Постановление от 23 января 2024 г. по делу № А70-9582/2020

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-9582/2020
23 января 2024 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 23 января 2024 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Зориной О.В.,

судей Аристовой Е.В., Дубок О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-13659/2023) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-13660/2023) ФИО3 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 09 ноября 2023 года по делу № А70-9582/2020 (судья Квиндт Е.И.), вынесенное по заявлению финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН <***>),


при участии в судебном заседании:

финансового управляющего ФИО5 посредством системы веб-конференции лично,

от ФИО6 - посредством системы веб-конференции представителя ФИО7 по доверенности № 72 АА 1631509 от 27.01.2020 сроком действия 5 лет,

от ФИО2 - представителя ФИО8 по доверенности № 72АА 2306384 от 11.05.2022 сроком действия 3 года,

ФИО3 - представителя ФИО8 по доверенности № 72АА 2283456 от 04.07.2022 сроком действия 3 года;



установил:

решением суда от 28.07.2020 (резолютивная часть от 21.07.2020) заявление ФИО4 (далее - ФИО4, должник) признано обоснованным, ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5 (далее – ФИО5, финансовый управляющий).

Финансовый управляющий 05.04.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительным договор дарения земельного участка от 19.12.2015, заключенный между ФИО2 (далее – ФИО2) и ФИО3 (далее – ФИО3); применить последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО4 земельного участка для индивидуального жилищного строительства площадью 1 050 кв.м. по адресу Тюменская обл., г. Тюмень, р-н совхоза «Плодовый», ул. Выборгская, квартал № 3, участок № 38, кадастровый номер 72:23:0214002:55 (далее – земельный участок с кадастровым номером 72:23:0214002:55).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 23.01.2023 производство по заявлению финансового управляющего прекращено.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2023, оставленным без изменения постановлением от 11.08.2023 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, определение Арбитражного суда Тюменской области от 23.01.2023 отменено, обособленный спор направлен для рассмотрения по существу в Арбитражный суд Тюменской области.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 09.11.2023 требования финансового управляющего удовлетворены, признан недействительной сделкой договор дарения земельного участка от 19.12.2015, заключенный между ФИО2 и ФИО3, применены последствия недействительности сделки в виде возвращения в конкурсную массу ФИО4 земельного участка с кадастровым номером 72:23:0214002:55, незавершенного строительством индивидуального жилого дома площадью 388 кв.м. по адресу <...>, кадастровый номер 72:23:0214002:9851 (далее – жилой дом с кадастровым номером 72:23:0214002:9851); с ФИО2 в конкурсную массу ФИО4 взысканы судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб., с ФИО3 в конкурсную массу ФИО4 взысканы судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2, ФИО3 обратились с апелляционными жалобами, в которых просили обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего.

В обоснование своей апелляционной жалобы ее ФИО2 указала следующее:

- возврат в конкурсную массу ФИО4 жилого дома с кадастровым номером 72:23:0214002:9851, принадлежащего на праве собственности ФИО3, и никогда ранее не принадлежавшего ФИО4 и ФИО2, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 72:23:0214002:55, не представляется возможным, даже в случае наличия оснований для признания недействительным договора дарения земельного участка от 19.12.2015 между ФИО2 и ФИО3 в качестве последствий его недействительности подлежат восстановлению права и обязанности сторон по договору дарения, то есть обязанность ФИО3 передать данный земельный участок в собственность ФИО2, но не расположенное на нем строение;

- 13.09.2022 от финансового управляющего в дело поступило дополнение к заявлению, содержащее уточнение требования, согласно которому управляющий просит применить последствия недействительности спорной сделки в виде возврата в собственность ФИО4 жилого дома с кадастровым номером 72:23:0214002:9851, однако 17.09.2022 управляющий просил суд первой инстанции данное уточненное требование не рассматривать;

- суд первой инстанции необоснованно заключил, что по состоянию на дату совершения спорной сделки ФИО4 имел признаки неплатежеспособности, такие признаки у ФИО4 отсутствовали, по крайней мере, потому, что, как установлено постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2018 по делу № А70-18428/2017, на расчетный счет должника от общества с ограниченной ответственностью «МеталлСтрой» (далее – ООО «МеталлСтрой») поступили денежные средства в общей сумме 19 000 000 руб.;

