Постановление от 10 сентября 2024 г. по делу № А60-111/2023

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-5211/2024(1)-АК

Дело № А60-111/2023
11 сентября 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 сентября 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей Даниловой И.П., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Букиной О.А.,   

при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего ФИО1: ФИО2 (паспорт, доверенность от 06.03.2023),

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу кредитора общества с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация Управляющая компания Траст»

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 25 апреля 2024 года

о завершении процедуры реализации имущества гражданина и неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств в части излишне полученных и не возвращенных в конкурсную массу денежных средств в размере 128 654 руб. 77 коп. перед кредиторами обществом с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация Управляющая компания Траст», уполномоченным органом,

вынесенное в рамках дела № А60-111/2023   

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3  (ИНН <***>),        

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 09.01.2023 поступило заявление ФИО3 (далее – ФИО3, должник) о признании ее несостоятельной (банкротом) и введении процедуры реализации имущества, с указанием на то, что общий размер задолженности перед кредиторами составляет 1 744 720,53 руб.

Определением от 16.01.2023 указанное заявление принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.03.2023 (резолютивная часть от 03.03.2023) заявление ФИО3 признано обоснованным. ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО1 (далее – ФИО1), являющийся членом ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве от 15.03.2023 (сообщение №11001923),  в газете «Коммерсантъ» от 25.03.2023 №51.

Определением суда от 12.07.2023 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование общества с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация Управляющая компания «Трас» (далее – общество «ПКО Управляющая компания Траст») в общей сумме 1 722 478,21 руб.

Срок процедуры реализации имущества должника неоднократно продлевался; определением суда от 02.02.2024 срок процедуры реализации имущества продлен до 04.03.2024.

По окончании процедуры реализации имущества гражданина, 04.03.2024 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО1 о завершении процедуры реализации имущества гражданина с приложением отчета финансового управляющего о своей деятельности, реестра требований кредиторов и иных документов; неприменении к должнику положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве, Закон) об освобождении гражданина от исполнения обязательств в части излишне полученных и невозвращенных в конкурсную массу денежных средств в размере 128 654,77 рубля, пропорционально недополученных денежных средств перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов, а именно: обществом «ПКО Управляющая компания Траст» – 128 571,39 руб., ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 22 по Свердловской области – 83,36 руб., перечислении с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области в пользу финансового управляющего денежного вознаграждения в размере 25 000,00 руб. (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – АПК РФ).

В Арбитражный суд Свердловской области 07.03.2024 поступило ходатайство кредитора общества «ПКО Управляющая компания Траст» о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед обществом «ПКО Управляющая компания Траст».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.04.2024 (резолютивная часть от 22.04.2024) процедура реализации имущества гражданина завершена. Не применены в отношении ФИО3 положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств в части излишне полученных и не возвращенных в конкурсную массу денежных средств в размере 128 654,77 руб., пропорционально недополученных денежных средств перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов, а именно: обществом «ПКО Управляющая компания Траст» в сумме               128 571,39 руб., ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 22 по Свердловской области в сумме 83,38 руб. В остальной части применены к должнику ФИО3 положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении гражданина от исполнения обязательств. Также указанным определением суд определил перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области 25 000,00 руб. вознаграждения финансового управляющего в пользу ФИО1 по представленным реквизитам.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество «ПКО Управляющая компания Траст» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит данный судебный акт отменить в части и принять по делу новый судебный акт о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед обществом «ПКО Управляющая компания Траст» по кредитному договору от 25.03.2013 №625/0002-0147127 в сумме 1 708 244,81 руб., в том числе 1 466 088,11 руб. – сумма основного долга, 242 156,70 руб. – проценты.

