Постановление от 30 мая 2023 г. по делу № А50-17261/2019

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-6065/2021(57)-АК

Дело № А50-17261/2019
30 мая 2023 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 мая 2023 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей Мартемьянова В.И., Темерешевой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от заявителя жалобы, ФИО2 – ФИО3, доверенность от 08.06.2022, паспорт,

от третьего лица, ППК «Фонд развития территории» - ФИО4, доверенность от 19.01.2023, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО2

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 07 марта 2023 года

о признании требования ФИО2 в размере 1 483 680,00 руб. обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов,

вынесенное в рамках дела № А50-17261/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ПАО «Строительно-Монтажный Трест № 14» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

третьи лица: АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения», Публично-правовая компания «Фонд развития территории»,

установил:

28.05.2019 в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление Федеральной налоговой службы в лице Инспекции Федеральной налоговой службы по Свердловскому району г. Перми (далее – заявитель, уполномоченный орган) о признании несостоятельным (банкротом) публичного акционерного общества «Строительно-Монтажный трест № 14» (далее – должник, ПАО «Трест № 14»), обосновывая свое требование наличием задолженности в общем размере 218 180 171,70 руб., в том числе: 186 721 072,10 руб. основного долга, 30 314 863,22 руб. пени, 1 144 236,36 руб. штрафов.

Определением арбитражного суда от 30.05.2019 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 19.01.2021 (резолютивная часть от 12.01.2021) заявление уполномоченного органа признано обоснованным, ПАО «Трест № 14» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры конкурсного производства опубликованы в Газете «КоммерсантЪ» №11 (6973) от 23.01.2021, на сайте ЕФРСБ – 14.01.2021 (№ сообщения 6020747).

20.07.2022 в арбитражный суд поступили возражения ФИО2 по результатам рассмотрения конкурсным управляющим заявления о включении в реестр требований о передаче жилых помещений, согласно которому просит признать обоснованным и включить требование ФИО2 о передаче однокомнатной квартиры № 51, общей проектной площадью 32,24 кв.м., расположенной на 3-ем этаже в 3 подъезде в пятиэтажном жилом доме по адресу: Пермский край, Пермский район, Двуреченское с/п, <...>, поз. 1, оплаченной в сумме 1 483 680,00 руб. в реестр требований кредиторов о передаче жилых помещений должника ПАО «Трест № 14». Также заявлено о восстановлении срока на подачу заявления.

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Автономная некоммерческая организация дополнительного профессионального образования «Приволжский центр профессионального обучения» (далее также – АНО ДПО «ПЦПО»), Публично-правовая компания «Фонд развития территории» (далее также ПАО «Фонд развития территории», Фонд).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.03.2023 (резолютивная часть от 02.03.2023) в удовлетворении ходатайства ФИО2 о восстановлении срока на предъявление требования отказано. Требование ФИО2 в размере 1 483 680,00 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, восстановить срок на подачу заявления, признать требование обоснованным и включить его в реестр требований о передаче жилых помещений.

В обоснование жалобы указывает, что заключение договора цессии не преследовало цель повышения очередности удовлетворения требований кредитора, договор носит характер обычной сделки между субъектами гражданско-правовых отношений. Оплата по договору произведена ФИО2 в полном объеме, к нему перешло право требования передачи в свою пользу жилого помещения, возникшее у АНО ДПО «ПЦПО» по договору участия в долевом строительстве. На дату заключения договоров цессии АНО ДПО «ПЦПО» являлось участником долевого строительства и имело к должнику как застройщику право требования по передаче квартиры; договор с ФИО2 был заключен после возбуждения дела о банкротстве, но до введения первой процедуры, которой является конкурсное производство (19.01.2021), следовательно, ФИО2 передано требование к застройщику о передаче квартиры, которое может быть включено в третью очередь реестра. ФИО2 жилье приобретено в личных целях (для семьи), при заключении договора он не являлся профессиональным участником рынка, знал, что должник обладает репутацией надежного застройщика, осуществляющего строительство на протяжении 70 лет (информация из СМИ). Отмечает отсутствие какой-либо аффилированности АНО ДПО «ПЦПО» и ФИО2, иной взаимосвязанности, позволившей действовать согласованно с целью повышения очередности удовлетворения требований. Пропуск срока давности на включение в реестр требований о передаче помещений обосновывает отсутствием необходимых познаний в области права и проживанием в другом субъекте РФ (Московская обл., г. Ивантеевка). По утверждению апеллянта, о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства кредитор узнал из социальной сети «В контакте» со ссылкой на новость в газете «Коммерсантъ» от 26.05.2022, уведомление конкурсного управляющего о начале процедуры кредитор по объективным причинам не получал, третье лицо АНО ДПО «ПЦПО» должника о заключении договора уступки права требования не уведомило, равно как не уведомило ФИО2 о получении уведомления от конкурсного управляющего об открытии конкурсного производства в отношении должника.

