Постановление от 2 октября 2025 г. по делу № А60-33216/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1975/23

Екатеринбург

03 октября 2025 г.


Дело № А60-33216/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 29 сентября 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 октября 2025 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю. А.,

судей Осипова А. А., Шавейниковой О. Э.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.04.2025 по делу № А60-33216/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2025 по тому же делу.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 01.09.2025 судебное разбирательство отложено на 29.09.2025.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании 29.09.2025 приняли участие представители: ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 18.07.2024); конкурсного управляющего должником ФИО3 - ФИО4 (доверенность от 08.12.2024); ФИО5 и общества с ограниченно ответственностью «Спецавто» (далее – общество «Спецавто») – ФИО6 (доверенности от 15.12.2022 и от 26.10.2023); ФИО7 – ФИО8 (доверенность от 01.06.2024).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.10.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью «НикаСтройАвто» (далее – общество «НикаСтройАвто», должник) введено наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО7, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (далее – союз «УрСО АУ»).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.03.2022 общество «НикаСтройАвто» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО7, который определением суда от 24.11.2023 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением суда от 16.05.2024 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО9, который определением от 07.10.2024 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением суда от 18.11.2024 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3

Кредитор общество с ограниченной ответственностью «Уральский бетонный завод» (далее – общество «УБЗ») 19.02.2024 подал в арбитражный суд заявление о взыскании с арбитражного управляющего ФИО7 7 526 666 руб. 60 коп. убытков, причинных его действиями (бездействием).

К участию в споре в качестве третьих лиц без самостоятельных требований на предмет спора привлечены союз «УрСО АУ», общество с ограниченной ответственностью «Международная страховая группа», Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области, ФИО10 (статья 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.06.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2024, заявление общества «УБЗ» удовлетворено, с арбитражного управляющего ФИО7 в пользу должника взысканы убытки в размере 7 526 666 руб. 60 коп.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.09.2024 определение суда первой инстанции от 11.06.2024 и постановление суда апелляционной инстанции от 22.08.2024 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

