Постановление от 20 мая 2021 г. по делу № А41-1126/2020

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-4788/2021

Дело № А41-1126/20
20 мая 2021 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 20 мая 2021 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Досовой М.В., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО3, по нотариально удостоверенной доверенности от 03.07.2020, зарегистрированной в реестре за №50/314-н/50-2020-3-209,

от ФИО4: ФИО5, по нотариально удостоверенной доверенности от 13.07.19, зарегистрированной в реестре за №78/71-н/78-2019-29-251, выданной в порядке передоверия Колесником И.Ф., действующим на основании нотариально удостоверенной доверенности от 03.07.19, зарегистрированной в реестре за № 37/72-н/37-2019-1-689,

от остальных лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Бабакина Владимира Николаевича на определение Арбитражного суда Московской области от 21 декабря 2020 года по делу №А41-1126/20,

по заявлению ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника и встречному заявлению ФИО4 о признании недействительным договора о совместной деятельности от 10.01.2015, заключенного между ФИО6 и ФИО2, а также применении последствий его недействительности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6,

УСТАНОВИЛ:

21.06.2018 ФИО6 обратился в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 04.08.2018 по делу № А03-10354/18 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должником утвержден ФИО7.

09.08.2018 в Арбитражный суд Алтайского края поступило заявление ФИО2 о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника денежного требования в размере 32 139 200 рублей, из которых: 15 139 200 рублей – задолженность по договорам займа, 17 000 000 рублей – задолженность по договору о совместной деятельности от 10.01.2015.

04.11.2019 в Арбитражный суд Алтайского края поступило заявление конкурсного кредитора ФИО4 о признании недействительным договора о совместной деятельности от 10.01.2015, заключенного между ФИО6 и ФИО2, а также применении последствий его недействительности. Определением суда от 05.11.2019 производства по первоначально поданному заявлению ФИО2 и встречному заявлению ФИО4 объединены для совместного рассмотрения (том 7 л.д.13-15).

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2019 по делу № А03-10354/18 указанное дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 передано по подсудности в Арбитражный суд Московской области.

В Арбитражном суде Московской области делу присвоен № А41-1126/2020. Определением Арбитражного суда Московской области от 06.03.2020 заявления ФИО2 и ФИО4 принято к производству суда.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21 декабря 2020 года в удовлетворении заявления ФИО2 отказано. Заявление ФИО4 удовлетворено, признан недействительным договор о совместной деятельности от 10.01.2015, заключенный между ФИО6 и ФИО2 В применении последствий недействительности отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В своей апелляционной жалобе заявитель указывает на отсутствие оснований для признания спорного договора недействительной сделкой и наличие оснований для включения его требований в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал в полном объеме доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе.

Представитель ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО2, просил определение суда оставить без изменения.

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266 - 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в отсутствие представителей остальных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 10 января 2015 года между должником и ФИО2 был заключен договор о совместной деятельности.

Так, согласно оформленному 10.01.2015 между ФИО2 и ФИО6 договору о совместной деятельности, стороны договорились путем объединения имущества, денежных средств, иных материальных ресурсов, а также деловой репутации и деловых связей осуществлять совместные действия по коммерческому использованию земельного участка с кадастровым номером 76:11:061804:160, расположенного в Ярославской области, путем изменения вида разрешенного использования земельного участка; разработки плана застройки земельного участка; проведения межевания земельного участка в соответствии с планом застройки; разработки технических условий, строительства и подведения инженерных коммуникаций (электроэнергия, газ, вода, канализация); разработки проектов типовых индивидуальных жилых домов; оказания услуг, необходимых для использования инфраструктуры завершенного строительства (пункт 1.1. договора).

При этом, согласно пункту 2.1 договора ФИО2 (участник-1) обязался в качестве вклада предоставить денежные средства в размере 8 500 000 рублей, а ФИО6 (участник-2) обязался в качестве вклада предоставить земельный участок.

