Постановление от 16 октября 2024 г. по делу № А07-4546/2023

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-12421/2024, 18АП-12422/2024

Дело № А07-4546/2023
16 октября 2024 года
г. Челябинск



Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 октября 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Киреева П.Н.,

судей Бояршиновой Е.В., Скобелкина А.П.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Разиновой О. А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1 и индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 02.08.2024 по делу № А07-4546/2023.

В судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, приняли участие представители:

от истца – общероссийской общественной организации «Российское авторское общество» - ФИО3 (предъявлены паспорт, доверенность 2199/2009/5(СА) от 01.12.2023, диплом);

от ответчиков – ФИО1 (паспорт); индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО4 (предъявлены доверенность от 05.09.2024, удостоверение адвоката № 2496).


Общероссийская общественная организация «Российское авторское общество» (далее – РАО, истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2, ответчик-1) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 100000 руб.

Определением суда от 27.10.2023 в порядке, предусмотренном статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1.

Определением суда от 15.12.2023 процессуальный статус ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик-2) изменен, по ходатайству истца суд привлек ФИО1 в качестве соответчика по делу.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 02.08.2024 (резолютивная часть решения объявлена 19.07.2024) исковые требования удовлетворены. С ИП ФИО2 и ФИО1 солидарно в пользу РАО взыскана компенсация за нарушение исключительных прав в сумме 100000 руб. Кроме того, с ответчиков солидарно взыскано 4000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Не согласившись с вынесенным решением суда, ИП ФИО2 и ФИО1 обратились в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении исковых требований.

ИП ФИО2 в апелляционной жалобе указывает, что судом необоснованно объединены позиции ответчиков, поскольку наличие прав у истца на спорные музыкальные произведения ставится под сомнение именно ФИО1, в то время как ИП ФИО2 данный факт не отрицает. Податель жалобы отмечает, что ИП ФИО2 является ненадлежащим ответчиком по настоящему иску, поскольку договором, заключенным между ответчиком-1 и собственником помещения солидарная ответственность не предусмотрена, ответственность за музыкальное и видео-сопровождение полностью возложена на ФИО1 При этом помещение, в котором осуществлялась воспроизведение спорных музыкальных композиций, передано предпринимателю не полностью, а лишь в части, тогда как часть помещения, где расположено аудио- и видеооборудование не относится к части, арендованной ИП ФИО2 и находится в ведении собственника. Кроме того, по мнению апеллянта, ею предприняты все необходимые меры, направленные на соблюдение исключительных прав истца, нарушение которых произошло по вине собственника помещения ФИО1, что подтверждается соответствующим указанием собственника № 12-2019, выданным в адрес ответчика-1.

ФИО1 в апелляционной жалобе отмечает, что вопреки выводам суда первой инстанции им не ставится под сомнение право истца представлять интересы всех иностранных правообладателей на территории Российской Федерации без доверенности в соответствии со статьей 1244 Гражданского кодекса Российской Федерации. Апеллянт ссылается на наличие в открытых источниках в сети интернет сведений о продаже Red Hot Chili Peppers и Lil Wayne всех принадлежащих им прав на музыкальные произведения, в связи с чем, обращаясь в суд иском, РАО указало недействительных правообладателей. Вместе с тем, судом первой инстанции указанное обстоятельство не принято во внимание, а учтены лишь недостоверные сведения, содержащиеся в закрытых источниках, доступ к которым имеют только члены CISAC. Кроме того, согласно информации по отслеживанию почтовых отправлений копии исковых заявлений, направленные РАО в адрес правообладателей, последними не получены, опись вложения почтовых отправлений истцом в материалы дела также не представлена, в связи с чем истцом не соблюдены положения пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации». Также апеллянт указывает, что согласно ответу SOCAN, в связи с введением международных санкций указанным правообладателем прекращено сотрудничество с РАО, в связи с чем взыскание компенсации в части указанных композиций является неправомерным.

РАО представило в материалы дела отзыв от 05.09.2024, в котором возражает по доводам апелляционных жалоб, просит обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. Отзыв приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Как следует из материалов дела, «РАО» является основанным на членстве объединением авторов (правопреемников авторов), которое на основании статьями 1242, 1243, 1244 Гражданского кодекса Российской Федерации и Устава, управляет правами авторов на коллективной основе в случаях, когда их практическое осуществление в индивидуальном порядке затруднительно, в том числе при публичном исполнении произведений.

