Постановление от 25 апреля 2024 г. по делу № А67-9258/2019

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



город Томск Дело № А67-9258/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 апреля 2024 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дубовика В.С.,

судей Михайловой А.П.,

Сбитнева А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Журавовой П.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№07АП-1864/2024(1)) на определение Арбитражного суда Томской области от 19.02.2024 по делу № А67-9258/2019 (судья Есипов А.С.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения ИНН <***>, адрес: <...>), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании недействительными сделками платежей в сумме 3 739 400 рублей, совершенных должником в пользу ФИО4,


при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО5 по доверенности от 20.02.2024, паспорт,

от ФИО2 – ФИО6 по доверенности от 30.05.2023, паспорт,



УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2, должник) финансовый управляющий ФИО3 (далее - финансовый управляющий ФИО3) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками платежей в сумме 3 739 400 рублей, совершенных должником в пользу ФИО4 (далее - ФИО1, ответчик, апеллянт).

Определением Арбитражного суда Томской области от 19.02.2024 заявление финансового управляющего удовлетворено частично. Признаны недействительными сделками перечисления с расчетного счета ФИО2 в АО КБ «Модульбанк» в адрес ФИО4 за период с 14.08.2018 по 27.06.2019 денежных средств в размере 2 327 096 рублей. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 327 096 рублей. В остальной части заявленных требований отказано. С ФИО1 в доход федерального бюджета взыскана госпошлина в размере 6 000 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратилась в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Томской области от 19.02.2024 отменить в части взыскания с ФИО1 2 327 096 рублей, принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

В обоснование доводов жалобы апеллянт ссылается на неосведомленность о наличии у должника неисполненных обязательств, признаков неплатежеспособности. Заявитель отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства сохранения фактических брачных отношений с должником, ведения совместного хозяйства.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) финансовый управляющий ФИО3 и УФНС России по Томской области представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель ФИО1 – ФИО5 в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФИО2 – ФИО6 просил определение суда первой инстанции отменить, удовлетворить апелляционную жалобу ФИО1

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, решением суда от 17.06.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества.

21.03.2023 финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделками платежей в сумме 3 739 400 рублей, совершенных должником в пользу ФИО7

В качестве правовых оснований требований финансового управляющего указаны положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Частично удовлетворяя заявление финансового управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что платежи в пользу аффилированного лица ФИО1 в размере 2 327 096 рублей являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве следует, что отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица. Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

Из разъяснений, приведенных в абзаце седьмом пункта 5 Постановления № 63, следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В соответствии со статей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами являются лица, входящие в одну группу лиц с должником, а также аффилированные лица.

Вместе с тем, согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу №А53-885/2014, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только путем подтверждения аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Как следует из определения Верховного Суда РФ от 23.08.2019 №304-ЭС15-2412(19) по делу №А27-472/2014, положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

Из диспозиции названных норм (как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) следует, что помимо установленных законом обстоятельств, требующих анализа, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, со счета должника № 40802810870014266633, открытого в АО КБ «Модульбанк» за период с 14.08.2018 по 27.06.2019 в адрес ФИО7 перечислены денежные средства в общей размере 3 203 900 рублей.

Доказательств перечисления в адрес ФИО7 денежных средств в размере 535 500 рублей (3 739 400-3 203 900) в материалы дела не представлено, в выписке по счету должника № 40802810870014266633, открытому в АО КБ «Модульбанк», операции на указанную сумму отсутствуют.

Дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением суда от 16.08.2019. Таким образом, часть оспариваемых платежей совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, другая часть – в период, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На момент совершения сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых включены в реестр и не погашены до настоящего момента:

- перед ФИО8 по договору займа от 07.03.2014, взысканной решением Октябрьского районного суда города Томска от 04.08.2016 по гражданскому дела № 2-2357/2016;

- перед Банком ВТБ (ПАО) по договору № 1754 от 23.10.2006, взысканной решением Октябрьского районного суда города Томска от 10.01.2019 по делу № 2-49/2019, по договору № 625/0040-0485184 от 07.07.2016.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3), согласно которой по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Доказательств, подтверждающих наличие у должника на момент совершения оспариваемых платежей денежных средств либо иных активов в размере, достаточном для погашения задолженности перед соответствующими кредиторами, не представлено.

