Постановление от 18 марта 2021 г. по делу № А41-47623/2019

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-22482/2020, 10АП-20/2021, 10АП-21/2021, 10АП-22/2021

Дело № А41-47623/19
18 марта 2021 года
г. Москва




Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 18 марта 2021 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей Досовой М.В., Катькиной Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО2, лично, представлен паспорт; ФИО3, представитель по нотариально заверенной доверенности от 24.04.2019 г., зарегистрированной в реестре за № 50/122-н/50-2019-8-1207;

от ФИО4: ФИО5 представитель по нотариально заверенной доверенности от 15.09.2019 г., зарегистрированной в реестре за № 50/122-н/50-2019-7-1265;

от ФИО6: ФИО7 представитель по доверенности от 04.11.2020 г.;

от финансового управляющего ФИО8: представитель не явился, извещен;

от ФИО9: ФИО10 представитель по нотариально заверенной доверенности от 27.06.2019 г., зарегистрированной в реестре за № 77/331-н/77-2019-1-1251;

от общества с ограниченной ответственностью «Унифондбанк»: ФИО11 представитель по доверенности № 5/1 от 14.08.2020 г.,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4,

ФИО6, ФИО2 и финансового управляющего ФИО4 - ФИО8 на определение Арбитражного суда Московской области от 17 ноября 2020 года по делу № А41-47623/19, по заявлению финансового управляющего ФИО8 о признании недействительным договора дарения от 13 ноября 2018 года, заключенного с ФИО2 и применении последствий недействительности сделки, по делу о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 04 июля 2019 года в отношении ФИО4 (далее – ФИО4, должник) введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8 (далее – финансовый управляющий).

Сведения об этом опубликованы в газете «КоммерсантЪ» № 122 от 13 июля 2019 года.

09 июля 2019 года в Арбитражный суд Московской области поступило заявление финансового управляющего должника об оспаривании договора дарения от 13 ноября 2018 года, заключенного между должником и ФИО2 (далее - ФИО2), применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Московской области от 05 ноября 2019 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 21 февраля 2020 года определение Арбитражного суда Московской области от 05 ноября 2019 года отменено.

Признан недействительной сделкой договор дарения от 13 ноября 2018 года, заключенный между должником и ФИО2 Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника следующее недвижимое имущество 2/22 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 1942 кв.м. с кадастровым номером 50:2:0020204:432, находящийся по адресу: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: обл. Московская, р-н Одинцовский, с/о Новоивановский, рп. Заречье, уч. 41/27, ООО «ФРМУ», филиал «Кунцево», категория земель: земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства, 12/200 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, находящийся по адресу: Московская область, Одинцовский район, городское поселение Заречье, рабочий <...>, площадью 2 717,9 кв. м., назначение: жилой дом, количество этажей: 6, в том числе подземных 1, кадастровый номер: 50:20:0020208:568.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 20 июля 2020 года определение Арбитражного суда Московской области от 05 ноября 2019 года, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 21 февраля 2020 года отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Направляя вопрос на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на то, что противоположные выводы судов первой и апелляционной инстанций относительно статуса спорного имущества как единственного пригодного для проживания должника и членов его семьи сделаны при неполном выяснении фактических обстоятельств по спору.

Как суд первой инстанции, так и суд апелляционной инстанции, не устанавливали путем исследования и оценки относимых и допустимых доказательств, прежде всего актуальной выписки из ЕГРН (в том числе о переходе прав) в отношении имущества, принадлежавшего должнику, сколько жилых помещений принадлежало ранее и принадлежит должнику на момент рассмотрения спора, совершались ли с жилыми помещениями сделки должником или супругой (в отношение совместного имущества), оспорены ли такие сделки финансовым управляющим.

Также суд апелляционной инстанции, делая выводы в отношении квартиры, право собственности на которое зарегистрировано в реестре за ФИО2, не устанавливал, является ли указанное имуществом совместным имуществом должника и его супруги, или принадлежит супруге на праве единоличной собственности.

Суд округа пришел к выводу, что судами не исследованы и не установлены все имеющие значение для правильного разрешения спора обстоятельства в соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 3 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», в том числе принадлежность на праве общей (супругов) или единоличной собственности жилых помещений, определение круга членов семьи должника, в том числе с учетом их совместного проживания в том или ином помещении, рассмотрение вопроса о необходимости их привлечения к участию в споре, обладание или нет должником права пользования жилым помещением супруги с учетом правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2020 №308-ЭС19- 18381 по делу № А53-31352/2016.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции указала, что судебные акты подлежат отмене, поскольку суды не установили фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, не исследовали имеющиеся в деле доказательства, а также не предложили сторонам представить доказательства, подтверждающие имеющие значение для правильного рассмотрения спора обстоятельства, соответственно, не исследовали и не оценивали их в установленном законом порядке, не дали оценки всем доводам лиц, участвующих в деле.

Суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле и запрошенных, представленных доказательств и доводов лиц, участвующих в деле и с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, с учетом вышеизложенных правовых позиций Верховного Суда РФ, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

При новом рассмотрении, определением Арбитражного суда Московской области от 17 ноября 2020 года заявление удовлетворено, признан недействительным договор дарения от 13 ноября 2018 года, заключенный должником с ФИО2

Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу следующее имущество:

- 2/22 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 1942 кв.м. с кадастровым номером 50:20:0020204:432, находящий по адресу: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: обл. Московская, р-н Одинцовский, с/о Новоивановский, п. Заречье, уч. 41/27, ООО «ФРМУ», филиал «Кунцево», категория земель: земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства;

- 12/200 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, находящийся по адресу: Московская область, Одинцовский район, городское поселение Заречье, рабочий <...> д.№14/1, площадью 2 717,9 кв.м., назначение: жилой дом, количество этажей: 6 (шесть), в том числе подземных 1 (один), кадастровый номер: 50:20:0020208:568.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО4, ФИО6, ФИО2 и финансовый управляющий обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт.

Финансовый управляющий просит отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления, мотивируя тем, что отсутствует возможность выдела в натуре доли в праве на имущество, а также тем, что возврат в конкурсную массу самовольной постройки противоречит интересам конкурсной массы должника.

ФИО2, должник и ФИО6 просят отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. В обоснование своих доводов апелляционной жалобы, они указали на наличие у спорных 12/200 долей жилого дома исполнительского иммунитета, поскольку в спорном помещении зарегистрированы сам должник и его сын ФИО6, в связи с чем оно является единственным местом проживания для них. Кроме того, по мнению заявителей, на момент заключения оспариваемого договора, не имелось вступивших в законную силу судебных актов о взыскании задолженности с ФИО4, таким образом, признаков неплатежеспособности, причинения вреда имущественным правам кредиторов не имеется.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 223, 266, 268 АПК РФ.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в отсутствии финансового управляющего, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

В судебном заседании апелляционного суда представители заявителей апелляционных жалоб (ФИО6, ФИО2, ФИО4) доводы своих апелляционных жалоб поддержали в полном объеме, просил определение суда первой инстанции отменить.

Представители ФИО9 и ООО «Унифондбанк» против доводов апелляционных жалоб возражали, просили оставить без изменения оспариваемое определение суда первой инстанции.

Заслушав мнение лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, доводы отзывов на них, принимая во внимание указания суда кассационной инстанции, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены обжалуемого судебного акта, на основании следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве закреплено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Согласно пункту 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством.

Как следует из материалов дела, 13 ноября 2018 года между должником (даритель) и ФИО2 (одаряемый) заключен договор дарения, согласно которому должник подарил ответчику:

- 2/22 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 1942 кв.м. с кадастровым номером 50:2:0020204:432, находящийся по адресу: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: обл. Московская, р-н Одинцовский, с/о Новоивановский, рп. Заречье, уч. 41/27, ООО «ФРМУ», филиал «Кунцево», категория земель: земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства;

- 12/200 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, находящийся по адресу: Московская область, Одинцовский район, городское поселение Заречье, рабочий <...>, площадью 2 717,9 кв. м., назначение: жилой дом, количество этажей: 6, в том числе подземных 1, кадастровый номер: 50:20:0020208:568.

Финансовый управляющий просил признать недействительным договор дарения в соответствии со статьей 61.2 Закона о банкротстве, ссылаясь на совершение безвозмездной сделки в условиях неплатёжеспособности должника.

Удовлетворяя заявленные финансовым управляющим требование, суд первой инстанции пришел к выводу, что факт совершения супругами Д-выми оспариваемой сделки дарения с целью сокрытия имущества должника от обращения на него взыскания кредиторов доказан.

Арбитражный апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции об удовлетворении заявления финансового управляющего законными и обоснованными, доводы заявителей апелляционных жалоб подлежащими отклонению.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств:

- вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки,

- наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оспариваемая сделка совершена за семь месяцев до инициирования процедуры банкротства (определение Арбитражного суда Московской области от 06 июня 2019 года).

