Постановление от 9 августа 2024 г. по делу № А71-10502/2023

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12176/2023(6)-АК

Дело № А71-10502/2023
09 августа 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 08 августа 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 августа 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей Даниловой И.П., Зарифуллиной Л.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Букиной О.А.,

от лиц, участвующих в деле, представители не явились;

лица, участвующих в деле, которые о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу заинтересованного лица ФИО1

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 11 июня 2024 года об истребовании доказательств,

вынесенное в рамках дела № А71-10502/2023 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ИНН <***>),

установил:

19 июня 2023 года ФИО3 (далее – заявитель) обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании ФИО2 г. Ижевск (далее – должник) несостоятельной (банкротом), основанием чему послужило наличие задолженности в размере 4 543 475 руб. 49 коп.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 23.06.2023 заявление ФИО3 принято к производству, возбуждено производство по делу с присвоением № А71-10502/2023.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 24.08.2023 (резолютивная часть объявлена 24.08.2023) заявление ФИО3 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден член Союз арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО» ФИО4.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2023 (резолютивная часть решения от 21.12.2023) процедура реструктуризации долгов ФИО2 завершена. ФИО2 признана несостоятельной (банкротом); введена процедура реализации имущества должника сроком до 21.06.2024. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО» ФИО4

Финансовый управляющий ФИО4 10.04.2024 обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с ходатайством об истребовании документов, согласно которому просит истребовать из Управления ЗАГС Администрации г. Ижевска Удмуртской Республики информацию и материалы в отношении ФИО1, а именно: о государственной регистрации заключения брака; о государственной регистрации расторжения брака; о государственной регистрации перемены имени; о государственной регистрации рождения детей; о государственной регистрации усыновления (удочерения); о государственной регистрации внесения исправлений в записи актов гражданского состояния; актовую запись о рождении ФИО1, сведения о матери и отце (с указанием фамилии, имени, отчества, даты и места рождения, указанных лиц, о государственной регистрации перемены имени, об иных имеющихся записях актов гражданского состояния в отношении указанных лиц; сведения о детях родителей ФИО1 (с указанием фамилии, имени, отчества, даты и места рождения указанных лиц, о государственной регистрации перемены имени, об иных имеющихся записях актов гражданского состояния в отношении указанных лиц) (с учетом принятого судом уточнения в порядке ст. 41, 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в обособленном споре судом привлечен ФИО1.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11.06.2024 ходатайство финансового управляющего об истребовании доказательств удовлетворено. Суд обязал Управление ЗАГС Администрации <...>) направить информацию и материалы в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения Ижевск, адрес регистрации: <...>, а именно: о государственной регистрации заключения брака; о государственной регистрации расторжения брака; о государственной регистрации перемены имени; о государственной регистрации рождения детей; о государственной регистрации усыновления (удочерения); о государственной регистрации внесения исправлений в записи актов гражданского состояния; актовую запись о рождении ФИО1, сведения о матери и отце (с указанием фамилии, имени, отчества, даты и места рождения, указанных лиц, о государственной регистрации перемены имени, об иных имеющихся записях актов гражданского состояния в отношении указанных лиц); сведения о детях родителей ФИО1 (с указанием фамилии, имени, отчества, даты и места рождения указанных лиц, о государственной регистрации перемены имени, об иных имеющихся записях актов гражданского состояния в отношении указанных лиц).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, заинтересованное лицо ФИО1 (далее – ФИО1) обратился с апелляционной жалобой, просит в удовлетворении заявленных требований отказать полностью.