В апелляционной жалобе ее заявитель приводит доводы о том, что при получении кредита по кредитному договору от 25.03.2013 №625/0002-0147127 должником была представлена справка по форме 2-НДФЛ от 15.03.2013, согласно которой ФИО3 работала в обществе с ограниченной ответственностью «Трубник» (далее – общество «Трубник») с ежемесячным доходом в размере 110 тыс.руб., также кредитору представлена копия трудовой книжки с единственной записью о работе в обществе «Трубник». Из представленных сведений о трудовой деятельности на момент получения кредита должник работала у индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее – ИП ФИО4) и далее в открытом акционерном обществе «Российские железные дороги» (далее – общество «РЖД»). Должником представлена суду другая трудовая книжка, где записи о работе в обществе «Трубник» отсутствуют, также представлены сведения из Пенсионного фонда Российской Федерации (далее – ПФР), согласно которым в период получения кредита в 2013 году должник работала у ИП ФИО4 и не имела доходов в 100 тыс.руб. ежемесячно. Получение доходов от трудовой деятельности в обществе «Трубник» не выявлено, в связи с чем, как полагает апеллянт, при получении кредитов должник предоставила недостоверные сведения о своих доходах. Должник в ходе процедуры банкротства скрывала свои доходы от трудовой деятельности,  что установлено финансовым управляющим. Умышленное сокрытие доходов в процедуре банкротства является самостоятельным основанием для неприменения правил об освобождении от исполнения от обязательств полностью, но не в части.

До начала судебного заседания от должника, финансового управляющего ФИО1 поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят определение в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Участвующий в судебном заседании представитель финансового управляющего с доводами апелляционной жалобы не согласился, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, представителей не направили, что в порядке статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы в обжалуемой части (в части применения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств в отношении требований общества ПКО Управляющая компания Траст» в сумме свыше 128 571,39 руб.) в порядке, предусмотренном статьей  266 и частью 5 статьи 268 АПК РФ.

В остальной части (в части завершения процедуры реализации имущества в отношении должника, неосвобождения должника от обязательств в сумме 128 654,77 руб., перечисления с депозитного счета арбитражного суда денежных средств в размере 25 000,00 рублей) определение суда участвующими в деле лицами не оспаривается, в связи с чем, не исследуется судом апелляционной инстанции.

Возражений относительно проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части не заявлено.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы,  отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, заслушав представителя финансового управляющего, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта в обжалуемой части в связи со следующим.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1. Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что реализация имущества гражданина - это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

По смыслу приведенных норм арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника.

После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 указанной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела и указывалось выше, на основании заявления ФИО3 определением арбитражного суда от 16.01.2023 в отношении нее возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением арбитражного суда от 13.03.2023 в отношении ФИО3  введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1

По истечении срока процедуры реализации имущества финансовым управляющим ФИО1 во исполнение требований пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве представлен отчет о результатах проведения реализации имущества гражданина.

Финансовым управляющим заявлено ходатайство о завершении процедуры реализации имущества.

Согласно отчету финансового управляющего о своей деятельности и о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина от 15.02.2024, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования двух кредиторов (общества ПКО «Управляющая компания Траст» и уполномоченного органа) в общей сумме 1 723 595,21 руб.

Требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют.

Конкурсная масса не сформирована. Требования кредиторов не погашены в связи с недостаточностью имущества должника.

Финансовым управляющим должника в процедуре реализации имущества гражданина сделаны запросы и получены сведения из государственных и регистрирующих органов.

В собственности должника движимое/недвижимое имущество, подлежащее включению в конкурсную массу (кроме единственного жилья – квартиры, расположенной по адресу: <...> д.*, кв.*), отсутствует.

Определением арбитражного суда от 03.11.2023 исключено из конкурсной массы должника ФИО3 1/10 доли в праве собственности на квартиру с кадастровым номером 66:45:0200341:2637, расположенную по адресу: <...> д.*, кв.*.

Иное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, не выявлено.

В ходе процедуры реализации имущества должника проведены следующие мероприятия: проведена опись имущества должника; подготовлены заключения о наличии отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, о наличии/отсутствии оснований для оспаривания сделок должника; подготовлен анализ финансового состояния гражданина. Кредиторам направлялся ежеквартальный отчет.

