Решение от 16 апреля 2024 г. по делу № А11-13773/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ

600005, г. Владимир, Октябрьский проспект, д. 19

тел. (4922) 47-23-65, 47-23-41, факс (4922) 47-23-98, http://vladimir.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Владимир Дело № А11-13773/2022

"16" апреля 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена – 12.03.2024.

Полный текст решения изготовлен – 16.04.2024.

Арбитражный суд Владимирской области в составе судьи Ушаковой Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению акционерного общества "Домостроительный комбинат" (601903, <...> д. 21-А; ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании незаконным и об отмене решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 13 по Владимирской области (в настоящее время – Управление Федеральной налоговой службы по Владимирской области (600001, <...>; ОГРН <***>, ИНН <***>)) от 15.08.2022 № 2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения с учетом решения Управления Федеральной налоговой службы по Владимирской области от 15.11.2023 № 18 "О внесении изменения в решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения" (с учетом уточнения заявленного требования),

при участии представителей:

от акционерного общества "Домостроительный комбинат": ФИО2 – по доверенности от 17.11.2023 № 193/1 (сроком действия один год);

от Управления Федеральной налоговой службы по Владимирской области: ФИО3 – по доверенности от 29.12.2023 № 07-99/53 (сроком действия до 31.12.2024), ФИО4 – по доверенности от 30.01.2024 № 04-99/49 (сроком действия до 31.12.2024),

установил:

акционерное общество "Домостроительный комбинат" (далее – Общество, АО "ДСК") обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 13 по Владимирской области (далее – Инспекция) (в настоящее время – Управление Федеральной налоговой службы по Владимирской области (далее – Управление)) от 15.08.2022 № 2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения с учетом решения Управления от 15.11.2023 № 18 "О внесении изменения в решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения" (с учетом заявления об уточнении заявленного требования).

В случае установления состава наличия правонарушения, заявитель просил применить смягчающие ответственность обстоятельства, которые были заявлены при рассмотрении материалов налоговой проверки.

В обоснование заявленного требования Общество указало на неправомерность выводов налогового органа о получении АО "ДСК" необоснованной налоговой выгоды путем уменьшения налоговой базы по налогу на добавленную стоимость (НДС) и по налогу на прибыль посредством перевода деятельности на взаимозависимое лицо – индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее – ИП ФИО5), применяющего упрощенную систему налогообложения. По мнению налогоплательщика, материалы проверки свидетельствуют о том, что Общество и ИП ФИО5 являются самостоятельными субъектами экономической деятельности; имеют отдельные расчетные счета; ведут раздельный бухгалтерский учет; осуществляют по результатам самостоятельной хозяйственной деятельности уплату налогов и сборов; каждый имеет штат сотрудников, позволяющий обеспечить их производственную деятельность. Факта распределения между указанными лицами полученной выручки Инспекцией не установлено. Общество какого-либо дохода от деятельности индивидуального предпринимателя ФИО5 не получило, что подтверждается сведениями о финансовых операциях, проводимых предпринимателем по собственному счету и не опровергается материалами налоговой проверки. Единственным источником поступления денежных средств от ИП ФИО5 явилась арендная плата по заключенным договорам.

Заявитель отметил, что в материалах налоговой проверки отсутствуют доказательства того, что операции по реализации товара Обществом и ИП ФИО5 умышленно организованы автономно и только для видимости. Те обстоятельства, что Общество и ИП ФИО5 находились на одной территории, осуществляли один вид деятельности (частично) не свидетельствует о наличии оснований для вывода о том, что данные организации являлись единым хозяйствующим субъектом, а деятельность двух коммерческих структур имело целью уклонение от уплаты налогов. Общество в обоснование деловой цели сокращения производства указало, что целью была минимизация убытка, нарастающего с 2014 года. ИП ФИО5, в свою очередь, указал, что является специалистом в производстве ЖБИ, сам наладил и материально-техническую базу, и рынки поставщиков и сбыта. Как отметил заявитель, ни один из свидетелей, ни одно из доказательств, представленных в материалы дела, не указывает на оптимизацию производственного процесса Общества с помощью ИП ФИО5 ФИО6 органом не представлено доводов в опровержение позиции налогоплательщика о наличии деловой цели как при принятии решения о сокращении производства Обществом (убыточность производства ЖБИ), так и при принятии ФИО5 решения о регистрации в качестве предпринимателя. Также налоговый орган, по мнению Общества, в оспариваемом решении не обосновал, на основании каких фактов была установлена руководящая роль Общества в "схеме дробления бизнеса", что повлекло вывод о фиктивности деятельности ИП ФИО5 и последующее отнесение всех доходов на Общество. Доказательств подконтрольности налогоплательщику деятельности предпринимателя налоговый орган также не предоставил. При этом, материалы дела содержат доказательства того, что ИП ФИО5 самостоятельно принимал решения и руководил сотрудниками и производственным процессом. Ни один из свидетелей не указал, что, работая у ФИО5, указания получали от руководства Общества. Те свидетели, которые утверждали, что для них ничего при трудоустройстве не поменялось по сравнению с тем периодом, когда они работали в Обществе, подтвердили, что контроль за их деятельностью у ФИО5 осуществлял непосредственно ФИО5 Совпадение по контрагентам ИП ФИО5 и Общества объясняется тем, что данные лица действовали на одной небольшой территории во Владимирской области и осуществляли схожие виды деятельности. Иных лиц, осуществляющих производство именно таких ЖБИ, на ближайшей территории нет.

АО "ДСК" обратило внимание суда на необоснованный, по его мнению, вывод об использовании одного и того же оборудования при выпуске блоков ФБС похожей номенклатуры, поскольку при выпуске используется опалубка. У Общества она была в собственности, а ИП ФИО5 восстанавливал формы из металлолома, нес затраты на ее восстановление собственными силами, таким образом, оборудование использовалось разное.

Склад готовой продукции также не использовался совместно. По объемам выпуска продукции необходимость в использовании указанного склада как у Общества, так и у ИП отсутствовала, поскольку готовые изделия складировались в цеху и на вывозной телеге отгружались сразу на автотранспорт. Перевозка изделий в склад – это дополнительные затраты.

Разовая необходимость использования склада ИП ФИО5 не является предоставлением в безвозмездное пользование площадей, а является способом удержать арендатора. Такие льготы предоставлялись также другим арендаторам и предоставляются в настоящее время. Тоже самое касается и цементных банок, и склада инертных материалов. Осуществление такого вида деятельности, как производство ЖБИ, не исключает возможности осуществления деятельности с использованием арендованных помещений, транспорта и иного имущества.

Как отметил заявитель, отсутствие у налогоплательщика в собственности основных средств, не является основанием для отнесения его к номинальной структуре, не способной самостоятельно осуществлять финансово-хозяйственную деятельность.

ИП ФИО5 осуществлял деятельность в период с 24.05.2016 по 16.01.2020. При увеличении объемов производства у АО "ДСК" оно не перевело свою деятельность и доходы на предпринимателя, а самостоятельно продолжило производство, расторгнув договорные отношения по аренде с ИП ФИО5 и приняв на работу необходимое количество сотрудников. Согласно позиции Общества, указанное свидетельствует о том, что хозяйствующие субъекты исходили из реальных обстоятельств.

Таким образом, по мнению заявителя, налоговый орган не представил достаточных и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что регистрация ФИО5 в качестве предпринимателя была совершена исключительно для уменьшения налоговой нагрузки без цели ведения фактической предпринимательской деятельности. При оценке обоснованности налоговой выгоды налоговый орган должен был учесть реальное финансовое состояние Общества в рассматриваемый период, сокращение производства и доходов от него, увольнение сотрудников по сокращению со всеми социальными выплатами, а не перевод от одного работодателя к другому (что при дроблении бизнеса безусловно было бы выгоднее).

Более подробно позиция Общества изложена в заявлении, в возражениях на отзыв Управления и в письменных пояснениях по делу.

Управление в отзыве от 30.12.2022 без номера и в письменных пояснениях от 21.03.2023 без номера, от 12.05.2023 без номера, от 22.06.2023 без номера, от 25.08.2023 без номера просило отказать в удовлетворении заявленного требования, указав, что по результатам налоговой проверки Общества Инспекцией установлено, что регистрация ИП ФИО5 носила временный характер и была осуществлена исключительно в интересах АО "ДСК". Совокупность установленных в ходе выездной налоговой проверки Общества обстоятельств финансово-хозяйственной деятельности проверяемого налогоплательщика и ИП ФИО5 указывает на взаимозависимость и подконтрольность последнего по отношению к проверяемому налогоплательщику, что обеспечило возможность минимизации налоговых обязательств АО "ДСК".

Исследовав материалы дела, заслушав доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка в отношении АО "ДСК" по всем налогам, сборам и страховым взносам за период с 01.01.2018 по 31.12.2020.

По результатам выездной налоговой проверки АО "ДСК" составлен акт налоговой проверки от 10.03.2022 № 2, на основании которого, с учетом материалов дополнительных мероприятий налогового контроля и возражений налогоплательщика, заместителем начальника Инспекции вынесено решение от 15.08.2022 № 2 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения".

Указанным решением Обществу доначислены налоги и страховые взносы в общей сумме 15 193 163 руб., в том числе налог на прибыль в сумме 827 066 руб., налог на добавленную стоимость в сумме 12 635 181 руб., страховые взносы в размере 1 730 916 руб., соответствующие пени в общем размере 8 399 643 руб., также АО "ДСК" привлечено к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в сумме 212 453 руб.

Основанием для доначисления налогов в указанных размерах послужили выводы о нарушении АО "ДСК" положений пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации, что выразилось в создании "схемы разделения бизнеса" с участием взаимозависимого и подконтрольного лица – ИП ФИО5, применяющего специальный налоговый режим (УСН) и привело к минимизации налоговых обязательств Общества по НДС и налогу на прибыль организаций.

Решением Управления от 07.11.2022 № 13-10-01/13249@ апелляционная жалоба АО "ДСК" оставлена без удовлетворения, а решение Инспекции – утверждено.

Решением Управления от 15.11.2023 № 18 в пункт 3.1 решения Инспекции от 15.08.2022 № 2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения внесены изменения в части начисления пеней за период действия моратория, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497, в соответствии с которыми сумма пени по налогу на прибыль предприятий и организаций в федеральный бюджет составила 36 046 руб. 28 коп.; сумма пени по налогу на прибыль предприятий и организаций в бюджет субъекта составила 204 261 руб. 73 коп.; сумма пени по НДС составила 6 313 729 руб. 78 коп.; сумма пени по страховым взносам на ОПС составила 201 560 руб. 57 коп.; сумма пени по страховым взносам на ОМС составила 513 981 руб. 86 коп.; - сумма пени по страховым взносам на ОСС составила 292 264 руб. 14 руб.; сумма налогов и штрафных санкций оставлены без изменений.

Не согласившись с оспариваемым решением Инспекции, Общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, арбитражный суд пришел к выводу об отсутствии основания для удовлетворения заявленного требования.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности, что также отражено в пункте 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункта 1 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы. Законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения. При установлении налогов учитывается фактическая способность налогоплательщика к уплате налога.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 23 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги и сборы.

Избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса. Указанная позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920.

В соответствии с Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее – Постановление № 53) под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Как указывается в абзацах 5 и 6 пункта 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 04.06.2007 № 320-О-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата.

В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8, часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

Данная правовая позиция неоднократно нашла свое подтверждение в определениях Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, в том числе в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399.

В Постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.04.2013 № 15570/12 сформулирован ряд критериев, по которым должно осуществляться отграничение законной оптимизации структуры бизнеса от дробления бизнеса в целях получения необоснованной налоговой выгоды: самостоятельность выполняемых организациями видов деятельности, включение их деятельности в единый производственный процесс, направленность на достижение общего экономического результата, действительная хозяйственная, экономическая самостоятельность организаций.

