Постановление от 28 февраля 2022 г. по делу № А71-8362/2012

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13347/2012(57)-АК

Дело № А71-8362/2012
28 февраля 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 24 февраля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 февраля 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей Гладких Е.О., Макарова Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от конкурсного управляющего: ФИО2, паспорт, диплом, доверенность от 17.09.2020;

в судебное заседание явился ФИО3, паспорт;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО3

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 14 декабря 2021года

об установлении размера субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО3, ФИО5 и ФИО6 в размере 94 435 064 руб. 32 коп.,

вынесенное в рамках дела № А71-8362/2012

о признании несостоятельным (банкротом) открытого акционерного общества «Уральский трастовый Банк» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

установил:

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.07.2012 (резолютивная часть оглашена 12.07.2012) открытое акционерное общество «УРАЛЬСКИЙ ТРАСТОВЫЙ БАНК» (далее - ОАО «УТБ») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, полномочия конкурсного управляющего ОАО «УТБ» возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» г. Москва (далее – ГК «АСВ»).

13.07.2015 конкурсный управляющий ОАО «УТБ» - ГК «АСВ» обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «УТБ» ФИО4 (далее - ФИО4), ФИО3 (далее - ФИО3), ФИО5 (далее - ФИО5), ФИО6 (далее - ФИО6), взыскании солидарно в пользу ОАО «УТБ» сумму в размере 304 934 тыс. руб.

Определением от 07.03.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного общества «УРАЛЬСКИЙ ТРАСТОВЫЙ БАНК»; производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания всех мероприятий конкурсного производства, формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами открытого акционерного общества «УРАЛЬСКИЙ ТРАСТОВЫЙ БАНК».

01.12.2020 в Арбитражный суд Удмуртской Республики поступило заявление конкурсного управляющего ОАО «УТБ» - ГК «АСВ» о возобновлении производства по делу.

Определением суда от 04.03.2021 производство по заявлению возобновлено.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14 декабря 2021 года, вынесенным в рамках дела № А71-8362/2012, установлен размер субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО3, ФИО5 и ФИО6 в размере 94 435 064 руб. 32 коп. Взыскано в порядке субсидиарной ответственности: с ФИО4, ФИО5 и ФИО6 солидарно 44 732 398 руб. 89 коп.; с ФИО3, ФИО5 и ФИО6 солидарно 49 702 665 руб. 43 коп.

Лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности ФИО3 обжаловал данное определение в апелляционном порядке, в жалобе просит определение изменить в части, уменьшить сумму субсидиарной ответственности ФИО3 в размере 49 702 665, 43 руб. до личной ответственности в размере 7 731 525, 73 руб. Позиция подателя жалобы сводится к тому, что отсутствовали правовые основания для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований.

В жалобе изложены доводы о том, что кроме противоправности и виновности поведения ответчиков условием для удовлетворения обращенного против них иска должна быть доказанность прямой причинно-следственной связи между таким поведением и наступлением вредных последствий не в виде убытков от конкретной гражданско-правовой сделки, а наступлением вредных последствий в виде банкротства должника. Обращает внимание суда на то, что ФИО3 может быть привлечен к ответственности за ряд действий только в периоды, когда он являлся исполняющим обязанности председателя Правления Банка с 20.09.2011 по 27.12.2011. Отмечает, что ФИО3 не мог повлиять на решения должника и финансовое состояние должника, ни на принятие соответствующих мер при выдаче кредитов ООО «Авест», ООО «ИКЦ», ООО «Пром-Альянс» от 16.12.2011. Полагает, что размер ответственности ФИО3 подлежит уменьшению, поскольку под руководством ФИО3 выданы кредитные средства ООО «Пром-Альянс» на сумму 37 000 000 руб. (13,13% от общего кредитного портфеля), а также ООО «УдмуртСтройКомплект» в сумме 33 000 333 руб. (11,71% от общего кредитного портфеля), при этом невозвращенные кредитные средства данными заемщиками не могли являться причиной банкротства Банка. По мнению подателя жалобы, доказательств, очевидно указывающих о причинно-следственной связи между выдачей указанных выше кредитов и банкротством банка в материалы дела не представлено.

Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» представило отзыв на апелляционную жалобу, просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает, что обстоятельства, на которые указывает податель жалобы, уже были рассмотрены судом при установлении оснований для привлечения контролирующих Банк лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам банка, вина ФИО3 установлена определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 07.03.2019, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции явился ФИО3, который поддержал доводы апелляционной жалобы, просил апелляционную жалобу – удовлетворить.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции посредством веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» принял участие представитель конкурсного управляющего, который возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела судом.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалобы.