На момент совершения оспариваемой сделки, а также аналогичной сделки по дарению земельного участка и брачного договора между супругами Д-выми, на рассмотрении Одинцовского городского суда находился спор № 2-36/2019 о взыскании с ФИО4 в пользу ФИО9 задолженности по договору займа в размере 670 899 долларов США и 1500 000 евро (решением суда от 25.01.2019 притязания кредитора признаны обоснованными, иск удовлетворен).

Указанная задолженность по займу возникла в 2016 году, то есть на момент совершения оспариваемой сделки (13 ноября 2018 года) у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором, о которых он не мог не знать.

В рамках указанного спора непосредственно перед совершением оспариваемой сделки определением суда от 01 ноября 2018 года были приняты обеспечительные меры в виде запрета управлению Росреестра по Московской области осуществлять регистрационные действия в отношении принадлежащих ФИО4 долей в праве на жилой дом и земельный участок, расположенные в г.п. Заречье Одинцовского района Московской области.

Впоследствии требования указанного кредитора признаны обоснованными и включены (с учетом конвертации валют) в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 153 160 995 руб. 62 коп. (определение Арбитражного суда Московской области от 20 января 2020 года), в удовлетворении заявления об оспаривании сделок, положенных в основание требований кредитора, судом отказано (определение Арбитражного суда Московской области от 21 августа 2020 года).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что оспариваемая сделка совершена в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, безвозмездно и в отношении заинтересованного лица, и на момент совершения сделки ФИО4 имел неисполненные обязательства перед иным кредитором.

В рассматриваемом случае оспариваемая сделка совершена после инициирования спора № 2-36/2019 о взыскании с ФИО4 в пользу ФИО9 задолженности по договору займа в размере 670 899 долларов США и 1500 000 евро, которая возникла в 2016 году, что свидетельствует о ее направленности на лишение кредиторов возможности получения удовлетворения своих требований к должнику.

Исходя из положений пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве, абзаца 3 статьи 14 Семейного кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пункте 7 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», осведомленность контрагентов о совершении сделки с целью причинить вреда имущественным правам кредиторов в данном случае презюмируется, так как судом установлено, что ФИО2 является супругой должника, то есть заинтересованным лицом.

Ссылка ФИО4, ФИО2 на наличие у оспариваемой сделки признаков обычной внутрисемейной сделки, а также неосведомленности последних о наличии у ФИО4 признаков неплатежеспособности, несостоятельна, поскольку Д-вы состояли в браке, а, соответственно, не могли не знать о финансовом состоянии членов семьи.

Таким образом, обстоятельства, составляющие опровержимую презумпцию наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, закрепленной в абзаце 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, были доказаны финансовым управляющим.

Указанная презумпция не опровергнута лицами, заинтересованными в сохранении юридической силы договора дарения.

Доказательств обратного апелляционному суду не представлено.

Также суд первой инстанции верно учел, что данная судами в рамках дел № 2-2958/2019 и № 2-9787/2019 оценка осведомленности ФИО2 об ограничениях по распоряжению ФИО4 принадлежащим ему имуществом не обладает свойством преюдиции по смыслу части 1 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку преюдициальными для судов являются обстоятельства (факты), тогда как в указанном случае судом общей юрисдикции констатировано лишь отсутствие достоверных доказательств осведомленности супруги, арбитражный суд не лишен права оценить дополнительно установленные обстоятельства и прийти к иным выводам.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника или свойственника (в том числе, посредством заключения безвозмездных сделок супругой) не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

По этой причине подобного рода сделки (в том числе, с учетом назначения отчужденного объекта) не могут быть квалифицированы в качестве обычной внутрисемейной сделки.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции, что имеется совокупность оснований для признания оспариваемого договора недействительным.

Пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Принимая во внимание указанные нормы права, суд первой инстанции пришел к правильным выводам о том, что отчужденное в пользу ФИО2 имущество подлежит возвращению в конкурсную массу должника.

Оснований для иных выводов у апелляционной коллегии не имеется.

Возражения должника о том, что спорное имущество не может быть возвращено в конкурсную массу в силу наличия у него исполнительского иммунитета, несостоятельны.

В силу пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 указанной статьи.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 101 Закона о банкротстве).

По общему правилу, согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 446 Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Членами семьи гражданина являются проживающие совместно с гражданином его супруг (супруга), несовершеннолетние дети независимо от раздельного или совместного проживания, проживающие совместно с гражданином родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

То есть, исполнительский иммунитет распространяется на должника, совместно проживающих с ним и находящихся на его иждивении лиц.