- заявление о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «МеталлСтрой» в рамках дела № А70-18428/2017 было подано обществом с ограниченной ответственностью «Сибирские умельцы» (далее – ООО «Сибирские умельцы», индивидуальным предпринимателем ФИО9 (далее – ИП ФИО9), обществом с ограниченной ответственностью «Сибтрансстроймонтаж» (далее - ООО «Сибтрансстроймонтаж»), обществом с ограниченной ответственностью МК «Аскон» (далее - ООО МК «Аскон») в суд только 25.12.2017, то есть через два года после заключения спорной сделки;

- решение о привлечении ФИО4 к налоговой ответственности № 10-25/34 от 31.12.2015, на котором, в том числе, уполномоченный орган основывает свои требования к должнику в настоящем деле на сумму 2 575 695 руб. 27 коп., состоялось после совершения спорной сделки, по состоянию на дату совершения последней у должника имелась возможность погасить данное требование налогового органа, так как постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2018 по делу № А70-18428/2017 установлено, что в июне 2014 года должник располагал 36 000 000 руб., при этом соответствующая задолженность носила не накопительный характер, а состоялась по причине доначисления по одной сделке, оспаривание данного решения длилось более трех лет, и постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2016 по делу № А70-5554/2016 оно было признано незаконным;

- суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу о том, что на дату совершения спорной сделки у ФИО4 имелись неисполненные обязательства перед ФИО10 (далее – ФИО10) и Банком ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – Банк ВТБ (ПАО));

- суд первой инстанции необоснованно заключил, что спорная сделка совершена сторонами со злоупотреблением правом.

ФИО3 в обоснование своей апелляционной жалобы указала следующее:

- вопреки указаниям, содержащимся в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11.08.2023 по настоящему делу, при рассмотрении настоящего спора по существу суд первой инстанции не установил факт наличия (отсутствия) единой цепочки сделок (договора дарения и брачного договора между бывшими супругами ФИО4 и ФИО2) по выводу активов должника из-под обращения взыскания на них кредиторами;

- само по себе существование брачного договора между бывшими супругами ФИО4 и ФИО2 и спорной сделки по дарению земельного участка, как и признание их недействительными, не означает, что указанные сделки составляют единую цепочку, происхождение средств, на которые был приобретен земельный участок, деньги, на которые на земельном участке велось строительство, а также имущество, отошедшее ФИО2 по брачному договору, ни в одном своем звене не связаны с возникновением задолженности у ФИО4;

- у суда первой инстанции отсутствовали основания для вывода о мнимости спорного договора, поскольку в деле не имеется доказательств того, что, заключая данный договор, ФИО2 и ФИО3 не имели воли на передачу составляющего его предмет имущества в дар и на его получение в дар соответственно;

- спорная сделка совершена за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), то обстоятельство, что пороки данной сделки выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, из дела не следует, а потому спорная сделка не подлежит признанию недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ);

- на дату совершения спорной сделки у ФИО4 отсутствовали признаки неплатежеспособности.

Оспаривая доводы апелляционных жалоб, конкурсный кредитор ФИО6 (далее – ФИО6), финансовый управляющий представили отзывы, в которых просили обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В связи с удовлетворением ходатайства финансового управляющего, ФИО6 об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции заседание суда апелляционной инстанции 16.01.2024 проведено с применением данной системы (https://kad.arbitr.ru/).

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2, ФИО3 ФИО8 поддержала доводы, изложенные в апелляционных жалобах, указала, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просила его отменить, апелляционные жалобы – удовлетворить.

Финансовый управляющий, представитель ФИО6 ФИО7 указали, что считают доводы, изложенные в апелляционных жалобах, несостоятельными, поддержали доводы, изложенные в отзывах на апелляционные жалобы, просили оставить определение без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения, считая определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционных жалоб в соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционные жалобы рассмотрены в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, апелляционные жалобы, отзывы на них, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по настоящему делу.

Как следует из материалов дела, 19.12.2015 между ФИО2 (даритель) и ФИО3, действующей с согласия ФИО4 (одаряемый), был заключен договор дарения объекта недвижимости - земельного участка с кадастровым номером 72:23:0214002:55 (том 13, лист дела 10).

Переход права собственности на земельный участок с кадастровым номером 72:23:0214002:55 от ФИО2 к ФИО3 зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Тюменской области 11.01.2016 (том 13, лист дела 8).

Полагая, что данная сделка совершена сторонами со злоупотреблением правом, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании ее недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Впоследствии доводы были дополнены ссылкой на мнимый характер сделки.