Таким образом, в рамках мероприятий налогового контроля налоговыми органами могут быть установлены факты снижения налогоплательщиками своих налоговых обязательств путем создания искусственной ситуации, при которой видимость действий нескольких лиц прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика. При этом, получение необоснованной налоговой выгоды достигается в результате применения инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, формально соответствующих действующему законодательству. В пунктах 3, 5 Постановления № 53 определено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами, целями делового характера.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Пунктом 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В целях пунктов 1 и 2 указанной статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным (пункт 3 статьи 54.1 Кодекса).

Ранее правовые подходы, аналогичные регулированию, введенному в действие статьей 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации, были сформированы на основании Постановления № 53 в практике применения налогового законодательства исходя из общего принципа запрета на злоупотребление правом, невозможности получения налоговой выгоды на основании документов, содержащих недостоверную информацию о хозяйственных операциях и их участниках.

Установление судом наличия разумных или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды при отсутствии намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (пункт 9 Постановления № 53 ).

На основании пункта 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

Вместе с тем налоговый орган не лишен права приводить доказательства, указывающие на направленность действий налогоплательщика и взаимозависимых с ним лиц в обход установленных требований налогового законодательства.

На налоговом органе в этом случае лежит бремя доказывания того, что имело место деление по существу единого хозяйствующего субъекта, что фактически налогоплательщиком осуществлялось ведение финансово-хозяйственной деятельности в условиях целенаправленного формального разделения бизнеса с целью занижения доходов путем распределения их на взаимозависимых лиц и направленной на минимизацию налоговой нагрузки посредством применения взаимозависимыми лицами специальных режимов налогообложения в виде упрощенной системы налогообложения, при которых не уплачивались НДС и налог на прибыль.

При оценке обоснованности налоговой выгоды судом могут учитываться такие обстоятельства, как: особенности корпоративной структуры (история создания взаимозависимых лиц, причины их реорганизации и др.), практика принятия управленческих решений внутри группы взаимозависимых лиц, использование общих трудовых и производственных ресурсов, особенности гражданско-правовых отношений внутри группы.

Таким образом, налоговый орган должен доказать, что налогоплательщик создал ситуацию, при которой видимость действий нескольких юридических лиц прикрывала фактическую деятельность одного хозяйствующего субъекта.

Согласно пункту 1 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации, является счет-фактура. Требования к порядку составления счетов - фактур относятся не только к полноте заполнения всех реквизитов, но и к достоверности содержащихся в них сведений.

В соответствии с пунктом 1 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 настоящего Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации.

Вычетам подлежат, если иное не установлено данной статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Требования к оформлению организациями документов, подтверждающих совершение хозяйственных операций, установлены статьей 9 Федерального Закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", согласно которой каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Право на применение вычетов по налогу на добавленную стоимость, поставлено налоговым законодательством в зависимость от соблюдения специальных правил, предусматривающих принятие товаров (работ, услуг) к учету, наличие счета-фактуры, первичных документов, подтверждающих приобретение товаров (работ, услуг) именно у заявленных контрагентов.

В соответствии со статьями 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), так как именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога на добавленную стоимость, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиком.

Согласно пункту 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов, за исключением расходов, указанных в статье 270 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, а в случаях, предусмотренных статьей 265 Налогового кодекса Российской Федерации, убытки, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Учитывая вышеизложенное, к расходам, уменьшающим налогооблагаемую базу по налогу на прибыль организаций, могут быть отнесены только обоснованные затраты, обязанность подтверждения которых возложена на налогоплательщика.

Как следует из решения от 15.08.2022 № 2, в ходе выездной налоговой првоерки налоговым органом установлено создание Обществом "схемы разделения бизнеса" с участием взаимозависимого и подконтрольного лица – ИП ФИО5, применяющего УСН, что привело к минимизации налоговых обязательств Общества по НДС и налогу на прибыль организаций.

Данный вывод нашел свое подтверждение представленными в материалы дела доказательствами и основан на нижеследующем.

Согласно материалам налоговой проверки, АО "ДСК" зарегистрировано в качестве юридического лица с 18.10.1991. Основной вид деятельности АО "ДСК" – производство изделий из бетона для использования в строительстве, код ОКВЭД – 23.61.

Общество применяло общепринятую систему налогообложения, являлось плательщиком налога на прибыль организаций, НДС, налога на имущество организаций, транспортного налога, водного налога, земельного налога, налога на доходы физических лиц с доходов, источником которых является налоговый агент, страховых взносов.

В ходе проверки установлено и следует из материалов дела, что до середины 2016 года основным доходом Общества являлась выручка от производства и реализации железобетонных изделий (ЖБИ), бетона, в том числе реализация основным потребителям - организациям (застройщикам), осуществляющим строительство многоквартирных домов.

Согласно подпункту 23.1 пункта 3 статьи 149 Налогового кодекса Российской Федерации услуги застройщика на основании договора участия в долевом строительстве, заключенного в соответствии с Федеральным законом от 30.12.2004 № 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) на территории Российской Федерации.

Следовательно, покупатели - застройщики, приобретая продукцию Общества и используя ее при строительстве многоквартирных жилых домов, не включали в налогооблагаемый оборот доход от основного вида деятельности и, соответственно, не заявляли налоговые вычеты по товарам, работам, услугам, используемым в осуществлении данного вида деятельности.

ИП ФИО5 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 24.05.2016. На момент регистрации ФИО5 не обладал основными средствами и имуществом. ИП ФИО5 применял в целях налогообложения упрощенную систему с объектом налогообложения "доходы", следовательно, ФИО5 не являлся плательщиком НДС, НДФЛ.

На момент регистрации в качестве индивидуального предпринимателя и до 30.08.2019 ФИО5 занимал в АО "ДСК" должность главного инженера, в последующем с 17.03.2020 должность начальника ПТО.

В проверяемый период ИП ФИО5 являлся работником АО "ДСК". В его должностные обязанности, как главного инженера входили, в том числе: подготовка кадров, контроль и организация технологических процессов, качество продукции, промышленная безопасность, техника безопасности, работа машин и механизмов; как начальника производственно-технического отдела: подготовка производства, планирование выпуска продукции по номенклатуре и поставка продукции по договорам.

Согласно пункту 1 статьи 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации, если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в настоящем пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения (далее взаимозависимые лица).

В пункте 2 статьи 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации приведен перечень случаев, когда лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения.

Согласно подпункту 7 пункта 2 статьи 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации признаются взаимозависимыми организация и лицо, осуществляющее полномочия ее единоличного исполнительного органа, а согласно подпункту 10 пункту 2 статьи 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации - физические лица в случае, если одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению.

В период спорных правоотношений полномочия единоличного исполнительного органа АО "ДСК" осуществлял генеральный директор ФИО7, следовательно, АО "ДСК" и ФИО7 являются взаимозависимыми в соответствии с подпунктом 7 пункта 2 статьи 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

ФИО5 подчинялся ФИО7 по должностному положению, соответственно, данные лица в силу подпункта 10 пункта 2 статьи 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации также являлись взаимозависимыми. Указанное обстоятельство заявителем не оспаривается.

Таким образом, названные лица способны оказывать влияние на условия и результаты сделок, совершаемых ими, а также на экономические результаты деятельности Общества и предпринимателя.

Инспекцией установлено, что у ИП ФИО5 возникли договорные отношения с застройщиками многоквартирных домов, ранее осуществляющих взаимоотношения с налогоплательщиком, вследствие чего основной доход от производства и реализации ЖБИ и бетона стал аккумулироваться на счетах ИП ФИО5

В ходе проверки установлено и подтверждено материалами дела, что АО "ДСК" с целью минимизации налоговых обязательств по НДС и налогу на прибыль организаций занизило сумму полученного дохода в результате вывода выручки на взаимозависимое и подконтрольное лицо – ИП ФИО5, применяющего УСН.

Подтверждением данным выводам являются следующие обстоятельства.

При регистрации ФИО5 заявлен аналогичный вид деятельности, как и у АО "ДСК" (код по ОКВЭД 23.61 – производство изделий из бетона для использования в строительстве, деятельность предпринимателя осуществлялась на производственных площадях Общества с использованием оборудования, принадлежащего Обществу на основании оформленных договоров аренды.

При этом в ходе проверки установлено, что оформление договорных отношений по передаче в аренду производственных помещений и оборудования носило формальный характер.

Инспекцией также установлено, что на дату регистрации ФИО5 в качестве индивидуального предпринимателя у АО "ДСК" в 2016 году на бухгалтерских счетах учета материалов при снижении объемов производства числились значительные остатки материалов, являющихся основными компонентами для производства бетона и ЖБИ, при том, что при отсутствии операций по расчетному счету по закупке ТМЦ, необходимых для производства выпускаемой продукции, на расчетный счет ИП ФИО5 работником АО "ДСК" вносились денежные средства в качестве выручки, что позволило сделать вывод об использовании ИП ФИО5 материалов АО "ДСК" в своей предпринимательской деятельности. В ходе допроса ФИО5 не смог пояснить за счет каких средств вначале деятельности были оплачены поставки сырья для производства.

Как следует из материалов налоговой проверки, с момента регистрации ФИО5 в качестве индивидуального предпринимателя, им для осуществления производственной деятельности приняты работники, уволенные из АО "ДСК"; также у него осуществляли деятельность по совместительству работники, состоящие в трудовых отношениях с Обществом. Согласно показаниям ФИО5 (протокол допроса от 23.11.2021 № 09/02), основное количество работников трудоустроилось через увольнение из АО "ДСК", что являлось требованием собственников Общества, а лица, принятые по совместительству, являлись материально-ответственными лицами в АО "ДСК" и не могли быть просто так уволены. При этом, согласно свидетельских показаний работников, перешедших из АО "ДСК", условия работы, должностные обязанности, размер заработной платы не изменились, документы по приему и увольнению оформлялись в отделе кадров АО "ДСК".

Так, как установлено Инспекцией и не отрицается заявителем, с 01.06.2016 12 работников АО "ДСК" были приняты к ИП ФИО5 по совместительству в должности - подсобный рабочий 2 разряда и 1 работник по совместительству мастером. То есть, данные работники приняты по совместительству и работали не полный рабочий день. В дальнейшем, 29.07.2016 большинство из них были уволены от ИП ФИО5 и снова приняты с 08.08.2016 в рабочих должностях (формовщик, сварщик) на основное место работы. Также по совместительству с 01.06.2016 был принят мастером ФИО8 – работник АО "ДСК". Основной же трудовой состав из работников АО "ДСК" был принят на работу к ИП ФИО5 позднее:

- в августе 2016 года – 52 работника, как рабочих специальностей, так и административно-управленческий персонал (главный инженер, ведущий инженер, мастер-технолог, ведущий экономист, заведующий складом, мастер, начальник участков, главный бухгалтер, бухгалтер);

- в сентябре 2016 года – 6 работников (электросварщики, формовщик, начальник формовочного производства по совместительству, моторист бетоносмесительных установок и контролер строительных изделий и материалов);

- в октябре 2016 года – 11 работников;

- в ноябре и декабре 2016 года – 3 работника.

Также часть работников были приняты к ИП ФИО5 в 2017, 2018 годах.

Из анализа представленных АО "ДСК" приказов на увольнение следует, что основная часть работников, перешедших из АО "ДСК" к ИП ФИО5, была уволена из Общества по инициативе самих работников в соответствии с пунктом 3 части первой статьи 77 Трудового Кодекса Российской Федерации и на основании заявления данных работников. Так, в соответствии с представленными приказами, 53 работника прекратившие в 2016 году трудовые отношения с работодателем АО "ДСК" по собственной инициативе, были приняты на работу к ИП ФИО5

При сопоставлении представленных Обществом приказов с приказами, представленными ИП ФИО5, установлено, что работники Общества, уволившиеся по собственной инициативе, были приняты к ИП ФИО5 на то же производство и в тех же должностях, на которых они работали в АО "ДСК", с сохранением тех же квалификационных разрядов. Трудоустройство к ИП ФИО5 с момента увольнения работников из АО "ДСК" составило незначительный временной период, в основном от 1 дня до 17 дней.