До начала судебного заседания от лиц, участвующих в деле, письменные отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

Явившийся в судебное заседание представитель ФИО2 доводы жалобы поддерживал в полном объеме, дополнительно дал пояснения по существу спора.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб и ходатайства в их отсутствие.

Определением от 25.04.2023 судебное разбирательство отложено на 24.05.2023 с целью представления ФИО2 дополнительных документов, подтверждающих отсутствие аффилированности между сторонами договора цессии, цели и возможностей приобретения права требования спорной квартиры, обстоятельства его приобретения.

От ФИО2 поступили письменные пояснения с ходатайство о приобщении дополнительных документов.

Третье лицо АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» в своих объяснениях в порядке ст. 81 АПК РФ указывает, что ФИО2, известен обществу в качестве руководителя коммерческого отдела ГК «ПИК «Техпроектбезопасность» («ТПБ-лаборатория», «ТПБ Учебный Центр»), с указанными обществами АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» заключен агентский договор на поиск клиентов в Пермском крае по сферам, в которых специализируется ООО «ТПБ-лаборатория». Представлена копия агентского договора № 7 от 01.07.2019.

Конкурсный управляющий в своих пояснения отмечает наличие между должником и АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» правоотношений – договор оказания услуг № 36 от 31.03.2017, по которому должнику оказаны услуги на сумму 1 349 408,48 руб.; после заключения договора участия в долевом строительстве от 31.01.2018 между указанными лицами 04.10.2018 был подписан акт взаимозачета взаимных требований юридических лиц. Какие-либо иные договорные правоотношения между данными лицами конкурсным управляющим не установлены.

Участвующий в судебном заседании представитель ФИО2 доводы жалобы поддерживает в полном объеме, настаивал на отмене определения в части установления очередности требований.

Представитель Публично-правовой компании «Фонд развития территории» против доводов жалобы возражает, просит определение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. С позиции третьего лица, поскольку ФИО2 не был уведомлен цедентом о введенной в отношении должника процедуре банкротства, договор цессии между ними является недействительным, с учетом чего свои требования ФИО2 должен предъявить АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения», а не к должнику. Полагает, что внесение изменений в законодательстве, исключающие возможность получения от Фонда компенсации за жилое помещение юридическими лицами, повлекло массовые уступки права требования к застройщикам юридическими лицами своим сотрудникам либо их родственникам, сделка по уступке АНО ДПО «ПЦПО» права требования к должнику совершена с ФИО2 по тем же мотивам, с учетом удовлетворения определением Арбитражного суда Пермского края от 27.09.2022 заявления УНО фонд «Фонд защиты прав граждан участников долевого строительства Пермского края» о намерении стать приобретателем имущества ПАО «СМТ №14» и исполнить обязательства перед участниками строительства, требования которых включены в реестр требований участников строительства в рамках дела о банкротстве застройщика.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ст.ст.156, 266 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Письменные пояснения и приложенные к ним документы приобщены судом к материалам дела (ч. 2 ст. 268 АПК РФ).

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 31.01.2018 между должником как застройщиком и АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» как участником долевого строительства был заключен договор об участии в долевом строительстве (далее также – договор, договор об участии в долевом строительстве), согласно которому застройщик обязуется передать участнику долевого строительства в собственность указанные в договоре жилое помещение, 1-комнатную квартиры № 51, общей площадью 32,24 кв.м. (далее также – квартира, жилое помещение), расположенную на 3 этаже многоквартирного дома по адресу Пермский край, Пермский район, Двуреченское с/п, <...>, поз. 1 (далее также – объект), а участник долевого строительства обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять указанные в договоре жилые помещения, включая квартиру при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию.

Срок проведения строительно-монтажных и пусконаладочных работ по строительству дома и получения разрешение на ввод дома в эксплуатацию указан не позднее 30.09.2018. Срок передачи квартиры – в течение шести месяцев с момента получения застройщиком разрешения на ввод в эксплуатацию (п. 5.1.1, 5.1.4 договора).

Цена квартиры была установлена в сумме 1 483 680,00 руб.

06.06.2018 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю произведена регистрация договора, о чем свидетельствует соответствующая отметка на нем.

Дополнительным соглашением от 03.12.2018 внесены изменения в п. 5.1.1 договора, срок установлен не позднее 31.03.2019.

В качестве подтверждения осуществления расчетов за квартиру АНО ДПО «ПЦПО» представил в материалы спора письмо Должника № 288 от 08.11.2018 с приложением Акта зачета взаимных требований юридических лиц № 940 от 24.10.2018 и Акта сверки взаимных расчетов.