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния должника, сделан вывод о невозможности восстановления платежеспособности должника в связи с тем, что должник не имеет имущества, за счет которого можно было погасить задолженность, а так же в связи с отсутствием информации о том, что гражданин в течение непродолжительного времени сможет исполнить в полном объеме денежные обязательства, таким образом, у должника нет финансовой возможности погасить образовавшеюся кредиторскую задолженность перед кредиторами.

Согласно заключению о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или  преднамеренного банкротства должника были сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного банкротства должника и об отсутствии признаков фиктивного банкротства должника.

В результате проведенного анализа за исследуемый период не были выявлены сделки и действия (бездействия) ФИО5, не соответствующие законодательству Российской Федерации.

Также не были выявлены сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, что послужило причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности ФИО5

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения имущества должника и формировании конкурсной массы, не представлены.

Доказательств того, что финансовым управляющим не совершены еще какие-либо действия, направленные на поиск имущества должника с целью погашения требований кредиторов, в материалы дела не представлено и судом не установлено.

Поскольку финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, суд обоснованно пришел к выводу о наличии оснований, предусмотренных статьей 213.28 Закона о банкротстве, для завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Финансовым управляющим ФИО1 было заявлено о неприменении в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении гражданина от исполнения обязательств в части излишне полученных и не возвращенных в конкурсную массу денежных средств в общей сумме 128 654,77 руб., пропорционально недополученных денежных средств перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов, а именно: обществом «ПКО Управляющая компания Траст» – 128 571,39 руб., ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 22 по Свердловской области – 83,36 руб.

Как указывает финансовый управляющий, им установлена задолженность ФИО6 в конкурсную массу в размере 128 654,77 руб. Указанная задолженность образовалась в связи с тем, что должник, не уведомив финансового управляющего, изменил способ выплаты заработной платы: с начисления на банковский счет на получение наличными денежными средствами. Текущие расходы финансового управляющего в процедуре реализации имущества составили 16 099,39 руб. Общая сумма требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, составляет                            1 723 595,21 руб. Размер излишне полученных должником и не возвращенных в конкурсную массу денежных средств составляет 128 654,77 руб. Таким образом, требования кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, не могут быть удовлетворены в должном объеме.

Кроме того, от кредитора общества «ПКО Управляющая компания Траст» поступило ходатайство о неприменении к должнику положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств перед обществом «ПКО Управляющая компания Траст» по кредитному договору от 25.03.2013 №625/0002-0147127 в сумме 1 708 244,81 руб., из которых 1 466 088,11 руб. – сумма основного долга, 242 156,70 руб. – проценты (т.е. в полном объеме по обязательствам перед данным кредитором).

В обоснование данного ходатайства общество «ПКО Управляющая компания Траст» указывало на то, что должник при получении кредита предоставила недостоверные сведения о своих доходах, в ходе процедуры банкротства скрывает свои доходы от трудовой деятельности, что установлено финансовым управляющим. Умышленное сокрытие доходов в процедуре банкротства является самостоятельным основанием для неприменения правил об освобождении от исполнения от обязательств полностью, но не в части (л.д.54-55, 68).

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и т.п.), суд вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 №51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей»).

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 №310-ЭС17-14013).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с пунктами 42, 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела. В случае, когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления). Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона).

Для установления обстоятельств, связанных с непредставлением должником необходимых сведений или предоставлением им недостоверных сведений финансовому управляющему или суду, рассматривающему дело о банкротстве (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), не требуется назначение (проведение) отдельного судебного заседания. Указанные обстоятельства могут быть установлены на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части (например, в определении о завершении реструктуризации долгов или реализации имущества должника).

Целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами.

Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела. В случае, когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления).

Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь не освобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона).

При этом банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для недобросовестного избавления от накопленных долгов.

При этом банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для недобросовестного избавления от накопленных долгов.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае, как следует из материалами дела, должник официально трудоустроена в обществе «РЖД», на должность оператор по обслуживанию и ремонту вагонов и контейнеров, получает заработную плату.