Инженерно-технический персонал, материально-ответственные работники, принятые на работу к ИП ФИО5 по совместительству, при этом, также работая у налогоплательщика, выполняли у данных работодателей свои непосредственные обязанности. Следовательно, руководство Общества не возражало относительно трудоустройства своих работников к ИП ФИО5, тогда как совмещение могло негативно сказаться по основному месту работы данных сотрудников, что не свойственно в условиях самостоятельности каждого субъекта предпринимательской деятельности.

Согласно табелям учета рабочего времени АО "ДСК" и ИП ФИО5, представленным в ходе проведения проверки, часть работников осуществляли свою деятельность по 6 часов у ИП ФИО5 и 2 часа в АО "ДСК" (главный инженер, заведующий складом, мастер, начальник участка, начальник производства, компрессорщик, электромонтер, такелажники, подсобные рабочие, машинисты крана и другие).

После заключения ИП ФИО5 с АО "ДСК" договора услуг от 01.03.2019 № 35/у-19 на изготовление ЖБИ (на давальческих условиях), количество часов работы указанных работников изменилось. Так, в соответствии с табелями учета рабочего времени, количество рабочего времени у работников ИП ФИО5 уменьшилось до 4 часов, у некоторых до 2 часов, соответственно их рабочее время в АО "ДСК" увеличилось. Учитывая тот факт, что для выпуска железобетонных изделий используется бетон, который производится на бетоносмесительном участке, производство ЖБИ является последовательным непрерывным процессом, разграничение использования рабочего времени носило формальный характер. Данный факт также подтвержден допросами свидетелей, проведенными в ходе выездной налоговой проверки АО "ДСК".

Согласно свидетельским показаниям работников, перешедших из АО "ДСК" к предпринимателю, условия работы, должностные обязанности, размер заработной платы не изменились; документы по приему и увольнению оформлялись в отделе кадров АО "ДСК" либо свидетелям было неизвестно, кто занимался кадровым оформлением (протокол допроса ФИО9 от 03.12.2021 № 09/13; протокол допроса ФИО10, от 25.11.2021 № 09-08; протокол допроса Перцевой Е.Н от 26.11.2021 № 09-09; протокол допроса ФИО11 от 02.12.2021 № 09/12; протокол допроса ФИО12 от 03.12.2021 № 09/14; протокол допроса ФИО13 от 07.12.2021 № 09/18; протокол допроса ФИО14 от 07.12.2021 № 09/20; протокол допроса ФИО15, от 10.12.2021 № 09/21; протокол допроса ФИО16 от 10.12.2021 № 09/22 и другие).

Более того, работники ИП ФИО5 в 2019 году (март, апрель, июль, август) перешли обратно в АО "ДСК", что подтверждается представленными Обществом приказами о приеме на работу и табелями учета рабочего времени и подтверждает выводы налогового органа о регистрации ИП ФИО5 исключительно в интересах АО "ДСК".

Таким образом, АО "ДСК" и ИП ФИО5 имеют единый центр управления, единую кадровую политику, основанную на централизованном трудоустройстве сотрудников, ведение деятельности одного коллектива, выполняющего трудовые функции в едином производственном комплексе.

В ходе проверки ФИО5 пояснил, что регистрация в качестве предпринимателя - это его самостоятельное решение (ответ на вопрос 4 протокола допроса от 23.11.2021 № 09-02). При этом свидетель пояснил, что решение зарегистрироваться в качестве предпринимателя им принято, чтобы сохранить производство и рабочие места; он получил одобрение от собственников через руководителя АО "ДСК" ФИО7 на организацию ИП на базе производства ЖБИ с арендой производственных мощностей; перевод деятельности по производству ЖБИ и бетона на ИП ФИО5, применяющего УСН (без НДС), снизил стоимость реализации продукции, повысил конкурентоспособность и привлек покупателей - застройщиков; смысл регистрации ИП также заключался и в том, чтобы сохранить оборудование в исправном рабочем состоянии, для дальнейшей деятельности АО "ДСК" для производства ЖБИ, а регистрация ИП ФИО5 носила временный характер.

Директор Общества – ФИО17, в ходе допроса (протокол допроса от 17.01.2022 № 09/23) на вопрос: "Какой экономический эффект получило АО "ДСК" в результате перевода основного вида деятельности на ИП ФИО5?", сообщил, что при производстве минимальных объемов, которые выпускал ИП ФИО5, АО "ДСК" получило бы огромный убыток. Поэтому на тот момент руководство АО "ДСК" принимало решение о полном отказе от производства крупнопанельного железобетона. С точки зрения получения арендной платы, АО "ДСК" получило определенный доход. ИП ФИО5 отремонтировал часть оборудования, приведя его практически в идеальное состояние, а также с помощью ИП ФИО5 АО "ДСК" на текущий момент все-таки сохранило оборудование, которое на момент сдачи его в аренду планировалось сдать в металлолом, чтобы рассчитаться с долгами.

Главный бухгалтер Общества ФИО18 в протоколе допроса от 19.01.2022 № 09/26 сообщила, что до ее увольнения из АО "ДСК", ФИО5 работал в АО "ДСК" в должности главного инженера. В его обязанности входило руководство производственным процессом. Когда свидетель вновь устроилась в АО "ДСК" с июня 2020 года, ФИО5 уже работал начальником ПТО (производственно-технический отдел) и занимался контролем за расходом материалов и соблюдением технологических процессов при производстве продукции. Из показаний ФИО18 следует, что ИП ФИО5 в 2016, 2017, 2018 и 2019 годах изготавливал железобетонные изделия по заказам для строительства жилых домов, как ранее АО "ДСК". На вопрос № 34: "Почему ИП ФИО5 осуществлял такой же вид деятельности, как и АО "ДСК", а именно производство и реализацию железобетонных изделий и бетона?", свидетель пояснила, что ФИО5 был специалистом в данном производстве и как ИП арендовал у АО "ДСК" необходимые ему помещения и оборудование, предназначенные для производства железобетонных изделий. Соответственно, и продукцию он стал выпускать аналогичную, что выпускало АО "ДСК".

ФИО19, занимавшая в проверяемом периоде должность заместителя главного бухгалтера в АО "ДСК" и главного бухгалтера у ИП ФИО5 пояснила (протокол допроса от 02.12.2021 № 09/10), что ИП ФИО5 осуществлял такой же вид деятельности, как и АО "ДСК", чтобы сохранить предприятие.

В ходе допроса ФИО20 (протокол допроса от 24.11.2021 № 09/06), занимавшая у ИП ФИО5 должность ведущего экономиста, в части осуществления ИП ФИО5 того же вида деятельности, как и АО "ДСК" пояснила, что ФИО5 был специалистом в данной области, ему известны технологии, а зарегистрировавшись в качестве ИП, ФИО5 мог применять УСН, в результате применения которой были снижены затраты, минимизированы налоги, и продукция стала более конкурентоспособной.

Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о том, что регистрация ФИО5 в качестве индивидуального предпринимателя осуществлена им исключительно в интересах АО "ДСК", поскольку применение специального налогового режима (УСН) позволило снизить стоимость готовой продукции и, как следствие, привлечь в качестве покупателей продаваемой продукции застройщиков многоквартирных домов, не уплачивающих в рамках долевого строительства НДС.

Кроме того, в ходе проверки выявлены факты несения Обществом расходов предпринимателя; установлено совпадение IP-адреса при представлении отчетности и при осуществлении банковских операций АО "ДСК" и предпринимателем, при отсутствии у последнего договорных отношений с провайдером услуг связи и несения расходов за услуги сети "Интернет" только проверяемым налогоплательщиком; установлены факты открытия счетов в одних и тех же банках; установлены факты размещения АО "ДСК" на своем официальном сайте информации о продукции, выпускаемой ИП ФИО5 при отсутствии у предпринимателя расходов по продвижению сайта; выявлены факты указания одинаковых контактных номеров телефонов и адреса электронной почты в документах, оформляемых как от АО "ДСК", так и от ИП ФИО5; наличие одинаковых поставщиков и покупателей.

В частности, установлено и подтверждено материалами проверки, что контактные номера телефонов, используемые ИП ФИО5, принадлежат АО "ДСК". Данное обстоятельство подтверждено представленными ООО "Мир связи" приложениями к договорам № 137/ТТК от 14.10.2011 и № 34/М от 19.11.2018.

На основании данных информационного сайта https://2whois.ru/ IP-адрес 95.66.198.129 предоставлен провайдером ООО Mir svyazi, то есть ООО "Мир Связи" (ООО "КовровТелеком"). Согласно данным ООО "Мир связи", у АО "ДСК" с данным контрагентом заключен договор на абонентское обслуживание в сети Internet от 01.12.2011 № 63-ИН/Ю/11, по которому ООО "Мир связи" (провайдер) предоставляет услуги Обществу (абонент) в соответствии с Регламентом и Прейскурантом. При этом с ИП ФИО5 договорные отношения с ООО "Мир Связи" отсутствуют, платежи за услуги связи не осуществлялись. Из сравнительного анализа IP-адресов, через которые произведены входы в систему дистанционного банковского обслуживания, иные арендаторы, арендующие помещения по адресу: <...> (адрес регистрации Общества), осуществляли доступ к системе дистанционного банковского обслуживания с других IP-адресов.

Довод Общества о том, что арендная плата ИП ФИО5 включала, в том числе оплату за телефон и интернет, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку в представленных на требование налогового органа договорах аренды, оформленных с АО "ДСК", отсутствуют условия, предусматривающие включение в сумму арендной платы доступа к интернету и телефонии. Использование ФИО5 привычной для него электронной почты при взаимодействии с контрагентами, отсутствие запрета на использование электронной почты Общества, а также отражение на сайте Общества информации иного субъекта предпринимательской деятельности, свидетельствуют о позиционировании деятельности АО "ДСК" и ИП ФИО5 как единого хозяйствующего субъекта.

Довод заявителя о том, что указание одинаковых контактов, не приведшее к введению контрагентов в заблуждение относительно того, кто с ним работает, не является признаком дробления бизнеса, а совпадение IP-адреса объясняется работой общества и ИП на одной территории, подлежит отклонению арбитражным судом.

Указание в документах различными субъектами предпринимательской деятельности единой контактной информации, совпадение IP-адресов АО "ДСК" и ИП ФИО5 без несения расходов за соответствующие услуги с учетом установленных в ходе контрольных мероприятий обстоятельств взаимозависимости и подконтрольности предпринимателя и Общества свидетельствуют о фактическом управлении деятельностью участников схемы одними и теми же лицами.

При этом ссылка заявителя на использование аналогичного IP-адреса иными организациями (ООО "ДСК", АО "Камешковский механический завод") несостоятельна, поскольку контрольными мероприятиями установлено совпадение IP-адреса 95.66.198.129, который использовали ИП ФИО5 и АО "ДСК" при осуществлении банковских операций и предоставления отчетности, что подтверждается документами банков, представленных на поручения налогового органа и сведениями информационного ресурса.

Более того, иные арендаторы, арендующие помещения по адресу: <...>, осуществляли доступ к системе дистанционного банковского обслуживания с иных IP-адресов.