При новом рассмотрении общество «УБЗ» уточнило требование, просило признать незаконным бездействие ФИО7, выразившееся в неоспаривании сделок по отчуждению транспортных средств, а именно: сделки от 07.10.2020 в отношении автомобиля Камаз 6520-43; сделки от 01.06.2021 в отношении автомобиля Ауди A3; взыскать с ФИО7 в пользу конкурсной массы должника 9 546 000 руб. (уточнение принято судом по статье 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, также привлечены публичное акционерное общество «ЛК «Европлан», ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО5, общества «Спецавто» и «УБЗ».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.04.2025, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2025, в удовлетворении требований к арбитражному управляющему ФИО7 отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 30.04.2025 и постановление от 04.07.2025 отменить, направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, спор рассмотрен апелляционным судом в незаконном составе, при участии того же судьи, который участвовал при принятии постановления от 22.08.2024, оценивал обстоятельства по делу и выражал свое мнение по предмету рассмотрения, ввиду чего он не должен был далее участвовать в деле, чтобы не ставить под сомнение законность и обоснованность принимаемого решения по вопросам, вновь ставшим предметом судебного разбирательства. Заявитель указывает на непривлечение к участию в споре лица, чьи права и интересы затронуты судебными актами, - покупателя автомобиля Камаз 6520-43 (VIN: <***>, г/н <***>) ФИО14, супруги бывшего руководителя должника и заинтересованного с должником лицом, сделка с которым не оспорена ФИО7, что является предметом рассмотрения в настоящем споре, где конкурсным управляющим ФИО3 в апелляционном суде заявлено о привлечении ФИО14 третьим лицом, что поддержано ФИО1, но оставлено без удовлетворения. Как указывает заявитель, в основу требований о взыскании убытков положены решение суда от 13.09.2023 по делу № А60-37151/2023 о привлечении ФИО7 к административной ответственности и определение суда от 22.11.2023 по настоящему делу о признании незаконными действий ФИО7, имеющие преюдициальное значение для настоящего спора в части вины ФИО7, установившие его бездействие, выразившееся в непринятии мер по защите имущества должника, розыску транспортных средств, обращению с заявлением об административном правонарушении, уголовном преступлении в части исчезновения автомобилей, числящихся на балансе должника, по снятию транспортных средств с регистрационного учета в органах ГИБДД для предотвращения их незаконного использования третьими лицами, но суды названные обстоятельства не учли. Заявитель считает, что выводы судов о неосведомленности ФИО15 и отсутствии у него информации о спорных автомобилях не согласуются с имеющимися доказательствами: направленным 14.10.2021 ФИО7 запросом в органы внутренних дела, на который 23.11.2021 получен ответ с информацией обо всех, в том числе спорных, автомобилях, зарегистрированных за должником. Заявитель полагает, что ФИО7 исполнял обязанности конкурсного управляющего должником c 14.03.2022 по 16.11.2023, но направил заявление об истребовании материальных ценностей у руководителя должника только 02.03.2023 (почти через год после открытия 14.03.2022 конкурсного производства), пропустив все процессуальные сроки на оспаривание подозрительных сделок и упустив время для совершения действий по поиску всех находящихся на балансе должника автомобилей, располагая сведениями о которых, управляющий должен был истребовать все необходимые документы, но, осознавая юридические последствия своего бездействия, ФИО7 03.05.2023 направил в суд ходатайство о завершении процедуры. Как отмечает заявитель, ФИО7, действуя избирательно, подал 26.04.2022 в полицию заявление о преступлении в отношении лишь двух автомобилей Камаз 6520-43 (VIN: <***>, г/н <***>) и ФрэтЛайнер CL 120 Columbia (VIN:1FUJA6CG64LM91569), не требуя объявить их в розыск, не заявляя об их угоне, не предприняв никаких действий в отношении остальных автомобилей должника, не обжаловав незаконное постановление от 08.07.2022 об отказе в возбуждении уголовного дела. По мнению заявителя, имея с 23.11.2021 информацию о наличии на балансе должника автомобиля Ауди A3 (VIN: <***>) и о нахождении его в пользовании третьих лиц, получив 14.06.2023 договор купли-продажи этого автомобиля от 08.06.2021, ФИО7 не предпринял действий по установлению всех обстоятельств выбытия автомобиля и восстановлению срока для оспаривания сделки по его выбытию (истек 23.11.2022), в результате чего в связи с пропуском срока исковой давности определением суда от 13.05.2025 отказано в удовлетворении требований в части данного автомобиля, среднерыночная стоимость которого на 01.06.2021 составляла 1 379 333 руб. 33 коп.; а об отчуждении автомобиля Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) из владения должника в пользу  ФИО14 ФИО7 узнал 12.08.2022 (ответ на запрос УГИБДД), но 11.08.2023 он пропустил годичный срок обжалования данной сделки, и определением суда от 16.06.2025 отказано в удовлетворении требований в части названного автомобиля, среднерыночная стоимость которого на 07.10.2020 составляла 2 900 000 руб. 00 коп.; при этом указанные судебные акты, признавшие наличие оснований для оспаривания сделок, но установившие пропуск сроков исковой давности, бесспорно подтверждают обоснованность требований о взыскании убытков с ФИО7, непринятие которым своевременных действий по установлению обстоятельств выбытия автомобилей повлекло уменьшение конкурсной массы. Заявитель поясняет, что автомобиль ФрэтЛайнер CL 120 Columbia (VIN:1FUJA6CG64LM91569), среднерыночной стоимостью на дату открытия конкурсного производства 1 750 000 руб., истребован по ходатайству управляющего ФИО3 у руководителя должника ФИО10 в числе иных материальных ценностей определением от 30.01.2025, но не передан должнику, при этом суды необоснованно учли в качестве оправдывающих действия ФИО7 пояснения директора ФИО10 о передаче этого автомобиля кредиторам общества «УБЗ» и общества с ограниченной ответственностью «УБЗ-Логистик» (далее – общество «УБЗ-Логистик»), ничем не подтвержденные, не соответствующие реальности и направленные на искажение информации о реальном местонахождении автомобиля, подлежащие критической оценке как направленные на защиту имущественных интересов группы лиц в составе ФИО10; и автомобиль Камаз 6520-43 (VIN: <***>, г/н <***>), среднерыночная стоимость которого на момент сделок составляла 3 516 667 руб., также истребован в конкурсную массу, но не поступил в нее, при этом действия по возврату данного имущества отсутствует со стороны ФИО7, противоправность поведения которого подтверждена совершение в конкурсном производстве сделок по аренде – с ФИО5 (договор от 01.03.2022) и субаренде – с обществом «Спецавто» (договор от 01.05.2022) этого автомобиля, выбывшего из владения должника по сделкам, совершенным в нарушение порядка, установленного законодательством о банкротстве, и заключением в отношении данного автомобиля договоров займа от 20.02.2021 № 1 под залог автомобиля и залога от 20.02.2021 № 1а, с целью обременения имущества незаконным залогом, условие о котором ничтожно, так как должник на момент его совершения ее не обладал правом собственности на указанный автомобиль, но ФИО7 не предпринял все меры по защите данного имущества должника, не оспорил сделки в отношении автомобиля, не аннулировал его регистрацию, допустил выбытие имущества в  конкурсном производстве, что привело к утрате имущества и является основанием для взыскания с управляющего убытков. По мнению заявителя, подача заявления в правоохранительные органы, проведение предварительной проверки по фактам хищения, принятие мер к охране уже после факта хищения имущества не могут являться основанием для отказа во взыскании с управляющего убытков, при том, что эти действия управляющего безусловно не гарантируют возврат утраченного имущества (его эквивалента) в конкурсную массу в объеме, необходимом для восстановления нарушенных прав кредиторов.

В дополнениях к кассационной жалобе ФИО1 приводит обстоятельства, которые, по его мнению, подтверждают причинно-следственную связь между неправомерными действиями управляющего ФИО7 и наступлением неблагоприятных последствий, связанных с полным и безвозвратным выбытием всего имущества, составляющего конкурсную массу должника, выразившихся в пропуске срока исковой давности для оспаривания сделок с автомобилями, в необеспечении сохранности имущества должника.

Конкурсный управляющий должником ФИО3 в отзыве поддерживает доводы кассационной жалобы, просит ее удовлетворить, обжалуемые судебные акты – отменить.

ФИО7 и союз «УрСО АУ» в отзыве по доводам кассационной жалобы возражают, просят в ее удовлетворении отказать, оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.10.2021 в отношении общества «НикаСтройАвто» введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утвержден ФИО7

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.03.2022 общество «НикаСтройАвто» признано банкротом с открытием в отношении него конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО7, который определением суда от 24.11.2023 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Таким образом, ФИО7 исполнял обязанности временного управляющего должника с 21.09.2021 по 13.03.2022, конкурсного управляющего – с 14.03.2022 по 16.11.2023.

