез», открытому в АО «Альфа-Банк» (номер счета с последними цифрами 0940), судом были установлены следующие поступления в пользу ответчика:

1) 04.06.2018 – 79 846 руб. Назначение платежа: Оплата векселя АО «Альфа-Банк» серии ПВ-08 № 0006552 согласно акта приемки-передачи от 04-06-2018. Без НДС;

2) 04.06.2018 – 1 000 000 руб. Назначение платежа: Оплата векселя АО «Альфа-Банк» серии ПВ-08 № 0006551 согласно акта приемки-передачи от 04-06-2018. Без НДС;

3) 04.06.2018 – 3 000 000 руб. Назначение платежа: Оплата векселя АО «Альфа-Банк» серии ПВ-07 № 0013439 согласно акта приемки-передачи от 04-06-2018. Без НДС;

4) 04.06.2018 – 3 000 000 руб. Назначение платежа: Оплата векселя АО «Альфа-Банк» серии ПВ-07 № 0013437 согласно акта приемки-передачи от 04-06-2018. Без НДС;

5) 04.06.2018 – 3 000 000 руб. Назначение платежа: Оплата векселя АО «Альфа-Банк» серии ПВ-07 № 0013438 согласно акта приемки-передачи от 04-06-2018. Без НДС.

Конкурсный управляющий указывает, что спорные векселя переданы должником ответчику в отсутствие встречного предоставления.

Возражая в отношении заявленных требований ООО «Веллтех Сервисез» указывает, что между ним и должником действительно отсутствуют какие-либо взаимоотношения, простые векселя АО «Альфа-Банк» серия ПВ-08 № 0006552 на сумму 79 846 руб., серия ПВ-08 № 0006551 на сумму 1 000 000 руб., серия ПВ-07 № 0013439 на сумму 3 000 000 руб., серия ПВ-07 № 0013437 на сумму 3 000 000 руб., серия ПВ-07 № 0013438 на сумму 3 000 000 руб. переданы ООО «Веллтех Сервисез» не должником, а ФИО4 на основании договора займа № 04/2018 от 02.04.2018.

Согласно указанному договору займа от 02.04.2018, ФИО4, именуемый в дальнейшем «заимодавец», с одной стороны, и ООО «Веллтех Сервисез», именуемое в дальнейшем «заемщик», в лице генерального директора ФИО4, действующего на основании Устава, заключили договор, предметом которого является следующее: заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в сумме 700 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть заимодавцу сумму займа и уплатить проценты за пользование ей в размере и сроки, предусмотренные договором.

Сумма займа предоставляется на 3 года, путем передачи векселя/ей на сумму займа. Факт передачи оформляется актом приема-передачи векселя/ей. Проценты за пользование суммой займа начисляются с момента получения векселя/ей заемщиком до дня возврата суммы займа включительно (пункт 2.1 договора займа).

Согласно акту приема-передачи векселя №22 от 04.06.2018 к договору займа от 02.04.2018, ФИО4 передал, а ООО «Веллтех Сервисез» приняло следующие векселя: простой вексель АО «Альфа-Банка» серия ПВ-08 № 0006552 на сумму 79 846 руб., простой вексель серия ПВ-08 № 0006551 на сумму 1 000 000 руб., простой вексель серия ПВ-07 № 0013439 на сумму 3 000 000 руб., простой вексель серия ПВ-07 № 0013437 на сумму 3 000 000 руб., простой вексель серия ПВ-07 № 0013438 на сумму 3 000 000руб. Общая номинальная вексельная сумма составляет 10 079 846 руб.

Конкурсный управляющий, оспаривая наличие правоотношений по договору займа, ссылался на их притворность. Указывал, что договор займа между ФИО4 и ООО «Веллтех Сервисез», акт приема-передачи векселей ФИО4 ООО «Веллтех Сервисез» составлены формально. По мнению конкурсного управляющего, стороны не имели намерений исполнять указанную сделку, договор займа и акт составлены лишь для создания видимости соответствующих гражданско-правовых отношений в целях прикрытия сделки по безвозмездному отчуждению векселей должником в пользу ООО «Веллтех Сервисез».