Необходимо отметить, что несмотря на перевод деятельности по производству сборного бетона и ЖБИ в 2016-2019 годах на ИП ФИО5, и выпуск непосредственно самим обществом в этот период только прочего железобетона, АО "ДСК" в проверяемом периоде на своем официальном сайте в сети Интернет позиционирует деятельность по производству и реализации ЖБИ от своего имени. Размещение информации о деятельности по производству и реализации ЖБИ, предложения продукции, цены в прайс-листах - данная информация в проверяемом периоде привлекала покупателей к продукции ИП ФИО5, соответственно, приводило в увеличению дохода предпринимателя. Пользователи сайта воспринимали рекламируемую продукцию, выпускаемую ИП ФИО5, как продукцию АО "ДСК". Указанное в совокупности с иными установленными налоговой проверкой обстоятельствами, свидетельствуют, что и ИП ФИО5 и АО "ДСК" являлись единым хозяйствующим субъектом.

Довод Общества о закономерности открытия счетов в одних и тех же банках по причине наличия в г. Ковров филиалов всего трех банков (ВТБ, МИНБАНК, Сбербанк) также подлежит отклонению, поскольку открытие счетов ИП ФИО5 сопровождалось уполномочиванием работника АО "ДСК" – ФИО21 (работник Общества, которая не являлась работником ИП ФИО5), получать выписки по счетам, вносить наличные денежные средства на счета и получения наличных денежных средств на основании чека (заявления).

В ходе проверки установлено, что с момента регистрации ФИО5 в качестве ИП, по согласованию с АО "ДСК", для производства готовой продукции, по его усмотрению, использовалось оборудование, принадлежащее АО "ДСК" без фиксации в оформленных договорах аренды перечня передаваемого в аренду оборудования, что возможно только при взаимозависимости участников сделок и несвойственно в условиях самостоятельности каждого из субъектов предпринимательской деятельности.

В ходе выездной налоговой проверки Инспекцией установлен и подтвержден собранными при проверке доказательствами факт безвозмездного использования ИП ФИО5 помещений АО "ДСК" для размещения бухгалтерии ИП ФИО5, под кабинет, где размещался ИП ФИО5, а также помещение под склад ТМЦ, что свидетельствует о формальном, искусственном делении на хозяйствующие субъекты – АО "ДСК" и ИП ФИО5

Так, установлено, что с 01.01.2017 ИП ФИО5 заключен с Обществом договор аренды нежилых помещений № 14/А-17.

В соответствии с указанным договором ИП ФИО5 арендовалось следующее имущество:

- часть нежилых помещений площадью 662,45 м2 (50%, за исключением помещений № 9, 10, 11, 12, 13, 14 первого этажа) строения № 17, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 33:20:0144 04:0001: 31П/21:1021а-17, принадлежащего на праве собственности АО "ДСК" (свидетельство о государственной регистрации права 33 АА № 173028, выдано 30.01.2002);

- часть нежилых помещений № 29 (48 м2), № 30 (192 м2), № 32 (48 м2), № 63 (1000 м2), № 77 (450 м2), № 78 (150м2), № 73 (18,9 м2), № 74 (6,3 м2), № 76 (3,05 м2), помещения № 8 (18,1 м2), № 45 (21,6 м2), № 58 (17 м2), № 72 (31,6 м2) первого этажа строения № 5, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 33:20:014404:0001:36П/ 21:1021а-5, площадью 2004,55 м2, принадлежащего на праве собственности АО "ДСК" (свидетельство о государственной регистрации права 33 АА № 155451 от 25.03.2002).

Общая площадь арендуемых помещений составила 2667 м2.

Дополнительным соглашением от 03.04.2018 в указанный договор внесены изменения с 01.01.2019, согласно которым ИП ФИО5 арендовал следующие помещения: часть нежилых помещений площадью 397,47 м2 (30%, за исключением помещений № 9, 10, 11, 12, 13, 14 первого этажа) строения № 17; часть нежилых помещений № 63 (202 м2), № 77 (60 м2), помещения № 8 (18,1 м2) первого этажа строения № 5 (площадью 280,1 м2).

Общая площадь арендуемых помещений составила 677,57 м2. Данный договор стороны расторгли с 01.09.2019.

С 01.01.2017 ИП ФИО5 заключен с АО "ДСК" договор аренды оборудования № 14/1/А-17.

По данному договору ИП ФИО5 арендовал следующее оборудование:

- оборудование, включая производственные площадки, на которых оно установлено: мостовой кран МК-10 рег. № 29670 инв. 12185; мостовой кран МК-15/3 рег. № 6166 инв. № 12388, мостовой кран МК-20/5 рег. № 30491 инв. № 01075; мостовой кран МК-15/3 рег. № 6267 инв. № 12041; кассета № 12 (СМЖ 252, 253) инв. № 0795; формующая машина ККЛ инв. № 121196; формующая машина ККЛ инв. № 121194; тележка вывозная инв. № 0956.

Дополнительным соглашением от 01.11.2017 к договору аренды оборудования ИП ФИО5 дополнительно арендовал с 01.11.2017 следующее имущество: формовочная установка СМЖ 851А инв. № 12190; кассета панелей перекрытий СМЖ 253 инв. № 12159; бетоноукладчик СМЖ 851 инв. № 12113; туннельная камера ТК-2 инв. № 0832; кассета СМЖ 253 инв. № 01165; кассета СМЖ 32128 инв. № 01166.

Согласно письму ИП ФИО5 от 30.05.2018 № 53/1, в 2018 году в связи с резким сокращением объемов производства, часть оборудования он передал обратно АО "ДСК".

Актом приема-передачи от 30.06.2018 к договору № 14/1/А-17 аренды оборудования от 01.01.2017 в редакции дополнительного соглашения от 29.06.2018 арендатор передал, а арендодатель принял мостовой кран МК-20/5 рег. № 30491 инв. № 010750; кассета № 12 (СМЖ 252, 253) инв. № 0795; формующая машина ККЛ инв. № 121196; кассета панелей перекрытий СМЖ 253 инв. № 12159; туннельная камера ТК-2 инв. № 0832; кассета СМЖ 253 инв. № 01165; кассета СМЖ 32128 инв. № 01166.

Дополнительным соглашением от 29.06.2018 уточнено оборудование, предоставляемое АО "ДСК" арендатору ИП ФИО5:

- с 01.07.2018 по 31.12.2018 в аренду предоставлено оборудование: мостовой кран МК-10 рег. № 29670 инв. 12185; мостовой кран МК-15/3 рег. № 6166 инв. № 12388; мостовой кран МК-15/3 рег. № 6267 инв. № 12041; тележка вывозная инв. № 0956; бетоноукладчик СМЖ 851 инв. № 12113;

- с 01.07.2018 по 31.07.2018 арендовались: мостовой кран МК-15/3 рег. № 6267 инв. № 12041; формующая машина ККЛ инв. № 121196; формующая машина ККЛ инв. № 121194.

Актом приема-передачи от 31.07.2018 к договору № 14/1/А-17 аренды оборудования от 01.01.2017 в редакции дополнительного соглашения от 29.06.2018 арендатор передал, а арендодатель принял мостовой кран МК-15/3 per. № 6267 инв. № 12041; формующая машина ККЛ инв. № 121196; формующая машина ККЛ инв. № 121194.

Дополнительным соглашением от 01.10.2018 уточнены условия договора в части аренды оборудования: мостовой кран МК-10 рег. № 29670 инв. 12185 и мостовой кран МК-15/3 рег. № 6166 инв. № 12388 предоставляются во временное пользование арендатору на 4 часа в сутки, в течение 21 рабочего дня в месяц.

Дополнительным соглашением от 01.12.2018 уточнено арендуемое ИП ФИО5 оборудование с 01.12.2018: мостовой кран МК-15/3 рег. № 6166 инв. № 12388, тележка вывозная инв. № 0956, бетоноукладчик СМЖ 851 инв. № 12113.

Договор аренды оборудования № 14/1/А-17 расторгнут сторонами с 01.09.2019.

Таким образом, ИП ФИО5 в целях предпринимательской деятельности с 01.12.2018 по 01.09.2019 арендовал у АО "ДСК" только следующее оборудование:

- мостовой кран МК-15/3 per. № 6166 инв. № 12388,

- тележка вывозная инв. № 0956,

- бетоноукладчик СМЖ 851 инв. № 12113.

Арендная плата за пользование данным имуществом составила за декабрь 2018 года – 22 616 руб., за период с января по август 2019 года – 22 999 руб. в месяц.

Также между АО "ДСК" и ИП ФИО5 01.10.2016 заключен договор аренды строительной техники № 22/1/А-16 от 01.10.2016, в рамках которого ИП ФИО5 арендовал у Общества бульдозер Т-170 гос. номер 28-29ВК.

С 01.04.2019 указанный договор аренды был расторгнут сторонами.

В отношении заключенных с АО "ДСК" договоров аренды помещений и оборудования, а также использования арендуемого у Общества имущества, в ходе допроса ФИО5 сообщил, что им, как предпринимателем, арендовались следующие помещения: помещение в главном производственном корпусе № 5 (в данном помещении располагался формовочный участок с оборудованием, арматурный участок, кассетно-конвейерная линия, бытовые помещения, цеховая лаборатория и несколько кабинетов, где располагались ИТР ИП ФИО5), помещение № 17 (где располагался бетоносмесительный узел). При заключении договоров аренды имущества между ИП ФИО5 и АО "ДСК", ФИО5 отстаивал свои интересы, так как АО "ДСК" располагало более значительными производственными мощностями, чем необходимо было ИП ФИО5 для выполнения договорных обязательств с покупателями. Со стороны Общества заключением договоров аренды с ИП ФИО5 занимались директор АО "ДСК" ФИО7 и главный бухгалтер Общества ФИО18 Расчет арендной платы производился с учетом затрат по содержанию помещений и оборудования и не причинения убытков Обществу. Расчет арендной платы производился бухгалтерией Общества (ответы на вопросы №№ 13-16 протокола допроса от 23.11.2021 № 09-02).

В ходе допроса ФИО5 также пояснил, что согласно договорам аренды, ИП ФИО5 арендовал часть помещений в производственных строениях № 17 и № 5. Деление площадей между ИП ФИО5 и АО "ДСК" в данных помещениях было условным. Перегородки в помещениях отсутствовали. АО "ДСК" в данных помещениях выполняло небольшие заказы для покупателей, которым необходимы были счета-фактуры с выделенным НДС. Перечень используемого оборудования указан в договоре аренды оборудования № 14/1/А-17 от 01.01.2017. Краны мостовые использовались и ИП ФИО5 и АО "ДСК". Смысл регистрации в качестве предпринимателя также заключался и в том, чтобы сохранить оборудование в исправном рабочем состоянии, для дальнейшей деятельности АО "ДСК" для производства ЖБИ (ответы на вопросы № № 29, 30 протокола допроса от 23.11.2021 № 09-02).

Кроме того, между ИП ФИО5 и Обществом были заключены договоры:

- договор от 28.11.2017 № 28/у-17 на оказание автоуслуг в адрес АО "ДСК";

- договор подряда от 18.10.2018 № 29/1-18 по выполнению общестроительных услуг по устройству пропарочной камеры для АО "ДСК".

В 2019 году АО "ДСК" и ИП ФИО5 заключили договор услуг от 01.03.2019 № 35/у-10 на изготовление ЖБИ (на давальческих условиях). В рамках данного договора на счет ИП ФИО5 денежные средства начали поступать с 26.03.2019. Последний платеж в рамках данного договора АО "ДСК" произвел на счет ИП ФИО5 25.12.2019.

Такимо образом, до 01.03.2019 ИП ФИО5 сам закупал материал для производства ЖБИ и цемента (основные поставщики – ООО "РУСЦЕМЕНТ", АО "Металлокомплект-М" и другие) и, соответственно, реализовывал готовую продукцию покупателям. С 01.03.2019 ИП ФИО5 заключил с АО "ДСК" договор на изготовление ЖБИ, в результате получателем выручки от реализации железобетонных изделий стало АО "ДСК".

