Решение от 20 апреля 2022 г. по делу № А57-10428/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

410002, г. Саратов, ул. Бабушкин взвоз, д. 1; тел/ факс: (8452) 98-39-39;

http://www.saratov.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А57-10428/2021
20 апреля 2022 года
город Саратов



Резолютивная часть решения объявлена 13 апреля 2022 года

Полный текст решения изготовлен 20 апреля 2022 года


Арбитражный суд Саратовской области в составе судьи Козиковой В.Е.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании в помещении арбитражного суда по адресу: <...> арбитражное дело по исковому заявлению

индивидуального предпринимателя ФИО2, город Саратов: ОГРНИП 314645323200011, ИНН <***>

к индивидуальному предпринимателю ФИО3, рабочий поселок Соколовый, Саратовский район, Саратовская область: ОГРНИП 310643209700039, ИНН <***>

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:

МКУ «Транспортное управление»

АО «Хвалынское автотранспортное предприятие»

АО «Автокомбинат-2»,

Нафеа Ясер Ехья Саад Елсаед (ДД.ММ.ГГГГ г.р. <...>) ФИО4 ( ДД.ММ.ГГГГ г.р. <...>),

о взыскании задолженности по договору об оказании услуг,

при участии:

представитель истца – ФИО5, по доверенности от 19.04.2021 года,

ответчик ФИО3 – лично (паспорт обозревался),

представитель ответчика – ФИО6 по доверенности от 01.10.2021 года.

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Саратовской области поступило исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3, уточнённое в порядке статьи 49 АПК РФ, о взыскании задолженности по договору оказания услуг от 01.09.2020 в размере 2002250 рублей; неустойки по договору об оказании услуг от 01.09.2020 за период с 25.12.2020 по 14.05.2020 в размере 899851,25 рублей; неустойки по договору об оказании услуг от 01.09.2020 в размере 0,5 % от суммы задолженности за каждый день просрочки за период с 15.05.2021 по день фактического исполнения обязательств; расходов по оплате государственной пошлины в размере 25838 рублей.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены МКУ «Транспортное управление», АО «Хвалынское автотранспортное предприятие», АО «Автокомбинат-2», Нафеа Ясер Ехья Саад Елсаед.

Представитель истца поддержал исковые требования.

Ответчик возражает против заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве.

АО «Хвалынское автотранспортное предприятие», МКУ «Транспортное управление» в материалы дела представлены письменные пояснения относительно обстоятельств рассматриваемого дела.

АО «Автокомбинат-2» материалы дела представлен отзыв относительно обстоятельств рассматриваемого дела.

Лица, участвующие в деле, не явившиеся в судебное заседание, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в соответствии с действующим законодательством, представили в материалы дела о рассмотрении дела в отсутствие представителей.

В силу положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие лиц участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства.

Дело рассматривается в порядке статей 153-166 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Заявлений в соответствии со статьями 24, 47, 48, 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Арбитражному суду представляются доказательства, отвечающие требованиям статей 67, 68, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд рассматривает дело по имеющимся в деле доказательствам.

Материалами дела установлено, что между ИП ФИО2 (диспетчерская служба) и ИП ФИО3 (перевозчик) заключили договор оказания услуг от 1 сентября 2020 года, согласно п. 1.1. которого диспетчерская служба обязалась предоставить перевозчику услуги по организации движения пассажирских автобусов на маршрутах движения, обслуживаемых перевозчиком.

Согласно п. 1.2. договора предоставление услуг по настоящему договору осуществляется диспетчерской службой посредством передачи информации через сотрудников лично водителям автобусов, посредством телефонной связи, через сеть «Интернет», любым иным доступным для сторон способом.

Обязанности сторон определены в разделе 2 договора, цена услуг и порядок расчетов – в разделе 3, срок действия договора – в разделе 4, ответственность сторон – в разделе 5, заключительные положения – в разделе 6, реквизиты и подписи сторон – в разделе 7 заключенного договора.

В системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу положений статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением возражений или встречного иска. Арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск. При подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства о соблюдении правил его заключения, наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших (пункты 1, 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств»).

В силу пунктов 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Принцип свободы договора предполагает добросовестность действий его сторон, разумность и справедливость его условий, в частности, их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Свобода договора предполагает, что стороны действуют по отношению друг к другу на началах равенства и автономии воли и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах, при этом не означает, что стороны при заключении договора могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (своих контрагентов), а также ограничений, установленных Кодексом и другими законами.