Кредитор общество «УБЗ», чьи требования включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника в сумме 2 371 475 руб. 30 коп. основного долга (определение от 09.01.2023), обратился в суд с рассматриваемым заявлением о взыскании с ФИО7 убытков, причиненных должнику ненадлежащим исполнением ФИО7 своих обязанностей, приведшим к выбытию из конкурсной массы должника ликвидного имущества, и непринятием мер по оспариванию сделок должника.

ФИО9 поддержал требования общества «УБЗ».

ФИО7 возражал против удовлетворения заявленных требований со ссылкой на недоказанность заявителем состава убытков.

При первоначальном рассмотрении спора определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.06.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2024, заявление общества «УБЗ» о взыскании убытков с арбитражного управляющего удовлетворено, с ФИО7 в пользу должника взысканы убытки в размере 7 526 666 руб. 60 коп.

Взыскивая с ФИО7 эти убытки, суды исходили из обстоятельств, ранее установленных преюдициальными судебными актами о признании незаконными действий (бездействия) ФИО7, его отстранении от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником и его привлечении к административной ответственности, пришли к выводу, что в результате бездействия ФИО7 по оспариванию сделок по выбытию из конкурсной массы спорных автомобилей пропущен срок исковой давности по их оспариванию, что привело к невозможности формирования конкурсной массы за счет средств от реализации спорных автомобилей, в отношении которых иных мер по розыску и истребованию у третьих лиц ФИО7, имевший сведения об автомобилях должника еще в наблюдении, также не принял, что привело к утрате спорных автомобилей, чем причинены убытки должнику и его кредиторам в размере стоимости утраченных автомобилей, признанные подлежащими взысканию с управляющего ФИО7

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.09.2024 определение суда первой инстанции от 11.06.2024 и постановление апелляционного суда от 22.08.2024 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Отменяя вышеуказанные судебные акты, направляя спор на новое рассмотрение, суд округа указал, что, ограничившись ссылкой на обстоятельства, установленные преюдициальными судебными актами, установившими незаконное бездействие ФИО7, суды фактически не включили в предмет доказывания по настоящему спору, не исследовали, не установили и не оценили вопрос о наличии/отсутствии причинно-следственной связи между соответствующим бездействием ФИО7, отсутствием в настоящее время в конкурсной массе спорных автомобилей и невозможности их возврата в конкурсную массу, а также вопрос о наличии/отсутствии вины ФИО7 в утрате спорных автомобилей и в невозможности их возврата должнику, при том, что само по себе бездействие управляющего автоматически не является основанием для взыскания убытков, а необходимым основанием для привлечения управляющего к ответственности в виде взыскания убытков является установление, что именно его бездействие является непосредственной причиной утраты спорных автомобилей и невозможности их (их стоимости) возврата в конкурсную массу должника.

В частности, суды не включили в предмет доказывания по спору, не установили, не исследовали, не оценили обстоятельства и основания приобретения должником и выбытия из его владения спорных автомобилей, наличие (отсутствие) у управляющего возможности совершить какие-либо действия по получению в компетентных органах и у третьих лиц всех необходимых документов в отношении спорных автомобилей и сделок по их отчуждению, и с учетом этого, - наличие (отсутствие) у управляющего возможности совершить какие-либо действия по розыску и истребованию данных автомобилей у третьих лиц, при этом суды не предложили лицам, участвующим в деле, представить суду соответствующие доказательства.

Также, делая вывод о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по оспариванию сделок по выбытию из владения должника спорных автомобилей, суды не установили, о каких именно сделках идет речь, и из чего следует, что срок исковой давности по их оспариванию пропущен. При этом суды также не включили в предмет доказывания по настоящему спору, не устанавливали, не исследовали и не оценили обстоятельства перспективности оспаривания сделок в отношении спорных автомобилей, вероятности удовлетворения требований о признании таких сделок недействительными и пополнения таким образом конкурсной массы должника.

Следовательно, выводы судов о наличии оснований для привлечения арбитражного управляющего ФИО7 к ответственности в виде взыскания убытков признаны судом округа преждевременными.

При новом рассмотрении в обоснование заявленных требований общество «УБЗ» сослалось на ненадлежащее исполнение ФИО7 возложенных на него обязанностей, приведших к выбытию из конкурсной массы должника ликвидного имущества: транспортных средств: Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>), Камаз 6520-43 (VIN: <***>, г/н <***>), Ауди A3, ФрэтЛайнер CL 120 Columbia, и указало, что в наблюдении (с учетом ответа органов внутренних дел от 26.11.2021 №3/216610469896) стало известно, что должник в период всей деятельности произвел тридцать одно регистрационное действие с семнадцатью автомобилями (выкуп предметов лизинга), в том числе с автомобилем Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>), который, согласно ответу органов внутренних дел от 12.08.2022 (на определение суда от 06.07.2022), выбыл из владения должника в пользу ФИО14 - супруги бывшего руководителя должника ФИО16, поэтому заявитель считает, что непринятие своевременных мер по оспариванию этой сделки ФИО7 привело к лишению возможности включить в конкурсную массу указанный автомобиль в связи с пропуском срока исковой давности, истекшим 11.08.2023, то есть через год после поступления в суд ответа из органов внутренних дел.