Удовлетворяя требования финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из следующего:

- на дату совершения спорной сделки ФИО2 и ФИО4 находились в зарегистрированном браке, что подтверждается свидетельством серии <...>, (том 13, лист дела 11), составляющее предмет спорной сделки имущество находилось в их совместной собственности (статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ));

- дарение спорного имущества ФИО2 в пользу ФИО3 получило завершение с момента внесения в Единый государственный реестр недвижимости регистрационной записи на полный имущественный комплекс, составляющий земельный участок с кадастровым номером 72:23:0214002:55, жилой дом с кадастровым номером 72:23:0214002:9851, то есть 18.01.2017, по состоянию на данную дату у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами (в частности перед открытым акционерным обществом «Ханты-Мансийский Банк», Банком ВТБ (ПАО), ФИО10);

- основанием для установления в реестре задолженности ФИО4 перед кредиторами ФИО9 (сумма 947 091 руб.), ИП ФИО11 (сумма 1 538 700 руб.), ФИО6 (сумма 1 620 095 руб. 19 коп.) являются вступившие в законную силу судебные акты: постановление от 22.10.2018 и дополнительное постановление от 10.12.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда, оставленные без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.02.2019 по делу № А70-18428/2017, которыми ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «МеталлСтрой» в связи с осуществлением данным обществом в период с мая 2014 года по январь 2015 года вывода на ФИО4 денежных средств, в результате которого наступило банкротство ООО «МеталлСтрой», данные обстоятельства имели место на дату заключения спорной сделки;

- по итогам проведенной в 2015 году налоговой проверки в отношении должника ИФНС России по г. Тюмени № 1 был составлен акт выездной налоговой проверки от 19.11.2015, ею принято решение № 10-25/34 от 31.12.2015 о привлечении должника к налоговой ответственности, которое состоялось до даты заключения спорной сделки и на котором, в том числе, уполномоченный орган основывает свои требования к ФИО4, заявленные в настоящем деле;

- на дату совершения спорной сделки на земельном участке с кадастровым номером 72:23:0214002:55 был возведен жилой дом с кадастровым номером 72:23:0214002:9851, который после совершения спорной сделки был зарегистрирован на ФИО3 и фактически был отчужден ФИО2 в пользу ФИО3 по спорному договору вместе с земельным участком;

- представляется непоследовательным намерение супругов Л-вых улучшить на перспективу жилищные условия младшей дочери ФИО3 (которой на момент совершения оспариваемой сделки было 15 лет) в отсутствие какой-либо аналогичной материальной поддержки в отношении старшей дочери, имевшей в силу возраста очевидно более высокие перспективы для использования земельного участка с расположенным на нем жилым домой по назначению, равно как и отсутствие действий по дарению соответствующего объекта обоим дочерям на условиях равенства;

- собственное намерение на ведение самостоятельного хозяйства в жилом доме с кадастровым номером 72:23:0214002:9851 и наличие у нее финансовой возможности нести расходы на строительство жилого дома с кадастровым номером 72:23:0214002:9851, на введение в эксплуатацию, намерение дальнейшего самостоятельного использования объекта недвижимости площадью 388 кв.м, намерение на самостоятельное приобретение газового оборудования и оплату услуг по его монтажу на объекте ФИО3 не подтверждены;

- обстоятельства, при которых жилой дом с кадастровым номером 72:23:0214002:9851, существовавший на подаренном ФИО3 на момент оформления оспариваемой сделки земельном участке с кадастровым номером 72:23:0214002:55, не получил отражение в спорном договоре дарения, не раскрыты;

- стороны оспариваемой сделки являются заинтересованными по отношению друг к другу и к должнику лицами, так, ФИО2 является бывшей супругой ФИО4 и матерью ФИО3, которая приходится должнику дочерью.

В связи с изложенным суд первой инстанции заключил, что стороны оспариваемой сделки не имели намерения на ее исполнение, их действия носили формальный характер, целью совершения спорной сделки был вывод имущества должника, направленный на недопущение обращения на него взыскания по требованиям кредиторов, что свидетельствует о наличии у спорной сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, предусмотренной пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также о том, что данная сделка совершена со злоупотреблением правом и является мнимой.