Указанные обстоятельства свидетельствуют о совместном использовании арендованных площадей. Так, деление площадей между ИП ФИО5 и АО "ДСК" в помещениях было условным, перегородки в помещениях отсутствовали. Указанные факты подтверждают формальность заключенных договоров аренды и использование ИП ФИО5 имущества Общества по мере его необходимости для производства. Отсутствие у ИП ФИО5 необходимого для производства продукции имущества, которое было предоставлено в аренду АО "ДСК", свидетельствует о несамостоятельности ИП ФИО5 и его зависимости от ресурсов АО "ДСК".

Инспекцией установлено, что ИП ФИО5 арендовались нежилые помещения, находящиеся только в строениях № 17 (бетоносмесительный участок) и № 5 (формовочный участок и арматурный участок), что подтверждается показаниями самого ФИО5, а также представленными проверке договорами аренды, заключенными между Обществом и ИП ФИО5

В ходе проведения допросов свидетели сообщили, что кабинет бухгалтерии ИП ФИО5 находился на 3-м этаже административного здания (ФИО5, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО19, ФИО25), часть из свидетелей пояснили, что бухгалтерия ИП ФИО5 находилась там же, где и бухгалтерия АО "ДСК" (ФИО26, ФИО13, ФИО27, ФИО9, ФИО28, ФИО16.).

В ходе допроса главного бухгалтера АО "ДСК" ФИО18 (протокол допроса от 19.01.2022 № 09/06) свидетель сообщила, что бухгалтерия ИП ФИО5 находилась в отдельном кабинете, рядом с бухгалтерией АО "ДСК" на 3 этаже административно-производственного корпуса по адресу: <...> (ответ на вопрос № 23).

Кроме того, свидетели сообщили, что кабинет ИП ФИО5 находился на 3 этаже административного здания АО "ДСК" (ФИО15, ФИО25, ФИО26, ФИО13, Афонина О.С). В ходе допроса ФИО19, которая являлась главным бухгалтером ИП ФИО5, последняя сообщила, что кабинет ИП ФИО5 находился там же, где он работал в АО "ДСК".

В ходе проведения допросов отдельные свидетели также сообщили, что склад ИП ФИО5, где хранились прочие материалы (спецодежда, рукавицы мыло, запчасти), находился на цокольном этаже административного здания (ФИО22, ФИО10).

Договор на аренду помещений в административном здании, заключенный между ИП ФИО5 и АО "ДСК", не представлен. Более того, в ходе проверки в адрес Общества выставлено требование о представлении документов (информации) от 08.12.202 № 27, в том числе иные договоры (аренды, субаренды и другие), заключенные АО "ДСК" с ИП ФИО5 в части использования имущества, действующие в период с 01.01.2018 по 31.12.2020. Обществом на данное требование письмом от 17.12.2021 сообщено, что кроме представленных договоров на указанное требование, а также по требованию от 01.12.2021 № 20 (п. 1.4, 1.8) и других требований в части аренды имущества, иные договоры АО "ДСК" с ИП ФИО5 не заключались.

Относительно хранения ИП ФИО5 основных компонентов для производства бетона и железобетонных изделий, а именно цемента, щебня, песка, металла, Инспекцией установлено следующее.

В рамках проведения допросов, свидетели по данному факту сообщили следующее:

- основные материалы: металл привозился и сгружался непосредственно в цех; цемент хранился в цеху БСУ в отдельных банках, щебень практически сразу использовался в производстве (протокол допроса ФИО20 от 24.11.2021 № 09/06, ответ на вопрос № 13.);

- как и в АО "ДСК", у ИП ФИО5 щебень, песок складировались на улице на складе под навесом. Цемент складировался в специальные банки или работали с колес (протокол допроса ФИО28 от 06.12.2021 № 09/16, ответ на вопрос № 24.);

- у ИП ФИО5, как и в АО "ДСК" щебень, песок хранились на открытой территории под навесом. Цемент хранился в силосных банках на территории АО "ДСК" рядом с БСУ (протокол допроса ФИО8 от 06.12.2021 № 09/17, ответы на вопросы №№ 12, 39);

- у ИП ФИО5, как и в АО "ДСК" щебень, песок и цемент хранились где-то на участке БСУ (протоколы допроса ФИО26 от 07.12.2021 № 09/19 и ФИО14 от 07.12.2021 № 09/20);

- песок, щебень (по кучам) хранились на улице, около БСУ. Рядом, в бочках, хранился цемент (протокол допроса ФИО15 от 10.12.2021 № 09/21, ответы на вопросы № № 9, 21);

- в АО "ДСК" песок, щебень хранились на складе инертных материалов около БСУ в отсеках. Цемент хранился в 4-х силосных банках. У ИП ФИО5 был материальный склад, где хранились песок, щебень. У АО "ДСК" и у ИП ФИО5 склад был один, но хранились песок, щебень в разных отсеках между АО "ДСК" и ИП ФИО5 Цемент хранился в силосных банках. Начальник цеха ФИО8 говорил, что первые две банки - это первая секция, для ИП ФИО5 Третья и четвертая банки - это вторая секция, для АО "ДСК" (протокол допроса ФИО16 от 10.12.2021 № 09/22, ответы на вопросы №№ 9, 20.)

Как следует из протоколов допроса свидетелей, цемент как в АО "ДСК", так и у ИП ФИО5 хранился в силосных банках.

Основным поставщиком цемента у Общества и у ИП ФИО5 в проверяемом периоде являлось ООО "РУСЦЕМЕНТ".

В ходе мероприятий налогового контроля на поручение ИФНС России № 17 по г. Москве от 02.11.2020 № 2981 у ООО "РУСЦЕМЕНТ" истребованы документы по взаимоотношениям с ИП ФИО5

Сопроводительным письмом № 18-10/14706в от 05.11.2020 инспекция направила документы, представленные ООО "РУСЦЕМЕНТ". Согласно представленной пояснительной записке, ООО "РУСЦЕМЕНТ" поставляло в адрес ИП ФИО5 портландцемент производства АО "Серебряковцемент". Поставка осуществлялась поставщиком путем отгрузки товара покупателю железнодорожным транспортом в месте нахождения грузоотправителя – АО "Серебряковцемент", грузополучателем товара (портландцемент) является АО "ДСК". Доставка товара осуществлялась железнодорожным транспортом до станции Ковров-1 (код 263105) ГЖД, код предприятия 2609, ветка ДСК.

В ходе проведения выездной налоговой проверки произведен допрос ФИО29, которая в период 2016-2020 годы работала в АО "ДСК" в должности старший инженер ОМТС. В ее обязанности входили: контроль за грузоперевозками по железной дороге и безопасность движения по железнодорожному пути; контроль на железнодорожной ветке, которая принадлежит АО "ДСК", за выгрузкой цемента на территорию, оформление документов на перевозку и прием груза, контроль за уборкой вагонов и опломбирование вагонов.

Согласно показаниям свидетеля, по железной дороге на ветку приходят вагоны только с цементом. Пункт выгрузки – бетоносмесительный узел (БСУ). В 2016-2020 годах выгрузка осуществлялась механизировано в люк с использованием сетки. Далее через насос цемент закачивался в банки. На территории БСУ находились 4 банки. В какую банку закачивать цемент, решали работники БСУ. Банки принадлежат АО "ДСК". Согласно показаниям ФИО29, весь цемент приходил для АО "ДСК" (ответы на вопросы № № 1, 2, 3, 4, 7 протокола допроса от 02.12.2021 № 09/11).

Таким образом, учитывая вышеизложенные показания свидетелей и факт поставки цемента от ООО "РУСЦЕМЕНТ" в адрес ИП ФИО5 следует, что ИП ФИО5 использовал банки для хранения цемента на безвозмездной основе, договорные отношения на аренду данного имущества отсутствуют. Указанные обстоятельства также свидетельствуют о совместном использовании материалов (сырья) с общего склада запасов.

Согласно сведениям об имуществе, находящемся в собственности АО "ДСК", за Обществом зарегистрировано сооружение № 1, с назначением "Склад готовой продукции" (кадастровый номер 33:20:014404:0001:124П/21:102 la-1, площадь 10 813 м3).

В ходе проведения выездной налоговой проверки Инспекцией допрошен ФИО13, который в период 2016 - 2020 годы работал в АО "ДСК" начальником цеха готовой продукции., а также в период деятельности ИП ФИО5 являвшийся у предпринимателя начальником участка комплектации и подготовки производства. Свидетель в качестве работника АО "ДСК", так и работника ИП ФИО5 выполнял следующие обязанности: согласно спецификации выдавал задания в цех на формовку изделий, принимал продукцию из цехов и отправлял на строительные объекты готовые изделия согласно спецификации или договору поставки продукции. Из показаний свидетеля следует, что технологический процесс на складе готовой продукции, как в отношении АО "ДСК", так и в отношении ИП ФИО5, был таким: из производственных цехов на тележках выходит готовая продукция на склад готовой продукции, где стропальщики с помощью мостовых кранов цепляют, разгружают изделия и ставят их на специально отведенные места, площадки, турникеты, кассеты. Далее рабочим дают задания начальник цеха или мастера о погрузке на автотранспорт необходимой продукции Склад готовой продукции АО "ДСК" и ИП ФИО5 находился на открытой территории на специально отведенном месте на территории Общества. Склад готовой продукции ИП ФИО5 был единым со складом готовой продукции АО "ДСК", но продукция ИП ФИО5 хранилась отдельно, в специально отведенных местах (ответы на вопросы № № 2, 3, 6, 11, 19, 21, 24, 35 протокола допроса от 07.12.2021 № 09/18).

Также в ходе проведения допросов свидетелей, как работников АО "ДСК", так и работников ИП ФИО5 по факту нахождения и использования склада готовой продукции свидетели сообщили следующее:

- ФИО26 (протокол допроса от 07.12.2021 № 19/19) в 2016-2020 годах работал в АО "ДСК" начальником производства и также одновременно в период с 2016 по какой-то период (точно не помнит) еще работал у ИП ФИО5 также в должности начальника производства. В ходе проведения допроса сообщил, что склад готовой продукции находился на открытой территории на специально отведенном месте на территории Общества. Склад готовой продукции был единым с АО "ДСК", но продукция ИП ФИО5 была подписана, Также была подписана и продукция Общества. Отпуск готовой продукции контролировал, также как и в АО "ДСК", ФИО13 (ответ на вопрос № 28);

- ФИО22 (протокол допроса № 09/03 от 23.11.2021 № 09/03), который в 2016- 2020 годах работая в АО "ДСК" такелажником был дополнительно трудоустроен к ИП ФИО5 в той же должности, пояснил, что работал на складе готовой продукции, работал непрерывно, согласно рабочему графику. Склад готовой продукции ИП ФИО5, также как и склад готовой продукции АО "ДСК" находился на улице на территории Общества по адресу <...>. Склад готовой продукции был только один. Так как его работа заключалась в разгрузке - загрузке ЖБИ, то свое рабочее место в течение рабочего дня он не покидал. Со склада готовой продукции свидетель для загрузки на автомобиль брал ЖБИ, на которых уже было указано, чьи они АО "ДСК" или ИП ФИО5, надпись была нанесена краской на сами изделия. ЖБИ предпринимателя и Общества находились рядом, так склад был один. (ответы на вопросы № № 29, 39);

- ФИО23 (протокол допроса от 24.11.2021 № 09/04), который сообщил, что в период 2016, 2017 и по ноябрь 2018 года работал в АО "ДСК" крановщиком, а также работал слесарем по ремонту грузоподъемных механизмов. При этом, согласно представленным в налоговый орган ИП ФИО5 документам (приказам о приеме и увольнении, трудовым договорам), а также сведениям, имеющимся в налоговом органе, о полученных доходах физическим лицом и справкам по форме 2-НДФЛ, ФИО23 с 11.06.2016 по 30.11.2018 работал у ИП ФИО5 на участке грузоподъемных механизмов машинистом крана. Согласно показаниям ФИО23, у ИП ФИО5 был тот же склад, что и у АО "ДСК" (ответ на вопрос № 41);