Также, по мнению заявителя, спорные убытки причинены выбытием автомобиля Камаз 6520-43 VIN: <***>, г/н <***> из владения должника в результате совершения не оспоренной ФИО7 цепочки сделок - заключенных в процедуре наблюдения 01.03.2022 договора аренды между должником (в лице бывшего директора ФИО10) и ФИО17, договора субаренды от 01.05.2022 между ФИО5 и обществом «Спецавто», где ФИО5 является единоличным исполнительным органом и учредителем, а в отношении автомобиля Ауди A3, заявитель указывает, что этот автомобиль выбыл из владения должника путем заключения соглашения от 01.06.2021 (между должником и ФИО12, матерью бывших руководителей) по уступке прав и обязанностей по договору выкупного лизинга от 15.09.2017 №1679669-ФЛ/ЕКТ-17, которое имеет признаки недействительной сделки, не оспоренной ФИО7 в установленный законом срок, что привело к причинению убытков, и, кроме того, местонахождение автомобиля ФрэтЛайнер CL 120 Columbia не установлено, а ФИО7 не предпринял достаточных мер по установлению местонахождения и истребованию указанного автомобиля в целях пополнения конкурсной массы, в результате чего причинены спорные убытки.

Ссылаясь на данные обстоятельства, кредитор общество «УБЗ» просил признать незаконным бездействие ФИО7 по неоспариванию сделок по отчуждению автомобилей: Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>), момент совершения сделки - 07.10.2020, и автомобиля Ауди A3, момент совершения сделки - от 01.06.2021; и просил взыскать с ФИО7 в конкурсную массу должника убытки в сумме 9 546 000 руб.

По результатам нового рассмотрения суды, отказывая в удовлетворении требований к ФИО7, исходили из следующего.

При проведении процедур в деле о банкротстве, управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 4 статьи 20.3 Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)). Основной круг прав и обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3, 129 Закона о банкротстве; а объем и перечень мероприятий, которые должен осуществить управляющий во исполнение обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве, подлежит определению в каждом конкретном случае, исходя из фактических обстоятельств дела о банкротстве.

Так, в частности, управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника; вправе подавать в суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника (абзацы 5, 6 пункта 2, абзац 6 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, причиненные в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения им возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда, ответственность управляющего за причинение им убытков носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что исполнявший обязанности временного управляющего должником с 21.09.2021 по 13.03.2022 и конкурсного управляющего – с 14.03.2022 по 16.11.2023 ФИО7 направил бывшему руководителю должника ФИО10 требования о передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей (публикация сведений о банкротстве должника в ЕФРСБ, требование об истребовании документов и имущества от 04.05.2022, повторное требование об истребовании документов и имущества от 23.01.2023), которые ФИО10 не исполнены.

В связи с непередачей ему ФИО10 документов должника 02.03.2023 ФИО7 подал в суд заявление об истребовании документов, в том числе: договоров (соглашений, контрактов и иных документы), дополнительных соглашений и приложений к ним, а также подписанных в рамках их исполнения документов (соглашений о расторжении договоров, актов приема-передачи, актов зачета встречных однородных требований, актов выполненных работ и/или оказанных услуг, иных документов) за период с 13.07.2018 по дату получения настоящего требования; сведений обо всех крупных сделках и сделках, в отношении которых имелась заинтересованность, заключенных должником с 13.07.2018, сведений об их одобрении в предусмотренном законом порядке; информации о движимом и недвижимом имуществе должника с приложением свидетельств о государственной регистрации права собственности на недвижимость и первичных документов, подтверждающих приобретение права собственности на движимое имущество за период с 13.07.2018 по дату получения запроса с указанием их местонахождения и других идентифицирующих признаков, в том числе: в отношении автомобилей ФрэтЛайнер СL120 Соluмbiа, 2003 г.в. и Камаз 6520-43, 2017 г.в.

ФИО10 в отзыве от 21.06.2023 указала, что 28.02.2022 она направила конкурсному управляющему по электронной почте пакет запрошенных документов, позднее в марте 2022 года она лично привезла в офис оригиналы части документов и передала их ФИО7, а также ФИО10 пояснила, что автомобиль ФрэтЛайнер CL120 Columbia, 2003 г.в. находится на стоянке на территории общества «УБЗ-логистик», а в отношении оставшихся автомобилей пояснила, что всю имеющуюся информацию предоставила, но договоры купли-продажи автомобилей утеряны, поэтому необходим розыск данных автомобилей, а также к отзыву ФИО10 приобщила документы, именуя их «непереданной частью документов», в том числе - договор лизинга от 15.09.2017 №1679669-ФЛ/ЕКТ-17 по автомобилю Ауди A3.

Определением суда от 30.01.2025 об истребовании документов установлено, что договоры купли-продажи пяти автомобилей, правоустанавливающие документы и иные документы, подтверждающие переход права собственности от должника (продавца) к новым собственникам (покупателям), ФИО10 не представила и ФИО7 не передавала, в связи с чем у ФИО10 истребованы названные договоры, включая договор купли-продажи (дарение, уступка) автомобиля Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) от 07.10.2020, все дополнительные соглашения и приложения к ним, и подписанные в рамках их исполнения документы, а также автомобиль ФрэтЛайнер CL120 Columbia, 2003 г.в.