Во исполнение обязательств по указанной сделке Бабакиным-отцом оформлены 42 расписки о передаче Бабакину-сыну в период с 10.01.2015 по 06.03.2015 денежных средств в общей сумме 8 500 000 рублей.

По истечении трех лет соглашением сторон от 10.01.2018 договор расторгнут.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ФИО2 указал, что ФИО6 не исполнил принятые на себя обязательства по возврату сумм займа, а также обязательства по договору о совместной деятельности от 10.01.2015.

ФИО4, обращаясь в суд со встречным заявлением о признании недействительным договора о совместной деятельности от 10.01.2015, заключенного между ФИО6 и ФИО2, а также применении последствий его недействительности, указала на то, что предъявленный к включению долг не отвечает признаку реальности, а в действиях кредитора и должника имеются признаки злоупотребления правом.

Вынося обжалуемое определение, суд первой инстанции указал, что факт предоставления ФИО2 должнику на основании расписок в период с 21.05.2014 по 29.06.2014 займов в общей сумме 240 000 долларов США не подтвержден документально, а договор о совместной деятельности является недействительной сделкой в силу ничтожности.

Арбитражный апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, а доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению, по следующим основаниям.

Согласно статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о банкротстве, а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору.

Пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве закреплено, что в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, а также оценка сделки на предмет ее заключенности и недействительности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 N 305-ЭС18-3533).

Из рассматриваемого заявления ФИО2 следует, что заявленные им требования основаны на неисполнении ФИО6 обязательств:

- по возврату денежных средств, предоставленных ему в общем размере 240 000 долларов США в качестве займов по 40 (Сорока) распискам, составленным в период с 21.05.2014 по 29.06.2014 на 600 долларов США каждая.

- по договору о совместной деятельности от 10.01.2015, заключенному между ФИО6 и ФИО2, во исполнение которого кредитором в пользу должника были переданы денежные средства в качестве инвестиционного вклада в общей сумме 8 500 000 рублей на основании 42 (Сорока двух) расписок, составленных в период с 10.01.2015 по 06.03.2015 (ко включению в реестр заявлены 17 000 000 рублей, составляющие непосредственно сумму инвестиционного вклада в совместную деятельность и штраф в размере 100 % от суммы вклада).

С точки зрения обычного общеискового процесса представленных кредитором в обоснование заявленных требований расписок в подтверждение передачи денежных средств должнику, было бы вполне достаточно для взыскания долга.

Возражая против требований кредитора, финансовый управляющий ФИО7 в отзыве (т.1, л.д. 120-122) и конкурсный кредитор ФИО4 во встречном заявлении (т.7, л.д. 17-70) указала на то, что предъявленный к включению долг не отвечает признаку реальности, а в действиях кредитора и должника имеются признаки злоупотребления правом.

Частью 3 статьи 19 Закона о банкротстве предусмотрено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. Судом установлено, что ФИО2 является отцом последнего, то есть по смыслу норм Закона о банкротстве - заинтересованным лицом. Указанное обстоятельство усматривается из свидетельства о рождении должника, представленного в материалы дела, участвующими в деле лицами, не оспаривается.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

При рассмотрении вопроса о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям, необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

В рамках настоящего обособленного спора, в обоснование заявленных требований кредитор указал на наличие между ним и должником правоотношений из договоров займа и договора о совместной деятельности.

Как установлено судом первой инстанции и указывалось выше, согласно оформленному 10.01.2015 между ФИО2 и ФИО6 договору о совместной деятельности, стороны договорились путем объединения имущества, денежных средств, иных материальных ресурсов, а также деловой репутации и деловых связей осуществлять совместные действия по коммерческому использованию земельного участка с кадастровым номером 76:11:061804:160, расположенного в Ярославской области, путем изменения вида разрешенного использования земельного участка; разработки плана застройки земельного участка; проведения межевания земельного участка в соответствии с планом застройки; разработки технических условий, строительства и подведения инженерных коммуникаций (электроэнергия, газ, вода, канализация); разработки проектов типовых индивидуальных жилых домов; оказания услуг, необходимых для использования инфраструктуры завершенного строительства (пункт 1.1. договора).