В соответствии с пунктом 5 статьи 1242 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 2.6.10 Устава, «РАО» предъявляет от своего имени требования в суде, а также совершает иные юридические действия, необходимые для защиты прав, управление которыми на коллективной основе осуществляется обществом.

15.08.2013 в соответствии с Приказом Министерства культуры Российской Федерации № 1164 РАО получило государственную аккредитацию на осуществление деятельности в сфере управления исключительными правами на обнародованные музыкальные произведения (с текстом или без текста) и отрывки музыкально- драматических произведений в отношении их публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю, в том числе путем ретрансляции, о чем в материалы дела представлены копии соответствующего Свидетельства о государственной аккредитации и Приказа.

Согласно пункту 8.5.1 Устава «РАО» имеет филиалы, один из которых – Башкортостанский действует на территории Республики Башкортостан на основании Положения, утверждаемого Генеральным директором общества (пункт 8.4 Устава).

В соответствии с п. 3.1.10, 3.1.11 Положения о Башкортостанском филиале «РАО», утвержденным распоряжением генерального директора «РАО» от 04.03.2008 №44/1, филиал совершает от имени «РАО» любые юридические действия, необходимые для защиты прав, управлением которых занимается «РАО»; предъявляет судебные иски к любым физическим и юридическим лицам, любым административным или иным органам, ответственным за неправомерное использование произведений; участвует в гражданских процессах во всех судебных учреждениях со всеми правами, какие предоставлены законом истцу, ответчику, третьему лицу, в том числе с правом заключения мирового соглашения, признания или отказа полностью или частично от исковых требований, изменении предмета иска, обжалования решений суда, с правом получения авторского вознаграждения и сумм, полученных в качестве компенсации возмещения убытков; собирает доказательства использования произведений и нарушения прав авторов и иных правообладателей, в том числе путем проведения контрольных прослушиваний и записей с использованием технических средств.

Мотивируя исковые требования, истец указал, что 02.08.2022 в помещении бара «BERGER», расположенного по адресу: <...>, осуществлялось публичное исполнение осуществлялось публичное исполнение входящих в репертуар истца «РАО» результатов интеллектуальной деятельности.

Фиксация факта бездоговорного публичного исполнения музыкальных произведений в помещении ответчика осуществлена представителем истца, в подтверждение чего представлены видеозапись, кассовый чек.

При расчете за товар представителю РАО предоставлен кассовый чек от 02.08.2022, из которого следует, что предпринимательскую деятельность в помещении по адресу: <...> осуществляет ИП ФИО2 ИНН <***>.

Для целей идентификации музыкальных произведений, публичное исполнение которых зафиксировано представителем истца в видеозаписи, проведено фонографическое и музыковедческое исследование, результат которого содержится в акте расшифровки записи музыкальных произведений от 02.11.2022, подготовленном исполнителем по поручению заказчика на основании договора возмездного оказания услуг от 01.08.2012 № 08/1-12.

Постановлением Авторского Совета РАО от 03.09.2019 № 4 установлен размер компенсации за нарушение исключительного права на произведение из расчета 20000 рублей за одно произведение.

Размер компенсации (100000 руб.) рассчитан исходя из того, что ответчиком осуществлено бездоговорное использование пяти произведений, входящих в реестр РАО.

31.08.2022 исх. № 197 истцом в адрес ИП ФИО2 направлена претензия с предложением урегулирования сложившейся ситуации и заключения с РСО лицензионного договора.

Поскольку претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение авторских прав.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что представленными истцом в материалы дела доказательствами подтверждается факт использования ответчиками спорных музыкальных произведений, входящих в реестры РАО, а также пришел к выводу об обоснованности компенсации в размере 20000 руб. за каждое нарушение исключительных прав и отсутствии оснований для ее снижения.

Оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции являются правильными, соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, иными способами.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ музыкальные произведения с текстом или без текста являются объектами авторских прав.

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

К способам использования произведения относятся, в том числе: публичное исполнение произведения, то есть представление произведения в живом исполнении или с помощью технических средств (радио, телевидения и иных технических средств), а также показ аудиовизуального произведения (с сопровождением или без сопровождения звуком) в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, независимо от того, воспринимается произведение в месте его представления или показа либо в другом месте одновременно с представлением или показом произведения (подпункт 6 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ).

