Постановление от 10 октября 2023 г. по делу № А40-303942/2018

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-46026/2023

Дело № А40-303942/18
г. Москва
10 октября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 29 августа 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 10 октября 2023 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева

судей О.В. Гажур, А.А. Дурановского,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 31.05.2023 г. по делу №А40-303942/18 о признании недействительным (ничтожным) договор ипотеки помещения (залога) от 23.02.2017, заключенный между ФИО2 и ФИО3 и о применении последствия недействительности сделки,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО4 по дов. от 23.05.2022

от ФИО5: ФИО6 по дов. от 25.07.2023

от финансового управляющего: ФИО7 по дов. от 21.02.2023

иные лица не явились, извещены



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2019 по делу №А40-303942/18 ФИО8 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9 Сообщение о признании должника банкротом и введении в отношении него процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 02.03.2019 № 38.


Определение Арбитражного суда г. Москвы от 31.05.2023 признан недействительным (ничтожным) договор ипотеки помещения (залога) от 23.02.2017, заключенный между ФИО2 и ФИО3 и применены последствия недействительности сделки.


Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, ФИО2 обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила отменить обжалуемый судебный акт. В суд апелляционной инстанции поступили отзывы на апелляционную жалобу, которые приобщены к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.


В судебном заседании представитель ФИО2 поддерживал доводы апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в ней, просил отменить судебный акт. Представители финансового управляющего, ФИО5 возражали на доводы апелляционной жалобы, указывали на ее необоснованность. Просили определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.


Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.


Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.


Как следует из материалов дела, 24.11.2022 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего ФИО9 о признании сделки должника недействительной (ничтожной), согласно которому управляющий просит признать недействительным (ничтожным) договор ипотеки помещения (залога) от 23.02.2017, заключенный между ФИО2 и ФИО3; применить последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующим обременения на машино-место, расположенное по адресу: город Москва, у лица ФИО10, дом 6, строение 1, общей площадью 15 кв. м., кадастровый номер: 77:01:0001082:4291; погасить в ЕГРН запись №77:01:0001082:4291-77/011/2020-3 2 от 27.02.2020 об ипотеке (залоге) залогодержателя ФИО2 в отношении указанного машино-места, расположенного по адресу: город Москва, у лица ФИО10, дом 6, строение 1, общей площадью 15 кв. м., кадастровый номер: 77:01:0001082:4291. Удовлетворяя указанное заявление, судом первой инстанции установлено следующее.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).


Вместе с тем, в соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.


В силу положений пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.


Согласно разъяснениям, данным в подпункте 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума от 23.12.2010 №63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться, в том числе, брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов.


В соответствии с положениями пунктов 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.


Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статьей 61.2 или 61.3 данного Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.


Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).


Судом первой инстанции установлено, что финансовому управляющему в ходе осуществления им процедуры реализации имущества должника после получения требования ФИО2 - 29.04.2022 стало известно о заключении 23 февраля 2017г. между ФИО2 (Займодавец) и ФИО3 (Заемщик) Договора займа № 01/012, в соответствии с которым Заимодавец предоставил Заемщику денежные средства в размере 3 500 000 руб.


В соответствии с п.2.2. Договора возврат суммы займа происходит не позднее 22 февраля 2021г. Проценты по займу составляют 7% в год (п.2.3 Договора). В целях исполнения обязательств по Договору займа 23 февраля 2017г. Сторонами был заключен Договор ипотеки помещения (залог), в соответствии с которым ФИО3 передала в залог ФИО2 следующее имущество: машино-место 1-14, расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 77:01:0001082:4291. В п.1.5 Договора залога Стороны согласовали, что стоимость предмета залога составляет 3 500 000 руб.


Как следует из материалов дела, 12 февраля 2017 г. между ФИО8 и ФИО3 заключен Договор купли-продажи машино-места, по условиям которого ФИО8 продает, а ФИО3 принимает и оплачивает машино-место №14, расположенное на подземной автостоянке, расположенной по адресу: <...>, общей площадью 15 кв.м., кадастровый номер: 77:01:0001082:4291, цена сделки 2.284.500 рублей. Расчеты через ячейку, доступ у продавца к ячейке - после государственной регистрации Переход права собственности

зарегистрирован 22.02.2017 г.


С 21 февраля 2017 г. ФИО8 прекратил расчеты с АО «ГЕНБАНК» по Кредитному договору <***> от 04 октября 2013 г 03.2017 г.


