Постановление от 28 декабря 2017 г. по делу № А47-13142/2015

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-15294/2017
г. Челябинск
28 декабря 2017 года
Дело № А47-13142/2015


Резолютивная часть постановления объявлена 27 декабря 2017 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 декабря 2017 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бабкиной С.А.,

судей Калиной И.В., Сотниковой О.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.11.2017 по делу № А47-13142/2015 (судья Шарыпов Р.М.).


Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 13.09.2016 (резолютивная часть оглашена 08.09.2016) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ОРБИС» ФИО3 (далее - ФИО3, должник) признана несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении нее процедуры реализации имущества сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4 (далее – ФИО4, финансовый управляющий).

ФИО2 (далее – ФИО2, заявитель, кредитор, податель жалобы) 08.11.2016 обратилась в арбитражный суд с заявлением об установлении кредиторской задолженности и включении ее в реестр требований кредиторов должника в размере 1 600 000 руб., как необеспеченной залогом имущества (с учетом уточнений, принятых судом.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 03.11.2017 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила определение суда отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО2 ссылалась на следующее.

Вывод суда о неплатежеспособности ФИО2 не состоятелен и не подтвержден документально, поскольку общий суммарный доход за 2011 год составил 2 489 995 руб. 50 коп.

ФИО2 не пыталась ввести в суд в заблуждение. Неясности возникли в связи с тем, что она не обладает юридическими познаниями. По всем вопросам консультировалась с юристом. Мнение адвоката Беляева не согласовывалось с ней как с доверителем.

Податель жалобы отметила, что не хранит денежные средства в банках, в связи с чем у нее не имеется доказательств всех источников дохода.

Ссылаясь на пункт 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 10 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) податель жалобы указала, что доказательств исполнения судебного акта Третейского суда, его отмены или изменения не представлено, в связи с чем, законных оснований для оценки договора займа на предмет его безденежности у суда первой инстанции не имелось, поскольку фактически такая оценка направлена на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта. Во исполнение решения Третейского суда было составлено соглашение об отступном, что подтверждается решением Сакмарского районного суда по Оренбургской области.

ФИО2 также указала, что вопрос относительно наличия у сделки признаков мнимой может быть поставлен лишь при оспаривании сделки, послужившей основанием для включения требования в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании в соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены отзывы ФИО3 и ООО «Орбис» на апелляционную жалобу ФИО2

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие подателя жалобы.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и было установлено судом первой инстанции, между ФИО2 (сторона-1) и ФИО3 (сторона-2) заключен договор займа от 11.05.2012, по условиям которого ФИО2 предоставлены ФИО3 денежные средства на условиях беспроцентного займа, а должник обязался вернуть указанную сумму в сроки, согласованные сторонами. Размер займа составил 1 600 000 руб.

Срок возврата денежных средств – до 11 мая 2013 года.

11.05.2012 ФИО3 составлена расписка в получении от ФИО2 денежных средств в размере 1 600 000 руб. на условиях беспроцентного займа (л.д.13).

ФИО2 (кредитор) и ФИО3 (должник) 09.10.2013 подписано соглашение об отступном, по условиям которого стороны договариваются о прекращении всех взаимных обязательств, вытекающих из договора о предоставлении беспроцентного займа от 11.05.2012, заключенного между сторонами, в силу предоставления должником взамен исполнения этих обязательств отступного. Отступное предоставляется взамен исполнения обязательства на сумму основного долга (займа) 1 600 000 руб.

В связи с невозможностью исполнить свои обязательства по договору займа, должник предоставляет кредитору взамен исполнения обязательств по договору займа принадлежащее ему на праве собственности недвижимое имущество (земельные участки), указанные в п. 2.1 договора. Сумма отступного составляет 1 600 000 руб. (т.1 л.д.8-12).

С момента государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество (земельные участки и доли в праве собственности на земельные участки) с должника на кредитора, последний становится их собственником.

Решением Третейского суда Торгово-промышленной палаты Оренбургской области от 14.11.2013 по делу №8-ТС-2013 с ФИО3 в пользу ФИО2 взыскана задолженность по договору беспроцентного займа от 11.05.2012 в размере 1 600 000 руб.

