Постановление от 30 июля 2020 г. по делу № А40-154961/2016

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-21779/2020

Дело № А40-154961/16
г. Москва
30 июля 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 июля 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 30 июля 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.С. Гарипова,

судей И.М. Клеандрова, А.Н. Григорьева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО2

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 05 марта 2020 года

по делу № А40–154961/16, принятое судьей С.С. Истоминым,

в части отказа в удовлетворении заявления ФИО2 о процессуальном правопреемстве

в рамках дела о банкротстве ФИО3,

третье лицо - ФИО4,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО5 дов от 13.02.2020,

от ФИО6 – ФИО7 дов от 16.12.19,

от ООО «Стройпроект» - ФИО8 дов от 09.01.2020,

от ФИО4 – ФИО8 дов от 25.06.19,

ФИО4 лично,

Иные лица не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30 марта 2017 г. ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: гор. Жигулевск, Куйбышевской области признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Определением суда от 20.09.2019 финансовым управляющим ФИО3 утвержден ФИО9.

Судом рассмотрено заявление ФИО2 о замене в реестре требований кредиторов ФИО3 кредитора ФИО6 на ФИО2 в порядке процессуального правопреемства.

Должник, финансовый управляющий в судебное заседание своих представителей не направили.

Представитель ФИО2 поддержал заявление, представил дополнительные доказательства к материалам дела, оригиналы доказательств – на обозрение суда.

Представитель ФИО6 по заявлению возражал, представил дополнительные доказательства к материалам дела, ходатайствовал о фальсификации доказательств.

Представитель ФИО2 не дал пояснений по вопросу исключения оспариваемых доказательств.

Суд не приобщил в материалы дела расписку о предупреждении сторон об уголовной ответственности, поскольку представитель ФИО2 отказался ее заполнять.

Представитель ФИО2 вопрос об отложении судебного заседания оставил на усмотрение суда.

Представитель ФИО4 поддержал заявление.

Представитель ООО «Стройпроект» оставил заявление на усмотрение суда.

Арбитражный суд города Москвы определением от 05 марта 2020 г., руководствуясь ст.ст. 48, 163 АПК РФ, в том числе, отказал в удовлетворении заявления ФИО2 о процессуальном правопреемстве.

Не согласившись с принятым определением, ФИО2 подала апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и произвести замену лица, участвующего в арбитражном деле № А40-154961/2016 о банкротстве должника гражданина ФИО3, на стороне конкурсного кредитора с ФИО6 на ФИО2.

В обоснование своей позиции ФИО2 указывает, что суду на обозрение суда были представлены оригиналы Договора цессии, Соглашения № 1 к Договору цессии, которым установлены цена и порядок расчетов по Договору цессии, расписка о произведении расчетов по договору. Также стороны Договора цессии в судебном заседании подтвердили факт заключения договора цессии и осуществление расчетов по нему.

Законом не установлен срок после совершения материального правопреемства в правоотношении, в течение которого цессионарий обязан предпринять действия, направленные на совершение процессуального правопреемства.

Также не основан на законе и вывод суда о ничтожности сделки на том основании, что суду сторонами Договора цессии не представлен акт приема-передачи документов, поскольку применительно к сделкам о перемене лиц в обязательстве такое условие не является существенным. Его отсутствие в договоре не является основанием для признания такого договора незаключенным / недействительным.

Конкурсным кредитором ФИО6 путем предоставления возражений фактически заявлено требование о признании недействительной сделки, заключенной между физическими лицами, никто их которых не является должником по делу о банкротстве, не связанной с осуществлением ими предпринимательской деятельности. При этом ФИО6 не является стороной Договора цессии.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представители заявителя апелляционной жалобы ООО «Стройпроект», а также ФИО4 и его представитель поддержали ее доводы и требования, представитель ФИО6 возражал против ее удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалобы в обжалуемой части в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда города Москвы в обжалуемой части не имеется.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда г. Москвы от 20.07.2017г. в реестр требований кредиторов ФИО3 включены требования ФИО4 в размере 576 360 000 руб. (основного долга), 51 124 198,21 руб. (процентов за пользование займом), 32 353 256,98 руб. (штрафные санкции) - в третью очередь удовлетворения.

Как следует из материалов дела, 12.01.2018г. между ФИО4 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор об уступке прав (требований), по условиям которого (п.1.1. Договора) цедент уступил цессионарию свое действительное право требования к ФИО3 в размере 10 000 000 долларов США в иностранной валюте либо в рублях по курсу ЦБ РФ на дату исполнения решения, проценты на сумму займа 102 294 483,33 руб., пени за просрочку уплаты процентов в размере 9 339 237,50 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 60 000 руб.