В обоснование апелляционной жалобы заинтересованное лицо указывает, что истребуемые финансовым управляющим сведения относятся к персональным данным и имеют ограниченный круг доступа. Запрашиваемые финансовым управляющим документация и информация являются охраняемой законом личной информацией и действия, по их получению заинтересованным лицом расцениваются, как противоправные и нарушающие неприкосновенность моей и моих родственников частной жизни. При неисполнении гражданином указанной обязанности финансовый управляющий вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об истребовании доказательств у третьих лиц (абзац второй пункта 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве). Данное ходатайство предъявляется финансовым управляющим и рассматривается судом по правилам статьи 66 АПК РФ, по результатам его рассмотрения суд может выдать финансовому управляющему запросы с правом получения ответов на руки. Но в вышеизложенных нормах закона речь идет об имуществе должника, а не третьих лиц, следовательно, оснований истребовать информацию и сведения, в том числе персональные данные третьих лиц и без их участия в судебном заседании никаких не имеется, так как законом это не предусмотрено. Полагает, что финансовый управляющий не обосновал необходимость получения истребуемых сведений для осуществления своих полномочий, не привел доводов о том, как истребуемые сведения объективно помогут управляющему пополнить конкурсную массу. В данном случае финансовый управляющий просил истребовать в Управлении ЗАГС г.Ижевска Администрации г.Ижевска в отношении супруга должника ФИО1 и его родственников с целью установления родственников для проведения анализа имущественного состояния должника, поиска имущества, наличия сделок, действий, наличия сделок, действий, подлежащих возможному оспариванию. При этом суд первой инстанции не указывает, что финансовый управляющий не мог получить эти сведения из органов самостоятельно, а также не указано какие именно обстоятельства имеющие значение для дела, могли быть установлены истребуемыми сведениями, относящемся к персональным данным третьих лиц и как именно они будут способствовать рассмотрению дела. Вместе с тем, из представленных ранее в материалы дела сведений из Управления Публично-правовой компании «Роскадастр» по УР (от 29.09.2023), Управления ГИБДД МВД и Главного управления по Государственному надзору (от 02.09.2023), личных документов, в т.ч. свидетельства о заключении брака (от 06.10.2023 и 07.12.2023) следует, что должником и его супругом сделок по передаче родственникам супруга движимого, недвижимого и иного имущества не совершалось, из владения должника или заинтересованного лица недвижимое, движимое и иное имущество не выбывало, а значит, и не было факта сокрытия этого имущества, управляющий в материалы дела доказательств иного и вовсе не представил. Отмечает, что заявителем ходатайства получены выписки о движении моих ФИО1 денежных средств. Факты неправомерного расходования не выявлены и становится очевидным, что признаков «вывода активов» перечисление именно денежных средств третьим лицам, в том числе своим родственникам не имелось и не имеется. Обратного не доказано. Считает, что вероятность сокрытия имущества подлежащего включению в конкурсную массу путем его передачи в пользу третьих лиц отсутствует. Фактов фиктивного вывода активов в пользу третьих лиц с сохранением над ними фактического контроля финансовым управляющим в суд не представлено. Полагает, что сомнения финансового управляющего, относительно добросовестности поведения родственников заинтересованного лица ничем не обусловлены. Истребуемая финансовым управляющим информация никак не связана со сбором доказательств в рамках дела о банкротстве должника, а отсутствие какой-либо связи испрашиваемых управляющим сведений третьих лиц с предметом рассматриваемого дела о банкротстве должника является основанием для удовлетворения жалобы. При вынесении решения суд, основываясь на ничем не мотивированном мнении финансового управляющего о том, что в деле № А71-2515/2015 (определение от 17.10.2017) произведена замена взыскателя с ООО «СМУ№ 1» на ФИО5 неправомерно допустил логическую подмену заявленной цели другими фактическими выводами несоответствующими этой самой цели. Считает, что вместо реализации высказанной цели (для проведения анализа имущественного состояния должника) суд, разрешил истребовать персональные данные третьих лиц, не имеющих отношения к делу и должнику, тем более без участия в суде самого третьего лица. При этом происходит нарушение закона тождества по отношению к цели: цель на всем протяжении доказательства должна оставаться одной и той же. Кроме того, в рамках дела о банкротстве ООО «СМУ №1» не установлено ни одного обстоятельства, имеющего отношение к рассматриваемому ходатайству. На рассматриваемый в рамках банкротства ФИО2 запрос сведений приведенные финансовым управляющим обстоятельства быть не могут, законные процессуальные основания для такого подхода отсутствуют. Считает, что такое решение суда является весьма сомнительным, поскольку замена взыскателя ООО «СМУ №1» на ФИО5, на момент ее совершения не нарушала интересы кредиторов в связи с их отсутствием, а значит у таких действии не может быть цели в причинение вреда кредиторам. Дело о признании должника ФИО2 банкротом возбуждено 19.06.2023, спустя 6 лет после совершения этой замены. В соответствии с имеющимся в материалах дела ответом Октябрьского РОСП г. Ижевска впервые требования лично к должнику о возврате долга, были предъявлены 20.07.2020. О чем суду первой инстанции было известно. Следовательно, по мнению заявителя жалобы, перечисленное действие, совершенное ФИО5 не признано незаконным, по сути таковым и не является. Сама по себе афиллированностъ с должником лиц не является основанием для истребования персональных данных моих родственников. Более того, сохраняется риск передачи конфиденциальной информации неограниченному кругу лиц, которому данные сведения могут быть переданы участниками дела, в том числе с целью оказания давления на родственников должника и имеющих противоправные намерения. Считает, что без достаточного и убедительного обоснования необходимости получения такой информации, персональные данные не должны предоставляться и становиться доступными лицам, участвующим в деле о банкротстве. Полагает, что финансовый управляющий не обосновал необходимость получения истребуемых сведений для осуществления своих полномочий, не привел доводов о том, как истребуемые сведения объективно помогут управляющему пополнить конкурсную массу должника. Таким образом, при удовлетворении заявленных требований, судом первой инстанции не установлены причины и обстоятельства, в связи с которыми финансовый управляющий обратился в суд с указанным заявлением (в отсутствии каких-либо обособленных споров в отношении выбывшего имущества), а также не привлечены к судебному разбирательству третьи лица.