Финансовым управляющим установлена задолженность ФИО6 в конкурсную массу в размере 128 654,77 руб., которая образовалась в связи с тем, что должник, не уведомив финансового управляющего, изменил способ выплаты заработной платы: с начисления на банковский счет на получение наличными денежными средствами.

Такое поведение должника не соответствует стандарту добросовестного поведения банкротящегося лица.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, установив, что должник ФИО3 в ходе процедуры ее банкротства не представила необходимые сведения финансовому управляющему и суду, умышленно скрывала свои доходы, на которые могло быть обращено взыскание, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что такое поведение должника не отвечает требованиям открытости и добросовестности, свидетельствует о злостном уклонении от погашения задолженности и нежелании должника исполнять обязательства при наличии возможности, в то время как доказательства обратного, подтверждающие добросовестное поведение должника и его сотрудничество с судом, финансовым управляющим и кредиторами в целях максимально полного удовлетворения требований последних, не представлены.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание, что должником не соблюден принцип банкротства физических лиц – обеспечение со стороны граждан полной прозрачности имущественного положения, суд первой инстанции правомерно не освободил должника от исполнения обязательств в части излишне полученных и не возвращенных в конкурсную массу денежных средств в размере 128 654,77 руб., пропорционально недополученных денежных средств перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов, а именно: обществом «ПКО Управляющая компания Траст» в сумме 128 571,39 руб., ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 22 по Свердловской области в сумме 83,38 руб.

Вместе с тем, вопреки доводам общества «ПКО Управляющая компания Траст» поведение должника, выразившееся в сокрытии доходов в процедуре банкротства, не является основанием для неприменения правил об освобождении от исполнения должника от обязательств перед обществом «ПКО Управляющая компания Траст» в полном объеме (т.е. обязательств по кредитному договору от 25.03.2013 №625/0002-0147127 в сумме 1 708 244,81 руб.).

Приведенные в апелляционной жалобе доводы общества «ПКО Управляющая компания Траст» о том, что при получении кредита по кредитному договору от 25.03.2013 №625/0002-0147127 должник представила недостоверные сведения о своих доходах, отклоняются в силу следующего.

Как следует из положений пункта 4 статьи 213.38 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при их возникновении или исполнении он действовал незаконно. Раскрывая далее в этом абзаце виды незаконного поведения, законодатель приводит исключительно случаи, относящиеся к совершению должником умышленных действий, являющихся в гражданско-правовом смысле проявлением недобросовестности в отношении кредитора. Одним из частных случаев такого недобросовестного поведения должника является предоставление кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита.

В данном случае при получении заемных денежных средств должник действительно указала в анкете в качестве места работы общество «Трубник» и показала основной доход в размере 100 108,00 руб.

При оформлении кредита ФИО3 были предоставлены копия трудовой книжки и справки 2-НДФЛ, заверенные синей печатью общества «Трубник». Должник настаивает на том, что осуществляла работу в данном обществе; она работала на двух местах: у ИП ФИО4 и в обществе «Трубник». В представленной должником банку копии трудовой книжки отражены сведения о работе на данном предприятии, которые заверены отделом кадров и синей печатью организации. Справки 2-НДФЛ также выданы отделом бухгалтерии, подписаны директором ФИО7 и заверены печатью. Причины, по которым общество «Трубник» не предоставило сведений в ПФР и СФР о работе должника на данном предприятии, ФИО3 неизвестны и ответственность за действия бывшего работодателя она нести не должна. ФИО3 не вводила банк в заблуждение при получении ею кредита. На дату получения кредита работала на двух работах, чувствовала себя уверенно, поэтому и взяла кредит на такую сумму. При этом, должник не наращивала кредиторскую задолженность, у нее был единственный долг по кредиту, который в связи с изменившимися жизненными обстоятельствами она не смогла выплатить, стали возникать просрочки.

