Постановление от 30 мая 2022 г. по делу № А07-29913/2020

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-5088/2022
г. Челябинск
30 мая 2022 года
Дело № А07-29913/2020



Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 мая 2022 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ширяевой Е.В.,

судей Баканова В.В., Лукьяновой М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «МНКТ» на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.03.2022 по делу № А07- 29913/2020.


В судебном заседании, проведенном с использованием систем видеоконференц-связи, принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Башнефть-добыча» - ФИО2 (паспорт, доверенность б/н от 19.11.2021 сроком действия на 1 год, диплом).

В судебном заседании Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда приняла участие представитель публичного акционерного общества «Транснефть» - ФИО3 (паспорт, доверенность № 63 от 06.06.2019 сроком действия на три года, свидетельство о заключении брака, диплом).


Общества с ограниченной ответственностью «МНКТ» (далее – ООО «МНКТ», истец, податель апелляционной жалобы) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Башнефть-добыча» (далее – ООО «Башнефть-добыча», ответчик) о взыскании 2 107 руб. 90 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 26.02.2020 по 27.07.2021, 8 286 000 руб. убытков в виде расходов на оплату штрафов (с учетом уточнений исковых требований, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «Транснефть» (далее – третье лицо, ПАО «Транснефть»).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.03.2022 исковые требования ООО «МНКТ» удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано 2 107 руб. 90 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 16 руб. расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано (т.14, л.д. 18-39).

Не согласившись с принятым решением, ООО «МНКТ» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ООО «МНКТ» сослалось на то, что договором предусмотрена приемка ответчиком не товарной нефти, а сырой нефти, на которую не распространяются требования ГОСТ Р 51858-2002. Государственный стандарт Российской Федерации. Нефть. Общие технические условия»; суд необоснованно установил изменение договора путем применения требований по ХОС, предусмотренных ТР ЕАЭС 045 2017; в договоре и законодательстве отсутствует такое основание остановки ответчиком приема сырой нефти истца, как превышение уровня ХОС.

По мнению апеллянта, вывод суда первой инстанции об обязанности истца сдавать нефть ответчику соответствующую определенным показателям ХОС является необоснованным.

Как отмечает истец, анализ на содержание ХОС не был предусмотрен паспортом на ПСП СИКНС ООО «МНКТ». Податель жалобы полагает необоснованными выводы суда о том, что нарушение истцом требований к качеству сдаваемой ответчику нефти подтверждается исходящими от самого истца документами.

По мнению подателя жалобы, им в полном объеме выполнен план мероприятий, который при этом не изменяет договор и не является для истца обязательным, а суд не дал оценки представленным доказательствам.

Согласно позиции истца, у ответчика отсутствовало право на приостановление исполнения обязательства по приему нефти у истца.

Апеллянт указал на то, что суд не дал оценки недобросовестному поведению со стороны ответчика.

Истец обращает внимание на то, что суд первой инстанции, принимая решение об отказе в исковых требованиях истца, опирается и берет за основу необоснованное решение по делу № А07-4129/2020, тогда как решение по делу № А07-4129/2020 вынесено с многочисленными нарушениями, без оценки недобросовестного поведения со стороны ответчика, без оценки документальным подтверждениям доводов со стороны истца, игнорируя доказательства, имеющиеся в материалах дела.

От ООО «МНКТ» 19.05.2022 (вх. №25288) поступило ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе и отложении судебного заседания до вступления в законную силу итогового судебного акта по делу №А07-4129/2020.

На данное ходатайство 24.05.2022 (вх. №26151) ООО «Башнефть-добыча» представило на обозрение суда сведения о результатах рассмотрения кассационной жалобы ООО «МНКТ» в Верховном суде Российской Федерации по делу №А07-4129/2020, а именно об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного суда Российской Федерации.

В силу пункта 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Проанализировав заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отказе в его удовлетворении, ввиду вышеприведенных обстоятельств.

Также от ООО «Башнефть-добыча» 11.05.2022 (вх. №23531) поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором истец просил отклонить изложенные в ней доводы, полагая их несостоятельными. Отзыв приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители ответчика и третьего лица высказали свою позицию относительно доводов, заявленных в апелляционной жалобе.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом; в судебное заседание истец своего представителя не направил, в связи с чем заседание проведено в его отсутствие в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между ООО «МНКТ» и ООО «Башнефть-добыча» заключен договор от 23.08.2018 № БНД/у/8/580/18/ПСНГ на оказание услуг по приему, подготовке, транспортировке и сдаче товарной нефти в систему магистральных нефтепроводов (далее - МН или система МН) ПАО «Транснефть» (т. 1, л.д. 143-145, т. 2, л.д. 1-71).