До судебного заседания от финансового управляющего ФИО6 поступил отзыв, согласно которого просит судебный акт оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ) неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Изучив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 названной статьи.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что процедуры банкротства носят публично-правовой характер; в силу различных, зачастую диаметрально противоположных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, законодатель должен гарантировать баланс их прав и законных интересов, что, собственно, и является публично-правовой целью института банкротства; достижение этой публично-правовой цели призван обеспечивать арбитражный управляющий, наделяемый полномочиями, которые в значительной степени носят публично-правовой характер: он обязан принимать меры по защите имущества должника, анализировать финансовое состояние должника и т.д., действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (постановления от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N 12-П; определения от 17.07.2014 N 1675-О, от 25.09.2014 N 2123-О и др.).

Права арбитражного управляющего в деле о банкротстве определены в статье 20.3 Закона о банкротстве и обусловлены перечнем возложенных на него функций и обязанностей, направленных на достижение целей процедур банкротства.

Так, в целях осуществления возложенных на него обязанностей арбитражный управляющий осуществляет действия, направленные на формирование конкурсной массы: анализирует сведения о должнике, выявляет имущество гражданина, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок и сделок с предпочтением по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, об истребовании или о передаче имущества гражданина, истребует задолженность третьих лиц перед гражданином и т.п. (пункт 2 статьи 129 Закона о банкротстве, пункты 7 и 8 статьи 213.9, пункты 1 и 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве), что в конечном счете направлено на формирование конкурсной массы, за счет которой подлежат удовлетворению требования кредиторов гражданина.

Для достижения данных целей положения абзаца десятого пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве наделяют арбитражного управляющего правом запрашивать во внесудебном порядке необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну. Физические лица, юридические лица, государственные органы, органы управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органы местного самоуправления обязаны предоставить запрошенные арбитражным управляющим сведения в течение семи дней со дня получения запроса без взимания платы.

Таким образом, положения указанной статьи наделяют арбитражных управляющих полномочиями получать соответствующую информацию без предварительного обращения в арбитражный суд, запрашивая ее напрямую у лиц, имеющих доступ к такой информации или осуществляющих ее хранение.