Поскольку ФИО3 обязательства по возврату денежных средств не были исполнены в установленный срок, заявитель обратился с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника в размере 1 600 000 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Согласно пункту 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В силу положений Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (статьи 16, 71) требование кредитора подлежит включению в реестр требований кредиторов должника на основании определения арбитражного суда. Рассматривая заявление кредитора, суд проверяет как обоснованность предъявленных им требований, так и наличие оснований для включения их в реестр требований кредиторов должника.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны и предъявившим требование кредитором с другой стороны. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу № 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Из данных разъяснений следует, что при наличии сомнений в реальности договора займа суд может потребовать и от заемщика представления документов, подтверждающих наличие финансовой возможности предоставить денежные средства в указанном размере.

В рамках рассмотрения требования кредитора, возможность проверки всей цепочки движения денежных средств, составляющих доход физического лица, является ограниченной, при этом для подтверждения реальности хозяйственной операции достаточно сведений о наличии фактической возможности передачи денежных средств, что подтверждается фактом наличия денежных средств у кредитора.

Судом установлено, что заявитель представила в подтверждение наличия на стороне должника обязательства по возврату суммы займа расписку на сумму 1 600 000 руб. о передаче ФИО3 лично денежных средств в указанной сумме.

ФИО2 в подтверждение наличия у нее финансовой возможности выдать заем должнику в сумме 1 600 000 руб., представила в материалы дела кредитный договор № <***> от 18.09.2010 на 600 000 руб., договор купли- продажи ? доли жилого дома № 25 по ул. Паровозной в г. Оренбурге, полученного в наследство после смерти матери, на 1 000 000 руб. (т.1 л.д.52-54, 56-57); письменные пояснения, справку 2 НДФЛ за 2011 год, налоговую декларацию ИП ФИО2 за 2011 год (муж).

Между тем, судом первой инстанции учтено, что кредитный договор № <***>, заключен между ФИО2 и ПАО «Сбербанк России» 18.08.2010, то есть, за 1 год 9 месяцев до момента предоставления указанной суммы в заем ФИО3 Справки о доходах, представленные заявителем, подтверждают получению ею дохода (за минусом НДФЛ) чуть выше прожиточного минимума на одного человека. Декларация супруга не позволяет установить реальный доход, поскольку не отражает расходы.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из того, что надлежащих доказательств, подтверждающих финансовую возможность по выдаче кредитором должнику 1 600 000 руб. не представлено, на основании чего суд сделал вывод о мнимости сделки по предоставлению займа. Суд указал, что заключение сделки совершено для вида, без намерения реально передать должнику денежные средства в заявленном размере; в результате совершения сделки может быть причинен вред имущественным правам кредиторов, так как его подписание повлекло искусственное увеличение обязательств должника.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Довод подателя жалобы о том, что неплатежеспособность ФИО2 не подтверждена, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции.

Действительно, ФИО2 в подтверждение наличия у нее финансовой возможности выдать заем должнику в сумме 1 600 000 руб., представила в материалы дела кредитный договор № <***> от 18.09.2010 на 600 000 руб., договор купли-продажи ? доли жилого дома № 25 по ул. Паровозной в г. Оренбурге, полученного в наследство после смерти матери на 1 000 000 руб.; письменные пояснения, справку 2 НДФЛ за 2011 год, налоговую декларацию ИП ФИО2 за 2011 год (муж).

При этом судом первой инстанции верно установлено, что кредит на сумму 600 000 руб. получен ФИО2 в августе 2010 года, то есть за 1 год 9 месяцев до момента предоставления указанной суммы в заем ФИО3, что не является доказательством подтверждения финансовой возможности передачи займа ФИО3 в мае 2012 года.

Более того, согласно представленному кредитному договору от 18.08.2010, Банк предоставил кредит заемщику (ФИО2) сроком на 5 лет под 19 % годовых, в то время как по договору от 11.05.2012 денежные средства ФИО2 переданы ФИО3 без условия о начислении процентов за пользование займом.

Оценив условия указанных договоров, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о нецелесообразности заключения договоров с целью последующей передачи денежных средств должнику, поскольку условия на которых кредитор получил займ, явно отличаются в худшую сторону предоставления займа должнику. Указанные обстоятельства позволяют суду сомневаться в достоверности представленных доказательств. Поведение кредитора не соответствует обычному поведению гражданина в гражданском обороте.