Как следует из обстоятельств дела, определением от 07.03.2019 по настоящему делу, ответчики ФИО3, ФИО4 , ФИО5 и ФИО6 привлечены к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ, действовавшей на момент совершения ответчиками действий, заявленных в качестве оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2019 определение суда первой инстанции от 07.03.2019 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 23.10.2019 указанное определение и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2019 оставлены без изменения.

При этом судами было установлено следующее.

Из материалов дела следует, что ФИО4 являлся председателем правления Банка с 06.12.2010 по 19.09.2011; ФИО5 членом правления с 05.11.2004 по 07.08.2012, и.о. Председателя Правления с 28.03.2012 по 07.08.2012; ФИО3 членом правления с 28.06.2011 по 16.01.2012, и.о. председателя Правления с 20.09.2011 по 27.12.2011; ФИО6 главным бухгалтером и членом правления с 20.10.2006 по 04.02.2012; в указанный период Банком выданы кредиты обществу "ИКЦ", обществу "ВПК-Строй", обществу "Авест", обществу "Пром-Альянс", обществу "УдмуртСтройКомплект", обществу "Управляющее агентство", обществу "Инпром" на общую сумму 290490483 руб. 61 коп.

Признавая доказанной наличие вины ответчиков суды исходили из того, что ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 являлись членами правления Банка, в полномочия которых входило руководство деятельностью ОАО «УТБ», в том числе обеспечение эффективности и результативности финансово-хозяйственной деятельности при совершении банковских операций, обеспечение сохранности активов и управления банковскими рисками.

Формальное отношение ответчиков к исполнению своих обязанностей привело к тому, что были совершены сделки, повлекшие ухудшение финансового положения банка, и как следствие, невозможность расчета с кредиторами.

Так, в частности, указано, что при выдаче значительных по размеру кредитов заемщикам не была собрана достаточная и необходимая информация для объективной оценки кредитных рисков на период принятия решения о выдаче кредита.

Исходя из представленных конкурсным управляющим доказательств, было установлено следующее:

- все заемщики зарегистрированы в форме общества с ограниченной ответственностью с минимально допустимым размером уставного капитала (10 тыс. руб.), кроме ООО «Авест» и ООО «ИКЦ», их уставные капиталы сформированы имуществом (оргтехникой);

- преобладающим источником финансирования деятельности ООО «Авест», ООО «ИКЦ», ООО «ИстТорг», ООО «УдмуртСтройКомплект» являлись заемные средства, доля которых составляла от 95,25% до 99,93% валюты баланса, что свидетельствует о полной зависимости заемщиков от кредитных средств и отсутствии у них какой-либо деятельности, генерирующей прибыль;

- по информации, полученной из Пенсионного фонда Российской Федерации, стало известно, что штат сотрудников ООО «Авест», ООО «ИКЦ», ООО «ИстТорг» в течение 2010-2012 г.г. не превышал 1 человека; численность сотрудников ООО «ВПК-строй» составляла 3 человека;

- по информации, полученной из Фонда социального страхования Российской Федерации, после отзыва у Банка лицензии ООО «Авест», ООО «ВПК-Строй», ООО «УдмуртСтройКомплект» прекратили предоставлять соответствующую отчетность в ФСС РФ;

- в результате анализа операций по расчетным счетам в банке установлено, что обязательные отчисления в бюджет, а также заработная плата работникам заемщиками не производились, кроме ООО «УдмуртСтройКомплект» и ООО «ИКЦ», которые уплачивали налоги в минимальных объемах;

- движение средств по счетам ООО «Авест», ООО «ВПК-Строй», ООО «УдмуртСтройКомплект» имели признаки перекредитования; - учредительные документы, решения единственного участника, договоры купли-продажи долей и локальные нормативные акты заемщиков выполнены идентично, что свидетельствует о централизованном формировании указанных документов;

- обеспечение по ссудам заемщиков ООО «Авест», ООО «ВПК-Строй», ООО «Инпром», ООО «ИстТорг», ООО «Пром-Альянс» и ООО «Фаворит» в виде товаров в обороте и оборудования принято Банком в отсутствие достоверных сведений (документов), подтверждающих право собственности залогодателей на предоставленное имущество, а также их оплату указанными лицами (к примеру, поручительства ФИО7, ООО «МетСнаб» по кредиту, ссуде ООО «ВПК-Строй» оформлены в отсутствие необходимой информации о финансовом положении);

- после даты отзыва лицензии у Банка заемщики одновременно прекратили обслуживание своей задолженности, в связи с чем, организациям

- исполнительные производства в отношении ООО «Пром-Альянс», ООО «Инпром», ООО «ВПК-Строй», ООО «УдмуртСтройКомплект» и ООО «Авест» окончены актами о невозможности взыскания в связи с отсутствием у должников имущества и доходов, а также невозможностью установить местонахождение самих должников.