- ФИО24 (протокол допроса от 25.11.2021 № 09/07) сообщила, что в период 2016, 2017, 2018, 2019 и 2020 она работала и в АО "ДСК", и у ИП ФИО5, точные периоды работы она не помнит. Работала в должности машиниста мостового крана. В ее обязанности входила погрузка -разгрузка железобетонных изделий. В течение рабочего дня ФИО24 свое рабочее место не меняла. В отношении склада готовой продукции свидетель пояснила, что как и в АО "ДСК", готовые изделия ИП ФИО5 вывозились из цеха на открытую территорию. Готовую продукцию нельзя было отличить, чья это готовая продукция (ответы на вопросы № № 2, 3, 21, 35);

- ФИО10 (протокол допроса от 25.11.2021 № 09/08) в ходе проведения допроса сообщил, что с 2013 по конец 2019 (начало 2020) года работал в АО "ДСК" формовщиком. При этом, согласно представленным в налоговый орган ИП ФИО5 документам (приказам о приеме и увольнении, трудовым договорам), а также сведениям, имеющимся в налоговом органе о полученных доходах физическим лицом и справкам по форме 2- НДФЛ, ФИО10 с 22.08.2016 по 10.10.2018 и с 01.03.2019 по 31.07.2019 работал у ИП ФИО5 на формовочном участке формовщиком. В отношении склада готовой продукции ИП ФИО5, свидетель пояснил, что готовые изделия вывозились из цеха на улицу, как и в АО "ДСК". Только продукция ИП ФИО5 подписывалась (ответы на вопросы № № 2, 30);

- ФИО11 (протокол допроса от 02.12.2021 № 09/12), которая с августа 2016 по конец лета 2019 года работала у ИП ФИО5 в должности инженера, пояснила, что готовые изделия АО "ДСК" складировались на улице. Склада как такового не было. Отпуск готовой продукции контролировал ФИО13 В отношении склада готовой продукции ИП ФИО5 свидетель сообщила, что склада как такового не было. Готовая продукция хранилась на улице в кассетах или сразу вывозилась покупателям. Руководил отпуском готовой продукции ФИО13 (ответы на вопросы № № 2, 8, 32);

- ФИО12 (протокол допроса от 03.12.2021 № 09/14), который до перехода к ИП ФИО5 работал в АО "ДСК" слесарем-ремонтником, потом перешел на работу к ИА ФИО5 в той же должности слесаря-ремонтника. В ходе допроса сообщил, что склад готовой продукции был на улице - на территории АО "ДСК". Все панели лежали вместе (ответ на вопросы № № 2, 12, 22)

- ФИО30 (протокол допроса от 03.12.2021 № 09/15) в ходе допроса сообщил, что в период с 2016 года по 2020 год всегда работал в АО "ДСК" такелажником. В его обязанности входила загрузка машин, он цеплял груз -железобетонные изделия (ЖБИ) цепями, траверсами на кран, далее ЖБИ ставили на машину. Его место работы было на складе на открытой территории АО "ДСК". На погрузке готовых изделий на улице использовались 4 мостовых крана. В ходе допроса, отвечая на поставленные вопросы, свидетель вспомнил, что получал доход и у ИП ФИО5 Так, когда-то он подписывал какие-то документы, а в талонах на зарплату было 2 графы: одна – АО "ДСК", другая – ИП ФИО5 При этом, со слов свидетеля, он фактически как работал в АО "ДСК", так и продолжал работать в Обществе, выполняя одну и ту же работу. В отношении склада готовой продукции ФИО30 пояснил, что так как он работал на складе готовой продукции, он видел, что там лежали панели, подписанные от имени ИП ФИО5 (ответы на вопросы № № 2, 6, 22);

- ФИО14 (протокол допроса от 07.12.2021 № 09/20), который работал у ИП ФИО5 в арматурном цехе электросварщиком, до перехода к ИП работал в арматурном цехе АО "ДСК" также электросварщиком, при проведении допроса сообщил, что склад готовой продукции был один, где складировалась продукция и АО "ДСК", и продукция ИП ФИО5 Как делился склад, свидетелю не известно (ответ на вопрос № 22);

- ФИО16 (протокол допроса от 10.12.2021 № 09/22), который в рассматриваемом периоде работал и в АО "ДСК", и у ИП ФИО5 электриком. При проведении допроса свидетель сообщил, что склад готовой продукции был, находился на улице, на территории АО "ДСК" (ответ на вопрос № 21).

Директор Общества ФИО17 (протокол допроса от 17.01.2022 № 09/23) в ходе допроса сообщил, что готовые ЖБИ ИП ФИО5 хранились в кассете в 3-м пролете формовочного цеха и на вывозной телеге. При отгрузке вывозная телега выезжала из цеха и с помощью мостового крана изделия грузились на автомобили (ответ на вопрос № 14).

Таким образом, собранными при проверке доказательствами, не опровергнутыми заявителем, достоверно установлен факт безвозмездного использования ИП ФИО5 склада готовой продукции и, соответственно, использования оборудования, находящегося на данном складе.

Использование ИП ФИО5 оборудования Общества подтверждается также следующими доказательствами.

Так, в ходе допроса ФИО26, который работал как в АО "ДСК", так и у ИП ФИО5 в должности начальника производства, в ходе допроса пояснил, что технологический процесс выпуска сборного железобетона ИП ФИО5 в том числе в период 2016-2019 гг. был тот же самый, что и в АО "ДСК". Используются три вида производства ЖБИ: стендовое, две кассетные линии, две кассетно-конвейерные линии. Например, стендовое: налаживается матрица (форма) под определенное изделие, потом эта форма смазывается, армируется (выставление петель, закладных деталей и т.п.). Проверяется работником ОТК, затем заказывается в БСУ бетон определенной марки. Подается бетон машиной или транспортерной лентой. С помощью мостовых кранов и специальной галоши производится заливка бетона в формы. Бетон проверяется также ОТК, уплотняется с помощью глубинных вибраторов или вибростола. Затем заглаживается. Форме дается выдержка 2 часа, потом формы идут в камеры на термообработку. После термообработки, через 14 часов, мостовыми кранами фома вытаскивается из камеры и идет на распалубку. Вынимается изделие, которое идет на отделку. ОТК принимает изделие и готовое изделие на телегах поступает на склад готовой продукции. Для производства железобетонных изделий используется оборудование: Стендовое производство - металлические формы (матрицы), мостовые краны, бункер-галоша, вибраторы глубинные и площадочные, вибростолы, пропарочные камеры, телеги вывозные. В кассетном производстве кроме вышеуказанного оборудования, вместо матриц, используются кассеты (с 10 отсеками), в которых формуется по 10 изделий сразу. В кассетно-конвейерной линии используется по одной матрице, которая подается по конвейеру. Обычно в производстве используются 40 матриц. В цикле участвуют 25 матриц (остальные идут на замену). Также используется вышеуказанное оборудование, что используется в стендовом производстве. В формовочном и арматурном производствах имеется 11 мостовых кранов. Каждый кран используется на своем рабочем месте (например, на заливке формы, на распалубке, на погрузке ЖБИ). ИП ФИО5 осуществлял предпринимательскую деятельность на территории АО "ДСК". ИП ФИО5 использовал те же формовочные цеха № 1 и № 2, арматурный цех, что и Общество, и оборудование в этих цехах. Во время осуществления деятельности ИП ФИО5, АО "ДСК", при наличии заказов, в этих же цехах и с использованием оборудования цехов и работников выпускало прочие железобетонные изделия. На вопрос: "Каким образом определялось необходимое оборудование для производства ЖБИ ИП ФИО5 в формовочном производстве?" ФИО26 сообщил, что ИП ФИО5 в начале месяца давал ему месячный план по выпуску готовой продукции, по которому он определял, какое оборудование и в каком количестве, из имеющегося в формовочных и арматурном цехах, будет использовано ИП ФИО5 Оборудование использовалось не какое-то конкретно, а по необходимости. Например, мостовые краны использовались всегда, где-то процентов на 70. Также использовалось оборудование: пропарочные камеры, кассеты, формы, телеги. ИП ФИО5, также как и АО "ДСК", производил железобетонные изделия с использованием стендов, конвейерных линий, конвейерно-кассетных линий (ответы на вопросы № 6, № 7, № 20, № 21, № 22 протокола допроса от 07.12.2021 № 19/19).

ФИО8, занимаемый в 2016-2019 годах в АО "ДСК" должность начальника бетоносмесительного узла (БСУ), а также должность мастера бетоносмесительного участка у ИП ФИО5, в отношении технологического процесса изготовления бетона в период 2016-2020 годах пояснил следующее: бетон - это искусственный камень, изготовленный из песка, щебня, цемента и воды. Указанные компоненты со склада инертных материалов по ленте поднимаются наверх в бункера (накопители). Далее оператор по заявке забивает в компьютерную программу объем, участок, номер рецептуры. Компьютер срабатывает, набирает на весы соответствующее количество, которое сбрасывается в бетоносмесители. Далее готовый бетон раздается по участкам по заявкам (товарный бетон - на реализацию, бетон - в производство в формовочные участки № 1 и 2). Для производства бетона используется оборудование, находящееся в БСУ: конвейерные ленты, бункер (накопитель) 16 шт., компьютеры 2 шт. (АСУ), бетоносмесители 6 шт. (протокол допроса от 06.12.2021 № 09/17).

На требование налогового органа от 08.12.2021 № 27 Общество представило перечень оборудования, в том числе находящееся в бетоносмесительном цехе. В ходе сопоставления оборудования, переданного ИП ФИО5 в рамках оформленных договоров с перечнем оборудования бетоносмесительного цеха установлено, что оборудование бетоносмесительного цеха не поименовано в договорах, однако использовалось предпринимателем при производстве бетона и ЖБИ.

Кроме того, безвозмездное использование ИП ФИО5 оборудования, принадлежащего АО "ДСК" и не поименованного в договоре аренды оборудования от 01.01.2017 № 14/1/А-17 с учетом оформленных дополнительных соглашений, подтверждается показаниями свидетелей:

- для стендового производства использовалось оборудование – бункер-галоша, вибраторы глубинные и площадочные, вибростолы, пропарочные камеры (показания свидетеля ФИО26),

- использовались сверлильный станок, токарный станок, гидравлические ножницы, сварочное оборудование (показания свидетеля ФИО31),

- использовались бетономешалки, конвейерные ленты, дозаторная, бункеры (показания свидетеля ФИО16.).

В связи с изложенным доводы Общества об отсутствии доказательств безвозмездного использования ИП ФИО5 оборудования АО "ДСК" не соответствует фактическим обстоятельствам.

Не может служить доказательством подтверждения достаточности использования ИП ФИО5 оборудования в рамках оформленных договорных отношений для производства бетона и ЖБИ схема строения формовочной машины (ККЛ), поскольку заявителем не представлена техническая документация, подтверждающая достоверность изображения, а его содержание противоречит иным имеющимся в материалах дела доказательствам.

Так, на представленном Обществом рисунке формовочная машина ККЛ включает в себя, в том числе следующее оборудование: ленту подачи смеси, бетономешалку, бункер раздачи бетона, пропарочные камеры, передаточную телегу, передаточный рельс и стендовое оборудование.

Вместе с тем, согласно представленным в ходе налоговой проверки ведомостям амортизации основных средств за 2018-2019 гг., формующие машины ККЛ являются самостоятельным оборудованием формовочного цеха (инв.номера 121194, ,121195, 121196, 121197).

Также самостоятельным объектом являются передаточная тележка СМЖ 466 инв. №12557.

Кроме того, согласно позиции заявителя, для выпуска продукции достаточно формовочной машины (ККЛ), между тем на основании дополнительного соглашения от 31.07.2018 и акта приема-передачи от указанной даты в числе арендованного оборудования формовочная машина ККЛ не значится, при том, что на основании данных оборотно-сальдовых ведомостей ИП ФИО5 по счетам 43 и 21 с августа 2018 года продолжался выпуск ЖБИ.