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какойлибо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской федерации. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Договор оказания услуг от 1 сентября 2020 года, исходя из действительной воли сторон, является договором возмездного оказания услуг и регулируется, как общими положениями гражданского законодательства, так и специальными нормами для отдельных видов обязательств, содержащихся в главе 39 «Возмездное оказание услуг» Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 779 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Предметом договора возмездного оказания услуг является совершение определенных действий или осуществление определенной деятельности.

Исходя из норм пункта 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации и поскольку стороны в силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе определять условия договора по своему усмотрению, обязанности исполнителя по договору возмездного оказания услуг могут включать в себя не только совершение определенных действий (деятельности), но и представление заказчику результата своих действий.

Эти обязанности предполагают различную степень прилежания при исполнении обязательства. Если в первом случае исполнитель гарантирует приложение максимальных усилий, то во втором – достижение определенного результата.

Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса.

По природе договора возмездного оказания услуг, в котором отсутствует материальный результат действия, оплачивается услуга как таковая (статьи 779 - 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Неисполнение ответчиком обязательства по своевременной оплате оказанных истцом услуг по вышеназванному договору в полном объеме послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в арбитражный суд первой инстанции.

Согласно нормам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Частью 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Исковые требования подлежат удовлетворению в связи со следующим.

На основании пункта 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежащее исполнение прекращает обязательство.

В соответствии с нормами гражданского законодательства обязательственные правоотношения между коммерческими организациями основываются на принципах возмездности и эквивалентности обмениваемых материальных объектов и недопустимости неосновательного обогащения. Поэтому обязанность оплаты полученных юридическим лицом результатов оказанных услуг зависит от самого факта их принятия этим лицом.

Учитывая вышеизложенное, принятие услуг заказчиком является основанием для возникновения у последнего обязательства по их оплате в соответствии со статьей 781 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

По смыслу статей 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации услуга в качестве предмета договора неотделима от процесса ее оказания и потребляется в процессе исполнения договора возмездного оказания услуг, следовательно, услуги могут не иметь материального результата, который можно было бы сдать или принять, в то же время оплате подлежат фактически оказанные услуги.

При возмездном оказании услуг заказчика интересует именно деятельность исполнителя, не приводящая непосредственно к созданию вещественного результата и связанная с совершением действий, не имеющих материального воплощения.

Указанная правовая позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 апреля 2010 года № 18140/09 по делу № А56-59822/2008.

При рассмотрении споров, связанных с оплатой оказанных в соответствии с договором услуг, арбитражным судам необходимо руководствоваться положениями статьи 779 Гражданского кодекса Федерации, по смыслу которых исполнитель может считаться надлежаще исполнившим свои обязательства при совершении указанных в договоре действий (деятельности). При этом следует исходить из того, что отказ заказчика от оплаты фактически оказанных ему услуг не допускается (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1999 года № 48 «О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг»).

Согласно статье 783 Гражданского кодекса Российской Федерации общие положения о подряде (статьи 702-729) и положения о бытовом подряде (статьи 730-739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779-782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

На основании статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Подрядчик вправе требовать выплаты ему аванса либо задатка только в случаях и в размере, указанных в законе или договоре подряда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (пункт 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 753 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает возможность составления одностороннего акта. Названная норма защищает интересы подрядчика, если заказчик необоснованно отказался от надлежащего оформления документов, удостоверяющих приемку.

Указанная норма означает, что оформленный в таком порядке акт является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору и при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ (пункт 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику (пункт 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

Наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не лишает заказчика права представить суду возражения по объему, качеству и стоимости работ (пункты 12, 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

Согласно пункту 2.1 договора оказания услуг от 1 сентября 2020 года диспетчерская служба обязана: осуществлять организацию движения автобусов, составлять график выездов транспортных средств и контроль его исполнения, при необходимости осуществлять изменение очередности движения автобусов; контролировать наличие документов, необходимых для осуществления перевозки пассажиров и управления транспортным средством; обеспечить уборку санитарно-бытовых помещений, контейнерных площадок на конечных остановочных пунктах: маршрут № 18Д - пос. Елшанка, маршрут № 6 - ТЦ «Хеппи Молл», маршрут № 42К - МУЗ «Городская клиническая больница №9», маршрут № 80 - ул. Романтиков.