27.02.2020 АНО ДПО «ПЦПО» как цедент и ФИО2 как цессионарий заключили договор уступки права требования, по которому цедент уступил право требования получения в собственность однокомнатной квартиры № 51, общей проектной площадью 32,24 кв.м., расположенной на 3-м этаже в 3-м подъезде в пятиэтажном жилом доме по адресу: Пермский край, Пермский район, Двуреченское с/п, <...> ЗА, поз.1, принадлежащее Цеденту на основании Договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 31.01.2018, заключенного между Цедентом и ПАО «Трест №14».

Право требования приобретено ФИО2 по цене 1 483 680,00 руб., оплата подтверждается приходным кассовым ордером от 27.02.2020 № 18, квитанцией к приходному кассовому ордеру № 18 от 27.02.2020.

Договор уступки права требования от 04.12.2019 прошел государственную регистрацию 12.01.2023.

Со стороны АНО ДПО «ПЦПО» и ФИО2 в адрес Конкурсного управляющего было направлено уведомление о переходе права требования по договору участия в долевом строительстве от 20.06.2022, которое получено управляющим 04.07.2022.

04.07.2022 в адрес конкурсного управляющего поступило заявление ФИО2 о включении в реестр требования о передаче квартиры № 51 общей площадью 32,24 кв.м., количество комнат - 1, этаж 3 в объекте строительства многоквартирном жилом кирпичном доме, расположенном по строительному адресу: Пермский край, Пермский район, Двуреченское сельское поселение, <...>, поз. 1.

Уведомлением № 803 от 11.07.2022 конкурсный управляющий сообщил ФИО2 о невозможности рассмотрения его требований непосредственно конкурсным управляющим и необходимости предъявления заявителем своих требований к должнику в Арбитражный суд Пермского края в рамках дела о банкротстве.

В этой связи ФИО2 обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст.71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 32 Закон о банкротстве, ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Банкротство застройщиков законодательно урегулировано положениями параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве. Процедура банкротства застройщика согласно указанным положениям призвана обеспечить соразмерное пропорциональное удовлетворение требований всех участников строительства, имеющих к должнику (застройщику) как требования о передаче жилого помещения, так и денежные требования, квалифицируемые в соответствии с подп. 4 п. 1 ст. 201.1 Закона о банкротстве.

Согласно п. 16 ст. 16 Федерального закона от 27.06.2019 № 151-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 151-ФЗ), положения параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве в соответствующей редакции названного Федерального закона применяются арбитражными судами при рассмотрении дел о банкротстве, производство по которым возбуждено после дня вступления в силу данного Федерального закона. В свою очередь, п. 17 ст. 16 Закона № 151-ФЗ указывает, что положения п. 3.2 ст. 201.1, ст. 201.8.1, 201.8.2, 201.9, 201.10 - 201.14, 201.15.1, 201.15.2, 201.15.2.1 в редакции названного Федерального закона применяются в случаях, если производство по делу о банкротстве застройщика возбуждено до дня вступления в силу данного Федерального закона при условии, что к этому дню не начаты расчеты с кредиторами третьей очереди.

Положения вышеуказанного закона вступили в силу со дня официального опубликования и начали свое действие с 27.06.2019.

В п. 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35) разъяснено, что согласно абзацу седьмому п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве с даты принятия судом решения о признании должника банкротом все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением текущих платежей, перечисленных в п. 1 ст. 134 данного Закона, и требований о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства.

В связи с этим в ходе конкурсного производства подлежат предъявлению только в деле о банкротстве также требования кредиторов по неденежным обязательствам имущественного характера (о передаче имущества в собственность, выполнении работ и оказании услуг), возникшие до возбуждения этого дела и которые рассматриваются по правилам ст. 100 Закона о банкротстве.

Таким образом, по смыслу приведенных разъяснений, с момента открытия конкурсного производства происходит трансформация неденежного требования о передаче имущества в денежное требование по возврату оплаты, полученной по договору до возбуждения дела о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 201.4 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства в отношении застройщика в ходе внешнего управления в деле о банкротстве застройщика требования о передаче жилых помещений, в том числе возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, и (или) денежные требования участников строительства могут быть предъявлены к застройщику только в рамках дела о банкротстве застройщика с соблюдением установленного настоящим параграфом порядка предъявления требований к застройщику. С даты открытия конкурсного производства исполнение исполнительных документов по требованиям участников строительства, предусмотренным настоящим пунктом, прекращается.

Согласно абзацу первому п. 3 ст. 201.4 Закона о банкротстве денежные требования участников строительства и требования участников строительства о передаче жилых помещений (далее – требования участников строительства) предъявляются конкурсному управляющему.

Абзацами первым и вторым п. 7 ст. 201.4 Закона о банкротстве установлено то, что конкурсный управляющий рассматривает предъявленное в ходе дела о банкротстве требование участника строительства и по результатам его рассмотрения не позднее чем в течение тридцати рабочих дней со дня получения такого требования вносит его в реестр требований участников строительства в случае обоснованности предъявленного требования. В тот же срок конкурсный управляющий уведомляет соответствующего участника строительства о включении его требования в реестр требований участников строительства, или об отказе в таком включении, или о включении в реестр требования в неполном объеме.