При публичном исполнении либо сообщении в эфир или по кабелю аудиовизуального произведения авторы музыкального произведения (с текстом или без текста), использованного в аудиовизуальном произведении, сохраняют право на вознаграждение за указанные виды использования их музыкального произведения (пункт 3 статьи 1263 ГК РФ, в редакции Федерального закона от 12.03.2014 № 35-ФЗ).

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1243 ГК РФ организация по управлению правами на коллективной основе заключает с пользователями лицензионные договоры о предоставлении им прав, переданных ей в управление правообладателями, на соответствующие способы использования объектов авторских и смежных прав на условиях простой (неисключительной) лицензии и собирает с пользователей вознаграждение за использование этих объектов. В случаях, когда объекты авторских и смежных прав в соответствии с этим Кодексом могут быть использованы без согласия правообладателя, но с выплатой ему вознаграждения, организация по управлению правами на коллективной основе заключает с пользователями договоры о выплате вознаграждения и собирает средства на эти цели.

Согласно пункту 3 статьи 1244 ГК РФ организация по управлению правами на коллективной основе, получившая государственную аккредитацию (аккредитованная организация), вправе наряду с управлением правами тех правообладателей, с которыми она заключила договоры в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 1242 ГК РФ, осуществлять управление правами и сбор вознаграждения для тех правообладателей, с которыми у нее такие договоры не заключены.

В соответствии с пунктом 5 статьи 1242 ГК РФ организации по управлению правами на коллективной основе вправе от имени правообладателей или от своего имени предъявлять требования в суде, а также совершать иные юридические действия, необходимые для защиты прав, переданных им в управление на коллективной основе.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), при обращении в суд от имени конкретного правообладателя организация по управлению правами пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца.

Истцами по делу являются обладатели авторских и (или) смежных прав, в защиту интересов которых обратилась организация (статьи 1252, 1301, 1311 ГК РФ), в силу факта обращения организации по управлению правами в суд.

Им принадлежат процессуальные права, предусмотренные статьей 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом организация должна принять разумные меры по установлению правообладателей и заблаговременному их уведомлению о намерении обратиться с соответствующим требованием в суд, а также предоставить им иную информацию, имеющую отношение к делу (пункт 1 статьи 6, пункт 2 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 и 2 статьи 4, статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При обращении в суд в защиту прав конкретного правообладателя данная организация обязана указать сведения о нем, позволяющие идентифицировать его (фамилию, имя и отчество или наименование, место жительства или место нахождения), а также представить подтверждение направления ему копии искового заявления и прилагаемых к нему документов, которые отсутствуют у правообладателя (пункт 2 части 2 статьи 125, пункт 1 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ компенсация за нарушение исключительного права подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

Приказом Министерства культуры Российской Федерации от 15.08.2013 № 1164 и свидетельством о государственной аккредитации организации по управлению правами на коллективной основе от 23.08.2013 № МК-01/13 подтверждается, что РАО является аккредитованной организацией в сфере коллективного управления исключительными правами на обнародованные музыкальные произведения (с текстом и без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений в отношении их публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю, в том числе путем ретрансляции.

Таким образом, судом установлено, что РАО, являясь аккредитованной организацией в сфере осуществления прав авторов музыкальных произведений, вправе осуществлять действия, направленные на судебную защиту прав этих авторов.

Действие государственной аккредитации РАО распространяется как на произведения российских авторов, так и на произведения иностранных авторов.

При этом в перечень, подлежащих защите музыкальных произведений, входят все обнародованные музыкальные произведения (с текстом и без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений (за исключением произведений тех правообладателей, которые в установленном пунктом 4 статьи 1244 Гражданского кодекса Российской Федерации порядке направили в адрес РАО уведомление об отказе от управления этой организацией их правами) и для их правомерного публичного исполнения на территории Российской Федерации пользователю необходимо заключить с РАО лицензионный договор о предоставлении права на публичное исполнение произведений.

Во исполнение требований действующего законодательства, РАО представлены в материалы дела сведения о правообладателях, в которых содержится исчерпывающая информация о правообладателях музыкальных произведений, фонограмм исполнений, публичное исполнение которых было произведено.

В соответствии со статьями 1231, 1256 ГК РФ произведения иностранных авторов на территории Российской Федерации охраняются в соответствии с международными договорами. С 27 мая 1973 года Российская Федерация является участником Всемирной (Женевской) конвенции об авторском праве 1952 года, а с 13 марта 1995 года - Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений 1886 года.