Учитывая изложенные установленные судами обстоятельства, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела и все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что по автомобилю ФрэтЛайнер СL120 Соluмbiа, 2003 г.в. в деле имеются лишь документы, подтверждающие его приобретение должником - договор купли-продажи от 22.01.2020, где должник является покупателем, и документы органов внутренних дел о регистрации этого автомобиля за предыдущим владельцем, при этом автомобиль ФрэтЛайнер СL120 Соluмbiа, 2003 г.в. бывшим руководителем ФИО10 за должником в органах внутренних дел не регистрировался, и никаких сведений о его местонахождении, помимо пояснений о его нахождении на стоянке у общества «УБЗ-логистик», а также никаких иных документов на этот автомобиль и никаких иных сведений о возможных основаниях выбытия автомобиля из собственности должника, его реальном местонахождении и других имеющих значение обстоятельствах ФИО10 ФИО7 не предоставила, и у органов внутренних дел такая информация также отсутствует, установив при этом, что ФИО7, не располагая полным пакетом документов на автомобиль ФрэтЛайнер СL120 Соluмbiа, 2003 г.в., подал 26.04.2022 заявление о его розыске, по результатам проверки по которому 08.07.2022 в возбуждении уголовного дела отказано, со ссылкой на то, что, по пояснениям ФИО10, автомобиль передан обществу «УБЗ» и имеют место гражданско-правовые отношения, а несовершение действий по обжалованию постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела само по себе не свидетельствует о противоправном поведении управляющего, повлекшим вред должнику (его кредиторам), и доказательства незаконности этого постановления отсутствуют, а также, установив, что в деле не имеется никаких доказательств, подтверждающих передачу ФИО10 обществу «УБЗ» вышеназванного автомобиля, соответствующие пояснения ФИО10 ничем не подтверждены и противоречат материалам дела, а определением суда от 30.01.2025 вышеуказанный автомобиль по заявлению управляющего истребован судом именно у ФИО10, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела, что в данном случае ФИО7 предпринимал необходимые действия по розыску автомобиля ФрэтЛайнер, в том числе, обращался в правоохранительные органы, к бывшему руководителю должника и в арбитражный суд, а иное не доказано и из материалов дела не следует, но установить местонахождение данного автомобиля не представилось возможным, при том, что он выбыл из владения должника в период, когда руководителем должника была ФИО10, до введения в отношении должника процедур банкротства, при этом ФИО10 соответствующих документов суду и управляющему не представила, реальное местонахождение спорного автомобиля не раскрыла, следовательно, в данном случае отсутствует причинно-следственная связь между поведением ФИО7 и выбытием указанного автомобиля из владения должника до введения в отношении должника процедур банкротства.

Кроме того, как следует из материалов дела, определением суда от 23.06.2025, оставленным в силе постановлением апелляционного суда от 12.09.2025,  признаны недействительными договор аренды от 01.03.2022 автомобиля Камаз 6520-43 (VIN: <***>, г/н <***>), заключенный между должником и ФИО5, а также дополнительное соглашение от 01.05.2022 №2 по передаче в субаренду указанного автомобиля, заключенное между ФИО5 и обществом «Спецавто», и применены последствия недействительности цепочки сделок в виде обязания общества «Спецавто» возвратить названный автомобиль в конкурсную массу должника, при этом данными судебными актами установлено, что 01.03.2022 между должником в лице ФИО10 (арендодатель) и ФИО5 (арендатор) заключен договор аренды транспортного средства № 1 в отношении автомобиля КАМАЗ 6520-43 (VIN: <***>, г/н <***>), а 01.05.2022 между ФИО5 (арендодатель) и обществом «Спецавто» в лице ФИО5 (арендатор) заключено дополнительное соглашение № 2 к договору от 01.07.2021 о передаче ФИО5 в аренду обществу «Спецавто» названного автомобиля, при этом никаких доказательств, подтверждающих возврат должнику (собственнику и арендодателю) указанного автомобиля, а также уплату арендных платежей за владение и пользование данным автомобилем не имеется, доводы ФИО5 о передаче спорного автомобиля фактическому бенефициару должника ФИО16 ничем не подтверждены, какие-либо доказательства выбытия вышепоименованного автомобиля из владения ФИО5 и общества «Спецавто» отсутствуют, при том, что в любом случае арендатор обязан вернуть арендодателю арендованное имущество, арендная плата за владение и пользование которым не уплачивается, из чего следует, что при таких обстоятельствах не представляется возможным сделать вывод о причинении должнику и его кредиторам убытков в результате неоспаривания ФИО7 сделок по выбытию из владения должника вышеназванного автомобиля, а требования о взыскании с ФИО7 каких-либо иных убытков, касающихся данного автомобиля, никем не заявлены.

Таким образом, по результатам исследования и оценки материалов дела и всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для взыскания с ФИО7 убытков, причинных выбытием из конкурсной массы должника автомобилей Камаз 6520-43 (VIN: <***>, г/н <***>) и ФрэтЛайнер CL 120 Columbia, а доказательства, опровергающие соответствующие выводы судов, свидетельствующие об ином, и подтверждающие причинения кредиторам должника убытков в результате противоправных действий (бездействия) ФИО7 в отношении указанных автомобилей, не представлены.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований в названной части, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия всех необходимых и достаточных оснований для взыскания с управляющего ФИО7 убытков в связи выбытием из конкурсной массы должника вышеназванных автомобилей, и из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), при этом судами в этой части правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы в части вышеназванных обстоятельств судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами в данной части норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела в вышеуказанной части судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов в указанной части у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции в вышепоименованной части не установлено.