В соответствии с пунктом 2.2 договора перевозчик обязан: своевременно и в полном объеме оплачивать оказанные услуги, установленные настоящим договором; обеспечить исполнение водителями автобусов, работающих на маршруте, указанных в настоящем договоре, обязанностей и требования, и указания сотрудников «Диспетчерской службы»; обеспечить подачу в определенное «Диспетчерской службой» время и по указанному адресу технически исправного транспортного средства; обеспечить наличие необходимых документов для перевозки пассажиров и управлении транспортным средством; своевременно сообщать сотрудникам «Диспетчерской службы» о вынужденной задержке транспортного средства; обеспечить конфиденциальность передаваемой «Диспетчерской службой» информации; своевременно передавать подписанные акты выполненных работ в бухгалтерию «Диспетчерской службы».

Пункт 3.1 договора предусматривает, что вознаграждение диспетчерской службы определяется на основании приложения к договору.

В соответствии с приложением к договору стоимость услуг рассчитывается, исходя из тарифа, установленного за одну единицу транспортного средства в сутки, и составляет по маршруту № 18 Д -250 руб., по маршруту № 6 - 250 руб., по маршруту № 42 К - 250 руб., по маршруту № 80 - 250 руб.

На основании пункта 3.2 договора оказание услуг по договору подтверждается подписанием актов выполненных работ сторонами не реже одного раза в неделю.

Стороны в пункте 3.3 договора согласовали, что расчет за оказанные услуги осуществляется перевозчиком на основании представленных диспетчерской службой счетов на оплату один раз в месяц. Счета направляются перевозчику до конца текущего месяца.

Согласно пункту 3.4 перевозчик производит оплату в течение пяти банковских дней с момента получения документов от диспетчерской службы. В случае задержки платежей перевозчику начисляется неустойка в размере 0,5% от суммы задолженности за каждый день просрочки до момента полного погашения долга.

Пункт 4.1 договора оказания услуг предусматривает, что договор вступает в силу с момента подписания сторонами и действует по 31 декабря 2020 года. При истечении срока действия соглашения и в случае отсутствия у сторон взаимных претензий настоящий договор считается пролонгированным на очередной срок.

Истец в подтверждение факта оказания услуг представил в материалы дела акты оказанных услуг № 58 от 30 сентября 2020 года на сумму 197 880 руб., № 43 от 31 октября 2020 г. на сумму 379 000 руб., № 81 от 30 ноября 2020 г. на сумму 377 750,00 руб., № 89 от 31.12.2020 года на сумму 397 250 руб., № 7 от 31.01.2021 года на сумму 333 250 руб., № 9 от 28.02.2021 года на сумму 329 000 руб., № 26 от 31.03.2021 года на сумму 416 500 руб.

Истец в ходе судебного разбирательства увеличил размер исковых требований в части требований об оплате оказанных услуг по акту № 81 от 30 ноября 2020 г. в размере 402 500 руб., № 89 от 31.12.2020 года в размере 428 500 руб., № 7 от 31.01.2021 в размере 363 000 руб., № 9 от 28.02.2021 года в размере 357 000 руб., № 26 от 31.03.2021 года в размере 451 250 руб., указав на арифметические ошибки при расчете.

Из представленных истцом актов оформлен обеими сторонами только акт № 58 от 30 сентября 2020 года на сумму 197 880 руб., № 43 от 31 октября 2020 г. на сумму 379 000 руб., а остальные акты подписаны истцом в одностороннем порядке.

Ответчиком услуги за сентябрь и октябрь 2020 года оплачены в полном объеме.

Ответчик представил в материалы дела договор с АО «Автокомбинат-2» от 1 января 2020 года, в соответствии с которым, как указывает ответчик, АО «Автокомбинат-2» оказывал ИП ФИО3 транспортно-диспетчерские услуги.

Довод ответчика о том, что транспортно-диспетчерские услуги ему оказывались не истцом, а АО «Автокомбинат-2» является несостоятельным, поскольку согласно предмету договора от 01 января 2020 года, указанному в п. 1.1 Исполнитель принимает на себя обязательства оказывать Заказчику ряд услуг, согласно перечню основных оказываемых услуг, являющимся неотъемлемой частью договора (Приложение № 1), а также дополнительные услуги в соответствии с заявкой Заказчика, а Заказчик обязуется принять и оплатить услуги Исполнителя в порядке, размере и сроки, установленные настоящим договором.

В соответствии с Приложением №1 к договору оказания услуг от 01.01.2020, АО «Автокомбинат-2» взяло на себя обязательство оказать ИП ФИО3 следующие услуги:

1. Проведение ежедневного медицинского осмотра водителей: предрейсовый, межрейсовый , послерейсовый.

2. Проведение ежедневного технического осмотра: предрейсовый, межрейсовый, послерейсовый.