Собственником сырой нефти, сданной на подготовку ответчику, являлся истец (пункт 1.2. договора).

Срок оказания услуг с 01.01.2019 по 31.12.2019 (пункт 1.3. договора).

Объемы передачи истцом сырой нефти ответчику установлены в приложении № 1 к договору (пункт 2.1. договора).

Общая сумма договора ориентировочно составляет 117 228 903 руб. 04 коп. Точная стоимость услуг определяется на основании ежесуточных актов приема-сдачи нефти за месяц и прейскуранта цен на услуги по приемке, транспортировке и сдаче нефти, действующего в период оказания услуг (пункт 2.2. договора).

Количество сданной на подготовку нефти оформлялось актами приема-сдачи нефти ежесуточно (приложение № 3 к договору) в соответствии с «Регламентом взаимоотношений между ООО «Башнефть-Добыча» и ООО «МНКТ» по приему нефти на ПСП ООО «МНКТ» при УПС «Исанбай» с приложениями № 1 и № 2 с приложением паспорта качества нефти (приложение № 2 к договору) (пункт 2.4. договора).

Сдача товарной нефти истца в систему МН ПАО «Транснефть» производилась с приемо-сдаточного пункта «Чекмагуш» (ППСН «Чекмагуш») ответчика ежедневно (пункт 2.9. договора).

Взаимные права и обязанности исполнения договора помимо указанного договора стороны урегулировали в:

- регламенте взаимоотношений по приему нефти (далее - Регламент), основание применения - пункт 2.4 договора, приложение № 6 к договору (т. 2, л.д. 7-63);

- инструкции по эксплуатации системы измерений количества и параметров нефти сырой (далее - инструкция по эксплуатации (т. 6, л.д. 26-162), основание применения - пункт 2.13 договора.

Поток нефти истца по напорному трубопроводу поступал в принадлежащий ему пункт сдачи нефти и принимался ответчиком на принадлежащей ему установке предварительного сброса пластовой воды (УПС) «Исанбай» (пункт 2.2.1 инструкции по эксплуатации).

Пункт сдачи нефти (ПСН) истца являлся объектом цеха добычи нефти и газа, располагался рядом с УПС «Исанбай» ответчика и организован на базе системы измерения количества и параметров нефти сырой (СИКНС) (пункт 1 Паспорта пункта сдачи нефти СИКНС (далее - Паспорт ПСН (т.9, л.д. 30-34)).

СИКНС истца предназначена для измерения количества и показателей качества нефти сырой при ведении учетно-расчетных операций между истцом и ответчиком (пункт 2.1. Регламента, пункт 2.1.1 Инструкции по эксплуатации, пункт 1 Паспорта ПСН).

Поток нефти истца после прохождения СИКНС поступал в трубопровод ответчика УПС «Исанбай» - НСП «Телепаново», где смешивался с собственной нефтью ответчика (пункт 2.2.1 Инструкции по эксплуатации).

Полученная масса нефти проходила подготовку для ее сдачи в систему МН ПАО «Транснефть», после чего перекачивалась в пункт приема-сдачи нефти «Чекмагуш» ответчика (пункт 2.2.1 Инструкции по эксплуатации, пункт 2 Паспорта ПСН).

Для контроля качества сдаваемой истцом нефти отбирались ежедневные пробы (пункт 2.5. договора).

Нефть истца при прохождении СИКНС разделялась на два потока, при этом часть потока нефти поступала на блок отбора проб нефти, состоящий из двух автоматических пробоотборников и ручного пробоотборника (пункт 2.2.1 Инструкции по эксплуатации).

Автоматический пробоотборник при заданной планируемой суточной массе сдаваемой нефти набирал определенное количество точечных (единичных) проб в единую емкость, получая объединенную суточную пробу (пункт 4.4.1. Регламента, пункт 4.2. Инструкции по эксплуатации).

Анализы качества нефти истца проводились в аккредитованной химико-аналитической лаборатории (далее - ХАЛ) ППСН «Чекмагуш» ответчика путем лабораторного анализа пробы нефти (пункт 2.15 Договора, пункт 2.1.4 Инструкции по эксплуатации, пункт 5 Паспорта ПСН, пункт 4.4.1 Регламента), для чего истец ежесуточно доставлял отобранные автоматическим пробоотборником пробы в ХАЛ ППСН «Чекмагуш» (пункт 2.6. Договора, пункт 2.1.4 Инструкции по эксплуатации).

Полученную объединенную пробу делили на две равные части, одна из которых анализировалась для определения показателей качества нефти, а вторая подлежала хранению в течение 25 дней на случай разногласий в оценке качества нефти (арбитражная проба) (пункт 4.4.3 Регламента, пункт 4.2.2. Инструкции по эксплуатации).