Применительно к банкротству граждан приведенные положения дополнительно детализированы в абзаце первом пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве, согласно которому финансовый управляющий вправе получать информацию об имуществе гражданина, а также о счетах и вкладах (депозитах) гражданина, в том числе по банковским картам, об остатках электронных денежных средств и о переводах электронных денежных средств от граждан и юридических лиц (включая кредитные организации), от органов государственной власти, органов местного самоуправления.

Согласно пункту 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

Таким образом, из совокупности приведенных положений Закона о банкротстве следует, что арбитражному управляющему предоставлено право на получение без предварительного обращения в арбитражный суд не только сведений в отношении принадлежащих (принадлежавших) должнику объектов движимого и недвижимого имущества, но и копий документов, на основании которых такое имущество выбыло из его собственности. Аналогичная правовая позиция по данному вопросу изложена в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2023 N 308-ЭС23-15786 и от 12.01.2024 N 305-ЭС23-15942.

Необходимо также отметить, что праву управляющего на получение информации корреспондирует его обязанность в случае, если иное не установлено Законом о банкротстве, сохранять конфиденциальность сведений, составляющих охраняемую законом тайну и ставших ему известными в связи с исполнением обязанностей арбитражного управляющего. За разглашение сведений, составляющих личную, коммерческую, служебную, банковскую, иную охраняемую законом тайну, финансовый управляющий несет гражданско-правовую, административную, уголовную ответственность. Финансовый управляющий обязан возместить вред, причиненный в результате разглашения финансовым управляющим сведений, составляющих личную, коммерческую, служебную, банковскую, иную охраняемую законом тайну (пункт 3 статьи 20.3 и пункт 10 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

Из этого следует, что законодательством предусмотрены значительные гарантии прав третьих лиц, информация о которых стала известна управляющему.

Таким образом, из приведенных положений Закона о банкротстве следует, что арбитражному управляющему предоставлено право на получение информации в отношении принадлежащих соответствующему должнику объектов движимого и недвижимого имущества. Для проведения всего комплекса мероприятий по формированию конкурсной массы управляющий, помимо прочего, должен располагать информацией о судьбе имущества, отчужденного должником.

Разрешая вопрос о раскрытии информации, субъект, осуществляющий ее хранение (в данном случае - государственный орган), по внешним признакам (prima facie) применительно к стандарту разумных подозрений проверяет, соотносится ли испрашиваемая арбитражным управляющим информация с целями и задачами его деятельности по формированию конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов. Если имеются разумные основания полагать, что испрашиваемые сведения (документы) позволят достигнуть целей процедуры банкротства, то субъект, осуществляющий хранение информации, обязан удовлетворить запрос арбитражного управляющего. Иное подлежит квалификации как незаконное воспрепятствование деятельности управляющего, что снижает эффективность процедур несостоятельности. Наличие сомнений относительно обоснованности запроса управляющего толкуется в пользу раскрытия информации.

Финансовый управляющий просит истребовать из Управления ЗАГС Администрации г. Ижевска Удмуртской Республики в отношении ФИО1 следующие сведения: о государственной регистрации заключения брака; о государственной регистрации расторжения брака; о государственной регистрации перемены имени; о государственной регистрации рождения детей; о государственной регистрации усыновления (удочерения); о государственной регистрации внесения исправлений в записи актов гражданского состояния; актовую запись о рождении ФИО1, сведения о матери и отце; сведения о детях родителей ФИО1