3. Организация и контроль движения транспорта (горячая линяя).

4. Выдача и сбор путевой документации.

5. Предоставление информационных услуг (консультирование в сфере охраны труда и техники безопасности, консультирование в сфере экономических и бухгалтерских вопросов, информирование об изменениях в трудовом законодательстве, консультирование по безопасности дорожного движения, прочие информационные услуги в сфере права).

6. Предоставление услуг по стоянке автотранспорта.

7. Услуги по мойке автотранспорта.

8. Оказание вспомогательной деятельности, связанной с перевозками заказчика.

Оказание диспетчерских услуг в части линейной диспетчеризации маршрутов (осуществлению организации движения пассажирских автобусов на маршрутах движения, составлению графиков выездов, контролю за его исполнением, изменению очередности движения автобусов и т.д.) обслуживаемых ИП ФИО3 не является предметом договора о 01.01.2020 года, заключенного между ИП ФИО3 и АО «Автокомбинат-2».

Из материалов дела следует, что услуги оказывались истцом посредством проверки наличия документов, необходимых для осуществления перевозки пассажиров и управления транспортным средством. В случае наличия необходимых документов транспортные средства допускались для перевозок на маршрутам, указанным в приложении к договору оказание услуг. В последующем, исходя из фактического наличия транспортных средств, предоставленных перевозчиком, истец осуществлял организацию движения автобусов, составлял графики выездов транспортных средств и контролировал их исполнение в пределах установленного административным органом расписания движения, исходя из конкретных обстоятельств (время года, время суток, выходные или праздничные дни и т.д.). Истец по результатам проведения указанных мероприятий составлял ведомости учета рейсов, которые в последующем передавались ответчику, который, утверждая их, ставил свою печать, подпись и передавал копию истцу.

ИП ФИО2 в подтверждение факта оказания услуг представил в материалы дела ведомости учета рейсов маршрутов № 18 Д, № 6, № 42 К, № 80 за период с ноября 2020 года по март 2021 года, поскольку после 31 марта 2021 года услуги им не оказывались.

Истец также представил в материалы дела договор аутсорсинга персонала от 1 сентября 2020 года, заключенный ИП ФИО2 (заказчик) и АО «Автокомбинат-2» (исполнитель), по условиям которого исполнитель обязался предоставить в распоряжение заказчика сотрудников (диспетчеров) для выполнения им следующих услуг: услуг по организации движения пассажирских автобусов на маршрутах движения (диспетчеризация), контролированию наличия необходимых для перевозки документов, а заказчик обязался оплатить эти услуги, а также приказ о приеме на работу, трудовой договор, заключенный акционерным обществом «Автокомбинат-2» и ФИО7, ФИО8, ФИО9, договор аренды туалетных кабин от 1 октября 2020 года № 20/88, заключенный ИП ФИО4 (арендодателем) и ИП ФИО2 (арендатором), договор оказания услуг от 01 октября 2020 года №б/н, заключенный ИП Нафеа Ясер Ехья Саад Елсаед (исполнитель) и ИП ФИО2 (заказчик).

Предметом договора оказания услуг от 01 октября 2020 года №б/н является оказание услуг по откачке и транспортированию отходов накопительных баков, установленных на конечных остановочных пунктах маршрута № 42 К (<...>) и маршрута № 80 (<...>) туалетных кабин.

Предметом договора аренды туалетных кабин от 1 октября 2020 года № 20/88 является передача арендодателем арендатору во временное пользование мобильных туалетных кабин для установки на конечных пунктах автобусных маршрутов в г. Саратове, а арендатор согласно данному договору обязуется оплачивать арендную плату и по окончании действия настоящего договора вернуть арендодателю имущество.

В соответствии с пунктом 1.1 вышеуказанного договора услуги по аренде туалетных кабин включают в себя установку туалетных кабин, заправку специализированной жидкостью, вывоз жидких отходов один раз в неделю. Согласно акту приема-передачи имущества в аренду от 1 октября 2020 года арендодателем установлено, а арендатором принято 11 туалетных кабин, в том числе 1 туалетная кабина на конечной остановке маршрута № 6.

Факт установки и уборки туалетных кабин на маршруте № 6 подтверждается актами от 31 октября 2020 года № 479, от 30 ноября 2020 года № 537, от 22 декабря 2020 года № 597, от 31 января 2021 года № 16, от 28 февраля 2021 года № 66, от 31 марта 2021 года № 94, подписанные арендодателем и арендатором без замечаний.