Согласно пункту 1 статьи 5 Бернской конвенции в отношении произведений, по которым авторам предоставляется охрана в силу настоящей Конвенции, авторы пользуются в странах-участницах Конвенции, кроме страны происхождения произведения, правами, которые предоставляются в настоящее время или будут предоставлены в дальнейшем соответствующими законами этих стран своим гражданам.

Таким образом, произведениям иностранных авторов (являющихся гражданами стран-участниц конвенций или постоянно проживающих на территории стран-участниц Конвенций) на территории Российской Федерации предоставляется такая же авторско-правовая охрана, которая предоставляется произведениям российских авторов. РАО является членом Международной конфедерации обществ авторов и композиторов CISAC (СИЗАК), созданной с целью обеспечения охраны и защиты создателей духовных ценностей и координации технической деятельности между входящими в нее авторскоправовыми организациями (ASCAP (США), BMI (США), PRS (Великобритания), SOCAN (Канада), STIM (Швеция), SACEM (Франция), APRA (Австралия), BUMA (Нидерланды), РАО (Россия) и многие другие).

Материалами дела подтверждается и судом верно установлено, что РАО является членом Международной конфедерации обществ авторов и композиторов CISAC (СИЗАК) - международной неправительственной организации, не преследующей цели извлечения прибыли, состоящей из обществ, занимающихся управлением всеми категориями авторских прав. СИЗАК проводит свою деятельность независимо от каких-либо организаций (ст.ст. 2, 3 Устава конфедерации).

Истец относится к числу организаций, управляющих имущественными правами на коллективной основе, являющихся членами Международной конфедерации обществ авторов и композиторов - CISAC, созданной с целью обеспечения охраны и защиты прав авторов и композиторов, и координации технической деятельности между входящими в нее авторско-правовыми организациями, в том числе ASCAP (США), BMI (США), PRS (Великобритания), SOCAN (Канада), РАО (Россия).

В материалы дела представлены соглашения, заключенные между РАО и ASCAP, PRS, BMI, SOCAN (т.1 л.д.44-65).

В рамках СИЗАК ведутся базы данных / информационные системы, созданные для получения необходимой информации об охраняемых авторским правом произведениях и их авторах/правообладателях, а также для распределения собранного авторского вознаграждения и защиты авторских прав по всему миру (в частности IPI, WID, CIS-net и другие). Размещать в системах и базах данных информацию о произведениях и правообладателях могут только организации по управлению правами на коллективной основе – члены CISAC.

Система IPI – всемирный список композиторов, авторов, издателей, существующий и ежеквартально пополняющийся в соответствии с положениями, установленными СИЗАК. Система IPI существует только в электронной форме и доступ к ней имеют только члены CISAC. Администрирование (ведение, обновление, корректировку, направление пользователям - авторско-правовым организациям) Системы IPI по поручению CISAC осуществляет SUISA - Швейцарское общество по управлению правами авторов музыкальных произведений. Между РАО и SUISA 06.03.2006 заключен Договор пользователя IPI, который подтверждает, что член CISAC - РАО имеет законный доступ к Системе IPI на платной основе.

Кроме этого, между РАО и CISAC заключен договор об использовании обществом инструментов CISAC от 01.07.2015 № SG10-0127R1, согласно которому РАО выдано разрешение на доступ к инструментам CISAC и пользование содержащимися в них данными, в том числе к сети баз данных музыкальных обществ - CIS-Net powered by FastTrack, базе данных информации о музыкальных произведениях - WID, а также к Дублированной IPI - копии базы данных IPI, которая доступна для пользователей через CISNet, и др.

Доступ к инструментам CISAC также предоставляется только организациям по управлению правами на коллективной основе – членам CISAC на платной основе. Система WID содержит данные об охраняемых авторским правом произведениях и их авторах/правообладателях.

Использование авторско-правовыми организациями информации, существующей исключительно в электронном форме, в том числе из Системы IPI и других баз данных, допустимо не только в соответствии со ст. 6, п. 4 ст. 10 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», предусматривающими, что в Российской Федерации предоставление информации осуществляется в порядке, который устанавливается соглашением лиц, участвующих в обмене информации, а РАО как обладатель информации вправе определять порядок и условия доступа к информации, но и в соответствии со ст.5 ГК РФ, т.к. обмен информацией электронным способом является общепризнанной нормой международной деятельности авторско-правовых организаций и соответствует обычаям делового оборота.