В соответствии с указаниями суда округа, а также разъяснениями, данными в определении Верховного суда Российской Федерации от 23.01.2020 № 308-ЭС19-18381,

судом определен круг лиц, в отношении которых подлежат разрешению вопрос об исполнительском иммунитете, судом первой инстанции затребованы актуальные сведения из ЕГРН в отношении принадлежащего (принадлежавшего) должнику имущества, к участию в обособленном споре привлечен ФИО6

В рассматриваемом случае, судом установлено, что в спорном помещении зарегистрированы: должник ФИО4, ФИО2, ФИО6

При этом, ФИО2 является собственником двухэтажной квартиры общей площадью 283,3 кв.м., расположенной по адресу: Московская область, г.о. Красногорск, <...>, блок-секция 2, что подтверждается содержащейся в материалах дела выпиской из ЕГРН, соответственно, спорные объекты не отвечают признаку единственного пригодного для ее проживания имущества.

Регистрация в спорном жилом доме ФИО6 (сына должника) без права собственности сохраняется за ФИО6 и после признания спорной сделки недействительной и не может являться основанием для отказа в ее недействительности.

Применение последствий недействительности сделки не нарушают права и законные интересы ФИО6, а также иных сособственников спорного жилого дома.

Учитывая, что последствием признания сделки (договор дарения) недействительным является исключительно применение последствий, которые связаны с ее недействительностью, а именно обязательство другой ее стороны возвратить в конкурсную массу должника доли объекта недвижимого имущества, такой возврат направлен лишь на приведение сторон сделки, признанной недействительной, в первоначальное положение, и не лишает детей должника права, предусмотренного ст. 31 ЖК РФ, в том числе на проживание в данном доме, а также пользования им наравне с сособственниками (после применении реституции).

На основании вышеуказанного, довод должника о том, что спорная квартира обладает исполнительским иммунитетом, отклоняется апелляционным судом как необоснованный.

Кроме того, добровольное отчуждение жилого помещения означает, что собственник (продавец) не рассматривает предмет продажи в качестве единственного пригодного для проживания своего и членов своей семьи.

Также, несмотря на то, что брак между супругами расторгнут (после введения в отношении ФИО4 процедуры реализации имущества), согласно представленному ФИО2 договору безвозмездного пользования жилым помещением от 02 октября 2020 года, последняя предоставила бывшему супругу право проживания сроком 49 лет в подаренном ей жилом помещении в г.п. Заречье Одинцовского района Московской области.

Кроме того, ссылка на статус доли в жилом доме в качестве единственного места проживания не может являться препятствием для признания сделки с такой долей недействительной и применения последствий недействительности, поскольку вопрос об обращении взыскания на соответствующее имущество с применением статьи 446 ГПК РФ возможно разрешить лишь по завершении формирования конкурсной массы, в том числе, с учетом обжалования сделок должника, в результате чего будет известен весь перечень принадлежащего должнику имущества; иной подход позволит исключить возврат имущества со ссылкой на статус единственного жилья в рамках отдельных обособленных производств, что не соответствует цели процедуры банкротства.

Для того, чтобы должник получил правовую возможность на обращение в арбитражный суд с заявлением об исключении единственного жилья из конкурсной массы, соответствующее имущество должно быть сначала учтено финансовым управляющим и включено в конкурсную массу должника.

Таким образом, признание договора дарения недействительной сделкой не влечет для должника каких-либо фактических препятствий для реализации гарантированного гражданину-должнику права на жилище в соответствии со статьей 40 Конституции Российской Федерации, поскольку в случае возврата имущества в конкурсную массу у должника имеется право на обращение с заявлением об исключении имущества из конкурсной массы.

Данный вывод соответствует правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03 декабря 2018 года № 304-ЭС17-21925(2) по делу № А46-13452/2015, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 03 декабря 2018 года по делу № А40-61558/2017.

При таких обстоятельствах оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований не имеется.

Ссылки финансового управляющего на невозможность выдела доли в натуре, в связи с тем, что спорный жилой дом является самовольной постройкой, несостоятельны, поскольку указанная доля участвует в гражданско-правовом обороте и является объектом оспаривания в настоящем обособленном споре.

Доводы заявителей апелляционных жалоб, проверены судом апелляционной инстанции и признаются несостоятельными, поскольку не опровергают законности и обоснованности принятого по делу судебного акта и не подтверждаются материалами дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения, апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 17 ноября 2020 года по делу № А41-47623/19 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


В.П. Мизяк


Судьи


М.В. Досова

Н.Н. Катькина