Отказывая в удовлетворении требований в остальной части, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО7 04.05.2022 и 23.01.2023 направил руководителю должника требования о передаче имущества и документов должника, а 02.03.2023 подал в суд заявление об истребовании у бывшего руководителя имущества и документов должника, часть из которых переданы ФИО7, но документы по отчуждению спорных автомобилей ему не переданы, а об основаниях и обстоятельствах их отчуждения ФИО7 узнал позднее, при этом определением от 30.01.2025 суд истребовал у ФИО10 документы на автомобиль Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>), которые отсутствуют в деле и в настоящее время, а документы по автомобилю Ауди А3 приобщены бывшим руководителем к делу только 21.06.2023, из чего следует, что ФИО7 действовал в соответствии с установленным законом порядком, предпринимал все необходимые меры по выявлению имущества должника, но у него отсутствовали все необходимые документы и сведения для оспаривания сделок по названным автомобилям, ФИО7 принял все меры по розыску спорных автомобилей, и оспаривал сделки с иными автомобилями должника, по которым у него имелась достаточная доказательственная база.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, а также исходил из того, что определением суда от 30.01.2025 установлено, что документы по отчуждению спорных автомобилей ФИО7 не переданы и истребованы у бывшего руководителя должника судом, то есть, документы по отчуждению автомобиля Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) отсутствуют в деле до настоящего времени, и документы по отчуждению автомобиля Ауди A3 также ФИО7 не переданы бывшим руководителем должника, а документы о приобретении должником автомобиля Ауди Аз приобщены к делу 21.06.2023, и необходимые обстоятельства для оспаривания сделок стали известны ФИО7 намного позднее, при этом и в отношении автомобиля Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>), и в отношении автомобиля Ауди A3 ФИО7 действовал в порядке, установленном законом, поскольку у него отсутствовали достаточные сведения для оспаривания сделок по их отчуждению.

Между тем в данной части суды не учли следующее.

При принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие - не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (часть 2 статьи 65, часть 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения (пункты 2, 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При проведении процедур в деле о банкротстве, управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве). Основной круг прав и обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3, 129 Закона о банкротстве; а объем и перечень мероприятий, которые должен осуществить управляющий во исполнение обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве, подлежит определению в каждом конкретном случае, исходя из фактических обстоятельств дела о банкротстве.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, причиненные в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения им возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда, ответственность управляющего за причинение им убытков носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере, под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) а лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

В силу пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство (причинившем вред), а вина в нарушении обязательства (в причинении вреда) предполагается, пока не доказано обратное.

Управляющий возмещает убытки, если они причинены в результате его неправомерных действий, а под убытками, причиненными должнику, его кредиторам, понимается любое уменьшение (утрата возможности увеличения) конкурсной массы, явившиеся результатом неправомерных действий (бездействия) управляющего (пункт 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150).

По общему правилу управляющему принадлежит право оспаривания сделок должника, которое он реализует исходя из обстоятельств конкретного дела о банкротстве, самостоятельно определяя наличие оснований для оспаривания сделок, целесообразность ведения соответствующих мероприятий.

Из разъяснений, изложенных в пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», кредитор, уполномоченный орган вправе также подать управляющему предложение об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве; в случае отказа или бездействия управляющего этот кредитор или уполномоченный орган также вправе в порядке статьи 60 Закона о банкротстве подать в суд жалобу на отказ или бездействие управляющего, признание которых незаконными может являться основанием для отстранения управляющего. Кредитор, подающий управляющему предложение об оспаривании сделки, должен обосновать наличие совокупности обстоятельств, составляющих предусмотренное законом основание недействительности, применительно к указанной им сделке. В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, при рассмотрении предложения об оспаривании сделки управляющий обязан проанализировать, насколько убедительны аргументы кредитора и приведенные им доказательства, оценить реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и кредиторов при удовлетворении судом такого заявления.

При рассмотрении жалобы кредитора на отказ управляющего оспорить сделку суду следует установить, проявил ли управляющий при таком отказе заботливость и осмотрительность, которые следовало ожидать при аналогичных обстоятельствах от обычного арбитражного управляющего; при этом суд не оценивает действительность соответствующей сделки.

В силу указанных положений, оценка законности совершенных должником сделок, неоспаривание которых вменяется в вину конкурсному управляющему, в предмет исследования суда не входит. Исходя из предмета и оснований заявленных требований суд лишь вправе оценить, насколько добросовестно и разумно действовал конкурсный управляющий, не принимая мер по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании заключенных должником договоров, на которые указал кредитор, недействительными.

По смыслу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, в частности с использованием механизмов оспаривания подозрительных сделок должника, планирует и реализует прежде всего сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

В то же время, управляющий во избежание излишних необоснованных трат не должен совершать действия, совершение которых не приведет к увеличению конкурсной массы должника. К таковым относится формальное оспаривание сделок, результат которого либо с очевидностью влечет отказ суда в удовлетворении заявления, или последующее взыскание с ответчика не представляется возможным. Возбуждение по инициативе управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений, арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений (часть 1 статьи 65, статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Делая вывод о том, что в отношении автомобиля Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) ФИО7 предпринял все надлежащие меры по его розыску, но документы, необходимые для подачи заявления об оспаривании сделки по его отчуждению, у ФИО7 отсутствовали, суды не исследовали и не дали никакой оценки тому обстоятельству, что, как следует из материалов дела и установили сами суды, 12.08.2022 в материалы дела поступил ответ ГИБДД № 22/14671 (приобщен судом к делу) с информацией о том, что автомобиль Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) с 13.09.2017 по 07.10.2020 был зарегистрирован за должником, в период с 07.10.2020 по 11.03.2021 – за ФИО14, а с 11.03.2021 – за обществом с ограниченной ответственностью «НТСА «Спецавтотранс» (далее – общество «НТСА «Спецавтотранс»), из чего следует, что уже с 12.08.2022 ФИО7 точно и определенно знал, что названный автомобиль отчужден должником в пользу названных лиц менее, чем за один год до возбуждения дела о банкротстве (13.07.2021), и из банковских документов должника ФИО18 не мог не знать, что оплата за этот автомобиль должнику не поступала, при том, что иное из материалов дела не следует, но при таких обстоятельствах в деле нет никаких доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО7, как конкурсный управляющий должником, в период с 12.08.2022 по 24.11.2023 предпринимал какие-либо меры в связи с получением им из ГИБДД вышеуказанной информации, кроме истребования у ФИО10 документов об отчуждении автомобиля Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) и подачи соответствующего заявления в суд.