В соответствии с п. 1.6. Договора, уступаемое право требования цедента к должнику переходит к цессионарию на сумму, указанную в п. 1.1. Договора, на тех же условиях, которые существуют у цедента по отношению к должнику на момент заключения договора.

В соответствии с п. 1.7. Договора, уступаемые права требования к должнику переходят от цедента к цессионарию с момента подписания договора.

В связи с подписанием договора цедентом и цессионарием 12.01.2018г. права требования к должнику ФИО3 перешли от цедента к цессионарию с указанной даты.

Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно ч. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования).

В соответствии с ч. 1 ст. 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В силу ч. 2 ст. 389.1 ГК РФ требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

В соответствии с п. 1.4. Договора право требования переходит к цессионарию с момента подписания договора.

Согласно ч. 1 ст. 48 АПК РФ, в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Вместе с тем, определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.11.2019г. по делу о банкротстве ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: гор. Жигулевск, Куйбышевской области) произведена замена кредитора ФИО4 на ФИО6 в размере требования 576 360 000 руб. – основной долг, 51 124 198,21 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами, 3 3853 256,98 руб. – штрафные санкции.

В своем заявлении ФИО4 указывает, что договор между ним и ФИО2 был заключен ранее договора между ним и ФИО6, в связи с чем договор, заключенный между ним и ФИО6, является ничтожным, независимо от признания его таковым судом.

Суд первой инстанции не согласился с указанной позицией заявителя ввиду следующего.

Согласно п. 4 ст. 390 ГК РФ, в отношениях между несколькими лицами, которым одно и то же требование передавалось от одного цедента, требование признается перешедшим к лицу, в пользу которого передача была совершена ранее. В случае исполнения должником другому цессионарию риск последствий такого исполнения несет цедент или цессионарий, которые знали или должны были знать об уступке требования, состоявшейся ранее.

Указанная норма в ее истолковании, содержащемся в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений гл. 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" (далее - постановление N 54), предлагает следующее распределение рисков между цедентом и несколькими цессионариями:

при отсутствии исполнения со стороны должника надлежащим кредитором считается цессионарий, в отношении которого момент перехода требования наступил ранее (в настоящем деле совпадает с моментом заключения договора). Другой цессионарий, в отношении которого момент перехода спорного требования должен был наступить позднее, вправе требовать с цедента возмещения убытков;

в случае исполнения должником такому иному лицу риск последствий исполнения несет цедент или цессионарий, которые знали или должны были знать об уступке требования, состоявшейся ранее (абзац второй п. 4 ст. 390 ГК РФ).

Таким образом, в п. 7 постановления N 54 содержится критерий добросовестности цедента и цессионария для распределения рисков при двойной уступке одного права для ситуаций, когда исполнение должником уже осуществлено.

Следовательно, при отсутствии исполнения должником в качестве общего правила действует критерий момента перехода требования, указанный п. 4 ст. 390 ГК РФ.

В силу действующего законодательства приоритет цессии при заключении нескольких соглашений об уступке одного и того же права (требования) отдается договору цессии, который заключен ранее.

Вместе с тем правило об очередности уступки не исключает при наличии соответствующих оснований возможности применения общих положений гражданского законодательства, в частности ст. 10, 170 ГК РФ, а также разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25).

Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 86 постановления N 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, что не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Таким образом, правило первого абзаца п. 4 ст. 390 ГК РФ может знать исключения при недобросовестности первого цессионария.

Как указывалось ранее, определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.11.2019 г. по делу № А40-154961/16-78-14 «Б» о банкротстве ФИО3 произведена замена кредитора ФИО4 на ФИО6 в размере требования 576360000 руб. - основной долг, 51124198,21 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами, 33 853 256,98 руб. - штрафные санкции. В удовлетворении ходатайств о приостановлении производства и об отложении судебного заседания отказано. В удовлетворении заявления ФИО10 о процессуальном правопреемстве также было отказано.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 25.11.2019 г. по делу № А40-154961/16-78-14 «Б» о банкротстве ФИО3 был принят отказ от заявления о процессуальном правопреемстве от ФИО11, производство по заявлению ФИО11 о процессуальном правопреемстве прекращено.