Пунктом 8 ст. 201.4 Закона о банкротстве предусмотрено то, что возражения по результатам рассмотрения конкурсным управляющим требования участника строительства могут быть заявлены в арбитражный суд участником строительства не позднее чем в течение пятнадцати рабочих дней со дня получения участником строительства уведомления конкурсного управляющего о результатах рассмотрения этого требования. К указанным возражениям должны быть приложены документы, подтверждающие направление конкурсному управляющему копий возражений и приложенных к возражениям документов.

Требования участников строительства, по которым заявлены возражения, рассматриваются арбитражным судом в порядке, установленном ст. 60 настоящего Федерального закона (абзац первый п. 10 ст. 201.4 Закона о банкротстве). По результатам такого рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований о передаче жилых помещений (абзац второй п. 10 ст. 201.4 Закона о банкротстве).

Требование участника строительства, установленное соответствующим определением арбитражного суда, включается конкурсным управляющим в реестр требований о передаче жилых помещений не позднее дня, следующего за днем получения копии указанного определения конкурсным управляющим, о чем участник строительства уведомляется конкурсным управляющим в течение трех рабочих дней со дня внесения соответствующей записи в реестр требований о передаче жилых помещений (п. 11 ст. 201.4 Закона о банкротстве).

В случае, если требования участника строительства о включении в соответствующий реестр требований должника не были удовлетворены конкурсным управляющим должника, такие требования подлежат разрешению судом.

В данном случае конкурсный управляющий дал ответ ФИО2 на его заявление о включении в реестр требований о передаче жилых помещений, что подтверждается уведомлением № 803 от 11.07.2022, в котором сообщил о невозможности рассмотрения его требований непосредственно конкурсным управляющим и необходимости предъявления заявителем своих требований к должнику в Арбитражный суд Пермского края в рамках дела о банкротстве.

ФИО2 обратился в арбитражный суд с возражениями 20.07.2022 посредством системы «Картотека арбитражных дел», то есть с соблюдением сроков, установленных п. 8 ст. 201.4 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2015 № 305-ЭС15-3229, арбитражный суд вправе признать наличие у участника строительства требования о передаче жилого помещения или денежного требования не только в случае заключения договора по правилам Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости», но практически при любых договорных и юридических способах внесения денежных средств застройщику.

Условиями признания лица, обратившегося с требованием о включении в реестр требований о передаче жилых помещений, участником строительства является установление фактов заключения с застройщиком сделки, по которой оно было обязано передать денежные средства и (или) иное имущество в целях строительства многоквартирного дома с последующей передачей жилого помещения в таком многоквартирном доме в собственность заявителя, а также фактической передачи денежных средств и (или) иного имущества в целях строительства многоквартирного дома, указанному полностью корреспондируют положения п. 26 постановления № 35.

Понятие «участник строительства» закреплено в подп. 2 п. 1 ст. 201.1 Закона о банкротстве, Федеральным законом от 27.06.2019 № 151- ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 151-ФЗ), которым были внесены существенные изменения в положения параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве, регламентирующие банкротство застройщиков.

Требование о передаче жилого помещения – требование участника строительства о передаче ему на основании возмездного договора в собственность жилого помещения (квартиры или комнаты) в многоквартирном доме, который на момент привлечения денежных средств и (или) иного имущества участника строительства не введен в эксплуатацию (подп. 3 п. 1 ст. 201.1 Закона о банкротстве).

Согласно подп. 2 п. 1 ст. 201.1 Закона о банкротстве:

участник строительства – физическое лицо, имеющее к застройщику требование о передаче жилого помещения, требование о передаче машиноместа и нежилого помещения или денежное требование, а также Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование, имеющие к застройщику требование о передаче жилого помещения или денежное требование;

участник долевого строительства – гражданин, являющийся участником строительства и имеющий требование к застройщику на основании договора участия в долевом строительстве, заключенного в соответствии с законодательством об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, публично-правовая компания «Фонд защиты прав граждан – участников долевого строительства», являющаяся участником строительства на основании договора участия в долевом строительстве при осуществлении мероприятий по финансированию завершения строительства объектов незавершенного строительства, в отношении которых привлекались средства участников долевого строительства, либо в результате перехода права требования по договору участия в долевом строительстве в результате осуществления выплаты в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Таким образом, действующие нормы Закона о банкротстве не относят юридические лица к участникам строительства и не наделяют их правом предъявлять к застройщику требования о передаче жилого помещения.

В силу абзаца первого п. 1 ст. 23 ГК РФ гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, за исключением случаев, предусмотренных абзацем вторым того же пункта.

