Постановление от 12 сентября 2024 г. по делу № А40-243329/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-50908/2024

Дело № А40-243329/23
г. Москва
13 сентября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 13 сентября 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.Н. Веретенниковой,

судей Д.Г. Вигдорчика, Е.Ю. Башлаковой-Николаевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.С. Волковым,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2024 о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки

по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании недействительным брачного договора от 19.07.2023, заключенного между ФИО1 и ФИО3,

в рамках дела №А40-243329/23 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (дата и место рождения: 13.04.1984, гор. Люберцы Московской обл., ИНН <***>; СНИЛС 10849206558, адрес регистрации: <...>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: ФИО4 по дов. от 03.09.2024,

от ООО «Микрокредитная Компания «Тендерлига»: ФИО5 по дов. от 23.10.2023,

иные лица не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2024 ФИО1 (дата и место рождения: 13.04.1984, гор. Люберцы Московской обл., ИНН <***>; СНИЛС 10849206558, адрес регистрации: <...>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (ИНН <***>, регистрационный номер в реестре арбитражных управляющих 15298, адрес для направления корреспонденции: 394006, г. Воронеж, а/я 15), член СРО ААУ «Евросиб».

Рассмотрению подлежало заявление финансового управляющего ФИО2 о признании недействительным брачный договор от 19.07.2023, заключенный между ФИО1 и ФИО3, удостоверенный нотариусом города Москвы ФИО6 и зарегистрированный в реестре под номером 77/287-н/77-2023-16-198, и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2024 признан недействительным брачный договор от 19.07.2023г., заключенного между ФИО1 и ФИО3, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления сторон в положение, существовавшее до заключения брачного договора от 19.07.2023.

Не согласившись с выводами арбитражного суда первой инстанции, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2024 о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование поданной апелляционной жалобы апеллянт указывает на следующее:

- обязательство должника как поручителя перед ООО МКК «ТендерЛига» возникло после заключения оспариваемого брачного договора;

- у должника отсутствует какое-либо иное жилище, пригодное для проживания.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2024 апелляционная жалоба принята к производству.

Судом объявлено о поступившем в материалы дела отзыве от ф/у ФИО1

Суд, совещаясь на месте, определил приобщить отзыв ф/у ФИО1 к материалам дела как поданный в соответствии с требованиями АПК РФ.

Представитель ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддерживает по мотивам, изложенным в ней.

Представитель ООО «Микрокредитная Компания «Тендерлига» возражает по доводам апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность. Просит определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителей, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов обособленного спора, ФИО1 и ФИО3 состояли в браке в период с 25.07.2012 по 26.10.2023.

Решением мирового судьи судебного участка №22 Нагатино-Садовники города Москвы от 26.10.2023 по делу №2-1432/2023 брак расторгнут. Судебный акт вступил в законную силу 28.11.2023. Названным судебным актом вопросы раздела совместного имущества не рассматривались.

19.07.2023 между супругами был заключен брачный договор.

В соответствии с условиями брачного договора квартира, расположенная по адресу: <...>; машиноместо, расположенное по адресу: <...>, машиноместо № 20; и автомобиль Фольксваген Тигуан, 2017 года выпуска, зарегистрированные на имя ФИО1, по соглашению супругов, как в период брака, так и в случае его расторжения будут являться личной собственностью ФИО3 В связи с изложенным, по условиям брачного договора, согласия на отчуждение указанного имущества в любой форме и по любым основаниям от ФИО1 не требуется. При этом должник ФИО1 по условиям брачного договора не получает в собственность какого-либо конкретно определенного имущества.

По мнению финансового управляющего, целью заключения брачного договора являлся вывод всего ликвидного имущества должника из конкурсной массы, направленный на лишение кредиторов возможности удовлетворить свои требования к должнику за счет денежных средств, вырученных от реализации указанного имущества.