При этом суды не исследовали и не дали никакой оценки тому, что в деле отсутствуют доказательства того, что с 12.08.2022 по 24.11.2023 ФИО7 истребовал в ГИБДД (в том числе, в судебном порядке) документы, на основании которых автомобиль Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) зарегистрирован за ФИО14 и обществом «НТСА «Спецавтотранс», направлял запросы об обстоятельствах приобретения данного автомобиля в адреса ФИО14 и общества «НТСА «Спецавтотранс», заявлял о принятии обеспечительных мер для воспрепятствования дальнейшему отчуждению данного автомобиля, совершал какие-либо иные действия с целью получения информации об обстоятельствах выбытия данного автомобиля из владения должника, при том, что доказательств встречного предоставления при отчуждении указанного автомобиля у ФИО7 не имелось, а также в деле отсутствуют доказательства того, что ФИО7 предпринимал какие-либо меры по оспаривания данных сделок в указанный период, и в судебном заседании в суде округа представитель ФИО7 не смог дать суду никаких пояснений по данному поводу, но при этом суды не исследовали тот факт, мог ли ФИО7, добросовестно и разумно осуществляя исполнение полномочий конкурсного управляющего должником, оперативно, без волокиты, истребовав в ГИБДД (в том числе в судебном порядке) сведения об основаниях регистрации перехода автомобиля от должника к вышеназванным лицам, оперативно получить указанную информацию и оспорить соответствующие сделки должника.

Таким образом, суды рассмотрели данный спор в указанной части формально, без исследования, установления и оценки всех обстоятельств, касающихся выбытия вышеуказанного автомобиля из владения должника и действий, которые ФИО7 должен был предпринять по получению (истребованию) всей необходимой информации для оспаривания вышепоименованных сделок и по оспариванию этих сделок, соответствующие обстоятельства суды в предмет исследования по настоящему спору не включили, не предложили лицам, участвующим в деле, представить соответствующие сведения и документы.

При этом, определением суда от 24.06.2025 по настоящему делу, которое в апелляционном порядке не обжаловано, отказано в признании недействительной сделки должника от 07.10.2020 по отчуждению автомобиля,  Камаз 6520-43 2017 г.в. (VIN: <***>, г/н <***>), поскольку судом установлено, что срок исковой давности по оспариванию этой сделки начал течь 12.08.2022 (ответ ГУ МВД России по Свердловской области от 12.08.2022 №22/14671) и истек 12.08.2023, то есть, когда обязанности конкурсного управляющего должником исполнял именно ФИО7

Между тем при таких обстоятельствах вывод судов о том, что в отношении автомобиля Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) ФИО7 предпринял все необходимые меры, провел все требующиеся мероприятия по выявлению данного автомобиля, и не оспорил сделки по его отчуждению только потому, что у него не было достаточных сведений для их оспаривания, является формальным и немотивированным, противоречит материалам дела, при том, что из соответствующих выводов судов следует, что при отсутствии документов на имущество конкурсный управляющий вообще не должен принимать никаких мер по поиску таких документов и имущества, даже при наличии у него соответствующих сведений, что прямо противоречит положениям вышеназванных норм права, при этом суды в рассматриваемой ситуации  устранились от рассмотрения по существу настоящего спора в названной части и данный спор в указанной части фактически по существу в установленном порядке не рассмотрели.

Отказывая во взыскании убытков с ФИО7 в части непринятия им мер по возврату в конкурсную массу автомобиля Ауди A3, суды настоящий спор в соответствующей части фактически по существу также не рассмотрели, выводы судов в указанной части носят формальный характер, являются немотивированными и неподтвержденными, противоречат материалам дела.

Как следует из материалов дела и установлено судами, сведения о том, что автомобиль Ауди A3 был зарегистрирован за должником в ГИБДД с 27.09.2017 по 04.10.2020, ФИО7 получил из ГИБДД 26.11.2021, то есть еще в процедуре наблюдения, но никакой информации о том, что после получения данной информации ФИО7 с 26.11.2021 по 24.11.2023 предпринимал какие-либо действия в отношении автомобиля Ауди А3, кроме истребования документов у бывшего руководителя (направил ФИО10 требования о предоставлении документов 04.05.2022 и 23.01.2023, а за истребованием документов в суд обратился 02.03.2023), в деле не имеется, и при этом суды не дали никакой оценки тому, что в деле отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что с 14.03.2022 по 24.11.2023 ФИО7 предпринимал какие-либо действия в отношении автомобиля Ауди A3 (направлял уточняющие запросы в ГИБДД, обращался в суд за истребованием документов из ГИБДД, заявлял о принятии обеспечительных мер для воспрепятствования отчуждению автомобиля, и т.п.), при том, что, как установлено судами, 06.10.2023 на запрос суда в материалы дела представлен ответ ГИБДД о том, что автомобиль Ауди A3 с 10.06.2022 зарегистрирован за бывшим руководителем должника, а с 06.09.2022 – за ФИО13, но в деле также нет документов, свидетельствующих, что после этого ФИО7 до 24.11.2023 предпринимал какие-либо действия по истребованию документов по отчуждению автомобиля Ауди А3 в пользу названных лиц в ГИБДД и у указанных лиц (в том числе, в судебном порядке) и по оспариванию соответствующих сделок, хотя у ФИО7 отсутствовали сведения об оплате автомобиля в пользу должника, а иное не доказано.