К предпринимательской деятельности граждан, осуществляемой без образования юридического лица, соответственно применяются правила ГК РФ, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов или существа правоотношения (п. 3 ст. 23 ГК РФ).

Как установлено абзацем третьим п. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

О наличии в действиях гражданина признаков предпринимательской деятельности могут свидетельствовать, в частности, приобретение имущества с целью последующего извлечения прибыли от его использования или реализации, хозяйственный учет операций, связанных с осуществлением сделок, взаимосвязанность всех совершенных гражданином в определенный период времени сделок.

Как разъяснено в абз. 2 п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам; вместе с тем на основании закона новый кредитор в силу его особого правового положения может обладать дополнительными правами, которые отсутствовали у первоначального кредитора.

К такого рода случаям относится подп. 3 п. 1 ст. 201.9 Закона о банкротстве, согласно которому в деле о банкротстве застройщика в третью очередь производятся расчеты по денежным требованиям граждан – участников строительства, в четвертую очередь производятся расчеты с другими кредиторами (подп. 4 п. 1 ст. 201.9 Закона о банкротстве).

При этом необходимо учитывать положения абзаца второго п. 1 ст. 4 Закона о банкротстве, согласно которым состав и размер денежных обязательств, возникших до принятия судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Соответственно, в случае приобретения до введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, гражданином права у юридического лица такое требование в соответствии с положениями подп. 3 п. 1 ст. 201.9 названного Закона подлежит включению в третью очередь реестра требований кредиторов; при уступке гражданином – участником долевого строительства требования о возврате денежных средств, уплаченных по договору долевого участия в строительстве, юридическому лицу требования цессионария подлежат включению в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника (п. 10 Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.12.2013).

В данном случае ФИО2 27.02.2020 был заключен договор уступки прав требований с юридическим лицом АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения»; данный договор был зарегистрирован, оплата по нему произведена в полном объеме, что подтверждается материалами дела и никем не оспаривается.

Согласно договору цессии, к ФИО2 перешло право требования передачи квартиры в свою пользу, возникшее у АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» по договору участия в долевом строительстве.

Включая требование ФИО2 в четвертую очередь реестра требований кредиторов, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку требования кредитора АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» в силу подп. 2 п. 1 ст. 201.1, с учетом изменений, внесенных Федеральным законом от 27.06.2019 № 151-ФЗ, п. 1 ст. 201.9 Закона о банкротстве подлежат трансформации в денежные и включению в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника, следовательно, требования физического лица ФИО2 по таким обязательствам должны быть учтены также в четвертой денежной очереди. При этом суд ссылается на позицию, содержащуюся в разъяснения, данных в п. 1.8 рекомендаций Научно-консультативного совета при Арбитражном суде Уральского округа по итогам заседания, состоявшегося 19-20 октября 2017 г. в г. Перми (Часть I. Вопросы применения законодательства о несостоятельности (банкротстве)), согласно которому при наличии признаков того, что договор уступки права требования между юридическим лицом и физическим лицом заключен исключительно с целью повышения очередности удовлетворения требований (в частности, в случае заключения договора после возбуждения производства по делу о банкротстве либо непосредственно перед возбуждением производства по делу о банкротстве при наличии очевидных признаков неплатежеспособности застройщика), требование гражданина-цессионария включается в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Действительно, положения Федеральным законом от 27.06.2019 № 151-ФЗ вступили в силу со дня официального опубликования (опубликован на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru - 27.06.2019, «Российская газета» - № 140 от 01.07.2019, «Собрание законодательства Российской Федерации» - 01.07.2019 № 26, ст. 3317), начали свое действие с 27.06.2019.

То есть настоящее дело о банкротстве возбуждено до вступления в законную силу положений названного федерального закона.

Законодатель допустил распространение новой редакции на дела о банкротстве, возбужденные до вступления в силу Закона от 27.06.2019 № 151-ФЗ, указав в п. 17 ст. 16 Закона от 27.06.2019 № 151-ФЗ на применение п. 3.2 ст. 201.1, ст.ст. 201.8.1, 201.8.2, 201.9, 201.10 - 201.14, 201.15.1, 201.15.2, 201.15.2.1 Закона о банкротстве в редакции федерального закона № 151-ФЗ, в случаях, если производство по делу о банкротстве застройщика возбуждено до дня вступления в силу данного Федерального закона при условии, что к этому дню не начаты расчеты с кредиторами третьей очереди. Перечисленными нормами регулируются вопросы очередности удовлетворения требований кредиторов (ст. 201.9 Закона о банкротстве), а также порядок удовлетворения требований участников строительства и расчетов с ними (ст.ст. 201.10 - 201.14 Закона о банкротстве).