Суд, удовлетворяя требования финансового управляющего исходил из совокупности фактических обстоятельств, свидетельствующих о наличии признаков недействительности брачного договора по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

В обоснование своих доводов финансовый управляющий указывает, что на момент заключения оспариваемого брачного договора у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, о чем ответчик не мог не знать, в результате заключения сделки из конкурсной массы должника выбыл ликвидный актив.

Суд первой инстанции, признавая оспариваемый брачный договор недействительной сделкой, согласился с доводами финансового управляющего.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце первом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" (далее - постановление Пленума N 48), финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации; далее - СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункта 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении ФИО1 возбуждено 27.10.2023, тогда как оспариваемый брачный договор заключен 19.07.2023, следовательно, он может быть оспорен по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума N 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума N 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

Судом первой инстанции установлено, что на дату заключения оспариваемого брачного договора должник отвечал признакам неплатежеспособности, которые возникли ввиду неисполнения ООО «АНсистемс» перед ООО МКК «ТендерЛига» принятых на себя обязательств по договору займа от 29.06.2023, по которым, исходя из договоров поручительства № 1273 П, ФИО1 как поручитель нес финансовую ответственность.

В нарушение условий п.п. 1.5, 3.1 Договора займа и ст. 309, п. 1 ст. 314, п. 1 ст. 807 ГК РФ, Заёмщик допустил просрочку оплаты суммы основного долга, повлекшую возникновение просроченной задолженности. Так, Заемщиком не внесены следующие платежи: от 29.07.2023 г. в сумме 1 000 000 руб., от 28.08.2023 г. в сумме 1 000 000 руб., от 27.09.2023 г. в размере 19 248 000 руб. Остаток основного долга по Договору займа по состоянию на дату обращения кредитора в суд составил 21 248 000 руб.

Также, согласно установленному графику платежей Заемщик обязан был 07.07.2023 г. оплатить комиссию за предоставление и пользование суммой займа в размере 4 133 480 руб., между тем, денежные средства в счет оплаты комиссии были внесены не в полном объеме и с нарушением установленного графиком платежей срока, а именно: 14.07.2023 г. поступили денежные средства в размере 2 100 000 руб.; 01.08.2023 г. поступили денежные средства в размере 1 000 000 руб. При этом, остаток комиссии за пользование суммой займа по состоянию на дату обращения кредитора в суд составил 1 033 480 руб.

Таким образом, уже 07.07.2023 г. Заемщиком ООО «АНсистемс» была допущена просрочка исполнения обязательства.

Следовательно, на дату заключения оспариваемого брачного договора у основного заемщика ООО «АНсистемс» имелись просроченные обязательства перед ООО МКК «ТендерЛига»; в последующем задолженность перед ООО МКК «ТендерЛига» в общем размере 41 617 482,88 руб. включена в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО1 определением суда от 19.12.2023.

Апелляционная коллегия не соглашается с доводом апеллянта о том, что обязательство должника как поручителя перед ООО МКК «ТендерЛига» возникло после заключения оспариваемого брачного договора.

Согласно статье 307 Гражданского кодекса Российской Федерации должником является лицо, принявшее на себя обязательства.

В соответствии со статьей 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве" обязательство поручителя отвечать перед кредитором другого лица за исполнение последним его обязательства возникает с момента заключения договора поручительства.

В силу разъяснений, приведенным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 45 "О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве", требования к поручителю, связанные с нарушением должником основного обязательства, могут быть предъявлены кредитором лишь при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником основного обязательства (пункт 1 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом по общему правилу, обязанности поручителя перед кредитором возникают с момента заключения договора поручительства, в том числе договора поручительства по будущим требованиям. Например, с этого момента поручитель может быть обязан поддерживать определенный остаток на счетах в банке, раскрывать кредитору информацию об определенных фактах и тому подобное (пункт 2 статьи 307, пункт 1 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

То есть договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24.11.2015 N 89-КГ15-13).

Судом первой инстанции было отмечено, что доводы должника о том, что срок исполнения обязательств наступил для поручителя ФИО1 только с момента получения требования ООО МКК «ТендерЛига», т.е. после 04.08.2023 (дата направления претензии кредитором) и соответственно после даты заключения брачного договора, по сути, не имеют правового значения для квалификации сделки в качестве недействительной.