Суд первой инстанции признал договор дарения земельного участка от 19.12.2015, заключенный между ФИО2 и ФИО3, недействительной сделкой на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ и применил последствия недействительности сделки в виде возвращения в конкурсную массу ФИО4 земельного участка с кадастровым номером 72:23:0214002:55, незавершенного строительством индивидуального жилого дома с кадастровым номером 72:23:0214002:9851.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что спорная сделка совершена ее сторонами в целях его сокрытия имущества от обращения по обязательствам ФИО4, в связи с чем таковая имеет признаки мнимой сделкии подлежит признанию недействительной на основании статьи 170 ГК РФ.

Согласно доводам заявителей апелляционных жалоб на дату совершения спорной сделки у ФИО4 отсутствовали неисполненные обязательства перед кредиторами, а значит, и признаки неплатежеспособности.

В связи с этим, по мнению ответчиков, нет оснований считать, что спорная сделка совершена с целью сокрытия составляющего ее предмет имущества от обращения взыскания по требованиям кредиторов ФИО4, то есть с целью причинения вреда их имущественным правам.

Между тем, как следует из материалов настоящего дела, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2018 и его дополнительным постановлением от 10.12.2018, оставленными без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.02.2019 по делу № А70-18428/2017, ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам подконтрольного ему ООО «МеталлСтрой» на сумму 4 056 602 руб. 73 коп. на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в связи с доведением им данного общества до банкротства в результате выведения ООО «МеталлСтрой» на ФИО4 денежных средств под видом возврата займов.

Данным постановлением установлено, что перечисление денежных средств ООО «МеталлСтрой» ФИО4 причинило вред его кредиторам, поскольку выведя денежные средства на себя в количестве, достаточном для удовлетворения требований истцов, в условиях недостаточности денежных средств для расчетов одновременно с собой и внешними кредиторами ФИО4 сделал невозможным погашение требований независимых внешних кредиторов и создал у ООО «МеталлСтрой» признаки объективного банкротства.

Поскольку действия, в связи с совершением которых ФИО4 был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «МеталлСтрой» на сумму 4 056 602 руб. 73 коп., имели место в период с мая 2014 года по январь 2015 года, обязанность нести указанную ответственность возникла у должника в 2014-2015 годах.

Следовательно, по состоянию на дату совершения спорной сделки (11.01.2016 – дата регистрации перехода права собственности на земельный участок с кадастровым номером 72:23:0214002:55 от ФИО2 к ФИО3) ФИО4 знал о факте причинения им вреда кредиторам подконтрольного ему ООО «МеталлСтрой» и о наличии оснований для предъявления к нему требования о привлечении к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

Кроме того, в настоящем случае необходимо учитывать, что, как указано кредитором ФИО6 в отзыве от 09.08.2022 и в дополнениях к нему от 29.11.2022, подтверждается материалами дела и не опровергнуто ответчиками, в 2014 году супруги ФИО4 и ФИО2 продали принадлежавшую им на праве совместной собственности производственную базу в <...> которая была оформлена на ФИО4

В июне 2014 года на вырученные от продажи данной базы денежные средства ФИО2 приобрела по договору купли-продажи земельного участка от 09.07.2014 (том 13, лист дела 9) у ФИО12 (далее – ФИО12) спорный земельный участок.

В сентябре 2014 года у ФИО4 возникла обязанность уплатить налог на добавленную стоимость (далее – НДС) в связи с продажей производственной базы в <...> в размере 10 256 760 руб.

В январе-апреле 2015 года у должника возникла обязанность уплатить налог на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) со сделки по купле-продаже указанной базы.

В апреле-июле 2015 года состоялась неудачная попытка ФИО4 не уплачивать НДФЛ со сделки по купле-продаже указанной базы в полном объеме с применением налогового вычета (как на физическое лицо, не имеющее статус индивидуального предпринимателя, который был прекращен должником в июне 2014 года). Впоследствии данный налог был уплачен должником полностью.

При этом из судебных актов по делу № А70-5554/2016 следует, что в конце 2015 года налоговым органом была проведена выездная налоговая проверка ИП ФИО4 по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов, по результатам которой составлен акт выездной налоговой проверки № 10-24/28 от 19.11.2015.

По итогам рассмотрения данного акта решением ИФНС по г. Тюмени № 1 № 10-25/34 от 31.12.2015 (том 19, лист дела 99) ИП ФИО4 был привлечен к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неуплату НДС в виде штрафа в размере 1 025 676 руб., по пункту 1 статьи 119 НК РФ в виде штрафа в размере 1 538 514 руб., по пункту 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа в размере 4 200 руб., ФИО4 предложено уплатить недоимку по налогам в общей сумме 10 262 160 руб., а также пени за несвоевременную уплату налогов в сумме 1 402 206 руб. 49 коп.