Анализ проб сдаваемой нефти согласно пункту 2.6. договора должен производиться лаборантом истца в лаборатории ответчика (ХАЛ ППСН «Чекмагуш») в присутствии представителей ответчика.

В соответствии с пунктом 2.15 договора сдача нефти на подготовку по СИКНС производится с содержанием воды до 5% и механических примесей до 0,05%. Качество нефти определяется в аккредитованной химико-аналитической лаборатории на пункте приема сдачи нефти «Чекмагуш».

Дополнительным соглашением от 25.07.2019 № 2 (т. 2, л.д. 74-93) стороны внесли изменения в пункт 2.1.5 договора, в соответствии с которым сдача нефти на подготовку по СИКНС производится с содержанием воды до 5%, механических примесей до 0.05%, и массовой доли органических хлоридов до 6 ppm во фракции нефти, выкипающей до температуры 204 С.

При обнаружении нарушений при приеме нефти согласно регламенту и другим нормативным документам, определяющим порядок измерений и учета нефти, с целью защиты интересов ответчика производится приостановка приема нефти до устранения выявленных нарушений (пункт 2.16 договора).

Истец обеспечивает доступ представителей ответчика на пункт приема-сдачи нефти для осуществления контроля за состоянием и применением средств и СИКНС, проверку ведения учетно-расчетных операций, а также за соблюдением показателей качества нефти (пункт 2.17 договора).

В рамках исполнения договора в июне - июле 2019 ответчиком выявлены факты превышения нормативного содержания хлорорганических соединений (далее - ХОС) в сдаваемой нефти истца.

По результатам анализа испытаний декадной накопительной пробы нефти истца за период с 05.06.2019 по 14.06.2019 ответчиком выявлено превышение ХОС в нефти до уровня 10.9 ppm, превышающего установленный пунктом 4.4. ГОСТ Р 51858-2002 предельный уровень 10 ppm (протокол испытания нефти от 17.06.2019 (т. 7, л.д. 49).

В письме от 18.06.2019 № 8022-06/101 (т. 7, л.д. 50) ответчик уведомил истца о превышении содержания ХОС, просил организовать мероприятия, обеспечивающие исключение использования в производстве ХОС.

В письме от 25.06.2019 исх. № 0652МНИСХ (т. 7, л.д. 51) истец сообщил, что выражает свое сожаление и глубокую обеспокоенность в связи со сложившейся ситуацией; по данному инциденту проводятся мероприятия по расследованию причин и устранению превышения показателей качества нефти, согласовывает нормативные показатели сдаваемой на подготовку нефти по содержанию органических хлоридов (не более 6 млн 1 ppm) на основании требований Технического регламента Евразийского экономического союза «О безопасности нефти, подготовленной к транспортировке и (или) использованию» (ТР ЕАЭС 045/2017) и просит направить дополнительное соглашение по внесению изменений к договору.

По результатам анализа испытаний следующей декадной накопительной пробы нефти истца за период с 15.06.2019 по 24.06.2019 (протокол от 25.06.2019 (т. 7, л.д. 52) ответчиком выявлено содержание ХОС в размере 17,1 ppm.

При анализе суточной пробы 30.06.2019 за 29.06.2019 установлено превышение содержания ХОС в нефти истца 19.0 ppm (протокол от 30.06.2019 (т. 7, л.д. 54)).

В связи с ухудшением качества сдаваемой нефти истца, в соответствии с положениями пунктов 2.3., 2.16 договора ответчик приостановил прием нефти истца до устранения нарушений, уведомив об этом телефонограммой от 30.06.2019 (т. 7, л.д. 55).

В письме от 30.06.2019 (т. 5, л.д. 27) истец просил ответчика согласовать проведение анализов точечных и арбитражных проб в независимых лабораториях с участием представителей ответчика или в других аккредитованных лабораториях ответчика; просил согласовать 01.07.2019 допуск представителей истца в ХАЛ ППСН «Чекмагуш» для наблюдения проведения анализа наличия ХОС.

Истец в письме от 01.07.2019 (т. 7, л.д. 56) сообщил, что в рамках взятых на себя обязательств по непревышению ХОС истец провел мероприятия с целью исключения риска воздействия химических реагентов на образование ХОС - приостановил все точки подачи ингибитора коррозии; отобрал пробы нефти со всех ГЗУ и провел анализы на содержание ХОС; остановил скважины с повышенным содержанием ХОС; провел работы по мониторингу и выявлению скважин с высоким содержанием ХОС. Истец просил ответчика возобновить прием нефти на подготовку с последующей сдачей в систему магистральных нефтепроводов ПАО «Транснефть» с показателями не более 6 ppm.