Следовательно, на момент заключения спорного Договора займа у Должника имелись обязательства перед кредитором АО «ГЕНБАНК» по Кредитному договору <***> (обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику).


Определением Арбитражного суда г. Москвы от 28.12.2021 по делу №А40-303942/18-185- 387 «Ф» был признан недействительным договор купли-продажи машиноместа, расположенного по адресу: город Москва, у лица ФИО10, дом 6, строение 1, общей площадью 15 кв.м., кадастровый номер: 77:01:0001082:4291, заключенный 12.02.2017 между ФИО8 и ФИО3 и применены последствия признания сделки недействительной в виде возврата имущества в конкурсную массу ФИО8 Определение суда вступило в законную силу.


Согласно п. 2 ст. 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.


Поскольку указанная сделка купли-продажи машино-места признана недействительной, а залог зарегистрирован на основании недействительного с момента его заключения договора купли-продажи, следовательно, оснований для возникновения залога у ФИО2 не имеется, поскольку недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ст. 167 ГК РФ).


Финансовый управляющий ФИО9 указывал на недействительность договора ипотеки помещения (залога) от 23.02.2017, заключенный между ФИО2 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки в виде признания отсутствующим обременения на машино-место, расположенное по адресу: город Москва, у лица ФИО10, дом 6, строение 1, общей площадью 15 кв.м., кадастровый номер: 77:01:0001082:4291, погасить в ЕГРН запись об ипотеке (залоге) залогодержателя ФИО2 в отношении указанного машино-места.


Наличие в ЕГРН записи об ипотеке (залоге) спорного машино-места в пользу ФИО2 препятствует исполнению вышеуказанного определения суда в части внесения изменений в ЕГРН относительно собственника спорного машино-места и осуществлению финансовым управляющим дальнейших действий по его реализации в рамках дела о банкротстве.


Право передачи вещи в залог принадлежит только собственнику вещи, вступившим в законную силу судебным актом от 28.12.2021 по делу № А40-303942/18-185-387 «Ф», которым был решен вопрос о возврате имущества, включению его в конкурсную массу.


При таких обстоятельствах единственным способом защиты нарушенного права истца, направленным на изменение записи в ЕГРН об актуальном собственнике спорного машиноместа, при наличии обременения в виде залога, является признание сделки недействительной, а обременения отсутствующим.


Стороны также скрывали информацию о заключении договора займа и залога в момент оспаривания спорного машино-места, поскольку договор залога зарегистрирован уже в процедуре банкротства ФИО8 его сестрой - ФИО3 и ФИО2 27.02.2020 и после подачи конкурсным кредитором АО «Генбанк» заявления об оспаривании спорной сделки - 20.11.2019 (согласно штампу канцелярии) Арбитражного суда г. Москвы. Недобросовестность ФИО8 и ФИО3 уже установлена.


Вместе с тем, указанный договор залога машино-места от 23.02.2017, зарегистрированный Управлением Росреестра по г. Москве 27.02.2020 (спустя 3 года с даты заключения договора займа), является недействительным в силу положений ст. ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Ответчики знали о подаче заявления об оспаривании сделки в Арбитражный суд г. Москвы 20.11.2019, что подтверждается распечаткой с сайта ЕФРСБ, уведомлением судом ФИО3, подачей АО «Генбанк» самого заявления об оспаривании сделки, которое направлялось Ответчику. Кроме того, ФИО2 не проявила заботливость, разумную осмотрительность и осторожность, ей не были предприняты все разумные меры для выяснения правомочий ФИО3 на передачу в залог имущества, и отсутствие на спорное имущество возможных притязаний третьих лиц, в связи с чем его право залога не подлежит защите.


При необходимости получения дополнительной информации о спорном имуществе, о должнике, о судебных актах, вынесенных в отношении должника, получить информацию можно было при обращении к открытым официальным источникам в сети Интернет, таким как газета «Коммерсантъ» (http://www.kommersant.ru/bankruptcy/), база судебных актов «Картотека арбитражных дел», размещенная на официальном сайте Верховного суда Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru), а также в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (ЕФРСБ) (http://bankrot.fedresurs.ru).


Также сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов - в целях предотвращения возможного обращения взыскания на имущество гражданина должника и повлекло за собой уменьшение конкурсной массы должника, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов на стоимость имущества. Совершение сделки создало препятствие к удовлетворению требований кредиторов.


Лицо, имеющее намерение исполнить взятые на себя обязательства в соответствии с кредитным договором, не должно своими умышленными действиями создавать ситуацию, которая может привести к ослаблению, либо полной утрате финансовой возможности исполнить принятые на себя обязательства.