В данном деле сформировался следующий состав юридически значимых обстоятельств:

-29.06.2023 г. заключен договор займа и обеспечивающий его исполнение договор поручительства с ФИО1, являющимся генеральным директором заемщика.

-07.07.2023 г. заемщиком допущена просрочка исполнения обязательств, о чем как генеральному директору заемщика достоверно было известно ФИО1

-19.07.2023 г. между ФИО1 и ФИО3 заключен брачный договор, условия которого предусматривают лишь передачу ФИО3 всего имущества, зарегистрированного на ФИО1, без предоставления ФИО1 какого-либо имущества.

Как следует из материалов дела определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.10.2023 по делу №А40-243329/23 принято к производству заявление ООО МКК «ТендерЛига» о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу.

Основанием для обращения в суд с данным заявлением послужило наличие задолженности, вытекающей из Договора займа от 29.06.2023, заключенного между ООО МКК «ТендерЛига» (Кредитор, Заимодавец) и ООО «АНсистемс» (Заемщик).

В соответствии с п. 1.1 и 1.5 Договора займа, Заемщику 29.06.2023 г. были предоставлены денежные средства в размере 21 248 000 руб. на срок 90 календарных дней -до 27.09.2023 г. (включительно). Сумма займа подлежит возврату согласно графику платежей в пределах установленного срока.

В обеспечение исполнения обязательств ООО «АНсистемс» по Договору займа 29.06.2023 г. между ООО МКК «ТендерЛига» и ФИО1 (Поручитель, Должник) был заключен Договор поручительства № 1273 П.

При этом, ФИО1 является генеральным директором ООО «АНсистемс».

Согласно установленному графику платежей Заемщик обязан был 07.07.2023 г. оплатить комиссию за предоставление и пользование суммой займа в размере 4 133 480 руб., между тем, денежные средства в счет оплаты комиссии были внесены не в полном объеме и с нарушением установленного графиком платежей срока, а именно: 14.07.2023 г. поступили денежные средства в размере 2 100 000 руб.; 01.08.2023 г. поступили денежные средства в размере 1 000 000 руб. При этом, остаток комиссии за пользование суммой займа по состоянию на дату обращения кредитора в суд составил 1 033 480 руб.

Таким образом, уже 07.07.2023 г. Заемщиком ООО «АНсистемс» была допущена просрочка исполнения обязательства.

29.06.2023 должник принял на себя обязанность уплатить долг за основного заемщика (ООО «АНсистемс»), и с этого момента, действуя добросовестно, должен был сохранить возможность исполнения такого обязательства.

Задолженность перед ООО МКК «ТендерЛига» в общем размере 41 617 482,88 руб. включена в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО1 определением суда от 19.12.2023.

Между тем, в результате заключения брачного договора от 19.07.2023, ликвидное имущество должника в полном объеме было отчуждено в пользу бывшей супруги, что негативным образом повлияло на возможность кредиторов ФИО1 получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника в целом либо в качестве доли в общем имуществе супругов.

Также, ФИО1, являясь поручителем за ООО «АНсистемс», обязан был сохранить возможность исполнения обязательства в течение всего срока действия договора поручительства, а не избавляться от имущества путем заключения брачного договора.

При этом, ни одного разумного объяснения подобным действиям от должника и ответчика получено не было.

Таким образом, на момент заключения брачного договора ФИО1 уже принял на себя солидарные обязательства, выдав поручительство в обеспечение возврата заемных средств, полученных по договору займа, заключенному ООО «АНсистемс», однако в результате совершения оспариваемой сделки лишен права собственности на принадлежащее ему ликвидное имущество, за счет реализации которого кредиторы могли бы получить удовлетворение своих требования.