Истец в письме от 02.07.2019 (т. 7, л.д. 57) сообщил результаты точечных проб нефти за 01.07.2019 и 02.07.2019, просил согласовать откачку нефти истца на подготовку с последующей сдачей в систему магистральных нефтепроводов ПАО «Транснефть» с показателями не более 6 ppm.

Истец в письме от 03.07.2019 (т.7, л.д. 58) просил ответчика согласовать проведение переговоров по возникшим проблемам приостановки приема нефти.

По результатам переговоров между истцом и ответчиком достигнуто соглашение, определяющее порядок возобновления приема нефти с организацией постоянного контроля ХОС принимаемой нефти, оформленное совместно подписанным сторонами спора документом «План мероприятий по обеспечению качества нефти ООО «МНКТ» по показателю массовая доля органических хлоридов в соответствии с требованиями ТР ЕАЭС 045/2017 и приему нефти ООО «МНКТ» на СИКНС ПСП при «Исанбай» ООО «Башнефть-Добыча» (далее - План мероприятий (т. 7, л.д. 59-62).

В пункте 1 плана мероприятий предусмотрено предоставление истцом ответчику анализа по применяемым химическим реагентам по добыче, сбору, предварительной подготовке и транспортировке нефти.

В рамках реализации пункта 1 плана мероприятий истец направил ответчику письмо от 04.07.2019 (т. 7, л.д. 63-64) с приложением к нему документов, в котором, по его мнению, представлен анализ применяемых в производстве истца химических реагентов.

Ответчик в ответном сообщении от 05.07.2019 указал истцу на неполноту информации с просьбой об устранении выявленных недостатков (т. 9, л.д. 96-97).

Истец в ответ на обращение ответчика от 05.07.2019 дополнительных документов и сведений не предоставил.

В пункте 2 Плана мероприятий установлена обязанность истца о направлении ответчику анализа на содержание ХОС в системе нефтесбора и скважин добывающего фонда.

В рамках исполнения пункта 2 плана мероприятий истец направил ответчику «Анализ системы нефтесбора и скважин добывающего фонда ООО «МНКТ», который содержит сведения о результатах содержания ХОС нефти по десяти скважинам, семи групповых замерных установок (ГЗУ), одного резервуара для приема, хранения, подготовки, учета нефти (РВС), СИНКС, УПСВ Нуркеево (т. 7, л.д. 65).

Из анализа установлено, что по состоянию на 18.06.2019 в двух скважинах истца (из 10 исследованных) выявлен уровень ХОС 83 и 89 ppm.

В пункте 3 плана мероприятий предусмотрена обязанность за истцом разработки/согласования с ответчиком плана мероприятий, направленного на снижение ХОС в сдаваемой нефти до 4 ppm.

Ответчик в сообщении от 05.07.2019 (т. 9, л.д. 96-97) указал истцу о необходимости исполнения пункта 3 плана мероприятий.

Истец 05.07.2019 направил ответчику план по недопущению высоких значений ХОС (том 9 л.д. 100).

Пунктом 4 плана мероприятий предусмотрена комиссионная проверка исполнения плана мероприятий, направленного на снижение ХОС в сдаваемой нефти до 4 ppm.

Ответчик с исполнением пункта 4 плана мероприятий не согласился, поскольку план мероприятий, направленный на снижение ХОС, истцом не представлен, ответчиком не согласован.

В рамках исполнения пунктов 5, 6 плана мероприятий осуществлен выезд специалистов ответчика на объекты подготовки нефти истца (ЦДНГ-2 ДНС-1 Актанышского месторождения), после совместного отбора проб нефти (акт от 04.07.2019, т. 10 л.д. 118) установлено превышение содержания ХОС в пробах нефти с технологических аппаратов и емкостей истца от 6,4 до 9,6 ppm (т. 7 л.д. 66-73).

Истец в письме от 08.07.2019 (т.7 л.д. 74-75) сообщил ответчику, что в рамках согласованных мероприятий истец произвел опорожнение емкостей и прилегающих трубопроводов на ДНС-1 Актаныш с вывозом нефти, запустил фонд скважин с низким содержанием ХОС до 3,5 ppm для заполнения опорожненных аппаратов с отбором проб на ХОС; истец просил ответчика повторно провести отбор проб нефти с емкостного оборудования сбора нефти.

Повторный комиссионный отбор проб нефти 08.07.2019 с технологических емкостей истца после вывоза нефти и заполнения новой нефтью выявил содержание ХОС от 1,0 ppm до 5,0 ppm (т. 7 л.д. 77-79).

В рамках исполнения пункта 7 плана мероприятий ответчик с целью исключения рисков внеплановой остановки сдачи нефти в систему МН ПАО «Транснефть» с учетом первичных результатов анализов проб нефти с емкостного оборудования истца от 05.07.2019 просил истца заместить нефть в подводящем трубопроводе от ДНС-1 Актанышского месторождения до СИКНС при УПС «Исанбай» (т. 7 л.д. 80).