Вместе с тем, ФИО8 в период наличия обязательства перед АО «ГЕНБАНК», а также, в период подозрительности, как установлено определением Арбитражного суда г. Москвы от 28.12.2021 по делу №А40-303942/18-185-387 «Ф» ФИО8 передал ФИО3 - родной сестре на безвозмездной основе, в том числе спорное машино-место в период неплатежеспособности, установленной с судом - начиная с 21 февраля 2017 года.


Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 №10044/11 по делу №А32-26991/2009, Пленуме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 постановления N 63, пункте 10 постановления от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ). В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.


Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.


Пунктами 3, 4 ст. 1 ГК РФ закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.


Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.15 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.


Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений ст. 10 и 168 ГК РФ недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.


Указанный вывод соответствует сложившейся судебной практике применения норм статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и нашел отражение в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.11 №1795/11. Из п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23.06.15 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1-2 ст. 168 ГК РФ).


Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.


Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.


Именно нестандартный характер сделки, недоступный иным участникам рынка может свидетельствовать о фактической аффилированности должника и лица, в отношении которого совершен; сделка, что также подтверждено правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 26.05.2017 №306-ЭС 16-20056.


Как уже установлено Арбитражным судом в определении от 28.12.2021, анализ совершенных сделок Должником позволяет сделать вывод о нестандартном характере сделок наличие доверительных отношений, а именно: условия о бесплатности договоров; должник продолжает пользоваться недвижимым имуществом - проживает в квартире по адресу: <...> (в т.ч. подтверждается тем, что должник и его супруга получают заказную корреспонденцию, адресованную по названному адресу); должник и его супруга имеют фактическую регистрацию по адресу жилого помещения, в то время как обязаны по условиям договора купли-продажи обеспечить снятие с регистрационного учета (п. 6 Договора купли-продажи от 22.02.2017); отсутствие какого- либо интереса со стороны покупателю к приобретенному имуществу (ФИО3 не проживает в квартире, не пользуется машино-местом, нет подтверждения, что квартира или машино-место сдается в аренду(наем)); отсутствие фактического наличия денежных средств на руках у должника и ФИО3 в период проведения расчетов (не представлено доказательств наличия денежных средств и их движения от ФИО3 к ФИО8 и последующее их распоряжение должником (п. 26 ППВАС №35)); сделки в отношении всего имущества Должником совершены в определенно короткий период времени, а именно с февраля по март 2017 года, в то время, когда Должник прекратил расчеты с Кредитором АО «ГЕНБАНК».


Суд также установил и посчитал доказанным факт наличия аффилированности ФИО3 к Должнику ФИО8 (родные брат и сестра), и направленности заключения оспариваемых договоров на вывод имущества и передачу имущества аффилированному лицу (ФИО3) с целью невозможности обращения взыскания на него кредиторами и сохранения имущества в условиях отсутствия для Должника экономической целесообразности продажи недвижимости без фактической передачи денежных средств.


Таким образом, в связи с тем, что сделка по заключению договора купли-продажи машино-места с ФИО8 и ФИО3 уже признана судом недействительной, применены последствия ее недействительности в виде возврата имущества в конкурсную массу, то оснований для возникновения залога у ФИО2 не имеется, так как недействительная сделка не влечет юридических последствий.


В соответствии с пунктом 1 статьи 160 ГК РФ, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 ГК РФ.


Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и т.п.), и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований. Если такие последствия не предусмотрены, применяются последствия несоблюдения простой письменной формы сделки (пункт 1 статьи 162).


В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. В силу пункта 2 статьи 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.


По смыслу приведенных положений неподписание договора сторонами может свидетельствовать о несоблюдении требований к форме указанной сделки. Неподписанный договор не может являться документом, удостоверяющим волеизъявление лица.


Судом первой инстанции установлено в действиях сторон признаки злоупотребления правом.


В соответствии со ст. 421 ГК РФ заключение договора между сторонами носит свободный (диспозитивный) характер. Стороны самостоятельно определяют и отражают в договоре все необходимые условия его заключения.


Согласно ст. 209 ГК РФ собственник имущества вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации.


Законодатель раскрывает принцип свободы договора путем перечисления тех возможностей (правомочий), которыми наделены субъекты гражданского права: заключать или не заключать договор, определять вид заключаемого договора, формулировать условия договора по своему усмотрению (ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).


Следуя буквальному смыслу ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, в содержании свободы договора можно выделить три составляющих: свободу заключать или не заключать договор, свободу выбирать вид заключаемого договора (включая возможность заключения смешанного или непоименованного договора), свободу определять условия договора по своему усмотрению.