Справка о доходах ФИО2 за 2011 год подтверждает получению ею дохода в сумме 234 760 руб. 80 коп., что составляет не более 19 563 руб. 40 коп. в месяц. Декларация супруга не позволяет установить реальный доход, поскольку не отражает расходы, в связи с чем, правомерно не принята судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства по делу.

Наличие иных источников дохода заявителем в материалы дела не представлено (за исключением, договора купли-продажи ? доли жилого дома).

Довод подателя жалобы о том, что она не хранит денежные средства в банках, в связи с чем, у нее не имеется доказательств подтверждения накопленных денежных средств, не принимаются судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку ФИО2, ссылаясь на накопление денежных средств, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должна подтвердить указанное обстоятельство. Однако подателем жалобы доказательств накопления денежных средств ранее (справки 2-НДФЛ за предыдущие периоды как на себя, так и на супруга, договоры купли-продажи имущества и иное) не представлены.

Таким образом, оценив в совокупности представленные ФИО2 суммы доходов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанные источники дохода не позволили бы заявителю вести достойную жизнь, предоставив значительную для него денежную сумму в займ.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии в материалах дела надлежащих доказательств, подтверждающих финансовую возможность ФИО2 по выдаче должнику займа в сумме 1 600 000 руб.

Доводы подателя жалобы о том, что доказательств исполнения судебного акта Третейского суда, его отмены или изменения не представлено, в связи с чем, законных оснований для оценки договора займа на предмет его безденежности у суда первой инстанции не имелось, поскольку фактически такая оценка направлена на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции в силу следующего.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с применением Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», при предъявлении требований в деле о банкротстве в соответствии со статьями 71 и 100 Закона о банкротстве для требования, подтвержденного решением третейского суда, не требуется обязательного наличия определения о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение этого решения. При предъявлении такого требования против него может быть выдвинуто только возражение о наличии оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, предусмотренных статьей 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 426 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Если наличие таких оснований будет доказано, то рассмотрение указанного требования осуществляется судом по общим правилам как требования, не подтвержденного решением третейского суда.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 указано на особый характер распределения бремени доказывания в случаях предъявления в деле о банкротстве требований, подтвержденных решением третейского суда. Поскольку возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора, подтвержденного решением третейского суда, обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга.

Аналогичная позиция изложена Верховным Судом Российской Федерации в определении от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805.

Поведение участников гражданского оборота, фактически направленное на создание искусственной задолженности, при отсутствии доказательств обратного, представляет собой использование юридических лиц для целей злоупотребления правом, то есть находится в противоречии с действительным назначением юридического лица как субъекта права. В равной степени такие действия являются и формой незаконного использования третейского разбирательства, поскольку направлены не на обращение к третейскому суду как средству разрешения спора согласно его правовой природе, а на использование третейского разбирательства в целях злоупотребления правом. Такие интересы судебной защите не подлежат (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2017 по делу №305-ЭС16-19572).

Поскольку такая ситуация прямо противоречит российскому публичному порядку (пункт 2 части 4 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), финансовый управляющий должника и конкурсный кредитор ООО «Орбис» представили возражения по заявленному ФИО2 требованию арбитражный суд апелляционной инстанции считает необходимым проверить по существу обоснованность требования заявителя.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно рассмотрел требование ФИО2 в порядке, установленном статьей 71 настоящего Федерального закона.

Согласно статье 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане вправе вести свои дела в арбитражном суде лично или через представителей; ведение дела лично не лишает гражданина права иметь представителей; представителями граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, могут выступать в арбитражном суде адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица.

Выдавая доверенность на представление ее интересов по настоящему делу, ФИО2 тем самым передала Беляеву А.А. определенные полномочия, в том числе выступать от ее имени в суде, в связи с чем доводы ФИО2 о том, что мнение адвоката не согласовывалось с ней как с доверителем не может быть принято судом апелляционной инстанции во внимание.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованы представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи с учетом доводов и возражений, приводимых сторонами, и сделаны правильные выводы по делу.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.11.2017 по делу № А47-13142/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Оренбургской области.



Председательствующий судья С.А. Бабкина


Судьи: И.В. Калина


О.В. Сотникова