Ссылается на то, что определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.02.2024 по делу А71-10502/2023 заявление ФИО3 о признании требования кредитора, включенного в реестр требование кредиторов ФИО2 на основании определения от 24.08.2023 общим обязательством супругов ФИО2 и ФИО1 удовлетворено. Признано общим обязательством супругов ФИО2 и ФИО1 обязательство в части суммы долга 4 543 475 руб. 49 коп., взысканного с них солидарно в порядке субсидиарной ответственности по определению Арбитражного суда Удмуртской Республики от 10.12.2019 по делу № А71-2515/2015, определению Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.07.2018 по делу № А71-2515/2015 и определению Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.03.2020 по делу № А71-2515/2015. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024 (рез.часть) по делу А71-10502/2023 установлено: «Более того, в деле о банкротстве ООО «СМУ №1» установлены обстоятельства, свидетельствующие о выводе контролирующими должника лицами активов и денежных средств общества в отсутствие к тому правовых оснований. В частности, определением суда от 27.07.2018 по делу №А71-2515/2015 установлено, что 20.08.2013 между ЗАО «Линекс» (Застройщик) и ФИО2 (Участник) заключен договор участия в долевом строительстве № 49/С, в соответствии с которым ЗАО «Линекс» обязалось передать Участнику квартиру в строящемся доме; в качестве оплаты по данному договору ФИО2 передала ЗАО «Линекс» спорный вексель по акту приема-передачи от 30.08.2013 по номинальной стоимости 1752300 руб. Таким образом, ФИО2 приобрела в свою пользу имущество у третьего лица, передав в качестве оплаты вексель ООО «СМУ №1» (акт приема-передачи объекта долевого строительства подписан между ЗАО «Линекс» и ФИО2 17.12.2013), тем самым причинив вред имущественным правам кредиторов ООО «СМУ №1».

Таким образом, указанное, по мнению управляющего, подтверждает вывод активов ООО «СМУ №1» в пользу семьи Ш-вых, правомерность заявленных требований кредитора. Отмечает, что определением суда от 04.04.2016 признан недействительной сделкой договор уступки прав требования (цессии) от 17.07.2014 по договору участия в долевом строительстве № 63/С от 24.09.2013, заключенный между ООО «СМУ № 1» и ФИО7; применены последствия недействительности сделки: с ФИО7 в пользу должника взыскано 1842000 руб.

Также управляющий указывает, что между ЗАО «Линекс» (Застройщик) и ООО «СМУ № 1» (Участник) заключен договор участия в долевом строительстве № 63/С от 24.09.2013, в соответствии с которым ЗАО «Линекс» обязалось передать Участнику объект долевого строительства – квартиру № 4 (двухкомнатная, общей проектной площадью 65,5 кв. м., расположена на первом этаже, подъезд первый) в жилом доме по адресу: <...>; цена договора согласно пункту 3.1 определена в размере 2246650 руб. 28.02.2014 ЗАО «Линекс» передало, а ООО «СМУ № 1» приняло по акту приема-передачи векселя от 28.02.2014 простой вексель ООО «СМУ № 1» серия СМ № 00004, вексельная сумма 2246650 руб., дата выдачи 03.02.2014 г., срок оплаты при предъявлении, но не ранее 20.02.2014 в качестве оплаты по договору Генерального подряда № 2/05/2012 (48/05/12 СМУ) от 01.11.2012 (дело №А71-2515/2015). Между ООО «СМУ № 1» (Сторона-1) в лице директора ФИО2 и гражданином ФИО7 (Сторона-2) 17.07.2014 заключен договор уступки прав требования (цессии), по условиям которого Сторона-1 уступила Стороне-2 права требования, принадлежащие Стороне-1 как участнику долевого строительства по договору участия в долевом строительстве № 63/С от 24.09.2013 г. в части квартиры № 4; стоимость уступленного права стороны установили в размере 1 700 000 руб. (пункт 1.4. договора). Согласно акту приема-передачи объекта долевого строительства от 21.07.2014 объект долевого строительства – квартира № 4 – передана ФИО7, то есть оспариваемый договор уступки заключен за четыре дня до фактической передачи Застройщиком объекта недвижимости. В результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов в сумме как минимум 1 700 000 руб. в виде не поступления обществу указанных денежных средств по договору уступки прав требования. В результате двух сделок произошло выбитые имущества в размере 3 452 300 руб., также установлено снятие наличных денежных средств в сумме 680 000 руб. со счета ООО «СМУ №1». Арбитражным судом по делам № А71-14789/2014 (по иску ИП ФИО8), № А71-10349/2014 (по иску ООО «СМУ «Дом»), № А71- 10310/2014 (по иску ИП ФИО9), № А71-9921/2014 (по иску ООО СК «Купол-С») установлены обстоятельства, свидетельствующие об осуществлении ФИО1 фактического руководства хозяйственной деятельностью ООО «СМУ №1».