При этом суды не включили в предмет исследования, не установили и не оценили, имел ли ФИО7, добросовестно и разумно осуществляя исполнение полномочий конкурсного управляющего должником, и оперативно, без волокиты, истребовав все необходимые документы, в том числе в ГИБДД (в том числе в судебном порядке) сведения об основаниях регистрации перехода автомобиля Ауди A3 от должника к вышеназванным лицам, возможность оперативно получить указанную информацию и оспорить соответствующие сделки должника, при том, что определением суда от 13.05.2025 по настоящему делу, которое в апелляционном порядке не обжаловано, отказано в признании недействительным договора от 01.06.2021 по отчуждению автомобиля ауди А3, заключенного между должником и ФИО12, в связи с пропуском срока исковой давности по заявленному требованию.

Следует также отметить, что при наличии вышеназванных обстоятельств суды, вообще, не включили в предмет доказывания по настоящему спору вопросы перспективности оспаривания вышеназванных сделок и вероятности их признания недействительными при оспаривании в установленные сроки, а также вероятности поступления в конкурсную массу соответствующих автомобилей или их стоимости, не вынесли на обсуждение сторон вопрос о стоимости спорных транспортных средств (в том числе с учетом нахождения автомобиля Ауди A3 в лизинге у должника), не исследовали и не установили, когда именно и при каких обстоятельствах информация об отчуждении спорных автомобилей появилась в материалах дела, и чем это подтверждено, когда и как именно ФИО7 не узнал, а должен был узнать о сделках по отчуждению спорных автомобилей и осуществить все необходимые действия по получению и истребованию таких сведений в установленные сроки.

Таким образом, после повторного рассмотрения настоящего спора выводы судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО7 к ответственности в виде взыскания убытков в связи выбытием из конкурсной массы должника автомобилей Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) и Ауди Аз и вновь преждевременны, сделаны без исследования и оценки всех необходимых обстоятельств дела, без установления всех необходимых фактических обстоятельств, составляющих состав ответственности по статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, указания суда округа судами не исполнены, спор по существу не рассмотрен.

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Учитывая изложенное, и то, что, исходя из вышеназванных обстоятельств, выводы судов первой и апелляционной инстанций относительно отсутствия оснований для взыскания с ФИО7 убытков в связи выбытием из конкурсной массы должника автомобилей Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) и Ауди A3 сделаны при неправильном применении норм материального (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), процессуального права (статьи 65, 69, 71, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и соответствующих разъяснений, являются недостаточно обоснованными, сделаны преждевременно, без исследования и оценки всех обстоятельств дела и всех имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, что повлекло совершение ошибочных выводов и вынесение неправильных судебных актов, определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.04.2025 по делу № А60-33216/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2025 по тому же делу подлежат отмене в части отказа во взыскании с ФИО7 убытков в связи выбытием из конкурсной массы должника автомобилей Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) и Ауди A3, спор в указанной части - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При этом доводы заявителя о том, что спор рассмотрен апелляционным судом в незаконном составе, при участии того же судьи, который участвовал при принятии постановления апелляционного суда от 22.08.2024, судом округа отклоняются, как основанные на неверном толковании положений статьи 22 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, касающихся недопустимости  рассмотрения судьей одного спора в разных инстанциях.

При новом рассмотрении спора арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе, установить всю совокупность необходимых и достаточных обстоятельств, свидетельствующих о наличии/отсутствии в действиях (бездействии) ФИО7 в отношении выбывших из конкурсной массы должника автомобилей Камаз 6520-43 (VIN:<***>, г/н <***>) и Ауди A3 состава гражданско-правового нарушения, влекущего ответственность в виде убытков, в частности, наличие причинно-следственной связи между таким бездействием ФИО7, утратой и невозможностью возврата в конкурсную массу должника названных автомобилей (их стоимости), а также вину ФИО7 в причинении соответствующих убытков должнику и его кредиторам, предложить лицам, участвующим в деле, представить доказательства, подтверждающие указанные обстоятельства, дать оценку доводам лиц, участвующих в деле, установить все фактические обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения настоящего спора по существу, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, с привлечением к участию в споре всех заинтересованных лиц, и по результатам исследования и оценки всех представленных в материалы дела доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.04.2025 по делу № А60-33216/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2025 по тому же делу в части отказа во взыскании с ФИО7 убытков в связи выбытием из конкурсной массы общества с ограниченной ответственностью «НикаСтройАвто» автомобиля КАМАЗ 6520-43, VIN: <***>, 2017 года, г.н. <***> и автомобиля АУДИ A3, VIN: <***>, г.н. М 515 КХ 196 отменить, обособленный спор в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

В остальной части определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.04.2025 по делу № А60-33216/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2025 по тому же делу оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 


Председательствующий                                                           Ю.А. Оденцова


Судьи                                                                                        А.А. Осипов


                                                                                                  О.Э. Шавейникова