Мероприятия по замещению нефти в нефтепроводе ДНС-1 «Актаныш» - УПС «Исанбай» производились истцом с 12.07.2019 по 14.07.2019.

В рамках исполнения пункта 8 плана мероприятий представителями истца и ответчика составлен комиссионный акт от 16.07.2019 о выполнении испытаний по определению ХОС в пробах нефти истца, отобранных с емкостей ЦДНГ-2 ДНС-1 Актаныш. Результаты по содержанию ХОС менее 1 ppm и 2,1 ppm.

В рамках исполнения пункта 9 плана мероприятий с 21.07.2019 по 23.07.2019 с целью подтверждения качества нефти истца ответчиком произведен прием нефти в объеме 702 м3 (628 тонн нефти) в резервуар временного хранения ответчика с контролем качества накопительных проб с автоматического пробоотборника СИКНС при УПС «Исанбай».

По результатам составлен комиссионный акт представителями истца и ответчика от 23.07.2019 о выполнении испытаний по определению ХОС в пробах нефти истца, отобранных 22.07.2019 и 23.07.2019. Результаты по содержанию ХОС 0,5 ppm и 4,7 ppm (т.7, л.д. 83-87).

В рамках исполнения пункта 10 плана мероприятий ответчик согласовал с 24.07.2019 прием нефти истца с содержанием в нефти ХОС не более 6 ppm (т. 7, л.д. 88).

При анализе накопительной суточной пробы нефти истца 26.07.2019 за 25.07.2019 ответчиком установлено превышение содержания ХОС до уровня 18,2 ppm. При комиссионном анализе арбитражной пробы нефти истца за 25.07.2019 установлен ХОС 1,2 ppm (т. 7, л.д. 92-98).

Представителями истца и ответчика 28.07.2019 составлен комиссионный акт о выполнении испытаний по определению ХОС в пробе нефти истца, отобранной за период с 27.07.2019 по 28.07.2019. Результат анализа нефти истца по содержанию ХОС 11,3 ppm, замечания истца о неправильном проведении испытания, отметки об особом мнении и иные возражения против установленного в присутствии его сотрудников уровня ХОС отсутствуют, также без замечаний истцом оформлен паспорт качества нефти от 28.07.2019 № 28, в котором указан уровень ХОС «> 10» ppm (т. 7, л.д. 99-101, 140).

Ответчик 29.07.2019 уведомил истца о приостановке приема нефти до выявления и устранения всех причин, влияющих на повышенное содержание ХОС в сдаваемой нефти (т. 7, л.д. 102).

Представителями истца и ответчика 30.07.2019 составлен комиссионный акт о выполнении испытаний по определению ХОС в арбитражной пробе нефти истца, отобранной за 27.07.2019 - 28.07.2019. Результат анализа нефти истца по содержанию ХОС 1,9 ppm (т. 7 л.д. 103-105).

Ответчик 31.07.2019 направил истцу телефонограмму с просьбой о допуске работников ответчика на объекты сбора и подготовки нефти истца с целью проверки исполнения мероприятий по обеспечению качества нефти, а также для отбора проб нефти и проведения анализов (т. 7 л.д. 107).

Истец 31.07.2019 сообщил ответчику (т. 7 л.д. 109), что план мероприятий не содержит обязательства отбора проб нефти с емкостного оборудования и узла учета нефти ДНС-1 истца. Пунктом 2.17 договора не установлена обязанность за истцом по допуску работников ответчика для отбора проб нефти. Вместе с тем, истец готов согласовать допуск работников ответчика на объекты истца при условии анализа отобранных проб нефти в ХАЛ ППСН «Чекмагуш» и в закрытом акционерном обществе «Алойл». В случае сомнений в результатах анализа, проводимых ХАЛ ППСН «Чекмагуш» стороны признают достоверными результаты закрытого акционерного общества «Алойл». При несогласии с условиями истца, допуск работников ответчика возможен только в рамках договорных обязательств.

Ответчик с требованиями истца от 31.07.2019 не согласился. Отбор проб нефти на объектах нефтесбора истца с целью проведения проверки уровня содержания ХОС не проводился.

Истец направил претензию от 26.08.2019 № 1008 МНИСХ (т.8, л.д. 30-131) с требованиями о восстановлении приема нефти, об оплате убытков.

Ответчик в удовлетворении претензии истца отказал.

Истец полагает, что в связи с незаконным неисполнением ответчиком обязательства по приему и транспортировке нефти ему причинены убытки в размере 8 286 000 руб., вызванные уплатой истцом штрафа третьему лицу ПАО «Транснефть» за невыполнение заявленной истцом годовой заявки на 2019 по объемам сдачи на транспортировку нефти.