- по результатам отчетов об оценке рыночной стоимости ссудной задолженности юридических лиц Банка, проведенных обществом с ограниченной ответственностью «Центр независимой экспертизы собственности», рыночная стоимость прав требований к должникам определена в размере 0 руб.;

- права требования по кредитам не реализованы посредством открытых торгов и публичного предложения по причине отсутствия заявок на их приобретение, что подтверждает их нулевую рыночную стоимость и невозможность исполнения заемщиками обязательств.

На основании указанного, конкурсным управляющим сделан, а судом признан обоснованным вывод о том, что названные обстоятельства в отношении заемщиков указывают на то, что на момент предоставления Банком денежных средств и в дальнейшем они не вели хозяйственной деятельности либо осуществляли незначительную деятельность, не соответствующую масштабам кредитования, не имели имущества и доходов, позволявших им исполнить обязательства по кредитам, то есть являлись техническими организациями; ссуды фактически предоставлены Банком без реальных гарантий их возврата; договоры обеспечения по кредитам заключены формально, без проверки лиц (поручителей, залогодателей) из предоставивших, а также в отсутствие имущества, оформленного в качестве залога по кредитным договорам.

Конкурсный управляющий указывал на то, что при должной осмотрительности, разумности и добросовестности действий вышеуказанных руководителей Банка по организации работы Банка в соответствии с требованиями нормативных актов и внутренних положений Банка кредиты данным заемщикам не подлежали бы выдаче.

Таким образом, ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6, действуя недобросовестно, не проявив требуемую от них степень заботливости и осмотрительности, не предприняв никаких мер по организации проведения комплексного и объективного анализа деятельности заемщиков, их идентификации и обеспечения возврата денежных средств, в отсутствие достаточной и объективной информации о заемщиках, заключили сделки по выдаче кредитов с заведомо неплатежеспособными организациями.

Привлекая к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6 суды пришли к выводу о том, что вина данных ответчиков состоит в том, что, осуществляя функции единоличного исполнительного органа, а также, являясь контролирующими должника лицами, обязанными действовать добросовестно и разумно, в интересах Банка, обеспечить выполнение Банком требований действующего законодательства, они, учитывая все условия выдачи кредитов - значительную сумму, явно превышающую размер обычной выдачи кредита, не проявив требуемую от них степень заботливости и осмотрительности, являясь профессиональными финансистами, действуя формально, не предприняв должных мер по организации проведения комплексного и объективного анализа деятельности заемщиков, обеспечению возврата денежных средств, не имея достаточной и объективной информации о них, в том числе в отсутствие сведений, свидетельствовавших о достаточности доходов заемщиков для надлежащего исполнения обязательств по кредитным договорам, о фактическом наличии залогового имущества, приняли решения (заключили договоры) о выдаче кредитов заведомо неплатежеспособным заемщикам, противоречащие интересам Банка, которые явились причиной значительного ухудшения его финансового положения. Принятие решений о заключении кредитных договоров на заведомо невыгодных для Банка условиях подтверждает недобросовестность действий ответчиков. Операции по предоставлению указанным лицам денежных средств путем выдачи им кредитов носят характер вывода из Банка ликвидных активов (денежных средств) в размере 304 934 000 руб.

С учетом изложенного, судами сделан вывод, что требование о привлечении ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности является обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Таким образом, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе ФИО3 является установленными. Соответствующие доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ), размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела и письменных расчета конкурсного управляющего должника размер непогашенных требований кредиторов составляет 94 435 064 руб. 32 коп.

По мнению конкурсного управляющего, указанная сумма подлежит взысканию с ответчиков солидарно, в следующем порядке:

- с ФИО4, ФИО5 и ФИО6 солидарно 44 732 398 руб. 89 коп.;

- с ФИО3, ФИО5 и ФИО6 солидарно 49 702 665 руб. 43 коп.

При этом конкурсный управляющий исходит из доли участия каждой из групп ответчиков в причинении ущерба должнику и его кредиторам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 14 Федерального закона от 25.02.1999 N 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» (далее – Закон о банкротстве кредитных организаций) если банкротство кредитной организации наступило в результате виновных действий или бездействия ее руководителей, членов совета директоров (наблюдательного совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать обязательные для данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия лиц (далее - контролирующие лица), на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей.

Размер ответственности лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, в соответствии с названной статьей определяется исходя из разницы между размером установленных требований кредиторов и рыночной стоимостью имущества должника за вычетом текущих обязательств (пункт 5 статьи 14 названного Закона).

Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности указанных лиц, если будет установлено, что размер вреда, причиненного по их вине имущественным правам кредиторов, существенно ниже размера требований, подлежащих удовлетворению за счет указанных лиц.

В обоснование своей позиции о снижении размера субсидиарной ответственности ответчик ссылается на то, что при выдаче кредитов банков признаков банкротства у должника не имелось, обязательства по кредиту обеспечивались залогом имущества, организациями уплачивались договорные проценты; решения о выдаче кредитов принимались на основании заключений кредитного, юридического отдела и службы безопасности банка, то есть исходя из заключений и выводов, сделанных соответствующими подразделениями банка, в связи с чем, одобрение заключения кредитных договоров не имело целью ухудшить финансовое положение Банка; подпись главного бухгалтера ФИО6 свидетельствует о соблюдении должной инструкции, а не заключении договоров, проверка документов заемщиков на предмет достоверности и достаточности и формирование кредитных досье не относилось к ее компетенции; выдача кредитных средств заемщикам укладывалось в нормальный хозяйственный оборот с учетом возможных рисков предпринимательской деятельности, а также уплаты договорных процентов; в размер субсидиарной ответственности ФИО3 не подлежит включению размер по кредитным обязательствам ООО «Авест» и ООО «ИКЦ» ввиду возврата указанными организациями денежных средств и начисленных процентов в период руководства ФИО3

Между тем, с учетом установленным определением от 07.03.2019 обстоятельств оснований для освобождения или снижения размера субсидиарной ответственности суд первой инстанции не усмотрел.

В основу вышеназванного определения, в частности, положен реестр сделок, причинивших Банку ущерб, которым определена причастность контролирующих Банк лиц к одобрению/заключению каждой из таких сделок.

Помимо прочего судами установлено, что заемщики, упоминаемые ФИО3 в апелляционной жалобе, не вели хозяйственной деятельности либо осуществляли незначительную деятельность, не соответствующую масштабам кредитования, не обладали собственным имуществом и доходами, позволявшими им погашать задолженность по кредитам, а операции по их счетам носили схемный характер - не имели экономического смысла и проводились с целью создания видимости ведения хозяйственной деятельности в отсутствии таковой. Вместе с тем, ссудная задолженность указанных заемщиков, занимающая в структуре активов банка значительную долю (до 78 % на 31.05.2012), в нарушение требований Положения № 254-П, необоснованно оценивалась Банком в 1 -3 категории качества с начислением минимальных резервов, не соответствующих истинному уровню принимаемых Банком кредитных рисков по ссудам.

Оценка кредитного риска в соответствии с критериями, содержащимися в положениях №242-п и № 254-п, должна была учитываться при решении вопроса о выдаче кредита, а также в последующем в ходе постоянного мониторинга кредитного риска в разрезе отдельного заемщика.

Между тем, указанные требования ответчиками не соблюдены, кредиты выданы без учета вышеуказанных сведений о заемщиках, в результате чего стало невозможным погашение обязательств банка пред своими кредиторами.

Апелляционный суд с выводами суда первой инстанции соглашается, оснований для иных суждений не имеет.

Согласно реестру сделок, причинивших Банку ущерб, ФИО3 подписано/одобрено сделок на общую сумму 150 000 000,00 руб., что составляет 52,63 % от реестра ущербных сделок, в связи с чем отсутствуют основания для уменьшения размера его субсидиарной ответственности.

В свою очередь к расчету, представленному заинтересованным лицом, не приложено письменных объяснений, из которых можно было бы понять принцип его составления и которые обосновывали (разъясняли) бы произведенные вычисления. В частности, не представляется возможным установить, чем обусловлено исключение ФИО3 из числа лиц, ответственных за одобрение/подписание кредитного договора № <***> от 10.10.2011, заключенного с ООО «Авест», и кредитного договора № <***> от 03.11.2011, заключенного с ООО «ИКЦ», не обоснована доля его личного участия в группе, равная 15,56 %.

В соответствии с п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно.

С учетом изложенного, оснований для снижения размера субсидиарной ответственности не усматривается, размер ответственности ФИО3, предъявленный к взысканию, соответствует требованиям п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения иного судебного акта по существу, влияли на обоснованность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Несогласие заявителя жалобы с оценкой судом представленных доказательств и сформулированными на ее основе выводами по фактическим обстоятельствам дела не может являться основанием для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

На основании вышеизложенного обжалуемое определение суда первой инстанции отмене не подлежит, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14 декабря 2021 года по делу № А71-8362/2012 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.



Председательствующий


Л.В. Саликова



Судьи


Е.О. Гладких



Т.В. Макаров