Постановление от 24 сентября 2020 г. по делу № А52-4058/2014

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-4058/2014
г. Вологда
24 сентября 2020 года


Резолютивная часть постановления объявлена 22 сентября 2020 года.

В полном объеме постановление изготовлено 24 сентября 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Виноградова О.Н. и Писаревой О.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии ФИО2, от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Псковской области ФИО3 по доверенности от 05.02.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видео-конференц-связи при содействии Арбитражного суда Псковской области апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Псковской области от 24 марта 2020 года по делу № А52-4058/2014,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Псковской области от 26.01.2015 (резолютивная часть объявлена 19.01.2015) общество с ограниченной ответственностью «Газстроймонтаж» (адрес: 180502, Псковская обл., Псковский р-н, д. Федоровщина; ОГРН <***>, ИНН <***>; далее - должник, Общество, ООО «Газстроймонтаж») признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

Определением суда от 03.10.2018 ФИО4 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Газстроймонтаж».

Определением суда от 14.11.2018 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

Определением суда от 13.03.2020 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Газстроймонтаж», конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6.

Определением суда от 27.06.2016 (резолютивная часть объявлена 21.06.2016) конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «СМК Ковдор» (далее - ООО «СМК «Ковдор») в части требования в размере 10 285 264 руб. 91 коп. основного долга заменено в третьей очереди реестра требований кредиторов должника на правопреемника - общество с ограниченной ответственностью «Гранит» (далее - ООО «Гранит»).

Определением суда от 27.06.2016 (резолютивная часть объявлена 21.06.2016) конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «ТрансВирт» (далее - ООО «ТрансВирт») в части требования в размере 3 540 000 руб. основного долга заменено в третьей очереди реестра требований кредиторов должника на правопреемника ООО «Гранит».

ФИО2 обратился в суд заявлением о замене конкурсного кредитора ООО «Гранит» с вышеуказанными требованиями в общей сумме 13 825 264 руб. 91 коп. основного долга в реестре требований кредиторов должника на него в связи с переходом прав требования по договору уступки прав (цессии) от 15.07.2017.

ФИО7 также обратилась в суд с заявлением о замене конкурсного кредитора ООО «Гранит» с требованием в размере 13 825 264 руб. 91 коп. в реестре требований кредиторов должника на нее в связи с переходом к ней от ФИО2 прав требования к должнику по договору уступки прав (цессии) от 24.04.2019.

Заявления ФИО2 и ФИО7 объединены к совместному рассмотрению.

Определением суда от 24.03.2020 в удовлетворении требований ФИО2 и ФИО7 отказано.

ФИО2 с вынесенным определением не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить. В обоснование жалобы ее податель указал на необоснованный отказ в замене конкурсного кредитора, поскольку фактически договор цессии судом не признан недействительным, данное требование не заявлялось. Ссылается на то, что у ФИО2 не имелось оснований проверять достоверность подписи директора ООО «Гранит» с учетом того, что данная подпись была скреплена печатью ООО «Гранит».

В заседании суда ФИО2 поддержал апелляционную жалобу.

Представитель Федеральной налоговой службы возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно представленному договору уступки прав (цессии) от 15.07.2017 ООО «Гранит» в лице генерального директора ФИО8 (цедент) уступило ФИО2 (цессионарий) в полном объеме право требования к должнику, возникшее на основании определений Арбитражного суда Псковской области от 15.06.2015 и от 16.06.2015 по делу № А52-4058/2014 (ООО «ТрансВирт» и ООО СМК «Ковдор»), определений о замене кредиторов по делу от 27.06.2016 и включении в третью очередь реестра требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 1.2 договора сумма уступаемых прав составляет 13 825 264 руб. 91 коп.

Согласно пункту 2.2 договора цедент обязуется в трехдневный срок после подписания договора уведомить должника об уступке своих прав и обязанностей цессионарию заказным письмом с уведомлением либо путем личного вручения уведомления. В счет приобретаемых прав (требований) цессионарий в соответствии с пунктами 3.1, 3.2 договора цессии обязался уплатить цеденту 10 000 руб. в течение месяца со дня заключения договора.