Аналогичное оборудование, используемое для производства ЖБИ, указано в документе, содержащем описание технологического процесса выпуска ЖБИ, представленного Обществом на пункт 1.2 требования налогового органа о представлении документов (информации) от 08.12.2021 № 27, а также в протоколе допроса свидетеля ФИО28, которая в разные периоды работала как у ИП ФИО5, так и в АО "ДСК" в должностях начальника ОТК и главного технолога.

Следовательно, при выпуске блоков ФБС, как АО "ДСК", так и ИП ФИО5 при едином технологическом процессе использовалось оборудование, соответствующее выбранному виду производства.

Инспекцией установлено, что АО "ДСК" также в 2018 и 2019гг. производило и реализовывало бетон, что подтверждается представленными Обществом карточками счета 90 за указанный период.

При сопоставлении данных по реализации рассматриваемыми лицами бетона в адрес покупателей установлен отпуск (отгрузка) бетона покупателям в один и тот же день как АО "ДСК", так и ИП ФИО5 При этом бетон по своим техническим характеристикам не подлежит хранению на складе, то есть отгрузка бетона происходит по мере выпуска из производства.

Указанные факты свидетельствуют о том, что согласно технологии АО "ДСК" и ИП ФИО5 при производстве бетона использовали одно и то же оборудование. Кроме того, при сопоставлении переченя арендуемого ИП ФИО5 оборудования, указанного в договоре аренды и оборудования БСУ, установлено, что ИП ФИО5 при производстве бетона использовал оборудование БСУ, не указанное в договоре аренды, то есть использовал оборудование АО "ДСК", находящееся в БСУ, безвозмездно.

Не подтвержден документально довод налогоплательщика о возмездном приобретении предпринимателем материалов АО "ДСК" в начале своей предпринимательской деятельности.

В ходе налоговой проверки на пункт 1.8 требования от 08.12.2021 № 27 Обществом представлены оборотно-сальдовые ведомости по счету 10 за 2016 и 2017 годы. Из анализа оборотно-сальдовой ведомости по счету 10 за 2-й квартал 2016 года следует, что по состоянию на 01.04.2016 у Общества имелись значительные остатки материалов на сумму 11 358 373 руб. Также, согласно данным учета, во 2-м квартале 2016 года имеется движение ТМЦ, как по приходу, так и по расходу ТМЦ. По состоянию на 01.07.2016 остатки ТМЦ по оборотно-сальдовой ведомости отражены в сумме 8 791 462 руб. 19 коп.

Учитывая, что ФИО5 зарегистрирован в качестве ИП 24.05.2016, торговая выручка на расчетный счет ИП поступала уже 16, 20, 21, 22 и 30 июня 2016 года, тогда как оплата поставщикам, а именно ООО "Владимирстройторгцемент" за цемент и ОАО "Ковровское карьероуправление" за щебень, осуществлена предпринимателем по расчетному счету лишь с 16.06.2016.

Вместе с тем для изготовления бетона необходим еще и песок, для ЖБИ, наряду с указанными компонентами, необходим металл (металлическая арматура), тогда как в июне и июле 2016 года оплата за поставки песка и металла по расчетному счету ИП ФИО5 отсутствует. Только в августе 2016 ИП ФИО5 осуществляются платежи на счета поставщиков металла (ОАО "ЕВРАЗ Металл Инпром", ЗАО "Металлокомплект-М" и других организаций). Оплата поставщикам песка по расчетному счету до декабря 2016 года отсутствует и лишь 13.12.2016 года ИП ФИО5 осуществляется платеж в адрес АО "ДСК" в сумме всего 80 000 руб. с назначением платежа "Погашение кредиторской задолженности за гравий, песок по сч. фактуре №1204 от 01.06.2016".

Вышеперечисленные обстоятельства свидетельствуют о безвозмездном использовании ИП ФИО5 (из-за нехватки основных компонентов для производства ЖБИ в виду отсутствия оплаты поставщикам), материалов, принадлежащих АО "ДСК".

Довод налогоплательщика об ошибочности вывода налогового органа о совместном использовании сырья с указанием на то, что отгрузка цемента и прочих инертных материалов проходит через компьютер, то есть отгрузка автоматизирована, снимались остатки материалов, по которым было наглядно видно, сколько у кого материалов, напротив, подтверждают выводы налогового органа, поскольку разграничение хранения и списания сырья осуществлялось посредством использования единого программного обеспечения ввиду единого бухгалтерского сопровождения.

Об осуществлении ИП ФИО5 деятельности в качестве предпринимателя в интересах АО "ДСК" свидетельствуют также установленные в ходе проверки обстоятельства оформления между ИП ФИО5 и Обществом договора от 01.03.2019 № 35/у-19 на выполнение работ по производству ЖБИ на условиях давальческого сырья.

В ходе анализа полученных в ходе проверки документов установлено, что АО "ДСК" (поставщик) 27.02.2019 заключило договор поставки № 41/п-19 с ООО "Спецэнергоремонт" (покупатель), в соответствии с которым Общество обязалось поставлять покупателю железобетонные изделия (ЖБИ) для строительства многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <...> (секции 1 и 2).

ООО "Спецэнергоремонт" применяет общепринятую систему налогообложения и является плательщиком НДС.

Стоимость объема изготавливаемой и поставляемой продукции в соответствии с заключенным договором составляет 61 823 367 руб., в том числе НДС.

Согласно показаниям ИП ФИО5, инициатива заключить вышеуказанный договор исходила от АО "ДСК", поскольку покупать ЖБИ у ИП ФИО5 (без НДС) и перепродавать в адрес ООО "Спецэнергоремонт" для АО "ДСК" было не выгодно.

Кроме того, в ходе проверки Инспекцией установлено, что после прекращения деятельности ФИО5 как предпринимателя, его невыполненные обязательства перед ООО "СЗ "Аскона Инвест" по договору поставки от 01.02.2019 № 34/п-19 взяло на себя АО "ДСК". В соответствии с заключенным дополнительным соглашением от 09.10.2019 к вышеуказанному договору поставки Общество обязалось поставить ту же продукцию и в соответствующих объемах (с учетом ранее поставленной), что поименована в договоре, заключенным ИП ФИО5 с ООО "СЗ "Аскона Инвест". При этом цена продукции осталась прежней, как по договору, заключенному с ИП ФИО5, независимо от того, что цена включала НДС.

Таким образом, доводы налогоплательщика, что создание и деятельность ИП ФИО5 были обусловлены реальными деловыми целями, направленными на извлечение прибыли от предпринимательской деятельности, а не созданием схемы уклонения от уплаты налогов в виде "дробления бизнеса" противоречат имеющимся в материалах налоговой проверки обстоятельствам.

При этом, не соответствует фактическим обстоятельствам довод налогоплательщика об отсутствии в проверяемом периоде экономической выгоды от производства изделий и наличия целей извлечения прибыли от сдачи в аренду производственных площадей, поскольку в период перевода деятельности на ИП ФИО5, реализация изделий ЖБИ осуществлялась Обществом с прибылью, а сдача в аренду ИП ФИО5 производственных площадей с учетом совокупности собранных Инспекцией доказательств, не направлена на извлечение прибыли АО "ДСК".

В ходе проверки установлено, что Общество располагало собственными активами для ведения деятельности, а именно транспортными средствами, производственными и складскими помещениями, оборудованием, кадровым персоналом и могло самостоятельно осуществлять производственную деятельность и исполнять обязательства по возмездным договорам.

С момента регистрации ИП ФИО5 деятельность по производству и реализации железобетонный изделий и бетона переведена Обществом на предпринимателя. При этом у ИП ФИО5 возникли договорные отношения с покупателями, которые ранее являлись покупателями у АО "ДСК", например, основные покупатели: застройщики многоквартирных домов – ООО СЗ "СК Континент", ООО "СЗ "Аскона-Инвест" (ООО "СЗ "СУ ДСК 33"). Соответственно, основной доход от производства и реализация ЖБИ и бетона стал аккумулироваться на счетах ИП ФИО5 При этом при соблюдении ценовой политики (в соответствии с заключенными договорами) у ИП ФИО5 стоимость реализации не снижалась по сравнению со стоимостью реализации АО "ДСК" по предыдущим поставкам. Однако ЖБИ реализовывались без НДС, что позволило ИП ФИО5 увеличить сумму получаемого дохода. Аналогичные обстоятельства установлены и в отношении поставщиков ИП ФИО5 Так, после перевода деятельности по производству и реализации железобетонный изделий и бетона на ИП ФИО5, поставки основных компонентов для производства поставлялись ИП теми же поставщиками, с которыми АО "ДСК" ранее имело договорные отношения. Например: ОАО "ККУ" – поставка щебеня, АО "Металлокомплект-М" – поставка металла, ИП ФИО32 – поставка щебеня, гравия, ООО "Русцемент" – поставка цемента, АО "Металлоторг" – поставка металла, ООО "Гжельский завод электроизолятор". При этом материалами дела подтверждено, что при осуществлении хозяйственных взаимоотношений с контрагентами, представителями ИП ФИО5 являлись работники АО "ДСК", что свидетельствует о едином хозяйствующем субъекте. Из пояснений, полученных в ходе допроса свидетеля ФИО5, следует, что основные поставщики сырья, материалов для производства ЖБИ и бетона, с которыми ранее были договорные отношения у Общества, получили в устном порядке гарантии и положительные рекомендации о покупателе – ИП ФИО5 Покупатели продукции ИП ФИО5 также положительно отреагировали на смену поставщика вместо АО "ДСК". Между тем согласно показаниям свидетеля ФИО17 (протокол допроса от 17.01.2022 № 09/23), покупатели ЖБИ никак не отреагировали на смену поставщика, так как ранее покупатели все вопросы решали именно с ФИО5 Авторитет и имеющийся опыт ФИО5 в производстве железобетона служили гарантией покупателям. Свидетель также дал аналогичный ответ в отношении реакции основных поставщиков сырья, материалов для производства ЖБИ и бетона на смену покупателя в лице ИП ФИО5

Довод заявителя об отсутствии противоречий действующему законодательству Российской Федерации в части заключения договоров с контрагентами Общества, не имеет правового значения, поскольку в рассматриваемом случае наличие одинаковых покупателей и одинаковых поставщиков с учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств намеренного перевода АО "ДСК" своей производственной деятельности на ИП ФИО5 возможно только при установленных обстоятельствах взаимозависимости участников сделки.

Несостоятелен довод Общества и о том, что отсутствие у предпринимателя в собственности основных средств не является основанием отнесения его к номинальной структуре. Установленные в ходе проверки обстоятельства регистрации, осуществлении и прекращении деятельности ИП ФИО5 в качестве индивидуального предпринимателя (регистрация работника Общества, не обладающего ресурсами для осуществления деятельности в период убыточности деятельности организации и прекращение деятельности с момента появления контрагента, работающего с НДС), формальность оформления договорных отношений (не взимание арендной платы за использование офисных, складских помещений и оборудования, не поименованного в оформленных договорах) и использование трудовых ресурсов, с формальным оформлением трудовых отношений с ИП ФИО5 (переход оформлялся в отделе кадров АО "ДСК"; в отдельных случаях по инициативе должностных лиц АО "ДСК" при сохранении обязанностей, рабочего места, графика работы; работники не владели информацией о документальном оформлении перевода к предпринимателю), свидетельствуют о создании лишь видимости соблюдения действующего законодательства и осуществления самостоятельной финансово-хозяйственной деятельности предпринимателем.

При этом довод Общества о том, что все сотрудники знали и понимали, что работают у предпринимателя, не соответствует фактическим обстоятельствам (например, показания ФИО33, ФИО34, ФИО16., ФИО30, ФИО24).