Следует отметить, что уборка на конечных остановочных пунктах на маршруте санитарно-гигиенического оборудования (кабин) в сентябре, октябре 2020 года была обеспечена истцом. Договор оказания услуг от 1 сентября 2020 года в данной части в сентябре, октябре 2020 года был исполнен в полном объеме, что подтверждается актом № 58 от 30 сентября 2020 года на сумму 197 880 руб., № 43 от 31 октября 2020 г. на сумму 379 000 руб., а также отсутствием со стороны ответчика какихлибо претензий.

Из совокупности представленных истцом доказательств следует, что именно ИП ФИО2 осуществлял ведение ведомостей учета рейсов по маршрутам № 18 Д, № 6, № 42 К, № 80 и оказывал услуги по диспетчеризации во исполнение договора оказания услуг от 1 сентября 2020 года, заключенного им и ответчиком, который не доказал обратное.

Аналогичная правовая позиция изложена в решении Арбитражного суда Саратовской области от 13 декабря 2021 года по делу № А57-10425/2021, решении Арбитражного суда Саратовской области от 20 октября 2021 года по делу № А57-10427/2021, оставленном без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 декабря 2021 года по делу № А57-10427/2021, предметом спора по которым являлось взыскание ИП ФИО2 задолженности и неустойки по идентичным договорам оказания услуг от 1 сентября 2020 года.

Таким образом, учитывая, что за период с ноября 2020 года по март 2021 года истец оказал ответчику услуги на общую сумму 2 002 250 руб., общая стоимость оказанных им услуг составляет 2 002 250 руб., которые подлежат взысканию с ответчика в пользу истца. Ответчик не доказал обратное.

Ответчик, оспаривая исковые требования, указывает, что услуги за период с ноября 2020 года по март 2021 года по договору от 01 сентября 2020 года ему не оказывались.

Довод ответчика подлежит отклонению по следующим основаниям.

Положения действующего гражданского законодательства связывают возникновение у заказчика обязанности оплаты услуг с фактом их выполнения и принятия.

Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, если работы (услуги) выполнены до согласования всех существенных условий договора подряда, но впоследствии сданы подрядчиком и приняты заказчиком, то к отношениям сторон подлежат применению правила о подряде (возмездном оказании услуг) и между ними возникают соответствующие обязательства. Аналогичный правовой подход содержится в пункте 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 февраля 2014 года № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными».

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 августа 2018 года № 305-ЭС18-12453 по делу № А40-250326/2016, если отказ заказчика от исполнения договора не соответствует характеру нарушения, то является неправомерным, поэтому подлежит признанию недействительным.

Отказ заказчика от исполнения договора после фактического оказания услуг недопустим и не может являться основанием для отказа в их оплате (постановление Федерального Арбитражного Суда Волго-Вятского округа от 8 октября 2010 года по делу № А29-12869/2009).

Как разъяснено в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Арбитражный суд обращает внимание, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция разумности и добросовестности участников гражданских, в том числе, корпоративных правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьями 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (постановление Арбитражного суда Московского округа от 17 января 2020 года № Ф05- 23450/2019 по делу № А40-17841/2019).

При наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий (пункт 1 раздела 1 «Основные положения гражданского законодательства». Судебная коллегия по экономическим спорам. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2015 года № 2 (2015).

Судебная защита права осуществляется исходя из принципов разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. При несоблюдении принципов разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений суд может отказать недобросовестному лицу в защите права (пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», Определение Верховного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2019 года № 307-ЭС18-22127 по делу № А05- 13331/2017, пункт 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 сентября 2011 года № 147 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре», Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2006 года № 8259/06 по делу № А40-38670/04-63-424).

Как следует из статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление. Таким образом, непосредственной целью указанной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав потерпевшей стороны (пункт Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 ноября 2008 года № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Акты оказанных услуг за период с ноября 2020 года по март 2021 года были направлены ответчику вместе с претензией 29.03.2021 года.

Кроме того, 31 марта 2021 года ИП ФИО2 и ИП ФИО3 подписано соглашение о расторжении договора от 01 сентября 2020 года, в связи с чем суд приходит к выводу, что ответчик признал, что до 31 марта 2021 года договор действовал.

Материалы дела не содержат каких-либо доказательств того, что у ответчика имелись претензии или замечания в части исполнения истцом договора оказания услуг от 1 сентября 2020 года за спорный период, в том числе после получения актов оказанных услуг.