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. При этом действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, может прикрываться цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом.

Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (п. 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021)).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 87 Постановления № 25, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17- 19678).

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Совершая притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся, поэтому при наличии возражений о притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия представленных документов формальным требованиям, установленным законом; необходимо принимать во внимание и иные доказательства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг. Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 за 2015 год, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ.

Как установлено судом, ФИО4 с 14.07.2017 по настоящее время является генеральным директором и участником ООО «Веллтех Сервисез» с 14.07.2017 с 25% уставного капитала, с 01.03.2019 с 100% уставного капитала.

Согласно представленным в материалы дела налоговым органом справкам о доходах и суммах налога физического лица, в 2018 году доход ФИО4 составил 399 330 руб. за вычетом налога, в 2017 году – 2 319 821,43 руб.

В отсутствие иных доказательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что у ФИО4 отсутствовала финансовая возможность приобретение векселей на 700 000 000 руб. для их предоставления ООО «Веллтех Сервисез» по вышеуказанному договору займа.

При этом отсутствуют и доказательства, подтверждающие оплату ФИО4 спорных векселей в пользу должника, какие-либо документы о взаимоотношениях должника и ФИО4 в материалы дела не представлены, наа протяжении длительного периода с 2018 года оплата за векселя с ФИО4 не взыскивалась, что в совокупности свидетельствует об отсутствии реальных правоотношений между ФИО4 и должником.

Кроме того, в дело не представлено и доказательств, подтверждающих возврат денежных средств по договору займа за переданные векселя ООО «Веллтех Сервисез» в пользу ФИО4

Сам ФИО4 каких-либо пояснений в материалы дела не представлял.

В целях установления фактических обстоятельств дела, судом также были истребованы доказательства от СУ СК России по Свердловской области, полученные сведения учтены при принятии судебного акта.

Вопреки доводам апеллянта, суд первой инстанции правомерно принял во внимание ответ СУ СК России по Свердловской области (исх. от 11.08.2023) в качестве одного из доказательств по делу, оценив его в совокупности и взаимосвязи с иными материалами спора (ст. 71 АПК РФ).

Ввиду того, что наличие заемных правоотношений между ООО «Веллтех Сервисез» и ФИО4 не подтверждено, как и не подтверждено приобретение ФИО4 спорных векселей у должника, мотивы передачи спорных векселей не раскрыты, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что договор займа № 04/2018 от 02.04.2018 является притворной сделкой, прикрывающей безвозмездную сделку по передаче векселей должником ООО «Вектор» непосредственно ООО «Веллтех Сервисез».

Передача ООО «Вектор» векселей безосновательно и безвозмездно в пользу другого общества противоречит целям предпринимательской деятельности (извлечение прибыли), нарушает законодательный запрет на дарение между юридическим лицами, направлена на причинение вреда должнику и его кредиторам, что является основанием для признания такой сделки ничтожной.

Суд первой инстанции верно отметил, что все названные выше сделки создают единую цепочку сделок, направленную на безвозмездное отчуждение ликвидного имущества должника, данные сделки совершены со злоупотреблением правом.

При этом на момент совершения рассматриваемых сделок с 03.05.2018 по 04.06.2018 у должника уже имелись обязательства перед кредиторами, которые впоследствии не были погашены и стали причиной возбуждения настоящего дела о банкротстве.

Так, 26.12.2014 между компанией Роуд Инвестмент Лимитед и ООО «Вектор» заключен договор займа № FP-2, по которому Роуд Инвестмент Лимитед обязалось предоставить обществу «Вектор» заем 250 000 евро под 6% годовых на срок до 26.12.2015. На основании договора займа № FP-2 от 26.12.2014 компания Роуд Инвестмент Лимитед передало 11.02.2015 обществу «Вектор» 250 000 евро под 6% годовых.