При этом в декабре 2015 года (то есть накануне вынесения налоговым органом указанного решения) стороны подписали спорный договор дарения от 19.12.2015, по которому ФИО2 подарила ФИО3, действовавшей с согласия ФИО4, спорное недвижимое имущество, находившееся в совместной собственности ФИО4 и ФИО2

Приведенные обстоятельства в их совокупности, как верно указывает ФИО6, свидетельствуют о наличии оснований считать, что с целью избежать уплаты НДС от сделки по продаже производственной базы ФИО4 в июне 2014 года прекратил свой статус индивидуального предпринимателя, продал коммерческий объект как физическое лицо с целью сэкономить на налогах и уплатить только НДФЛ.

Не согласившись с решением ИФНС по г. Тюмени № 1 № 10-25/34 от 31.12.2015, ИП ФИО4 обжаловал его в Управление Федеральной налоговой службы по Тюменской области. По результатам рассмотрения жалобы вышестоящим налоговым органом было вынесено решение № 178 от 14.04.2016 (том 13, лист дела 99), которым жалоба ИП ФИО4 оставлена без удовлетворения.

Полагая, что данное решение частично не соответствует закону, нарушает его права и законные интересы, ИП ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его незаконным.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 18.07.2016 по делу № А70-5554/2016 требования ИП ФИО4 удовлетворены частично, решение ИФНС по г. Тюмени № 1 № 10-25/34 от 31.12.2015 признано недействительным и несоответствующим НК РФ в части привлечения ИП ФИО4 к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ за неуплату НДС в виде штрафа в размере 1 025 676 руб., по пункту 1 статьи 119 НК РФ в виде штрафа в размере 1 538 514 руб., по пункту 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа в размере 4 200 руб., начисления пени за несвоевременную уплату НДС в размере 1 401 842 руб. 67 коп., на ИФНС по г. Тюмени возложена обязанность исключить из состава задолженности ФИО4 суммы штрафов и пени, указанные в признанной недействительной части решения, после получения судебного акта, в удовлетворении требований ФИО4 в оставшейся части отказано.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2016 решение Арбитражного суда Тюменской области от 18.07.2016 по делу № А70-5554/2016 изменено, решение ИФНС по г. Тюмени № 1 № 10-25/34 от 31.12.2015 признано недействительным и несоответствующим НК РФ в части доначисления НДС в размере 10 256 760 руб., начисления пени за несвоевременную уплату НДС в размере 1 401 842 руб. 67 коп., привлечения к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ за неуплату НДС в виде штрафа в размере 1 025 676 руб., по пункту 1 статьи 119 НК РФ в виде штрафа в размере 1 538 514 руб., по пункту 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа в размере 4 200 руб.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 20.01.2017 постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2016 по делу № А70-5554/2016 о признании решения ИФНС по г. Тюмени № 1 № 10-25/34 от 31.12.2015 недействительным и несоответствующим НК РФ в части доначисления НДС в размере 10 256 760 руб., пени за несвоевременную уплату НДС в размере 1 401 842 руб. 67 коп., привлечения к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ за неуплату НДС в виде штрафа в размере 1 025 676 руб., по пункту 1 статьи 119 НК РФ в виде штрафа в размере 1 538 514 руб. отменено; по эпизоду доначисления НДС в размере 10 256 760 руб. оставлено в силе решение суда первой инстанции, по эпизоду начисления пени за несвоевременную уплату НДС, привлечения к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ за неуплату НДС, по пункту 1 статьи 119 НГК РФ принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ИП ФИО4, в остальной части оставлено в силе постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2016.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.10.2020 по настоящему делу возникшие, в том числе, в связи с привлечением ФИО4 к ответственности за совершение налогового правонарушения решением ИФНС России по г. Тюмени № 1 № 10-25/34 от 31.12.2015, требования уполномоченного органа в размере 784 руб. основного долга, 38 289 руб. 45 коп. пени, 2 536 621 руб. 82 коп. штрафа включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4 и до настоящего времени не погашены.