Управляющий также ссылается, что согласно имеющемуся в материалах дела ответу ЗАГСа Администрации г. Ижевска Удмуртской Республики, ФИО7, 07.07.1995г.р., является сыном ФИО2 и ФИО1

Таким образом, по мнению управляющего, подтверждает вывод активов ООО «СМУ №1» в пользу семьи Ш-вых, правомерность заявленных требований кредитора». Кроме того, судом первой инстанции рассматривается заявление ФИО10 о признании требования кредитора общим обязательством супругов (судебное заседание назначено на 16.09.2024г).

Кроме того, определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.10.2017 по делу А71-2515/2015 установлено: «определением суда от 04.04.2016 по делу №А71-2515/2015 С/3 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «СМУ №1» о признании сделки недействительной; договор уступки прав требования (цессии) от 17.07.2014 по договору участия в долевом строительстве № 63/С от 24.09.2013, заключенный между ООО «СМУ №1» и ФИО7 признан недействительным; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 в пользу ООО «СМУ №1» 1842000 руб. 19.07.2016 выдан исполнительный лист серии ФС №007035562 о взыскании с ФИО7 в пользу ООО «СМУ №1» 1842000 руб. 28.07.2016 Октябрьским РОСП г. Ижевска возбуждено исполнительное производство №58428/16/18021-ИП. 08.06.2017 между конкурсным управляющим ООО «СМУ №1» (Цедент) и ФИО11 (Цессионарий) по результатам открытых торгов посредством публичного предложения №805645 заключен договор уступки прав (цессии) №2, по условиям которого Цедент уступил, а Цессионарий принял право требования с ФИО2 долга в размере 1842000 руб., установленном определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.04.2016 по делу №А71-2515/2015 С/3. В качестве оплаты за уступленное право требования ФИО11 , в соответствии с п. 3.1 Договора цессии на счет ООО «СМУ №1» внесены денежные средства в сумме 425000 руб., что подтверждается чеками №4659877 от 05.06.2017 и №2332858 от 13.06.2017. 15.06.2017 между ФИО11 (Цедент) и ФИО5 (Цессионарий) заключен договор уступки прав (цессии) №б/н, по условиям которого Цедент уступил, а Цессионарий принял право требования с ФИО7 долга в размере 1842000 руб., установленном определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.04.2016 по делу №А71-2515/2015 С/3». Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.10.2017 по делу А71-2515/2015 произведена замена взыскателя общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление № 1» на ФИО5 по исполнительному листу серии ФС № 007035562, выданному Арбитражным судом Удмуртской Республики 19.07.2016 по делу № А71-2515/2015 С/3 о взыскании с ФИО7 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление № 1» 1842000 руб.

Управляющий полагает, что факт переоформления права требования к ФИО7 на ФИО5 является дополнительным подтверждением обоснованности истребования сведений о родственниках супруга ФИО2- ФИО1 Установление родственников супруга должника, учитывая, что значительная часть обязательств, включенных в реестр кредиторов ФИО2 являются общими обязательствами супругов, отвечает критерию необходимости для осуществления финансовым управляющим полномочий в деле о банкротстве.

Суд первой инстанции с учетом представленных доводов, доказательств, их взаимосвязи со всеми указанными обстоятельствами (в том числе обособленными спорами), признал необходимым истребовать запрашиваемые сведения из Управления ЗАГС Администрации г. Ижевска Удмуртской Республики в отношении ФИО1, его о матери и отце, а также сведения о детях родителей ФИО1

Вопреки доводам заявителя жалобы в деле о банкротстве финансовый управляющий может обратиться в арбитражный суд как за истребованием документов для доказывания конкретной процессуальной позиции по обособленному спору, так и с ходатайством о предоставлении информации для целей ведения дела о банкротстве.