Учитывая вышеизложенное, РАО, имея законный доступ к Системе IPI и другим указанным выше базам данных, обладает официальной и достоверной информацией об иностранных произведениях и их авторах. Бернская конвенция и Соглашение ТРИПС закрепляют национальный режим охраны авторских прав, то есть полностью уравнивают в правах иностранных авторов с авторами государства - участника.

Согласно Уставу Международной конфедерацией обществ авторов и композиторов (CISAC), системы и базы данных используются организациями - членами CISAC для получения необходимой информации об охраняемых авторским правом произведениях и их авторах / правообладателях, а также для распределения собранного авторского вознаграждения и защиты авторских прав по всему миру; существуют и распространяются между членами CISAC лишь в электронной форме. Размещать в системах и базах данных информацию о произведениях и правообладателях могут только авторско-правовые организации (далее ОКУП) - члены CISAC, в том числе РАО.

Истцом в материалы дела представлены сведения из электронных международных информационных систем IPI, WID, а также системы ЕИС (т. 1 л.д.25-43) на спорные объекты авторских прав.

ФИО1 в апелляционной жалобе указывает на отсутствие у Red Hot Chili Peppers и Lil Wayne всех принадлежащих им прав на музыкальные произведения в связи с их продажей другим лицам.

Вместе с тем, надлежащие доказательства в подтверждение своих доводов ответчиком-2 в материалы дела не представлено, в связи с чем указанные доводы являются неподтвержденными и не могут быть приняты судом апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в рамках настоящего дела истцом представлены надлежащие доказательства с информацией о наименованиях музыкальных произведений, авторах и правообладателей музыкальных произведений, также сведения о произведениях, правами на которые управляет РАО, размещены в общедоступной информационной системе на интернет-сайте РАО www.rao.ru, где размещена информация об исключенных из управления РАО правах и/или произведениях.

Права на указанные в исковом заявлении произведения не исключены из коллективного управления РАО.

Доказательств обратного в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено, в связи с чем доводы апелляционной жалобы ФИО1 об указании РАО в иске недействительных правообладателей, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что представленные ФИО1 распечатки страниц сайтов, размещенных в сети интернет, не являются надлежащими доказательствами и не опровергают выводы суда о наличии у истца права на обращение в суд с соответствующим иском в защиту исключительных прав правообладателей спорных музыкальных произведений (статья 65 АПК РФ).

Указание ответчика-2 на несоблюдение истцом требований, установленных пунктом 19 постановления № 10, в связи с неполучением правообладателями копий искового заявления, направленных РАО, отклоняются судебной коллегией.

Так, в соответствии с абзацем четвертым пункта 19 постановления № 10 при обращении в суд в защиту прав конкретного правообладателя организация по управлению правами обязана указать сведения о нем, позволяющие идентифицировать его (фамилию, имя и отчество или наименование, место жительство или место нахождения), а также представить подтверждение направления ему копии искового заявления и прилагаемых к нему документов, которые отсутствуют у правообладателя (пункт 2 части 2 статьи 125, пункт 1 части 1 статьи 126 АПК РФ).

Таким образом, названным пунктом предусмотрена обязанность истца представить доказательства направления правообладателю копии искового заявления и прилагаемых к нему документов. Указанная обязанность истцом исполнена, соответствующие доказательства представлены в материалы дела.

Вопреки доводам ответчика-2 отсутствие описи вложения почтовых отправлений, направленных РАО в адрес правообладателей, не свидетельствует о несоблюдении истцом названных разъяснений. Доказательств, подтверждающих, направление истцом вместо искового заявления истцом в адрес правообладателей каких-либо иных документов, материалы дела не содержат.

В апелляционной жалобе ФИО1 также приводит довод о прекращении сотрудничества SOCAN с РАО, в связи с чем, по его мнению, взыскание компенсации в части указанных композиций является неправомерным. Указанный довод также был предметом оценки суда первой инстанции и обоснованно им отклонен.

Отклоняя соответствующий довод ответчика-2, суд первой инстанции правомерно принял во внимание возражения истца, согласно которым он не получал официального уведомления или письма от правообладателя SOCAN о расторжении договора о взаимном представительстве интересов от 06.12.1994, учитывая, что статья 13 (III) договора гласит, что он может быть расторгнут заказным письмом не позднее, чем за 6 месяцев до истечения очередного срока его автоматического продления (ежегодно с начала календарного года). Однако в РАО официальное уведомления о расторжении Договора от SOCAN не поступало.