Затем 15.09.2018 между Роуд Инвестментс Лимитед (цедент) и ОАО «Ирбитское хлебоприемное предприятие» (цессионарий) заключен договор уступки требования (цессии) № FP-2/С, в соответствии с которым цедент передал цессионарию требование получить от ООО «Вектор» денежные средства, полученные последним по договору займа № FP-2 от 26.12.2014, заключенному между цедентом и должником, а именно сумму основного долга по договору займа в размере 250 000 евро, а также проценты в размере 6% годовых (по состоянию на 15.09.2018 сумма начисленных по договору займа процентов составила 53 959 евро). В 2019 году стороны пришли к соглашению изменить размер процентов и срок выплаты суммы долга, в связи с чем обязательства по возврату суммы долга из договора цессии новированы в заемное обязательство.

Также между ООО «Вектор» и ООО «Трансмет» заключен договор займа б\н от 01.01.2019 со сроком возврата займа до 31.12.2019.

14.08.2019 и 12.11.2019 между ОАО «Ирбитское хлебоприемное предприятие» (цедент) и ООО «Трансмет» (цессионарий) заключены договоры цессии, в соответствии с которыми цедент уступил цессионарию права (требования) по договору займа б/н от 01.01.2019 на получение суммы займа частично в размере 170 000 руб., а также право на получение процентов за пользование займом в размере 0,2% годовых.

С 09.12.2020 Арбитражным судом Свердловской области рассматривалось дело № А60-62046/2020 о взыскании с должника в пользу АО «Ирбитский комбикормовый завод» задолженности по договорам займа.

Как уже было установлено судом при проверке обоснованности заявления АО «Ирбитский комбикормовый завод» о признании ООО «Вектор» несостоятельным (банкротом), решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.05.2021 по делу № А60-62046/2020 с ООО «Вектор» в пользу АО «Ирбитский комбикормовый завод» взыскана задолженность в размере 24 130 118,62 руб., в том числе 24 049 928,31 руб. - долг, 80 190,31 руб. - проценты за пользование займом, с последующим взысканием процентов на сумму долга по ставке 0,2% годовых, начиная с 01.12.2020 по день фактической оплаты долга. Также с ООО «Вектор» в пользу АО «Ирбитский комбикормовый завод» взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 143 651 руб.

Как указывает конкурсный управляющий, изначально имущества должника на оплату указанных займов было недостаточно. Недвижимое имущество и транспортные средства по данным регистрирующих органов за должником не зарегистрированы.

Как верно отмечено судом первой инстанции, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам апеллянта, суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что оспариваемая сделка совершена в отсутствие какой-либо экономической целесообразности, со злоупотреблением правом сторонами сделки, повлекла за собой утрату должником ликвидного актива в преддверии собственного банкротства, имеет пороки, выходящее за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок. В связи с изложенным, оспариваемые сделки правомерно признаны судом первой инстанции недействительными.

По общему правилу ст. 167 ГК РФ последствием признания сделки недействительной является возвращение сторон в первоначальное положение.

В силу п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Поскольку спорные векселя были обналичены, суд первой инстанции в качестве последствий недействительности сделки обоснованно взыскал с ООО «Веллтех Сервисез» в конкурсную массу ООО «Вектор» 10 079 846 руб.

Доводы апеллянта о пропуске срока исковой давности подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм права.

Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу п. 1 ст. 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Таким образом, срок исковой давности подлежит исчислению со дня, когда конкурсный управляющий узнал о наличии оснований для признания сделки недействительной, т.е. не ранее даты введения процедуры конкурсного производства 17.03.2023. С рассматриваемым требованием, конкурсный управляющий обратился 30.03.2023, то есть в пределах срока исковой давности.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

С учетом изложенного, оснований для отмены определения суда, предусмотренных ст. 270 АПК РФ не имеется. Нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права судом апелляционной инстанции также не установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в связи с подачей апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 27 ноября 2023 года по делу № А60-57893/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


М.С. Шаркевич



Судьи


Т.Ю. Плахова





М.А. Чухманцев