Кроме того, ответчик, оспаривая исковые требования, указывает, что графики выездов транспортных средств в материалы дела не представлены, а оказание услуг по составлению ведомостей учета рейсов, а также подтверждение данными ведомостями факта оказания комплекса услуг, предусмотренного п.2.1. Договора, - Договором оказания услуг от 01.09.2020, не предусмотрено.

Довод ответчика подлежит отклонению по следующим основаниям.

Согласно п. 2.1.1. договора оказания услуг от 1 сентября 2020 года диспетчерская служба» обязана осуществлять организацию движения автобусов, составлять график выездов транспортных средств и контроль его исполнения, при необходимости осуществлять изменение очередности движения автобусов.

Истцом в материалы дела представлены ведомости учета рейсов по маршрутам № 18 Д, № 6, № 42 К, № 80.

При этом, тот факт, что документ поименован «ведомость учета рейсов по маршрутам» вместо «график выездов транспортных средств» не меняет существа рассматриваемого документа.

Кроме того, услуги за сентябрь, октябрь 2020 года были приняты ответчиком и оплачены на основании аналогичного пакета документов, подтверждающих оказание услуг по договору оказания услуг от 1 сентября 2020 года. Никакой иной пакет документов ИП ФИО3 для подписания не предъявлялся.

Факт ведения ведомостей учета рейсов по маршрутам № 18 Д, № 6, № 42 К, № 80 работниками ИП ФИО2 и сотрудниками на основании договора аутсорсинга персонала от 1 сентября 2020 года, заключенного ИП ФИО2 и АО «Автокомбинат-2» подтверждается ведомостями учета рейсов по маршрутам № 18 Д, № 6, № 42 К, № 80. В свою очередь доказательством ведения ведомостей по маршрутам № 18 Д, № 6, № 42 К, № 80 и оказание услуг диспетчеризации по данным маршрутам именно истцом является как наличие самих копий этих ведомостей у ИП ФИО2, которые имеют печать ИП ФИО3., что не оспаривалось ответчиком, так и оплатой ИП ФИО3 услуг по договору оказания услуг за сентябрь и октябрь 2020 года в полном объеме, стоимость которых определялась на основании данных ведомостей.

Суд, проанализировав совокупность доказательств, имеющихся в материалах дела пришел к выводу, что именно ИП ФИО2 осуществлял ведение ведомостей учета рейсов по маршрутам № 18 Д, № 6, № 42 К, № 80 и именно истец оказывал услуги по диспетчеризации в рамках договора оказания услуг от 01.09.2020, доказательств обратного ответчиком в материалы дела не предоставлено.

Все остальные доводы ответчика исследованы и признаны не влияющими на правовую оценку предмета иска.

Ответчик не представил доказательства оплаты задолженности при рассмотрении иска.

С учетом вышеизложенного, с ответчика в пользу истца следует взыскать 2 002 250 руб. задолженности по договору оказания услуг от 1 сентября 2020 года за период с ноября по март 2021 года.

Истец также просил взыскать с ответчика неустойку за период с 25.12.2020 по 14.05.2020 в размере 899 851,25 рублей, а начиная с 15 мая 2021 года – по день фактического исполнения денежного обязательства по оплате оказанных услуг, исходя из 0,5% от суммы задолженности за каждый день просрочки.

Пункт 3.4 договора предусматривает неустойку перевозчика за просрочку оплаты оказанных диспетчерской службой услуг в размере 0,5% от суммы задолженности за каждый день просрочки до момента полного погашения долга.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Осуществляя правовое регулирование оснований, условий и сроков привлечения к юридической ответственности, суд должен исходить из того, что юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом или договором, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями; наличие состава правонарушения является необходимым основанием для всех видов ответственности, а его признаки, как и содержание конкретных составов правонарушений, должны согласовываться с конституционными принципами демократического правового государства, включая требование справедливости, в его взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами как субъектами ответственности; общепризнанным принципом привлечения к ответственности во всех отраслях права является наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения, а всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т.е. предусмотрено непосредственно в законе.

Закрепляя и изменяя меры ответственности за совершение правонарушений, суд обязан соблюдать гарантированное статьей 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации равенство всех перед законом, означающее, что любое правонарушение и санкции за его совершение должны быть четко определены в законе или договоре, причем таким образом, чтобы исходя непосредственно из текста соответствующей нормы - в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, - каждый мог предвидеть правовые последствия своих действий (бездействия).

Названные принципы привлечения к юридической ответственности в силу статей 8 (часть 2) и 19 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации в равной мере относятся ко всем физическим и юридическим лицам, которые являются участниками определенных правоотношений. (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 января 2016 года № 2-П).