Таким образом, Арбитражный суд г. Москвы в рамках настоящего спора разрешил вопрос о процессуальном правопреемстве в пользу ФИО6 в ситуации, когда на данное право претендовали ФИО10 и ФИО11

Требование ФИО2 заявлено на основании договора об уступке права требования от 12.01.2018 г., заключенного между ФИО4 и ФИО2

Вместе с тем, вызывает обоснованные сомнения столь длительное непринятие ФИО2 действий по предъявлению своих требований, при условии заявления требований со стороны еще трех правопреемников, к тому же ФИО2 не реализовала свое право на обжалование определения Арбитражного суда г. Москвы от 27.11.2019г. А ФИО4 при рассмотрении заявлений ФИО6, ФИО10 и ФИО11 не было заявлено о наличии договора цессии с ФИО2

Кроме того, в соответствии с п. 3 ст. 385 ГК РФ кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право (требование), и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления этого права (требования).

Доказательств передачи документов ФИО2 в материалы дела не представлено.

К тому же, как следует из решения Черемушкинского районного суда г. Москвы от 09.12.2019г., согласно акту приема-передачи документов к договору цессии, составленному 03.04.2018г., ФИО4 передал ФИО6 документы, на которых основано передаваемое право требования.

В Договоре уступки прав (требований) от 12.01.2018 г. указано, что порядок расчетов по соглашению регулируется Дополнительным соглашением № 1.

Вместе с тем, указанное дополнительное соглашение в материалы настоящего дела в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено.

Также не представлены доказательства оплаты уступки полученных ФИО2 прав требований от ФИО4

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что ни ФИО4, ни ФИО2 в материалы дела не представлены достаточные доказательства реальности заключенной между ними сделки, в связи с чем оснований для удовлетворения заявления ФИО2 о процессуальном правопреемстве не имеется.

К тому же заявителем указано на необходимость процессуального правопреемства от ФИО6 к ФИО2, однако между указанными лицами отсутствуют какие-либо правоотношения, допускающие возможность перехода права, что также служит основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Принимая во внимание данные выводы, суд первой инстанции также отказал в удовлетворении ходатайства ФИО12 о фальсификации доказательств как не имеющее правового значения для спора.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения суда по доводам апелляционной жалобы, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отклонены.

Заявителем избран ненадлежащий способ защиты, поскольку, оспаривая право требования ФИО12, он просит при этом произвести процессуальное правопреемство с ФИО12, который заявителю право требования к должнику не уступал. Таким образом, Заявитель не является правопреемником ФИО12

Право требования не уступалось ФИО4 в пользу заявителя, поскольку документы, на которых основано право требования к должнику, ему не переданы, из чего следует, что договор цессии не исполнен и не мог быть исполнен путем передачи документов, учитывая, что, как следует из решения Черемушкинского районного суда г.Москвы от 09.12.2019г., согласно акту приема-передачи документов к договору цессии, составленному 03.04.2018г., ФИО4 передал ФИО6 документы, на которых основано передаваемое право требования.

Данное обстоятельство ФИО4, поддерживающий требования заявителя, оспаривать не вправе (ст. 69 АПК РФ), как и факт законности процессуальной замены ФИО4 на ФИО6

Замена ФИО4 на ФИО6 в размере требования 576 360 000 руб. – основной долг, 51 124 198,21 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами, 3 3853 256,98 руб. – штрафные санкции – произведена определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.11.2019г. по делу о банкротстве ФИО3, которое вступило в законную силу и не отменено.

Таким образом, все доводы апелляционной жалобы, которые правомерно признаны судом первой инстанции необоснованными, не могут служить основанием для отмены обжалуемого определения и для удовлетворения требований заявителя.

Документы, на которых основано уступаемое право требования, ФИО4, по причине их отсутствия у него, не мог передать ФИО2 во исполнение договора цессии от 12.01.2018 г., так как они ранее уже были переданы ФИО6 Таким образом, договор цессии не мог быть исполнен.

Ни в момент, ни после заключения договора цессии ФИО4 и ФИО13 не подписывали акт приема-передачи документов по договору цессии, который подтверждал бы реальное исполнение договора цессии между сторонами в указанную дату.

Кроме того, в соответствии с ч.3 ст.382 ГК РФ ФИО2 после заключения договора цессии с ФИО4 должна была уведомить в письменной форме должника ФИО3 о переходе прав кредитора.

Однако ФИО2 не предоставила оригиналы документов, подтверждающих реальное заключение и исполнение договора цессии от 12.01.2018г. с ФИО4

Таким образом, суд первой инстанции правомерно квалифицировал договор цессии, заключенный ФИО4 с ФИО2, как мнимую (ничтожную) сделку.

Между ФИО6 и ФИО2 отсутствуют какие-либо правоотношения, допускающие возможность процессуального правопреемства.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 05 марта 2020 года по делу № А40–154961/16 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья:В.С. Гарипов

Судьи:И.М. Клеандров

А.Н. Григорьев

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.