Сведения о начале расчетов с кредиторами третьей очереди в материалах дела отсутствуют, в связи с чем, возбуждение производство по делу о банкротстве должника до вступления в силу Закона от 27.06.2019 № 151-ФЗ не исключает возможность применения к данному делу положений Закона о банкротстве в редакции, исключившей из числа участников строительства юридических лиц.

Отсутствие в п. 17 ст. 16 Закона от 27.06.2019 № 151-ФЗ упоминания п. 1 ст. 201.1 Закона о банкротстве, содержащей понятие участника строительства, само по себе не изменяет направленности намерений законодателя вывести в приоритет защиту социальных прав граждан над коммерческим интересом организаций в спорной области регулирования.

Положения п. 1 ст. 201.1 Закона о банкротстве носят общий понятийный характер. Содержанием же соответствующие права наполняются через положения иных норм параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве.

Последовательное изменение законодателем норм закона о банкротстве в 2017-2019 годах позволяет сделать вывод о том, что в условиях банкротства застройщиков приоритет в защите и восстановлении нарушенных прав остается на стороне граждан-участников строительства, вступивших в правоотношения с должником-застройщиком в целях получения жилых помещений.

Юридические лица, вступившие в правоотношения с застройщиком и преследующие цель извлечения прибыли от такой деятельности, в условиях банкротства должника не могут получить удовлетворение в одной очереди удовлетворения с гражданами.

Следовательно, в специальной процедуре банкротства застройщиков предусмотрен приоритет на получение в натуре жилых помещений для граждан-участников строительства, а требования юридических лиц к застройщику могут быть удовлетворены только в четвертой очереди денежных требований.

Вместе с тем, апелляционный суд находит ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что требование ФИО2 подлежит учету в очередности, определяемой для юридического лица, договор цессии между ими заключен с целью повышения очередности удовлетворения требований в рамках производства по данному делу о банкротстве.

В ситуации получения права требования от должника-застройщика физическим лицом от юридического лица значение имеет момент и цель заключения соответствующего соглашения между ними.

На дату заключения договора цессии АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» являлся участником долевого строительства и имел к должнику как застройщику действительное право требования по передаче жилого помещения (квартиры). Следовательно, его право как первоначального кредитора перешло к ФИО2 в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Заключение договора уступки права между первоначальным участником долевого строительства – юридическим лицом и гражданином после введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, с учетом положений ст. 384 ГК РФ, абзаца второго п. 1 ст. 4 Закона о банкротстве, означает, что право первоначального кредитора перешло к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности, с учетом права цедента на включение требования в четвертую очередь реестра требований кредиторов.

Однако, договор цессии между участником долевого строительства (АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» и ФИО2) заключен после возбуждения дела о банкротстве в отношении ПАО «Трест № 14» (30.05.2021), но до введения первой процедуры банкротства, которой является конкурсное производство (19.01.2021).

Следовательно, оснований полагать, что к заявителю перешло денежное требование, а не требование о передачи квартиры, отсутствуют.

В данном случае апелляционным судом не установлено, что ФИО2, приобретая права требования по передаче жилого помещения, преследовал цель извлечения прибыли. Такие доводы никем из участвующих в деле лиц не приводились, соответствующие доказательства не представлены.

Доказательств наличия у ФИО2 статуса индивидуального предпринимателя, а также осуществления им деятельности по участию в инвестировании строительства иных объектов, в материалах дела не имеется.

В разъяснениях Научно-консультативного совета при Арбитражном суде Уральского округа обобщены общие подходы судов при рассмотрении вопросов, касающихся определения очередности удовлетворения требований кредиторов в случае заключения договора уступки права требования по передаче квартир между юридическим лицом и физическим лицом.

Аналогичная правовая позиция приведена в п. 7 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020.

Судом первой инстанции обоснованно принята во внимание сложившаяся правоприменительная практика относительно определения очередности удовлетворения требований физического лица, полученных по договору цессии от юридического лица с целью повышения очередности удовлетворения требований.

Вместе с тем, само по себе заключение договора цессии после возбуждения дела о банкротстве достаточным для вывода об его заключении исключительно с целью повышения очередности удовлетворения требований не является.

Согласно выписке из ЕГЮЛ в отношении АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения», организация создана 07.09.2016, место нахождения – г. Пермь, с момента ее создания и по настоящее время директором является ФИО6. Основным видом деятельности является «образование профессиональное дополнительное» (код ОКВЭД 85.42).

ООО «ТПБ-лаборатория», сотрудником которого является ФИО2, зарегистрировано в качестве юридического лица 25.02.2016, место нахождения – г. Москва, с 08.06.2021 по настоящее время единственным участником является ФИО7, он же руководит обществом. Основной вид деятельности общества «деятельность по оценке условий труда» (ОКВЭД 71.20.7).