Одно из основных начал гражданского законодательства – свобода договора (пункт 1 статьи 1, статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации), а одним из частных его проявлений, в свою очередь, является закрепленная параграфом 2 Гражданского кодекса Российской Федерации возможность сторон договора предусмотреть на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства неустойку, которой данный Кодекс называет определенную законом или договором денежную сумму, подлежащую уплате должником кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 2015 года № 6-О).

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение.

Арбитражный суд, проверив произведенный истцом расчет неустойки в сумме 899 851,25 руб. за период с 25.12.2020 по 14.05.2020 года, признает его неверным в связи со следующим.

По условиям пункта 3.4 договора оплата за услуги должна быть произведена в течение пяти банковских дней с момента получения документов от диспетчерской службы, поэтому неустойка подлежит начислению по истечении пяти банковских дней после получения ответчиком актов оказанных услуг.

Поскольку акты оказанных услуг были направлены истцом 29.03.2021 года, что подтверждается описью вложения в ценное письмо от 29.03.2021 года, почтовой квитанцией от 29.03.2021 года, неустойка подлежит начислению по истечении пяти банковских дней после получения актов, т. е. с 14.04.2021 года.

Ответчик при рассмотрении иска заявил о несоразмерности неустойки и ее снижении. Истец возражал против уменьшения размера неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации возражал, сославшись на недоказанность ответчиком оснований для ее уменьшения.

В связи с тем, что ответчик при рассмотрении иска обоснованно заявил о необходимости применения норм статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с несоразмерностью предъявленной к взысканию неустойки последствиям нарушения денежного обязательства, т. к. размер неустойки по условиями пункта 3.4 договора (0,5%) является чрезмерным и не соответствующим обычаям делового оборота, арбитражный апелляционный суд считает возможным снизить неустойку по следующим основаниям.

Соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается.

Статья 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется судом в том случае, когда неустойка явно несоразмерна последствия нарушения обязательства.

Согласно пунктам 69-71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 72 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 (в редакции от 7 февраля 2017 года) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 5 статьи 330, статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 6.1 статьи 268, часть 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если уменьшение неустойки допускается по инициативе суда, то вопрос о таком уменьшении может быть также поставлен на обсуждение сторон судом апелляционной инстанции независимо от перехода им к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (части 1 и 2 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, части 1 и 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или уменьшение неустойки произведено в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации в своих судебных актах (Определения от 21 декабря 2000 года № 263-О, от 22 января 2004 года № 13-О, от 22 апреля 2004 года № 154-О) обратил внимание на то, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

Возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т. е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что не может рассматриваться как нарушение статьи 35 Конституции Российской Федерации.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 года № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные стороной имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые участники обязательства вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 января 2011 года № 11680/10 по делу № А41-13284/09 разъяснено, что правила статьи 333 Кодекса предусматривают право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Снижение неустойки судом возможно только в одном случае - в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

Иные фактические обстоятельства (финансовые трудности должника, его тяжелое экономическое положение и т. п.) не могут быть рассмотрены судом в качестве таких оснований.

Явная несоразмерность неустойки должна быть очевидной.

Данная позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 января 2011 года № 11680/10.

Пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2011 года № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Обязательным условием взыскания неустойки в силу положений Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 года № 17 «Обзор практики применения судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» является соразмерность ее суммы последствиям нарушения обязательства, что предполагает возмещение кредитору нарушенного интереса с недопущением его неосновательного обогащения. Назначением института ответственности за нарушение обязательств является восстановление имущественной сферы потерпевшего. Иными словами, при определении подлежащей взысканию суммы неустойки необходимо исходить из задачи выплатить достойную компенсацию кредитору, при том, что это не должно приводить к неосновательному обогащению последнего.

Аналогичная правовая позиция содержится в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2013 года № 12945/13, Определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 7 апреля 2014 года № ВАС-3952/14, постановлениях от 31 января 2014 года Федерального арбитражного суда Поволжского округа по делу № А55-11298/2013, от 19 сентября 2013 года Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа по делу № Ф03-4373/2013).

Неустойка, как мера ответственности, должна носить компенсационный, а не карательный характер и не может служить мерой обогащения (как указано в вышеперечисленных судебных актах).