Между истцом и ПАО «Транснефть» заключен договор от 03.12.2018 № 0019212 об оказании услуг по транспортировке нефти на 2019 (т. 1, л.д. 105-140), в соответствии с которым ПАО «Транснефть» обязалось оказать, а истец оплатить услуги по транспортировке нефти трубопроводным транспортом в порядке и сроки, установленные договором.

Основанием для заключения договора являлась Годовая заявка истца от 08.08.2018 № 846МНИСХ (пункт 1.3. договора).

Количество нефти, подлежащее сдаче истцом в 2019, составило 455,500 тыс. тн. Данное количество нефти может быть скорректировано истцом по согласованию с ПАО «Транснефть» до 01.09.2019. Корректировка оформляется путем заключения соответствующего дополнительного соглашения к Договору (пункт 3.1.1. договора).

Одним из двух пунктов отправления, в которых ПАО «Транснефть» обеспечивало прием и учет нефти истца, являлся СИКН № 351, принадлежащий ответчику в пункте отправления Чекмагуш (пункт 4.1 договора).

В случае если не сдача истцом количества нефти будет превышать 5% от согласованного с ПАО «Транснефть» на год количества нефти, указанного в пункте 3.1.1. договора, истец уплачивает ПАО «Транснефть» штраф в размере десяти минимальных размеров оплаты труда за каждую несданную тонну сверх 5% от количества нефти, указанного в пункте 3.1.1. договора (пункт 9.12 договора).

Всего, количество несданной нефти составило 39,347 тыс. тонн, что подтверждается ежемесячными актами сверки остатков, приема, сдачи и технологических потерь нефти между истцом и ПАО «Транснефть», а также исполнительным балансом по движению нефти истца за декабрь 2019 (т. 3 л.д. 6-20).

В адрес истца поступила претензия от ПАО «Транснефть» от 18.02.2020 исх. № АК-43.2-01-27/7591 об оплате штрафа за нарушение годового объема сданной в 2019 году нефти в размере 16 572 000 руб. (т. 3, л.д. 41).

В последующем ПАО «Транснефть» письмом от 18.06.2020 исх. № ПАО-43.2-01-06/25284 (т. 3, л.д. 28) сообщило о готовности снизить штраф до 8 286 000 руб. (50% от изначально начисленного в соответствии с условиями договора штрафа) при условии оплаты истцом указанной суммы в течение 10 дней с даты получения письма.

Истец оплатил ПАО «Транснефть» сумму штрафа в размере 8 286 000 руб., что подтверждается платежным поручением от 25.06.2020 № 2471 (т. 3 л.д. 29).

Истец полагает, что его расходы по оплате штрафа ПАО «Транснефть» являются прямыми негативными последствиями неправомерного неисполнения своих обязательств со стороны ответчика.

Истец предъявил ответчику претензию от 06.07.2020 об оплате ущерба в размере 8 286 000 руб. (т. 3 л.д. 30-33), ответчик письмом от 28.08.2020 в удовлетворении требований истца отказал (т. 3 л.д. 40).

Между истцом и ответчиком заключен договор от 16.08.2018 № БНД/У/8/579/18/ПСНГ на оказание услуг по хранению нефти (т. 1 л.д. 60-70).

Согласно акту сверки взаимных расчетов от 27.01.2020 между истцом и ответчиком, за ответчиком числится задолженность по договору в размере 30 961 руб. 31 коп. (том 1 л.д. 88-91).

Данная задолженность погашена ответчиком в полном объеме согласно платежному поручению от 28.07.2021 № 497190.

Кроме того, истцом начислены проценты по статье 395 Гржданского кодекса Российской Федерации за незаконное удержание неотработанного аванса по договору хранения в сумме 2 107 руб. 90 коп. за период с 26.02.2020 по 27.07.2021.

Истец обратился к ответчику с требованием об оплате процентов за пользование чужими денежными средствами (т. 1 л.д. 42-43, 51-54), которые оставлены ответчиком без удовлетворения.

В связи с невыполнением истцом обязательств по сдаче количества нефти, заявленного в месячных заявках на июнь и июль 2019 и в годовой заявке на 2019, ПАО «Транснефть» предъявлены претензии, которые были в последующем оплачены истцом.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Как установлено судом первой инстанции, сложившиеся между сторонами правоотношения в рамках договора от 16.08.2018 № БНД/У/8/579/18/ПСНГ на оказание услуг по хранению нефти регулируются нормами главы 47 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 896 Гражданского кодекса Российской Федерации вознаграждение за хранение должно быть уплачено хранителю по окончании хранения, а если оплата хранения предусмотрена по периодам, оно должно выплачиваться соответствующими частями по истечении каждого периода.