При этом судом первой инстанции верно отмечено, что ответ общества SOCAN, представленный в материалы дела ответчиком (т. 2 л.д.66), направлен с общедоступного почтового домена @gmail.com, в котором любой желающий может зарегистрировать личный почтовый ящик под любым именем, тогда как адрес корпоративной почты SOCAN имеет доменное имя @socan.com. Общий официальный адрес общества - socan@socan.com.

При исследовании представленного ответчиком письма, судом первой инстанции также учтены пояснения истца, согласно которым письмо, представленное пользователем, не соответствует требованиям SOCAN к корпоративному оформлению писем: оно подписано именем без фамилии и указания должности, что делает невозможным определить кем конкретно из сотрудников SOCAN оно отправлено, каковы его полномочия в обществе и сфера компетенции, вправе ли этот сотрудник в силу своих должностных обязанностей давать заключение о международных договорах SOCAN. Согласно списку сотрудников SOCAN, предоставленному обществом в базу данных международной конфедерации CISAC, никто из 60-ти сотрудников не носит имя Аманда. Официальные письма SOCAN всегда оформляются определенным образом - подпись в корпоративных цветах общества, логотип и ссылка на официальные страницы SOCAN в социальных сетях.

Таким образом, доводы ответчика о прекращении правоотношений между истцом и правообладателем SOCAN не нашли своего подтверждения исходя из представленных в материалы дела доказательств.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Факт использования ответчиками в помещении бара «BERGER», расположенного по адресу: <...>, музыкальных произведений путем публичного исполнения, установлен 02.08.2022 представителем РАО – ФИО5 при проведении им в помещении ответчиков мероприятий по фиксации факта использования последними музыкальных произведений из репертуара РАО (на основании распоряжения исполнительного директора о проведении мероприятия по фиксации факта использования произведений от 02.08.2022 № 02/08/22).

Впоследствии видеозапись на цифровом носителе – карта памяти micro SD Card марки smartbuy № 181000412, содержащая фиксацию фактов публичного исполнения фонограмм, произведенную 02.08.2022 в помещении бара «BERGER», расположенного по адресу: <...>, была расшифрована, о чем составлен акт расшифровки записи от 02.11.2022 № 152.

Видеозаписью зафиксированы, в том числе, дата, время и адрес (01:11 – 01:16), вывеска, с указанием наименования заведения (01:39-01:41), посетители (12:25-14:25, 26:17-26:25, 32:18-32:41), как подтверждение факта публичности.

Кроме того, истцом в материалы дела представлен кассовый чек, содержащий сведения об ответчике – ИП ФИО2 (ИНН <***>), время и дату выдачи чека: 13 часов 40 минута, 02.08.2022, место выдачи чека – 450105, <...> (т. 1 л.д.15-16).

Перечень способов защиты нарушенных прав, установленныйстатьей 12 ГК РФ, является открытым. Проводя фиксацию, представитель истца воспользовался правом на сбор и получение доказательств. Гражданским и арбитражным процессуальным законодательством не запрещен такой способ формирования доказательственной базы, следовательно, исходя из анализа норм статей 12, 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ, осуществление видеосъемки является соразмерным и допустимым способом защиты нарушенных прав, результаты такой съемки отвечают признакам относимости и достоверности доказательств.

Сложившаяся судебная практика, включая практику Суда по интеллектуальным правам, признает видеозапись факта публичного исполнения музыкальных произведений, достаточным и допустимым доказательством факта использования произведений.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что в помещении бара «BERGER», расположенного по адресу: <...>, осуществлялось публичное исполнение следующих произведений:

1
Stand

Together


KROEGER MICHAEL

DOUGLAS HENRY/ MOI JOSEPH KELLY/ PEAKE

RYAN ANTHONY

2
Californication

Red Hot Chili

Peppers

BALZARY MICHAEL PETER/

FRUSCIANTE JOHN ANTHONY/ KIEDIS

ANTHONY/ SMITH CHAD

GAYLORD

3
Reminder

The Weeknd

MCKINNEY MARTIN DANIEL/ NICKERSON EMMANUEL EUGENE/ QUENNEVILLE JASON

MATTHEW/ TESFAYE ABEL/

WALTER HENRY RUSSELL/

WIGGINS DYLAN

4
Michuul

Duckwrth

ALEXANDER ALBERT MANZANO/ LEE JARED

LEONARDO/ YOUNG

SHELDON JEROME

5
Mirror

Lil Wayne

CARTER DWAYNE/

HERNANDEZ PETER GENE/ LAWRENCE PHILIP MARTIN II/ OWEN RAMON ENRIQUE

Указанные в иске произведения были идентифицированы в результате расшифровки записи контрольного прослушивания, осуществленной специалистом по музыкальным произведениям Иваниной Региной Валентиновной, что подтверждается актом расшифровки записи от 02.11.2022 № 152.

В пункте 93 Постановления № 10 разъяснено, что лицом, осуществляющим публичное исполнение произведения, является юридическое или физическое лицо, организующее публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, то есть лицо, которое берет на себя инициативу и ответственность за проведение соответствующего мероприятия.

Лицо, организующее публичное исполнение, должно заключить договор о предоставлении ему права на публичное исполнение произведения с правообладателем или организацией по управлению правами на коллективной основе и выплачивать полагающееся вознаграждение.

В любом случае, публичное исполнение произведения требует получения согласия правообладателя или организации по управлению правами на коллективной основе независимо от того, осуществляется такое исполнение за плату или бесплатно (пункт 2 статьи 1270 ГК РФ), а также от того, является представление произведения (или организация представления произведения) основным видом деятельности или же представляет собой звуковое сопровождение иной деятельности (например, в кафе, ресторанах, торговых центрах, на территории спортивных объектов и т.п.). Такого согласия ответчики не получали.

Факт нарушения авторских прав ответчиками установлен и доказан истцом посредством сбора и представления доказательств: видеозаписи и кассового чека. Доказательств осуществления коммерческой деятельности в помещениях, в которых зафиксировано воспроизведение произведений, иными лицами ответчики не представили.

Оснований считать представленные истцом видеозапись и кассовый чек недопустимыми и неотносимыми доказательствами по настоящему делу у апелляционного суда не имеется.

Судом апелляционной инстанции отклоняется довод апелляционной жалобы о том, что ИП ФИО2 является ненадлежащим ответчиком.

Как следует из материалов дела, ответчик ИП ФИО2 осуществляет свою деятельность в помещении бара «BERGER», расположенного по адресу: <...>. Данный факт подтверждается кассовым чеком и не оспаривается ответчиками.

Собственником спорного помещения является ФИО1 и публичное исполнение музыкальных произведений в помещении бара «BERGER» осуществляется под его непосредственным контролем.

Из материалов дела также следует, что между ФИО1 (ссудодатель) и ИП ФИО2 (ссудополучатель) заключен эксклюзивный договор безвозмездного пользования нежилым помещением № 01А-2109 от 01.02.2019 (т.1 л.д. 134-137), согласно условиям которого ссудодатель обязуется передать в безвозмездное временное пользование ссудополучателю часть нежилого помещения общей площадью 189,5 кв.м, а именно 170 кв.м, согласно демаркационной схеме №1, расположенное на цокольном этаже в доме № 49 по улице Коммунистическая в городе Уфе Республики Башкортостан, для осуществления деятельности в области общественного питания - кафе, в состоянии, пригодном для использования его по назначению.

Согласно пункту 1.3 договора часть помещения предоставляется в безвозмездное пользование со всеми принадлежностями и относящимися к нему документами, оборудованием, предметами мебели, кроме аудио, видео и медиа оборудования и относящихся к ним носителей информации (в том числе музыки и видео файлов).

В соответствии с пунктом 1.6 договора стороны договорились, что ссудополучатель не имеет права менять концепцию заведения - «бургерная». Разработка меню и сервис является решением ссудополучателя. Разработка фирменного стиля, дизайна интерьера, музыкальное и видео сопровождение являются решением ссудодателя, которое ссудополучатель не имеет права изменять без письменного согласия ссудодателя.

Таким образом, как верно отмечено истцом в отзыве на апелляционную жалобу, спорное помещение на постоянной основе принадлежит ответчику ИП ФИО2 и в спорный период именно ИП ФИО2 осуществляла коммерческую деятельность, что подтверждается кассовым чеком.