При этом, согласно пункту 2.1 договора ФИО2 (участник-1) обязался в качестве вклада предоставить денежные средства в размере 8 500 000 рублей, а ФИО6 (участник-2) обязался в качестве вклада предоставить земельный участок.

Во исполнение обязательств по указанной сделке Бабакиным-отцом оформлены 42 расписки о передаче Бабакину-сыну в период с 10.01.2015 по 06.03.2015 денежных средств в общей сумме 8 500 000 рублей.

По истечении трех лет соглашением сторон от 10.01.2018 договор расторгнут.

Доказательства совершения Б-ными в период с января 2015 года по январь 2018 года каких-либо действий во исполнение договора о совместной деятельности – по изменению категории и разрешенного использования земельного участка (с «сельскохозяйственного назначения» на «индивидуальное жилищное строительство»), разработке и согласованию проекта застройки, подведению каких-либо коммуникаций, обращению в уполномоченные органы для указанных целей, в материалы дела не представлены. Апелляционному суду такие доказательства также представлены не были.

Деловая переписка между сторонами не велась.

Бабакин-отец более 3 лет не проявлял интереса к исполнению Бабакиным-сыном условий сделки, к расходованию предоставленных ему в виде инвестиционного вклада средств.

Кроме того, суд отмечает, что вплоть до августа 2018 года (момента обращения в суд с настоящим требованием) кредитор не предпринимал действий по возврату инвестиционного вклада и взысканию штрафа в размере 100 % от суммы вклада.

Экономический смысл договора о совместной деятельности, оформленного аффилированными лицами (отцом с сыном), суду первой инстанции, а также апелляционному суду не раскрыт.

Не обоснован и избранный сторонами, являющимися субъектами предпринимательской деятельности, способ расчетов - на основании 42 (Сорока двух) расписок, составленных ежедневно в отдельные временные периоды с 10.01.2015 по 06.03.2015 преимущественно по 200 000 рублей каждая.

Доказательства какого бы то ни было использования Бабакиным-сыном полученных от Бабакина-отца денежных средств (в том числе, в целях совершения действий по изменению категории и разрешенного использования земельных участков) в материалах дела отсутствуют, в материалы дела и апелляционному суду не представлены.

С учетом того, что характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий, в отсутствие доказательств обратного, суд первой инстанции верно счел недоказанным факт реального характера договора о совместной деятельности. В свою очередь, данное обстоятельство является достаточными для квалификации его в качестве ничтожной сделки.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об удовлетворения встречного требования ФИО4 в части признания спорного договора о совместной деятельности от 10.01.2015 недействительной сделкой в силу ничтожности.

Поскольку пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает применение реституции с фактом исполнения сделки, в данном случае, применение последствий к мнимой сделке невозможно.

Суд первой инстанции также пришел к выводу, что факт предоставления ФИО2 должнику на основании расписок в период с 21.05.2014 по 29.06.2014 займов в общей сумме 240 000 долларов США кредитором документально не подтвержден.

В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (статья 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве) (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

В данном случае, проведенная судом по ходатайству одного из кредиторов экспертиза давности документов (договора о совместной деятельности и расписок) указала на вероятное соответствие давности выполнения штрихов подписей датам, указанным в договоре и расписках (т.4, л.д.15-16).

Вопреки возражениям участвующих в деле лиц, данное экспертное заключение, не имеющее для суда заранее установленной силы и преимущественного значения перед другими доказательствами, подлежало оценке судом в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодека Российской Федерации в совокупности с другими доказательствами.

При этом судом первой инстанции обоснованно учтены обстоятельства недоказанности обстоятельства наличия у Бабакина-отца финансовой возможности передачи Бабакину-сыну денежных средств в общей сумме 8 500 000 рублей во исполнение договора о совместной деятельности и 240 000 долларов США (с учетом среднегодового курса валюты в 2014 году – более 9 300 000 рублей) во исполнение договоров займа.