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Как указывалось ранее, согласно акту сверки взаимных расчетов между истцом и ответчиком от 27.01.2020 за ответчиком числится задолженность по договору от 16.08.2018 № БНД/у/8/579/18/ПСНГ (хранение нефти) в размере 30 961 руб. 31 коп.

Согласно пункту 4.16 договора возврат неиспользованной суммы аванса производится исключительно на основании подписанного сторонами соглашения о расторжении договора.

В пункте 1.3 договора установлен срок окончания оказания услуг ответчика по договору - 31.12.2019.

В соответствии с пунктом 8.1 договор действует по 31.12.2019, но в любом случае до полного исполнения сторонами своих обязательств, возникших до указанной даты, в том числе до полного исполнения обязательств по взаиморасчетам.

При наличии в договоре определенного условия о сроке его действия наличие неисполненных обязательств между сторонами не влечет изменение установленного сторонами срока действия договора. Окончание срока действия договора (31.12.2019) само по себе не прекращает обязательства сторон; в соответствии с пунктом 3 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается действующим до исполнения сторонами обязательств в полном объеме.

Как установлено судом первой инстанции, истец и ответчик заявили об отсутствии намерения продолжать исполнение договора, намерений сохранения между сторонами договорных правоотношений не имеется.

Истец письмом от 10.02.2020 исх. № 0202МНИСХ заявил требование к ответчику о возврате неосвоенного аванса (т. 1, л.д. 42-43).

Ответчик письмом от 13.02.2020 № 8084-02/09 (т. 1, л.д. 49) направил истцу проект соглашения, который предусматривал расторжение договора и возврат аванса.

Проанализировав правоотношения сторон, с учетом представленной в материалы дела переписки сторон, а также невозможности исполнения основного обязательства по договору, суд первой инстанции верно пришел к выводу, что договор прекращен с 01.01.2020, а отказ ответчика возвратить сумму аванса со ссылкой на необходимость оформления соглашения о расторжении договора со ссылкой на его пункт 4.16 является необоснованным.

Ответчик произвел возврат истцу ранее неотработанного аванса по договору от 16.08.2018 № БНД/У/8/579/18/ПСНГ в сумме 30 962 руб. 31 коп., что подтверждается платежным поручением от 28.07.2021 № 497190.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 107 руб. 90 коп. за период с 26.02.2020 по 27.07.2021.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

В силу пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Расчет суммы процентов судом проверен, признан арифметически верным, не нарушающим прав и законных интересов ответчика.

Поскольку ответчиком допущено нарушение денежного обязательства суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 107 руб. 90 коп. за период с 26.02.2020 по 27.07.2021.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании с ответчика реального ущерба (в виде расходов на оплату штрафов, выставленных истцу со стороны третьего лица и оплаченных истцом) в размере 8 286 000 руб., суд первой инстанции верно исходил из следующего.

В соответствии с положениями статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав может осуществляться путем возмещения убытков.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со статьей 39 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статье 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление №7), по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное.

Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Суд первой инстанции, проанализировав характер спорных правоотношений, исходя из содержания прав и обязанностей сторон, предусмотренных договором от 23.08.2018 № БНД/у/8/580/18/ПСНГ (по приему нефти), верно пришел к выводу, что данные отношения необходимо квалифицировать как возмездное оказание услуг, по которому исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (статья 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для привлечения ответчика к ответственности в виде возмещения убытков необходимо установить неправомерность действий ответчика, то есть наличие нарушения договора ответчиком, для чего проверить наличие юридических и фактических оснований для приостановления ответчиком исполнения обязательства перед истцом.

Судом первой инстанции установлено, что решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.07.2021 по делу № А07-4129/2020, вступившим в законную силу 01.10.2021, установлено отсутствие нарушения договора от 23.08.2018 № БНД/у/8/580/18/ПСНГ ответчиком, как основного условия его привлечения к гражданско-правовой ответственности, поскольку ответчик правомерно приостановил исполнение своего обязательства в связи с нарушением договора истцом, который неоднократно нарушил требования к качеству сдаваемой им нефти и не выполнил в полном объеме принятые на себя по соглашению с ответчиком меры по устранению данного нарушения.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, преюдициальное значение имеют факты, установленные вступившим в законную силу решением суда, обстоятельства, которые установлены таким решением, не подлежат доказыванию вновь в делах с участием тех же лиц.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти обстоятельства, не будет отменен в порядке, предусмотренном законом.

Судом первой инстанции установлено, что между истцом и ответчиком имелся спор, который разрешен в судебном порядке в рамках дела № А07-4219/2020. Из судебного акта по вышеназванному делу следует, что в качестве основания для предъявления исковых требований истец ссылался на неправомерность приостановления ответчиком исполнения своего обязательства перед истцом по оказанию услуг по приему, транспортировке, подготовке и сдаче нефти в систему МН ПАО «Транснефть» в рамках исполнения договора от 23.08.201 8№ БНД/у/8/580/18/ПСНГ.