Конституционный характер свободы договора означает, что данное благо (свобода) может быть ограничено федеральным законом лишь в той мере, в какой это необходимо для защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ). Свобода договора не может быть безграничной.


Таким образом, свобода договора имеет свои пределы. Под пределами понимаются общие требования к осуществлению любого субъективного гражданского права, а именно: соблюдение прав и законных интересов третьих лиц, соблюдение публичного порядка, недопустимость злоупотребления правом. Предусмотренные законом ограничения свободы договора преследуют одну из трех целей: защита слабой стороны договора, защита интересов кредиторов либо защита публичных интересов (государства, общества).


Злоупотребление свободой договора представляет собой умышленное несоблюдение одним из контрагентов предусмотренных законом ограничений договорной свободы, повлекшее причинение ущерба другому контрагенту, третьим лицам или государству. Для злоупотребления свободой договора характерны такие признаки как: видимость легальности поведения субъекта; использование недозволенных средств и способов осуществления права (свободы); осуществление права вопреки его социальному назначению; осознание лицом незаконности своих действий (наличие умысла); причинение ущерба другим лицам вследствие совершения вышеуказанных действий.


В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.


Таким образом, злоупотребление правом представляет собой особый тип гражданского правонарушения. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что действия ответчика подпадает под понятие злоупотребление правом.


В рассматриваемом споре финансовым управляющим доказано, что действиями ответчиков, был причинен имущественный вред.


Согласно положениям ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Несоответствие сделки требованиям ст. 10 ГК РФ означает, что такая сделка, как не соответствующая требованиям закона, в силу ст. 168 ГК РФ ничтожна.


Пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено: исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.


Согласно п. 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. ст. 10, 168 ГК РФ).


Учитывая, что оспариваемые сделки не имеют разумного хозяйственного объяснения и не были направлены на достижение экономически обоснованных целей деятельности должника и ответчика, а также принимая во внимание, что действительная их воля была направлена на вывод активов должника в ущерб правам и законным интересам кредиторов должника.


Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суд Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 года «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63), наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).


При этом, стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).


Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.


Установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 года № 305-ЭС16-2411).


Исходя из правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.05.2014 №1446/14, в случаях, подобных рассматриваемому, бремя доказывания смещается: указывающий на мнимость сделок, должен представлять соответствующие доказательства, но другая сторона, настаивающая на наличии долга или обязательства, должна представить доказательства наличия реального экономического содержания сделки, а также доказательства, опровергающие доводы о заключении сделки исключительно с целью злоупотребления правом.


При этом другой стороне, настаивающей на наличие реальности обязательства, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.


Учитывая, что в назначении оспариваемого платежа, действительно, в качестве основания указан гражданско-правовой договор, однако, в распоряжении конкурсного управляющего данный документ и неотъемлемые положения к нему отсутствуют, принимая во внимание период совершения сделки, отсутствие разумных экономических мотивов совершения сделки, суд полагает указанное в назначении оспариваемого платежа основание мнимыми, а перечисление - безвозмездным, совершенным в отсутствие к тому материальных оснований.


Судом первой инстанции установлено доказанным совершение спорных сделок со злоупотреблением правом с целью причинения вреда кредиторам, в связи с чем, оспариваемая сделка также является недействительной на основании ст.10,168 ГК РФ.


При указанных обстоятельствах, судом первой инстанции правомерно установлена совокупность обстоятельств, достаточных для удовлетворения заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.


Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка недействительна с момента ее совершения. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку. Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.


В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счёт должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.I Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.


При изложенных обстоятельствах, судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что заявление финансового управляющего подлежит удовлетворению.


Признан недействительным (ничтожным) договор ипотеки помещения (залога) от 23.02.2017, заключенный между ФИО2 и ФИО3 П-ны последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующим обременения на машино-место, расположенное по адресу: <...>, общей площадью 15 кв.м., кадастровый номер: 77:01:0001082:4291.


Погашена в ЕГРН запись №77:01:0001082:4291-77/011/2020-3 от 27.02.2020 об ипотеке (залоге) залогодержателя ФИО2 в отношении указанного машино-места, расположенного по адресу: <...>, общей площадью 15 кв.м., кадастровый номер: 77:01:0001082:4291.


Суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе. Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержат.


Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 31.05.2023 г. по делу № А40-303942/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Р.Г. Нагаев

Судьи: О.В. Гажур

А.А. Дурановский





Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.