Документы, связанные с предшествующим банкротству изменением состояния имущественной массы должника, то есть о движении активов, их приобретении и отчуждении безусловно необходимы финансовому управляющему для осуществления возложенных на него обязанностей.

При этом ссылки ФИО1 на то, что истребование такого значительного объема сведений нарушает его права на частную жизнь, не приняты судом во внимание ввиду того, что гарантией прав ФИО1 в отношении информации, ставшей известной управляющему, являются возложенные на него обязанности сохранять конфиденциальность сведений, составляющих охраняемую законом тайну и ставших ему известными в связи с исполнением обязанностей арбитражного управляющего (пункт 3 статьи 20.3, пункт 10 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2021 N 307-ЭС19-23103(2), целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами, а также недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан").

Поиск активов должника становится затруднительным, когда имущество для вида оформляется гражданином на иное лицо, с которым у должника имеются доверительные отношения. В такой ситуации лицо, которому формально принадлежит имущество, является его мнимым собственником, в то время как действительный собственник - должник получает возможность владения, пользования и распоряжения имуществом без угрозы обращения на него взыскания по долгам со стороны кредиторов.

Как указано выше, арбитражный управляющий в целях осуществления возложенных на него обязанностей осуществляет поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц (статья 129 Закона о банкротстве). Для этого финансовый управляющий вправе запрашивать во внесудебном порядке у третьих лиц, а также у государственных органов и органов местного самоуправления сведения, необходимые для проведения процедур банкротства (абзацы седьмой и десятый пункта 1 статьи 20.3, пункты 7, 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

Руководствуясь вышеизложенными нормами права и соответствующими разъяснениями к ним, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, принимая во внимание пояснения финансового управляющего о возможном принятии должником совместно с супругом, сыном и родственниками мер к выводу ликвидного имущества из собственных активов в целях уклонения от обращения на него взыскания по обязательствам, исходя из того, что испрашиваемые сведения необходимы для исполнения финансовым управляющим возложенных на него обязанностей по своевременному и эффективному проведению процедуры банкротства должника, отметив отсутствие у финансового управляющего возможности самостоятельно получить запрашиваемые сведения, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности в данном случае материалами дела наличия оснований для возложения на уполномоченный орган обязанности по предоставлению финансовому управляющему истребуемых сведений.

Признавая доводы подателя жалобы о необоснованности истребования сведений в отношении ФИО1 и сведений о его родственниках несостоятельными, суд апелляционной инстанции руководствуется правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2021 N 307-ЭС19-23103(2), относительно необходимости более детального и подробного исследования имущественного комплекса несостоятельного гражданина и исходит из того, что супруг должника входит в круг близких родственников последнего, что, в свою очередь, предполагает у них значительную дискрецию для правильного оформления всех необходимых документов на перераспределение имущества внутри семьи, минимизируя тем самым риски предпринимательской деятельности отдельного ее члена либо изначально создавая ситуацию невозможности обращения взыскания на имущество, приобретенное противоправным путем, на основании чего обоснованно констатировал, что предложенный финансовым управляющим вариант получения информации направлен на наиболее полное достижение целей процедуры банкротства, соблюдение интересов и защиту прав кредиторов должника. Каких-либо объективных причин, по которым суд не должен содействовать финансовому управляющему в получении информации о родственниках и свойственниках должника, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку выводов арбитражного суда первой инстанции, являющихся, по мнению суда апелляционной инстанции, законными и обоснованными. При этом, заявитель приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного решения суда.

С учетом изложенного, основания для отмены определения суда и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11 июня 2024 года по делу № А71-10502/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.



Председательствующий


Л.В. Саликова


Судьи


И.П. Данилова



Л.М. Зарифуллина