Как верно отмечено судом первой инстанции, аналогичные основания также заявлены истцом и в рамках рассматриваемого дела.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что выводы суда по делу № А07-4129/2020, в частности:

- наличие обязанности на истце по обеспечению соответствия нефти нормативным требованиям по уровню ХОС,

- наличие права у ответчика на приостановление исполнения обязательства по приему нефти у истца,

- наличие факта несоответствия нефти истца требованиям по уровню содержания в ней ХОС,

- установление факта ненадлежащего и неполного исполнения истцом Плана мероприятия, исполнение которого согласовано сторонами Договора как условие возобновления приема нефти,

- отсутствие факта нарушения в работе ХАЛ ППСП «Чекмагуш», в том числе при испытании проб нефти истца, в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеют преюдициальное значение, не подлежат доказыванию вновь, так как имеют непосредственное отношение к предмету настоящего спора, в котором участвуют те же лица.

Повторяющиеся доводы истца в настоящем споре, которые ранее были предметом оценки в деле № А07-4129/2020, направлены на преодоление преюдициальной связи, установленной положениями статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и они не могут быть положены в основу решения суда.

При отсутствии факта правонарушения нет оснований для применения положения о презумпции вины ответчика, также не может быть установлена причинно-следственная связь правонарушения с убытками истца. При выявлении таких обстоятельств ответственность ответчика в виде убытков не возникает и утрачивается его обязанность опровергать наличие его вины в заявленном нарушении.

Кроме того, установлено, что истцом также не доказаны иные основания привлечения к ответственности в виде возмещения убытков.

В рамках настоящего спора истец просит взыскать с ответчика убытки в виде расходов на оплату ПАО «Транснефть» штрафа в размере 8 286 000 руб. за невыполнение заявленной истцом годовой заявки на 2019 по объемам сдачи на транспортировку нефти.

Исходя из буквального содержания пункта 3.1.1. договора от 03.12.2018№ 0019212 об оказании услуг по транспортировке нефти на 2019, истец не был лишен права скорректировать Годовую Заявку на 2019 в сторону уменьшения.

ПАО «Транснефть» в письме от 15.05.2020 № АК-43.2-01-27/20531 (т. 3, л.д. 26) отметило, что истец имел возможность представить дополнительную корректировку по изменению годового объема нефти, планируемого к сдаче в 2019, однако этим правом не воспользовался и не обратился в ПАО «Транснефть» в установленный срок с данной просьбой, в связи с этим принял на себя риски, предусмотренные гражданским законодательством.

Из материалов дела следует, что истец направил в адрес ПАО «Транснефть» корректировку заявки на получение услуг по транспортировке нефти по МН ПАО «Транснефть» (письмо от 23.08.2019 исх. № 100 (т. 2, л.д. 120)).

Вместе с тем, корректировка заявки была отменена самим истцом без указания каких-либо причин (письмо от 29.10.2019 исх. № 1489 (т. 4, л.д. 174).

Таким образом, заявленные истцом убытки заведомо явились фактическим результатом его собственных действий (собственного бездействия).

Как верно отмечено судом первой инстанции, по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц) (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц требования, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать требования, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют.

Из материалов дела установлено и не оспаривается лицами, участвующими в споре, что ответчик не является стороной договора между истцом и ПАО «Транснефть», а ПАО «Транснефть» не является стороной договора между истцом и ответчиком.

Исходя из вышеизложенного, суд первой инстанции верно пришел к выводу, что обязанность ответчика по возмещению убытков истца, связанных с оплатой штрафных санкций ПАО «Транснефть», в договоре отсутствует. Соответственно, правовые основания для возмещения ответчиком расходов истца по оплате штрафа ПАО "Транснефть» не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, не подтверждены отвечающими требованиям главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами, основаны на ином толковании правовых норм, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных при правильном применении норм материального права, и не могут быть признаны основанием к отмене или изменению решения. Иная оценка подателем жалобы обстоятельств спора не свидетельствует об ошибочности выводов суда. Каких-либо новых обстоятельств, опровергающих выводы суда, апеллянтом не приведено.

Всем доказательствам, представленным сторонами, обстоятельствам дела, суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку, оснований для переоценки выводов у суда апелляционной инстанции в силу статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражным судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах решение арбитражного суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Судебные расходы по апелляционной жалобе распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в связи с оставлением апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.03.2022 по делу № А07-29913/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «МНКТ» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судьяЕ.В. Ширяева


Судьи:В.В. Баканов


М.В. Лукьянова