Факт того, что при получении кредита заемщиком были предоставлены оригиналы справок 2-НДФЛ и заверенная работодателем копия трудовой книжки, кредитором не опровергается, более того, подтверждается документами, представленными самим кредитором (л.д.56). Согласно справкам 2-НДФЛ должник работала в обществе «Трубник» в период с сентября 2012 года по февраль 2013 года и имела ежемесячный доход более 100 тыс.руб.

Следовательно, поскольку должник не участвовала в составлении документов, представленных банку при получении кредитора, ФИО8 не может быть вменено предоставление ею заведомо ложных сведений при получении кредита. Иное суду не доказано (статья 65 АПК РФ).

Кроме того, учитывая правовой подход, согласно которому банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки представленного им необходимого для получения кредита пакета документов, следует признать, что кредитная организация могла проверить предоставленные заемщиком сведения при принятии решения о выдаче кредита.

 Также банки вправе одновременно запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 №218-ФЗ «О кредитных историях» в соответствующих бюро.

По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация самостоятельно принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств. В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, общество «ПКО Управляющая компания Траст» является правопреемником Банка ВТБ (публичного акционерного общества) по обязательствам должника по кредитному договору от 25.03.2013 №625/0002-0147127, требование было уступлено обществу «ПКО Управляющая компания Траст» на основании договора уступки прав (требований) от 03.12.2019 №229/2019/ДРВ.

Доказательств того, что должник приняла на себя бремя неисполнимых обязательств, а также совершала действия по наращиванию кредиторской нагрузки, в материалы дела не представлено и судом первой инстанции не установлено. Не представлено таких доказательств и суду апелляционной инстанции.

В рассматриваемом случае наличие в действиях должника признаков злонамеренного уклонения от погашения задолженности перед кредитором и вывода активов с целью избегания обращения на них взыскания судом не установлено и материалами дела не подтверждено.

Доказательств того, что, вступая в заемные правоотношения, должник имела цель намеренно не исполнять принятые себя обязательства, также не имеется.

При этом, сам по себе факт неудовлетворения должником в добровольном порядке соответствующих требований, вызванный необъективной оценкой гражданином-банкротом собственных финансовых возможностей и стечением негативных жизненных обстоятельств, о наличии у него умысла на причинение вреда кредиторам не свидетельствует; неразумность его действий в данном случае не свидетельствует об обратном.

Кредитное учреждение (правопреемником которого является апеллянт) могло самостоятельно проверить финансовое состояние заемщика до заключения кредитного договора.

Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении вопроса о возможности применения правил об освобождении должника от исполнения обязательств фактические обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно. Оснований для переоценки выводов суда у апелляционной коллегии не имеется.

Как указывалось ранее, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Вместе с тем, доказательства совершения должником подобных действий в материалах дела отсутствуют (статья 65 АПК РФ).

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, следует признать, что приведенные обществом «ПКО Управляющая компания Траст» в качестве оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств обстоятельств перед обществом «ПКО Управляющая компания Траст» не свидетельствуют об отсутствии оснований для применения к должнику положений пункта 3 статьи 213.28 закона о банкротстве.

При недоказанности наличия совокупности условий для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед обществом «ПКО Управляющая компания Траст» в полном объеме (в сумме 1 708 144,81 руб.), противоправности поведения должника при принятии на себя обязательств, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления им заведомо ложных сведений, не представлено (статья 65 АПК РФ), суд первой инстанции обоснованно применил в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств (за исключением суммы 128 571,39 руб.).

Таким образом, суд правомерно отклонил заявленное обществом «ПКО Управляющая компания Траст» ходатайство о неосвобождении должника от исполнения обязательств перед ним в полном объеме (в сумме 1 708 144,81 руб.) и пришел к выводу о наличии в данном случае всех необходимых условий для применения к ФИО3 положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве о списании долгов.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства получили надлежащую оценку. Оснований для переоценки установленных судом обстоятельств и для изменения правовых выводов апелляционный суд не усматривает.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции в обжалуемой части отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 25 апреля 2024 года по делу № А60-111/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Т.С. Нилогова



Судьи


И.П. Данилова



Л.В. Саликова