Поскольку лицо, имеющее намерение исполнить взятые на себя обязательства в соответствии с условиями договоров поручительства, не должно своими умышленными действиями создавать ситуацию, которая может привести к ослаблению, либо полной утрате финансовой возможности исполнить принятые на себя обязательства, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о заключении ответчиками брачного договора в период предвидения ФИО1 ситуации невозможности исполнения обязательств основным заемщиком (ООО «АНсистемс») и нежеланием отвечать своим имуществом по обязательствам Общества.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оспариваемый договор дарения заключен при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

При этом ФИО3 не могла не знать о вышеуказанных обстоятельствах, поскольку на момент заключения брачного договора являлась супругой ФИО1, что в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве презюмирует ее информированность о финансовом положении супруга.

В отношении наличия у сделки цели и фактического причинения имущественного вреда кредиторам суд первой инстанции обоснованно указал следующее.

Положения пункта 1 статьи 39 СК РФ, пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве и разъяснения, содержащиеся в пунктах 7, 8 и 9 постановления Пленума N 48, исходят из презумпции равенства долей супругов в общем имуществе и обусловленного этим равенством права супруга гражданина-должника на половину средств, вырученных от реализации общего имущества супругов (до погашения текущих обязательств).

ФИО1, заключая брачный договор, искусственно создал ситуацию, в которой имел возможность брать на себя обязательства перед кредиторами, а затем при их неисполнении использовать в своем противоправном интересе наличие Брачного договора, согласно условиям которого все имущество переходит в собственность его супруги.

Относительно справедливого распределения имущества в брачном договоре апелляционный суд отмечает, что в результате изменения режима общей совместной собственности супругов к супруге перешло наиболее ликвидное имущество. При этом ФИО1 и ФИО3 не обосновали необходимость заключения брачного договора в 2023 году притом, что супруги длительное время до этого находились в брачных отношениях без оформления раздела имущества.

В связи с этим апелляционный суд полагает, что брачный договор направлен не на справедливое распределение имущества между супругами, а на сокрытие этого имущества от обращения взыскания в целях погашения требований кредиторов.

При таком положении суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в результате заключения оспариваемого брачного договора имущественным правам кредиторов причинен вред, поскольку в итоге у ФИО1 не осталось ликвидного имущества, за счет которого возможно удовлетворение требований кредиторов.

Поскольку оспариваемым договором причинен вред имущественным правам кредиторов, при этом ответчик был извещен о неплатежеспособности должника в момент заключения оспариваемой сделки, в силу положений пункта 7 постановления Пленума N 63 наличие цели в причинении вреда имущественным правам кредитам презюмируется.

Совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о недействительности оспариваемой сделки по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Поскольку в результате заключения брачного договора изменен установленный законом режим общей собственности на имущество, перечисленное в брачном договоре, суд первой инстанции правильно применил последствия недействительности сделки в виде восстановления положения, существовавшего до заключения брачного договора от 19.07.2023.

Апеллянт также указывает на отсутствие какого-либо иного жилища, чем то недвижимое имущество, которое было отчуждено в результате оспариваемой сделки.

Из материалов дела следует, что должник, начиная с 11.01.2019 зарегистрирован по адресу: 115487, <...>.

По указанному адресу зарегистрирована и ответчик ФИО3, что следует из брачного договора.

Должник приводит в качестве адреса проживания: 140008, <...> почтовое отделение, д. 61, к. 1, кв. 79.

При этом вопрос о включении, либо исключении того или иного имущества в конкурсную массу должника не является предметом рассмотрения настоящего обособленного спора, и подлежит самостоятельному рассмотрению в установленном законом порядке.

Суд апелляционной инстанции считает, что убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Несогласие апеллянта с произведенной судом первой инстанции оценкой имеющихся в деле доказательств, а также иное толкование заявителем положений законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права и не является в рассматриваемом случае основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда, апелляционная жалоба не содержит.

Оснований для отмены определения и удовлетворения жалобы, исходя из доводов жалобы, апелляционный суд не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.07.2024 по делу №А40-243329/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:С.Н. Веретенникова

Судьи:Д.Г. Вигдорчик

ФИО7