Учитывая изложенное, апелляционный суд исходит из того, что должник на момент совершения оспариваемых платежей отвечал признаку неплатежеспособности.

Доводы апелляционной жалобы о неосведомленности ответчика о наличии у ФИО2 неисполненных денежных обязательств, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку, учитывая то, что брак был прекращен только 29.03.2016 (свидетельство о расторжении брака I-OM № 661710), на момент возникновения обязательств, ФИО1 являлась супругой должника, соответственно, не могла не знать о финансовых трудностях должника.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что решением Октябрьского районного суда города Томска от 10.01.2019 по делу № 2-49/2019 в пользу Банка ВТБ задолженность по кредитному договору от 23.10.2006 в общем размере 623 528,18 рублей, взыскана солидарно с ФИО2 и ФИО9

Согласно письму Банка ВТБ от 02.07.2020 № 150 задолженность перед Банком в полном объеме погашена созаемщиком ФИО9

Учитывая изложенное, а также факт заключения договора займа от 07.03.2014 с ФИО8 в период официально зарегистрированного брака, ФИО9 не могла не обладать информацией об имеющихся у должника обязательствах.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции также приходит к выводу о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и наличии оснований для признания сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Спорными платежами причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку их совершение уменьшило объем конкурсной массы должника, за счет которого возможно погашение задолженности.

Судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы ответчика о поступлении денежных средств в счет исполнения обязательств по перечислению части денежных средств от продажи совместно нажитого имущества BMW X6, VIN: 5UXFG2C52DL784872, 2012 г.в., по договору купли-продажи транспортного средства от 21.08.2014, заключенного между ФИО2 (Продавец) и ФИО10, и расчет по которому произведен 28.09.2016 на сумму 3 000 000 рублей.

Согласно условиям договора купли-продажи транспортного средства от 21.08.2014, стоимость реализованного имущества составляет 250 000 рублей, переданные должнику в полном объеме на момент заключения договора. Сведения о стоимости указанного транспортного средства в размере 3 000 000 рублей, в договоре купли-продажи транспортного средства от 21.08.2014 отсутствуют. Каких-либо пояснений об оплате транспортного средства в срок, превышающий более двух лет после заключения договора, в отсутствии условий об отсрочке платежа, не представлено.

В равной мере не представлено доказательств, свидетельствующих о предпринятых со стороны должника действиях по взысканию задолженности.

Доказательств, подтверждающих возможность ФИО10 передать денежные средства в размере 3 000 000 рублей по расписке от 28.09.2016 также не представлено.

Таким образом, доказательств, подтверждающих отнесение представленной расписки от 28.09.2016 к договору купли-продажи транспортного средства от 21.08.2014, кроме как указания такого в последней, в материалы дела не представлено.

При этом, исходя из пояснений ответчика, представленной в материалы дела расписки ФИО7 от 01.08.2023 о получении от должника денежных средств в размере 2 239 400 рублей на содержание несовершеннолетних детей путем перечисления последних на банковский счет (Сбербанк Российской Федерации) ФИО7 в период с 14.08.2018 по 28.06.2019, с учетом перечисленных в качестве половины суммы от реализации совместно нажитого имущества денежных средств в размере 1 500 000 руб., общая сумма перечислений ФИО7 должна составлять 3 739 400 рублей, то есть равной сумме заявленных финансовым управляющим требований.

Однако, из выписки АО КБ «Модульбанк» следует, что в пользу ФИО1 перечислено 3 203 900 рублей. Доказательств перечисления в адрес ФИО7 денежных средств в размере 535 500 руб. (3 739 400-3 203 900) в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) ребенок имеет право на получение содержания от своих родителей и других членов семьи в порядке и в размерах, которые установлены разделом V настоящего Кодекса.