Пунктами 73-75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 (в редакции от 7 февраля 2017 года) также разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Как разъяснено в пункте 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 (в редакции от 7 февраля 2017 года), снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Степень соразмерности неустойки последствиям обязательства является оценочной категорией, поэтому неустойка подлежит уменьшению судом, исходя из внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела. В каждом конкретном случае при уменьшении неустойки необходимо оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, но недопустимо уменьшение неустойки при неисполнении должником бремени доказывания несоразмерности, представления соответствующих доказательств, в отсутствие должного обоснования и наличия на то оснований.

Иной подход позволяет недобросовестному должнику, нарушившему условия согласованных с контрагентом обязательств, в том числе об избранных ими мерах ответственности и способах урегулирования спора, извлекать преимущества из своего незаконного поведения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10 декабря 2019 года № 307-ЭС19-14101 по делу № А56-64034/2018).

Не ограничивая сумму устанавливаемых договором неустоек, Гражданский кодекс Российской Федерации предоставляет суду право устанавливать соразмерные основному долгу их пределы с учетом действительного размера ущерба, причиненного стороне в конкретном договоре. Именно поэтому в пункте 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

Учитывая заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при исчислении размера неустойки, арбитражный апелляционный суд, исходя из фактических обстоятельств дела, явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства ответчиком, отсутствия доказательств причинения истцу убытков, вызванных нарушением ответчиком обязательства, в сумме, сопоставимой с заявленной к взысканию договорной неустойкой, принимая во внимание длительность нарушения обязательства, учитывая соотношение стоимости оказанных услуг по договору и суммы неустойки, считает необходимым применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить процент неустойки с 0,5% до 0,1%, взыскав с ответчика в пользу истца неустойку в сумме 54036 руб. за просрочку оплаты оказанных услуг за период с 26 мая 2021 года по 6 апреля 2022 года, а затем до момента фактического исполнения обязательства по уплате задолженности, поскольку сложившаяся судебно-арбитражная практика свидетельствует о том, что довольно распространенным в договорных отношениях коммерческих организаций на территории Российской Федерации является размер неустойки 0,1% за каждый день просрочки исполнения обязательства, который наиболее часто встречается в заключаемых договорах, т. е. соответствует обычно сложившейся хозяйственной практике и обычаям делового оборота, что, само по себе, не доказывает чрезмерность или кабальность согласованного сторонами в договоре размера пеней. Такой размер неустойки достаточен для обеспечения восстановления нарушенных прав истца и соответствует принципам добросовестности и разумности. Аналогичная правовая позиция относительно необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика до 0,1% изложена в решении Арбитражного суда Саратовской области от 20 октября 2021 года по делу № А57- 10427/2021, оставленном без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 декабря 2021 года по аналогичному делу № А57-10427/2021.

В соответствии с пунктом 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограниченна.

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве).

В связи с тем, что оплата задолженности не произведена ответчиком до настоящего времени, арбитражный суд считает обоснованным требование истца о взыскании неустойки за период с 15.05.2021 года по дату фактической уплаты задолженности.

Арбитражный суд с учетом вышеизложенного приходит к выводу о том, с ответчика в пользу истца следует взыскать 57466,25 руб. неустойки за просрочку оплаты оказанных услуг за период с 14.04.2021 года по 14.05.2021 года, а начиная с 15.05.2021 года – по день фактического исполнения денежного обязательства по оплате оказанных услуг, исходя из 0,1% от 2 005 250 руб. задолженности за каждый день просрочки.

Согласно статье 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд решает вопросы о распределении судебных расходов.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

При распределении расходов по уплате государственной пошлины суд руководствуется правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и исходит из того, что погашение ответчиком долга в полном объеме до настоящего времени не произведено, то расходы по оплате государственной пошлины следует возложить на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 177, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 310643209700039, ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 314645323200011, ИНН <***>) задолженность по договору оказания услуг от 01.09.2020 за период с ноября 2020 года по март 2021 года в размере 2002250 рублей, неустойку за период с 14.04.2021 года по 14.05.2021 года в размере 57466,25 рублей, с последующим начислением неустойки, исходя из размера 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки, начиная с 15.05.2021 года по дату фактической уплаты задолженности, расходы по оплате государственной пошлины в размере 29594 рублей.

В остальной части заявленных исковых требований в удовлетворении отказать.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 314645323200011, ИНН <***>) из бюджета уплаченную государственную пошлину в размере 6188 рублей.

Решение арбитражного суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение арбитражного суда может быть обжаловано в апелляционную, кассационную инстанции в порядке, предусмотренном главами 34, 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи соответствующей жалобы через арбитражный суд первой инстанции.



Судья арбитражного суда

Саратовской области

В. Е. Козикова