Суд апелляционной инстанции считает, что приведенные обстоятельства, надлежащим образом не опровергнутые ответчиками, свидетельствуют о том, что что действия ФИО2 и ФИО3 по совершению спорной сделки с находившемся в совместной собственности супругов ФИО4 и ФИО2 недвижимым имуществом были совершены по той причине, что ФИО4 и ФИО2 знали о риске обращения взыскания на принадлежащее им имущество в связи с совершением ФИО4 действий, причинивших убытки подконтрольному ему ООО «МеталлСтрой», а также риска привлечения должника к налоговой ответственности, доначисления налога, а потому явно и очевидно стали совершать действия по его сокрытию от обращения взыскания на общее имущество на случай предъявления к ним соответствующих требований.

Согласно доводам ФИО2 и ФИО3 спорный земельный участок был приобретен ФИО2 за счет ее личных денежных средств.

Так, в 2014 году супруги ФИО4 и ФИО2 продали принадлежавшую им на праве совместной собственности производственную базу в <...> которая была оформлена на ФИО4

Полученные от продажи данного имущества денежные средства в сумме 56 000 000 руб. супруги ФИО4 и ФИО2 сразу после такой продажи разделили между собой, определив ФИО4 36 000 000 руб., ФИО2 – 20 000 000 руб.

На эти денежные средства (в сумме 20 000 000 руб.) ФИО2 впоследствии по договору купли-продажи земельного участка от 09.07.2014 приобрела у ФИО12 спорный земельный участок и осуществила строительство на нем к 2015 году спорного жилого дома.

Ответчики считают, что в связи с приведенными обстоятельствами спорное имущество полностью поступило в собственность ФИО2, не имело никакого отношения к имущественной массе ФИО4 и было правомерно отчуждено ФИО2 по спорному договору дарения в пользу ФИО3

Между тем, принимая во внимание существо законного режима имущества супругов (статья 34 СК РФ), который презюмирует поступление всего имущества, приобретенного супругами после заключения брака (за исключением указанного в законе), в их совместную собственность, до изменения ФИО4 и ФИО2 режима посредством заключения брачного договора (глава 8 СК РФ) либо раздела совместного имущества в установленном статьей 38 СК РФ порядке каждый из них не имел права при совершении ими сделок (в том числе спорной сделки) исходить из раздельного характера их собственности, о котором они договорились между собой неюридическим способом.

ФИО2, в частности, не вправе ссылаться на то, что при разделе общих денежных средств она оставила супругу достаточно для погашения его долгов, поскольку она продолжала нести риски расходования этих денежных средств супругом не на оговоренные цели, к тому же такой негласный раздел не имел никаких правовых последствий.

В связи с этим суд апелляционной инстанции отклоняет доводы заявителей апелляционных жалоб в рассматриваемой части.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе также указывает, что жилой дом с кадастровым номером 72:23:0214002:9851, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 72:23:0214002:55, никогда ранее не принадлежал ФИО4 и ФИО2, после его возведения был зарегистрирован на ФИО3, принадлежит на праве собственности ФИО3 и предмет оспариваемой управляющим сделки не составляет.

Требование о применении последствий недействительности спорной сделки в виде передачи данного жилого дома в конкурсную массу ФИО4, заявленное финансовым управляющим в дополнении к заявлению от 13.09.2022, управляющий впоследствии не поддержал (что следует из его ходатайства от 17.09.2022).

А потому, по мнению ФИО2, у суда первой инстанции не имелось оснований для применения последствий недействительности спорной сделки в виде возврата в собственность ФИО4 жилого дома с кадастровым номером 72:23:0214002:9851.

Между тем, как верно установил суд первой инстанции, работы по возведению объекта недвижимости (жилого дома) на спорном земельном участке, который был поставлен 18.01.2017 на регистрационный учет в качестве объекта незавершенного строительства с обозначением в качестве его титульного владельца ФИО3 (том 13, лист дела 33), осуществлялись с августа 2014 года (договор подряда № 18 от 13.08.2014 между ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «СибСтройТех» (том 13, лист дела 82)).

Согласно не оспоренному утверждению участников обособленного спора к моменту оформления оспариваемого договора дарения (к декабрю 2015 года) данный жилой дом был возведен в виде самостоятельного жилого строения, однако не был введен в эксплуатацию.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что пунктом 2 статьи 263 ГК РФ установлены принципы так называемого «горизонтального разделения», то есть юридического отделения постройки от участка, на котором она возведена (например, ФИО13 Земельный участок с постройками на нем // СПС Консультант плюс).