В тоже время как следует из материалов дела и пояснений ответчика ФИО1, именно он взял на себя инициативу по публичному исполнению фонограмм, что также подтверждается указанием от 01.09.2019 № 12-2019, из котрого следует, что оборудование, посредством которого осуществлялось публичное исполнение спорных фонограмм, а также флеш-накопитель были переданы ответчику ИП ФИО2 и находилось в зале бара, принадлежащем ИП ФИО2, то есть в месте, открытом для свободного посещения.

С учетом изложенного, действия ответчиков – ИП ФИО2 и ФИО1 являются согласованными и направленны на достижение единого результата – организация места общественного питания и проведение досуга.

В данном случае ни одним из ответчиков не предприняты зависящие от него разумные и достаточные меры, направленные на исключение возможности неправомерного использования фонограмм в помещении бара, что свидетельствует о наличии вины каждого из ответчиков в нарушении исключительных прав на соответствующие музыкальные произведения.

Для правомерного использования указанных в исковом заявлении произведений ответчикам следовало заключить лицензионный договор с РАО, поскольку договоры с РАО не были заключены, указанные в исковом заявлении произведения были использованы неправомерно

При таких обстоятельствах, факт нарушения ответчиками авторских прав правообладателей подтвержден, доказательств, опровергающих указанный вывод, ответчиками суду представлено не было.

Истец просил взыскать компенсацию в сумме 100000 руб. из расчета 20000 руб. за каждое произведение.

Размер компенсации рассчитан истцом исходя из установленного постановлением Авторского Совета РАО от 03.09.2019 № 4, размера компенсации за неправомерное использование одного произведения, в том числе музыкального произведения с текстом или без текста в размере 20000 руб.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Как разъясняется в пунктах 59, 61, 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Согласно правовой позиции ВАС РФ, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 20.11.2012 № 8953/12, размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно. В этой связи размер компенсации не должен рассматриваться как форма обогащения.

При этом, как разъяснено высшей судебной инстанцией, суд, определяя размер компенсации в пределах, установленных нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из общих начал гражданского законодательства, не лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика - индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства.

Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (часть 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

В рассматриваемом случае ответчик, заявляя о снижении компенсации до 10000 руб., не представил в обоснование своей позиции доказательства, которые свидетельствовали бы о возможности ее снижения, что им предпринимались необходимые меры и была проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу.

В Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите исключительных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, отмечено, что возможность взыскания компенсации за нарушение исключительного права на произведение не зависит от того, знал ли нарушитель о неправомерности своих действий.

Судом апелляционной инстанции учтено, что при осуществлении предпринимательской деятельности участники гражданского оборота обязаны действовать с той степенью разумности и осмотрительности, необходимой и достаточной не только для реализации собственных прав, но и для недопущения нарушения прав и законных интересов третьих лиц. Доказательств проявления ответчиком должной осмотрительности и заботливости, направленной на недопущение нарушения исключительных прав истца, не представлено.

Доказательства наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение ответчиком исключительных прав других лиц, в материалах дела отсутствуют.

Определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Кроме того, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, в ходе рассмотрения настоящего дела, ответчиками не представлялись в суд допустимые и относимые доказательства, свидетельствующие о необходимости снижения размера компенсации ниже размера, заявленного истцом, таким образом, представленный истцом расчет размера компенсации не опровергнут.

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание установленный Авторским Советом Российской Федерации размер компенсации, учитывая характер допущенного нарушения, обстоятельства, при которых происходило неправомерное использование музыкальных произведений, вероятные имущественные потери правообладателей, с ответчиков в пользу правообладателей, от имени которых выступает истец, судом первой инстанции правомерно взыскана компенсация за нарушение исключительных авторских прав в сумме 100000 руб. (по 20000 руб. за каждое произведение). Доводов в части размера взысканной компенсации апелляционные жалобы также не содержат.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции законно и обоснованно удовлетворены исковые требования РАО о взыскании с ответчиков в пользу правообладателей в лице РАО компенсации за неправомерное использование произведений в размере 100000 руб.

Судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованы представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи с учетом доводов и возражений, приводимых сторонами, и сделаны правильные выводы по делу.

Из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены решения и удовлетворения жалоб не имеется.

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в связи с оставлением апелляционных жалоб без удовлетворения относятся на их подателей.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 02.08.2024 по делу № А07-4546/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и индивидуального предпринимателя ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья П.Н. Киреев


Судьи: Е.В. Бояршинова


А.П. Скобелкин