Несмотря на неоднократные предложения суда первой инстанции участвующими в деле лицами не представлены достоверные и достаточные доказательства того, что финансовое положение кредитора позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства в иностранной валюте; того, что полученные средства были израсходованы должником, отражались в бухгалтерском и налоговом учете последнего, с учетом осуществления им предпринимательской деятельности.

Апелляционному суду такие доказательства также не представлены.

Доводы заявителя жалобы о том, что им получены средства от продажи третьим лицам недвижимого имущества по договорам от 14.03.2014 и от 15.12.2014 (т.2, л.д. 42,92) на общую сумму 16 650 000 рублей, что свидетельствует о его финансовой состоятельности и возможности предоставления денежных средств ФИО6 в качестве займов и передачи инвестиционного взноса по договору о совместной деятельности, подлежат отклонению как необоснованные в силу следующего.

Сами по себе представленные в материалы дела договоры не доказывают наличие возможности предоставления денежных средств должнику, поскольку доказательства расчетов по указанным сделкам суду не представлены.

Отсутствие у суда выписок по счетам кредитора, а также сведений об условиях сделок по приобретению вышеуказанных объектов недвижимого имущества, не позволяют соотнести расходы и доходы ФИО2 от указанных операций, а соответственно определить финансовый остаток, реальный к передаче должнику.

Доказательства того, что Бабакин-отец в мае-июне 2014 года располагал иностранной валютой и имел возможность к ее передаче в качестве займов Бабакину-сыну (с соблюдением положений статей 140 ГК РФ и Федерального закона от 10.12.2003 № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле») в материалах дела отсутствуют, апелляционному суду не представлены.

Частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закреплено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Учитывая заинтересованность должника и кредитора, отсутствие достаточных доказательств реальности правоотношений, в рамках которых возникла заявленная задолженность, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований ФИО2 о включении задолженности по договорам займа, а также по договору о совместной деятельности от 10.01.15 в реестр требований кредиторов должника.

Апелляционная коллегия отмечает, что суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии признаков злоупотребления правом в действиях сторон, в том числе, с учетом того, что долг заявлен ко взысканию только в процедуре банкротства Должника, ранее, действий направленных на его взыскание кредитором не предпринималось..

Согласно разъяснениям абзаца четвертого пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)») о том, что наличие в действиях сторон признаков злоупотребления правом само по себе является достаточным для отказа в удовлетворении требования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в названной статье пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В рассматриваемом случае, Седьмым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 19.11.2019 по делу № А03-10354/18 установлен факт наличия в действиях ФИО6 признаков недобросовестного поведения, выразившегося в инициировании процедуры собственного банкротства в Алтайском крае (вне места регистрации и места сосредоточения экономических интересов ИП ФИО6 и его реальных кредиторов).

При рассмотрении иных обособленных споров судом установлено, что непосредственно сразу после признания ФИО6 решением Арбитражного суда Алтайского края от 04.08.2018 несостоятельным (банкротом) в течение 1,5 недель в суд направлены требования кредиторов - ФИО8, ФИО9, ФИО10, а также родственников должника – ФИО11, ФИО12, ФИО2 на общую сумму более 160 000 000 рублей (в том числе, на основании идентичных мнимых сделок займа, в отсутствие доказательств какого бы то ни было расходования должником указанных средств). Обстоятельство формирования фиктивной задолженности ФИО6 перед указанными лицами свидетельствуют о наличии в действиях указанной группы лиц признаков недобросовестного поведения, направленного на причинение вреда реальным кредиторам должника.

В отсутствие доказательств, позволяющих доподлинно установить передачу спорных денежных средств, оснований полагать, что у должника есть неисполненные обязательства перед заявителем, не имеется, в связи с чем, суд первой инстанции правомерно отказал ФИО2 в удовлетворении заявленных требований.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции апелляционной коллегией не усматривается.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда

Апелляционная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 21 декабря 2020 года по делу №А41-1126/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

Судьи:

М.В. Досова

В.П. Мизяк