Пунктом 1 статьи 80 СК РФ установлена обязанность родителей по содержанию их несовершеннолетних детей. Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 85 СК РФ родители обязаны содержать своих нетрудоспособных совершеннолетних детей, нуждающихся в помощи.

Из материалов дела следует, что ФИО2 и ФИО7 являются родителями ФИО11 (далее – ФИО11), ФИО12 (далее – ФИО12), что подтверждается свидетельствами о рождении I-OM № 731652 от 11.10.2010, I-OM № от 21.11.2019.

Поскольку обратного в материалы дела не представлено, в период совершения платежей ФИО7, вместе с ФИО12 и ФИО11, проживала отдельно от должника, что предполагает включение в платежи сумм на содержание детей. Таким образом, исходя из равенства прав детей, ФИО7 вправе рассчитывать на получение от должника денежных средств на содержание детей.

В связи с чем, на сумму, в составе оспариваемых платежей приходящуюся на алименты в пользу ФИО11, ФИО12, требования удовлетворению не подлежат.

В такой ситуации при определении разумного размера средств на содержание детей требуется установление соотношения их интересов с интересами кредиторов.

Согласно статье 81 СК РФ при отсутствии соглашения об уплате алиментов размер алиментов составляет одну третью заработка и (или) иного дохода родителей на двух несовершеннолетних детей, то есть по одной шестой на одного ребенка.

В том случае, если родитель имеет нерегулярный, меняющийся заработок и (или) доход, суд вправе определить размер алиментов, взыскиваемых ежемесячно, в твердой сумме (статья 83 СК РФ).

Попадание дохода должника под указанные признаки усматривается из дела.

В связи с чем, принимая во внимание указанный ответчиком период с 01.03.2016 по 27.06.2019, величину прожиточного минимума, установленную на детей ФИО13 Губернатора Томской области от 29.01.2016 № 29-р, от 25.04.2016 № 94-р, от 21.07.2016 № 198-р, от 03.11.2016 № 265-р, от 06.02.2017 № 23-р, от 24.04.2017 № 97-р, от 31.07.2017 № 174-р, от 02.11.2017 № 232-р, от 05.02.2018 № 30-р, от 11.05.2018 № 130-р, от 02.08.2018 № 216-р, от 29.10.2018 № 287-р, от 31.01.2019 № 20-р, от 30.04.2019 № 112-р, установленную, согласно справке ФКУ «ГБ МСЭ по Томской области» Минтруда России Бюро № 2 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Томской области» серии МСЭ-2015 № 1039038 от 25.04.2018, инвалидность третьей группы ФИО11, положений пункта 8 статьи 169 Семейного кодекса Российской Федерации, пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов», правовую позицию, изложенную в Определении Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 02.03.2018 № 58-КГ17-19, сумма алиментов, подлежащая перечислению в адрес ФИО7, на содержание детей составляет 876 804 рублей (438 402,00*2).

С учетом изложенного, принимая во внимание, что сумма расходования денежных средств, превышающая необходимую на содержание детей, нарушает права кредиторов, с ФИО7 подлежит взысканию сумма в размере 2 327 096 рублей (3 203 900 – 876 804).

В случае банкротства должника требование о взыскании алиментов обладает преференцией перед иными требованиями кредиторов (пункты 2, 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве).

Последствия недействительности сделки применены судом первой инстанции правильно в соответствии с положениями пункта 2 статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Доводы ФИО7 об установлении размера алиментов в размере 80 000 рублей в месяц на содержание двух несовершеннолетних детей обоснованно отклонены судом первой инстанции, как не находящиеся своего отражения в материалах дела.

В нарушение положений абзаца второго пункта 1 статьи 80, 100 СК РФ, нотариально удостоверенное соглашение об уплате алиментов в материалы дела не представлено, в равно мере не представлено решения суда о взыскании последних.

Признаки выполнения должником алиментных обязательств в указанном размере также не содержат спорные платежи, исходя из их периодичности совершения и назначения.