В подтверждение заявленных требований в материалы обособленного спора представлены оригиналы договора от 15.07.2017, уведомление об уступке, полученное конкурсным управляющим должника ФИО4 15.07.2017, квитанции ООО «Гранит» к приходному кассовому ордеру от 17.07.2015 № 15 на получение от ФИО2 денежных средств в размере 10 000 руб.

ФИО2 (цедент) и ФИО7 (цессионарий) 24.04.2019 подписан договор уступки прав (цессии), по условиям которого цедент уступил цессионарию в полном объеме право требования к должнику, возникшее на основании определений Арбитражного суда Псковской области от 15.06.2015 (ООО «ТрансВирт»), от 16.06.2015 (ООО СМК «Ковдор») по делу № А52-4058/2014, определений о замене кредиторов по делу от 27.06.2016, путем включения в третью очередь реестра требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 1.2 сумма уступаемых прав составляет 13 825 264 руб. 91 коп.

Согласно пункту 2.2 договора цедент обязуется в трехдневный срок после подписания договора уведомить должника об уступке своих прав и обязанностей цессионарию заказным письмом с уведомлением либо путем личного вручения уведомления. В счет приобретаемых прав (требований) цессионарий в соответствии с пунктами 3.1, 3.2 договора цессии обязался уплатить цеденту 10 000 руб. в течение месяца со дня заключения договора.

В подтверждение требований ФИО7 в материалы обособленного спора представлены оригинал договора от 24.04.2019, уведомление должника об уступке, полученное конкурсным управляющим должника ФИО5 24.09.2019, расписка от 24.04.2019, согласно которой ФИО2 получил от ФИО7 наличные денежные средства в размере 10 000 руб. в счет оплаты по договору.

Ссылаясь на заключенные договоры уступки, ФИО2 и ФИО7 обратились в суд за процессуальной заменой.

Суд первой инстанции счел требования необоснованными.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) каких-либо особенностей в отношении регулирования вопросов о процессуальном правопреемстве в рамках дела о банкротстве не содержит.

В связи с этим при рассмотрении вопроса о процессуальном правопреемстве в деле о банкротстве следует руководствоваться положениями статьи 48 АПК РФ, согласно которой в случае выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательстве) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Основанием процессуального правопреемства является правопреемство в материальном правоотношении.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно пункту 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В силу пункта 1 статьи 388 этого же Кодекса уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Судом установлено, что ООО «Гранит» создано 25.03.2013 и зарегистрировано по адресу: Санкт-Петербург, ул. Генерала Хрулева, д. 6, литера А, пом. 10-Н, единственным учредителем Общества является ФИО8, о чем внесена запись 12.03.2014, с этой же даты он являлся генеральным директором данного общества.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц 30.08.2017 внесена запись о принятии решения о ликвидации юридического лица и назначении ликвидатора ФИО8, а 23.01.2018 - запись о прекращении деятельности юридического лица в связи с его ликвидацией.

Договор уступки прав (цессии) между ООО «Гранит» и ФИО2 датирован 15.07.2017.

Представитель Федеральной налоговой службы сообщил о наличии сомнений в реальности договора от 15.07.2017, поскольку после указанной даты ФИО2 участвовал от ООО «Гранит» по доверенности в собрании кредиторов должника 23.04.2019; квитанция к приходному кассовому ордеру по договору от 15.07.2017 датирована 17.07.2015.

Согласно письменным пояснениям ФИО8, поступившим в суд, ООО «Гранит» ликвидировано в добровольном порядке, дебиторская задолженность в размере 13 825 264 руб. 91 коп. списана с баланса, договор об уступке прав требований к ООО «Газстроймонтаж» им не заключался, сам лично ФИО8 договор не подписывал, доверенности на подписание подобных договоров никому не выдавал, как участник ООО «Гранит» одобрения на совершение такой крупной сделки не давал.

В ходе рассмотрения спора Федеральной налоговой службой заявлено о фальсификации договора от 15.07.2017.

ФИО2, в свою очередь, заявлено о фальсификации пояснений от имени ФИО8

Определением от 26.12.2019 судом назначена судебная почерковедческая экспертиза по рассматриваемому обособленному спору, проведение которой поручено эксперту - индивидуальному предпринимателю ФИО9.