А именно: «если иное не предусмотрено законом или договором, собственник земельного участка приобретает право собственности на здание, сооружение и иное недвижимое имущество, возведенное или созданное им для себя на принадлежащем ему участке».

Таким образом, правом на «горизонтальное разделение» (путем государственной регистрации права собственности на законно возведенную постройку) обладает исключительно собственник земельного участка. «Горизонтальное разделение» считается состоявшимся с момента государственной регистрации в реестре права собственности собственника участка на постройку (статья 219 ГК РФ); до этого момента постройка является составной частью земельного участка.

Согласно пункту 7 информационного письма Президиума ВАС РФ от 15.01.2013 № 153 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения» возведенное на земельном участке здание является по существу составной частью земельного участка в том случае, если право собственности как на вновь созданный объект недвижимости в самостоятельном порядке не зарегистрировано.

То есть до тех пор, пока не осуществлено так называемое «горизонтальное разделение» спорного земельного участка и расположенных на нем построек, последние, расположенные на таком земельном участке, не могут являться самостоятельными вещами и выступать в таком качестве в гражданском обороте, то есть являться объектами собственности.

Учитывая, что по состоянию на дату подписания спорного договора (19.12.2015) и осуществления государственной регистрации перехода права собственности на спорный земельный участок к ФИО3 жилой дом с кадастровым номером 72:23:0214002:9851 уже был возведен (в 2015 году), однако право собственности на него зарегистрировано не было, по состоянию на указанную дату жилой дом являлся составной частью земельного участка с кадастровым номером 72:23:0214002:55.

Последующая регистрация никак не влияет на объем фактически переданного по договору, не изменяет физической сути переданного.

Тем более это верно для мнимой сделки, по которой фактическая передача по сделке вообще не осуществляется, соответственно регистрация строения номинальным собственником не изменяет наличия контроля прежнего собственника как над прежней вещью, так и на вновь введенной в оборот вещью.

Возврату подлежит все переданное по недействительной сделке, поэтому ФИО3 не вправе оставить за собой незавершенный строительством дом, в отношении которого она, будучи зарегистрированным номинальным собственником осуществила «горизонтальное разделение».

В связи с этим суд первой инстанции правильно применил последствия недействительности спорной сделки в виде возвращения в конкурсную массу ФИО4 жилого дома с кадастровым номером 72:23:0214002:9851 вне зависимости от того, какие последствия просил применить финансовый управляющий (пункт 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Доводы ФИО3 о том, что спорная сделка совершена за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отклоняются судом апелляционной инстанции как не способные повлиять на итог рассмотрения настоящего спора в связи с верно установленными судом первой инстанции обстоятельствами совершения сторонами мнимой сделки.

В отношении мнимой сделки период подозрительности, установленный законом для фраудаторной сделки, не действует.

Ссылка на то, что суд первой инстанции не установил факт наличия (отсутствия) единой цепочки сделок (договора дарения и брачного договора между супругами ФИО4 и ФИО2) по выводу активов должника, брачный договор между супругами ФИО4 и ФИО2 и спорная сделка такую цепочку сделок не составляют, отклоняются судом апелляционной инстанции как не способные повлиять на итог рассмотрения настоящего спора.

В данном случае сама по себе спорная сделка причинила вред кредиторам должника.

Суд первой инстанции правильно оценил приведенные в судебном акте обстоятельства отсутствия у спорной сделки реальной цели отчуждения имущества.

Имущество осталось под контролем ФИО2, обратное из материалов дела не следует.

Осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ (абзац 3 пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

При этом вывод, касающийся второй дочери, сделан судом именно в контексте оценки мнимого характера сделки с точки зрения обычного и разумного поведения участников оборота, а не в качестве навязывания участникам спора своего представления о справедливости (как на то указала ФИО3 в своей апелляционной жалобе.

Какие-либо иные доводы в апелляционных жалобах ФИО3 и ФИО2 не содержатся.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Расходы по уплате государственной пошлины при подаче апелляционных жалоб в связи с отказом в их удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателей жалоб.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 09 ноября 2023 года по делу № А70-9582/2020 (судья Квиндт Е.И.), вынесенное по заявлению финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН <***>), оставить без изменения, апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-13659/2023) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-13660/2023) ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».


Председательствующий


О.В. Зорина

Судьи


Е.В. Аристова

О.В. Дубок