Агентский договор № 7 от 01.07.2019, представленный АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения», заключен между ИП ФИО6 и ООО «ТПБ-лаборатория» в лице генерального директора ФИО7

Какие-либо документальные свидетельства аффилированности АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» и ФИО2, иной их взаимосвязанности, позволившей действовать согласованно с целью повышения очередности удовлетворения требований, в материалах дела отсутствуют.

Управляющий, указывая на необходимость понижения очередности удовлетворения требований ФИО2, какие-либо обстоятельства, хотя бы косвенно подтверждающие заключение заявителем договора цессии с АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» с целью повышения очередности удовлетворения требования, не привел, доказательства не представил, а ограничился ссылкой на заключение после возбуждения дела о банкротстве.

Ссылка конкурсного управляющего на уведомление АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» 31.01.2021 о признании ПАО «Трест № 14» банкротом и необходимости предъявления требований о включении в реестр (уведомление от 30.01.2021 № 92) в данном случае значения не имеет, поскольку договор цессии с ФИО2 был заключен 27.02.2020, то есть до уведомления АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» о признании должника банкротом.

Из материалов дела следует, что государственная регистрация договора цессии от 27.02.2020 фактически произведена только 12.01.2023, то есть намного позже заключения договора цессии, когда в отношении должника уже была введена процедура конкурсного производства.

Согласно пояснениям представителя должника, его доверитель, не обладающее юридической грамотностью, несмотря на указание в договоре цессии на необходимость его государственной регистрации, не понимал значение такой регистрации и не предпринял соответствующих действий, равно как не знал о необходимости уведомления должника об уступке, о не направлении такого уведомления цедентом. Регистрация осуществлена только после возражений на требование ФИО2, в том числе об отсутствии регистрации договора цессии.

Факт заключения договора цессии 27.02.2020, осуществление расчетов по нему сразу после совершения сделки подтверждаются материалами дела и никем из участвующих в деле лиц не оспариваются. С учетом указанного, а также статуса кредитора – физическое лицо, его пояснений о причинах несовершения действий по регистрации договора, которые никем из участвующих в деле лиц не поставлены под сомнение, включения требований иных кредиторов-физических лиц, получивших права требования к должнику также после возбуждения дела о банкротстве, представляется, что сама по себе регистрация договора цессии в период процедуры конкурсного производства в отношении должника не может быть признан обстоятельством, исключающим право ФИО2 на включение его требования в реестр по передаче жилых помещений.

Кроме того, поздней регистрация договора цессии для констатации факта его заключения исключительно с целью повышения очередности удовлетворения требования, для признания в этой связи действий кредитора недобросовестными не достаточно.

Из материалов дела следует, что АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» с должником заключен один договор долевого строительства, оплата по которому зачтена в счет погашения обязательств должника перед названным обществом по оплате оказанных последним услуг по договору № 36 от 31.03.2017 на сумму 1 349 408,48 руб. по акту взаимозачёта от 24.10.2018, подписанного обеими сторонами, что подтверждается материалами дела, а также конкурсным управляющим в пояснениях, поступивших в апелляционный суд 15.05.2023. То есть АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» приобретены права требования к должнику по передаче квартир в порядке расчетов за оказанные услуги, для последующей их продажи с целью получения денежных средств.

При рассмотрении спора судом первой инстанции указано, что ФИО2 не раскрыта цель приобретения жилья именно от застройщика ПАО «Трест № 14», при осведомленности, что в отношении должника рассматривается заявление о банкротстве.

В свою очередь, ФИО2 были даны пояснения о приобретении жилья в личных целях, а именно с целью улучшения жилищных условий для своих родителей. ФИО2 проживал на тот момент в г. Ивантеевка Московской области, в квартире площадью 39,9 кв.м., приобретенной с привлечением кредитных средств (кредитный договор с ПАО «Банк ВТБ» от 10.10.2018). Переезд родителей и проживание было невозможно в силу их пожилого возраста и недостаточных условий для размещения. Права требования ФИО2 к ПАО «СМТ № 14» приобретены после реализации квартиры по адресу: Пермский край, Пермский район, Кондратовское с/п, <...>, за счет вырученных от продажи денежных средств. Право требования приобреталось для дальнейшего получения квартиры по адресу: Пермский край, Пермский район, Двуреченское с/п, <...> д. 3А, поз. 1, кв. 51, так как это представлялось предпочтительным вариантом для переезда из д. Кондратово родителей заявителя из «хрущёвки». Просрочка от дополнительного соглашения к договору составляла 5 месяцев. Дом был в высокой стадии готовности: стены, перекрытия, балконы, оконные проёмы были возведены, частично дом был остеклён. Визуально дом был готов на 80%. О намерении АНО ДПО «ПЦПО» реализовать право требования к застройщику ФИО2 узнал в процессе взаимодействия ООО «ТПБ-лаборатория» в рамках агентского договора с ИП ФИО6, являвшимся руководителем АНО ДПО «ПЦПО». Приобретение было предложено по «номиналу», а на момент начала 2020 г. рост цен на квадратный метр по сравнению с 2018 годом, согласно информации из открытых источников, составил порядка 10%. Рыночная цена подобных квартир в районе посёлка Горный составляет примерно 2 400 00 руб. ФИО2 счел предложение покупки экономически целесообразным.