Сохранение ребенку прежнего уровня его материального обеспечения в рамках алиментных обязательств должника с учетом возбужденной в отношении последнего процедуры банкротства осуществляется с учетом требования об установлении баланса между интересами должника, лиц, находящихся на его иждивении, и интересами кредиторов.

Обеспечение ребенка в размерах, существенно превышающих установленные законом нормативы, не может быть реализовано за счет кредиторов. В противном случае нарушается указанный баланс интересов.

Материалами дела опровергаются доводы о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу части 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 32 Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

При этом, по смыслу разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления № 63, само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В тоже время, по смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2021 № 302-ЭС20-19914, оспаривание сделок должника в деле о банкротстве последнего осуществляется в интересах конкретного заявителя лишь косвенно, поскольку сам заявитель не является стороной оспариваемой сделки и результат судебного спора на права кредитора напрямую не влияет. Прямым результатом применения последствий недействительности сделки является восстановление прав должника - возвращение в конкурсную массу его имущества в натуральном или денежном выражении. Только за счет этого впоследствии увеличивается вероятность удовлетворения требований инициатора обособленного спора наравне с прочими кредиторами.

Таким образом, при оспаривании сделки в деле о банкротстве материально-правовые интересы группы кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам выгодоприобретателей по сделке.

Действуя от имени должника (его конкурсной массы) в силу полномочия, основанного на законе (пункты 1, 2 статьи 61.9, пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве), инициатор обособленного спора по существу выступает в роли представителя должника, а косвенно - группы его кредиторов.

Таким образом, в этом случае начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление, что согласуется с разъяснениями, содержащимися в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Применительно к настоящему спору, начало течения срока исковой давности должно определяться моментом осведомленности о юридически значимых обстоятельствах финансовым управляющим, а не каждого из отдельных конкурсных кредиторов.

Иное означало бы признание возможности наличия нескольких различных дат начала течения исковой давности по требованию одного лица (должника), что противоречит правовой природе данного института материального права.

Утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих (пункт 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

В данном случае судом установлено, что банковские выписки АО КБ «Модульбанк» представлены совместно с письмом № 2536/02 от 14.02.2022, отправленным в адрес финансового управляющего ФИО14 заказным письмом с трек-номером 15691268482916 и получены последним, согласно отчету об отслеживании отправления, 24.02.2022.

С учетом изложенного, принимая во внимание разумные сроки проведения анализа выписок должника на предмет наличия оснований для оспаривания сделок, объем документов, возможность обнаружить пороки оспариваемой сделки возникла у финансового управляющего не ранее 24.02.2022.

Доказательств того, что об оспариваемых платежах и обстоятельствах, связанных с их совершением, финансовый управляющий узнал до поступивших в его адрес документов (24.02.2022), в материалы дела не представлено.

В тоже время, определением суда от 03.11.2022 ФИО14 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника. Определением суда от 17.01.2023 финансовым управляющим должника утверждена ФИО3

Таким образом, в период с 03.11.2022 по 16.01.2023 (2 месяца 14 дней) в деле о банкротстве должника финансовый управляющий отсутствовал, в связи с чем, указанный период не может учитываться при исчислении срока исковой давности.

Указанный подход поддержан при рассмотрении аналогичных споров (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 31.01.2022 № Ф04-5592/2019 по делу № А67-10125/2018, определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2021 №304-ЭС20-13336).

С учетом изложенного, принимая во внимание направление финансовым управляющим заявления о признании сделки недействительной в электронном виде в суд 20.03.2023 (зарегистрировано 21.03.2023), окончание срока исковой давности 07.06.2023, годичный срок исковой давности финансовым управляющим не пропущен.

Несогласие апеллянта с оценкой суда первой инстанции представленных в материалы дела доказательств не является основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Томской области от 19.02.2024 по делу №А67-9258/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий


В.С. Дубовик


Судьи


А.П. Михайлова




А.Ю. Сбитнев