О переводе деятельности Общества на ИП ФИО5 также свидетельствует и факты предоставления последнему денежных средств на условиях процентного займа путем перевода денежных средств с расчетных счетов АО "ДСК" на расчетные счета ИП ФИО5 при оппозиционируемом заявителем тяжелом финансовом положении Общества в проверяемый период. При этом займы другим лицам Общество не предоставляло.

Установленные проверкой обстоятельства (перевод основной деятельности Общества на подконтрольное, взаимозависимое лицо путем регистрации работника Общества в качестве предпринимателя; отсутствие у ИП ФИО5 собственных производственных мощностей и оборудования, аренда предпринимателем производственных мощностей и оборудования у взаимозависимого лица – Ао "ДСК"; безвозмездное и совместное с Обществом использование ИП ФИО5 имущества и сырья, находящегося в собственности Общества; трудовая миграция работников Общества к предпринимателю и обратно; указание одинаковых контактных номеров телефонов и адреса электронной почты в документах, оформленных как от АО "ДСК", так и от ИП ФИО5; открытие расчетных счетов в одних и тех же банках; наличие одинаковых посатвщиков и покупателей; выполнение обязательств по поставкам продукции (ЖБИ) ИП ФИО5 и АО "ДСК" как единым хозяйствующим субъектом) в совокупности свидетельствуют о том, что регистрация ИП ФИО5 носила временный характер и была осуществлена исключительно в интересах АО "ДСК".

Перечисленные обстоятельства свидетельствуют, что АО "ДСК" умышленно создана схема дробления бизнеса, направленная на получение налоговой экономии в виде занижения суммы дохода от реализации произведенной продукции через взаимозависимое и подконтрольное лицо -ИП ФИО5, применяющего упрощенную систему налогообложения, которое фактически прикрывало деятельность налогоплательщика по производству и реализации железобетонных изделий. Участники взаимоотношений не были обособлены друг от друга, действовали как единый производственный объект с общей организационной структурой (трудовые ресурсы, производственное оборудование), а действия налогоплательщика в рассматриваемых правоотношениях имели умышленный характер и были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий при отсутствии на то правовых оснований.

Довод Общества о наличии объективных причин приостановления производственной деятельности (наличие убытков) подлежит отклонению, поскольку удорожание цены ЖБИ на стоимость НДС при ее реализации покупателями, осуществляющим строительство жилых домов в рамках долевого строительства и не уплачивающих от указанной деятельности НДС, делало продукцию заявителя неконкурентоспособной (показания ФИО5, ФИО20, других свидетелей) и чтобы не потерять заказчиков, производство ЖБИ временно было переведено на ИП ФИО5, который в силу должностного положения являлся взаимозависимым и подконтрольным лицом.

При этом при появлении заказчика (ООО "СПЕЦЭНЕРГОРЕМОНТ"), применяющего ОСИ и уплачивающего НДС, АО "ДСК" возобновило производственную деятельность.

Несостоятелен довод заявителя о наличии безусловной экономической выгоды ИП ФИО5 от регистрации в качестве предпринимателя и осуществлении аналогичного с АО "ДСК" вида деятельности (увеличение дохода от 57 00 руб. до 128 500 руб.), так как при росте дохода в статусе индивидуального предпринимателя ФИО5 прекратил свою предпринимательскую деятельность, выбрав альтернативу в виде заработной платы, выплачиваемой АО "ДСК" в размере в среднем 62 273 руб.

Не соответствует фактическим обстоятельствам и довод АО "ДСК" об отсутствии влияния Общества на деятельность ИП ФИО5

Так, согласно показаниям ФИО5, он получил одобрение от собственников через руководителя АО "ДСК" на организацию ИП на базе производства ЖБИ с арендой производственных мощностей; переход основной массы работников к ИП ФИО5 через увольнение являлось требованием собственников АО "ДСК"; создание и деятельность предпринимателя было временным шагом, в связи с тем, что у Общества существовали договорные обязательства по разработанным проектам жилых домов; вопрос о продолжительности работы решался совместно с руководителем АО "ДСК" (ответы на вопросы 4, 7, 22 протокола допроса от 23.11.2021 № 09-02).

Не имеет правового значения в рассматриваемом случае и указание АО "ДСК" на выплату пособий порядка 5 млн. руб. при сокращении штата сотрудников, поскольку выплата пособий при сокращении численности являются гарантиями, регламентированными трудовым законодательством, несоблюдение которого влечет соответствующие последствия для работодателей.

Несостоятелен довод АО "ДСК" об отсутствии доказательств получения выгоды именно Обществом от выявленной в ходе налоговой проверки схемы "дробления бизнеса" с участием подконтрольного лица – ИП ФИО5

Так, согласно показаниям ИП ФИО5, перевод деятельности по производству ЖБИ и бетона на ИП ФИО5, применяющего УСН (без НДС) снизил стоимость реализации продукции, повысил конкурентоспособность и привлек покупателей (ответ на 4 вопрос).

Аналогично, из показаний ФИО20 – ведущего экономиста АО "ДСК" следует, что применение ИП ФИО5 УСН позволило снизить затраты, минимизированы налоги и продукция стала более конкурентоспособной (ответ на вопрос 15 протокола допроса от 24.11.2021 № 09/06).

Кроме того, ФИО5 в протоколе допроса сообщил, что смысл регистрации ИП также заключался и в том, чтобы сохранить оборудование в исправном рабочем состоянии для дальнейшей деятельности АО "ДСК" для производства ЖБИ. (ответ на 29 вопрос протокола)

Таким образом, АО "ДСК" совершены действия по созданию дополнительного (промежуточного) звена – взаимозависимого лица ИП ФИО5 в цепочке реализации выпускаемой продукции потребителям, с целью снижения своих налоговых обязательств, выразившееся в неуплате налога на прибыль и НДС. В рассматриваемом случае АО "ДСК" реализует выпускаемую продукцию через подконтрольное лицо - ИП ФИО5, в адрес последующих покупателей (2-го звена), не заинтересованных в использовании права на применение налогового вычета по НДС.

Установленные налоговой проверкой и изложенные обстоятельства построения бизнеса, ведения учета и оформления документооборота свидетельствуют о том, что действия Общества и ИП ФИО5 не были обусловлены разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), а были направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды.

Довод Общества о неправомерном расчете налоговым органом подлежащего уплате АО "ДСК" НДС, в частности, о том, что продавец вправе заявить вычет НДС с аванса при выполнении своих договорных обязательств в соответствии с правилами исчисления НДС, установленных ФИО6 кодексом Российской Федерации, признан судом несостоятельным.

Согласно приведенным Обществом данным, по состоянию на 01.01.2018 у ИП ФИО5 на счете 62 числится предоплата покупателя ООО "СЗ Аскона Инвест" в сумме 42 856 490 руб., в связи с чем НДС, доначисленный по результатам налоговой проверки, по мнению налогоплательщика, подлежит уменьшению на сумму 6 537 431 руб., в период отгрузки TMЦ за 1-й и 2-й кварталы 2018 года.

Указанные доводы налогоплательщика противоречат положениям налогового законодательства.

В силу подпункта 2 пункта 1 статьи 167 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны исчислять и уплачивать НДС в бюджет с сумм предварительной оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав.

В соответствии с пунктом 8 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации вычетам подлежат суммы налога, исчисленные налогоплательщиком, налоговыми агентами, указанными в пунктах 4, 5 и 5.1 статьи 161 настоящего Кодекса, с сумм оплаты, частичной оплаты, полученных в счет предстоящих поставок товаров (работ, услуг), имущественных прав.

Пунктом 6 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что вычеты сумм налога, указанных в пункте 8 статьи 171 настоящего Кодекса, производятся с даты отгрузки (передачи) соответствующих товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав в размере налога, исчисленного исходя из стоимости отгруженных (переданных) товаров (выполненных работ, оказанных услуг), переданных имущественных прав, в оплату которых подлежат зачету суммы ранее полученной оплаты, частичной оплаты согласно условиям договора (при наличии таких условий).

Таким образом, положениями Налогового кодекса Российской Федерации закреплено право на вычет НДС в случае исчисления и уплаты сумм налога налогоплательщиком.

В рассматриваемом случае ИП ФИО5 применял упрощенную систему налогообложения и не признавался плательщиком налога на добавленную стоимость на основании пункта 3 статьи 346.11 Налогового кодекса Российской Федерации, соответственно не исчислял и не уплачивал в бюджет НДС.

Следовательно, оснований для применения вычетов по НДС и уменьшения обязательств налогоплательщика на 6 537 431 руб. не имеется.

Общество ходатайствовало о снижении штрафных санкций по статье 122 Налогового кодекса Российской Федерации в связи с ухудшением финансового состояния организации, осуществлением благотворительной деятельности.

В силу пункта 1 статьи 112 Налогового кодекса Российской Федерации обстоятельствами, смягчающими ответственность за совершение налогового правонарушения, признаются совершение правонарушения вследствие стечения тяжелых личных или семейных обстоятельств (подпункт 1); совершение правонарушения под влиянием угрозы или принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости (подпункт 2); тяжелое материальное положение физического лица, привлекаемого к ответственности за совершение налогового правонарушения (подпункт 2.1); иные обстоятельства, которые судом или налоговым органом, рассматривающим дело, могут быть признаны смягчающими ответственность (подпункт 3).

На основании пункта 3 статьи 114 Налогового кодекса Российской Федерации при наличии хотя бы одного смягчающего ответственность обстоятельства размер штрафа подлежит уменьшению не меньше, чем в два раза по сравнению с размером, установленным соответствующей статьей Кодекса.

При вынесении оспоренного решения Инспекция учла приведенные Обществом в качестве смягчающих ответственность обстоятельства и снизила начисленные штрафные санкции в 8 раз в соответствии с положениями статей 112, 114 Налогового кодекса Российской Федерации.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные доказательства и доводы сторон, суд не усмотрел правовых оснований для большего снижения штрафных санкций, поскольку определенный Инспекцией размер штрафа соответствует обстоятельствам совершенного правонарушения и принципу соразмерности ответственности характеру правонарушения.

Нарушений существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, влекущих безусловную отмену решения налогового органа, судом не установлено.

Не установив совокупности обстоятельств, которые в силу статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01 июля 1996 года № 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" являются основанием для признания оспариваемого ненормативного акта недействительным, арбитражный суд пришел к выводу о том, что законность оспариваемого решения налогового органа подтверждена документально.

Обществом не приведено убедительных доводов и доказательств, отвечающих требованиям статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и подтверждающих несоответствие выводов налогового органа, содержащихся в оспариваемом решении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным апелляционным судом, и имеющимся в деле доказательствам.

В Постановлении от 14.07.2005 № 9-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что конституционная обязанность платить законно установленные налоги и сборы имеет публично-правовой, а не частноправовой (гражданско-правовой) характер. Ее реализация в соответствующих правоотношениях предполагает субординацию, властное подчинение одной стороны другой, а именно: налогоплательщику вменяется в обязанность своевременно и в полном объеме уплатить суммы налога, а налоговому органу, действующему от имени государства, принадлежит полномочие обеспечить ее исполнение налогоплательщиком.

Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью принадлежащего ему имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, соответствующие же органы публичной власти наделены правомочием в односторонне-властном порядке, путем государственного принуждения взыскивать с лица причитающиеся налоговые суммы, - иначе нарушались бы воплощенный в статье 57 Конституции Российской Федерации конституционно защищаемый публичный интерес и связанные с ним права и законные интересы налогоплательщиков, публично-правовых образований, государства в целом.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920 указано на то, что избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 НК РФ, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

На основании изложенного заявленное требование удовлетворению не подлежит.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 4, 17, 65, 71, 96, 167-170, 176, 180-182, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении заявленного требования отказать.

С момента вступления настоящего решения в законную силу отменить обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Владимирской области от 29.11.2022.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Владимирской области в течение месяца с момента его принятия.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа (г. Нижний Новгород) в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья Е.В. Ушакова