Из имеющихся в материалах дела пояснений и документов следует, что должник является застройщиком в течение 70 лет, заслужил репутацию надежного застройщика.

В отношении ПАО «Строительно-монтажный трест № 14» ранее уже возбуждались дела о банкротстве, всего 7, в том числе в 2017-2018гг. 5 дел о банкротстве. Производства по всем делам были прекращены в связи с погашением задолженности перед заявителями.

Процедура банкротства использовалась кредиторами в качестве инструмента для взыскания задолженности. В действительности, должник был вполне финансово состоятельным, задолженность возникала с учетом особенностей осуществляемого должником вида деятельности – строительство жилых домов и порядка расчетов с заказчиками строительства.

При этом в период с 2017г. по 20.05.2020 ПАО «Трест № 14» построил и сдал в эксплуатацию 13 домов, в том числе 7 домов после поступления требования ФНС России, на основании которого возбуждено настоящее дело банкротстве.

Эти данные имеются в открытых источниках, равно как и информация о том, что ПАО «Строительно-монтажный трест № 14» продолжает строить дома, и намерен погасить задолженность перед налоговым органом, ведутся переговоры о заключении мирового соглашения.

При наличии практики такого поведения в отношении должника, сведений о продолжении осуществления обществом деятельности (строительства зданий), намерении урегулировать задолженность по налогам кредитор ФИО2 имел основания полагать, что дом по ул. Конников будет достроен, он получит квартиру.

ФИО2 приобрел жилье для использования в личных целях по номинальной стоимости, произвел полную оплату за уступленное право, иное из материалов дела не следует. Доказательств аффилированности ФИО2 как должнику, так и к АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, ФИО2 приобрел права на квартиру путем возмездной сделки, произвел оплату в полном объеме, приобрел статус гражданина-участника строительства (поскольку у организации права на передачу квартиры были основаны на договоре участия в долевом строительстве) до введения в отношении должника процедуры банкротства, с целью не связанной с извлечением какой-либо прибыли или повышения очередности.

При таком положении требование ФИО2 как добросовестного приобретателя, в силу положений ст. 201.9 Закона о банкротстве, подлежит включению в реестр требований о передаче жилых помещений.

Доводы третьего лица ППК «Фонд развития территории» о недействительности заключенного между ФИО2 и АНО ДПО «Приволжский центр профессионального обучения» договора цессии, поскольку цедент не поставил цессионария в известность о введении в отношении должника процедуры банкротства, передал, по сути, несуществующее право требования отклоняются как не соответствующие нормам действующего законодательства. Также не принимаются доводы третьего лица о направленности договора цессии на получение в дальнейшем компенсации за счет средств Фонда, как бездоказательные и нелогичные (с учетом выражения намерения Фонда стать приобретателем имущества ПАО «СМТ №14» и исполнить обязательства перед участниками строительства через более чем два года после заключения договора цессии, отсутствия аффилированности между сторонами договора цессии).

При отмеченных обстоятельствах определение суда от 07.03.2023 в обжалуемой части полежит изменению в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ), а также неправильным применением норм материального права (ч. 2 ст. 270 АПК РФ) с приведением резолютивной части соответствующего определения согласно вышеизложенным выводам суда апелляционной инстанции.

При подаче апелляционной жалобы кредитором была уплачена госпошлина в сумме 3 000 руб., между тем в силу пп.12. п.1 ст.333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на подобного рода определения, госпошлиной не оплачивается, в связи с чем, денежные средства в размере 3 000 руб. подлежат возврату кредитору на основании ст.333.40 Налогового кодекса Российской Федерации как излишне уплаченные.

Руководствуясь статьями 104, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 07 марта 2023 года по делу № А50-17261/2019 в обжалуемой части изменить, изложить резолютивную часть в следующей редакции:

«Включить требование ФИО2 о передаче однокомнатной квартиры № 51, общей проектной площадью 32,24 кв.м., расположенной на 3 этаже в 3 подъезде жилого дома по адресу: Пермский край, Пермский район, Двуреченское с/п, <...>, поз. 1, с суммой исполнения по договору участия в долевом строительстве от 31.01.2018 в размере 1 483 680,00 руб., в реестр требований кредиторов по передаче жилых помещений публичного акционерного общества «Строительно-монтажный трест № 14».

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 (три тысячи) рублей, уплаченной по чеку-ордеру от 16.03.2023.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


Т.Ю. Плахова



Судьи


В.И. Мартемьянов





С.В. Темерешева