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

- кем подписан договор уступки прав (цессии) от 15.07.2017 от имени ООО «Гранит» в графе «Цедент»: ФИО8 или иным лицом с подражанием подписи ФИО8;

- кем подписаны пояснения по делу от 28.06.2019 от имени ФИО8 - им самим или иным лицом с подражанием подписи ФИО8?

Согласно экспертному заключению № 18-12-19 подпись в договоре уступки прав (цессии) от 15.07.2017 от имени ООО «Гранит» в графе «цедент» от имени ФИО8 выполнена с подражанием какой-то подлинной подписи проверяемого лица, «по памяти», либо после «предварительной тренировки», не ФИО8, а другим неизвестным лицом. К аналогичным выводам эксперт пришел и при исследовании пояснений по делу от 28.06.2019 от имени ФИО8 При этом эксперт указал, что перечисленные в заключении признаки устойчивы, существенны, по своему объему и значимости образуют совокупность, достаточную для категорического вывода о выполнении исследуемой подписи не ФИО8, а каким-то другим лицом.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выяснится, что оно соответствует действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Суд первой инстанции оценил вышеназванное экспертное заключение и признал его надлежащим доказательством по делу.

Выводы эксперта апеллянтом не опровергнуты, о назначении по делу повторной экспертизы не заявлено.

Принимая во внимание отсутствие в материалах обособленного спора сведений о лице, подписавшем договор цессии, а также о последующем одобрении спорного договора уполномоченным лицом, учитывая выводы эксперта о фальсификации подписи директора ООО «Гранит» и отсутствии иных доказательств того, что уступка прав требования реально совершена, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что материального правопреемства между ООО «Гранит» и ФИО2 в рамках договора цессии от 15.07.2017 не произошло.

При этом судом также учтено, что какие-либо конкретные обстоятельства подписания договора, передачи денежных средств ФИО2 не указаны.

Пояснений относительно причин длительного необращения в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве (с 15.07.2017 по 11.04.2019) ФИО2 также не дано.

Между тем судом на основании сведений, содержащихся в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, также установлено, что в собрании кредиторов 07.05.2018 принимал участие представитель ООО «Гранит» ФИО7 по доверенности от 28.03.2016; в собрании кредиторов 23.04.2019 - представитель ООО «Гранит» ФИО2 по доверенности от 15.07.2017.

Таким образом, несмотря на фактическое прекращение ООО «Гранит» деятельности и исключении из ЕГРЮЛ 23.01.2018 в собрании кредиторов 07.05.2018 принимал участие представитель ООО «Гранит» ФИО7

ФИО2 при наличии договора цессии от 15.07.2017, предусматривающего переход к нему прав требования от ООО «Гранит», не мог не знать об указанном обстоятельстве, однако при участии в собрании 23.04.2019 также действовал от ООО «Гранит».

В материалах дела также усматривается, что квитанция к приходному кассовому ордеру по договору от 15.07.2017 датирована 17.07.2015 (т. 22, л. 23, 60); на указанном документе отсутствует расшифровка подписи лица, принявшего оплату.

Оценив установленные по делу обстоятельства в совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления ФИО2

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» при установлении судом, что совершено несколько последовательных уступок, суд производит замену истца (первоначального цедента) конечным цессионарием.

Несмотря на представление ФИО7 договора цессии от 24.04.2019 ФИО2 не заявил об отказе от требования о замене ООО «Гранит» в реестре на него в связи с переходом прав требований к должнику к другому лицу.

Вместе с тем в любом случае, поскольку право требования к должнику от ООО «Гранит» не перешло к ФИО2, соответственно не произошло и материального правопреемства от ФИО2 к ФИО7 по договору от 24.04.2019.

Апелляционная инстанция считает, что определение суда соответствует имеющимся в деле доказательствам, нормы права применены правильно, в связи с этим оснований для отмены обжалуемого судебного акта нет.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Псковской области от 24 марта 2020 года по делу № А52-4058/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

Судьи

О.Н. Виноградов

О.Г. Писарева